Перевод Lilith

Я выдохнула и медленно вдохнула, легкие с трудом принимали воздух. Я сидела за маленьким круглым столиком кофейни и ждала, когда Пирс вернется с кофейно-сладким наслаждением. Крошечный телефон Дженкса, позаимствованный мной, казался кукольным в моих пальцах, и, убедившись в том, что я не пропустила звонок Айви, я сунула его в сумку, но заколебавшись, решила переложить в задний карман. Стоял почти полдень, а от Айви все еще не было вестей. Я волновалась. Дженкс не был рад моему побегу. Как и я. Пирс, решивший составить мне компанию, не давал мне возможности чувствовать себя лучше, особенно потому, что привлекал всеобщее внимание.

Я так устала, что даже вид детей, одетых в костюмы фруктов из фруктового салата, не вызывали у меня улыбку. Как-то случайно мы умудрились попасть в кафе «Джуниорс». Оно же кафе Марка, если я правильно помню. Я стала здесь нежелательно персоной – после того, как меня изгнали. Однако после того, как мы вошли, никто дважды не посмотрел на меня, хотя детектор сильной магии, висящий над дверью, зажужжал, предупреждая о моей старушечьей маскировке. Марк знал, как я выгляжу, и не будь чар, нас бы уже давно выгнали.

«И почему фруктовый салат?», – размышляла я, откидывая голову, чтобы убрать волосы с глаз. У меня не было времени, чтобы завязать их в пучок, как делали все старушки. Зато сейчас они были седыми, и я, безусловно, вела себя как старуха, медленно двигаясь из-за ушибленных колен. Порывшись в сумке, я сняла с кольца для ключей детекторы смертельных и сильных чар и положила их в карман, на случай, если на закате меня вызовут.

Прислонившись спиной к стене, я сидела за тем же столом, за которым когда-то беседовала с самовлюбленным отродьем баньши и ее мужем, серийным убийцей. Снаружи, на ярком весеннем солнце, блестел большой синий Бьюик моей матери. Да, нужно было припарковать его где-нибудь в другом месте, но, если быть честной, когда я заметила «Джуниорс», я тут же закричала Пирсу, чтобы он остановил автомобиль. Он был плохим водителем и не мог заставить свои ноги правильно нажимать на тормоз и газ. Я думаю, что ранила его самолюбие. Он стал со мной немного холоден с этого момента. Какая жалость...

Я потерла ноющую шею и улыбнулась, вспомнив его красное лицо, когда он проклинал бегущую за ним с лаем собачью свадьбу. Подняв взгляд, я посмотрела на кассу, где он рассчитывался за наши напитки. Кажется, цены его удивили. Марк нетерпеливо ждал, и прежде, чем наличные оказались в кассе, наш кофе был готово и поставлен на прилавок.

Из меня вырвался вздох, но не из-за усталости. Пирс выглядел очаровательно в своем жилете, длинном плаще и шляпе; его немного вьющиеся волосы почти касались плеч. Он был похож на молодого оборотня, еще свободного от ответственности. Убрав сложенный чек подальше, он направился за нашими напитками, двигаясь с мягкой плавностью вампира. Держа напитки в руке, Пирс медленно развернулся, и, не доверяя пластиковым крышкам, не дающим кофе пролиться, стал медленно продвигаться между столами, заполненными дневными посетителями – завтракающими внутриземельцами и обедающими людьми – лавируя между ними с самоуверенностью, присущей многим колдунам. Наблюдать за Пирсом было странно. Он быстро учился, и, находясь среди живых достаточно долго, уже начинал понимать многие вещи, но было заметно, что с некоторыми мелкими нюансами у него все еще были трудности, как, например, открыть упаковку жвачки.

– Рэйчел, – сказал он тихо, его глаза метнулись к моим, потом он поставил высокий стакан передо мной и уселся сбоку, чтобы видеть дверь. Он казался уверенным в себе, но настороженным к окружающим людям. И старался, наверное, быть незаметным, когда откинул волосы с глаз. Еще он хорошо пах – смесью красного дерева и чистых волос. И использовал черную магию так, словно это был освежитель дыхания.

– Спасибо, Пирс.

Опустив взгляд, я сняла крышку с кофе, чтобы не чувствовать в нем привкуса пластика. Мои глаза закрылись в блаженстве, когда глоток кофеина с малиновым сиропом скользнул вниз по моему горлу.

– Ммм, как же вкусно, – выдохнула я, и, открыв глаза, заметила, что он улыбается. – Ты запомнил.

– Гранд-латте, двойной эспрессо, итальянская смесь, легкая пена, побольше корицы и еще малиновый сироп, – он наклонил голову и добавил. – Мне непривычно видеть вас, украшенную морщинами. Чтобы привыкнуть к этому, мне понадобится время.

«Украшенную морщинами? Разве нельзя просто сказать – старой?» Смутившись, я пожала плечами.

– Если бы я додумалась раньше, я бы использовала маскировку и для тебя.

– Вы бы хотели, чтобы я тоже замаскировался? – спросил он, и когда я кивнула, то почувствовала мягкое давление, словно что-то потерлось об мою ауру. Мои глаза расширились, когда над Пирсом возник пласт безвременья. И тут же исчез, оставив на его месте Тома Бэнсена. Те же вьющиеся каштановые волосы, те же голубые глаза, та же худощавая фигура, то же… все.

– О, боже, – сказала я, чувствуя себя неловко при напоминании, что Пирс живет в теле другого мужчины, мертвого достаточно долго для того, чтобы его душа исчезла. Однако поза принадлежала Пирсу, брюки и жилет, которые смотрелись на нем очаровательно, казались странными на Томе. – Ты точная копия мертвого Тома.

Пирс вспыхнул.

– Я и есть Том Бэнсен, госпожа ведьма. Фокус в том, что я такой и есть на самом деле.

Я почувствовала нервную дрожь, и спрятала свое беспокойство за еще одним глотком.

– Зови меня Рэйчел. Мы принадлежим одному демону, и я думаю, это дает нам некоторую неофициальность.

Он издал звук и пересел по-другому.

– Называть женщину по ее имени…

– Тебе не нравится, – сказала я, начиная закипать.

– Это очень неуважительно, – пробормотал он, тряся рукой, поскольку пролил кофе, слишком сильно сжав стакан, когда снимал с него крышку.

Мои глаза были устремлены на яркое солнце на улице.

– Сейчас более трудные времена, Пирс.

И это было странно. Со всеми удобствами и чистотой, в которой мы жили, люди утратили большую часть своего лоска. Вздохнув, я уставилась на потолок, радуясь тому, что никто не заметил преображение Пирса. Немногие знали о том, что колдун по имени Том Бэнсен был убит баньши и оживлен Алом, только чтобы вселить в него душу Пирса за несколько секунд до последнего удара его сердца. Это, несомненно, была черная магия, и, вероятно, поэтому аура Пирса была темнее моей – и не только поэтому.

– Мисс Тамвуд прислала вам сообщение? – сосредоточенно спросил призрак, бывший Томом и Пирсом одновременно.

Еще один глоток кофе, и кофеин начал действовать. Стаканчик грел мои руки, и я поставила его на стол.

– Нет. Я надеюсь, все хорошо. Я уже готова отправить ей голосовое сообщение. Мне кажется, что что-то не так.

«Тем более, что рядом со мной ты, а не Дженкс».

Пирс сунул руку под шляпу, убирая волосы с глаз.

– Мне жаль, что вам пришлось покинуть свое жилище, но оно не безопасно для вас, Рэйчел. Ковен…

– Да, я знаю, – сказала я со злостью.

Церковь всегда была моим убежищем, и меня бесило то, что теперь она престала являться таковой. Это очень сильно беспокоило меня.

Откинувшись на спину, Пирс скрестил руки на груди.

– Я начинаю подозревать, что не нравлюсь вам. Я же просто хочу, чтобы вы были в безопасности.

Его глаза сузились, и я вздохнула.

– Пирс… – начала я, и он отвел взгляд.

«Спасите меня от чувствительного мужского эго».

– Ты можешь поставить себя на мое место хоть на минуту? – спросила я, не удержав горечи в голосе. – Ты бы хоть немного расстроился, если бы все вокруг принялись говорить тебе, что ты не способен позаботиться сам о себе? И потом твоя нянька сказала бы бросить безопасное место, на создание которого ты потратил год? Разве это не адекватно?

– Вы считаете меня своей нянькой? – спросил он, явно раздраженный.

– А потом ты бы понял, что твоя нянька была права? – продолжила я. – И если она была права, значит, остальные тоже правы, и ты действительно не способен позаботиться о себе?

Его глаза снова метнулись ко мне, а выражение смягчилось.

– Я для вас не нянька.

Мои плечи опустились, и я отодвинула кофе.

– Я не знаю, смогла бы я справиться с Вивиан сегодня, – сказала я, расстроенная. – Она использует белую магию, но делает ее смертельной и полностью легальной. Мы с Айви одолели ее в продуктовом магазине, но тогда нам просто повезло.

Я подняла взгляд, и мое сердце екнуло при виде страдания в его глазах.

– Ты спас мою задницу. Спас Айви. – Сделав глубокий вдох, я посмотрела на него. – Я не могу в достаточной мере отблагодарить тебя за это. Я ценю все, что ты сделал, но я не хочу быть человеком, которому постоянно требуется помощь.

Я не могла больше смотреть на него, и мои мысли вернулись к черным латинским словам, вылетающим из его рта. Черная магия прогнала Вивиан, не я. Может, мне действительно нужна нянька.

Пирс пошевелился.

– Ал отправил меня, что защищать вас, – сказал он сердито.

Моя голова поднялась. Его голубые глаза ярко блестели, он смотрел на меня так, словно пытался решить, сказать ли мне больше. Сквозь узкое лицо Тома я видела решимость Пирса: его скрытое замешательство, потому что он пытался вписаться в мир, проносящийся мимо него, и его разочарование от того, что у него не получалось.

– Поэтому ты остался? – спросила я. – Ты мог уйти.

– Нет.

У меня заболела, и я посмотрела в сторону, что-то внутри меня чувствовало значение, стоящее за одним этим словом. Да, он остался, но он пользовался черной магией, не испытывая стыда и отвращения. И что я делала с ним здесь? Я совершаю ошибку, но что еще я могу сделать?

Грудь стеснило, я осмотрела шумное от разговоров кафе, и подпрыгнула, когда телефон Дженкса зазвонил. «Айви», – подумала я, узнавая мелодию. «Ave Maria». Может, это Маталина? Когда я откинула крышку, на экране отобразилось имя «Белая и Пушистая». Неуверенная, я откинула волосы с лица и нажала на кнопку принятия звонка.

– Да?

– Привет, Рэйчел, – донесся до меня чистый голос Айви. – Не говори мне, где ты. Ты в порядке?

Я удивленно моргнула из-за прозвища, которым Дженкс назвал вампира, а потом почувствовала беспокойство, потому что она предупреждала меня о том, что телефон может прослушиваться.

– Я далеко, – ответила я, глядя мимо Пирса на столы, где обычные люди делали обычные вещи. Мои волосы начали колоться, как будто кто-то наблюдал за нами.

– Как рука?

– Сломана, – просто сказала она. – К завтрашнему дню гипс достаточно затвердеет, чтобы разбивать головы.

Только я собралась что-то сказать, как она выпалила:

– Рэйчел, извини. Ты не сможешь остаться у Ринна. Я так зла из-за этого, что мне хочется вырвать кому-нибудь горло.

Пирс нахмурился, и предчувствие бури усилилось.

– Почему нет? – спросила я.

– Брук звонила ему, – сказала она мрачно.

Мои плечи медленно опустились. Дерьмо на тосте.

– Ковен знал, что у тебя есть с ним связь, и они попросили его выдать тебя им.

– Мило, – прошептала я, и Пирс наклонился ближе, хотя я знала, что у него были чары, позволяющие слышать на любом расстоянии.

– Ринн тоже не очень счастлив, – процедила она. – Просто так он не выдаст тебя, но если ты появишься на его пороге, он не сможет придумать этому правдоподобное оправдание. Мне жаль. Они держат его на коротком поводке. Он не может рисковать тем, что Ковен повернется против него. Он пользуется магией ведьм так же часто, как и любой мертвый вампир. Если ты сможешь позаботиться об этом без него, он прикроет тебя, но если ты покажешься, он будет вынужден предать тебя. Хочешь где-нибудь встретиться?

Моя рука поднялась к голове, и я уставилась на стол.

– Нет. Я в порядке, – выговорила я. – У тебя есть номер телефона Дэвида?

– О, – сказала она нерешительно.

Я медленно выдохнула.

– Я же не звоню Дэвиду, не так ли.

– Он в Вайоминге, – объяснила Айви примирительно. – Какие-то важные персоны среди оборотней поставили твою позицию альфы под сомнение, и ему пришлось ехать разбираться с документами лично.

Я кинула взгляд на Пирса, и вздрогнула, увидев на его месте Тома. Никогда не связывайся с колдунами. Никогда. Они дерутся с помощью магии и бюрократии. Дэвид, вероятно, был расстроен. Сейчас новолуние, и у него упадок сил. Ковен жестко играл, отрезая от меня мою группу поддержки, чтобы мне не куда было идти.

– И что у меня остается? – спросила я, уровня кофеина в крови было недостаточно, чтобы поддерживать хорошее самочувствие.

– Реши это с тем, кто с тобой. Встретимся у берлоги Шарпа?

Она не упомянула Пирса, а это означало, что либо она испытывала к нему неприязнь, либо действительно считала, что наша беседа не была приватной. Берлога Шарпа находилась под мостом, между двух прудов в Эдден-парке, и я покачала головой, не смотря на то, что она не могла видеть меня.

– Нет, – сказала я, пристально глядя на Пирса. – Со мной все хорошо, и ты нужна мне там, где я могу положиться на тебя. Хорошо? И скажи Дженксу, что мне жаль.

Она молчала, и мои глаза перескочили с Пирса. Я сделаю только хуже, если буду в бегах с колдуном, одолженным мне демоном и практикующим черную магию.

«Рэйчел, ты действительно можешь забрать их с собой».

– Ммм, если я не позвоню через три часа после заката, перезвонишь мне? – я имела в виду вызов, и она знала об этом.

– Как? – спросила Айви, беспокойство мелькнуло в ее шелковисто-мрачном голосе. – Я не знаю, как провести ритуал вызова. Ты хочешь, чтобы я штурмовала крепость Трента в поисках Кери или отыскала в городе Кизли?

– Не делай этого, – быстро сказала я.

Кизли исчез сразу же, как только я узнала о том, кто он был на самом деле, и мне не хотелось его выдавать. Поездка за Кери даст Тренту шанс снова помахать передо мной своим предложением, и я могу оказаться в достаточно сильном отчаянии, чтобы принять его. Эльфийский сукин сын. Я не знала ни одного черного колдуна, кто был бы еще жив и не сидел бы в тюрьме. Кроме Ли, управляющего игорным картелем в Цинци. Хотя, бьюсь об заклад, Пирс знает, как вызвать демона.

Мои глаза встретились с его, и он потянулся к моей свободной руке, бережно коснувшись покрытой синяками кожи, словно боялся сделать мне больно.

– Я не позволю им снова забрать вас, но если это случится, я пойду за вами даже через ад. И если мы разминемся, я вызову вас домой.

Расстроенная, я забрала руку у Пирса. Слабое покалывание, казалось, выскользнуло из меня, растягиваясь между нами, чтобы с треском лопнуть, возвращаясь и согревая меня. Я задрожала, уставившись на него. Это была не естественная балансировка энергии между нашими ци. Это было что-то другое.

– Рэйчел, что ты хочешь, чтобы я сделала? – спросила Айви, врываясь в мои мысли.

Я вспомнила про Ральфа из столовой Алькатраса, показавшего мне свой шрам от лоботомии. Потом я подумала про маму, живущую за две тысячи миль отсюда, но в одном прыжке от Сан-Франциско.

– Если у меня будут неприятности, я позвоню маме, хорошо? – спросила я, сжав челюсти. – Скажи ей имя вызова Ала. И передай, чтобы она была осторожна, потому что появиться может Ал, а не я.

– Рэйчел.

Ее голос был взволнованным, и кофе перевернулся в моем животе.

– Я знаю, – прошептала я. – Я чувствую, что это не правильно.

Айви тихо вздохнула.

– Не торопись. Будь разумной.

– Ты тоже.

Не в состоянии заставить себя попрощаться с ней, я повесила трубку.

«Пять минут, восемнадцать секунд», – подумала я, глядя на крошечный экран. Как могла моя жизнь измениться настолько быстро?

– Все будет в порядке, – сказал Пирс, и я кисло посмотрела на него, не разделяя его энтузиазма.

– Я чувствую себя странно, – сказала я, глядя на потолок, где работали вентиляторы. – Выжатой, словно я нахожусь в центре всеобщего внимания. Мне нужно немного поспать.

– Это потому, что вас заставили покинуть свое жилище, и ваши друзья не с вами, – отозвался Пирс. – Я серьезно говорил вам о том, что последую за вами, если вас вызовут. Я постараюсь изо всех сил, даже если адские церберы буду гнаться за мной по пятам.

Это не помогло, но когда я встретила его взгляд, мои слова, готовые сорваться в ответ, застряли у меня в горле. Глаза были теми же, обрамленными короткими ресницами Тома. Сердце застучало, и я почувствовала дрожь внутри. Я собралась сказать что-то, но мягкие пальцы Пирса коснулись моих, отвлекая меня. Я вспомнила его силуэт на фоне моей входной двери, и черную магию, все еще трепетавшую на кончиках его пальцев, потом ночи моих мучений, когда я засыпала, сжимая подушку – от боли из-за Кистена. Дерьмо. Я не хочу вновь испытывать этого: и не буду.

– Нам нужно поговорить, Пирс, – сказала я, и его пальцы оставили меня.

Колокольчик над дверью зазвенел. Пирс посмотрел туда, и мой взгляд последовал за ним, когда на лице колдуна появилось удивленное выражение. Сердце у меня застучало, и я подавила желание бежать. Детектор сильных чар сиял ярко-красным светом, и я почувствовала покалывание в кармане, куда я засунула свою версию детектора. Это была Вивиан, толкающая впереди себя невысокую, но с правильными пропорциями женщину в по-весеннему зеленой шляпе и шестидюймовых сапогах, которая выглядела на восемнадцать со своими остроумными зелеными глазами и с энергичной походкой.

– Вот дерьмо, – прошептала я, и Пирс передвинулся так, чтобы бумажный стаканчик закрывал его.

– У блудницы появился сообщник, – тихо проговорил Пирс, глаза его горели от желания действовать. – Надо было оставить машину, ммм, вашей матери в другом месте.

– Не думаю, что это она выдала нас, – сказала я, прикрывшись рекламой про заказ пирогов из кролика к Пасхе. Здесь слишком много людей. – Нужно уходить.

– Она не сможет узнать нас под чарами. Может, в этом и нет необходимости.

Я смотрела на невинных, ничего не подозревающих людей, когда Вивиан, прихрамывая, вышла вперед, и мои мышцы медленно напряглись.

– Никакие чары мира не скроют нас, если с ней лепрекон.

Пирс поперхнулся, и адреналин подскочил, когда я испугалась, что кашель мог привлечь их внимание к нам.

– Лепрекон? – сказал он, наконец, низко надвинув шляпу на лицо. – Представитель маленького народца? Разгуливает по улицам? С ней?

Я кивнула, и расстроилась. Черт, у Ковена глубокие карманы, и я ставлю все до единого доллары Айви, лежащие на дне моей сумки, что Вивиан нашла нас, купив желание. А еще хуже, что низкорослая женщина была, кажется, мне знакома.

Облизнув губы, я схватила сумку.

– Мы уходим через кухню, – медленно сказала я, но слабая надежда скрыться растаяла, и я застыла. Не полпути к стойке я заметила грязное кашемировое пальто, застывшее между нами и дверью; Вивиан злобно улыбалась, держа одну руку в мягко выпирающем кармане. Ее волосы, некрасивые и прямые, больше не были зачесаны назад, на лбу красовался новые синяк. На шее была сыпь, которая, вероятно чесалась. Ее отпиксили.

Стоя позади нее, лепреконша послала мне клыкастый воздушный поцелуй.

– А вот и ты, – сказала она, выдувая пузырь зеленой жвачки.

– Отдай мне сумку, – напряженно сказала Вивиан; ее ладонь была раскрыта, но не протянута, чтобы я не могла схватить ее и повредить. – Медленно.

Скривившись, я протянула ее ей и опустилась на стул.

– Верное решение, Морган, – Вивиан передала сумку лепреконше, потом достала пару покрытых пластиком серебряных наручников и положила на стол. – Окажи мне услугу.

Пирс все еще стоял, его челюсть сжалась, в глазах горела опасность. Страх ударил в меня – страх не за себя, а за окружающих. Он слишком легко относился к черной магии. Черт побери, неужели мы не могли пересечься в каком-нибудь другом месте, кроме «Джуниорс»?

– Сядь, – сказала Вивиан, пренебрежительно глядя на Пирса. – Иначе я пристрелю ее. Пулей. Прямо в живот. Она будет мертва уже через двенадцать минут. Понял?

Слабый, очень знакомый звук крыльев пикси проскрежетал в моем ухе, привлекая мое внимание, не смотря на более громкий шум разговоров.

«Дженкс?», – мое внимание обратилось мимо Вивиан ко входу, и я затаила дыхание. В углу, заслонившись газетой New York Times, сидел Ник. Наши глаза встретились, и он подмигнул. Джакс был с ним, он с энтузиазмом стрекотал крыльями и от возбуждения рассыпал серебряную пыльцу. С расширившимися глазами я потянула Пирса вниз, на его стул.

«Что здесь делает Ник?»

– Надевай, – приказала Вивиан, нависая над нами, и я прикоснулась к наручникам. Я действительно устала от этих вещей. Я могла бы поступить по-глупому и попытаться надеть их на Вивиан вместо себя, но я просунула руку в кольцо и застегнула его. В любом случае, лей-линии не были моей сильной стороной. К счастью для меня, мои амулеты все еще работали, и я сохранила вид старушки и обезболивание.

Пирс смотрел вверх, на Вивиан. Я чувствовала его напряжение, чувствовала его ци рядом с моим, ярко светящееся от энергии лей-линии. Если он наденет наручники, он станет магически бессильным. Если нет, Вивиан выстрелит в меня.

– Надевай, – сказала я тихо, и глаза Пирса сузились.

– Рэйчел… – почти прорычал он.

– Послушай ее, Том, – сказала Вивиан, и мое дыхание пресеклось. Она думала, что Пирс – это Том?

Пирс тоже увидел преимущество за сделанной ею ошибкой. Резко дернувшись, он надел петлю на запястье и стянул ее.

Напряжение заметно покинуло Вивиан.

– Уже лучше, – сказала она. – Я получу бонус за то, что заодно приведу и тебя, Бэнсен. Где ты пропадал последние несколько месяцев?

«Был мертв», – подумала я, глядя на сумку, размышляя о деньгах, о своем пейнтбольном пистолете, и наконец, о зеркале вызова, которое я взяла, чтобы уговорить Ала вернуть мне мое имя вызова. Мне будет трудно объяснить наличие последнего.

– Я удивлена, что увидела тебя с ней, – продолжила колдунья почти самоуверенно, потому что осталась единственной, кто может встать на линию. – Политика подкидывает странных союзников, не так ли?

Пирс промолчал, зная, что его речь может выдать его, но лепреконша смотрела на него так, словно знала об этом. Вивиан оценила молчание Пирса, и, осмотревшись, выдвинула оставшийся стул и присела.

Лепреконша позади нее раздраженно насупилась, обидившись на то, что на нее не обращают внимания.

– Как на счет маленького кофе? – сказала она, стоя с моей сумкой мучительно близко. Чарам в моем пейнтбольном пистолете было все равно, могла ли я встать в линию или нет.

– Мы с тобой не на свидании, – сказала Вивиан, заметив, где были мои глаза. – Закажи сама себе кофе.

– Я не ношу с собой наличку, – сказала она, ее маленькие черты лица скривились, и немного подпрыгнув, она грациозно взобралась на ближайший стул, кладя мою сумку подальше от меня.

– Ты просто обожаешь подобные притоны, не так ли? – обратилась ко мне Вивиан, откидываясь на спинку и вытаскивая, наконец, руку из кармана, чтобы почесать рубцы на шее. – Только дернись, и ты отправишься к другому заклейменному вызывателю демонов. Умно, Рэйчел. Очень умно. Тебе повезло, что он не превратил тебя в себя. К слову, Том тоже знает твое имя вызова.

Выражение Пирса не изменилось, потому что он застыл, как камень, напротив Вивиан.

– Поступи по-умному и уходи, ведьма, – сказал он, медленно выговаривая и аккуратно подбирая слова, чтобы звучать, как все. – А то тебе серьезно достанется.

Вивиан с любопытством взглянула на него, выглядя совершенно спокойной.

– Даже круг не остановит пулю на таком расстоянии, – уверенно сказала она, вынимая тонкий телефон из внутреннего кармана и раскрывая его. Боже, он был таким же тонким, как кредитка.

– Не сопротивляйся, иначе ты проведешь в Алькатрасе столько времени, что не сможешь создать даже любовные чары, когда выйдешь.

Мое лицо вспыхнуло от того, что они делали там. У них не было на это права.

Ник стоял у стойки, делал заказ и флиртовал с кассиршей. Он же пришел, чтобы помочь, да? Лепреконша смотрела на меня, когда мои глаза вернулись обратно, и я опустила взгляд, решив больше не смотреть на Ника.

– Давай мне мою монету, – сказала она Вивиан, все также глядя на меня. – Мне нужна моя плата.

Я сделала угрюмое лицо и сказала:

– Ты купила желание, чтобы найти меня? Я польщена.

– Я заплачу тебе, когда закончу тут, – сказала Вивиан, потирая свои рубцы.

– Тогда я хочу кофе, – потребовала лепреконша.

Лицо Вивиан потемнело.

– Это не может подождать минутку? – отрезала она. – Я говорю по телефону.

Лепреконша насмехалась над ней, потом повернулась и улыбнулась мне.

– Твоя прежняя прическа мне больше нравилась, – сказала она, подтверждая, что узнала меня. – Эй, а это не то же самое место…

– То же, – прервала я ее, потом крикнула. – Марк, когда у тебя появится время, ты не мог бы принести нам сюда высокий стакан латте?

Марк поднял руку в качестве подтверждения, и я улыбнулась.

– На дне сумки лежит немного денег. Бери. Я угощаю.

Вивиан потянулась между столами и вырвала сумку из рук лепреконши, продолжая говорить с кем-то спокойным тоном. Ее глаза расширились при виде моих запасов, и я не удивилась, когда и наличные и пейнтбольный пистолет перекочевали в ее карман. Вот сучка.

Лепреконша нахмурилась, держа в руке пятерку, которую ей оставила Вивиан.

– Ну и на что пошли твои желания? – спросила она, пока мы ждали.

Я подняла плечо и опустила.

– Два я отдала. И все еще пытаюсь решить, как использовать последнее.

Она фыркнула.

– Да, это хорошо, что ты не потратила их все. А то люди, как известно, умирают от слишком большого количества желаний.

– Ты знакома с представительницей маленького народца? – спросил Пирс, и трепет в его голосе заставил ее лучезарно улыбнуться.

– Я отпустила ее в обмен на желания, которые хотела использовать, чтобы разорвать контракт с ОВ, – призналась я.

Пирс уставился на меня, испуганный.

– Ты приняла желания от лепрекона-преступника? – спросил Пирс, и мое лицо вспыхнуло, лепреконша же нахмурилась.

– Это не значит, что в прошлом она была убийцей, – сказала я. – Кроме того, в ОВ хотели, чтобы я ушла.

«Боже, посмотрите, кто заговорил, господин черная магия».

Пирс впал в задумчивое молчание, и Марк подошел к нам, протягивая лепреконше ее кофе и глядя на меня, пытаясь решить, как я узнала его имя. Ей понадобились обе руки, чтобы управиться, но ее улыбка была достаточно искренней, когда она взяла стаканчик и расплатилась пятеркой, сказав ему, что сдачи не надо.

– Она действительно воспользовалась желанием, чтобы найти меня? – спросила я ее, раздумывая над тем, как мне самой воспользоваться своим желанием прямо сейчас.

– Да, – она сделала большой глоток напитка так, словно это было холодное молоко, а не горячий кофе. – Желание загадали на Западном побережье, а нам пришлось выполнять его. Не смотря на то, что ценой они не были довольны.

Она бросила взгляд на Пирса.

– Мы знакомы?

Широко раскрыв глаза, Пирс покачал головой.

– Нет.

Выпрямившись, Вивиан улыбнулась и уверенно сказала:

– Увидимся на выдаче багажа.

И отключила телефон.

– Ты не протащишь меня через охрану, – сказала я. – Изгнанные ведьмы не могут летать.

– Это хорошо, потому что мы полетим на частном самолете.

Я вздохнула, и лепреконша со стуком поставила стакан на стол.

– Моя монета? У меня своя жизнь. Я нашла для тебя Рэйчел Морган. Это то, чего ты пожелала. И если ты хочешь, чтобы я помогла доставить ее в аэропорт, то это уже другое желание. А еще одного у тебя нет.

Глядя на нас с Пирсом, Вивиан встала, вытащив монету с отверстием посередине из кармана и протягивая ее лепреконше. Она выглядела точно такой же, как у Айви. Маленькая женщина соскользнула с большого стула вниз и взяла ее.

– Всегда пожалуйста, дурья башка, – сказала она громко и направилась к выходу вместе с кофе, одарив встречного мужчину, придержавшего перед ней дверь, красивой улыбкой.

Ник сидел за своим столом. Мое сердце забилось быстрее. Адреналин омыл меня, как наркотик, и я почувствовала трепет от предвкушения. Пирс посмотрел на меня, ожидая указаний.

– Пошли, – сказала Вивиан, указывая на дверь, крепко сжимая в руке мою сумку. Выцветшие грязные пятна от клубники портили внешний вид ее некогда идеального пальто. Опухшая и красная шея и круги под глазами делали ее не похожей на ту самоуверенную, шикарную и профессиональную сотрудницу Ковена, которую я впервые встретила в продуктовом магазине. Сейчас она была грязной, уставшей и решительной. Приятно знать, что не у одной меня была плохая неделя.

– Ты не сможешь удержать меня, Вивиан, – сказала я обманчиво спокойно, убирая трясущиеся ноги под стол. – Ты просто не сможешь. Как только я хорошо высплюсь, я уйду. Мне все равно, что ты сделаешь с Томом. Он не относится к числу моих любимых людей.

Пыльца пикси опустилась на стол, и я смахнула ее. Пирс заметил, выражение его лица изменилось, он медленно поднял глаз и повернулся к центру магазина. Его дыхание стало быстрее и регулярнее. Прекрасно, прекрасно, адреналин заструился по моим венам. Если это не сработает, то мне будет больно, но если мне повезет – Вивиан будет намного больнее.

– Я сказала, вставайте, – повторила Вивиан, снова опустив руку в передний карман пальто, и мы вместе с Пирсом поднялись. – На парковке стоит белый фургон. Забирайтесь в него. И оставьте свое кофе здесь, – добавила она, и Пирс толкнул меня, ставя его вниз.

– Вы ему доверяете? – прошептал он, его дыхание мягко коснулось моего уха.

«Нику?»

– Нет. Но у меня нет выбора, – я с трудом сглотнула. – Будь готов. Он очень изобретателен.

– Он вор, – возмутился Пирс.

– Верно. Он скользкий маленький воришка, который знает, как выживать.

Я споткнулась, когда Вивиан толкнула меня.

– Прекратите разговаривать, – пробормотала она. – Том, ты первый выйдешь через двери. Потом она.

Но верный своей природе, Пирс придержал дверь передо мной, первым схватившись за ручку, и бросил чопорный взгляд на Вивиан из-под краев шляпы, вызвав у нее протест.

– Таракан! В моем кофе! – взорвался высокий, возмущенный голос.

Я улыбнулась, останавливаясь на пороге и оборачиваясь как раз вовремя, чтобы увидеть Ника, который споткнулся на ровном месте, стремясь показать свой кофе продавцу. Стакан подлетел, и ударил в лицо Вивиан черным прибоем.

– Наружу, – прошипел Пирс, толкая меня, но я полуобернулась, желая остаться и досмотреть представление.

Пирс посмотрел вверх, и все уставились с шумным, шокированным участием на Вивиан, схватившуюся за лицо. Ник стоял рядом, сочувственно притрагиваясь к нему, но дела ее стали хуже, когда мерцающая пыльца пикси стала падать вниз, и Вивиан неожиданно не смогла открыть глаза.

– Ооо, это будет больно, – сказала я, споткнувшись, когда Пирс, подхватив мою сумку оттуда, куда ее бросила Вивиан, толкнул меня в дверь.

Я замешкалась при звуке жужжащих от возбуждения крыльев пикси.

– Там отъезжает автобус, – запыхавшись, сказал Джакс, паря в дюйме от моего носа. – Не садитесь на него.

– Отстань от меня! – закричала Вивиан, отпихивая Ника.

Ник свалился на прилавок с тортами и импортной водой, но его нога зацепилась за ногу Вивиан, и они оба упали.

Пирс вытолкнул меня за дверь. Холодный солнечный свет ударил в меня. На остановке стоял автобус, и Пирс кинулся к нему.

– Остановите карету! – закричал он, размахивая моей сумкой и догоняя его. – Остановите автобус! – поправился он, и автобус с шипением затормозил, открывая раздвижные двери.

Ради меня они никогда не останавливались. Как же они могли остановиться ради него?

Я оглянулась на шум позади, потом на машину моей матери.

Поперек парковки стояли белый фургон и видавшая виды Импала, и я была готова спорить, что последняя принадлежала Нику. Боже, как же у меня болели колени.

– Рэйчел! – позвал Пирс, держу одну ногу на ступеньке автобуса. – Забирайтесь в автобус!

Его глаза были дикими и прекрасными, и хотя он выглядел как Том, это был Пирс.

– Нет, – сказала я, доковыляв до него. – Мы поедем с Ником.

В мгновение ока его брови нахмурились и глаза сузились.

– Я говорю, что мы садимся на автобус. Не капризничайте. Залезайте в автобус.

Я вырвалась из его хватки, разозленная.

– Не указывай мне, что делать! – закричала я, вынимая прядь волос изо рта. – Я еду с… Я еду с Ником!

Водитель тяжело вздохнул.

– Вы садитесь или нет, леди?

Я одарила его неприятным взглядом.

– Нет, – сказала я. – Проваливайте отсюда к чертовой матери.

Это сработало. Пирс едва успел отскочить, когда мужчина захлопнул дверь прямо перед нашими лицами, и двигатель взревел.

– Вы поступаете неправильно, – громко ворчал Пирс, пока я тянула его к контейнеру для мусора. – Неудивительно, что Ал согласился послать меня наблюдать за вами.

– Эй, – сказала я, закипая.–- Я прожила свои двадцать шесть лет без тебя. Моя жизнь, может, и рушится, но я-то жива. А ты умер, помнишь?

Я резко затормозила, когда мы почти столкнулись с лепреконшей, она держала длинную трубку в зубах, в ожидании транспорта облокотившись на грязный низкорослый клен.

«Дерьмо».

Глазами умоляя ее о милосердии, я затолкала Пирса, восхваляющего самого себя, в узкую щель между контейнером и стеной перед собой.

«Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста».

– Заткнись, – прошипела я, вырывая свою сумку. Дерьмо. Неужели я могла бы выглядеть глупее?

– Она скажет ей, где мы спрятались, – шепотом ответил колдун, его дыхание прошлось теплом по моей щеке. – Проклятая, глупая женщина. Я же говорил вам садиться на автобус.

– А я сказала тебе заткнуться!

Действительно, я проклятая глупая женщина. Но когда я вытаскивала Пирса из автобуса, я еще не заметила лепреконши.

Дверь кафе со звоном раскрылась, и я услышала стук каблуков Вивиан по тротуару. Разраженная, я предусмотрительно оттолкнула Пирса рукой и, приподнявшись на цыпочки, выглянула наружу, прячась за пустым контейнером, пахнущим кофейными бобами. Выглядя измученной, Вивиан бросилась к моей машине, и бросив взгляд на пустые места, она посмотрела на автобус, заворачивающий сейчас за угол.

– Она уехала на автобусе? – крикнула ведьма лепреконше, и я втянула голову, прижавшись лбом к холодному металлу.

«Только не так».

Мы находились так близко, что я слышала, как лепреконша посасывала деревянный мундштук.

– Я видела, как ее друг сел в автобус, – сказала она как ни в чем ни бывало, и мои глаза закрылись от облегчения.

Вивиан ругнулась, и я услышала, как она побежала к своему фургону. Двигатель заурчал, коротко взвизгнули шины, и она унеслась прочь. Дверь кафе снова зазвенела, и оттуда вышли двое людей, возбужденно смеясь.

Мы с Пирсом медленно вышли из-за контейнера. Вздохнув, я сняла свой маскирующий амулет, и, встряхнув волосами, убрала его прочь. Я посмотрела на маленькую женщину, улыбающуюся мне и курящую.

– Спасибо, – сказала я серьезно и потянулась вперед, чтобы пожать ее руку. Ее рука в моей казалась действительно маленькой, но сильной. – Если тебе когда-нибудь что-то понадобится, обращайся. Что угодно.

– Да не стоит, – сказала она, кивнув на удивленное лицо Пирса. – Мне просто показалось, что тебе нужен перерыв, вот и все.

Она раскрыла карман, показывая горсть денег.

– Ты ничего мне не должна. Если лепрекону в руки попали деньги, значит, они принадлежат ему. А все, что у нее осталось, так это сухие дубовые листья.

Потом она засмеялась, как довольный ребенок. Я поняла, что улыбаюсь, не жалея трех тысяч, что она забрала. У Айви глубокие карманы.

Моя голова вскинулась, дверь кофейни зазвенела, и Ник, споткнувшись, вывалился наружу. Он держал пачку экологически чистых коричневых салфеток у носа, и Марк тащился рядом. Парень рьяно извинялся, пихая ему в руки мешок с чем-то, в то время как Ник пытался от него избавиться. Даже не взглянув на него, он оттолкнул руку Марка и, шатаясь, побрел к своей машине.

Марк сдался, сиротливо стоя в своем фартуке, пока Ник заводил свою машину, в ожидании откинув голову на подголовник. Марк развернулся и медленно побрел обратно.

– Я предполагаю, что вы поедите на этом, – сказала лепреконша, указывая на ржавую машину Ника своей трубкой.

– Только потому, что глупая женщина не села в автобус, – пожаловался Пирс, и я одарила его мрачным взглядом. Заметив это, он сделал громкий и медленный вдох и пошел через парковку к Нику; его голова была опущена, руки лежали в карманах длинного шерстяного плаща.

«Сработало», – подумала я, но все легко могло обернуться по-другому. С трясущимися коленями я двинулась следом за Пирсом, но заколебалась, когда лепреконша легонько постучала трубкой по контейнеру и сказала:

– Я не предсказательница…

– Но?.. – подсказала я.

Она посмотрела на меня, перебирая деньги, которые я оставила ей.

– Доверяй своему суждению, маленькая ведьма. И ничьему больше. У меня хорошие инстинкты на кого-то, кто имеет более слоев, чем корка пирога моей мамы.

Пирс с нетерпением ожидал меня у открытой двери, Ник сидел за рулем.

«Мое суждение – дерьмо, – подумала я. – Она, должно быть, пошутила».

Улыбка лепреконши исчезла, и ее пальцы оторвались от денег.

– Я так и не поблагодарила тебя за то, что ты отпустила меня тогда. Я бы потеряла свою аккредитацию. Я больше этим не занимаюсь. Нелегально, я имею в виду.

Пирс издал болезненный стон, и она кивнула.

– Эй, хочешь еще желание?

Мое сердце, казалось, остановилось. Десяток мыслей промелькнул в моем уме. Дженкс и Маталина, живущие вечно. Я больше не в бегах. Душа Айви.

– Нет. Нет, спасибо, – я посмотрела на Пирса, стоящего рядом с открытой дверью, и отчаянно жестикулирующего, чтобы я забиралась внутрь. – Спасибо. Но мне надо идти.

– Да не за что, правда. Вот возьми! – сказала она, доставая монету с отверстием в середине. – Она может тебе пригодиться.

Я задержала дыхание, уставившись на нее. Потом медленно улыбнулась.

– Нет, спасибо, – сказала я тихо. – Отдай ее тому, кому нужен долбанный жизненный урок. А я с этим покончила.

Рыжие волосы женщины заблестели на солнце, когда она засмеялась.

– Ладно, – сказала она, убирая ее. – Присматривай за ними, – предупредила она. – За обоими. Никто из них не думает ни о ком другом, кроме себя… пока что.

Отчасти я считала также, потому кивнула. Чувствуя себя так, словно у меня все под контролем впервые за годы, я медленно побрела к машине Ника. Мои колени запротестовали, когда я забралась внутрь, скользнув на середину длинного нераздельного переднего сидения. Пирс залез следом и захлопнул дверь. Здесь было слишком тесно, но мне было все равно.

– Привет, – сказала я, глядя на улыбающегося Ника с кровоточащим носом, от успеха его глаза едва ли не сверкали. – А эта штука может ездить?

– Ты даже не представляешь, как, Рэйчел, – сказал он, приобнимая меня за плечи на время, достаточное, чтобы выразить поддержку. Кивнув, я посмотрела на дополнительные рычаги на приборной доске, представляя баллоны с диоксидом азота, лежащие в огромном багажнике этой машины.

Когда машина тронулась, Пирс наклонился к моему уху.

– Вам нужно было сесть на автобус.

– Почему? – спросила я. Возможно, сказывался недостаток сна, или мой отказ лепреконше, или я просто наслаждалась тем, что план удался, даже если он был не мой, но я была в прекрасном настроении, сидя между двух умных и опасных мужчин. – Я не доверяю ему, если это тебя волнует, – сказала я, когда мы влились в дорожное движение. – Но ты должен признать, что это лучше, чем сидеть в самолете, летящем в Алькатрас. Вивиан перестанет гоняться за мной, как только они найдут кого-то, готового вызвать меня. Поэтому какое-то время я буду в безопасности.

Пирс издал низкий грудной звук неодобрения и откинулся назад на сидении, опустив шляпу ниже на лицо. Мы все дальше погружались в Низины.

– Ну, раз вы так считаете, госпожа ведьма.