Вернувшись домой, Трафарет раскаялся, что тотчас же не сломал дверь сарая. «Вот ведь как, — подумал он. — Увидят жители моей страны, что я не наказал Ваньку-Встаньку, и будут думать, что им все можно. Завтра утром не будет ни сарая, ни Ваньки-Встаньки. Эй, Словолов!»

Словолов, который находился поблизости, вошел в комнату.

— Завтра утром собери всех во дворе. Пусть посмотрят, как от непокорного останется один только пепел.

Словолов поклонился и вышел, а Петрушка, услышав приказ Трафарета, печально побрел к себе на чердак. До этого он еще надеялся, что ему удастся уговорить кузнеца не открывать замок, но теперь эта надежда рухнула. Всю ночь мальчик провел в раздумье, но никакого выхода не придумал. Матрешка сидела около Петрушки и плакала. Она знала, что завтра её отца не будет. Знала и ничем не могла ему помочь!

Вот и утро. Медленно поднималось из-за песчаных барханов солнце, а в открытое окно еще залетал прохладный ветерок. Мимо окон, согнувшись под коромыслом, Горбыль пронес два ведра воды, потом на кухне застучали посудой. Петрушка понял, что проснулся повар и готовит Трафарету завтрак.

— Не плачь, Матрешка, — чуть слышно утешал он. — Может быть, мы еще что-нибудь придумаем. А мне нужно идти помогать. — И спустился по лестнице. И прямо в коридоре чуть не столкнулся с одутловатым круглым лепешечником. Тот шел зачем-то к Трафарету. Петрушка замедлил шаги.

— У нас кончилась мука, — доложил правителю лепешечник. — Сегодня я выдал жителям только по половине лепешки. Завтра и совсем нечего будет дать.

— Врешь ты все, — оборвал его хозяин. — Недавно я принес пять мешков.

— Нет. Сами посмотрите, — развел руками лепешечник. — Всю съели.

— Будет тебе мука, — сердито проговорил Трафарет. — Хотел я с

Ванькой-Встанькой сначала расправиться, да ладно… Куда-нибудь сбегаю. _

Принесу.

Лепешечник, приседая, покинул комнату. А Петрушка обрадованно подумал: — Ну вот, пока Трафарета не будет, посоветуюсь с Горбылем. Может быть, что подскажет». И едва Трафарет покинул дом, Петрушка с Матрешкой вышли во двор. Мальчику захотелось сказать несколько слов Ваньке-Встаньке, и он приблизился к сараю.

— Мы тебя как-нибудь выручим, — хотел закричать он, но в это время послышался голос:

— Эй! Отойди от сарая. Я Трафарету скажу.

Мальчик подумал, что его окликнул кто-нибудь из помощников Трафарета, но это был Копилка. Он стоял невдалеке от сарая, но не как все жители, а вниз головой. Ноги его смешно болтались в воздухе, а из щели в голове, жужжа, вылетали большие черные мухи.

— Покоя не дают, проклятые, — пробурчал Копилка, — ни днем, ни ночью. Ходи да вытряхивайся. Сколько мух развелось.

— Так тебе и надо. Думал у Трафарета золото, драгоценные камни получить, вот и просчитался. Мучайся теперь с мухами.

Копилке ответить было нечего. Он еще раз взбрыкнул ногами и скрылся в доме. А Петрушка с Матрешкой, боясь, как бы еще кто не задержал их, торопливо направились к Горбылю. И как часто бывает, встреча с Копилкой напомнила мальчику том, что Копилка попал в орлиное гнездо. Об этом не раз со смехом рассказывал Трафарет. И еще Петрушка вспомнил, как дома мастер Трофим говорил ему, что орел всегда защищает своих птенцов и никогда не оставляет их в беде.

«А что если…» — мелькнуло в голове у Петрушки.

— Знаешь что, пойдем лучше к дровосеку Иве. Он нам, пожалуй, больше поможет, — предложил Петрушка.

— Пойдем, — покорно согласилась Матрешка. Она уже не верила, что кто-то сможет защитить её отца, и шла рядом, вытирая слезы.