Над ночным лесом раздался протяжный, холодящий кровь волчий вой. Почти одновременно грохнуло несколько ружейных выстрелов, но ещё до этого замертво упал сражённый стрелой часовой. Ружейная пальба продолжала раздаваться со всех сторон. Как и договаривались, стреляли в сторону шалашей, где спали разбойники. Особенно не целились – важно было произвести побольше шума, поэтому все старались как можно быстрее перезаряжать ружья. Здорово выручал Барабашка. С его стороны раздавался такой грохот, будто оттуда стреляла как минимум рота солдат. Джим пустил вторую стрелу и тоже взялся за ружьё.

В лагере разбойников поднялся страшный переполох. Ничего не понимающие бандиты выбегали из шалашей, ошалело вертя головами и пытаясь сбросить остатки сна. Некоторые из них тут же падали, сражённые пулями. Были слышны крики и стоны раненых. Гусиное Перо заряжал ружьё, стрелял, снова заряжал и снова стрелял. В то же время он старался не спускать глаз с домика Атамана Ка, чтобы не пропустить его появления. Но предводитель словно чувствовал это и не казал носа наружу.

Кое-кто из бандитов начал приходить в себя и пытался отстреливаться. Но они стреляли наугад в тёмный лес, и если и могли кого-нибудь зацепить, то только чудом. Джим заметил фигуру Одноглазого Боца, который пытался унять панику среди разбойников и организовать что-то типа обороны. Гусиное Перо прицелился в него и выстрелил.

– Ёлки-палки, – произнёс мальчик, увидев, что промахнулся. Тогда он отложил в сторону ружьё и снова взялся за лук. Выпущенная им стрела уже летела, когда на её пути случайно оказался другой разбойник, который замертво упал, сражённый стрелой. А Одноглазый опять уцелел и продолжил громовым голосом отдавать приказы.

– Берите бомбы! – крикнул он и первым бросился к пороховому погребу. Джим поспешил снова выстрелить в него из лука, и наконец-то попал. Одноглазый Боц упал, не добежав до погреба нескольких шагов. Но следом за ним к землянке бросились ещё несколько разбойников.

Гусиное Перо решил, что с его стороны давно не звучало выстрелов, и снова взялся за ружьё. «Если бандиты завладеют бомбами, то нам придётся туго», – подумал он. Как и было заранее условлено, остальные нападавшие тоже сосредоточили огонь на тех, кто пытался прорваться к погребу. Однако двоим разбойникам всё-таки удалось проникнуть внутрь. Теперь Джим не на шутку забеспокоился. Он не сводил глаз с двери погреба и держал палец на спусковом крючке. С других сторон (кроме разве что позиций Барабашки и Кэти, один из которых только изображал стрельбу, а другая стреляла не целясь) выстрелы тоже прекратились. Наконец, в чёрном проёме двери показался первый разбойник, неся в руках бомбы. Тут же почти одновременно грохнуло пять выстрелов, и изрешечённый пулями бандит свалился обратно.

Второй выходить не спешил, опасаясь, что его ждёт такая же участь. Хотя, конечно, знай он, что по ним прицельно стреляют всего пятеро человек, к тому же сейчас все они лихорадочно перезаряжают оружие, он мог бы спокойно выйти, даже не особо торопясь. Но он этого не знал, а потому затаился в погребе.

В это время из домика Атамана Ка раздался громкий окрик:

– Затушите костёр, идиоты!

Несколько бандитов тут же бросились выполнять приказание. Джим понял, что задумал предводитель. В полной темноте нападавшие лишатся единственного преимущества – возможности более-менее прицельной стрельбы, а разбойники к тому же под покровом ночи смогут спокойно проникнуть в погреб и выбраться из него. Гусиное Перо выстрелил в кого-то из тех, кто принялся расшвыривать костёр и на секунду отвлёкся от порохового погреба. В этот момент оттуда выскочил бандит с бомбами. Справа от мальчика грохнул выстрел, и бандит упал, не сделав и двух шагов. «Это Чарльз Вильямсон, – подумал Джим. – Очень хороший выстрел, молодец, лейтенант».

Но костёр бандиты всё-таки потушили, и лагерь погрузился в почти полную темноту. Лишь полная луна позволяла видеть какие-то очертания на большой поляне. Всё чаще стрельба раздавалась со стороны оборонявшихся. Уже несколько пуль просвистело рядом с Джимом. Пришлось сменить место и передвинуться немного влево, чуть ближе к позиции Кэти. Оттуда время от времени были слышны выстрелы, и это успокаивало: значит, с девушкой всё было в порядке.

Как назло, на небе снова стали сгущаться облака, которые закрыли луну, остававшуюся единственным источником света. Джим решил использовать свой последний козырь. В кармане у него лежала купленная Стивом баночка со смолой. Джим положил ружьё на землю, открыл крышку и обмакнул наконечник стрелы в густую вязкую жидкость.

– Серый, ты где? Мне нужна твоя помощь, – мысленно позвал он волка.

– Я здесь, – отозвался Серый и тут же показался из-за кустов.

– Подержи-ка это.

Волк осторожно взял стрелу в зубы.

– Держи на весу, – попросил Гусиное Перо, а сам тем временем достал из кармана завёрнутый в жирную бумагу – чтобы не попала вода – коробок спичек. Спичка вспыхнула, и мальчик поднёс её к наконечнику стрелы. Он отвернулся от лагеря, постаравшись прикрыть собой огонь. Смола быстро загорелась, но Джим не торопился пускать горящую стрелу, поскольку почти ничего не было видно. Он надеялся, что луна всё-таки выглянет и позволит лучше рассмотреть цель. К счастью, так оно и случилось (то, что благодарить за это нужно Барабашку, Гусиное Перо узнал значительно позже).

Всё-таки разбойники заметили в лесу одинокий огонёк и тут же стали стрелять в его направлении. Поэтому Джим поспешил сделать первый выстрел, прицелившись в пороховой погреб, дверь в который была по-прежнему открыта. Стрела прочертила огненную линию и исчезла внутри подвала. Не теряя ни секунды и не обращая внимания на свистевшие рядом пули, Джим проделал то же со второй стрелой, а затем и с третьей.

Между тем стрельба не прекращалась ни с той, ни с другой стороны. Неожиданно над лагерем прозвучал громкий командный голос лейтенанта Чарльза Вильямсона:

– Сдавайтесь! Вы окружены! Никто не уйдёт отсюда живым, если не сложит оружие и не поднимет руки. Нас больше ста человек, и сюда идёт ещё один армейский отряд. Сопротивление бесполезно. Атаман Ка, не губи зря себя и людей, сдавайся!

Вильямсон замолчал, ожидая ответа. На несколько секунд после его слов наступила тишина, никто не стрелял.

– Нет! – вдруг раздался голос Атамана Ка из его домика. – Мы ещё посмотрим, кто сильнее!

Сразу же несколько разбойников выстрелили в сторону лейтенанта Вильямсона. Джим со злостью снова взял ружьё, зарядил его и прицелился в окно атаманского укрытия. Зазвенело стекло, и послышались ругательства Атамана Ка. Видимо, он стоял где-то недалеко от окна. Но в темноте мало что можно было разобрать. Джим ещё раз выстрелил в окно, на этот раз безо всякого результата.

И тут…

И тут раздался такой грохот, как будто началось землетрясение. На месте, где находился пороховой погреб, в один миг образовалась громадная воронка, а вверх взметнулся огромный столб пламени, разбрасывая во все стороны землю, доски и осколки. Огненные стрелы сделали своё дело! Джим чуть не заплясал от радости. На какое-то время в лагере стало светло, как днём. Джим видел, как какой-то разбойник бросил своё ружьё и кругами бегал по лагерю, тряся головой. «Мозги съехали от контузии», – предположил мальчик.

Сейчас было самое время ещё раз предложить разбойникам сдаться, и Вильямсон снова закричал:

– В последний раз предлагаем вам сдаться, иначе вы все будете уничтожены. Даём одну минуту на размышление.

Снова затихла стрельба. Понятно было, что разбойники так напуганы, что уже готовы капитулировать. Теперь всё зависело от того, что скажет Атаман Ка. А он молчал, видимо, обдумывал предложение или искал пути к спасению. Джим решил его поторопить. Снова достал стрелу, облил остриё остатками смолы, поджёг её и пустил прямо в разбитое окно домика.

– Хорошо! – поспешно и несколько испуганно крикнул Атаман Ка. Наверное, вид огненной стрелы произвёл на него нужное впечатление. – Мы сдаёмся. Сложите оружие, – приказал он сообщникам.

Те повиновались, побросали своё огнестрельное и холодное оружие в одну кучу и подняли руки. Когда они сделали это, Джим на мгновение усомнился в том, что их задумка удастся – разбойников было всё ещё очень много, три или четыре десятка. Они вполне могли справиться с их небольшим отрядом и голыми руками.

– Сейчас к вам выйдут двое наших людей, – крикнул лейтенант. – Если с ними что-нибудь случится, вы все будете убиты на месте. Помните, что каждый из вас находится на мушке нескольких наших бойцов. И разожгите снова костёр!

Стоявшие рядом разбойники стали подкидывать на тлеющие угли головешки и свежие дрова, которые через минуту уже горели достаточно ярко, чтобы можно было хорошо видеть происходящее. Макс Фишер и Томас Боуэн выбрались из своих укрытий и не спеша пошли к стоявшим толпой бандитам. Похоже, те уже были морально сломлены и не собирались оказывать сопротивления. Полицейские достали заранее приготовленную верёвку и связали за спиной руки первому пленному, затем следующему и так далее. Джим, Кэти, Барабашка, Стив и Чарльз пока находились в укрытии, не спуская глаз с происходившего в лагере. Нескольких минут полицейским хватило, чтобы связать руки всем разбойникам (попутно обыскав их и убедившись, что они не припрятали никакого оружия), а затем они просунули одну длинную верёвку между запястьями каждого пленного и связали её концы. Таким образом, все бандиты оказались связаны между собой, что не позволило бы убежать кому-то одному или разбежаться всем в разные стороны. Джим мысленно похвалил полицейских за находчивость.

– А теперь, атаман, выходи с поднятыми руками! – крикнул Вильямсон со своего места. Но из домика не раздалось ни звука. Макс Фишер достал свой пистолет, подошёл к двери и резким ударом ноги выбил её внутрь. Он тут же отшатнулся в сторону, опасаясь выстрела в упор, но внутри по-прежнему было тихо. Тогда он осторожно двинулся вперёд. Через несколько томительных мгновений он крикнул:

– Все сюда! Он скрылся через подземный ход!

Джим едва ли не первым выскочил из своего укрытия. Следом на поляне появились остальные: Кэти, Стив, Барабашка и Вильямсон. Лейтенант, который по ранее принятой договорённости исполнял обязанности командира, тут же распорядился:

– Домовой и девушка остаются здесь, Стив с ними, остальные – за мной. Оставьте лишнее оружие. Возьмите, что полегче и удобнее.

Ситуация и правда требовала быстрых решений, поэтому никто не стал спорить и возражать. Джим отдал ружьё Стиву. Макс Фишер с сожалением оставил свою четырёхстволку, а Томас Боуэн с облегчением избавился от второго кремнёвого ружья. Вильямсон тоже бросил своё второе ружьё в кучу оружия, отобранного у разбойников.

Они быстро зашли в дом. Джим увидел лестницу, спускающуюся в подпол. Внизу темнел проход, ведущий из подвала куда-то вбок. Гусиное Перо вспомнил, что уже бывал внизу, но никакого подземного хода там не видел. «Наверное, он был хорошо замаскирован», – предположил он. Внезапно в дверях раздался какой-то шорох, и все тут же оглянулись, готовые к любым неожиданностям. На пороге стоял волк.

– Серый, ты сможешь чуть-чуть побыть розыскной собакой? Возьмёшь след? – мысленно задал вопрос Гусиное Перо.

– Да, для того я и здесь, – ответил Серый. Он первым прыгнул в проём на полу, приземлился внизу на все четыре лапы и побежал было вперёд.

– Подожди, – окликнул его Джим. – Мы ничего там не увидим, нам нужен свет.

Ещё во время пребывания в банде мальчик приметил, что в домике атамана всегда лежали несколько заготовленных на всякий случай факелов. Гусиное Перо быстро оглядел помещение и в одном из углов нашёл искомое. Факелы тут же зажгли, и без суеты, но быстро трое полицейских и мальчик спустились следом за волком.

* * *

Стив стоял, держал наготове ружьё и внимательно наблюдал за связанными разбойниками. До них медленно стало доходить, какова на самом деле была численность напавшего на них отряда.

– Черти меня раздерите! – воскликнул один из пленных и злостью сплюнул в сторону – Их всего-то семеро! И трое – это девчонка, ребёнок и лилипут! Как же они нас надули!

Бандиты было зашумели и угрожающе придвинулись к охранявшей их троице, но Стив тут же ткнул ружьём в живот ближайшего разбойника и громко сказал:

– Всё кончено, вы проиграли. Кто хочет получить заряд свинца напоследок, можете рискнуть – я с удовольствием это обеспечу. А теперь всем сесть!

Несколько секунд бандиты обдумывали его угрозу, а затем начали потихоньку садиться на землю. Скоро все они сидели, и теперь проявить агрессию им было значительно труднее. Стив обратился к Кэти:

– Будь внимательнее и не выпускай ружьё из рук. Я пока на всякий случай разряжу оружие бандитов.

Он подошёл к куче трофейного оружия, вытащил оттуда наугад первый ствол и разрядил его. Отложил ружьё в сторону, а патроны, пули и порох засунул в свой мешок. Потом к этой работе подключился и Барабашка.