Будь осторожна со своими желаниями. Они могут исполниться.

Ох уж это чертова правда.

Хлоя слушала, как стая разговаривала между собой, пытаясь притвориться, что ей удобно в их присутствии, впитывая в себя то, что узнавала. Джексон знал ее отца. Очевидно, что он знал, кто ее отец ровно с того момента, как они встретились, так как она выглядела в точности как тот мудак. Правда раскрыла множество вещей, но это не полностью сняло ее напряжение.

Не тогда, когда у Джексона не было всех ответов на последующие вопросы.

Хотя он был уверен, что Гэвин Уортингтон обрюхатил ее маму, он не знал обстоятельства, связанные с этим. Странно. Она не собирается быть вежливой с отцом, в глубине души ненавидя его за то, что он сделал с ее матерью. Фантазии встречи незаконнорождённого ребенка никогда не возникали. Она не была ребенком, который нуждается в родителе. Ее дедушка и бабушка заменили ей его.

Хотя сейчас, узнав правду, она должна признать, что ей слегка любопытно. Ей любопытно, откуда она родом.

Женщина, приехавшая с импозантным мужчиной, смотрела на нее. Хлоя поспешила вспомнить имя женщины, которую Джексон ей представил как Хизер. Она не была уверена в его честности о размере его стаи. Из того, что она могла наблюдать, стая не была маленькой. Всего здесь семнадцать мужчин. Двенадцать связанных пар. Оставшиеся пять мужчины-одиночки.

После краткого приветствия, она устроилась на стуле, к которому ее подвел Джексон. Парочки были приветливы, встречая ее теплыми улыбками. Мужчины вежливо кивали и бросали любопытные взгляды, но с другой стороны, казалось, они не впечатлены. Тем не менее, все шло хорошо. Возможно, она не нравится им, зато они не ненавидят ее. Не было никаких драк или аргументов против, только вопросы, на которые Джексон быстро отвечал.

Все идет нормально.

— Хлоя? — голос Джексона вторгся в ее мысли. — О чем думаешь?

Повернувшись к нему лицом, она несколько раз моргнула. Она не слушала. Поэтому она не знала, что ответить. Она не хотела, чтобы все подумали, что она тугодум. Один маленький неверный шаг и она выглядит как осел.

Дерьмо.

— Уверена, все будет в порядке, — это был ужасный ответ на любой вопрос, но она надеялась, что ее реплика принята.

Джексон поднял бровь, небольшая улыбка тронула его губы.

— Я не уверен, — сказал он, сообщая ей, что знал, что она не обращает внимание. — Твой дедушка хочет поставить жирную точку на заднице Гэвина. Если они оба столкнуться лицом к лицу, у меня предчувствие, что все пройдет отвратительно.

Она почувствовала, как кровь отхлынула от ее лица.

Очевидно, когда она потерялась в своих мыслях, группа решила, что лучше всего обсудить мужчину, который ее вырастил.

Если дедушка встретит мужчину, уничтожившего его единственное дитя, он захочет мести. Джексон кратко объяснил, что может возникнуть необходимость в такой встрече для укрепления их спаривания среди стай в этой области, но она надеялась избежать этого. Конечно же, ее биологический отец не мог пытаться повлиять на ее жизнь сейчас.

— Слабо сказано и ты об этом знаешь. Дедушка убьет его.

— Все больше причин, чтобы встретиться, — вставил Деклан, сгибая руку, когда наклонился вперед на своем стуле и растягивая татуировку. — Старик твой защитник. Он приютил тебя, кормил тебя и заботился о тебе. Гэвина последним спросят о вашем спаривании. Гэвин не может подкинуть дерьма в этом вопросе. Он мудак.

— Я не хочу подвергать его опасности, — дедушка хитрый, но он старик. Он не был в состоянии взять на себя кого-либо — даже гораздо менее опасного, чем оборотень. Она уже решила, что даст немного власти Гэвину, если он когда-либо попытается диктовать, что произойдет в ее будущем.

— Он и не будет, — убежденность в ответе Джексона несколько облегчила ее напряженность. — Как мужчина, воспитавший тебя, он имеет право противостоять любому, кого посчитает угрозой для тебя.

— Я с трудом могу классифицировать это как угрозу.

Отказ? Конечно. Угроза? С большой натяжкой.

Глаза Джексона поменяли цвет, мышцы челюсти напряглись.

— Если бы ты не встретила меня, — прорычал он, — ты совершенно по-другому бы запела, девочка Хлоя.

— Поэтому ты рассказал мне, — прорычала она в ответ, находясь на волоске от спускового крючка. — Может быть, если повторишь себе еще несколько раз, мысль приклеиться.

Энергия в комнате изменилась и она оглянулась. Все смотрели на них со смесью любопытства и юмора. В особенности связанные мужчины, как будто они долгое время ждали этого самого момента. Обычно ей не нравилось быть в центре внимания, но, поскольку она уже вместо слона в этой комнате, она решила, что впору высказать свое мнение.

— Если ты объявишь ее в качестве своей пары во время охоты, никто не поставит под сомнение это решение, — большой мужчина — Клинт, она вспомнила, — сказал Джексону, поворачивая разговор в нужное русло. — Если ее защитник согласиться на спаривание пред местными Альфами, сделка произойдет. Без суеты, без беспорядка.

Женщина рядом с ним — его пара Элси — схватила его за руку.

— Но он человек, — она бросила быстрый взгляд на Хлою. — Закон…

— Не имеет значения, — закончил Джексона после небольшого ожидания. — Флетчер Брант заработал право на голос. Никто не будет сомневаться в этом. Если же они засомневаются, они рискуют столкнуться с яростью стаи. Как член семьи моей пары, он имеет право на нашу защиту.

— Гэвину это не понравиться, — пробормотала Элси.

— Кого волнует, что понравиться Гэвину? — прорычал Деклан, показывая свою дразнящую натуру, — он напыщенный осел, нуждающийся в нескольких пинках под зад.

— Деклан, — прорычал Клинт, — ты разговариваешь с моей женщиной.

Губы Деклан изогнулись, образуя саркастическую ухмылку.

— Мои самые скромные извинения, Элси, за оскорбление твоих нежных чувств.

— Мудак, — усмехнулась Элси. Клинт послал Деклану взгляд, обещая, что припомнит ему это.

Хлоя посмотрела на маленькое окно над диваном, отметив, что уже потемнеет. Уже почти вечер. Скоро взойдет луна. Безжалостная сексуальная энергия вернется, заставляя ее остро ощутить свое тело.

Сейчас не время.

— Что нам делать с нашим гостем в подвале? — один из мужчин-одиночек — Шейн — спросил, возвращая ее к действительности. — Если ты позволишь уйти Энди, он все расскажет своему Альфе. Если же нет, Гэвин придет обнюхивать вокруг, ища своего пропавшего стукача.

Хлоя старалась не пялиться, как могла, когда они представились друг другу. У Шейна была только одна татуировка — сплошной рукав — но в нем не было чернил, что заставило ее нервничать. Это была смертельная и мощная сила, окружающая его. Если бы она не знала больше, она подумала бы, что он рожден быть лидером, а не ведомым.

— Мы может отрезать ему язык, — предложил Деклан.

— Ты отвратителен, — отрезала Элси, сузив глаза, глядя на свою пару. — Собираешься тоже отрезать ему язык? Ему не обязательно говорить. Он может написать информацию, ты знаешь.

Вместо того, чтобы обидеться, Деклан пожал плечами.

— Просто оставь его. А теперь, когда ты предложила, отрезать ему пальцы, вероятно, хорошая идея. — Он посмотрел на Джексона. — Как думаешь, этот ублюдок способен писать ногами? Должны ли мы еще и пальцы ног отрезать?

Дорогой Боженька, он же не может быть серьезным.

Джексон засунул пальцы под ее волосы, положив ладонь на ее шею. Жест был утешительным, замедляя биение ее сердца.

— В этом нет необходимости, — медленно ответил он. — Энди неплохо и в клетке. Мы будем держать его там, пока вопрос не будет решен.

— Ты такой жестокий, — Деклан засмеялся, его глаза стали золотыми, его гнев ушел. — Держать его в клетке в полнолуние.

— Это мягкое наказание по сравнению с тем, что он заслужил, — Джексон сжал пальцы на ее затылке, нарушая покой отдельных прядей ее волос, таким образом щекоча ее.

Стук в дверь заставил их всех оглянуться. Это не первый раз, когда кто-то входил в гостиную. Хотя Джексон собрал всех в парке и сменил табличку на «Закрыто», люди продолжали прибывать на их обусловленную встречу. Деклан предупредил Джексона, что три человека записались на процедуру тату. Так как это был третий раз, она предположила, что это был еще один невезучий человек, который не получил того, за чем пришел.

— Нам стоит тепло одеться, — Декан откинулся на стуле, раздражение появилось на его лице. — Прежде чем нежелательные люди начнут слоняться вокруг.

— Так какой у нас план? — спросил Клинт.

Джексон опустил глаза, встречаясь взглядом с Хлоей.

Очевидно же, что она не единственная, чья голова оказалась в канаве.

Она старалась не дрожать от страсти в его глазах, смущенно чувствуя, как соски затвердели, а ее киска сжалась. Каждый должен был уже узнать, что происходило между ними, понимая, что их Альфа был в салоне вместе со своей парой. Ее собственное обоняние развивалось, и она могла поклясться, что обнаружила в воздухе что-то острое и густое.

Похоть Джексона.

Это не было возможным, но аромат обратился к ней, блокируя неприятный запах дезинфицирующих и химических веществ, используемых в салоне, чтобы содержать его в чистоте.

— Мы должны смело встретить каждого как единая стая, — ответил Джексон, отводя глаза от нее. — Я хочу, чтобы все собрались в Атрум Дивайд. Будьте там ровно в пять. Мы поедим на охоту вместе.

Атрум Дивайд? Ни за что.

Она только начала привыкать ко всему, связанному с оборотнями. Она не была готова посетить их местное логово. Люди слишком глупы, чтобы рисковать в баре сверхоъестественных, чтобы никогда не вернуться.

Джексон массажировал ей шею, работая над внезапно напрягшимися мышцами. Он наклонился для быстрого поцелуя.

— Скоро будем выдвигаться, — сказал он ей, понизив голос. — После того, как я схвачу твою попку, что ее отшлепать перед стаей, ты можешь рассказать мне, что же происходит в твоей голове.

Ее глаза широко раскрылись, щеки стали горячими. Она не знала, что было более оскорбительным — то, что он угрожал отшлепать ее перед стаей, или то, что она почувствовала трепет в животике от одной только мысли быть у него на коленях.

— Ты не посмеешь.

— Посмею ли я?

Три слова и это весь ответ.

Он точно посмеет.

— Как на счет твоего дедушки-в-законе в будущем? — спросил Деклан, наклонив голову, изучая их. — Мы не может взять его в Дивайд. У него случиться сердечный приступ.

— Я сказал, что мы встретимся там, а не что мы войдем туда, умник, — возразил Джексон, отстраняясь от нее. — Собери всех у заднего входа. Мы поедем, как только все прибудут. Мне также нужен кто-то, чтобы пропустить охоту. После того, как Флетчер переговорит с Гэвином, ему понадобиться эскорт, чтобы выйти из помещения.

— Я позабочусь об этом, — ответил Шейн прежде, чем это сделал кто-то другой. — Не беспокойся.

По какой-то причине у Хлои сложилось впечатление, что Шейн хотел избежать охоты. Она не была уверена почему. Он появился с легкостью, как и стая, но она чувствовала, что он продолжал сохранять дистанцию со всеми. Она нахмурилась, изучая мужчину и пытаясь понять его. Возможно, идея обзавестись мехом и бежать на четвереньках также не привлекала его.

Да, правильно.

Из того, что она поняла, охота собирала волков в области вместе. Они переходили на ту часть их огромного имущества, которая была открыта только для их вида и разрешали свободу действий животным, находящимся в них.

Почему он хочет пропустить что-то столь важное?

Другой стук прервал их — он раздался гораздо ближе — заставляя ее забыть о своих вопросах о Шейне. Внимание всех переключилось на коридор. Один стук сменился двумя, а затем тремя. Задняя дверь здания была прямо за углом и кто-то мог стучаться прямо в нее.

— Джексон Донован, — заорал сердитый мужской голос. — Тащи свою задницу сюда. Я хочу поговорить с тобой.

— Какого черта он делает здесь? — прорычал Джексон, глядя на Деклана.

К его чести, Деклан выглядел тревожным.

— Со всем происходящим, я забыл тебе сказать. Симона заглянула и сообщила мне, что ее отец хочет встретиться с тобой. Она устала ждать.

— О чем ты говоришь? — спросила Хлоя, изучая реакцию тех, кто находился в комнате. Соединившиеся пары перешептывались, а одиночки-мужчины выглядели так, будто готовились к борьбе.

— Это Уорд Уилсон. Достойный парень с сукой дочерью, — ответил Деклан, когда никто другой этого не сделал. — Судя по всему, она устала быть отвергнутой?

— Отвернутой?

— Сказать нет, от ворот поворот, указать на дверь. Ты же знаешь — отвергнуть. — Деклан внимательно смотрел на нее. — У Симоны Уилсон есть игрушка для твоего мальчика.

— Деклан, — терпение Джекона лопнуло, и Хлоя почти могла ощущать ярость своего любовника. — Ты начинаешь бесить меня.

Кто такая Симона?

— Она из другой стаи, — поделилась Элси, прежде чем Деклан смог разжечь пламя, посылая ему взгляд съешь-дерьмо-и-умри. — Она хочет, чтобы Джексон спарился с ней.

Информация дала больше, чтобы внести ясность — а также привела Хлою в ярость.

Джексон более, чем роскошен, он положительно неотразим. Женщины со всего мира после одного взгляда на него захотят его. Но понимание, что у женщины была смелость попытаться заставить его создать отношения с ней — отношения, которые заберут его от нее — вызвали чувство собственничества в ней.

— Можешь привести ее сюда? — часть ее хотела поморщиться, когда услышала, как озлобленно она говорила, как призирала нападение на ее любовника, когда узнала, что ее мужчина мог завести себе другую женщину. Может быть, это закидоны оборотней, но в человеческом мире отец не появлялся перед дверью мужчины, если кто-то сделал что-то неправильное. Если она собирается поставить свою гордость под удар, она хотела иметь для этого весомую причину.

— Черт, нет, — несмотря на все, что выяснилось, Джексон никогда не позволит ей уйти и положил руку на ее затылок. Она почувствовала резкую боль на шее — его когти — как его пальцы сжались вокруг ее шеи. Он встал на одно колено, встречаясь с ней взглядом. — Когда мы, наконец, окажемся одни, я собираюсь показать тебе, почему не стоило задавать этот вопрос. — Он ждал, пока до нее дойдет смысл слов. — Ты такая сексуальная, когда ревнуешь, девочка Хлоя.

— Джексон! — прорычал Уорд и снова начал заново стучать. — Если не откроешь дверь, я выбью ее нафиг.

— Отважься прояснить ситуацию, — медленно предложил Шейн, совершенно серьезно и мрачно, — Определенно, ты должен решить этот вопрос. Последнее чего ты хочешь, это встретиться со стаей, когда у тебя за спиной Альфа. Гэвин будет достаточно злым.

Джексон стоял и поднял руку, отпуская Хлою. Она потерла шею, обнаружив, что он был осторожен со своими когтями и не так сильно расцарапал ей кожу. Вытянув шею, она посмотрела на него. Игривый блеск исчез из его глаз. Плечи напряжены, брови нахмурены. Когда она взглянула на его руки, она не заметила никаких когтей, хотя его пальцы были сжаты в кулаки.

— К черту. Не хотелось бы обидеть чувство Уорда, говоря ему, что его дочь привлекает меня так, как чертова Арктика, но он спросил именно это.

— Я пойду с тобой, — рядом появился Деклан, потирая руки.

— Нет, — Джексон шагнул ближе к двери и повернулся спиной ко всем — включая ее. — Оставайтесь здесь. Все вы.

Прежде чем она смогла бы это утверждать, она почувствовала ту же странную энергию, окружающую ее, закрепляющую его волю. У нее никогда не было возможности укусить его задницу раньше. Она должна быть его парой — равной ему — а не игрушкой, которой он управляет.

Обведя взглядом комнату, она увидела, что и все остальные были затронуты таким же образом. Ни один из них не двигался, оставаясь в точности в том положении, в котором их оставил Джексон.

Когда она сидела возбужденная, она решила, что не может позволить уйти Джексону одному. Как только представилась возможность, она собралась показать ему, почему он поступил недостаточно разумно, недооценив ее. Он собирался пожалеть об удовольствии, разделенное с ней — вот как это выглядело со стороны — и это происходит не первый раз, а второй.

Самое время для нее научить его нескольких вещам, которые стоит изменить.

В тот момент, когда Джексон открыл дверь, Уорд встретил его. Альфа привел с собой своего Бэту, который стоял несколькими шагами позади. Джексон вышел в темноту, ощущая луну. Его пара должна была стать самым лучшим в его жизни, а не серией печальных событий. С того момента как он встретил свою пару во плоти, он не в состоянии насладиться ею. Это так печально после чертовых происшествий.

Этой ночью все закончиться.

Обычно он услышал бы кого-то снаружи. Но не в этот раз.

— Я не хочу твою дочь. Я говорил ей, что не заинтересован. Она не желает слушать. Так что я говорю это тебе, — он сделал шаг вперед, вторгаясь в личное пространство Уэйда, поглядывая на Бэту, который повторил его движение. — Я не хочу Симону. Я не заинтересован в спаривании с ней. Ответ: нет.

Вот. Сделано. Собрался с духом и сказал как есть.

Его облегчение испарилось, когда тот самый человек, которого он так пытался избегать, выскользнул из огромного внедорожника, на котором приехал Уорд. Как всегда она пыталась убедить, что она отличный вклад лучшего качества. На этот раз она была одета в кожу, демонстрируя все свои изгибы. Она шла на высоких каблуках, ее облик кричал об оскорблении и негодовании

— Как ты смеешь, — прорычала она, направляясь к нему. — Ты чертов ублюдок.

— Не перебивай, — предупредил Уорд Симону, поворачиваясь к ней лицом. — Ты оставила эту жизненно важную информацию при себе. Мы должны обсудить это.

Офигенный-мужик. Луч солнца среди дня, наполненного дерьмом.

В то время как Уорд души не чаял в дочери, мужчина был Альфой, несмотря на это. Джексон надеялся, что Уорд поймет, что его незаинтересованность не была личной. Он просто не заинтересован в Симоне.

— Он слишком сложен. — Симона изменила тактику, становясь плаксивой. — Если ты поговоришь с ним, он передумает. Это усилит стаю. Самое время перестать быть на втором месте.

Ой. Это было больно.

Взгляд Джексона метнулся к Уорду, который воспринял это как оскорбление. Альфе не стоит так много вздрагивать. Симона — истинное поведение Симоны — кажется, не понимает, что обратилась к своему старику худшим из всех возможных способов, указывая на то, что он не был достаточно силен, чтобы настоять на своем. К счастью, Джексон был достаточно вежлив, чтобы отвернуться и спасти хоть крупицу гордости мужчину.

— Показывал ли мистер Донован, что заинтересован в спаривании с тобой, Симона? — восхищение Джексона Уордом усилилось. Альфа обрабатывал ситуацию гораздо лучше, чем это сделали бы другие отцы. — Говорил ли он, что рассмотрит твое предложение? Не пытайся убедить меня, что это была его идея. Конечно, если не хочешь, чтобы я забрал твои кредитные карточки на несколько месяцев.

— Конечно, говорил, — Симона не отступала, изображая боль.

— Я не говорил, — исправил Джексон с рыком. — Прежде чем попытаешься оспорить это, ты должна кое-что узнать. — Он прищурил глаза, хотя знал, что Симона не прислушается к предупреждению. — Ты прервала меня, когда я представлял свою пару своей стая.

Взгляд Уорда метнулся к Симоне, прежде чем он вытаращил глаза на Джексона.

— Твою пару?

— Все верно.

Скрестив руки на груди, он столкнулся с человеком, который очевидно был настроен нанести неоднократно удар, как придурок. Во-первых, его дочь обманула его с визитом к мужчине, который не заинтересован в ней. Во-вторых, он узнал, что она не все сказала, чтобы добиться того, чего хотела. Теперь он знал, всего времени ада ей не хватит, чтобы искупить свою вину.

— Он лжет, — поспешно сказала Симона, — Он всегда лжет.

— Когда ты представишь ее перед стаями? — Уорд даже не смотрел на своего ребенка. Джексону было почти жаль, за гнев который вскоре обрушится на Симону за то, каким дураком она выставила своего старика.

— Завтра. На охоте.

Уорд встретился взглядом с Джексоном. Когда он прочел правду в его словах, он отрезал:

— Садись в машину, Симона.

— Но…

— Я сказал, сядь в машину! — взревел Уорд, отворачиваясь от Джексона. — Закрой свой рот и сделай, как тебе сказали.

— Нет, — возразила она, протягивая и ложа руку на плечо Джексона.

Он не был удивлен. Кокетливые женщины никогда не слушают. Это было то, что ей известно — все тело, ноль мозгов. Но то, чего он совсем не ожидал, было увидеть, как она падает на несколько шагов назад вниз, как будто кто-то пулей вылетел из здания за его спиной и бросил женщину на землю.

В одно мгновение он понял, кто же ослушался его приказа оставаться внутри.

Светлые кудри обрамляли лицо Хлои, когда она схватила руками Симону за горло и сдавила его. Слова его пары не были словами вообще. Больше похоже как рычит животное, жаждущее крови.

Он бросился к кричащим женщинам, направляясь к одной из них — даже без полного владения своим волком — в настоящий момент избивающею оборотня, который был на несколько фунтов тяжелее и значительно выше ее.

Сукин сын.

Женщина под Хлоей был словно покрыта красным облаком, что делало невозможным рассмотреть цвет ее глаз или волос.

Не то, чтобы это имело значение.

В тот момент, когда услышала, что Симона сказала Джексону, что-то сломалось. Члены стаи наблюдали с недоверием, как она поднялась со своего стула и пошла к двери. Она не оглядывалась, движимая силой, возникшей в ней. Ярость уничтожила логику. В тот момент, когда она вошла в прихожую и увидела странную женщину, которая прикасалась к нему, волк захватил контроль.

Все было размыто в то время. Она смутно помнила, как вылетела из прихожей и пригвоздила женщину к земле. Теперь, когда она удерживала свои руки на Симоне, она хотела увидеть, как та истекает кровью. Это было предупреждение для тех, кто осмелиться сделать то же самое, напоминание о том, что человек, с которым она боролась, перешла границу.

Джексон принадлежит ей.

Слова «Я убью тебя» не прозвучали правильно. Вместо ее голоса эхом пронесся рык в ушах. Она не останавливалась, используя руки на горле Симоны, чтобы вдавливать ее в бетон. Ржавый запах крови заполнил ее нос, делая ее еще более голодной. Она не остановиться, пока от головы этой сучки ничего не останется.

Рука, скользнувшая вокруг ее живота, оттаскивала ее. Она боролась с нарушителем, зная, что она еще не закончила, сопротивляясь словно сумасшедшая. Ее хватка ослабла, когда рука твердо дернула со всей силы и сломала ее захват на Симоне. Она закричала, когда была поднята в воздух и от нее забрали ее добычу.

— Остановись, — потребовал Джексон, строго выговаривая слова ей на ухо.

Его голос был мощным, действуя на нее словно бальзам, успокаивая разбушевавшегося зверя внутри. Она перестала сопротивляться, когда посмотрела вниз и увидела когтистую руку в крови. Его боролась за дыхание, уровень вменяемости вернулся, воспоминания были смутными. Двое мужчин помогли Симоне встать на ноги, осматривая ее затылок. Когда способность видеть все в красном цвете пропала, она поняла, что просто-напросто спровоцировала свой первый бой.

Святое дерьмо.

Она никогда не применяла силу или насилие. Это была привилегия Рейчел. Но одна только мысль о другой женщине, прикасающейся к Джексону, разрушила ее контроль, превратив ее в кого-то, кого она не признавала. Она не могла поверить, что ответственна за разбитый рот Симоны. Постоянный поток красной жидкости сочился из раны на верхней губе женщины.

Один из мужчин, оказывающих помощь женщине, посмотрел на нее. Как Энди, он, казалось, признал что-то важное о ней. Получив странный взгляд Джексона, она не смогла его расшифровать, мужчина сказал:

— Похоже, у вас множество объяснений происходящего.

— Не для вас, — ответил Джексон, его рычание отправило вибрации вдоль ее позвоночника. — Забирайте свою дочь и уходите. Вы превысили свой прием.

Человек, который ничего не говорил, взял Симону на руки. Он подошел к большому внедорожнику и посадил ее на заднем сиденье. Он последовал его примеру, ожидая пока все не окажутся в безопасности внутри машину, прежде чем самому сесть в машину. Он оглянулся, прежде чем закрыть дверь, глаза были ярко-желтого оттенка. Автомобиль выехал. Красные задние фонари вспыхнули, скрываясь за углом здания.

Джексон не выпустил ее, стоя на том же месте.

— Если Гэвин еще не знает о твоей паре, — сказал Деклан, появляясь за их спинами, — он узнает об этом, прежде чем наступит ночь.

Джексон развернулся и посмотрел на своего Бэту. Чтобы полностью успокоиться, Хлоя обнаружила, что вся стая каким-то образом смогла преодолеть приказ своего Альфы. Не было сомнений в том, что они все видели, что произошло между ней и Симоной. Они изучали ее со смесью неодобрения, озабоченности и, как она думала, с намеком на гордость.

— Уорд не глуп, — проворчал Джексон и опустил ее на ноги. — Он заметил сходство. Я могу это сказать по тому, как он смотрел на нее, — Хлоя ахнула, когда Джексон повернул ее, положа пальцы на ее подбородок и заставляя ее посмотреть на его. — Мы собираемся поговорить о твоем нраве, малыш. Ты только что откусила больше, чем можешь прожевать.

Гнев вернулся, но, к счастью, она не чувствовала, что он смертелен. Она встретилась взглядом с Джексоном, не заметив, что радужка его глаз начала светиться.

— Не создавай такое дерьмо. Я не то, чем ты можешь командовать по своему желанию. Перестань обращаться со мной, как с ребенком. Мне не нравиться быть мишенью, так что перестань продавать мне дерьмо.

Джексон сжал челюсть, но он хранил молчание.

— Ох мужик, — смеялся Деклан. — Знаю, я уже полюбил ее.

— Это не смешно, — Шейн присоединился к разговору, преграждая путь остальным. — Все будут знать, что у нашей стаи есть Лупа и то, что она полукровка. Если дерьмо попадет в вентилятор, она пожалеет о том, что потеряла контроль над своим зверем.

О нет, он не сделает этого.

— Она, — сказал Хлоя, глядя на Шейна, — стоит прямо здесь. Если есть что мне сказать, говори.

— Он не оскорбил тебя, — сказал Элси мягко, медленно двигаясь к Хлое. — Он просто констатировала факт. Если сучки из других стай узнают, что ты наполовину человек, они могут оспорить твой статус Лупы. Это закон.

— Сразиться со мной? — это была новость, которую она не ожидала.

— На смерть, — пояснил Шейн. — Чтобы родословная оставалась сильной.

— Не беспокойся об этом, — Деклан взглянул на Шейна и закатил глаза. — Ты бы сам с удовольствием ударил бы Симону Уилсон. Женщины разговаривают, так что они узнают, что ты не слоенный тортик. Проблемы случаются в том случаются, когда женщина думает, что она выиграет бок на смерть. Ты джокер. Они будут держаться подальше.

— Тебе лучше надеяться, что они так поступят, — пробормотал Шейн и провел рукой по лицу. — В противном случае мы все окажемся по уши в дерьме.

— Как ты себе это представляешь? — спросил Деклан.

Медленно Шейн опустил свою руку и посмотрел на нее. Страх чувствовался словно кусок железа во рту. Беспокойство в глазах мужчины довели ситуацию до болезненной точки. Если эмоции исходили из Деклана или Клинта, она, возможно, может разогнать этот страх. Но не от Шейна. Она не знала его, но она поняла, что он не из тех, кто играет в игры. Это не помогало Джексону, который все еще молчал, позволяя своей стае признать уродливую правду.

— Джексон — наш Альфа — не будет стоять в сторонке и смотреть, как кто-то убивает его женщину. Это прямое попадание поставить все наши задницы под вопрос. Если дело дойдет до вызова на бой, ты не столкнешься с этим одна, — Шейн был уверен в этом, когда встречался взглядом с остальными, как будто хотел, чтобы его слова дошли до них. — Мы все истечем кровью.