ПОВЕСТВОВАНИЯ Ветхого Завета:
их правильное использование
Библия содержит больше такого типа литературы, который называется "повествованием", нежели любого другого. Например, более 40 % Ветхого Завета — повествования. Поскольку Ветхий Завет сам по себе составляет три четверти всего объема Библии, неудивительно, что единственным наиболее часто встречающимся типом литературы всей Библии является повествование. Следующие книги Ветхого Завета большей частью или целиком состоят из повествовательного материала: Бытие, Иисуса Навина, Судей, Руфь, 1–4 Царств, 1–2 Паралипоменон, Ездры, Неемии, Даниила, Ионы, Агеея. Более того, Исход, Числа, Иеремии, Иезекииля, Исаии и Иова также содержат основательные повествовательные части.
Мы предполагаем, что Святой Дух знал, что Он делал, когда вдохновлял такую большую часть Библии именно в форме повествования. Мы полагаем, что очевидно, что этот тип литературы прекрасно служит откровенной цели Господа. Как он служит Его целям и как нам хорошо и правильно использовать его в нашем служении Богу — вот о чем эта глава.
Природа повествований
Что есть повествования
Повествования — это рассказы. Хотя время от времени мы для их описания и используем слово "рассказ", мы предпочитаем слово "повествование", так как рассказ стал означать нечто выдуманное, как "рассказ на сон грядущий" или "правдоподобный рассказ". Он также обычно означает единый рассказ с единым составом действующих лиц и единым сюжетом. Библия, с другой стороны, содержит то, что мы часто называем "Божий рассказ" — история, целиком правдивая, жизненно важная и часто сложная. Это великолепный рассказ, больший, чем самый большой эпос, более богатый по сюжету и более значительный по составу действующих лиц и описаний, чем могла бы быть любая сочинённая человеком история. Поэтому для тех частей этой великой святой истории, имеющих форму рассказа, термин "повествование" предпочтительнее в техническом смысле, так как это — более объективный и менее пагубный термин.
Библейские повествования рассказывают нам о том, что случилось, но не обо всем подряд. Их цель — показать Господа за работой во время Его творения и среди Его народа. Повествования восславляют Его, помогают нам понять и оценить Его и дают нам картину Его провидения и защиты. В то же время они дают примеры многих других уроков, важных для нашей жизни.
Все повествования имеют сюжет и действующих лиц (неважно, божественных ли, людей, животных, растения или что бы то ни было). Повествования Ветхого Завета, однако, имеют сюжеты, которые являются частью особого общего сюжета, и имеют особый состав действующих лиц, самый особенный из которых — Сам Бог.
Три уровня повествований
При чтении и изучении Ветхого Завета вам поможет осознание того, что история фактически рассказывается на трех уровнях.
Верхний уровень — уровень всеобщего Божьего плана, выработанного через Его творение. Ключевые аспекты сюжета на этом высшем уровне: начальное творение само по себе; падение человечества; сила и вездесущность греха; нужда в искуплении; воплощение Христа и жертва.
Ключевые аспекты среднего уровня концентрируются на Израиле: призвание Авраама; установление генеалогической линии через патриархов; порабощение Израиля в Египте; освобождение Богом от ярма и завоевание обетованной земли Ханаан; частые грехи Израиля и растущее вероломство; терпеливая защита и увещевание Божие; разрушение северного Израиля, а затем Иудеи; и восстановление святого народа после изгнания.
Затем идет нижний уровень. Здесь находятся все сотни отдельных повествований, создающие первые два уровня: рассказ о том, как братья Иосифа продали его арабским караванщикам, идущим в Египет; рассказ о том, как Гедеон сомневался в Боге и проверял Его с помощью овечьей шкуры; рассказ об измене Давида с Вирсавией и т. д.
Внимательно взгляните на это: каждое отдельное повествование Ветхого Завета (нижний уровень) является, по меньшей, мере частью более обширного повествования об истории Израиля в мире (средний уровень), которое, в свою очередь, является частью основного повествования о Божьем творении и Его искуплении (высший уровень). Это основное повествование проходит через Ветхий Завет к Новому Завету. Вы не можете рассматривать отдельное повествование не обращая внимание на тот факт, что оно является частью внутри двух других. Иногда повествование состоит из нескольких более коротких, индивидуальных повествований. Такое повествование может быть названо "составным". Для практических целей, на все, что мы говорим о трех уровнях повествований, не влияет тот факт, что составные повествования есть по всей Библии.
Мы надеемся, что осознание этой иерархии повествований поможет вам быть лучшим христианином в применении Ветхого Завета в своей жизни и в служении другим. Когда Иисус учил, что Писание "свидетельствует обо Мне" (Иоан. 5,27–29), Он явно говорил не о коротких отдельных отрывках из Ветхого Завета. Эти отдельные отрывки, включая повествования, являющиеся мессианскими или иначе определяемые в Новом Завете как типологические о Христе (ср. 1 Кор. 10, 4), являются важной частью Ветхого Завета, но составляют лишь малую часть всеобщего откровения. Однако Иисус говорил об основном, высшем уровне повествования, в котором Его искупление является центральным действием и подчинение всего созданного Ему было высшей точкой сюжета. Следовательно, Он учил, что Писание в своей цельности несет свидетельство о Нем и фокусируется на Его любящем господстве.
Итак, у нас есть отдельные повествования (иногда составной природы) внутри главного повествования. Некоторые из составных повествований образованы из большого количества кратких отдельных. Это типично для всех рассказов, имеющих второй "под-сюжет", и не удивительно. В Новом Завете есть отдельные повествования (как триумфальный вход в Лк. 19,28–46), внутри больших (Луки — Деяния), внутри основного повествования Божьей истории, как она рассказана в Библии. В Ветхом Завете тоже самое. Например, большое составное повествование, которое мы называем "рассказом об Иосифе" (Быт. 37–50), содержит много коротких отдельных повествований об Иосифе, как например, рассказ о его первых снах (Быт. 37, 5-11), рассказ о его вознесении и падении, будучи рабом Потифара (Быт. 39), рассказ о похоронах Иакова в Ханаане (Быт. 50, 1-14) и т. д. И все это — часть всего библейского повествования.
Нет ничего плохого в том, чтобы изучать любое отдельное повествование само по себе. Наоборот, это очень даже желательно. Но для более полного понимания вы должны видеть в конце концов это отдельное повествование в контексте большого.
Чем не являются повествования
1. Повествования Ветхого Завета — это не просто рассказы о людях, живущих в то время. Это прежде всего истории о том, что Бог делал для и через этих людей. В отличие от человеческих повествований, Библия состоит из повествований о Боге. Бог — главный герой рассказа — если это рассказ из Библии. Действующие лица, события, развитие сюжета и кульминация сюжета — все это есть, но за всем этим, Бог — верховный "главный герой" или основное, решающее, действующее лицо во всех повествованиях.
2. Повествования Ветхого Завета — не аллегории или рассказы, наполненные скрытым смыслом. Однако, в них могут быть некоторые аспекты, трудные для понимания. То, как действует в истории, как Он влияет на человеческие поступки и осуществляет Свою волю через человека (иногда вопреки собственным желаниям людей, ср. Быт. 50, 20), не всегда нам понятно. Часто нам не сообщают в точности, что сделал Бог в определенной ситуации, которая произошла именно так, как описано в Ветхом Завете. И даже если нам говорят, что Он сделал, то не всегда говорят как или почему Он сделал это.
Другими словами, повествования не отвечают на все наши вопросы по данному пункту. Они ограничены центром действия и дают нам лишь часть общей картины всего того, что Бог делает в истории. Нам нужно научиться удовлетворяться этим ограниченным пониманием, и часто сдерживать свое любопытство, а иначе мы закончим тем, что будем читать между строк так часто, что будем вычитывать из этих рассказов то, чего там нет, принимая за аллегории то, что было на самом деле историческими событиями. Как и в случае с притчами (глава 8), повествования могут быть таким образом искажены.
Привнесение в рассказы того, чего там нет, происходит тогда, когда люди приравнивают сверхъестественные события в библейских повествованиях с результатом воздействия таких вещей как НЛО, или машины времени из далекого будущего, или предполагаемые древние секретные научные изыскания и открытия, утерянные для человека. Это верно, что Библия сама не говорит, как Бог сделал большинство чудесных вещей. Но неутолимое любопытство и желание понять, что не включено в Библию, т. е. как конкретно произошли такие вещи, может довести людей до принятия абсурдных и "притянутых за уши объяснений". Прелесть и обожание псевдонауки ведет их к псевдонаучным объяснениям чудесных событий в Писании. Бог просто не сказал нам в Библии, как Он сделал все, что сделал. Стремление к пониманию процесса может привести к объяснениям настолько диким и несовместимым с библейскими повествованиями, что они вообще не будут являться никакими объяснениями.
3. Повествования Ветхого Завета не всегда учат в прямом смысле. Они подчеркивают Божию природу и откровение таким особым способом, каким не могут этого сделать легальные или доктринальные части Библии, позволяя нам косвенно переживать события и опыт, а не просто выучить то, что связано с этими событиями и опытом. Современные клише типа "Не умаляйте достоинства того, чего вы не пробовали", или "Чтобы действительно понять что-либо, нужно попробовать это", не всегда верны. Но в них содержится зерно истины, иногда знание лучше и влияет на поведение сильнее, когда исходит из опыта в чем-либо. Если вы будете внимательно следить за событиями в Ветхом Завете, вы будете, естественно, косвенным образом вовлечены в них, так же, как и при чтении любого другого рассказа, независимо от того, насколько отличаются от вас персонажи и обстоятельства. Таким образом повествования дают вам нечто вроде "пощупанного своими руками" знания Божиих трудов в Его мире, и хотя это знание скорее из вторых рук, чем первоначально, оно тем не менее реально и может вам помочь сформулировать свое поведение.
Если вы христианин, Ветхий Завет — это ваша духовная история. Обещания и призвание Богом к Израилю — это ваши обетования и призвание (Гал. 3,29). В наилучшем, самом полезном и практическом смысле Бог позволяет вам идти за событиями, которые Он заставил произойти в те времена, вдохновив мужчин и женщин записать их так, как Он того хотел.
Хотя повествования Ветхого Завета не обязательно учат прямо, они часто иллюстрируют, то что дается прямо и категорично в другом месте. Это представляет собой имплицитное (косвенное) обучение, которое вместе с соответствующим эксплицитным (прямым) обучением в Писании, является высокоэффективным в образовании учебного опыта, который Святый Дух может положительно использовать. Например, в повествовании о прелюбодеянии Давида с Вирсавией (2 Цар. 11) вы не найдете утверждения типа "Прелюбодеянием и убийством Давид совершил неправедный поступок". Считается, что вы знаете, что прелюбодеяние (и убийство) — неправедны, так как этому уже учила прямо Библия в Исходе 20,13–14. Повествования иллюстрирует зло, принесенное личной жизни царя Давида и его способности править. Повествование не учит систематически насчет прелюбодеяния и не могло бы быть использовано в качестве единственного базиса для такого учения. Но, как одна иллюстрация последствий прелюбодеяния в определенном случае, оно дает такое мощное высказывание, которое может отпечататься в мозгу внимательного читателя так, как не смогло бы прямое, категорическое учение.
4. Каждое индивидуальное повествование или эпизод не обязательно имеют свою собственную мораль. Повествования нельзя толковать раздробленно, как будто каждое утверждение, каждое событие, каждое описание могло бы иметь, независимо от других, особое высказывание к читателю. В действительности, даже в довольно длинных повествованиях все его компоненты могут работать вместе, чтобы довести до читателя единую главную мысль. В повествовании существует некое общее движение, некая суперструктура, которая и составляет суть, обычно единую.
В этом смысле повествования аналогичны притчам (см. главу 8), тем образом, что все вместе выражает главную мысль, а не отдельные части. Энергия, эффект, воздействие, убедительность — все идет из общей последовательности событий. Множество отдельных элементов соединяются, чтобы создать повествование и дать Божие откровение через него. Пытаться найти значение каждой отдельной группы данных или каждого отдельного события бесполезно. Вам нужно оценивать повествование как единое целое, а не раздробленно.
Принципы толкования повествований
Чтобы проиллюстрировать те положения, которые мы обсудили выше, мы выбрали два основных повествования из Ветхого Завета для анализа в этой главе. Но сначала десять следующих принципов помогут вам избежать явных ошибок в толковании, когда вы будете проводить экзегезу с этими или другими рассказами.
1. Повествование Ветхого Завета обычно не учит прямо какую-либо доктрину.
2. Повествование Ветхого Завета обычно иллюстрирует доктрину или доктрины, данные в виде утверждения в другом месте.
3. Повествования содержат запись того, что произошло — не обязательно, что оно еще произойдет или должно происходить каждый раз. Следовательно, некоторые повествования имеют индивидуальную мораль истории.
4. То, что люди делают в повествованиях — не обязательно хороший пример для нас. Часто даже наоборот.
5. Большинство действующих лиц в повествованиях Ветхого Завета далеко не совершенны, и их поступки тоже.
6. Нам не всегда говорят в конце повествования было ли то, что случилось, хорошо или же плохо. От нас ожидают, что мы можем судить об этом на основе того, чему Бог уже научил нас прямо и категорично в Писании.
7. Все повествования выборочны и незавершены. Не всегда даны все соответствующие детали (ср. Иоан. 21,25). То, что появляется в повествовании, — это все, что вдохновленный автор считал для нас важным.
8. Повествования не написаны для того, чтобы ответить на все наши теологические вопросы. Они имеют отдельные, специфичные, ограниченные цели и имеют дело с определенными вопросами; о других же говорится где-то в другом месте и по-другому.
9. Повествования могут учить либо прямо (ясно утверждая что-либо), либо косвенно (ясно подразумевая что-либо без утверждения).
10. В конечном анализе, Бог — герой всех библейских повествований.
Примеры толкования повествований
Повествование об Иосифе
Большой блок повествовательного материала, который мы называем повествованием об Иосифе, занимает главы 31 и 39–50 книги Бытия. Прочитайте эти главы, и вы увидите, что Иосиф — это центральный человеческий персонаж почти в каждом месте. Он доминирует в этом рассказе.
Мы читаем об образе жизни Иосифа, довольно надменном и критическом (гл. 37), рожденном частично, видимо, фаворитизмом его отца (37,7). Настойчивость Иосифа в пересказе своих высокомерных снов превосходства не помогает его положению в семье (37,10–11). Братья продают Иосифа в рабство и обманывают своего отца Иакова, заставляя его думать, что Иосиф мертв. Проданный в рабство в Египет, Иосиф становится успешным надзирателем в доме Потифара (гл. 39). Почему? Из-за своих врожденных административных умений? Вряд ли. Библия очень ясно говорит о причине, "И был Господь с Иосифом… Господь был с ним, и… Господь в руках его дает успех… Господь благословил дом египтянина ради Иосифа, и было благословение Господне на всем что имел он в доме и в поле" (Быт. 39, 2–5). Какими бы ни были управленческие умения Иосифа, они играли второстепенную роль в Божьем вмешательстве в его жизнь. Несправедливо посаженный в тюрьму, Иосиф поднялся до распорядителя всех заключенных. Почему? Библия вновь не оставляет сомнений: "Господь был с Иосифом, и простер к нему милость и даровал ему благоволение". (39,21, ср. до ст. 23).
Боговдохновенный рассказчик не оставляет места сомнению относительно героя рассказа или морали. Бог — герой. А мораль в том, что Бог был с Иосифом. Если вы хотите что-либо узнать из повествования от Иосифа и пытаетесь найти героя другого, нежели Господь, кто это будет? Будет ли это Иаков, выделяющий любимца из своих детей? Будет ли это Потифар или его жена, оба несправедливые к Иосифу? Будет ли это неназванный египетский заключенный? Будет ли это сам Иосиф, чересчур самоуверенный молодой человек, который так легко попадает в беду? Если вы выберете любой вариант из этих, вы наверняка сместите ударение во всем повествовании, уводя внимание от величественного направления Богом всех событий.
А как насчет морали этого рассказа? Сделаете ли вы ошибку, как ее делают многие проповедники и учителя, ищущие самодостаточный урок в каждом событии жизни Иосифа? Если так, вы можете прийти к заключению, что это повествование учит: "Не рассказывай своих снов другим, если не хочешь из-за этого попасть в большую беду", или "Даже рабы могут преуспеть, если обратят внимание на свои административные навыки", или "Вам будет лучше в тюрьме, если вы до ареста накопите деловой опыт", или "Иностранцы быстрее преуспевают, чем коренные жители".
Другими словами, если вы ищете нечто, кем был Иосиф или что он сделал, что должны повторять сегодня христиане, чтобы получить благословение, вы не найдете в повествовании ничего подобного. Повествование рассказывает вам, что Господь сделал с наиболее неподходящим кандидатом на успех. Оно не содержит никаких правил для преуспевания в бизнесе или в жизни вообще. Иосиф переходит от плохого к еще более худшему и находится в тюрьме долгие годы до того, как Бог (а не Иосиф) осуществляет его освобождение.
Освобождение Иосифа из тюрьмы, благодаря данному ему Богом умению толковать сны (Быт. 40–41), его вознесение к власти и возможность поддержать свою семью во время голода (Быт. 41–50) и различные детали более мелких повествований, создающие все повествование об Иосифе, в действительности не указывают на что-либо присущее Иосифу или что-нибудь примерное в его действиях. Вы напрасно будете искать в Библии другую мораль, нежели ту, что дает сама Библия: "Господь был с Иосифом". Весь процесс падения и взлета Иосифа к власти был делом рук Божиих. Даже злые намерения его братьев были использованы в Божией стратегии. Как сам Иосиф говорит своим братьям: "Вместо ли я Бога? Вот, вы умышляли против меня зло; но Бог обратил это в добро, чтобы сделать то, что теперь есть; сохранить жизнь великому числу людей". (Быт. 50, 19–20).
Вся цепочка событий и более мелких повествований, создающих сложное повествование об Иосифе, была, таким образом, частью большого повествования; план Господа для Израиля как нации и для сохранения ханаанитов, египтян и других вмести с ними во времена голода. Египет был местом, где Бог создал и умножил свой народ, приготовляя их к исходу и завоеванию земли Ханаан, которую Он, Бог, обещал Аврааму.
Стиль жизни Иосифа, личные качества или действия не говорят нам ничего, из чего можно было бы извлечь общие моральные принципы. Если вы считаете, что нашли нечто, вы нашли то, что вы хотите найти в тексте, вы не толкуете текст.
Самому Иосифу, в конце концов, дана была возможность понять, что Бог создал все события в повествовании для большей цели. В конце своей жизни он говорит братьям: "Я умираю, но Бог посетит вас, и выведет вас из земли сей в землю, о которой клялся Аврааму, Исааку и Иакову".
Центр всего — Бог. Он может выполнить, что Он хочет. Используя такие неподходящие средства как Иосиф, его семья, Фараон, Бог спас много людей и начал создавать для Себя особый народ. Вот где мы находим мораль истории, концентрирующуюся на Божьей милости и провидении, и ведущую нас к уважению Его путей и уверенности в Его провидении.
Повествование о Руфи
Книга Руфь коротка и самодостаточна, за ее сюжетом легко следить, а ее главные действующие лица легко узнаваемы. Это делает ее хорошим примером для иллюстрации узнанных выше принципов, с особым ударением на пункте 9 (выше) из списка принципов. Мы хотим здесь помочь вам увидеть, что учение Святого Духа через повествование может быть либо прямым, либо косвенным. Прямое учение — это то, что действительно говорит вдохновленный рассказчик ("Господь был с Иосифом"). Косвенное учение — это то, что ясно представлено в рассказе, но не утверждается во многих словах. Вы должны видеть этот смысл в рассказе, а не только считывать его со страницы.
Умение отличать, то, чему учат прямо, приходит довольно легко. Умение отличать, то, чему учат косвенно, приходит с трудом. Оно требует навыков, усердной работы, внимательности и молитвенного уважения к заботе Святого Духа при вдохновении текста. В конце концов, вы должны читать из текста повествования, а не привносить свое в него.
История Руфи может быть пересказана так: вдова Руфь, моавитянка, эмигрирует из Моава в Вифлеем со своей свекровью Ноеминью, которая тоже была вдовой (Руфь 1). Руфь подбирает колосья на поле Вооза, который дружески относится к ней, услышав о ее вере и ее доброте к Ноемини, приходящейся ему родственницей (Руфь 2). По предложению Ноемини Руфь дает Воозу знать, что любит его и надеется, что он захочет жениться на ней (Руфь 3). Вооз предпринимает официальные процедуры, чтобы жениться на Руфь и защитить права на семейную собственность ее покойного мужа, Махлона. Рождение первого сына Руфь и Вооза, Овида, — величайшее утешение для Ноемини. А внук Овида оказался царем Давидом (Руфь 4).
Если вы незнакомы с повествованием о Руфи, мы советуем вам прочитать всю книгу по меньшей мере два раза. Затем вернитесь к началу и отметьте следующие косвенные пункты, указанные повествованием.
1. Повествование говорит нам о том, что Руфь перешла к вере в Господа, Бога Израилева, и делает это, передавая слова Руфь Ноемини, "Народ твой будет моим народом, и твой Бог будет моим Богом" (1,16), а не просто констатируя "Руфь покаялась". От нас ожидается, что мы понимаем, что если она приняла Господа как своего Бога, она была обращена. Повествование также косвенно говорит о том, что обращение Руфи было подлинным, а не просто на пустых словах: "Пусть то и сделает Господь, и еще больше сделает, если………" (1,17). Эти слова ясно означают, хотя и не утверждают прямо, что Руфь, моавитянка, поклонявшаяся когда-то богам Моавитян, теперь верит и живет нормами Яхве, Господа, Бога Израиля. Нет сомнения в том, что повествование говорит нам, что Руфь обратилась к вере в истинного Бога, даже если это прямо и не утверждается.
2. Повествование говорит нам косвенно, что Вооз был праведным израильтянином, хранящим Моисеев Закон, хотя многие израильтяне так не поступали. Где говорится об этом? Посмотрите внимательно на 2,3-13; 2,22; 3,10–12; 4,9-10. Эти части повествования ясно дают понять, что Вооз, по своей речи, видит себя верным Господу и под его защитой; что Вооз поддерживает закон подбирания колосьев, провозглашенный в Лев. 19,9-10 (Руфь подходит под обе категории этого закона, она бедна и чужестранка), что он поддерживает закон искупления, провозглашенный в Лев. 25,23–24, и что не все израильтяне были верны этому закону — опасно было подбирать колосья на полях людей, которые не выполняли обязанностей закона подбирания (2,22).
И вновь мы получаем массу информации косвенно. Эта информация ценна для нас, и помогает нам следовать за повествованием и толкованием и толковать его. И все же это — информация, данная нам не прямо.
3. Повествование косвенно говорит нам, что эта история является частью происхождения предшественников царя Давида — и, следовательно, Иисуса Христа. Посмотрите на 4,17–21. Краткая генеалогия в стихе 17 и более полная генеалогия в стихах 18–21, обе заканчиваются именем Давид. Этот Давид явно является центром, конечным пунктом этой части повествования. Мы знаем из нескольких других генеалогических списков в Библии, что этот Давид — царь Давид, первый великий царь Израиля. Мы также знаем из генеалогии Нового Завета, что Иисус, говоря человеческим языком, произошел от Давида. Руфь, следовательно, была прабабушкой Давида и прародительницей Христа! Это важная часть учения всего повествования. Эта история не только о Руфи и Вооза в терминах их веры в Господа, но также в терминах их места в истории Израиля. Они не могли этого знать, но это были люди, которых Господь использовал как предшественников Давида и "сына Давида", Иисуса.
4. Повествование говорит нам косвенно, что Вифлеем был исключительным городом во время правления Судей по причине веры его граждан. Увидеть это в тексте нелегко. Это требует тщательного чтения всего повествования, и особое внимание нужно уделить словам и действиям всех действующих лиц. Кроме этого, нужно знать, каково было положение дел в других частях Израиля в те дни в отличие от особенностей Вифлеема. Это знание требует знакомства с основными событиями и темами Книги Судей, так как Руфь прямо связана с этим периодом времени (1,1). Если у вас будет возможность внимательно прочитать Книгу Судей, вы отметите, что тот период (ок. 1240–1030 до н. э.) был отмечен такими вещами, как идолослужение, синкретизм (смещение черт языческих религий с истинной верой Израиля), социальная несправедливость, социальные беспорядки, межплеменное соперничество, половая распущенность и другие показатели безверия. Картина, данная нам в Книге Судей, вряд ли счастливая, хотя там есть отличные случаи, где Бог, в Своей милости, помогает Израилю, или племенам внутри Израиля, несмотря на общее восстание против Него.
Что в Книге Руфи говорит нам, что Вифлеем был исключением в общей картине безверия? Практически все, за исключением 2,22, где говорится, что не все жители Вифлеема соблюдали закон подбирания зерен, как следовало бы. Иными словами, картина весьма последовательна. Слова самих героев показывают, как сознательно люди этого города манифестировали свою преданность Господу.
Вспомните, что все действующие лица, упомянутые в повествовании, за исключением Руфи и ее сестры Орфы, — граждане Вифлеема. Возьмите Ноеминь: и во времена горькие (1,8–9.13.20–21) и во времена счастливые (1,6; 2,19–20) она признает и подчиняется воле Божьей. Более того, Вооз своими словами постоянно показывает себя почитателем и последователем Господа (2,11–12; 3,10.13) и его действия подтверждают его слова.
Даже то, как люди приветствуют друг друга, показывает высокую степень сознательной преданности Господу (2,4). Старейшины города, в своем благословении свадьбы и их потомков (4,11–12), и женщины города, в благословении Ноемини (4,14), показывают свою веру. Принятие ими обращенной моавитянки, Руфь, дальнейшее косвенное доказательство их веры.
Наконец, боговдохновенный повествователь связывает значительные события с Господом (1,6; 4,13), хотя мы не можем знать наверняка, был ли он жителем Вифлеема или нет, и вовсе не неожиданно, что рассказчик не соприкасается с всеобщим безверием тех дней.
Суть в том, что нельзя читать повествование внимательно (и в сравнении с Книгой Судей) и не видеть снова и снова, насколько исключительным был Вифлеем! Нигде в повествовании не говорится, что "Вифлеем был городом, замечательным своим благочестием в те дни". Но именно об этом говорит повествование, способом более мощным и убедительным, чем прямые слова.
Эти примеры, мы надеемся, продемонстрируют, какое глубокое внимание к деталям и ко всему развитию действия повествования и его контекста необходимо для полного понимания. То, что передается прямо.
Предупреждение
Косвенное не означает секретное! Вы попадете в беду, если попытаетесь отыскать в тексте то, что по вашему мнению, Бог "спрятал" в повествовании. Ничего подобного не подразумевается под косвенным. Косвенное означает, что мысль можно понять из того, что сказано, хотя это и не утверждается в столь многих словах. Ваша задача — не выискивать вещи, которые не могут быть поняты всеми. Ваша задача — отметить все, что повествование действительно говорит вам — прямо или косвенно, но никогда таинственным или частным образом. Если вы не способны уверенно объяснить другим что-либо, данное косвенно, таким образом, чтобы они поняли это и также ухватили суть, вы, возможно, неправильно читаете текст. То, что вдохновил Святой Дух, предназначено для всех верующих. Выделите и передайте то, что точно есть в повествовании — не создавайте новое (2 Пет. 2, 3)!
Несколько последних предостережений
Почему люди так часто обнаруживают в библейских повествованиях то, чего там нет — вносят в Библию свои собственные мнения и взгляды вместо того, чтобы выносить из Библии то, что Бог хочет, чтобы они знали? Есть три главные причины.
Во-первых, люди испытывают жажду, жажду к информации, которая окажет им помощь, будет представлять для них особую личную ценность в сложившейся ситуации.
Во-вторых, они не терпеливы, они хотят получить ответы сейчас, из этой книги, из этой главы.
В-третьих, они неверно ожидают, что все в Библии применимо как инструкция для их личных жизней.
Библия — это великий источник. Она содержит все, что действительно нужно христианину в смысле Божьего направления для его жизни. Но она не всегда содержит ответы специфичные и персональные, как того хотелось бы некоторым, и не содержит всю информацию в каждой главе каждой книги! Будучи слишком нетерпеливы в обнаружении воли Божией во всей Библии, люди делают ошибки, позволяя себе неверно истолковывать отдельные части Писания.
Чтобы вы смогли избежать этой тенденции, мы перечисляем здесь восемь наиболее общих ошибок толкования, которые люди совершают, ища ответы из Библии. Хотя все это относится к повествованиям, оно не ограничивается только ими.
1. Аллегоризация. Вместо того, чтобы сконцентрироваться на ясном значении, люди придают тексту другое значение, выходящее за рамки самого текста. В Писании есть аллегорические части (напр., Иезекииль 23 или части Откровения), но ни одна из аллигорий в Писании не является простым повествованием.
2. Деконтекстуализация. Игнорируя исторический и литературный контекст, а часто и отдельное повествование, люди концентрируются только на небольших отрывках и упускают ключи к толкованию. Если вы достаточно деконтекстуализируете (лишаете контекста), вы можете сделать так, что почти любая часть Писания будет говорить то, что вы хотите.
3. Избирательность. Это аналогия деконтекстуализации. Она включает в себя выхватывание и выбор специфических слов и фраз, на которых нужно сконцентрироваться, игнорируя все остальные и общий охват изучаемого отрывка. Вместо сочетания частей и целого, избирательность игнорирует некоторые части и все целое.
4. Ложное сочетание. Такой подход сочетает элементы оттуда и отсюда в отрывке и составляет суть из этой комбинации, даже если сами эти элементы не связаны впрямую в отрывке. Экстремальный пример этому — слишком частой общей толковательной ошибке — вывод, что настоящие враги находятся в церкви, а не вне ее, так как в 22 Псалме Давид говорит, что будет обитать в доме Божием вечно, и что Бог приготовил ему трапезу в виду врагов его. (Враги, следовательно, должны быть в доме Господнем вместе с Давидом, а иначе он не мог бы быть в их присутствии).
5. Переопределение. Когда четкое значение текста оставляет людей холодными, не давая моментального духовного восторга, или говорит то, что они не хотят слышать, они часто поддаются искушению переменить значение, чтобы оно означало нечто иное. Например, они берут слова Иисуса богатые…"и Горе вам когда все люди будут говорить о вас хорошо…"(Лк. 6,24 и 26) и меняют их на "Горе вам, кто любит деньги настолько, что вы отвергли свою веру в Бога", и "Горе вам, кто стал атеистами, чтобы получить дешевую похвалу мирских язычников". Т. е. эти высказывания переопределены так, что стали более узкими и не являются больше угрозой для тех, кто переопределил их.
6. В неканоническое основание. С помощью использования особого внешнего ключа к Писанию, обычно некоторых доктрин или книги, которая якобы раскрывает библейские истины, не понимаемые иначе, люди полагают, что могут раскрыть тайны Библии. Культы обычно работают на основе определенного внеканонического авторитета, расценивая Библию как серию загадок, для решения которых нужно обладать специальными знаниями.
7. Морализирование. Это предполагает, что из любой библейской истории могут быть извлечены принципы для реальной жизни. В конце каждого отдельного рассказа такой читатель задает вопрос: "Какова мораль этой истории?" Например, какую мораль можно извлечь из бедственного положения израильского народа в течении всего их рабства в Египте. Но смысл здесь состоит в том, что при подобном рассуждении игнорируется факт, что данная история была написана, чтобы показать процесс Божьего искупления, а не проиллюстрировать какие-то конкретные принципы для нас. Это исторический рассказ, а не поучительная история.
8. Олицетворение. Так же известно, как индивидуализация, когда Писание читается таким образом, что какие-либо его части или все оно применяется к вам или вашей группе таким образом, как оно не применяется больше ни к кому другому. Людям свойственно концентрироваться только на себе, даже когда они читают Библию. Когда вся картина истории Божьего искупления не удовлетворяет их, то они могут молиться, чтобы найти в этом что-то, что удовлетворяло бы их личные нужды, потребности или проблемы. Они могут забыть, что все части Библии принадлежат всем, а не только им одним. Примером индивидуализации может быть: "История с говорящей ослицей Валаама напоминает мне, что я говорю слишком много" или "История строительства Божьего храма дана для того, чтобы сказать, что мы должны строить новое церковное здание".
Возможно, единственное наиболее полезное предупреждение, которое мы можем дать по поводу чтения и изучения повествований, заключается в следующем: не будьте обезьяной-подражателем ("обезьяна видит — обезьяна делает"), читая Библию. Ни одно из библейских повествований не было написано специально для вас. Повествование об Иосифе, о том, как Бог поступал через него. Это не повествование прямо-таки о вас. Повествование о Руфи восславляет Божию защиту и помощь Руфи и жителям Вифлеема, а не вам. Вы всегда можете научиться многому из этих повествований, и вообще из всех библейских повествований, но вы же не можете предположить, что Господь хочет, чтобы вы делали точно те же вещи, что и библейские персонажи, или чтобы с вами случалось то же, что и с ними. Для дальнейшего обсуждения этой мысли смотрите главу 6 данного учебника.
Библейские персонажи иногда добры, иногда злы, иногда мудры, иногда глупы. Иногда их наказывают, иногда им оказывают милость, иногда они богаты, иногда жалки.
Ваша задача — узнать Слово Божие из рассказов о них, а не пытаться делать все, что кто-то сделал в библейском повествовании что-то, вам не следует расценивать это как позволение или обязательство сделать то же самое.
Что вы можете и должны делать, так это повиноваться тому, к чему действительно призывает вас Бог в Писании. Повествования драгоценны для нас потому, что так ярко демонстрируют участие Бога в мире и иллюстрируют Его принципы и призывы. Поэтому они учат нас многому — но то, чему они прямо учат нас, не обязательно систематически включает личную этику. Что касается этой области жизни, нам следует обратиться к другим местам в Писании, где личной этике учат прямо и категорично. Богатство и разнообразие Писания должно пониматься как наш союзник — желанный источник, а не как сложное и тяжелое бремя.