— Эх, парень, не доведется тебе по подвалам Лиена без надзора пошляться, — шутливо посочувствовал Джей, когда стало ясно: идти супротив 'повеления' принцессы селить Разрушителя в королевском замке ни Элегор, ни тем паче сам Разрушитель, совершенно очарованный Миром Узла, не собираются.

— Предлагаешь заплакать или напиться? — испытующе уточнил Ральд.

— А это уж по настроению. В таком тонком деле советовать ничего нельзя, — широко ухмыльнулся Бог Воров, — а если ты о том, что мне больше посмотреть охота, то не заморачивайся, я ни пьяных, ни плачущих Разрушителей еще не видел, только сытых, спящих, благоговеющих и чокнутых.

— Интересно, сколько раз тебя пытались прибить за острый язык? — полюбопытствовал кан Раган.

— А фиг его знает, я в уме настолько больших чисел умножать не умею, — радостно признал довольный бог. — Точные науки — это по части Лейма. Только он вряд ли согласится такой ерундой заниматься, когда поиски Плетущего на носу.

— Угадал, — без отрыва от пролистывания записей проронил бог. — А ты, вместо того, чтоб молоть языком, переговорил бы с управляющим. Пусть приведут в порядок комнаты рядом с моими апартаментами. Гору и Ральду надо где-то обосноваться. И предупреди Дариса, пусть сделает внушение стражам насчет нашего гостя.

— Слушаюсь, ваше высочество, — съехидничал Джей, подскочил с дивана, как теннисный шарик, тряхнул головой, шаркнул ножкой и с интонациями записного подхалима уточнил: — Будут ли еще какие-то распоряжения?

— Закажи ужин в мои комнаты, только, пожалуйста, без авангардных изменений в меню, — прибавил Лейм совершенно серьезным тоном под откровенные улыбки друга и гостя.

— Ладно уж, — неожиданно согласился белобрысый ворюга вместо того, чтобы вспылить и кинуться с кулаками на окружающих, не разбирая, кто из них тут брат, кто Разрушитель, а кто просто так, погулять вышел. — Ох, какой я сегодня добрый, и с чего бы это? Наверное, на Симгане чего-то не того скушал!

— Разгадать бы еще что, чтоб этим самым тебя время от времени кормить, — посетовал Лейм, усеивая очередной лист в блокноте с ровными линейками кучей мелких значков загадочного свойства.

Знай Элегор друга похуже, решил бы, что тот сочиняет заклятье, а на деле-то бог пользовался обыкновенной скорописью собственного изобретения, в которой досконально разбирался лишь сам. Секреты Лейма, доставшись любому, даже самому мозговитому врагу, могли ввергнуть того в сильнейшее нервное расстройство на почве осознания личной умственной неполноценности.

— А вот и не скажу! — тоном партизана на жестоком допросе отозвался Джей, вышмыгивая из комнаты и хлопая дверью так, что бедняжка едва не ухнула с петель.

Вслед за Богом Воров покинули комнаты принца и Элегор с Ральдом, отправившись на небольшую прогулку по замку. Тут Разрушителю довелось воочию убедиться в правоте герцога. Масштабного ужасающего воздействия на умы и сердца окружающих его вид не вызывал, ну предпочитали слуги огибать их парочку по широкой дуге, так ведь, когда Ральд поотстал от Гора, то приметил, что и находящегося в гордом одиночестве герцога прислуга и стража точно так же предпочитают обходить стороной. Это неприятно царапнуло самолюбие Разрушителя и в то же время утешило. Оказывается, он принес присягу не менее страшному типу, чем сам.

В прежнем составе компания снова собралась в гостиной Лейма спустя полтора часа. За это время Бог Воров добросовестно исполнил все инструкции кузена, решив, шутки ради, шокировать его безупречным поведением. А Элия явилась прямиком от его величества, изъявившего (а его кто спрашивал?) свое милостивое дозволение Ральду кан Рагану на пребывание в Лоуленде.

— Привет! — громогласно, весело и почему-то с пьяной развязностью завопило пространство, казалось, над ухом у каждого из заканчивающих трапезу богов глубоким, сочным баритоном оперного масштаба. — А вы, болтают, Разрушителя приручили!!! Неужто взаправду или сбрехали?!

— Вот Разрушитель, — Лейм запросто кивнул на обсасывающего птичью ножку мужчину. — Можешь сам у него спросить, прирученный он или дикий.

— Ойопсгмх, — охнул Связист и торопливо пробормотал: — Ты того, мужик, не забижайся! Я ж ничего плохого в виду не имел! Лады?

— Точно, на Связиста сердиться толку никакого, — быстро подтвердил Элегор во избежание гнева создания, способного рвать нити структуры миров так же, как гнилые нитки со старой катушки.

— Язык у него, как помело, в любом из состояний, а коль в теле гуляет, еще и пьет, как конь, а трахается, как котяра в охоте. Уникальная, я бы даже сказал, единственная подобного рода во Вселенной и самая лучшая Сила-Посланник! — сделал самую искреннюю рекламу приятелю Джей и воздел бокал, точно тостирующий на вечеринке. Впрочем, для беспечного и циничного принца развлечения и работа обыкновенно сплавлялись в столь причудливый конгломерат, что отделить одно от другого не представлялось возможным.

Разрушитель только сдавленно хрюкнул, оценивая оригинальную презентацию незримого грубияна, буквально рассиявшегося гордостью от такой оценки своих талантов, заставивших любое другое создание чистой энергии помереть со стыдухи.

— Он наш хороший приятель, но вот что прирученный, я бы не сказала, как был бродягой-матерщинником, так и остался. В приличном обществе и показать стыдно, — резюмировала богиня, пряча насмешку под равнодушно-вежливыми интонациями. — Но подчас его опыт и способности, я не о тех, которые Джей перечислил, бывают незаменимы.

— Вот и познакомились, — преувеличенно бодро вякнул Связист и заискивающе протянул: — Я вам карты миров принес, Отмороженные сказали, вы их спрашивали, велели достать.

— Кто? — удивленно переспросил Элегор, заинтригованный странным эпитетом.

— Ну, Силы Равновесия, — поправился Связист, прикусив болтливый язык, и, аккуратно раздвинув столовые приборы, поспешно материализовал на столе перед компанией пачку упругих листов из какого-то похожего на ламинированную бумагу материала.

— Спасибо, — поблагодарил Силы вежливый Лейм.

— Да завсегда пожалуйста, а я того, пойду, мне еще кучу известий доставить надо, ведь к Силам Равновесия только загляни, так нагрузят, так нагрузят!!! — пробормотал Связист. — А вы, если чего, зовите! — и ощущение присутствия исчезло так же внезапно, как возникло.

— Карты есть, Лейм чего-то уже навычислял насчет закономерностей совокуп… совмещения личных энергий для создания круга энергий, мы перекусили. Будем искать Плетущего дальше? — оживленно осведомился у компании Джей, хлопнув ладонью по толстой стопе карт миров, выданных по предоставленному списку.

— Я еще не 'навычислял' всех параметров для проведения эксперимента, — едко оборвал шутника Лейм, — придется тебе подождать часок, чтобы не действовать наобум, а работать по четкой схеме. Впрочем, если очень торопишься, можешь начинать хоть сейчас, при условии согласия Ральда. Только для совокупления, — принц озвучил намеренную оговорку кузена, — используй собственную силу, а партнера или партнершу не составит труда подыскать в городском борделе.

— Я вообще-то не только жуткий, но и жутко старомодный тип, предпочитаю действовать в таких обстоятельствах сам, а наблюдение за другими меня не забирает, — заявил кан Раган с широкой и весьма довольной ухмылкой. Конечно, люди от Разрушителя старались держаться подальше, однако многие женщины, вот странный народ, чем больше пугались, тем сильнее пытались затащить его к себе в постель, этим феноменом Ральд, не будь дурак, пользовался к обоюдному удовлетворению.

— А я-то уже настроился, — 'огорчился' Джей, скроив гримасу 'разочарование всей жизни'. — Ну ладно, Лейм, тогда ты считай, а нам всем, разумеется, надлежит убраться от гения техники подальше и не мешать работать?

— Очень здравая мысль, — серьезно одобрил принц.

— Сам догадался или кто умный подсказал? — съехидничал Элегор.

— Конечно, подсказал! Один из самых умных, находчивых и по совместительству обаятельных парней во Вселенной, самый лучший — Я! — с гордым нахальством оповестил общество Бог Воров и даже привстал, раскланиваясь.

— Хватит, Джей, — снисходительно улыбнулась богиня, привычная к паясничанью брата, — мы и так знаем обо всех твоих уникальных способностях, а посему ты вполне можешь продолжить перечисление в любом другом месте. Давайте оставим Лейма в покое.

— В любом? Может, установить заклятье расширенной трансляции на крыше замка? Нет, полагаю, люди еще не готовы к столь масштабному осознанию моих достоинств! — решил принц, без остановки молотя языком. — Да, а ты тоже покидаешь Лейма? — внезапно удивился бог. — А кто же будет его вдохновлять?

— Осознание того, что ты убрался куда подальше, — в сердцах брякнул герцог, стряхивая неугомонного принца с дивана.

— Мысли обо мне, — отшутилась Элия.

— Н-да, ты как всегда права, о великомудрая! — согласился Джей, выпихиваемый в коридор короткими попеременными тычками сестры и герцога. — Сила твоего вдохновляющего присутствия во плоти может оказаться чрезмерной для хрупкой психики нашего драгоценного кузена! Вот я бы от такого только воспрянул, хм, духом!..

Лейм оторвался от вычислений, кои ухитрялся производить даже в бедламе, создаваемом кузеном, сдвинул брови, и травянисто-зеленые глаза его опасно потемнели. Как раз в этот момент Джей обернулся и подавился очередной фразой. Воспользовавшись секундной оторопью белобрысого, Элия и Элегор объединили усилия и таки выпихнули стервеца в коридор. Разрушитель исполнил совершенно несвойственную ему функцию и аккуратно притворил дверь за всей компанией.

Никто не заметил взглядов, которыми обменялись на прощание Лейм и Богиня Любви. В первом было все: от нежности и восторга до гибельной страсти, перемешанной с мучительным сомнением, а доведется ли еще когда изведать блаженство единения с возлюбленной. Во втором благосклонное понимание, согласие и такой женский интерес, силы вдохновения которого должно было хватить Богу Техники на создание по крайней мере десятка новых теорий, если, конечно, направить вызванную бурю чувств в русло творческой сублимации.

Громко и красочно возмущавшегося Джея вероломно оставили в гордом одиночестве. Элегор и Ральд смылись осваивать отведенные покои в робкой надежде найти там что-нибудь интересное: смертельную ловушку, потайную дверь или на худой конец скелет забытого в шкафу гостя. Элия же решила заглянуть к сестренке и проверить, как у юной богини обстоят дела с овладением силой, раз уж его величество в недавней беседе настойчиво советовал дочери позаботиться о младшей родственнице. Вероятно, Лимбер подразумевал под этим вполне приличным словом 'постарайся сделать так, чтобы непоседливая малявка не стала Богиней Бунтов в ближайшую тысячу лет, а уж если у тебя ничего не выйдет, хоть извести меня о трагедии', но принцесса, учитывая советы родных, все равно всегда поступала по-своему.

Мирабэль занималась в тренировочном зале стрельбой по подвижным мишеням из недавно подобранного в Оружейной лука. Несложное заклятье заставляло разнообразные цели перемещаться хаотичным образом с переменной скоростью, а девушка пыталась поразить как можно большее их число за наименьшее время.

Была ли тому виной кровь эльфийских лучников, сказывалось ли влияние Бога Войны Нрэна, педагогический талант учителя Итварта или прилежание и азарт самой юной принцессы, не так уж и важно, главное, даже на взгляд старшей сестры, получалось у Бэль поистине великолепно. Одна за другой, практически без промаха летели стрелы в главные метки мишеней, и те выбывали из общего круговорота заклинания. Девушка стремительно перемещалась по залу, меняя позиции, руки ее мелькали от колчана к тетиве, спуская стрелу за стрелой. Маленькие капельки пота выступили на висках, одна повисла на кончике вздернутого носика, волосы стали похожи на беличье гнездо, но, прикусив губу для пущей сосредоточенности, 'воительница' стреляла, не замечая мелких неудобств. Высокая грудь, удивительно гармонирующая с гибким телом, вздымалась равномерно.

— Ага, вот ты где! — радостно шепнул на ухо Элии то ли нарочно подкравшийся, то ли и в самом деле неслышно вошедший Джей.

Оставшись один, вор некоторое время обижался на черствых, не в гастрономическом, но душевном плане, родственников вслух, а потом кинулся искать и догонять сестру. Если уж, как часто шутили в Лоуленде, Джей великолепно умел отыскивать вещи раньше, чем люди умудрялись их потерять, то обнаружить принцессу для него труда не составило, а что он заодно нашел и Бэль, только порадовало принца.

— У малышки неплохо получается, — по-прежнему полушепотом прижимаясь к спине сестры, пожалуй, малость сильнее, чем нужно для обыкновенного общения, высказался бог. — Школа Нрэна!

— Школа Итварта, — негромко, но твердо поправила Элия, и не думая отстраняться.

Когда последняя мишень была пронзена стрелой и заклятье свернулось в коконе ожидания, девушка опустила лук и обернулась к родственникам с радостной и гордой улыбкой.

— Браво, детка! — поздравили ее наблюдатели. — Твои стрелы разили без промаха!

На секунду Бэль подозрительно нахмурилась, проверяя, а за дело ли ее хвалят родственники или просто не желают расстраивать младшую сестру, заслуги которой на воинском поприще куда скромнее, чем у старших. Но дар подсказывал юной богине, что Элия и Джей восхищаются искренне, да и простреленные мишени были наглядным доказательством меткости. Потому лучница перестала терзаться и азартно спросила:

— А вы стрелы на лету умеете ловить?

— Конечно, — беспечно пожал плечами Джей.

И сестренка, недолго думая и даже не предупреждая, сходу выпустила в любимых родственников три стрелы, пара из которых досталасьбрату, а одна метила в горлоЭлии.

Боги мгновенно ускорили движения и достали из воздуха метательные снаряды. Белобрысый вор только коротко фыркнул, пробуя подушечкой пальца острие:

— А если бы я соврал?

— В другой раз не стал бы предавать доверие младших, — высказалась Элия самым поучительным тоном.

— Да уж, предавать было бы некому, — помахав в воздухе стрелами, как дирижерскими палочками, оценил принц меткость юной воительницы, целившейся в живот и сердце.

Та уже успела подбежать к родичам с восторженным воплем, забрать стрелы и вовсю демонстрировала новый тренировочный лук, выбранный по руке под чутким руководством Дариса и Итварта. Эльфийский вяз с костяными накладками из рога вариала, покрытыми тончайшей резьбой, и тетива из волос с гривы серебряного единорога — вещица действительно стоила того, чтобы ею похвастаться. За такую безделицу на любом из базаров отдали бы впятеро по весу чистого серебра.

— Трофейный, или на заказ делали? — Джей сделал попытку припомнить происхождение оружия.

— Нет, из даров посольства Фаэль-эльфов, — поправила его сестра, которой довелось пасти на пару с Мелиором делегатов Дивных. — Их девицы еще по замку и в Саду Всех Миров исключительно босиком разгуливали, чтобы 'впитать великую силу Мира Узла'.

— А-а, точно, — теперь и брат припомнил причудливых на всю голову эльфов, а главным образом, вечно зеленовато-бурые маленькие пятки одной рыженькой эльфиечки на своих простынях.

— Здорово, — мечтательно вздохнула Бэль, прижимая к себе лук, как игрушку, — а мне Нрэн никогда не разрешал босиком даже по комнатам ходить.

— Да уж, думаю, если б ты ему насчет впитывания силы через пятки загнула, он бы тебе через ягодицы ее передать попытался, — сочувственно подмигнул сестренке Джей.

— Но я все равно ходила, — лукаво улыбнулась юная принцесса, — только потом ноги в ручье мыла.

— А это уж моя школа, — подтолкнул Элию в бок довольный принц подзаливистый смешок Мирабэль. — Погляди, какая сообразительная красотка выросла! Только Нрэн за порог, а она свои делишки обделывает. Вот и с Источником дельце обтяпала! Получай подарок, сестрица!

Принц пошарил в кармане брюк и извлек на свет позвякивающий и поблескивающий браслет из сцепившихся паутинками-цепочками крохотных паучков. Лапки у них были серебряные, пузики синими и красными, а глазки зелеными камешками. Бэль восторженно пискнула, отложила лук на стойку и тут же попыталась примерить браслетку. Но та ужом соскочила с узкого запястья.

— Велик! — разочарованно протянула девушка и горько вздохнула.

— Ничуть! — возразил брат. — Он в несколько раз на руке оборачивается, — ну-ка гляди, — мужчина сноровисто обмотал тонкое запястье подарком и защелкнул крепление.

— Какая красота! Правда, Элия!? — расплылась в довольной улыбке принцесса и повисла на шее у доброго брата, который знал, как ей нравятся его украшения с паучками, и подарил похожее младшей сестре.

— Очаровательная безделушка, — согласилась богиня, окунувшись в радость кузины, словно в золотой светоносный поток.

— Носи, курносая, — бережно прижав на секунду малышку к груди, опустил ее на пол бог и тут же встревожено спросил:

— Эй, ты чего плачешь? Обиделась что ли? Бэль? Эй, Бэль? Что, где болит?

— Итварт! — всхлипнула юная богиня и осела бы на пол, если б брат не подхватил ее. — Ой, как ему горько и больно! Элия, нам нужно к нему!