Равнина Аукс-Гуардас Валекса

Маршрут Капеллана, Конфедерация Капеллана

3 апреля 3057 г.

Гауптман Гарт Хаукс сидел, лениво развалившись в своем кресле недалеко от стойки бара, потягивая пиво и меланхолично наблюдая, как опадает пена в бокале темного эля. Таверна находилась на месте руин деревни Лусиль, всего в нескольких километрах от места постоянной дислокации его соединения. Ныне, представленный мелкой точкой на географической карте планеты, поселок полностью разделил судьбу многих подобных ему небольших городков, с трудом переживших три столетия непрерывных войн, сотрясавших Содружество с момента падения Звездной Лиги.

Бросив рассеянный взгляд на других немногочисленных завсегдатаев заведения, Хаукс невольно задумался и о судьбе своего подразделения, волею случая оказавшегося на Валексе, планете, расположенной слишком близко от пресловутого Маршрута Сарна, ставшего за последние годы основной головной болью Верховного командования Лиги. Ни для кого не было секретом, что Сун Цу Ляо за минувшие два года приложил немало усилий, чтобы посеять семена раздора в мирах, примыкающих к печально известной планете. Соответственно никого особенно не удивляло, что брошенные им зерна дали обильные всходы, поскольку многие обитатели этих миров по-прежнему считали себя гражданами Конфедерации Капеллана. Его соединение, Шестой полк Ландскнехтов Креста, был послан на Валексу в рамках последнего плана передислокации войск и с тех пор нес рутинную армейскую службу по дежурному патрулированию деревень и поселков района.

По грустному совпадению, это был тот род воинской службы, которую гауптман Гарт Хаукс ненавидел больше всего. Но приказ есть приказ, и его приходилось выполнять, независимо от его личного отношения к нему.

Слава Богу, что хоть сегодня он был избавлен от службы, да и то главным образом благодаря своим семейным связям, а не благорасположению командования. Гауптману предстояло встретиться с близким другом своего отца, известным в тесном кругу друзей и родственников под кличкой «Генерал». Хаукс тем охотнее принял неожиданное приглашение, поскольку такая встреча была для него хоть каким-то разнообразием в его небогатой событиями гарнизонной службе. Не так уж и часто молодому офицеру, только начинающему свою служебную карьеру, представлялась лишняя возможность для отдыха.

Он был оторван от своих невеселых размышлений скрипом стула, на который опустилась грузная фигура Генерала Мэла Александра.

— Все еще таскаешь на своей каске лошадиный хвост, Гарт? — весело осведомился Генерал, делая знак бармену принести ему порцию спиртного.

— Как и положено по уставу, сэр.

Генерал рассмеялся и одобрительно хлопнул молодого человека по спине:

— Что и говорить, служба, сынок! Но расскажи мне подробнее, Гарт, как идут твои дела. Прошло уже немало времени с тех пор, как у нас была возможность перекинуться с тобой парой слов. Даже чересчур много, на мой взгляд, если вспомнить, что речь идет о сыне одного из лучших моих друзей. Кстати, как самочувствие генерала? Когда ты разговаривал с ним в последний раз?

— Месяца два тому назад. Полевая почта не частый гость на Валексе.

— Боюсь, что отчасти это и моя вина. Именно мне пришла в голову идея отправить твой полк в эту дыру, — виновато улыбнулся Генерал, заливая свои слова солидным глотком эля.

— Возможно, что мне еще выпадет возможность поблагодарить вас за это, сэр, — вздохнул Хаукс, следуя примеру своего собеседника.

Бдительный бармен тут же подскочил к столику, чтобы снова наполнить стаканы почетных гостей.

— Не унывай, Гарт. В самом деле, не исключено, что тебе придется благодарить, но не меня, а судьбу, что ты оказался сегодня здесь.

— Хвала Господу, Валекса еще относительно спокойное место, хотя совсем рядом на Маршруте Сарна мятежники Суп Цу подняли открытое восстание против правительственных войск. Я уже не говорю о мелких локальных конфликтах, которых всегда хватает. Одним словом, Валекса мало похожа на горячую точку, по крайней мере до поры до времени. Ох уж эти политики, — пробормотал Хаукс с таким отвращением, словно одно упоминание об этом предмете оставляло неприятный привкус у него во рту.

— Я — водитель боевого робота! То, о чем вы говорите, всего лишь плохая политика. Укажите мне достойную цель и обещайте хорошую драку, и я только скажу вам спасибо.

Генерал одобрительно хмыкнул.

— Твой отец всегда считал тебя идеалистом. По обыкновению, витаешь в облаках. И все же я полагаю, что пока тебе лучше оставаться со своим полком, вместо того чтобы присоединиться к Рыцарям Томаса Марика из Внутренней Сферы.

Как и все его товарищи, Хаукс не один раз слышал об Ордене. Марик недавно сформировал его в качестве своей личной гвардии, надеясь тем самым поддержать высокий моральный дух и боеспособность своих войск. По замыслу генерал-капитана, в Орден должны были влиться лучшие из лучших, и он неустанно занимался поисками таких людей на всех подвластных ему мирах. В ответ на его призыв уже более полутора сотен лучших водителей боевых роботов отправились в столицу Лиги Свободных Миров и приняли присягу на верность Томасу Марику, признав его своим единственным сюзереном.

— Я высоко ценю ваше доброе мнение обо мне, Генерал, как и то обстоятельство, что вы сочли возможным пригласить меня на эту встречу.

Не так уж часто люди вашего положения находят время для бесед с молодыми офицерами вроде меня.

Хаукс чувствовал себя слегка виноватым за свои недавние слова, но не собирался отказываться ни от одного из них. Он был знаком с Генералом Мэлом Александром почти всю свою сознательную жизнь и все же не мог окончательно отделаться от слегка критического отношения к нему, полагая, что тому следует больше знать о моральном состоянии вверенных ему войск.

— Ради Бога, если ты продолжаешь настаивать, — Генерал снисходительно покачал головой, — мне достаточно только позвонить в штаб корпуса и договориться о переводе тебя к новому месту службы.

— Я уже говорил, что высоко ценю ваше внимание к моей судьбе, сэр.

Простите меня, но у меня уже больше месяца не было ни одного свободного дня. Обычное рутинное патрулирование местности. Возможно, я просто немного устал.

Гарт Хаукс был хорошим офицером и совсем не жаждал каких-либо особых привилегий для себя благодаря старым служебным и дружеским связям своего отца. Однодневный отпуск был для него и без того подарком судьбы, о котором большинство его товарищей не могли даже мечтать.

Молодой гауптман еще и не подозревал, что ему не долго оставалось наслаждаться своей удачей.

В ту же минуту до них донесся звук, который большинство из местных жителей, вероятнее всего, приняли за отдаленные раскаты грома. Но для профессионалов, какими по праву считались оба собеседника, не было нужды привлекать для его объяснения силы природы. Этот звук был для них символом войны и разрушения.

Хаукс и Александр едва успели обменяться быстрыми взглядами, прежде чем система личной связи Генерала подала первые признаки жизни. Капельки холодного пота выступили на лбу молодого гауптмана.

«Взрыв!» — безошибочно определил он, хотя, кто знает, может быть, это всего лишь несчастный случай.

— «Железная девственница» на связи, — услышал он уверенный холодный голос Генерала, напомнивший ему манеру общения своего отца.

— Говорит штаб Ландскнехтов, сэр. Наш патруль атакован неизвестным противником, силами одной роты. Звено «Браво» выслано на помощь нашим людям, но, судя по всему, долго им не продержаться.

Хаукс вскочил на ноги и если и не бросился немедленно к двери, то только потому, что хотел дослушать до конца экстренное сообщение штаба.

Пока он сидел здесь в тепле и потягивал холодное пиво, где-то там на равнине его товарищи вели бой с превосходящими силами противника.

— Знаки отличия нападающих? — услышал он резкий вопрос Генерала.

— Трудно сказать наверняка, сэр, но, по не подтвержденным пока визуальным данным, они принадлежат к Рыцарям Внутренней Сферы Лиги Свободных Миров.

Разговор прервала целая серия новых взрывов.

Бармен подошел к двери и осторожно выглянул наружу.

Бросив взгляд через его плечо, Хаукс увидел, что на улице уже стали собираться небольшие группы случайных прохожих. Судя по выражениям лиц людей, было видно, что большинство из них уже начали понимать, что происходит.

ВОЙНА ДОКАТИЛАСЬ ДО ВАЛЕКСЫ!

— Генерал… там ведет бой мое подразделение, — произнес он срывающимся голосом, — я должен немедленно присоединиться к ним.

Автомобиль ждал его у дверей, но, чтобы добраться до своего робота, ему еще предстояло преодолеть километров пять по скверной дороге.

Александр, в свою очередь, поднялся на ноги.

— Береги себя, сынок, — напутствовал он Хаукса, который уже успел выскочить из таверны и бежал к своей машине. — «Браво» — единственная наша часть на этом участке, — крикнул он вдогонку Хауксу. — У меня еще есть два звена поблизости, но им потребуется не меньше тридцати минут, чтобы добраться до места боя.

— Слишком поздно! — прокричал в ответ Хаукс, прыгая в автомобиль. — Через тридцать минут все будет уже кончено. В нашу или их пользу…

Поднимая облака пыли, «Цезарь» Хаукса на максимальной скорости двигался по холмистой равнине Аукс-Гуардас, по дороге, где минут пятнадцать назад прошли его товарищи по звену «Браво». Для своих семидесяти тонн робот двигался с поразительной легкостью. Хуже всего было то, что Хауксу приходилось двигаться практически вслепую. Кто бы ни были неизвестные нападающие, они позаботились о том, чтобы запастись специальным электронным оборудованием, делающим невозможными переговоры на значительном расстоянии. На сильно пересеченной местности сенсоры машины были также беспомощны, и лишь облака дыма, поднимавшиеся из-за гряды невысоких холмов, могли служить хоть каким-то ориентиром, указывающим место разгоревшейся битвы. По мере приближения туда стало ясно, что большая часть боевых машин все еще принимала активное участие в сражении и лишь около трети неподвижно замерли на различных участках небольшого плато. Все же для такой скоротечной битвы потери сторон были весьма значительны. Бортовой компьютер «Цезаря» начал выдавать обычную в таких случаях информацию, но у Хаукса уже не было времени снимать показания мониторов.

Не снижая скорости, он привел в боевую готовность орудия своей машины и только после этого бросил беглый взгляд на экран переднего дисплея.

Полученная им информация оказалась совершенно ошеломляющей. Семь боевых роботов неприятеля пытались взять в клещи две остающиеся в строю машины «Браво».

В этой ситуации малейшее промедление было равнозначно признанию собственного поражения, и Хаукс, не мудрствуя лукаво, направил свои орудия на ближайшую к нему цель — «Банши», гигантского боевого робота, чья огневая мощь по меньшей мере в два раза превышала относительно скромные возможности его «Цезаря». На стороне Хаукса оставалось одно преимущество — внезапность нападения. Сблизившись с противником, гауптман открыл огонь.

Орудия Гаусса, составлявшие главное средство поражения у «Цезаря», способны были выпускать цельнометаллические конические снаряды диаметром в десять сантиметров и имели то преимущество, что действовали практически бесшумно.

Уже первый залп оказался удачным. Несколько снарядов попали в правую ногу «Банши», серьезно повредив ее защитное покрытие.

Неожиданно ожило коммуникационное устройство, и в ушах Хаукса прозвучал знакомый голос Лины Мартинсон.

— Во имя призрака Гаффы, объясните мне, кого еще сюда принесло? — прокричала она тоном, близким к паническому.

— Какая тебе разница, если он стреляет по нашим гостям, — отозвался спокойный голос Джона Фолкса. — Лучше прикрой меня с тыла. Если ты не сделаешь этого немедленно, от моей задницы ничего не останется.

Хаукс включил свой собственный микрофон.

— Это «Браво-1», — пояснил он, перезаряжая орудие. — Доложите обстановку.

Его второй залп оказался столь же точным, как и первый, но менее успешным. Мощная броня фронтальной части «Банши» осталась практически неповрежденной.

— Досталось нам крепко, сэр, — сообщил Фолкс, направляя свои лазеры на подвернувшегося ему под руку «Кузнечика». — Наши потери три робота и два танка. Лейтенант Марроу погибла, сэр.

Ханна Марроу была заместительницей Хаукса, и именно она вела его звено в это последнее для себя сражение. Удар оказался тяжелым, но сейчас у него не было времени на горькие сетования.

— Медленно двигайтесь в моем направлении, — приказал Хаукс. — Подмога уже близка. Осталось продержаться минут десять — пятнадцать.

— Хорошо сказать — продержаться, — проворчала Мартинсон.

Ее фраза была прервана одновременными залпами «Дервиша» и «Рыси», один из снарядов которых перерубил почти надвое правую ногу «Боевой Собаки» Мартинсон.

Сократив до предела разделяющую их дистанцию, Хаукс сосредоточил огонь своих лазеров на «Банши», стремясь помешать тяжелой машине закончить дело, начатое ее сообщниками. Его удар оказался успешным, по крайней мере, на какое-то время грозный противник был выведен из игры.

Но и радость Хаукса оказалась преждевременной. Повторный залп «Дервиша» с близкого расстояния превратил «Боевую Собаку» в груду металлических обломков.

Да и пилот «Банши», оправившись от первого потрясения и сообразив наконец, кто является его главным противником, отказался от преследования «Убийцы» Фолкса и развернул свою машину в сторону «Цезаря».

К счастью для гауптмана, он вовремя заметил его маневр и успел вывести своего робота из-под удара теплового луча.

На этом все, собственно, и закончилось.

Окрашенные в красно-серебряный цвет машины неожиданно подались назад и, продолжая вести заградительный огонь, начали медленно отходить в тот самый момент, когда исход сражения был фактически решен. О том, что явилось причиной их непонятного поведения, можно было только догадываться.

Оставшись в одиночестве, Хаукс направил свою машину к месту гибели «Боевой Собаки».

— Фолкс, прикрой меня на тот случай, если они пожелают вернуться, — распорядился он, но и эта предосторожность оказалась излишней. Когда он остановил своего «Цезаря» у останков машины Мартинсон, боевые роботы противника уже исчезли с экранов его мониторов.

Одного взгляда в сторону кабины было достаточно, чтобы понять, что его помощь безнадежно запоздала. Лине уже ничем нельзя было помочь. Она умерла мгновенно, едва роковой залп «Дервиша» накрыл «Боевую Собаку».

Стиснув зубы, Хаукс отвернулся.

Он должен был быть здесь с первых минут сражения, лично вести в бой своих товарищей и в случае неудачи разделить их судьбу.

Чуть поодаль от машины Мартинсон на земле лежал еще один робот, окрашенный в знакомые красные с серебром цвета. Это был «Стингер» — устаревшая, но еще достаточно надежная модель, нередко используемая на окраинных планетах.

Что же, черт возьми, здесь произошло? У Томаса Марика не было ни малейших причин атаковать планеты Содружества, особенно сейчас, когда его сын Джошуа находился на излечении в главной правительственной клинике Федерации.

Подойдя поближе, Хаукс еще раз, более внимательно, осмотрел разбитую машину.

Как же он не заметил этого раньше? Не надо было быть экспертом, чтобы понять, что кабина «Стингера» была разрушена взрывом изнутри.

Как это могло произойти?

Рыцари Внутренней Сферы были элитными войсками, профессионалами высочайшего класса и, уж во всяком случае, цивилизованными людьми.

Однако этот водитель предпочел взорвать себя вместе с машиной или был уничтожен при помощи дистанционного устройства, лишь бы не оказаться в руках противника.

Даже представители кланов никогда не использовали такие варварские методы.

«Так с кем же мы все-таки только что сражались? Если не с Рыцарями, то тогда с кем?»

Случайно оглянувшись через плечо на обломки «Боевой Собаки», он невольно представил себе разорванную на части фигуру Лины и, чтобы совладать с внезапно охватившим его приступом гнева, с силой прикусил верхнюю губу.

«ЭТО БЫЛИ МОИ ЛЮДИ, ПОГИБШИЕ ИЗ-ЗА МОЕЙ ОПЛОШНОСТИ! ИХ КРОВЬ НА МОИХ РУКАХ. Я ОБЯЗАН ОТОМСТИТЬ ЗА НИХ! И ДО ЭТОЙ МИНУТЫ МНЕ НЕ СУЖДЕНО ЗНАТЬ ПОКОЯ!»

Резиденция Кальма

Марик

Лига Свободных Миров

Отставной генерал Гаррисон Кальма стоял у дверей собственного кабинета, с трудом сдерживая душивший его гнев.

Буйный темперамент генерала всегда был помехой в его отношениях с Дунканом. Вернее, частью проблемы. Другой половиной ее был его собственный сын, всегда в точности знавший, каким способом лучше всего довести отца до точки кипения. Но сегодня Гаррисон не должен был позволить себе потерять контроль, уронить собственное достоинство.

Раздался стук в дверь, и генерал медленно отворил ее.

На пороге стоял молодой человек, лет тридцати, со светлыми волосами, в точности такими, какие были у самого генерала лет сорок тому назад.

Что же касается его лица, то оно, если и не было полным подобием, во всяком случае, обладало необычайным сходством с чертами его обожаемой Цинтии.

Как она ненавидела их споры! При мысли о покойной жене гнев генерала мгновенно испарился. Память о ней помогла ему обрести силы, которые он до сих пор тщетно пытался обрести.

— Добро пожаловать домой, Дункан, — произнес генерал, протягивая руку сыну.

— Блудный сын возвращается под отчий кров, — сухо прокомментировал Дункан, переступая порог кабинета. Чтобы как-то заполнить возникшую неловкую паузу, старый Кальма взял из рук сына видавшую виды фуражку и повесил ее на серебряный крючок, торчащий из стены рядом с дверью.

Дункан прошел вперед и остановился посреди кабинета в характерной позе воина-наемника.

— Насколько я понимаю, это вам пришла в голову идея моего так называемого спасения.

— Если ты имеешь в виду тот факт, что я спас тебя от банкротства и освободил из долговой тюрьмы, то ты не ошибся.

Дункан бросил насмешливый взгляд на своего отца.

— И теперь вы ожидаете, что я стану благодарить вас за это?

Кальма слишком хорошо знал этот вызывающий тон. Их многочисленные прошлые ссоры до сих пор отзывались болью в его сердце. Он сделал очередное усилие, чтобы не выйти из себя.

— Разве так не принято у порядочных людей?

— Отец, я отдаю должное вашему поступку, но уверяю вас, что в этом не было никакой необходимости. Я сам наделал долгов. Более того, я не стыжусь сознаться, что просто проиграл большую часть этих денег. Но у меня был собственный план.

Если говорить откровенно, отнюдь не неожиданное вмешательство отца вызвало раздражение Дункана, а скорее тот факт, что он даже не поинтересовался мнением сына на сей счет.

Гаррисон Кальма промолчал и жестом пригласил сына занять место в кресле у своего рабочего стола.

— Честно говоря, Дункан, я сделал это скорее для себя, нежели для тебя. В другое время, надо думать, я бы не пошевелил и пальцем.

— Простите, но я не понимаю вас, — произнес Дункан обескураженным тоном.

Кальма спокойно опустился в комфортабельное кресло.

— Сейчас поясню, — объявил старый генерал, весьма довольный тем обстоятельством, что ему наконец удалось застать своего строптивого сына врасплох. — Как ты знаешь, я много лет верой и правдой служил Лиге Свободных Миров. И до сих пор горжусь доверием генерал-капитана, когда он советуется со мной по тому или иному вопросу. Но политика есть политика, и каждый влиятельный человек обязательно имеет врагов. Не только людей, которым мне в разное время случалось перейти дорожку, но и тех честолюбцев, которые видели во мне своего соперника, пользующегося особым доверием и расположением Томаса Марика. Может быть, им просто не терпелось поскорей занять мое место. Откуда мне знать? Так или иначе, бросить пятно на мою репутацию всегда доставляло им особое удовольствие.

— Полагаю, что вы имеете в виду генерала Милика? — осведомился Дункан с хитрой улыбкой.

Генерал Кальма кивнул головой, против своего желания впечатленный осведомленностью сына, прожившего большую часть сознательной жизни по другую сторону Галактики и сменившего немало сомнительных профессий.

— Кого же еще? Старый козел пронюхал о твоих неприятностях и постарался довести эту новость до ушей всех мало-мальски влиятельных людей при дворе. Так что нечего сердиться на меня за то, что я, подобно всякому другому добропорядочному отцу, попытался избавить от тюрьмы свое любимое чадо. По сути дела, я спасал свою собственную шкуру.

Не удержавшись, Дункан громко расхохотался.

— Век живи, век учись. Простите меня, но до сих пор вы еще никогда не были со мной столь откровенны, дорогой отец.

В слабых отблесках огня, разведенного в камине, лицо старого генерала казалось невозмутимым.

— Тогда уж изволь припомнить, что последний раз мы виделись с тобою более двух лет тому назад.

Улыбка на лице Дункана мгновенно увяла.

— Туше, — пробормотал он, не видя смысла оспаривать справедливость слов своего отца.

— Увы, Дункан. У нас с тобой не матч по фехтованию, а достаточно серьезный разговор. Многое изменилось за последние годы в Лиге Свободных Миров, впрочем, как и в других частях Внутренней Сферы. Сейчас Лига сильна, как никогда, и, следовательно, у нее еще больше врагов, чем было прежде. Мы нуждаемся в хороших водителях боевых роботов, в таких, каким был ты, мой сын. Ты был лучшим учеником своего класса в Аллисоне. Думаю, что после богатой боевой практики на окраинах Галактики твое искусство стало еще более совершенным.

— Ну, если вы имеете в виду карточную игру… — начал было Дункан, криво улыбаясь.

На этот раз рассмеялся сам старый Кальма.

— Я внимательно следил за твоими подвигами, сынок. Одно из многих преимуществ, которые человек получает в ходе постоянного общения с представителями Служб безопасности.

Дункан Кальма и не думал сомневаться в правдивости слов своего отца.

Официально уйдя в отставку, генерал недаром был долгое время директором Службы военной разведки при Центральном бюро управления и координации.

Имея статус даже более высокий, нежели ЦРУ, ЦБУК пользовался огромной властью и влиянием в военных кругах Содружества. Из намека своего отца Дункан понял, что тот по-прежнему имел самое непосредственное отношение к операциям, постоянно проводившимся этим ведомством.

— Но почему Томас Марик не может использовать Рыцарей Внутренней Сферы для осуществления своих замыслов? Орден популярен в глазах общества. Зачем ему нужен отщепенец вроде меня?

Склоненное к огню лицо генерала приобрело каменное выражение.

— В данный момент нам нужен именно такой человек, как ты, сын, — произнес он твердо. — Несколько дней тому назад неизвестные лица совершили дерзкий рейд на Широ-3, причем как раз под видом Рыцарей Внутренней Сферы. Всего за несколько часов до твоего прибытия ЦБУК получило совершенно секретное сообщение, что аналогичное нападение было совершено на коммерческий транспорт в Конфедерации Капеллана.

Нам совсем нежелательно, чтобы союзники думали, будто Томас использует своих Рыцарей для разбоя или сведения личных счетов с Сун Цу Ляо. Кому-то, очевидно, очень выгодно посеять вражду между нами, используя для этой цели бандитов, переодетых в форму гвардии Марика.

Дункан наклонился вперед и недоверчиво заглянул в темные глаза своего отца.

— Ты серьезно делаешь мне такое предложение?

— Вполне серьезно, Дункан.

— Имеются ли какие-либо соображения относительно того, кто может стоять за этими акциями?

Генерал Кальма отрицательно покачал головой:

— Пока нет. Но у меня есть план, сын, для исполнения которого мне нужен отщепенец, имеющий квалификацию водителя боевых роботов.