Не могло быть удачнее примера любви с первого взгляда! В то время как шевалье стоял, осторожно держа в руках крошечную, затянутую в перчатку кисть, пожирая глазами нежное, похожее на цветок лицо, Оливия с удивлением подняла на него глаза, как Спящая царевна, разбуженная после долгого глубокого сна. Китти, которая наблюдала за ними с любопытством, была даже разочарована, когда, очнувшись, они отвернулись друг от друга и принялись смотреть в сторону. Оливия выдернула руку, а шевалье начал оживленный разговор с Китти, он шел рядом, ведя на поводу свою лошадь. Когда девушки собрались проститься с ним у Стэнепских ворот, заявил, что намеревался уже возвращаться в конюшню, где брал лошадь, и проводил их до Маунт-стрит. Всю дорогу наслаждаясь новой для себя ролью сводни, Китти попросила его прогуляться с Оливией до Беркли-сквер, пока она узнает о состоянии здоровья больных. Когда она, наконец, появилась на Беркли-сквер, они оживленно болтали, прекрасно понимая друг друга. Шевалье попросил позволения оставить их ненадолго, чтобы вернуть лошадь, а потом сопроводить мисс Броти в Ганс-Креснт. Китти только порадовалась такому повороту событий. Было очевидно, что у шевалье в Англии нет своей кареты, но Китти не сомневалась, что он наймет, займет, выпросит подходящий экипаж. Так и вышло: через неимоверно короткое время он предстал в гостиной Мег в сопровождении грума из тех самых конюшен и объявил, что фаэтон подан.

В гостиной, кроме Китти и Оливии, он нашел старшую мисс Скортон, и Китти чуть не расхохоталась вслух при виде испуга в его глазах. Но кузина Оливии, Элиза, вульгарная старая дева с романтическими наклонностями, не собиралась портить игру. Она действительно приехала, чтобы забрать Оливию домой, но одного взгляда на привлекательного молодого человека в богатом костюме для верховой езды оказалось достаточно, чтобы предположить идеальную партию для ее хорошенькой кузины. Не теряя времени, Элиза пустилась в пространные объяснения, почему никак не сможет сопровождать мисс Броти раньше чем через час, быстро распрощалась и так заспешила, что буквально столкнулась в дверях с леди Букхэвен, которая приняла ее извинения вежливо, но холодно. Позже, когда они с Китти остались, наконец, одни, Мег обиженно попросила избавить ее впредь от посещения столь вульгарных особ. Китти пыталась оправдаться, уверяя, что мисс Скортон вовсе не рассчитывает быть принятой в доме.

— Она пришла только проводить Оливию, ты же видишь, но Мег, как ты находишь шевалье? Не успел увидеть Оливию, все для него исчезли. Это грандиозная новость!

Но Мег вовсе не находила новость грандиозной.

— Конечно, я заметила, но какая глупость поощрять ее. Шевалье и девушка из подобной семьи? Ты с ума сошла!

— Чепуха, — отмахнулась Китти. — Ты же не станешь отрицать, что она благородного происхождения. Что до ее семьи, то Камилл увезет ее во Францию, где им не смогут помешать ни миссис Броти, ни Скортоны!

— Ты не соображаешь, что несешь! — оборвала ее Мег. — Господи, и как только Фредди позволяет тебе строить из себя такую дуру!

У мисс Чаринг хватило здравого смысла воздержаться от объяснений, что не во власти мистера Стандена контролировать ее поступки, но не сомневалась, что Мег не преминет поставить в известность Фредди, и приготовилась к обороне. Но Фредди, потирая переносицу, как всегда в замешательстве, просто сказал:

— Не удивлюсь, если ты просчитаешься, Кит.

— Что ты имеешь в виду?

— Не стоит это затевать.

— А, ты об ужасных Скортонах, наверное! Признаюсь, если бы Камилл был англичанином, подобный брак не имел бы перспективы, но трудно предположить, что миссис Броти или ее сестра отправятся за ними во Францию. Что касается самой Оливии, кто посмеет сказать, что она ему не пара?

— Думаю, миссис Броти будет против, — охладил ее пыл Фредди.

Она взглянула на него в полном изумлении.

— Почему? Она приняла его в высшей степени любезно в тот день, когда он проводил Оливию в Ганс-Креснт!

Но Фредди выглядел более озабоченным и потирал переносицу усерднее обычного. В его кармане лежала короткая записка, в которой лорд Легервуд сообщал, что он не смог отыскать знатной французской фамилии д'Эврон. Никаких следов «дядюшки маркиза» также не обнаружилось. «Более того, — писал он, — создается впечатление, что твой шевалье вполне может оказаться шевалье от проворства…» Фредди взглянул на мисс Чаринг, невинные глаза которой вопросительно глядели на него, и покраснел.

— Французы, знаешь ли, — произнес он. — Вечно на войне с лягушками!

Мисс Чаринг расхохоталась, совершенно удовлетворившись подобным объяснением и отметая все сомнения. Фредди же, ожидая, что миссис Броти, подобно ему самому, начнет наводить справки, предвидел впереди мели и рифы и выглядел несчастнее, чем обычно… Его сестра старалась убедить его воспротивиться дружбе Кит и Оливии, она жила в постоянном страхе, что рано или поздно миссис Броти объявится на Беркли-сквер, и ломала себе голову, как избежать ее вторжения. Фредди со свойственным ему практицизмом заявил, что «стоит только сказать Скелтону, что для этой дамы тебя нет дома. Черт, для чего тогда нужны дворецкие!».

— Если я тебе безразлична, — сварливо продолжала Мег, — подумал бы о том, что Китти ставит себя в неловкое положение и наверняка попадет в переделку!

— Не возьму в толк почему, — стоял на своем Фредди. Мег была в дурном расположении духа, страдая, как все беременные женщины, легким недомоганием, поэтому она заметила с колкостью, чуждой ее характеру:

— Как ты туп! Такого рода вещи всегда ведут к неприятностям! Все от доброты, я тоже сочувствую мисс Броти, но нельзя же поддерживать знакомство со всеми несчастными! Только Китти, еще так плохо знающая свет, этого не понимает, а ты и пальцем не пошевелил, чтобы объяснить ей!

— Ничего подобного! — воскликнул Фредди, задетый ее несправедливостью. — Если бы не я, она отправилась бы по городу в той дьявольской шляпке, про которую ты говорила, что она последний крик моды!

— Но шляпка и в самом деле последний писк! — вскричала Мег, выпрямляясь на софе в негодовании. — Ты просто чопорен и старомоден! Ты не позволил ей купить шляпку потому, что ни разу не видел жокейских шапочек прежде! Но я купила, и поверь, ею все восхищались!

— Что? — прошептал Фредди в смятении. — Неужели ты ухитрилась напялить лиловую сковородку на свою желтую голову?

— Ценители с исключительным вкусом, — заявила его сестра дрожащим голосом, — утверждали, что шляпка мне чрезвычайно к лицу!

— Лгуны твои ценители, — отрезал Фредди. — Пора бы маме оставить малышей на няню и проследить, чтобы ты не строила из себя идиотку! Нет, правда, Мег! Это ужасно: могла посоветоваться со мной, с мамой, оказала бы нам честь!

— Как Китти, которая позволяет тебе навязывать ей, что носить, что нет! Удивляюсь, почему она тебя еще слушается!

— Китти — маленькая разумница, — подчеркнул Фредди, — могу ею гордиться! Кстати, вчера отец говорил то же самое.

— Признаю, выглядит она замечательно, — согласилась Мег, — но в одном отношении, Фредди, — я говорю не со зла, а потому что нежно люблю ее, — она не делает тебе чести! И мама уже слышала. Спрашивала меня, правда ли это и что бы это значило. Конечно, я все отмела и на самом деле не верю ни слову! Но почему она позволяет Долфу так явно ухаживать за собой?

Однако здесь Фредди сам не чувствовал себя на твердой почве и поспешил ретироваться.

Визит на Маунт-стрит на следующее утро не исцелил ран его самолюбия. Хотя лорд Легервуд не комментировал поползновения Долфинтона, леди Легервуд не стала сдерживаться. В большом спокойствии она поведала сыну, что несколько особенно близких друзей дома, которым она сообщила о помолвке, были озадачены решительным предпочтением мисс Чаринг общества лорда Долфинтона.

Поэтому не удивительно, когда несколькими днями позже, подпрыгивая в своем тильбюри по ухабам Пиккадили, Фредди достиг перекрестка с Бонд-стрит и заметил, как мисс Чаринг об руку с Долфинтоном скрылась под аркой Египетского зала. Он натянул поводья, наскоро поручил экипаж заботам грума и решительно пересек улицу.

Египетский зал, или Буллокский музей, построенный за четыре года до того, чтобы разместить коллекции редкостей Южных морей, Северной и Южной Америки, собрание оружия и прикладного искусства, недавно получил в глазах публики дополнительное очарование, приобретя дорожную карету императора Наполеона. Название зала происходило от ориентальных мотивов архитектуры, включавшей наклонные пилястры с иероглифами. Это внушительное здание никогда не вызывало у мистера Стандена ни малейшего желания знакомиться с его сокровищами. И теперь, проникнув в вестибюль, он не стал тратить время на осмотр предметов, любовно размещенных вдоль стен. Единственный экспонат, который его интересовал, сидел перед ним на стуле, обнимая каталог затянутыми в перчатки руками, устремив взгляд на модель вождя краснокожих в полном вооружении. Ни малейшего следа Долфинтона не обнаружилось. Почти забыв о своих намерениях, пораженный мистер Станден воскликнул:

— Что за черт! Сначала малый привозит тебя в такое местечко, а потом проваливается к дьяволу!

— Фредди! — вскричала мисс Чаринг, вне себя от радости.

— Не говори мне «Фредди»! — сурово оборвал ее мистер Станден. — Я предупреждал тебя, Кит, что не потерплю твоих выкрутасов, и предупреждал вполне серьезно. Дождались, что по всему городу толки идут!

Китти казалась в недоумении, но, поскольку становилось ясно, что мистер Станден полон праведного гнева, она не посмела возражать, а робко спросила:

— Фредерик? Должна ли я на людях называть вас мистер Станден?

— Мистер Станден? — переспросил Фредди, сразу же выбитый из седла. — Ну что ты несешь ерунду! И не переводи разговор. Я не тот человек, чтобы заводиться с пол-оборота, но это уже чересчур, Кит!

— Я не собираюсь менять тему. Ты сам велел, чтобы я не говорила тебе «Фредди»!

Мистер Станден с удивлением взглянул на нее.

— Сказал, чтобы ты не называла меня Фредди? Что за чушь!

— Только что, — продолжала Китти настойчиво. — Должна признать, ты не очень любезен. Я и понятия не имела, что сделала что-то не так!

— Сдается мне, — строго произнес мистер Станден, — что тебе хочется надуть меня, Кит! Так не пойдет! Я сам видел, как ты вошла сюда, повиснув на руке Долфа! Похоже, что между вами завелись всякие шуры-муры! Какого дьявола он исчез?

Свет истины забрезжил для мисс Чаринг. Она невольно хихикнула.

— О, Фредди, неужели только это тебя привело?

— Да, и здесь нет ничего смешного! Не думаешь же ты, что я просто так явился в местечко вроде этого? Да я лучше отправился бы во второй раз в Вестминстерское аббатство! — Он навел лорнет на фигуру вождя. — Ясное дело, лучше! — добавил он. — Не скажу, что тамошние истуканы чертовски привлекательны, но все же приличнее чучела, которое ты рассматривала, когда я вошел! Знаешь, у тебя скоро начнутся галлюцинации, если не остановишься. Боже! Да весь антураж здесь создан для Долфовых шашней! Доказывает, что у него не все дома!

— Он привез меня вовсе не для того, чтобы пофлиртовать со мной!

— Только не уверяй меня, что он хотел познакомиться с редкостями Южных морей! — съязвил Фредди. — Я не такой идиот, чтобы попасться на эту удочку! Немного полегче на поворотах, Кит!

— Ну конечно, нет. Как же все неловко, милый. Что же мне делать?

— Могу посоветовать! — кипятился Фредди. — Перестать дурачить меня! Скажу больше: если ты будешь позволять Долфу увиваться вокруг тебя, я расскажу всем, что наша помолвка яйца выеденного не стоит!

— Фредди, ты не сделаешь этого! — воскликнула мисс Чаринг, бледнея. — В конце концов, какая тебе разница?

— Большая. Уже мама интересовалась, почему я допускаю, чтобы ты разъезжала по всему городу с Долфом! Никогда я не чувствовал себя таким тупицей!

— Мне так жаль! — сокрушенно произнесла Китти.

— Да уж, смею сказать, но я не пойму, к чему ты клонишь? Если ты выбираешь Долфа, почему не приняла его предложения? Не стоило вообще впутывать меня в свои делишки!

Повинуясь внутреннему движению, она коснулась его локтя.

— Фредди, ты же не мог подумать, что я выйду за беднягу Долфа?

— Пожалуй, — признал Фредди. — По правде говоря, я позабочусь об этом!

— Да я и не собираюсь! Хотя должна заметить, Фредди, что это ни в малейшей мере не твое дело!

— Мое, — резко ответил Фредди. — Можешь не говорить, что я за тебя не в ответе. Это не так. Заметь, меня это не касалось вначале. Пока не дал себя уговорить. Но чем больше я ломаю голову, тем больше прихожу к выводу, что если ты попадешь в переделку, живой души не найдется, чтобы не бросить в меня камень!

— Нет, Фредди! — запротестовала она. — Как люди могут подумать такое!

— Смогут, и будут правы! Смею уверить, я и сам бы себе не простил! Нельзя же привезти девушку в город и позволить ей выкидывать разные коленца! Так не делают!

— Обещаю, что не стану выкидывать никаких коленец, — честно сказала Китти, беря его руку в свои. — Я вовсе не собиралась мучить тебя. Я так многим тебе обязана! И никогда, никогда не намеревалась быть тебе в тягость!

Взволнованный, Фредди пытался что-то произнести. Мисс Чаринг, все еще держа его за руку, глубоко задумалась. Придя в себя, Фредди пробормотал:

— Не стоит об этом, Кит, счастлив быть тебе полезным! Доверяю тебе! И горжусь тобой!

Пораженная, она повернулась к нему.

— Гордишься мной? Не может быть! Ты шутишь?

— Ничуть. У тебя прекрасный вкус, Китти. Ты всегда в форме. Делаешь мне честь! — Он помолчал и добавил, нахмурившись: — По крайней мере, пока ты не носишь фальшивые бриллианты. Следовало принять от меня тот гарнитур! Никаких причин отказываться, уверяю тебя!

— Тысячи причин! — горячо возразила она, еще крепче сжимая его руку, в то время как глаза ее наполнились слезами. — О, Фредди, ты так добр ко мне, и я теперь ясно вижу, как подло было с моей стороны скомпрометировать тебя!

— Нет, нет! — Он ужаснулся при виде слез в ее глазах. — Ради Бога, Кит! Не о чем плакать! Кстати, не можешь же ты плакать здесь! Все уже глазеют на нас! Ты меня пока не скомпрометировала, просто я не хочу, чтобы ты поощряла Долфа. Где этот чертов парень?

— В соседнем зале. Фредди, могу ли я довериться тебе?

— Ну знаешь ли! — воскликнул он, оскорбленный. — Если ты не была уверена вполне, когда втравила меня в эту помолвку, ты такая же тронутая, как Долф!

— Да, да, но речь идет не о моей тайне, и я обещала молчать.

— Тайна? — переспросил Фредди, моргая.

— Ну да! Фредди, ты любишь Долфа? Не так ли?

— Нет… То есть я жалею бедолагу, конечно. Но будь я проклят, если люблю его.

— По крайней мере, ты не причинишь ему вреда, правда, Фредди?

— Разумеется!

— Даже если тебе не очень понравится то, что он собирается предпринять? — с тревогой спросила Китти.

Подозрение мелькнуло в его ласковом взгляде. Никто не мог назвать мистера Стандена остромыслом, но счастливое обладание тремя сестрами заметно изощрило его умственные способности.

— Смотря что, — заметил он. — Если это связано с тобой, Кит…

— Даю слово, что нет!

— Звучит подозрительно. — Слова Китти его ничуть не убедили. — Если его дела не связаны с тобой…

— Связаны, но только потому, что я хочу помочь ему!

Обдумав ее слова, мистер Станден пришел к выводу, что есть только один путь помочь его злополучному родственнику.

— Может, у тебя появился план, как насолить тетушке Августе? Я не против! — заявил он.

— Что ты выдумываешь? Как я могу?

— Хорошо бы кому-нибудь это удалось! — невинно заметил он. — Просто назревает скандал. Ты не в тот огонь льешь масло?

— Пошли искать Долфа! — предложила Китти. — Только помни, Фредди, даже если ты будешь против, ни слова тете Августе!

Предположение, что он способен выступить в роли информатора или доверить лишнее леди Долфинтон настолько поразило мистера Стандена, что он готов был протестовать. Китти наскоро извинилась и потащила его в следующий зал. Здесь они нашли Долфинтона, погруженного в мрачную задумчивость, и мисс Плимсток, успокоительно похлопывающую его по руке. При виде мисс Чаринг и ее эскорта оба поднялись с плюшевой банкетки посреди зала, Долфинтон — скорее испуганно, мисс Плимсток — воинственно.

— Мне кажется, Ханна, вы уже встречали мистера Стандена, — начала Китти. — Я пока ничего ему не сказала, но думаю, мы можем ему довериться, и я пришла просить вашего разрешения.

— Как поживаете? — произнесла мисс Плимсток, протягивая руку, пристойно затянутую в йоркширскою замшу. — Мисс Чаринг так добра! Она сказала, что вы не будете против ее частых прогулок с Фостером, но мне казалось, она, скорее всего, заблуждается. Вы кузен Фостера, Фредди, не так ли?

Совершенно ошеломленный, Фредди согласился с ней. Рука его затрещала от сердечного пожатия, после чего мисс Плимсток заговорила с грубоватой прямотой:

— Смею думать, вам не очень понравится, но я собираюсь замуж за Фостера, и, надеюсь, вы не станете ставить палки в колеса.

— Что вы говорите, конечно нет, — протянул Фредди кидая кровожадные взгляды в сторону мисс Чаринг.

— Мисс Чаринг так добра, — настаивала мисс Плимсток, — что предложила нам свою помощь. Мой брат против нашего брака. Графиня тоже. Как встречаться, когда за нами следят, мы не имели ни малейшего понятия. Но Сэм — мой брат — знает, что я составляю мисс Чаринг компанию в ее экспедициях, а графиня — что Фостер ухаживает за ней, и даже дойди до нее слух обо мне, она, несомненно, решит, что мисс Чаринг берет меня с собой из приличия. Если же я попадусь ей на глаза, она вряд ли удостоит меня вторым взглядом, я не красавица и никогда ею не была.

Мистер Станден, дрогнув под напором ее прямоты, едва мог выдавить из себя вежливый протест, когда получил (как признавался потом мисс Чаринг) неожиданную поддержку от Долфинтона, который сказал:

— Да, очень красива. Тип лица, который я люблю.

Взглянув еще раз на простое домашнее лицо, обращенное к нему, мистер Станден решил, что его бедный кузен еще более поврежден в уме, чем он думал, и сердечно добавил:

— Совершенно верно!

— Это все чушь, — обнадежила мисс Плимсток. — Более того, у моего брата небольшое торговое дело, которое он унаследовал от отца. У меня нет ни пенни. Я предупреждаю вас заранее, потому что дурачить людей не годится. Я не хуже других знаю, что графу не пара, но буду ему лучшей женой, чем те блестящие леди, которым Фостер мог бы сделать предложение, это я вам обещаю!

Сильно обеспокоенный несомненно воинственными нотами ее голоса, мистер Станден поспешил отмежеваться:

— Я тут ни при чем. Не мое дело, знаете ли.

— Но ты не станешь вмешиваться, Фредди, не правда ли? — спросила Китти.

— Нет, нет! Слово джентльмена! Да и что я могу поделать! — воскликнул Фредди в порыве великодушия.

Но мисс Чаринг вовсе не удовлетворяла роль стороннего наблюдателя. Она вменила ему в обязанность усесться на банкетку между нею самой и мисс Плимсток и поведала всю историю злоключений его кузена. При том мисс Плимсток время от времени вставляла свои замечания, а лорд Долфинтон стоял перед ними, не сводя глаз с Фредди, с видом спаниеля, который не знает, погладят его или дадут пинка. Фредди раздражала настойчивость его взгляда, и он несколько раз просил его садиться. Лорд Долфинтон только качал головой.

— Хочу жениться на Ханне, — твердил он.

— Да ладно, старик, но это не значит, что нужно пялиться на меня, как рак, — рассердился наконец Фредди.

— Слежу за тобой, — беспокойно отозвался его лордство. — Смотрю, что ты думаешь. Ханна говорит, тебе не понравится наша помолвка. Наблюдал за тобой. По-моему, ты не в обиде. Ты не в обиде, Фредди? — Обнадеженный на сей счет, он продолжал с благодарностью: — Знаешь, Фредди, я очень тебя люблю. И всегда любил. Больше, чем Хью, больше Джека. И больше Биддендена. Совсем его не люблю. Не очень-то люблю и Клода.

— Весьма признателен тебе, Долф! — смутился Фредди. — Но напрасно думать, будто я смогу быть полезен тебе в твоих хлопотах. Помочь-то, черт возьми, я не в силах.

— Китти нам поможет, — ответил Долфинтон с наивной уверенностью.

— Если выйдет, — вмешалась мисс Плимсток. — Не стоит терзать себя, Фостер, так или иначе, мы все уладим. Но мне кажется, мистеру Стандену решать, останется ли мисс Чаринг нашим другом. И если вы скажете «нет», сэр, никто не будет в претензии, потому что мама Фостера поднимет страшный шум и попытается даже навредить ей.

— Это не важно, — отозвался Фредди, во второй раз изумляя Китти мужеством на грани безумия. — И пальцем Китти не тронет: не позволю ей. Однако она действительно поднимет визг. Но дело в том, что Китти не живет с ней, как и я. Мы не обязаны выслушивать, что она скажет.

Мисс Плимсток схватила его руку и пожала с одобрением.

— Вы добрый человек, — хрипловато произнесла она. — Вот, слушай, что твой кузен говорит, Фостер. Не то ли я вколачивала тебе в голову! Как только нас обвенчают, твоя мама не сможет причинить тебе вреда. Скажите, что это правда, мистер Станден!

— Думаю, что да, — признал Фредди, осторожно отнимая и потирая руку, надеясь про себя, что она не настолько расчувствуется, чтобы окончательно отвертеть ему кисть в третий раз.

— Беда в том, что мы не соединены узами, и будь я проклята, если знаю, как их связать, когда за Долфом следят каждую минуту.

— Мы что-нибудь придумаем, — решительно заявила Китти.

Ее нареченный посмотрел на нее с неодобрением.

— А не собираешься ли ты послать их в Гретна-Грин, где браки заключаются без формальностей, или куда-то еще? Такой вариант не годится. Не хочу быть тебе помехой, Кит, но это уже чересчур!

— Разумеется, мисс Плимсток тоже так считает. Так что не беспокойся!

Но мистер Станден вовсе не чувствовал себя умиротворенным, о чем он ей и сообщил при первой возможности с некоторой суровостью.

— Маленькая вертушка, вот ты кто, милая моя девочка! — резюмировал он. — Сначала одно, потом другое. Сказала, что собираешься упрочить свою репутацию, а сама только и занимаешься тем, что впутываешься не в свое дело. Не удивлюсь, если ты поставишь себя в ложное положение.

— Фредди, но ты же не захочешь, чтобы я бросила в беде несчастного Долфа?

— Захочу, — ответил он. — Заметь, мне безразлично, что он женится на этом пугале, потому что, во-первых, он не Станден. А во-вторых, он настолько поврежден в уме, что мог выкинуть шутку и похуже, чем женитьба на дочери торговца. Просто будет редкий скандал, когда все обнаружится, и у меня нет никакого желания впутываться в него. — Он с твердостью выдержал слегка укоризненный взгляд Китти и добавил: — Вот что я тебе скажу, Кит! Слишком доброе у тебя сердечко!

Улыбка пробежала по ее лицу.

— Какой ты глупый, Фредди! Ты еще добрее меня!

— Да что ты, Кит? — запротестовал потрясенный Фредди. — Ничего подобного! Жил всю жизнь в городе!

— Добрее, — кивнула она, на какое-то мгновение поднося его руку к лицу. — И когда я вспоминаю, как неприлично навязалась на твою голову… Ну ладно! По крайней мере, я обещаю, что не стану впутывать тебя в это дело! Ты не против, если я помогу им? Ведь такой ужас, Фредди! Я не стала говорить при Долфе, но леди Долфинтон держит его в подчинении угрозами запереть в сумасшедший дом! А он же не безумец!

— Не может быть! — воскликнул Фредди. — Конечно, не сумасшедший! Мозги набекрень, вот и все! У меня тоже голова не на месте, но ты же не скажешь, что я лунатик, правда?

— Все у тебя на месте, Фредди! — возмущенно отмела мисс Чаринг столь суровую самооценку.

Мистер Станден, уже достаточно выведенный из равновесия прикосновением щеки молодой леди к своей руке, уставился на нее.

— Ты считаешь, что у меня голова на месте? — спросил он подавленно. — Не путаешь меня с Чарли?

— Чарли! — с презрением произнесла она. — Смею заверить, он просто книгоед, а у тебя… у тебя есть такт, Фредди!

— Господи милостивый! — произнес мистер Станден, ослепленный новым видением себя самого.