Я заснула, так и не убрав руку с лица Уилла. Домой я пришла уставшая, и хотя невероятный секс открыл второе дыхание, сколько же девушка может без отдыха?

Проснулась я под одеялом вместе с Уиллом. Кто-то — не я — закрыл тяжелые шторы. Бросила взгляд на Кадотта: о Боже, как он красив!

Его кожа, темная и гладкая, казалась еще темнее на фоне белоснежной простыни. Интересно, как бы он выглядел с длинными волосами? Подстриженные кончики слегка завивались, и мне хотелось накрутить пару локонов на палец. Серьга поблескивала на теплой коже шеи.

Помнится, я целовала эту самую шею пару часов назад, вздрагивая от прикосновения холодного металла к губам. Когда Уилл осыпал поцелуями мое тело, серьга щекотала меня то там, то здесь, придавая остроту каждой ласке.

Кадотт накрыл мое бедро рукой, и я переключилась с серьги на его лицо.

— Доброе утро, — улыбнулся он.

Я ждала, пока пройдет обычная утренняя неловкость. До того, как это случилось, Уилл придвинулся ближе и поцеловал меня. Просто легкое прикосновение к моим губам, и он отодвинулся. Что-то затрепетало у меня между сердцем и желудком.

— Я сварю кофе, — сказал Уилл и ушел.

Воспользовавшись одиночеством, я забралась в душ. На глаза попался тотем, лежавший на комоде. Я глянула на дверь спальни, из которой вышел Кадотт: было слышно, как он гремел посудой на кухне, а его тень скользила по стене коридора.

Открыв комод, я бросила тотем на кучу нижнего белья, помчалась в ванную и закрыла за собой дверь. Не имею ничего против секса в душе — думаю, с Кадоттом я бы согласилась на секс где угодно, — но прямо сейчас мне надо было подумать.

Что я натворила?

Занялась сексом. Подумаешь!

Но, вообще-то, это многое значило. И, возможно, являлось проблемой. Я не так наивна, чтобы влюбляться в такого парня, как Кадотт. Он красивый, умный, немного странный, и у нас с ним нет ничего общего. Возможно, никогда и не будет.

Мне еще предстояло выяснить, с какой стати он меня захотел. Но я не могла поверить, что он будет и дальше меня желать. И чтобы выйти из сложившейся ситуации с наименьшими потерями, лучше успеть бросить его до того, как он пошлет меня первым.

Приняв такое решение, я вернулась в комнату. Угол падения солнечных лучей в окно подсказал мне, что уже перевалило за полдень. Натянув шорты и рубашку, я запихнула тотем поглубже под кучу носков в ящике комода и прошлепала босиком на кухню.

Полностью обнаженный Кадотт прислонился к барной стойке, попивая кофе. Он улыбнулся так, будто был одет, и налил кофе во вторую чашку. Я скосила глаза ниже — к такому можно быстро привыкнуть.

Уилл повернулся, и я быстро подняла глаза. Выгнув бровь, профессор вручил мне кофе:

— Не хочешь пойти куда-нибудь позавтракать?

Пойти с ним в «Кофейник» и заказать завтрак в… два часа дня было уже слишком. Кроме того, разве я не собиралась указать ему на дверь?

Я отхлебнула кофе и проглотила, едва не поперхнувшись от удивления — вкуснее мне доселе не доводилось пробовать.

— Как ты это сделал? — Я уставилась в чашку, как будто могла найти разгадки всех жизненных тайн в черном глубоком водовороте.

— Щепотка корицы, смешанная с молотым кофе, придает совершенно другой вкус.

— У меня есть корица?

— На задворках буфета. Да.

— Хм, интересно, откуда она там взялась? — Я глотнула еще.

— Завтрак? — напомнил Уилл.

— У меня... не получается.

В его глазах мелькнуло то же выражение, что и в тот раз, когда я отказалась с ним поужинать.

— Почему?

Мне нужно больше кофе, это точно. Я проглотила полчашки, и горячая жидкость приятно согрела мой желудок.

— Потому что.

Так же неуклюже я извинилась и тогда. К сожалению, на этот раз не сработало.

— Потому что со мной можно хорошо потрахаться, но для совместного завтрака я не гожусь?

Я пролила кофе на рубашку:

— Что?

Мне было в новинку вести серьезный разговор с обнаженным мужчиной, и получалось у меня плохо. Я постоянно отвлекалась на мерцание его кожи в солнечном свете.

— Возможно, я родом не отсюда, но знаю, как это происходит в небольших городках. Если бы поползли слухи, что ты спишь с индейцем, у тебя бы начались проблемы.

Я молчала. Конечно, начались бы, но не те, о которых думал Уилл. Я вздохнула.

— Уилл, я...

Со стуком поставив чашку на стол, он пересек кухню так быстро, что я и ахнуть не успела, как он оказался рядом. Забрав у меня чашку, Уилл отставил ее в сторону и взял меня за руки.

— Не надо, — прошептал он, — почему бы нам просто не наслаждаться друг другом, как прошлой ночью?

— Ты хочешь повторить? — нахмурилась я.

Он запустил пальцы в мои волосы:

— И опять, и снова, и еще.

Не ожидала такого. Впрочем, зачем рисковать своей карьерой ради чего-то все равно недолговечного?

Уилл поцеловал меня мягкими и теплыми губами, дразня своим языком мой. На вкус он был как кофе с корицей. Мне хотелось выпить его и навсегда оставить при себе. Приподняв голову, он по-прежнему стоял достаточно близко, чтобы я чувствовала его дыхание.

— Неужели нужно все усложнять? Я хочу тебя, Джесси, а ты — меня. Давай просто продолжать вести себя так, как мы ведем, хорошо?

Когда обнаженный красавчик просит о чем-то подобном, что можно сказать в ответ, кроме:

— Черт, да!

Мы опять оказались в постели, но не успели дойти до главного, потому что зазвонил телефон. И зачем я вообще его включила?

— Не отвечай, — прошептал Кадотт мне в пупок.

Его теплое дыхание прошлось по влажной дорожке, оставленной его же языком. Я вздрогнула и совершенно забыла о телефоне, пока не включился автоответчик и не раздался голос Клайда:

— Джесси, тебе лучше приехать в больницу — у нас проблема.

Я тут же села, едва не столкнув Кадотта с кровати.

— Вчерашний пострадавший скончался.

Я подлетела к телефону:

— Клайд?

— Извини, не хотел тебя будить.

— Ты не разбудил, я просто… — начала я, взглянув на Уилла. — Ничего. Что происходит?

— Мэл. Он умер, а Черри кричит о страшном убийстве. Говорит, что ты сказала ему обязательно сделать прививку, и теперь он мертв. Угрожает подать на нас в суд. Мы по уши в ослином дерьме.

Я моргнула — это было любимое выражение Зи. Наверняка все очень плохо.

— Сейчас приеду, — сказала я и повесила трубку.

Кадотт поцеловал меня в бедро:

— Проблемы?

— О да.

— Можешь рассказать?

Подумав, я решила, почему бы и нет, тем более что происшествие прошлой ночью и все, что случилось после в больнице, вскоре станут достоянием общественности. Я посвятила его в детали.

Уилл лежал в кровати, подложив руку под голову, и хмуро смотрел в потолок. Я встала и вытащила из шкафа форму.

— Не нравится мне это, — пробормотал он.

— Тебе, мне, и всем остальным в полицейском участке Минивы.

Оглядывая пол — мои бюстгальтер и трусики должны быть где-то здесь, — я не заметила, как Кадотт встал с кровати. Этот парень двигался тише волка.

— Вот.

Я подняла глаза — Кадотт держал в руке то, что я искала. Я скользнула в трусики, не уверенная, почему не стесняюсь. Может, спокойное отношение Кадотта к своей наготе уже передалось и мне. Хотя сомневаюсь, что смогу в ближайшее время разгуливать по лесу, сверкая голым задом.

Я пыталась застегнуть крючок бюстгальтера, когда руки Уилла накрыли мои.

— Позволь мне.

Пока я стояла перед зеркалом, мы встретились взглядами. Кадотт защелкнул крючок и, опустив голову, поцеловал меня в плечо, слегка задев серьгой кожу. Он скользнул рукой по моему животу — темное на фоне светлого, тонкое на фоне круглого. Мы очень отличались друг от друга — и может, это не так уж и плохо.

Эта мысль мелькнула и тут же пропала — я переключилась на другое.

— Мне нужно бежать.

Уилл отступил в сторону:

— Знаю. Ты не против, если я приму душ?

— Конечно, нет. Только не пугай меня до смерти, когда я вернусь домой, а то я и убить могу.

— Ты и какая армия? — бросил он через плечо.

Я рассмеялась: я не только желала тела Уилла, но и наслаждалась его ловким язычком — и не только в физическом смысле.

Открыв ящик комода, в котором лежали носки, я тут же его захлопнула — Кадотт высунул голову из двери ванной комнаты:

— Нам надо встретиться, когда ты закончишь свои дела — у меня есть пара идей, которые хочется проверить сегодня.

— Разве у тебя нет небольшого дельца под названием лекция, которую тебе нужно прочитать?

— Сегодня суббота.

Хм, как быстро неделя пролетела.

— Ты не обязан мне помогать.

Кадотт склонил голову набок:

— Но мне хочется. Может, нам стоит поработать над этим делом вместе, Джесси. Думаю, это не повредит.

Клайд бы мне уж точно навредил, если бы об этом узнал. Но в данный момент шеф волновал меня меньше всего.

— Не знаю, чем ты сможешь помочь, раз считаешь, что я гоняюсь за оборотнями.

— Так и есть.

Раздраженно вздохнув, я подняла руки вверх:

— Кадотт, ты точно больной.

— Возможно. — Его это, похоже, вовсе не волновало. — Во сколько ты будешь дома?

— Скорее всего, утром. В полвосьмого устроит?

— Я буду здесь.

Он закрыл дверь, и вскоре послышался звук льющейся воды. Я подождала еще немного, потом открыла комод, нащупала тотем и надела его на шею, спрятав под рубашкой.

В конце концов, нам же не помешает, если Кадотт подробнее изучит свои иллюзии? Кто знает, возможно, он сможет высказать ценную догадку.