– Доктор Маккой?

Доктор Маккой, который проверял трикодеры, – скучное занятие даже для людей с облегченной нагрузкой – обрадовался, что он хоть кому-то понадобился, и обернулся.

У входа в лазарет стояли Клиффорд и К'леб, ожидая приглашения войти. Офицер, казалось, был чем-то встревожен.

– Сэр, если вы сейчас не очень заняты, – сказал он, – мы хотели бы поговорить с вами.

– Мы?

Маккой усмехнулся и полностью развернулся к ним.

– Хорошо, сказал он, – но только не стойте там. Проходите и садитесь.

Клиффорд облегченно улыбнулся.

– Спасибо, сэр.

Он сделал знак рукой п'отмаранину, и они сели слева от Маккоя на свободные стулья.

– Теперь выкладывайте, – начал доктор. – Это вопрос личный или официальный?

Клиффорд нахмурился. Глаза К'леба смотрели то на одного, то на другого и напоминали прыгающих насекомых, которых поймали и посадили под стекло.

– Можно сказать, что и личный, и официальный, – сказал офицер и, пожав плечами, добавил:

– Это зависит от того, как посмотреть.

Маккою не удалось сдержать улыбку.

– Сынок, – посоветовал он, – если у тебя есть что сказать, то выкладывай.

Но офицер еще сильнее нахмурился.

– Это трудно понять, – начал он, но затем замолчал, будто ему не хватало решительности заговорить.

Он поднял глаза на доктора и, собравшись с духом, сказал:

– Сэр, К'леб думает, что капитан Кирк вовсе не капитан Кирк. Он говорит, что капитан Кирк, который сейчас находится на борту, – самозванец.

Маккой готов был услышать что угодно, но, разумеется, только не этого.

– Самозванец? – эхом повторил он, почти смеясь. – А почему он так думает?

Будто бы поняв, о чем его спрашивают, п'отмаранин быстро ответил. Конечно, доктор не имел ни малейшего представления, о чем он говорит и взглядом попросил Клиффорда помочь.

– К'леб говорит, – перевел офицер, – что он может чувствовать, что находится внутри у капитана. И он чувствует, что там ничего нет.

– Вы имеете в виду, – уточнил доктор, – что он не чувствует никакой симпатии со стороны капитана? Никакой теплоты?

Клиффорд покачал головой.

– Нет, сначала я тоже так подумал. Но К'леб имеет в виду что-то другое. Он говорит, что внутри у капитана ничего нет. Вообще ничего.

Помедлив, он добавил:

– Он говорит, что раньше там что-то было. Это была не симпатия, не любовь, но там что-то было.

Маккой посмотрел пристально на Клиффорда, затем на мальчика.

– Раньше? – спросил он, по-прежнему не желая принимать это всерьез. В конце концов, сопереживание – тоже особый талант. И у К'леба есть причины, чтобы не любить Джеймса Кирка, что, конечно, окрашивает его восприятие определенным образом. – Когда раньше?

Клиффорд взглянул на п'отмаранина и ответил:

– До того, как капитан ушел в увольнение.

Повернувшись снова к Маккою, он добавил:

– Он говорит, что человек, которого он встретил в лазарете, когда вы лежали там, сразу после возвращения, не капитан. И вообще К'леб считает, что он и не человек вовсе.

Маккой искоса посмотрел на него.

– Не человек? Тогда кто же он?

Клиффорд нерешительно проговорил:

– Дьявол, сэр. По крайней мере, так это звучит в переводе.

Доктор уже было собрался пошутить по поводу этого, но остановил себя. Ему показалось, что ни Клиффорд, ни К'леб не оценят шутку.

– Дьявол, – повторил он. Клиффорд кивнул.

– Понятно, – сказал Маккой, – а вы сами, мистер Клиффорд, что думаете об этом?

Клиффорд пожал плечами.

– В это трудно поверить. И я бы сказал, что все это чепуха… если бы это был не К'леб.

Он снова взглянул на п'отмаранина.

– Вы знаете, что я провел с ним много времени, анализируя его язык перед вводом его в систему переводной машины. И я понял, что он обладает экстрасенсорными способностями, сэр. Причем они доведены до совершенства.

Скрестив руки на груди, Маккой сказал:

– Хорошо, давайте проверим его способности. – Он посмотрел на мальчика и спросил:

– Что я сейчас чувствую?

Клиффорд перевел вопрос. К'леб кивнул и тут же ответил.

– Он говорит, – перевел офицер, – что, в основном, вы настроены скептически. Но немного и напуганы, потому что начинаете сомневаться, а не напал ли он на что-то.

Все правда. После такого точного анализа, данного К'лебом, трещина в его скептицизме начала расширяться.

Доктор вздохнул.

– Ладно, – сказал он, – я займусь этим. Ему в голову пришла идея, как разобраться во всем этом.

– Капитан должен пройти медицинский осмотр, и его уже давно пора провести. Если в нем что-то не так, я сейчас же узнаю об этом.

Он кисло улыбнулся и спросил мальчика:

– Ну что, удовлетворен?

Клиффорд перевел, и п'отмаранин кивнул, хотя и не ответил улыбкой.

– Хорошо, – сказал Маккой, – значит, теперь ждите. У меня еще целая гора трикодеров.

Офицер поднялся, за ним п'отмаранин.

– Спасибо, сэр, – сказал Клиффорд, – Не за что.

Маккой несколько секунд смотрел им вслед, затем встал и подошел к интеркому.

Он нажал кнопку связи с отсеком управления.

– Маккой вызывает на связь Кирка, – сказал он в микрофон.

Послышался щелчок и доктор услышал голос капитана.

– Я занят сейчас, Боунз. Может быть, поговорим попозже?

– Прости, Джеймс, – сказал доктор, – но ты откладывал это довольно долго. Мы держали пари на две недели, а не на два года.

Капитан, казалось, медлит с ответом.

– Джеймс? Ты слышишь меня?

– Конечно, Боунз. Просто я сейчас занят поиском.

– Все равно пока нет никаких результатов. Тогда почему бы тебе не зайти пока в лазарет и не пройти медосмотр? Зачем откладывать?

Снова долгая пауза.

– Боунз, я действительно занят.

Маккой вздохнул.

– Послушай, – сказал он, – ты всегда будешь чем-нибудь занят. Или ты идешь сюда добровольно, или же я применяю санкции.

– Санкции? – повторил капитан, – но почему, доктор? Неужели ты думаешь, что я в неподходящей форме для того, чтобы выполнять свои обязанности?

– Но откуда же я могу знать, если ты не прошел, черт возьми, медосмотр? – спросил Маккой.

Очень долгое молчание.

– Вот что я тебе скажу. Как только я вернусь на корабль, я сразу же зайду к тебе.

– На корабль? Но ты же только что вернулся?

– Я знаю. Но мне трудно сидеть здесь, когда там исчезают люди. Я возвращаюсь на Мидос.

Маккой нахмурился и сказал:

– Ладно, но как только ты снова ступишь на «Энтерпрайз», сразу же лети ко мне. А это, мой друг, уже приказ.

– Я понял тебя, Боунз. Конец связи.

Доктор отошел от интеркома. У него появилось странное неприятное ощущение в животе, которого раньше не было.

– Нет, – пробормотал он, – нет.

Неожиданно им овладело другое чувство: будто он не один в комнате. Что есть кто-то еще, кого он не видит. Стоит и слушает.

Он обернулся и вздрогнул, увидев в полутьме высокую тонкую фигуру.

Но в следующий момент он узнал Кристину и смущенно покраснел.

– Черт побери! – резко сказал доктор, – Кристина, никогда больше не подкрадывайся ко мне.

Медсестра улыбнулась и тихо проговорила:

– Простите меня, доктор. Я не хотела напугать вас.

Маккой отвернулся, чтобы она не увидела его лица, горевшего огнем.

– Вы не испугали меня. Вы просто… удивили меня.

– Тогда извините меня, что я вас удивила, – поправилась она.

Взглянув на нее, Маккой спросил:

– Что вы здесь делаете? Я думал, что вы до конца полета не появитесь.

Кристина пожала плечами.

– Похоже, что он затянется намного дольше, чем я думала, и капитан решил, что я буду полезнее здесь.

«Капитан».

Маккой вздохнул. Неприятное ощущение в животе снова вернулось.

– Вы в порядке? – спросила Кристина. Он пожал плечами.

– Вы видели, с кем я сейчас разговаривал?

Медсестра покачала головой.

– Нет, я была у компьютера. Смотрела, что случилось, пока меня не было.

Он подошел к одному из стульев и рухнул на него.

– Клиффорд и К'леб. Кажется, парень обладает экстрасенсорными способностями и считает, что капитан – самозванец. Тот парень в отсеке управления выдает себя за капитана, но на самом деле это не так.

Кристина недоверчиво посмотрела на него, как он и предполагал.

– Звучит не правдоподобно, – сказала она.

– Вот именно, – ответил доктор и, нахмурившись, добавил:

– Но я сказал, что разберусь с этим и только что попытался это сделать. Я сказал капитану, что ему нужно пройти медосмотр, которого он попытался избежать.

– Ну и что? – спросила Кристина.

– Он снова нашел отговорку: сказал, что отправляется на Мидос для продолжения поисков.

Она улыбнулась.

– По-моему, вполне похоже на капитана.

Маккой покачал головой.

– Я не очень уверен.

– Что вы имеете в виду? – спросила сестра.

– Говорил он не как капитан. Слова были те, что надо, он сказал их…

Маккой попытался вспомнить разговор.

– Когда я упомянул наше пари, а затем медосмотр, мне показалось, что он медлил с ответом, как будто не понимал, о чем я говорю.

Он замолчал, припоминая детали:

– А когда я упомянул, что имею в виду медосмотр, он тут же заявил, что отправляется назад на Мидос. Как будто принял решение в тот момент.

Кристина еле сдерживала смех.

– Доктор, – сказала она, – вы знаете, как я легковерна. Если это шутка…

Он покачал головой и, стараясь говорить как можно убедительнее, сказал:

– Нет, Кристина. Это не шутка. Может быть, это заблуждение, но ни в коем случае не шутка.

– Значит, вы думаете, – сказала она, – что на корабле самозванец, который выдает себя за капитана?

Он вздохнул и ответил:

– Да, я думаю, что это возможно.

Несколько секунд она смотрела на него, ничего не говоря, пытаясь осознать всю серьезность ситуации.

Затем к ней вернулся оптимизм:

– Ну, – сказала она, – пока мы тут будем гадать, я умру от голода. Я, наверное, попытаюсь сообразить какой-нибудь обед.

– Приятного аппетита, – сказал Маккой.

Когда Кристина ушла, он вернулся к своим трикодерам. К сожалению, они не могли проверить сами себя, пока он был занят другим. Только потом ему пришло в голову, что Кристина не пригласила его пообедать. Но он успокоил себя тем, что за обедом ей скорее будет нужно молчать, чем разговаривать с ним.

* * *

– Ты уверен? – спросила Дэлонг.

– Я все слышал своими ушами, – сказал Крителли, – я находился в трех футах от него. Я ждал, когда он подпишет эту чертову заявку.

– И он сказал, что снова возвращается туда?

– Да. Он так и сказал, – он вопрошающе посмотрел на девушку и спросил:

– Но почему это кажется тебе таким важным?

Дэлонг пожала плечами, но, возможно, слишком быстро.

– Не знаю… Я думала, что, может быть, вызовусь добровольцем с ним.

Крителли недоверчиво взглянул на нее и улыбнулся.

– Ты шутишь? Ты хочешь трястись в одном из этих тесных шаттлов, вытягивая шею, чтобы разглядеть какое-нибудь пятнышко на расстоянии сотни футов? Спать в нем, принимать пищу, болтаться в воздухе, отдавшись на милость горным ветрам?

Дэлонг усмехнулась:

– Ну как после таких слов можно еще сопротивляться?

– Отлично, – сказал он, – когда ты будешь свободна в следующем наряде, я хочу, чтобы ты показала мне, как обращаться с даллис'каримом.

Дэлонг покачала головой:

– Может быть, в другой раз. К тому времени, наверное, буду трястись в одном из этих тесных шаттлов.

Оставив Крителли с открытыми ртом, она пошла по коридору в сторону транспортного отсека. Звуки ее шагов эхом отдавались от стен.

Глупо было с ее стороны пытаться назначить… это… рандеву или… свидание с капитаном, когда он по горло занят делом. Особенно после того, что случилось с доктором Маккоем и в самый разгар отзыва экипажа из увольнения. Но если бы ей удалось получить место в шаттле рядом с ним… побыть с ним некоторое время… узнать его получше…

Гарантий, конечно, нет. Но, во всяком случае, он продемонстрировал ей некоторую симпатию, когда просил у нее прощения за случившееся в спортивном зале.

Двери транспортного отсека открылись, и она увидела Кайла, стоявшего над пультом. Он едва взглянул на нее, полностью сосредоточившись на рычагах.

– Дениз, – сказал он, – что привело тебя сюда?

– Я слышала, что капитан снова отправляется на Мидос. Я хотела бы полететь с ним.

Кайл пожал плечами.

– Да, ты все правильно услышала. Но он пока еще не отправляется.

Закончив возиться с каким-то диском, он поднял голову.

– Но если бы я был на твоем месте, я бы не ждал, чтобы присоединиться к экспедиции. Он не может в последний момент приказать кому-то остаться, чтобы освободить тебе место.

Она кивнула головой.

– Ты не знаешь, где он сейчас? Я имею в виду капитана.

– Точно не знаю, – сказал Кайл, возвращаясь к своей работе, – но я не удивлюсь, если он в своей каюте. Я бы тоже немного отдохнул, прежде чем отправиться на шаттле.

Ей пришлось улыбнуться.

– Спасибо.

– Не за что, – ответил Кайл, не сводя глаз с пульта.

До каюты капитана было далеко. Большую часть пути девушка провела в турболифте. Добравшись до нужного уровня, Дениз внезапно почувствовала слабость в коленях. Взяв себя в руки, она вышла из лифта и пошла по длинному коридору. Здесь было тихо, потому что большинство командного состава находилось либо в отсеке управления, либо было занято поисками на планете.

Дэлонг остановилась перед дверью каюты капитана и постучала. Она уже собралась постучать во второй раз, полагая, что сделала это слишком тихо, когда дверь открылась.

На пороге стоял капитан. Было неясно, собрался ли он уходить или только что пришел.

Он взглянул на нее.

– Слушаю вас, мичман?

У нее возникло то же чувство, что и несколько дней назад в коридоре. Чувство, что капитан ее никогда не видел раньше. Но это исключено. Не может быть после всего того, что случилось в спортивном зале и их последующей встречи.

Нет. Просто он вел себя так, как и положено капитану; сдержанно, с соблюдением дистанции.

– Прошу прощения, сэр, – начала она, – но, насколько я знаю, вы снова отправляетесь на поиски людей.

«Кирк» продолжал смотреть на нее отсутствующим взглядом. Затем он будто стряхнул с себя мысли, занимавшие его и улыбнулся ей.

– Новости быстро распространяются на корабле.

Он отступил в сторону и, жестом приглашая ее войти, сказал:

– Пожалуйста, входите, мичман. Нет нужды обсуждать то, зачем вы пришли, здесь, в коридоре.

Дэлонг вошла и остановилась, не решаясь пройти дальше.

Капитан показал ей на стул и предложил:

– Присаживайтесь.

Девушка села на предложенный ей стул – антикварную вещь, сделанную из дерева и кожи, относящуюся, видимо, к двадцатому веку. Он стоял рядом с книжным шкафом в том же стиле, набитом настоящими книгами, а не пленками.

– Ну, – начал «Кирк», пододвигая один из стандартных стульев, которые преобладали на «Энтерпрайзе», – по какому поводу вы пришли, мичман?

Она посмотрела на него и проговорила:

– Когда вы отправитесь туда, я хотела бы быть в числе членов вашей группы.

Казалось, он обдумал каждое ее слово, прежде чем сказать;

– Понятно, но я уже выбрал людей, которые будут меня сопровождать.

Дэлонг ожидала именно такого ответа, и он ее не смутил.

– Да, сэр, я знаю. Но это люди, которым вы приказали пойти с вами. Но ведь лучше иметь рядом с собой в шаттле человека, который хочет быть там.

Капитан пристально посмотрел на нее и сказал:

– Не могу не согласиться с вами. Но почему вы хотите быть там?

Она подняла руки, а потом беспомощно уронила их на колени.

– Я хочу помочь, – проговорила она. Это, конечно, было правдой, но не всей, а только частью. Таким образом она не солгала.

– Из чувства долга? – предположил он.

– Да, что-то вроде этого, – ответила Дэлонг, – и желания видеть убийцу справедливо наказанным.

Капитан поднял брови:

– Убийцу? – переспросил он, – но мы ничего такого не знаем. Только то, что люди исчезли.

Она кивнула.

– Да, сэр. Тогда похитителя. Я хочу, чтобы он был схвачен.

«Кирк» наклонился вперед и сказал:

– Хорошо, мичман. Вы получите место. Будьте готовы к отправлению, как только вас позовут.

Стараясь не улыбаться, она ответила:

– Спасибо, сэр. Вы не пожалеете об этом.

– Спасибо вам, – ответил капитан, – нам нужны такие люди, как вы.

После этого он встал, давая понять, что разговор окончен, и она последовала его примеру.

Уже переступив порог, она почувствовала непреодолимое желание сказать, что она думала.

– Знаете, когда вы открыли дверь, у меня возникло презабавное чувство, что вы меня никогда не видели раньше. У вас был такой вид, что вы даже не помните, как меня зовут.

«Кирк» улыбнулся так нежно, как она никогда не видела, чтобы он улыбался раньше.

– Простите меня, – сказал он, – разве мог я забыть случившееся тогда.

У нее было острое желание спросить его, что это было, но потом решила, что ее настойчивость будет наивной.

– Прощаю, – сказала она. – До свидания?

– Да. До свидания, мичман.

Девушка покраснела от того, что ей все-таки удалось добиться своего. Она развернулась и пошла по коридору.