В садах для Джеззет всегда было особенное очарование. Не в тех садах, где выращивают фрукты, овощи или травы – она понимала, что в них есть цель – но в тех, которые создавались исключительно для эстетики. Они принадлежали лишь тем, кто был чрезмерно богат, и служили лишь для того, чтобы продемонстрировать, насколько их богатство чрезмерно. Сады, известные под названием Драконий Насест, расположенные на самой вершине императорского дворца, в своём чистом бесцельном существовании являли собой расточительность сверх всякой меры.

"Впрочем, они красивые".

Драконий Насест изначально был создан исключительно для императрицы, принцев и их драконов, но предыдущая императрица, Нерис Чио, практически изгнала Драконьих принцев из своего двора. Она разделила их и каждому дала в управление маленькую частичку своей империи. Принцы сражались и воевали, но в своих сражениях оставили столицу в относительном мире. Тогда Нерис Чио открыла Драконий Насест своим бездраконным гостям, и нынешняя императрица сохранила этот обычай. Джеззет, несмотря на свой обычный скептицизм по отношению к легкомысленной трате денег такого рода, была очень довольна. В садах ощущалось житейское умиротворение, которое, похоже, успокаивало её, даже когда чувства пребывали в смятении, а сегодня смятение просто зашкаливало.

Перед ней, покачиваясь в спокойном воздухе, падал цветок вишни. Джеззет с натренированной точностью прервала его извилистый путь, сжав в кулаке. Вишнёвые цветы казались ей худшим из непрактичных капризов. Весь город был построен на слоях плавающих плотов, так что почву приходилось переправлять с континента и помещать в специально сделанные лохани. Эти лохани нужно было каждый день поливать и подкармливать питательными веществами, иначе деревья росли чахлыми, или не росли вовсе. Цветение всех деревьев было поразительным зрелищем и поразительным проявлением излишества. Нежно-розовые лепестки цвета сосков окружали её со всех сторон, кроме балкона позади.

Она прислонилась к поручню балкона, смотрела, изумлялась, чувствуя, как глубоко внутри неё всё успокаивается. Оно длилось недолго. Дрейк отыскал её.

Пиратский капитан и любовник императрицы приблизился к Джез с улыбкой на лице, которую большинство женщин нашли бы очаровательной. Но Джез так не считала, фальшивые чувства она распознавала, едва только увидев. На балкон вела дорожка белого дроблёного гравия, но Дрейк Моррасс её игнорировал – он шёл вдоль дорожки, намеренно ступая по короткой зелёной траве, словно это было для него какой-то великой победой. Он был вооружён: на левом бедре висел длинный меч, а под камзолом прятался кинжал, который, по мнению пирата, она не могла видеть.

Дрейк остановился в нескольких футах от Джез и изобразил низкий, слишком формальный поклон, с которым следовало обращаться лишь к монаршим особам. Джеззет сомневалась, что он хоть кому-нибудь так кланялся, включая императрицу. Было что-то насмешливое в таком глубоком поклоне. Как обычно, одет он был безупречно – элегантные штаны чёрного цвета с золотой оторочкой, и высокие сапоги почти до колен. Чёрная рубашка, также с золотой отделкой, из материала, похожего на шёлк. Куртка, не хуже любой из всех, что Джез когда-либо видела – королевского тёмно-синего цвета, и столь прекрасно сшитая, что выглядел пират, как само воплощение благородства. Волосы цвета тёмного дуба были коротко пострижены – но не слишком коротко, до мочек ушей. Во рту на солнечном свету блестел золотой зуб.

– В вечернем свете ты выглядишь лучезарно, Джеззет Вель'юрн, – проворковал Дрейк тихим бархатным голосом. Солнце позади Джеззет как раз начало опускаться, заливая балкон жарким белым светом, и она сомневалась, что это хоть как-то улучшало её внешний вид.

Она уставилась на него, изо всех сил делая вид, что ей всё равно, но Дрейк проигнорировал враждебный взгляд, подошёл к ней, облокотился на перила и уставился на сад. Потом откинул волосы с лица и посмотрел на Джеззет.

"Проклятье, а он красавец".

– Ты не справилась… – начал он.

– Ты торгуешь рабынями, – перебила она.

– Что…

– Блядь, Дрейк. Не просто рабыни, так ещё и благородные. С рождения обученные быть уступчивыми и приятными, а ты крадёшь их у их семей и продаёшь… кому? Куда ты их забираешь? Какого хуя ты думал?

Дрейк громко рассмеялся гортанным радостным смехом, и это звучало искреннее всего, что она слышала от пирата. Отсмеявшись, он заговорил приглушённым голосом.

– Если бы я торговал рабами, то зачем бы мне нанимать тебя для их защиты? Думаю, в этом случае мои люди справились бы куда лучше.

Джез скептически посмотрела на него.

– Чтобы не впутывать в это твоё имя?

– Ага, это причина, по которой я тебя нанял. Но если бы я занимался работорговлей, к чему мне эти проблемы? Капитан Дрейк Моррасс связан с работорговлей – и кому не похуй на это? Даже если речь о нескольких благородных девицах. Конечно, семья-другая от этого бы взбесилась, но кто стал бы поднимать шум, раз императрица каждую ночь сосёт мой хуй?

– Тогда почему…

– Я не крал тех женщин, Джеззет… Или, ну, крал, но не для рабства. – Дрейк щеголевато улыбнулся. – Я их спасал.

– Лжец!

– Да уж, сложно поверить. Но это правда.

– Дрейк Моррасс ничего не делает без выгоды для себя, – сказала Джеззет, хотя уже и не была уверена в своих словах. Она проворачивала в уме последствия, если всё это окажется правдой.

– О, поверь мне, для меня в этом есть немалая прибыль. И более того, я действительно продал бы этих милых сексапильных пиздёнок. Они, или их семьи, заплатили мне за то, чтобы спасти их от ужасной доли любовниц в Соромо. Предполагалось, что я увезу их в Ларкос, где они смогут… ну, они смогут заниматься любой хуйнёй, которая взбредёт им в голову. Но теперь всему этому конец, поскольку ты спасла их от меня, вернула их обратно их мужьям-чиновникам, или хозяевам, или как бы, блядь, они их там не называли.

Если это было правдой, то Джеззет спасла женщин от свободы и приговорила к жизни в рабстве, в полную противоположность своим намерениям.

– Тогда спаси их, – сказала она. – Ты сказал, они платят тебе, чтобы ты их вытащил. Найди их и снова похить.

Дрейк засмеялся и покачал головой.

– Я сказал, что они мне заплатили. В прошедшем времени. Плату я получил вперёд. Где бы сейчас ни были эти бедные женщины, это вовсе не моя забота. Если чувствуешь вину за то, что вернула их угнетателям, то сама их и спасай.

– Я не смогу…

– Не-а, – сказал Дрейк, снова улыбаясь. – Ты не станешь. Всем известно, что Джеззет Вель'юрн живёт только для себя.

Джез угрожающе шагнула в сторону Дрейка, и он умиротворяюще поднял руки. Она была на добрый фут ниже него, и обычно у неё неплохо получалось запугивать мужчин, но Дрейк ничуть не испугался, только развеселился.

– Джез, я пришёл сюда не драться. На самом деле я принёс предложение мира.

Рука Дрейка сместилась к рукояти длинного меча, висевшего на его бедре. Но прежде, чем она туда добралась, оба коротких меча Джез уже покинули ножны – один поднят для защиты, готовый отбивать удары, а второй указывал на Дрейка готовый убивать.

– Даже не пытайся, Дрейк, – сказала Джез, хотя какая-то часть её надеялась, что он попытается.

– Неужели ты считаешь меня настолько глупым,  что думаешь, будто бы я стал лично нападать на тебя, если бы хотел твоей смерти? В поединке один на один?

– Ну, я слышала, что ты безумен.

– Ага. Я тоже это слышал, а ещё – что меня родила богиня моря О'тстетта, и после того, как она меня исторгла, я повернулся и съел её.

Джез фыркнула от смеха.

– Этого я вроде не слышала, – свои мечи она по-прежнему держала наготове, но у неё появилось отчётливое чувство, что Дрейк не собирался с ней сражаться.

– Да, я это только что выдумал. Впрочем, думаю, надо бы запустить этот слушок, пожалуй, он приживётся. – Несмотря на то, что острые, опасные клинки были направлены в его сторону, Дрейк вытащил длинный меч из ножен на бедре, и Джез почувствовала, как у неё отвисла челюсть. – Видимо, узнаёшь?

"Ещё бы, чёрт возьми, это же мой меч!"

– Я потеряла его за бортом, – сказала она. – Чёрт, как ты его спас?

Дрейк широко ухмыльнулся, став ещё привлекательнее.

– Отродье морской богини.

Он перехватил меч и протянул ей рукоятью вперёд. Немного подумав, Джез решила, что вряд ли он попытается выкинуть какую-нибудь пакость, и убрала короткие мечи в ножны. А потом протянула руку, страстно желая снова получить свой длинный меч.

В миг, когда рука Джез коснулась рукояти, Дрейк отбросил меч, и тот, пролетев в воздухе, застучал по камням балкона. В тот же самый миг пират сунул руку за пазуху за спрятанным ножом. Джез отреагировала так же быстро. Когда нож мелькнул в её сторону, она увернулась вправо и схватила руку Дрейка. Он вырвался и шагнул назад, встав между Джез и её мечом.

Она согнулась в боевой стойке, но не стала доставать мечи – что-то подсказало ей, что это не понадобится.

– Дрейк, ты что делаешь?

Он ухмыльнулся ей, его золотой зуб притягивал взгляд, блестя в солнечном свете.

– Просто веселюсь.

Он бросился к ней, рука в движении стала размытым пятном, нож метнулся в её сторону. Джез уклонилась вправо, потом пригнулась и увернулась. Дрейк не сбавил темпа, но Джез была готова к следующему удару. Она поймала его запястье и вывернула. Пиратский капитан вывернулся вместе с ней и подошёл ближе. Джез обнаружила себя слишком близко к Дрейку – так близко, что видела каждый отдельный волосок на его идеально ухоженной щетине, так близко, что чуяла его грубый мускусный запах.

Клинок кинжала оказался близко к её шее, но не достаточно близко, чтобы порезать, и к тому же рука Джез лежала на рукояти, между лезвием и её кожей.

– Видишь, – сказал Дрейк, и от его дыхания пахло мятой с привкусом рома. – Разве не весело?

"Весело".

Джез пнула пирата по голени, шагнула назад, крутанулась, не отпуская рук с рукояти ножа, и снова подошла к нему. К тому времени как Дрейк очухался от удара, Джез уже стояла к нему так же близко, но на этот раз нож был у его шеи, и не было руки между лезвием и его кожей.

– Джеззет, тебе кто-нибудь говорил, что ты гибкая?

Она ухмыльнулась.

– Много раз. И он видел, насколько именно я гибкая.

Она без предупреждения сильно толкнула, и Дрейк отшатнулся, выпустив кинжал и схватившись за перила балкона. Джез подошла к своему упавшему мечу, подняла и швырнула кинжал с балкона в кристально-чистые воды пруда внизу. Повернулась и быстро пошла по дорожке прочь от Дрейка.

– Спасибо за меч, – крикнула она назад, не трудясь оборачиваться. Она надеялась, что он ругнётся или крикнет в ответ, но, уходя прочь, услышала от Дрейка лишь резкий хохот.