Прошел добрый час, пока последний из муравьев исчез из колодца, и еще пятнадцать минут, пока Гартман и Нэт общими усилиями не перенесли Кайла через дверь и не опустили его вниз с десятиметровой стены. К счастью, сила тяжести в этом жутком месте составляла половину обычной.

Гартман в любую секунду был готов к тому, что на другой стороне наполненного огнем колодца откроется дверь и вытолкнет из себя десяток муравьев или даже то ужасное существо, которое Кайл назвал Шайтом. Но ни того, ни другого не произошло. До смерти уставшие, но целые и невредимые, они добрались до пола и осторожно положили на него Кайла, прежде чем сами без сил опустились рядом с ним.

Кайл не приходил в сознание. Нижний край двери находился на полтора метра от пола, верхний — хороших десять. Кто бы все это ни соорудил, он, казалось, был не в ладах с геометрией. Или, действительно, имел очень странное телосложение…

— Странно, — сказала Нэт спустя некоторое время.

Гартман устало поднял голову и посмотрел на нее. Ее лицо было бледно, и дышала она также быстро и неровно. Она дрожала от изнеможения.

— Что?

Нэт движением головы указала вниз, на Кайла.

— Он потерял сознание.

Вместо прямого ответа Гартман бросил красноречивый взгляд на ноги Кайла. Жуткий процесс самозаживления уже начался, но тем не менее ранение было страшным.

— Будь спокойна, — сказал он, — Кайл, вероятно, сходит с ума от боли.

— Я так не думаю, — Нэт решительно покачала головой и непроизвольным движением убрала со лба прядь волос. — Я знаю Кайла. Мне известно, что он может выдержать. Я видела собственными глазами, как его буквально разорвали на куски — и час спустя он снова был на ногах. С ним что-то случилось.

— Может быть… это связано с видом ранения, — задумчиво ответил Гартман. Когда Нэт вопросительно посмотрела на него, он продолжил. — Ранение исходит от трансмиттера. Возможно, его состояние как раз связано с этим.

— Это могло также быть и огнестрельное ранение, — сказала Нэт. — Он был последним, кто прошел через трансмиттер. И вокруг бегало еще достаточно моронов, которые не могли придумать ничего лучшего, чем стрелять в нас.

Гартман убежденно покачал головой. Он заставил себя на несколько секунд пристально взглянуть на страшно изуродованные нижние части бедер Кайла, пока ему не стало ясно, насколько все это бессмысленно. Единственное, чего он этим добился, было то, что ему стало нехорошо. Он снова быстро отвел взгляд.

— Я никогда не видел ничего подобного. Может быть, прибор отключился как раз в тот момент, когда он проходил через него, — Гартман сделал поясняющее движение рукой: — Он тогда прыгнул, помнишь? Может быть, он как-то… неправильно сросся.

Гартман мог видеть, как Нэт вздрогнула, представив себе это.

— Может быть, — сказала она спустя некоторое время и нервно провела кончиком языка по нижней губе. — Ты веришь, что он… сказал тебе правду?

— Своим рассказом о Шайте и Мороне? — Гартман пожал плечами. — Не знаю.

Через несколько секунд он поправил себя:

— Нет. Я верю ему.

Гартман не мог обосновать это убеждение, но Нэт права. С мега-воином что-то было не в порядке. Кайл начал меняться.

— Что все это может значить? — спросил Гартман, показывая рукой вокруг себя.

Конечно, Нэт тоже не знала, где они находятся. То, что Гартману с первого взгляда показалось наполненным магмой жерлом вулкана, при более внимательном осмотре оказалось круглым колодцем, чьи стены были явно слишком гладкими для естественного происхождения. Происхождение этого колодца — явно дело чьих-то рук. Гартман лишь спрашивал себя, с какой целью. Он взглядом дал понять Нэт, что они должны продолжить путь. Вероятно, это было не самым подходящим местом для того, чтобы рассиживаться и предаваться размышлениям о тайнах технологии моронов. Ему и без того с каждой минутой казалось все более невероятным, что их еще не обнаружили.

Когда они его осторожно подняли, Кайл со стоном пришел в себя. Он все еще не мог говорить. В данный момент Гартман почти радовался этому. В последний раз, когда Кайл говорил с ним, мега-воин сообщил ему мало приятных новостей.

Они на почтительном расстоянии обогнули колодец и приблизились к выходу — мощной двери, которая, вероятно, весила тонны. Гартман движением головы указал на какой-то горбатый механизм, который находился здесь же, и Нэт его поняла. Они осторожно опустили Кайла под защиту этой машины, и Гартман хотел разогнуться, чтобы подойти к двери.

Но Нэт опередила его. Прежде чем он вообще понял, что она собиралась сделать, Нэт прошмыгнула вперед, согнувшись, с оружием наготове приблизилась к двери и дотронулась до одного места рядом на стене. Она, вероятно, очень хорошо наблюдала за действиями муравьев, потому что дверь поднялась и Нэт исчезла за ней в темноте.

Гартман смотрел ей вслед со смешанным чувством гнева и страха. Какой-то момент он собирался бежать за ней и вернуть ее назад, но потом понял, как это было бы бессмысленно. Когда он опустил взгляд, то увидел, что Кайл открыл глаза и смотрит на него.

— Она ушла?

— Нэт?

— Она может слышать нас? — спросил Кайл.

— Едва ли, — Гартман присел рядом с ним на корточки и посмотрел на него долгим, испытующим взглядом. — Как вы себя чувствуете?

— Я ждал возможности поговорить с вами наедине, — сказал Кайл.

Гартман был не очень удивлен.

— Да? Зачем?

— Потому что мне хотелось бы, чтобы вы кое-что пообещали, — сказал Кайл.

«Ему все еще трудно говорить», — испуганно подумал Гартман. Состояние мега-воина ни в коем случае не улучшалось — оно ухудшалось на глазах.

— А что именно?

Кайл собрал свои последние силы, чтобы ответить.

— Если мне не удастся его уничтожить, то вы должны меня убить, Гартман, — сказал он.

Гартман даже не испугался. Казалось, будто бы он почти ждал эти слова.

— Я думаю, потом он это сделает сам.

— Вы не понимаете, — Кайл с трудом покачал головой. — Вы должны меня убить. Мне… ни в коем случае нельзя попасть живым под его власть. Это важно, вы понимаете? Не для меня. Для вас. Для ваших друзей. Для всей вашей планеты, Гартман. Если Шайт приобретет власть надо мной, то все будет еще в сто раз хуже, чем было.

— Вы думаете, он станет… таким, как вы, — предположил Гартман.

— Не он. Его воины, — Кайл перевел дыхание и попытался выпрямиться, но у него не хватило сил, и он с беззвучным вздохом тяжело опустился назад. — Я вам этого до сих пор не говорил. Но есть причина тому, что джереды на Земле безнадежно превосходят моронов.

— Эта причина — вы?

Кайл казался по-настоящему удивленным:

— Откуда вы это знаете?

— У меня же есть глаза, — ответил Гартман. — Я видел, как ваши люди обращались с муравьями. И я в состоянии к двум прибавить два. — Он печально засмеялся. — Вы, вероятно, забыли, что я десять лет воевал с джередами, Кайл. И все это время колония джередов в Кельне была для Морона не больше, чем небольшое недоразумение. Не правда ли? И вот появились вы, и вдруг они прогоняют властителей этой планеты практически за одну ночь.

Он сделал небольшую, точно отмеренную паузу, прежде чем задал вопрос, которого больше всего боялся:

— Они все такие, как вы? Целая армия из мега-воинов?

— Не совсем, — чуть слышно ответил Кайл. — Царица ассимилировала часть моих качеств и передает их своим подданным. Ее подданные в десять раз сильнее моронов и несравненно более выносливы и умны.

Гартман печально покачал головой.

— Если бы это не было так жестоко, то я бы над этим посмеялся, — сказал он. — Они сами себе вырыли могилу, когда позвали вас, чтобы уничтожить Черити и ее друзей. — Покачивая головой, он снова вернулся к их первоначальной теме: — И теперь вы опасаетесь, что Шайт сделает то же самое, когда получит власть над вами, — Гартман смотрел мимо Кайла, в пустоту. — Мог бы он сделать это?

— Я не знаю, — признался Кайл. — Я рассказал вам все, что знаю о Шайте. Это немного. Но уже одна лишь возможность… Вы понимаете, Гартман? Никогда до сих пор в истории Морона царица джередов не подвергалась симбиозу с мега-воином. Они до сих пор даже и не знали, что возможно что-либо подобное. Если об этом узнают Шайты, то против Галактики будет предпринят такой штурм, по сравнению с которым все прежние походы Морона покажутся мирной прогулкой.

Мега-воин говорил очень тихо, и Гартман снова почувствовал ледяной озноб. Отвечая, он все еще не смотрел на Кайла.

— Вы, собственно говоря, отдаете себе отчет в том, что здесь только сейчас мне сказали, Кайл?

Кайл тяжело перевел дух.

— Да. Если мои опасения сбудутся, тогда вы должны убить меня на месте. Я это пойму — и приму.

Гартман долго молчал. Затем он, решительно качая головой и натянуто улыбаясь, снова обратился к мега-воину.

— Дело выглядит таким образом, что я даже не уверен в том, удастся ли нам вытащить вас отсюда живым, Кайл.

Кайл остался серьезным.

— Вы должны мне это обещать, Гартман.

Гартман кивнул.

— Я обещаю.

— И… — мгновение Кайл колебался, — было бы также лучше, если бы вы убили Нэт и самого себя, если уж это случится. Поверьте мне — лучше смерть, чем то, что вас ожидает, если вы живыми попадете в его власть.

После всего того, что Кайл накануне рассказал ему о Шайтах, Гартман поверил ему на слово. И, несмотря на это, он вдруг сделал гневный жест.

— Вы немного чрезмерно говорите о смерти для человека, которого, по всей вероятности, невозможно убить. Что с вами случилось? Трансмиттер отнял у вас также и ваше мужество?

— Я не знаю, — ответил Кайл. — Чего-то… не хватает. Я не знаю, чего.

— Не хватает? Что это значит?

Лицо Кайла вздрагивало, то ли в ответ на его вопрос, то ли от боли, этого Гартман сказать не мог.

— Я чувствую себя так… будто бы от меня отделена какая-то часть, — сказал он. — Чего-то не хватает. Я не могу сказать, чего именно, но… чего-то нет.

Дверь поднялась, и появилась Нэт. Гартман встретил вестландку не слишком дружелюбно.

— Что, черт побери, означают эти фокусы? — набросился он на нее. — Ты с ума сошла?

Нэт заморгала в замешательстве.

— Со мной ничего не случилось. Но приятно сознавать, что есть кто-то, кто о тебе беспокоится.

— Так я и делал, — прошипел Гартман. Он сам понимал, что тон его был совершенно неуместен. Но то, что выплеснулось на Нэт, было, скорее всего, страхом, которым наполнили его слова Кайла.

К его удивлению, она не реагировала на его слова с раздражением, а была лишь только в еще большем замешательстве.

— Там, снаружи, ничего нет, — сказала она. — Только небольшой проход и что-то вроде колодца. Никаких муравьев нет.

Она пожала плечами.

— Я, конечно же, могу ошибиться, но я почти уверена в том, что во всем этом сооружении нет ни души, — Нэт снова опустила взгляд на Кайла. — Как он?

Кайл снова закрыл глаза и притворился, что он без сознания. А может быть, он действительно потерял сознание. Разговор очень утомил его.

— Без изменений, — сказал Гартман. — Ты уверена, что поблизости нет никого из моронов?

— Нет, не уверена, — ответила Нэт. — Но посмотри вокруг! И если это сооружение не отключено, тогда я вообще не понимаю, что под этим можно понимать.

Гартман ничего не сказал, но про себя он согласился с ней. В этом сооружении находилось бесчисленное количество странных по своей конфигурации машин, но, насколько он мог это понять, ни одна из них не работала. Единственным источником освещения был кроваво-красный мерцающий свет, пробивавшийся вверх из колодца. И они не слышали ни единого звука. До сих пор они исходили из того, что все эти приборы каким-то образом пострадали из-за катастрофы на Северном полюсе, но это должно было быть совсем не так. Они не были уверены в том, что вообще по-прежнему находятся вблизи Северного полюса — в сущности, они даже не знали, находятся ли они вообще на Земле.

Воображению Гартмана представилась страшная картина: он увидел заброшенную космическую станцию на каком-то пустынном метеорите, служившую только для того, чтобы посадить Шайта на борт ожидаемого космического корабля, а потом навсегда покинутую, чтобы теперь уже вечно блуждать в космосе.

— Хорошо, — сказал он, — пошли!

Они подняли Кайла и понесли его. Мега-воин все еще не приходил в себя. Нэт открыла дверь. За ней находился небольшой, обшитый металлом проход, едва ли в десять метров длиной, выходившей в круговой колодец диаметром, возможно, в пять метров. Все в точности совпадало с описанием Нэт. Вероятно, это был подъемный колодец.

Гартман нагнулся вперед и с содроганием заглянул в черную глубину, зиявшую под ним. Оттуда едва доходил бледный, красноватый свет. Он осторожно положил Кайла на пол, поискал возле себя, на покрытой металлом стене, точку опоры и наклонился, насколько мог, чтобы посмотреть вверх.

В середине колодца висел тонкий, серебристый трос, исчезавший в красноватом тумане неизвестно на какой высоте. При нормальных обстоятельствах Гартману даже не пришла бы в голову мысль о возможности подняться по нему: ведь он не имел никакого представления о том, какой длины этот трос. Но сейчас обстоятельства были далеко не нормальными. Они достаточно хорошо обследовали зал, чтобы понять, что никакого другого выхода здесь не было.

— Ну ладно, — пробормотал он, сильным рывком подаваясь назад в проход, — попробуем.

Нэт вытаращила глаза.

— Что попробуем?

Гартман движением головы указал сначала на Кайла, потом — на трос.

— Ведь ты же хорошо умеешь карабкаться, не так ли?

Глаза Нэт еще больше расширились.

— Ты с ума сошел? Ты просто шутишь!

— Нисколько, — ответил Гартман, — или, может быть, у тебя есть другие предложения?