Девон, Паркер и между ними — Джонни шли к особняку Холлинзов. Счастье Девон, казалось, озаряло своим светом все вокруг, даже старый дом стал как будто приветливее, а деревья вдоль подъездной дороги ласково шептали им что-то доброе. Дом выходил одним торцом к не очень большому, но глубокому озеру. Девон заметила на мостках высокую худощавую фигуру.

— А вот и Джеймс. Кажется, он нас увидел, давай пойдем к нему навстречу.

— В прямом или в переносном смысле? — с сарказмом поинтересовался Паркер.

На лицо Девон набежала тень. События последних нескольких часов помогли ей увидеть Джеймса в новом свете, разглядеть под внешней суровостью ранимую душу не очень счастливого человека, и ей было больно осознавать, что Паркер по-прежнему относится к отцу прохладно. Она уже собиралась поделиться своими чувствами с Паркером, но в это время раздался треск, вопль, а за ним громкий плеск. Паркер и Девон в ужасе смотрели, как старые мостки в одном месте провалились и Джеймс полетел в воду.

— Проклятье!

Паркер бросился к озеру. Девон хотела бежать за ним, но ее сдерживал Джонни, поэтому она подхватила малыша на руки и зашагала так быстро, как только позволяла ее ноша. Голова Джеймса показалась над водой и снова скрылась. Добежав до берега, Паркер, не сбавляя скорости, ринулся в воду, потом, когда стало глубоко, поплыл кролем туда, где скрылся под водой его отец. Вот и его голова исчезла — он нырнул. Девон охватила паника. К тому же она, по-видимому, не рассчитала силы. От быстрой ходьбы с довольно увесистой ношей у нее сбилось дыхание, перед глазами все поплыло. Едва успев подумать: не уронить бы Джонни — она провалилась в темноту.

— Где я? — Открыв глаза, Девон увидела над собой пожилого мужчину в белом халате.

— Вы в больнице.

Девон не помнила, как здесь очутилась, последнее, что осталось у нее в памяти, — как она бежала к озеру с Джонни на руках.

— Почему? Что со мной случилось? Где Паркер?

Не ответив ни на один вопрос, врач укоризненно покачал головой.

— Деточка, в вашем положении не следует перенапрягаться. Вы потеряли сознание. Беременным женщинам не рекомендуется бегать, да еще и с грузом.

Слова врача повергли Девон в глубокий шок. Несколько секунд она молча открывала и закрывала рот, как рыба, вытащенная из воды. В таком состоянии ее и застал Паркер.

— Наконец-то ты очнулась! — грубовато пожурил он, присаживаясь на край больничной койки. — Когда ты рухнула без сознания, я чуть с ума не сошел от страха. Если бы не Джеймс, я бы, наверное, до сих пор стоял там пнем, держа тебя на руках.

— Напомни мне, чтобы я его поблагодарила.

— Я уже его поблагодарил, после того как тебя привезли.

Девон с радостью отметила, что отношения между отцом и сыном, по-видимому, налаживаются. Она села в кровати и склонила голову на грудь Паркера.

— Я ничего не помню, помню только, как ты и Джеймс скрылись под водой, я побежала... а потом очнулась здесь.

— Но ты в порядке? Что говорят врачи?

— Со мной все в порядке...

— Но есть какое-то «но», — догадался Паркер. Он взял Девон за подбородок и заставил посмотреть ему в глаза. — Я надеялся, что у нас больше нет друг от друга секретов, но, чувствую, ты что-то скрываешь.

— Не очень-то удобно иметь мужа, который читает мысли, — попыталась отшутиться Девон.

Паркер нахмурился.

— Значит, я угадал. Что-то неладно.

— Не совсем так... это зависит от точки зрения.

— Успокойся и расскажи все по порядку.

— Я тебе говорила, что не могу иметь детей.

В глазах Паркера появилось хорошо знакомая Девон решимость.

— Это не имеет значения, мне нужна ты, а не дети.

— А если ты получишь и то, и другое?

Рука Паркера, поглаживавшая ее по голове, замерла неподвижно.

— Ты хочешь сказать...

Девон энергично закивала.

— Я беременна!

Как странно... Девон не надеялась, что когда-нибудь сможет сказать эти слова о себе.

— Но ты не можешь...

— Я тоже так говорила, но врач сказал, что все признаки налицо. И анализ крови подтвердил. — От волнения у Девон даже слезы выступили.

— Видно, между «невозможно» и «маловероятно» — огромная разница. Врач мне все объяснил, но мне до сих пор не верится. — Она мечтательно вздохнула. — Между прочим, у меня были налицо все симптомы, просто мне не приходило в голову...

Паркер усмехнулся — глуповато и в то же время удовлетворенно. Таким самодовольным Девон его еще не видела. Она, конечно, предполагала, что новость его обрадует, но получить подтверждение своей догадке было очень приятно. Паркер покачал головой.

— Итак, Девон, у нас будет ребенок. Братик для Джонни...

— Или сестричка.

— Неважно.

Паркер вскочил с кровати, подпрыгнул и издал радостный вопль, наверняка нарушив правила поведения в больнице, потом снова сел, уложил Девон на спину и склонился над ней с самым заботливым видом.

— Как ты себя чувствуешь? Может, тебе полагается отдыхать...

— Я и так отдыхаю. Врач сказал, что у меня все в порядке со здоровьем, так что расслабься.

— Как ты думаешь, будущий братик или сестренка Джонни не будет возражать, если я тебя поцелую?

— Не знаю, как он, а вот я очень рассержусь, если ты этого не сделаешь!