БЫЛО ДАЛЕКО ЗАПОЛДЕНЬ, когда они добрались до очередного тракта. Живот Алека снова громко жаловался на несправедливость жизни.

Когда они остановились возле ручья, Микам указал рукой на знакомые очертания.

— Уверен, что бухта находится прямо за этим мысом.

Значит, оставалось не более мили.

— Отлично, — Серегил широко зевнул.

— Даже не начинай, — ответил Микам, но тут же не удержался и зевнул сам. — У нас нет на это времени.

— Я лишь надеюсь, что Раль и в самом деле уже…, — Серегил вдруг замер, насторожившись. — Вы слышите?

Слабый ветерок донёс до них отдаленный конский топот… Всадников было немало, и скакали они во весь опор.

— В городе они нас выследить не могли, — сказал Ризер. — Должно быть, кто-то заметил нас у ворот. Микам Кавиш уж слишком приметная фигура для этих мест.

— С этим не поспоришь, — согласился Серегил. — Ризер, на сей раз ты едешь со мной. Лошади Алека необходимо дать передышку.

Алек подошёл к лошади Микама и сплел пальцы для него, сделав подножку. Хромота Микама усилилась, и с его негнущейся ногой он запросто мог упасть и здорово расшибиться. Микам ступил на него и Алек подсадил его на лошадь.

— Сможешь скакать во всю мощь? — шепнул ему Алек, не желая, чтобы услышали остальные.

— Конечно, — тихонько фыркнул Микам, но улыбка его была весьма натянутой.

Серегил вскочил на свою взмыленную лошадь, а Ризер ловко уселся позади, уцепившись за его рубаху.

— Мы же точно не знаем, что это они, — заметил Алек, когда все пришпорили усталых коней, посылая их в последний галоп. — Может это тот, у которого мы украли лошадей.

— Скорее, это охотники за рабами, — ответил Микам.

— По мне, так лучше не дожидаться, пока мы выясним, кто это, — отозвался Серегил, вырываясь вперед.

Кто бы то ни был, они были уже слишком близко, насколько мог судить Алек: за шумом ветра он слышал их всё ближе и ближе. И в подтверждение этому, обернувшись, увидел вдалеке отблески послеполуденного солнца на стали.

— Проклятье!

И кто бы то ни были, их лошади, похоже, были гораздо свежее, ибо они медленно, но верно их нагоняли. Для хозяина лошадей и его людей их было многовато, разве только тот не поднял против них всю округу.

— Нас догоняют! — крикнул Микам, хотя вряд ли кто-то ещё этого не заметил.

Преследователи были теперь так близко, что Алек мог различить бледные овалы их лиц, хотя и не мог ещё разглядеть отдельные черты. И, как он надеялся, они всё ещё были на расстоянии, слишком далеком, чтобы стрелять. Ему бы не хотелось вновь получить стрелу в спину. Да, впрочем, и не только в спину.

И всё же эти всадники их настигали.

— Нам не добраться до бухты! — крикнул Микам.

— Нет, но мы можем спрятаться вот здесь, — Серегил указал на домик, высившийся на ближайших уступах.

То была одна из заброшенных хижин, что они во множестве проезжали, когда ещё впервые попали сюда. Это было, конечно, не самое лучшее из укрытий. Край соломенной крыши подгнил с одного конца, ставни мотались, повиснув на разбитых петлях. На раме для сушки сетей висели останки истлевшей на солнце рыболовной снасти. Но ничего более приличного на глаза им не попалось.

— Ризер, уводи лошадей за дом и привяжи их там где-нибудь, — приказал Серегил.

Дверь была заперта изнутри, однако Алек и Серегил забрались внутрь через одно из ближних к ней окон и вытолкали кривой засов из ржавых петель.

Посреди комнаты всё ещё стоял стол с единственной разбитой скамьёй да валялся опрокинутый шкаф. В одном из углов, ближе к очагу, лежал гнилой топчан.

Впустив остальных, они снова забаррикадировали дверь, затем, используя обломки мебели, задраили, как могли все окна с их разбитыми ставнями. Ставни, мотающиеся на проржавевших петлях, были изъедены морской солью и, конечно, не выдержали бы сильного удара, но по крайней мере, могли защитить от стрел, если дело дойдёт до такого.

— Гляньте-ка, что я нашёл, — Ризер взмахнул покрытым ржавчиной топором.

— Молодчина! — воскликнул Микам.

Ризер даже чуть было не улыбнулся.

Серегил огляделся и подвел итог.

— Итак, один лук…

Алек поправил на плече ремешок своего колчана.

— Надеюсь, ты и в самом деле так хорош, как он говорит, — сказал Ризер.

— Не сомневайся, он хорош, — отозвался Серегил.

Микам слегка приоткрыл одно из передних оконцев.

— Сколько их там Микам?

— Я бы сказал, не менее двадцати.

— Скорее, двадцати пяти, — поправил Ризер.

— Проклятье, что-то мне не нравится соотношение сил, учитывая то, как мы вооружены, — чертыхнулся Серегил.

— А как насчёт того корабля, про который вы говорили? — спросил Ризер. — Может один из нас отправится за подмогой?

Сергил и его приятели переглянулись.

— Это же недалеко. Всего полчаса пути, максимум.

— Больше, — заметил Микам. — Ведь надо добраться до корабля, собрать народ и дать им время организоваться.

— Серегил, ты из нас лучший наездник, — сказал Алек. — И самый неприметный, к тому же.

Ну конечно, он был прав, да и времени на препирательства не было.

— Дай мне нож, — попросил Серегил.

Микам протянул ему клинок.

— Не рассусоливайся, ну же!

— Удачи во тьме! — добавил Алек.

— И вам всем!

Сергил быстро его поцеловал и нырнул в заднее оконце.

Серегил, конечно, мог взять одну из лошадей, но тогда он привлек бы к себе внимание, а с такого расстояния от всадников ему было не ускакать. Теперь он слышал их более явственно и по их крикам понял, что те направляются к хижине. Прижавшись к самой земле и под прикрытием дома, он дополз до неглубокой лощины, которая привела его на окраину поля, а оттуда добрался до подножья холма. Очутившись, наконец, вне зоны видимости от дома, он нашёл взглядом бухту и рванул туда со всех ног. Обогнув основание небольшого мыса, он увидел бухту в лучах послеполуденного солнца.

И была она совершенно пуста.

— О, нет! — он упал на колени в сухие комья водорослей, валявшихся на берегу, и, не веря глазам, уставился на пустынную гладь воды. Неужели они просчитались с днями? Или, хуже того, что-то случилось с Леди?!

— Лорд Сергил? — один из людей Раля… как там его звали? кажется, Квентис… выскочил из кустов, отряхивая с матросской куртки налипшие сучья и сухие листья. — А где все остальные? Капитан послал меня разыскать вас…

— Где корабль? — выдохнул Серегил, вскакивая на ноги.

Он сразу отметил, что у Квентиса с собой меч.

— Так время отлива же, милорд, — матрос указал на воду и Серегил проклял себя за глупость. Вода с отливом ушла.

— Ещё где-то с час, пока Леди сможет миновать эту отмель.

— Час?! Но у нас нет этого времени!

Солнце на западе уже катилось к горизонту. Щурясь от водных бликов, он попытался разглядеть хотя бы очертания корабля, но ничего не увидел.

— Проклятие Билайри, приятель, остальные сейчас в ловушке. В осаде!

— И что же нам делать, милорд?

Серегил спустился к самой воде и смыл грязь с лица и с шеи, пытаясь собраться с мыслями. Из-под его руки высунулся Квентис, протянув ему бурдюк с водой. Серегил смочил рот, затем сделал скупой глоток и кинул бурдюк через плечо обратно: бегать с полным желудком было не самым лучшим сейчас вариантом.

— У тебя есть лодка?

— Да, я спрятал её вон там.

— Отлично. Мне будет нужна твоя сабля.

Серегил глянул вниз, на округлые гладкие камни, на которых он стоял на коленках.

— И твоя рубаха.

— Я пойду с Вами!

— Нет. Ты поплывешь обратно и просигналишь кораблю, что есть мочи. Видел, откуда я шёл? Если мы не вернемся, вели Ралю высылать подмогу прямо по этой дороге, там будет небольшая хижина, сразу, как только подниметесь вверх, увидите — она со стороны моря. Думаю, как только он туда доберется, сам сообразит, что от него требуется.

Квентис расстроенно проследил, как Серегил пристегивает к поясу саблю.

— Что вы собрались делать, милорд?

— Всё, что только в моих силах.

— Сколько их видишь сейчас? — спросил Алек, прислонясь к замурованной двери.

— Порядка тридцати, и среди них лучники, — ответил, выглядывая осторожно наружу, Микам.

Их преследователи уже обуздали своих коней на дорожке. Часть спешилась и ринулась вперед, мечи наголо. При этом они оказались довольно легкой мишенью.

— Ну что же, — Алек толкнул ставень на соседнем окне и наложил на тетиву стрелу.

Он успел сразить троих, прежде чем остальные отступили назад, и ещё двоих, которые не успели пока что слезть с лошадей. Мгновением позже возле его щеки просвистела в ответ стрела и воткнулась в стену за его спиной. За нею последовали другие, и Алеку пришлось отступить в укрытие. Подобрав упавшую стрелу, он внимательно её рассмотрел.

— Ну, и что скажешь? — поинтересовался Микам.

— Скажу, что она ауренфейская. А это уже немного легче, — ответил Алек. — Если нас всё-таки схватят, я бы предпочел чтобы это был Улан.

Хотя головка стрелы была уже иззубрена, он всё равно отослал её обратно, туда, откуда она прилетела. Там не ожидали такой дальности её полёта, и ещё один из врагов упал, поражённый стрелою.

— Шестой. И опять не убит.

Микам подмигнул Ризеру:

— Ну, что, слабовато против тирфейе-то?

Ризер едва удостоил его своим взглядом.

— Так надо. И нас окружают.

Скорее всего, он был прав. По крайней мере, нападавших теперь было куда меньше, чем Микам мог бы отнести на потери за счёт убитых. Лучники, по-видимому, вооруженные получше других, продержались дольше. Алек выпустил последнюю из собственных стрел, потом — из тех, что успел подобрать, и был вынужден поскорее захлопнуть окошко, тщательно заперев ставень. Среди всей этой заварушки единственное, что они успели расслышать — это шум позади дома.

— Там лошади, — сказал Микам, глянув через ставень.

— И что теперь? — спросил Ризер.

— Атакуют или вышлют парламентера, надо полагать, — ответил Микам.

— Да, сюда идёт человек с белым шарфом в руке, — сказал им Алек. — Парламентёр.

Через пару секунд тот крикнул, обращаясь к ним:

— Эй вы, в доме! Нас намного больше, чем вас, но у нас нет желания вас убивать. Сдавайтесь немедля!

— Кто ты такой и с чего бы мы стали это делать? — отозвался Микам.

— Моё имя — Урьен. Я — капитал личной охраны Улана-и-Сатхила. Я говорю от имени Улана-и-Сатхила Вирессийского.

— И что же приятелю Улану от нас нужно? — с растяжкой проговорил в ответ Микам, стараясь подольше потянуть время и прикидывая, мог ли Серегил уже направляться обратно. Скорее всего, нет.

— Мы всего лишь мирные путники, ехали себе, ехали, никого не трогали, как вдруг ваша чёртова банда подпалила нам хвосты.

— Если это так, то вам нечего бояться, выходите и покажитесь нам.

— Нечего бояться? — усмехнулся Микам. — Да тут у нас ваших стрел больше, чем колючек в ежиной заднице. Ну уж нет. Сначала нас прикончат, а потом станут разбираться, кто мы такие?

— Так если вы невиновны, зачем было бежать?

— В наших местах что ни всадники, скачущие толпой, так или бандиты, или солдатня. А что от тех, что от других — путнику нечего ждать хорошего. Что вы, кстати, и доказали, могу от себя добавить. Это же беспредел какой-то! И какого чёрта, скажите на милость, ауренфейе шляются по пленимарским деревням?

— Это не вашего ума дело, если, конечно, вы те, за кого себя выдаёте, — отозвался Урьен, и было похоже, что ситуация его несколько забавляет. — У вас же имеется кое-что, что принадлежит кирнари, и он желает получить это обратно. Три книги и мальчишка с голубыми глазами. Отдайте нам их и можете катиться на все четыре.

— Книги! — Микам прикинулся искренне удивленным. — Да кому в здравом уме придёт в голову забираться в дом к… как вы там его назвали? Киер-нар-рею? и тырить оттуда книги! Только не говорите, что вы тоже приняли нас за мозгляков. А что там ещё за мальчишки?

На улице становилось темно, так что были зажжены факелы.

— Выдайте нам Серегила, Боктерсийца, — выкрикнул другой, более высокий голос.

— Здесь нет никого с таким именем, — прокричал в ответ Микам. — Черт подери, это и в самом деле становится утомительным!

— Мне знаком этот голос, — прошептал Алек, приглядываясь сквозь щелку, чтобы окончательно убедиться. — Это Илар!

— Предатель, который спит и видит твоего возлюбленного? — спросил Ризер.

Алек обернулся к нему, слегка шокированный и уязвленный.

Ризер пожал плечами.

— Думаешь, я совсем ничего не замечаю?

Микам глянул тоже, желая своими глазами увидеть человека из прошлого Серегила. Тот оказался на поверку всего лишь… жалким дрожащим созданием с глазами труса.

— Ну что ж, Капитан, так как вы мне не верите, а я в свою очередь не верю вам, должен заметить, у нас какое-то безвыходное положение.

Тем временем Алек с Ризером быстренько обежали помещение, глянув через все ставни.

— Ну что? — прошептал Микам.

— Мы окружены, — сказал Ризер. — Но они довольно-таки разобщены, если только там нет ещё тех, кого отсюда не видно.

Его опасения моментально подтвердились. Ставни единственного окошка на правой стене затрещали и заскрипели петлями и внутрь посыпались вооруженные люди. Отшвырнув в сторону лавку, они ринулись к Алеку и Микаму. У Микама в руках был меч, а Алек схватился за ржавый топор. Ризер, безоружный, укрылся позади них, дожидаясь своего шанса.

Домик был маленький, так что места размахнуться было не так уж и много. Уверенный, что очень скоро в дверь ворвётся ещё больше народа, Микам поймал на рукоятку клинок своего противника и, размахнушись, двинул его левым кулаком прямо в лицо. Тот выронил оружие и рухнул на пол. Ризер рванулся вперед и подхватил меч, в то время как Микам, перепрыгнув через упавшего, кинулся на другого, что проник через окно. Так они и бились с Алеком спина к спине. Послышался треск дерева: это ломались скобы, державшие дверной засов.

Звуки битвы Серегил услышал, ещё даже не видя дома. Ну, по крайней мере, это означало, что ещё не конец, и его друзья не в плену, и живы. Возвращаться было проще, чем выбираться отсюда: теперь было уже темно. Ну, или почти темно. Люди Улана — он узнал их по поведению и одёжке — позаботились оставить для него пару факелов, что дало ему возможность без лишних усилий вырубить четверых с довольно приличного расстояния, воспользовавшись прихваченными с берега голышами, что он набрал в рубаху Квентиса. А некоторые из этих людей оказались пленимарцами. И наёмные псы Улана, похоже, были даже ему верны. Он гадал, который из них мог быть тем, кто засёк их у городских ворот. Серегил очень надеялся, что успел выбить ему мозги.

Пока никто не заметил, откуда летели камни, он отполз в густую тень, в темноту, и кинулся к другой стороне дома, где обнаружил ещё с полдюжины людей, пытающихся вломиться в единственное окошко. Друзей его не было слышно, только звон мечей и глухие удары.

— Думаю, внутри вас уже достаточно. Почему бы нам не остаться снаружи, и не подышать свежим воздухом?

Серегил крикнул чужакам, выхватывая матросскую саблю. Те обернулись к нему, похожие на стаю волков. Серегил смог рассмотреть поблескивавшие из-под воротников кольчуги. В схватке с им подобными следовало рассчитываеть только на то, чобы переломать им кости, а не поранить плоть.

— Микам! Алек! — крикнул Серегил, удерживая сразу двоих нападавших с мечами. — Ризер!

— Все здесь! — прокричал в ответ Микам.

Двое упали с разбитыми головами, третий — со сломанной рукой. Ещё двое тут же набросились на Серегила, пытаясь задавить его массой. Серегил пригнулся, так что один из них кубарем перелетел через его спину, а сам запрыгнул в открытое окно.

С его помощью они сумели очистить помещение от последних из людей Улана и привалить выбитую дверь на прежнее место.

— Ты появился почти вовремя! — сказал, пытаясь отдышаться, Микам.

— Ну что, нашёл? — в голосе Ризера не было и намёка на устлость.

— Некогда болтать! Бьёмся! — выдохнул Серегил и скрестил клинок с очередным бойцом, проникшим через открытое окно. Алек занялся вторым, бросившимся в дальний конец комнаты, и сбил его с ног ударом эфеса по голове.

Тоже не хочет их убивать, — подумал Серегил, выбросив левый кулак в сторону очередного нападавшего. Он промазал, и вместо носа угодил тому в лоб, и тут же услышал, как нехорошо хрустнул сустав среднего пальца. Однако боль придала ему силы, и он кинулся вперед, двинув следующего в физиономию прикладом своей сабли, а затем вытолкнул его обратно через окно.

Микам с Ризером выкинули последних трёх нападавших и захлопнули ставни, крепко их заперев. Алек же забаррикадировал дверь столом.

Переведя дух, Серегил глотнул воды из принесённого с собой бурдюка и пустил его по кругу. Хотя он и не хотел себе в этом признаться, он был здорово измотан, и видел, что и остальные тоже.

— Раля задержал отлив. Сейчас он уже, должно быть, на подходе.

— Если попробуем бежать, нас перебьют, — сказал Ризер. — Однако мы их здорово проредили. Я насчитал всего одиннадцать оставшихся.

— Готовы ли вы покончить со всем этим? — крикнули им.

Серегил подошёл к одному из передних окошек и осторожно выглянул наружу.

Человек, похожий на командира, сидел верхом на лошади, рядом с ним — ещё один, в капюшоне. Примерно дюжина человек всё ещё находилась перед домом, и почти все они были вооружены луками. Пока он разглядывал, из кустов, шатаясь и держась за головы, вышло ещё двое.

Вот мне за моё милосердие, подумал Серегил… ему-то хотелось верить, что он всё же прикончил их, когда метнул в них теми камнями.

Уже в следующую секунду человек, находившийся рядом с Урьеном, откинул капюшон.

Серегил даже рассмеялся.

— Илар! Вот уж не ожидал тебя снова увидеть, приятель.

Даже с такого расстояния он разглядел темный, припухший синяк на его подбородке.

Алек подошёл и встал рядом, в какой-то миг Серегил испугался, что он сейчас начнёт упрекать его за Илара. Однако Алек лишь холодно произнёс:

— Явился. Как бродячий кот к обеду. Тебя никто не ждёт, а ты тут как тут.

Серегил вгляделся в лицо Илара, в то, как тот сидит верхом.

В библиотеке было слишком темно, зато теперь он смог отлично его видеть и лишь снова утвердился в своих ощущениях. Это был далеко не тот человек, что заставлял Серегила мыть ему ноги и мучил, давая мельком взглянуть на Алека, когда они были в плену. И не тот, кто пытался его соблазнить во время побега. Даже с такой дали Серегилу был виден страх на его лице, во всей его жалкой фигуре с опущенными плечами. Впрочем, когда они встретились взглядами, Серегил увидел ещё и нечто, похожее на голод. Теперь Илар был приспешником Улана, и можно было не сомневаться, что там были даны некие обещания, и уж точно не те, что позволили бы Алеку или Серегилу спокойно уйти.

— Итак, что тут у нас такое? — спросил он, опершись на оконную раму.

— Сдавайтесь, — ответил предводитель. — И я обещаю, что никто из вас не будет убит.

— Это все, что вы можете предложить? Как-то не воодушевляет.

— Ты такой же глупец, как твои друзья. Ну ладно. Кирнари желает получить лишь Алека. И он ручается вам, что с ним будут хорошо обращаться. Остальные же могут убираться.

— Ещё не легче!

Микам, стоявший всё это время позади Серегила, куда-то ненадолго исчез.

— Хорошо обращаться? — хрипло хохотнул Алек. — Он либо лжёт, либо не представляет себе, о чём говорит. Это мерзко. Клянусь Аурой, капитан Урьен, как вы-то можете участвовать в этом?

Когда Микам вернулся, лицо его было тёмным от гнева.

— Ризер исчез, и книги тоже. Все три.

Серегил постарался сдержать свои эмоции и не отвлекаться от капитана.

— Мне было приказано схватить вора и вернуть то, что было украдено, — ответил Урьен. — Вот каковы были условия. И чего бы не потребовал от меня мой кирнари, я знаю, что всё это — только на благо Вирессы.

— Даже если это означает, что он станет ничем не лучше чёртова некроманта?

— Он лжёт, чтобы смутить Вас, — разозлившись, сказал Илар. — Помните о своей чести, капитан. И о том, что кирнари велел привезти ему и Серегила. Он — один из главных воров. Остальных можно убить.

В этот миг они услышали негромкий свист позади дома.

Микам отправился к задней стене и глянул в щёлку между ставнями.

— Да разрази меня гром! — прошептал он. — Ризер вернулся. И он привёл лошадей!

— Капитан, позвольте мне переговорить с друзьями, — сказал Серегил. — Мне нужно немного времени, чтобы… убедить их.

— Можете разговаривать сколько потребуется, — ответил Урьен.

Серегил захлопнул ставни и вместе с остальными отправился к заднему окошку. Там, на той стороне дома валялись два тела — то ли бесчувственных, то ли убитых — а над ними стоял Ризер, держа под уздцы четырёх оседланных лошадей. Сумка с книгами свешивалась с луки одного из седел.

Один за другим они выбрались через окошко, разобрали лошадей и повели их в сторону бухты. Впрочем, не успели они отойти и на сотню шагов, как позади послышались крики:

— Уходят! Они сбегают!

Серегил быстро подсадил Микама, затем сам вскочил в седло и они кинулись вдогонку за остальными, скакавшими во весь опор, и их подсвеченные звездным сиянием силуэты летели к бухте так, словно за ними гнался дра’горгос. У них была фора во времени, а также сработал элемент неожиданности, однако у Урьена и его людей были очень острые шпоры.

Во второй раз за этот день обогнув мыс, Серегил издал победный клич: берег океана вернулся к полосе прилива, и Зеленая Леди покачивалась, стоя на якоре. По глади бухты скользили быстрые баркасы, и длинные полоски света, отбрасываемые факелами, доходили до берега.

— Не останавливаться! — заорал Микам и его лошадь с разбегу кинулась в воду.

Алек был рядом, чуть позади него.

— Смотрите! Лучники! — крикнул он и, держась за луку седла, соскользнул с лошади в воду.

Серегил в кои-то веки промедлил. Что-то обожгло ему спину, словно ударом бича, а затем толкнуло в бок, сбив с лошади в воду. Нога его запуталась в стременах, и лошадь потащила его за собой, дергая застрявшую в рёбрах стрелу, вода хлынула ему в ноздри. Интересно, что произойдёт скорее: я умру от потери крови или захлебнувшись в воде? — подумал он как-то совсем отстранённо. Но самым странным был крик. Кто-то кричал о нём. И между нырками в воду было не понять — женщина то кричит или мужчина. Но вопль был истерический.

Внезапно, чья-то рука схватила его за руку, с такой силой, что он даже почувствовал боль. А другая освободила его ногу из стремени.

— Держись, — голос Алека прозвучал прямо возле уха. — Лодки уже близко. Они почти здесь.

Серегил откашлялся, выплёвывая солёную воду, и прохрипел:

— Ризер…

Книги были у него.

— Микам за ним вернулся.

Вернулся?!

Голос, звавший его, продолжал нестись над водой:

— Серегил! Серегил, не оставляй меня здесь! Вернись. Забери меня с собой! Ты же знаешь, что они со мной сделают!

Ухватившись за грудь Алека, Серегил оглянулся на Илара: тот бегал по кромке воды, стеная и заламывая руки. И это было последнее, что он увидел, прежде, чем сознание покинуло его.