Маша проснулась отдохнувшей и бодрой как никогда. Сквозь грузные от яблок ветви дерева все такое же сиреневое вечернее небо проглядывает. Журчит вода в каменной чаше. Эльфа не видно. Колечко на месте и не светиться.

Кончики волос непривычно щекотали голую шею.

Поймав прядь волос, Маша увидела, что отросли прилично. Когда только успели? Она попыталась посчитать дни и сбилась со счета. Потом, сколько дней она в подземельях? Как узнать?

Она посмотрела внимательно на себя. Любимая черная майка висела мешком, а джинсы норовили сползти с бедер. Из трех складок на талии осталась одна.

«Что-то я стремительно худею…»

Придерживая джинсы руками, она подошла к чаше родника. Наклонилась и испуганно отпрянула. Из гладкого зеркала воды на нее посмотрела незнакомка!

Осторожно, с опаской вернувшись к чаше, Маша потрогала себя за скулы и подбородок. Лицо вытянулось и похудело, из-за этого нос казался крупнее и длиннее. Волосы отросли пышной шапкой и завивались в локоны!

Губы, глаза, уши остались прежними, но все остальное!

«Эльф меня заколдовал!?»

Впрочем, продолжая себя придирчиво рассматривать, Маша нашла, что стала выглядеть вполне. Теперь толстухой ее никто не назовет!

Задрав майку, она потрогала живот. Теперь могла разглядеть даже свой пупок и без зеркала!

— Хорошо ли отдохнула, Мария?

Она мгновенно одернула майку и покраснела. Щеки запылали словно рядом с костром…

Эльф стоял у яблони. Свеженький и вежливый до тошноты. Через руку переброшено что-то ярко-алое и белое.

«Подкрался как кот на мягких лапках!»

Маша разозлилась сама на себя за смущение, за пылающее лицо. Стеснительной она сама себя не считала и вдруг такое…

— Спасибо, вроде неплохо. Что это у тебя?

— Я принес новую одежду.

— Мне?

— Тебе, донна.

— Зачем?

— Старая слишком растянута и тебе в ней будет неловко.

— А может дело в том, что я похудела?

— Немного. — Признался эльф с ехидной улыбочкой.

— Это ты все устроил?! — начала закипать Маша.

— Устроил?

— Это твое колдовство?!

— Невозможно. Ты носишь кольцо духов, и магия на тебя никакая не может воздействовать.

«Что-то дракониха такое говорила… Вот же фигня!»

— Ладно, давай сюда свои шмотки!

— Простите?

— Одежду давай, говорю и отойди подальше, чтобы не подглядывать.

— Я даю свое слово…

— На фиг мне слово! Иди до двери и стой там, пока не позову!

— Как пожелает донна.

«Как он меня называет?!»

Дольше всего Маша разбиралась с двумя повязками и нежной на ощупь, но прочной белоснежной материи, пока не поняла, что они заменяют белье. Одна повязка на грудь, а вторая круг бедер… Хоть эльфа зови консультантом.

В итоге, завернув в эльфийские повязки свое белье, Маша натянула на голое тело облегающие, эластичные алые штаны, а поверху надела белое платье, приталенное, облегающее грудь и с двумя длинными разрезами до бедер.

«Ну вот, теперь буду путаться как молодая попадья! Как в этом ходить или бегать?»

Грязные кроссовки с новой одеждой не гармонировали.

«Где их мыть? В роднике?»

— Вот и обувь для тебя, донна.

Эльф тут как тут. В руках туфли белые без каблуков, вроде балеток. На земле балетки Маша терпеть не могла. Тапки, не тапки, туфли не туфли — хрень какая-то!

— Ты давно здесь стоишь?

— Я не подсматривал, даю слово чести.

— Знаем мы ваши слова…

Маша села на ступеньку у каменной чаши, померила туфли. Впору. И сидят хорошо и удобно и легко.

— У тебя тут дамский гардероб рядом или бутик?

— В вечернем покое всегда есть одежда для тех, кто воспользовался его гостеприимством.

— Чего ж сам не переоделся?

— Я привык к этой.

— Хорошо. Чем будем здесь заниматься? Под деревом сидеть и яблоки считать?

— Подкрепись яблоком, и продолжим путь.

— А как же твои гшарры?

— Они вернулись в свои логова. Путь свободен, донна.

— Почему ты меня так называешь? Что вообще это словечко означает?

— Это уважительная формула обращения к даме.

Маша фыркнула.

— Какая я тебе дама!?

Эльф с улыбкой коротко поклонился.

— Ты носишь на руке кольцо духов и по иному не может быть.

«Вот же аристократ подземный!»

Тем не менее Маше стало приятно. Слышала бы бабуля как ее именуют!