Проснулась я резко от грохота открытой двери.

— Утро доброе, Ксена-ти! — громко продекламировал Рафаэль и открыл шторы. Я тут же сощурилась от яркого света. Вот так пробуждение!

— Да ты чего творишь? — прохрипела я сонным голосом.

— Я подумал, что это будет вполне справедливо, после твоего вчерашнего визита ко мне. — радостно улыбнулся парень и прыгнул на кровать, прижимая своим телом мои ноги.

— Чего такой довольный? — откашлявшись, поинтересовалась я. Может вчера он сильно головой ударился? Выглядел Рафаэль непривычно счастливым. Улыбался естественно, что помогло увидеть у его глаз небольшие морщинки-лучики. Как у отца.

— Сегодня после обеда у нас будет праздник, и ты, — ткнул в меня пальцем, — Обязательно пойдешь. Мероприятие будет на заднем дворе у озера, так что форма одежды простая, летняя. Можешь надеть то милое пляжное платье. А еще! — парень резко спрыгнул с кровати и взял с пола какую-то коробку. — Тебе передали. Ты вчера за ним так и не зашла.

Я открыла коробку, и мои щеки тут же вспыхнули. В Неортании купальные костюмы намного скромнее.

— Я не заказывала такой откровенный! — выпалила я.

— Знаю. Я попросил переделать. Тот, что ты выбрала совсем для старушек, а тебе нужен соблазнительный наряд. — Я возмущенно глазела на этого… на… да слов не подобрать кого! — Кстати, твои волосы отрасли. Тебе очень идет.

Я зевнула, качая головой, и моему взгляду пристали кончики моих волос. В полнейшем отсутствии понимания реальности, тянусь к ним, чтобы убедиться, что это не сон. Действительно не сон. Подрываюсь и бегу к зеркалу.

— Хаос первородный, мои волосы… — я кручу головой и вправо, и влево, и по диагонали, но не могу поверить, что за каких-то пару дней у меня появилось удлиненное каре. Счастливо себе улыбаюсь. Мне всегда нравились мои золотисто-русые длинные волосы. Но если в академии с ними можно было жить, то на работе — это была моя слабость. После того, как за мою длинную косу меня чуть умертвие не утащило, я отрезала их по самый не балуй. Жалела, конечно, но жизнь я люблю больше.

— Мне определенно нравится твой вид, Ксена-ти, и если тебе так хочется, думаю, я смогу выкроить часок другой. — усмехнулся Рафаэль, глазея на меня. А я была в полупрозрачной коротенькой ночнушке, что подарили мне мои подруги по академии на выпускной. «Ты нам еще спасибо скажешь!», уверяли они меня. Хоть ночнушка и откровенна до невозможности, но практически не ощущается на теле, что меня радовало, потому что я обожала спать в чем мать родила.

— А ну брысь! — тут же взревела я, магией поднимая подушки и запуская их в Рафаэля. Тот легко отбился от летящих снарядов и со смехом выбежал в коридор, напоследок бросив «Жду к завтраку».

Я стояла в неведанном чувстве. Что сейчас произошло? Но глянув в зеркало, улыбнулась. Да не важно. Может же у человека быть хорошее настроение, не так ли?

* * *

Завтрак прошел очень… бурно. Рафаэль все рассказывал о намечающемся веселье. О своих друзьях, о том, что познакомит меня со всеми, что мне обязательно понравится. А я сидела пришибленным призраком самой себя и ни понимала ни-че-го. Зачем меня с кем-то знакомить? Не хочу! Я тут всего три дня, да и вообще мне работать надо! Но я молчала и ничего не говорила против. Мне казалось, что Рафаэль впервые за все время моего пребывания искренен. Я смотрела и видела не напыщенного лорда, а задорного парня, и именно второму мне хотелось верить.

После завтрака Рафаэль ушел следить за приготовлениями, а я отправилась в библиотеку. Надо сделать хоть что-то, а то я не смогу расслабиться.

Войдя в библиотеку, я закрыла дверь и в тоже время закрыла себя от суетящегося Рафаэля, беспокойного мира, от всего. Я стояла в святейшем хранилище всего сущего: знаний, чувств, мыслей. Я медленно прошла вдоль одного стеллажа, проведя по книгам рукой, потом вдоль второго и улыбнулась сама себе. Люблю библиотеки.

Так, присев на диванчик, я опять выпустила поисковое заклинание, которое обволокло весь зал библиотеки. Мне нужен словарь древне-марийского языка. Недалеко от меня вспыхнул золотой маячок. Свернув заклинание, направилась к полке. Насколько я знаю, древне-марийский немного походил на современный марийский язык, но проблема была в том, что и марийского я не знаю. Все это время со мной разговаривали на всеобщем международном языке принятым во всех странах нашего мира. Сейчас, в современном мире знание языка своей народности было лишь хобби. Единственное исключение из правил — эльфы. У них главным являлся свой родной язык, что по мне, достойно уважения.

Выбрав словарь, который мне нужен, я вдруг подумала о том, что у меня еще много времени, и я смогу провести его в библиотеке. Раскинула поисковое заклинание в надежде найти кое-что интересненькое, что поможет мне вспомнить мою бурную ученическую молодость. И как ни странно, нашла. На самой верхней полке у потолка в самом углу. Кто ж вас, мои дорогие, туда спрятал? Улыбаясь сама себе, встала на первую перекладину лестницы, оттолкнулась ногой и поехала к нужному мне углу. Маленькие колесики передвижной лестницы тихо поскрипывали, намекая на не частое использование. Но мне то что, я уже была близка к своей цели.

* * *

— Я тебя уже обыскался. — послышался внизу голос Рафаэля. Я же, обхватив лестницу, все еще стояла у потолка и жадно читала роман, не обращая внимания на просьбы спускаться, ведь тут…

«Эдмунд поднялся с колен, поднимая за собой тонкие полы ее ночнушки. Он крепко обхватил тонкий стан своей возлюбленной, покрывая ее шею горячими поцелуями, его сердце готово было разорваться на части от переполнявшихся эмоций. Как давно он желал ее. Эдмунд аккуратно положил Лиссану на кровать и быстрым движение снял с себя мешающую рубаху. Сейчас он чувствовал себя самым счастливым человеком на земле, но тут девушка пошевелилась и тихо прошептала.

— Нет, ты не любишь меня…».

— Ооооо, Проклятый Бог!!! — откровенно ругнулась я, закрывая книгу, и зло поставила ее на полку. Рафаэль удивленно на меня взирал, явно не зная, как себя сейчас вести, а я быстро спускалась с лестницы, бормоча ругательства. А когда была уже на полу с жаром сказала, глядя в лицо Крейва-младшего — Бабы — дуры! — и быстрым шагом направилась в комнату переодеваться, оставляя растерянного парня одного.

А в спальне меня ждал мой новый купальный костюм. Я долго рассматривала это белое одеяние в коробке. Через несколько минут борьбы любопытства и стыда, первое все-таки победило. Откровенно говоря, мне нравилось, как сидит этот купальный костюм. Это было что-то на подобии эльфийского нижнего белья. Лиф и трусики, но ткань была намного плотнее. Я не привыкла ходить в таком на пляж. В Неортании купальные костюмы поскромнее. Низ в виде шортиков, а верх — всевозможные вариации маечек. А тут… все равно, что в белье выйдешь. Но, Проклятый бог, мне нравилось! Я действительно была красива! Особенно, сейчас, когда мои волосы отрасли до плеч.

— Ксена-ти. Ты одета? — послышалось за дверью.

— Э… Нет! — выкрикнула я. Не-не-не, в таком виде он меня не увидит!

— Врешь! Я вхожу! — и единственное, что я успела, так натянуть на себя пляжное платье. Рафаэль осмотрел меня, кивнул, улыбаясь, и пригласил на выход. — Большинство уже прибыли, пойдем.

Сам юный лорд был одет в просторную белую рубаху и укороченные брюки. Выглядел он при этом как-то… по-домашнему. Я улыбнулась. Ладно, сегодня отдохнем, у меня ж еще и отпуск. Выйдя на задней двор, я увидела ту же картину, что и в первый день моего прибытия. В тени одного дуба играли музыканты, в тени второго на пледах лежали парочки и ели фрукты, в озере уже купались и перекидывали мяч, а посередине всего этого парочка парней жарили на углях мясо. Обстановка была веселая и шумная, но я не увидела ни одного женатого или замужней.

— Все девушки — нулы? — спросила я, пока мы не дошли до эпицентра веселья.

— Да, они все из дома нул. — ответил Рафаэль. — Тебя это смущает? — я лишь пожала плечами, даже не знаю. — Так проще, Ти. — улыбнулся парень, а потом нас поглотил круговорот шума, людей и новых знакомств. Из всех, кого представил Рафаэль, я запомнила лишь юного мага, его звали Лаотэль, и он полуэльф, что меня заинтересовало. И ту нулу, что я встретила вчера утром, ее имя Наки. Остальные же проплыли мимо, как в тумане.

Со временем я поняла, что нервничала зря. Ребята тут собрались просто отдохнуть. Я пила прохладный морс и разговаривала с Лаотэлем о магии, когда на горизонте показался Черныш. Он веселой рысью подскакал ко мне и едва касаясь, начал пощипывать мои щеки.

— Химикаэ, Черныш. — поздоровалась я. — Цунэ-цунэ.

— Прокатиться хочешь? — услышала я голос Рафаэля, а потом почувствовала его горячие руки на моей талии.

— А можно? — стараясь вести себя, словно ничего не замечаю, уточнила я. В таких ситуациях я совершенно не знаю, что делать. Если начну отпихиваться, то это может привести к противоположному результату, да и смотрят все. А если оставить все как есть, то… неправильно все это!

— Конечно. Если залезть сможешь. — голова Рафаэля вдруг оказалась у меня на плече. Стоп-стоп-стоп! Все, баста!

— Да раз плюнуть. — тут же говорю я и мягко выхожу из захвата, отдавая Крейву свой стакан. — Зинаэ нэ, Черныш? — «Поможешь мне?», спрашиваю у коня, потому как, только с его помощью мне удастся забраться на спину, не сверкнув при этом своим купальным бельем.

Черныш встряхивает гривой и услужливо подставляет мне копыто, согнув ногу в колене. Я улыбаюсь и тут же взмахиваю на спину скакуна, крепко сжав его бока ногами. Чувствую, как позвоночник животного подстраивается под меня, и вот я уже сижу, не чувствуя никакого дискомфорта. Черныш поворачивает на меня голову и смотрит с видом, мол, ну как тебе? Я шикарен? Смеюсь в ответ и благодарно глажу его по шее. Не ожидая моего приказа, стригал идет мягкой поступью, я почти не ощущаю его движений.

— Только не долго. — улыбаясь, просит Рафаэль.

— Как скажешь, папочка. — хмыкаю я и прошу Черныша идти быстрее. Тот с радостью принимает мое предложение, и мы несемся сквозь толпу зевак и одним прыжком перепрыгиваем озеро. Я удивленно оглядываюсь, надо же! И замечаю недовольные лица купающихся, но сияющее улыбкой лицо Рафаэля. Да что с ним сегодня такое?

* * *

Я каталась на стригале, пока моя совесть скромно не постучала в окошко. Мы прогуливались неспешным шагом по березовой роще, и возвращаться не хотелось совсем. Но надо, это, по меньшей мере, некрасиво. И на прощание Черныш понес меня невероятным галопом. Ощущения детского восторга затопили меня с головой! Я прижималась к шее животного и только успевала замечать проносящиеся мимо деревья. Тряски не чувствовалось совершенно, мне казалось, что я лечу. Перемахнув озеро, вызвав очередной шквал недовольных криков, Черныш остановился рядом со своим хозяином, а я улыбалась и успокаивала сердце.

— Это было потрясающе! — заверила я, когда Рафаэль потянул меня к себе, стаскивая со спины стригала. Я даже забыла возмутиться, потому что все мои мысли и чувства были еще там, в полете. — Черныш просто невероятен! — доказывала я Крейву, он лишь молча кивал в знак согласия и крутил в пальцах подол моего платьица. — Я будто летала! — делилась я своим восторгом и всплеснула руками, и тут же холодная реальность ударила меня по голове тяжелым молотком. Рафаэль только что скинул с меня платье. — Ты что… — замялась я, совершенно теряясь.

— Пошли купаться? — улыбался парень, держа меня за руки. А мне вдруг захотелось прикрыться. Сколько вокруг лишних глаз, а я… все равно, что голая!

— Нет, я не… — начала протестовать, но меня не услышали.

— Вот и славно! — еще шире улыбнулся юный лорд и подхватил меня на руки. На нем были лишь легкие штанцы, поэтому я отчетливо ощутила жар его тела. — Поберегись! — крикнул он и побежал!

Не-е-е-т!!! Но моего внутреннего крика никто не услышал. Я погрузилась под воду вместе с держащим меня мужчиной. Сотни пузырьков воздуха поднялись к поверхности, щекоча тело, и я поспешила за ними, но меня остановили. Я почувствовала, как мое лицо обхватили руками, а губ коснулось что-то теплое и мягкое. Резко открыв глаза, увидела перед собой ожидающее лицо Рафаэля. Он смотрел на меня, не мигая, выпуская пузырьки воздуха изо рта, а глаза слегка светились, перестраиваясь под звериные, но не перестроились. Я вздрогнула. Всего мгновение, мне казалось, что Рафаэль где-то между собой и зверем. Или может, они вместе были тут. Рассуждать дальше мне не позволил воздух, а точнее его отсутствие. Оттолкнувшись от парня, быстро вынырнула и огляделась. Младший из семейства Крейв тут же показался рядом.

— Рафаэль! — обеспокоенно позвала я. Мне нужно знать, что это было.

— Что? — улыбаясь, как ребенок, от чего у глаз пролегли лучики, спросил Рафаэль. Он смотрел на меня обычными человеческими глаза с зеленой радужкой и серебристыми крапинками. И почему-то я почувствовала, что заводить разговор о случившемся не стоит.

— Больше так не делай! — тут же нашлась я и брызнула в его сторону. Наверное, зря, так как парень тут же пошел на меня, брызгая гораздо сильнее.

— Ты на меня брызги поднимаешь, смертная? — картинно возмутился Рафаэль. — Не с тем связалась! — пафосно заявил он, а я, отворачиваясь, чтобы вода не попала в глаза, хихикала. Он серьезно?

— Нет, дорогой, это ты не с той связался! — сделав пару пасов рукой в его сторону, принялась наблюдать, как волна, словно живой зверь, поднимается над Рафаэлем. И перед тем как обрушить на него всю свою мощь, слышу тихое «Опя-я-я-ть?» и юный лорд скрывается с глаз всех присутствующих под толщей озера. Какой великолепный шанс выбраться из воды и быстренько надеть платье, но я попалась второй раз так же, как и Рафаэль. Он схватил меня за ногу и поволок в озеро. Так мы и плескались, смеясь, пока нас не позвали к очередной только что поспевшей партии мяса.

* * *

Когда солнце скрылось за горизонтом, а на землю опустилась излюбленная молодежью тьма, мы все сидели у костра и играли в правду или действие. Если выпадал мой ход, я все время брала «правду» и только потому, что двигаться мне было банально лень. Признаться честно, мне очень даже понравилось. Было весело и мясо парни пожарили вкусно. Настроение не убили даже косые и откровенно неприязненные взгляды нул. Я сидела на небольшой подстилке рядом с Лаотэлем и совершенно не хотела ничего делать. Игра все продолжалась.

Выбранный как ведущий парень сначала опускал руку в кувшин с именами, потом озвучивал счастливчика и предлагал ему выбрать «правду» или «действие», и в зависимости от ответа озвучивал задание, вытянутое из соответствующего кувшина.

— Мигель! — торжественно заявил ведущий, все оживились, захлопали, друзья названного подтрунивали.

— Действие. — смело заявил Мигель. Послышались одобрительные возгласы.

— И так… — выбирая задание, начал ведущий. После вытащил листок и с торжественным видом провозгласил. — Поцелуй самого прекрасного, по твоему мнению, представителя противоположного пола. — парни тут же захлопали, засмеялись, кто-то даже посетовал, что ему такое задание не достанется. Я следила за всем этим и улыбалась. Надо же, как простая игра может сплотить такую большую компанию.

Мигель поднялся с места и начал оглядываться. Я старательно прятала улыбку, наблюдая, как нулы начали незаметно прихорашиваться, поправлять прически, увеличивать зону декольте и томно хлопать ресничками. Глупые, как таким можно соревноваться? Одна другой стоит. На мгновение мне стало жаль этих прекрасных девушек, которые пошли в Дом Нул лишь потому, что после девятнадцати лет их никто не взял в жены. У нас с этим проще. Я вздрогнула, когда перед моим лицом оказалось лицо Мигеля. Он припал на одно колено, склоняясь ко мне.

— Вы позволите? — прошептал он, и не дожидаясь ответа, потянулся к моим губам. Я выставила перед собой руку, ладонью к себе.

— Если только в ручку. — так же шепотом заявила я. Ох, у Мигеля были такие удивленные глаза.

— Ну, что вы… — улыбнулся парень, беря мою руку, но продолжая тянуться к лицу. Я не успела возмутиться, как вдруг прозвучал строгий голос Рафаэля.

— Мигель! Ксена-ти моя… гостья. — я не смотрела в этот момент на Крейва, но видимо было в его лице что-то, от чего бедный Мигель побледнел, поцеловал мою руку, извинился и удалился. Я лишь хмыкнула. А потом улыбнулась, заметив на себе взгляды всех нул. Вот так-то, бабёнки! Хихикнула я себе под нос.

Когда дело дошло до меня, я выбрала «правду».

— Влюблены ли вы? — заискивающе спросил ведущий и все разом посмотрели на меня. Я аж как-то смутилась, но ответила. Это ж всего лишь игра.

— Да, я влюблена. — послышались одобрительные крики, сквозь которые я отчетливо расслышала серьезный вопрос Рафаэля.

— И кто он?

— Такого вопроса не было озвучено. — тоже серьезно сказала я и посмотрела на парня. В душе поселился холодок. Впервые за сегодняшний день Рафаэль смотрел на меня так пристально и тяжело, так, как смотрел во все дни, кроме этого. Но никто ничего не заметил, игра продолжалась. Я отвернулась, почему-то почувствовав легкую обиду. Все же было хорошо.

— Ты его обидела. — прошептал Лаотэль. Я удивленно вскинула бровь.

— Чем это?

— Не знаю, но он ведет так себя всегда, когда не получает желаемого, когда злится.

Я глянула на Рафаэля. Он залпом осушил кружку вина и напряженно смотрел на костер. Когда выпало его имя, он выбрал действие.

— Танец! — объявил ведущий.

Крейв резко схватил за руку ближайшую нулу и вывел перед костром. Девушка слегка ошалела, но когда подняла взгляд на лорда, испуганно вздрогнула, но попыталась улыбнуться. Рафаэль что-то сказал музыкантам и заиграла быстрая, резкая мелодия. Юный лорд просто играл нулой. Он то кружил ее, то притягивал к себе, касался губами ее обнаженного тела, то отталкивал, а потом снова притягивал. Это был страстный, грубый танец. Но в эту минуту от танцующей пары невозможно было оторвать взгляд. Когда мелодия оборвалась на высокой ноте, Рафаэль припал требовательным поцелуем к губам нулы. Послышались аплодисменты и восторженные крики, и среди этой какофонии я различила хриплый вопрос лорда, обращенный к нуле: «Уединимся?». Под громкий гомон десятка рук парочка сбежала туда, куда не достает свет от костра.

Я же чувствовала себя странно. Резко навалилась усталость и исчезло настроение. Я хотела было уйти, но Лаотэль попросил остаться, пообещав, что фейерверк обязательно поднимет мне настроение. Я осталась. Не знаю почему. Но Лаотэль оказался забавным парнем, и вскоре я стала чувствовать себя почти так же хорошо, как раньше. Полуэльф был младшим братом жены племянника лорда Крейва. В общем, родственничек ни туда ни сюда. Ему было двадцать лет и магии он обучался дома. Когда-то в Марийской Империи была Магическая Академия, но Лаотэль успел проучиться там всего два года. После академию закрыли. Родители не хотели отправлять сына в учебное заведение за границей, поэтому обучали дома. А жаль! Если бы учился в академии, был бы сильнее. А если б в нашем МАГе, так еще б и со мной встретился. Так мы и разговаривали, пока не начали устанавливать фейерверки. К моменту, когда уже все было готово, появился Рафаэль с нулой. Я лишь встретила их взглядом, а потом отвернулась, готовая внимать чуду пиротехники. Когда первый залп с грохотом рассыпался в небе, я почувствовала, как горячие мужские руки обвились вокруг моей талии.

— Прости… — прошептал над ухом Рафаэль. У меня аж сердце спотыкнулась. Он о чем? — Конечно, это твое право, не говорить, кого ты любишь. — проведя носом по моим волосам, продолжил Крейв. — Просто мне стало интересно, кто этот счастливчик. — и на последних словах руки Рафаэля напряглись на секунду, а потом расслабились вместе с глубоким выдохом. А мне это не нравилось. Почему он так себя ведет? А еще от него тошнотворно пахло дешевыми женскими духами. Почему-то в душе зародилось чувство, которое последний раз просыпалось в пору моей ученической молодости. Захотелось размозжить Рафаэлю нос собственноручно! Но я лишь спокойно сказала:

— Не обнимай меня после того, как вернулся, не пойми откуда, с нулой. — и мягко вывернувшись от захвата, отошла на несколько шагов. Фейерверки были очень красивыми.

— Добиться влюбленной женщины в три раза сложнее. Это почти невозможно, если любовь искренняя. И без шансов, если взаимная. — услышала я в промежутке между залпами. Обернулась, но так и не смогла понять, кто это говорил. Все смотрели в небо, кроме Рафаэля. Он смотрел себе в ноги и хмурился.

* * *

Проснулась от тяжелого взгляда в спину. Еще чуть-чуть и это станет привычкой. Медленно обернулась, собираясь поздороваться и застыла. Зверь все так же стоял у окна и грустно смотрел на меня. Я почувствовала изменение в его настроении. Он был очень опечален. Послышался жалобный тихий вой. Потом зверь сделал шаг ко мне и совсем неожиданно для меня, зарычал, обнажая клыки. Он обвинял меня в чем-то! Я испугалась. Но тут Рафаэль схватился за голову и снова жалобно завыл. Это было похоже на стон. На мольбу. Я попыталась сесть в кровати, но этого мне не удалось. Тело Крейва разъярённым зверем прыгнуло к кровати, выгибаясь как дикая кошка, и грозно и обвинительно рыча. На всякий случай окружила кровать барьером. Я чувствовала его обиду, но в чем дело?

— Что с тобой? — задала я вопрос на забытом всеобщем языке. В ответ мне лишь жалобно завыли. Зверь мотал головой, словно пытался выкинуть из нее неприятные мысли. Он разрывался. Его тяготили два противоположных чувства!

— Рафаэль! — позвала я, надеясь успокоить зверя, но он неожиданно громко зарычал и бросился на меня. От испуга я закричала, и прикрылась руками. Рефлекторное действие, пробиться через барьер невозможно. Но даже зная это, я все равно испугалась. Сердце бешеным вурдалаком забилось о ребра. Когда я открыла глаза, то увидела ошеломленное лицо зверя. Он жалобно скулил и пятился, словно извиняясь. Он испугался сам себя! Это плохо… Когда зверь уже прыгнул на подоконник, я нашла в себе силы крикнуть ему в след.

— Я буду ждать тебя ночью! — нельзя, чтобы он закрылся в себе и чувствовал вину. Уверена, зверь до сих пор терзается из-за убийства тех троих. — Завтра! Я буду ждать! — крикнула я уже пустому окну в надежде, что меня все-таки услышат. Отдышавшись, опустила голову на подушку и моментально уснула, забыв снять защитный барьер.