Вечеринка тянулась ужасно медленно. Милая робкая девушка давно исчезла. Музыкант присоединился к оркестру и обратил на себя внимание. Рекс опять танцевал с Сандрой Миллс, а негодующий Брюс оставался пассивным наблюдателем. Линн смотрела на них, пытаясь не разозлиться. Но когда Рекс начал танцевать с Сандрой один танец за другим, ее терпение лопнуло. Если ему нравится так себя вести, это ее устраивает!

Линн вызвала такси, чтобы ехать домой. Она ждала машину перед домом Тилли. Внезапно появился Рекс и требовательно спросил:

— Что ты делаешь?

— Еду домой. Как ты сумел оторваться от нее?

— Сандра — хорошая партнерша, — холодно отрезал он.

— Как мило!

— Послушай, Линн… выброси из головы эти глупости, и я больше никогда не посмотрю на Сандру!

— А если я этого не сделаю?

Рекс зажег сигарету. Спичка вспыхнула и осветила его лицо. Как он красив! Когда Линн только начала с ним встречаться, то была от него без ума. Возможно, и ее чувства не изменились, а все это причуды настроения…

— Почему ты ведешь себя неразумно?

— Ничего подобного! Я только хочу провести это лето одна.

— Ну а мне это не нравится. Здесь что-то подозрительное! Если тебе так хочется развлечься с твоей коробкой с красками, почему ты не можешь заняться этим здесь?

— Рекс, я больше не хочу спорить. Если хочешь со мной поссориться, лучше возвращайся к Сандре.

Он потянулся к ней и схватил за руку:

— Я вполне могу это сделать! Куда ты едешь? Кто еще там будет?

— В «Стоунхедж». В дом Тилли в Глен-Хейвен-Коув, и там не будет никого. В том-то и дело. Разве ты не понимаешь, Рекс?

— Никого! Как я могу быть в этом уверен? Ты болтаешься на пристани, с кем только там не встречаешься… откуда мне знать, что ты будешь одна? — с подозрением спросил он.

У Линн зашумело в голове.

— Если бы ты любил меня, Рекс, ты бы мне доверял!

Рекс отбросил сигарету и схватил ее за плечи. Он впился в ее губы глубоким и страстным поцелуем.

— Не уезжай, детка. Пожалуйста, не уезжай.

На краткий миг она почувствовала искушение и захотела остаться. Потом тряхнула головой и высвободилась из объятий:

— Я должна, Рекс. Я еду завтра.

Он выругался. Начал спорить. Снова бросил ей в лицо ревнивые обвинения. Когда подъехало такси, Линн чуть не плакала.

— Что ж, уезжай! — закричал Рекс. — А я прямо сейчас вернусь на вечеринку…

— Рекс…

Но он уже повернулся и ушел. Слезы жгли глаза Линн, когда она садилась в такси. Какой замечательный прощальный подарок! Разве может она теперь уехать, когда они расстались, полные горечи и гнева? Занятая горестными размышлениями, девушка и не заметила, как такси остановилось у их дома. Она расплатилась с шофером и вбежала внутрь. В библиотеке все еще горел свет. Отец сидел за столом. Мать, одетая в легкое неглиже, свернулась калачиком в большом кресле и изо всех сил пыталась не отвлекать его от работы.

— Ты рано вернулась. — Отец отбросил авторучку и со вздохом облегчения закрыл папку.

— Как прошла вечеринка? — проворковала мать.

— Типично для Тилли, — ответила Линн. — Послушайте, я должна вам кое-что сказать.

— Ты выходишь замуж! Надо сказать, давно пора!

— Нет. Дело не в этом. Я уезжаю. На все лето. Тилли разрешила мне пожить в «Стоунхедже». Я собираюсь там как следует поработать.

Отец улыбнулся и покачал головой:

— Понимаю, Значит, ты твердо решила, да?

— Но, дорогая, ты не можешь!.. — запротестовала Элис Хейнс. — А как же Рекс?

Линн заколебалась. Она вспомнила, как он танцевал с Сандрой.

— Ты знаешь, что произойдет! — настаивала мать. — Сандра Миллс воспользуется ситуацией. Ты знаешь, что она до сих пор к нему неравнодушна. Ты знаешь, что Рекс сам порвал с ней. Я ей не доверяю и тебе советую…

Линн глубоко вздохнула. Ее уверенность мгновенно улетучилась. Мать только что коснулась больного места. Но девушка всем сердцем желала провести лето в «Стоунхедже».

— Послушайте… я поговорю с вами обоими завтра утром перед отъездом, — пробормотала растерянно Линн.

— Ты собираешься уехать уже утром! — воскликнула Элис Хейнс. — Но, Линн…

— Чем скорее, тем лучше, — как можно решительнее произнесла Линн. — Спокойной ночи.

Она поцеловала родителей и помчалась в свою комнату, не давая матери возможности привести очередные доводы против. Отец просто подмигнул дочери и крепко обнял ее.

Девушка долго расхаживала по своей комнате. Интересно, Рекс все еще на вечеринке? Танцует с Сандрой? А потом отвезет ее домой? Нет, надо забыть о нем и заняться вещами. Ей не понадобится много одежды. Только необходимое. Шорты, слаксы, свитера, куртка для прохладных вечеров на морском побережье, купальный костюм, одно или два легких платья.

Она провела беспокойную ночь. Несколько раз решала, что никуда не поедет, но потом, так же внезапно, решила, что поедет обязательно!

На следующее утро, за завтраком, Линн обнаружила, что мать более или менее смирилась с ее затеей, и поняла, что это дело рук отца.

— Тебе что-нибудь нужно? — спросил он. — Денег хватит? — Думаю, да.

— Возьми с собой, на всякий случай. — Он протянул ей пачку карточек.

— Вам не стоит обо мне беспокоиться. Это относится к вам обоим.

Отец полез в карман и вытащил маленький пистолет.

— Папа, уж он-то мне вовсе не понадобится! — запротестовала Линн.

— Ты останешься одна, в большом доме. Возьми. Просто мера предосторожности.

Вообще-то она была отличным стрелком. Отец научил ее стрелять чуть ли не раньше, чем Линн узнала, что такое ружье. Она давно уже не посещала стрелковый клуб, но, если бы кто-то попытался вломиться в «Стоунхедж», наверняка сумела бы защитить себя с помощью этого пистолета.

— Ладно. — Линн засмеялась. — Я возьму его, папа.

— Но как же Рекс? — продолжала тревожиться мать.

Линн прикусила губу. Она надеялась, что Рекс позвонит перед отъездом. Ей хотелось схватить трубку телефона и позвонить ему самой, но не позволяла гордость. Рекс знал, что она уезжает. Решил быть несговорчивым и упрямым.

Отец помог ей уложить вещи в белый «кадиллак».

— Как же Рекс? — повторил он вслед за матерью, ставя в багажник последний чемодан.

— Мы поссорились. Но не говори об этом маме. Она и так очень переживает. Папа, я поступаю неправильно? Я должна остаться?

Он с любовью глянул на дочь и приобнял ее за плечи:

— Рекс придет в себя и успокоится. Конечно, ты должна поехать, если хочешь. Займись любимым делом сейчас. Когда выйдешь замуж, у тебя не будет на это времени. Желаю приятно провести лето.

Она крепко обняла его:

— Спасибо, папочка.

Через пятнадцать минут Линн подъехала к дому Тилли. Тилли завтракала. Ее волосы были в беспорядке, и без косметики она выглядела на весь свой возраст. Тилли налила кофе в чашку тонкого фарфора и протянула ее Линн:

— Садись. Я должна рассказать тебе кое-что о доме.

— Не представляешь, как я тебе благодарна, Тилли.

Женщина одарила ее озорной улыбкой:

— О, я думаю, тебе не придется там скучать.

— Уверена, что нет.

— За домом присматривает кое-кто из местных жителей Делс-Пойнта. Молодая пара, Билл и Кэрол Бартлетт. Если вдруг что-то случится, Билл придет тебе на помощь. У них там бакалейная лавка. Сейчас в «Стоунхедже» нет ни одного слуги, а телефон не работает. Все ключи от дома — в этой связке. Водопровод придется наладить. Билл займется этим. Я позвоню и скажу, что ты приезжаешь.

— Это необыкновенно мило с твоей стороны, Тилли.

Тилли наклонилась и похлопала Линн по руке:

— Рада, что ты поживешь у меня.

— Тилли, насчет вчерашнего вечера…

Тилли знала, что интересует Линн. Она прикурила сигарету и затянулась с задумчивым видом.

— Ну, он повел себя так, как и следовало ожидать, — наконец сказала Тилли. — Вовсю развлекался с Сандрой и довел Брюса до белого каления. Если бы я не вмешалась, они бы подрались. А так Рекс потихоньку увел Сандру. Он сделал это со злости, милая. Я бы не стала беспокоиться. Дам тебе совет. Прислушайся к нему, — сухо продолжала Тилли. — Не теряй уверенности. Не торопись. Я все делала наоборот, и ты знаешь, что со мной случилось.

Линн кивнула:

— Теперь я должна с этим покончить. У меня тоже есть немного гордости, Тилли.

Тилли засмеялась:

— Как и у всех нас, не так ли?

— Вообще-то я больше не хочу кофе. Мне вдруг захотелось поехать как можно скорее.

— Тогда поезжай сейчас же, дорогая! «Стоунхедж» окажется именно тем, что тебе надо!

Линн помахала ей рукой на прощание из машины. Девушка не видела, как Тилли опять тихо смеялась.

Перед отъездом из Крестфилда Линн сделала еще одну остановку. Она дважды возвращалась к машине с покупками из художественного магазина и наконец решила, что приобрела все необходимое.

Она поехала на север по прибрежному шоссе. Неторопливая поездка продолжалась четыре часа. Линн мельком видела океан, и он ей очень понравился. Мерцающая на солнце голубая поверхность, белые барашки волн, виднеющийся на горизонте корабль, белокрылые чайки, которые то устремлялись вниз, то взмывали над волнами, невероятно красивые на фоне ясного лазоревого неба.

Чем дальше она уезжала, тем умиротвореннее себя чувствовала. Ее гнев и разочарование из-за Рекса начали тускнеть. В «Стоунхедже» у нее будет время во всем разобраться.

Наконец показался Делс-Пойнт, маленький городок, расположенный на пересечении двух шоссе. Линн разглядела бензоколонку и кафе рядом с ней, почту, аптеку, супермаркет, магазин сувениров и бакалейную лавку. Линн припарковалась перед бакалейной лавкой и улыбнулась сама себе. Она почти приехала.

Девушка вышла из машины и лениво потянулась, прежде чем войти в помещение. В Делс-Пойнте под действием ветра и соленого океанского воздуха все выцвело и побелело. Когда она вошла в лавку, над головой зазвенел колокольчик. Молодой человек деловито расставлял товары на полках.

— Мистер Бартлетт? — спросила Линн.

Он вскочил на ноги. Коренастый, с приятным лицом и дружелюбной улыбкой.

— Вы, наверное, Линн Хейнс.

— Да. Вам звонила Тилли?

— Звонила. Кэрол отправилась в «Стоунхедж», подготавливает его для вас.

— Я помешала вам, да?

— Конечно нет. Тилли мне хорошо платит, чтобы я присматривал за домом. Немного честной работы для разнообразия нам не повредит, — с ухмылкой заметил он. — Вам надо что-нибудь купить?

— Да.

— Прошу вас. Если чего-то не найдете, просто крикните мне.

Линн положила в тележку продукты, которых ей должно было хватить на несколько недель.

— Кажется, вы собираетесь провести здесь зиму, — заметил Билл, рассчитываясь с ней.

— Хотелось бы. Одиночество — какое прекрасное слово!

— Послушайте, может, вам понравится еще одна вещь?

— Какая? — осторожно поинтересовалась Линн.

— Я вам покажу. Я давно искал подходящего для нее человека, и, по-моему, это вы и есть!

Линн пошла за Биллом Бартлеттом в глубь магазина, глядя на его широкую спину. В коробке, уютно устроившись на старом джутовом мешке, лежал свернувшись маленький белый французский пудель.

Пес завилял хвостом и дружелюбно навострил уши, когда Линн протянула руку, чтобы его погладить.

— Ой, какой милый! Он ваш, Билл?

— Нет. Пришел сюда со стороны шоссе. Наверное, потерялся. Может, его владелец был здесь проездом. Но за три недели о песике никто не спросил.

Линн питала слабость к собакам. Но после того, как два ее питомца погибли на улице, у нее так и не хватило духу завести еще одного.

— Вы хотите, чтобы я взяла его с собой в «Стоунхедж»? — недоверчиво поинтересовалась девушка.

— Если вы не прочь стать его владелицей. Там хорошее для него место. Мне не нравится, что приходится так его ограничивать. А для вас появится компания.

Она снова посмотрела в грустные глазки пуделя и засмеялась, покоренная.

— Я ему подойду?

— Возьмите его на руки и посмотрите.

Как только щенок оказался у нее на руках, он сразу попытался лизнуть ее шершавым розовым языком.

— Вы ему подойдете! — засмеялся Билл. — Мы назвали его Космо.

— Я возьму его, — решилась Линн. — Но только на лето, Билл.

— Меня устраивает.

Билл сложил ее вещи в машину, Линн поместила Космо на переднее сиденье рядом с собой, помахала Биллу рукой и продолжила путь. Проехав пять миль по шоссе, она свернула на частную дорогу и вскоре остановила автомобиль у высоких железных ворот. Девушка вышла из «кадиллака» и открыла замок на воротах ключом из связки, которую дала Тилли.

К дому вела узкая дорога. Девушке пришлось ехать мимо обрывов, нередко очень глубоких с обеих сторон. В песчаной почве было полно выбоин, и Линн ехала очень осторожно, в восторге от окружающего. В этой атмосфере замкнутости «Стоунхедж» выглядел еще более неприступным и одиноким. Он принадлежал только ей.

Тилли порой устраивала здесь вечеринки и приглашала, как обычно, многочисленных гостей. В том числе Линн. Рексу, насколько она помнила, «Стоунхедж» не очень нравился.

Машина сделала очередной поворот, и, наконец, показалась остроконечная крыша, крытая шифером.

— Вот я и на месте, — вздохнула с облегчением Линн.

Дом из красного камня был просторным и уютным. Высокие потолки, широкие окна, откуда открывался роскошный вид на море, симпатичный внутренний дворик и гараж неподалеку. Там находился и маленький коттедж, где одно время жили слуги, но теперь его переделали для приема гостей.

Когда-то «Стоунхеджем» владел Джордж Спиндер. Теперь он принадлежал Тилли, а этим летом — Линн!

Она остановила машину. На подъездной дороге стояла машина Кэрол Бартлетт.

Линн схватила Космо на руки и вышла. До нее донесся аромат моря. Сосны раскачивались на ветру, и этот звук смешивался с приглушенной музыкой прибоя.

— О, Космо! Это идеально. Просто идеально. Как Эдем!

Тогда она не вспомнила о том, что даже Эдем не остался раем навечно.