— Ты был прав, — сказала Анна, когда они оторвались друг от друга. — Ты был невероятно прав, Майк. Я попала в другой часовой пояс.

— Не возражаешь, если я включу свет?

— Нет, дорогой.

Шейн включил ночник и нашел сигареты, выпавшие из кармана брюк на пол.

— И все-таки мы немного торопились, правда? В следующий раз будет гораздо лучше. Тебе удалось как следует меня расшевелить, — Анна улыбнулась и дотронулась до него.

Они закурили.

— А теперь о Геллере, — Шейн выпустил струйку дыма. — Когда ты с ним встретилась, как ты узнала об этом деле?

— Мне не хочется говорить ни о ком, кроме нас с тобой, но все же я не до такой степени витаю в небесах. Ты слышал телефонный звонок в своей машине несколько минут назад, или мне послышалось?

— Если перезвонят, я успею подойти.

— Теперь о Сэме. Он один из тех, кто в прежние времена помогал вооружить израильскую армию. Я была его секретаршей до тех пор, пока мы не уехали оттуда. Конечно, ты понимаешь, что я выполняла приказ. Я лейтенант израильской армии — говорю сразу, чтобы не возникало недоразумений. Я составляла рапорты по различным контрактам, в которых участвовал Сэм. У него были две дюжины оперативных агентов — некоторые работают на него, некоторые сами за себя. Кто-то из его людей узнал, что происходит с Квентином. Даймонда и Дессау не раз видели вместе, а мы знаем, что Даймонд работает на арабов. Когда мы расстались, наш человек сопровождал Дессау в Кемберуэлл, где выяснилось, что он завязал знакомство с видным английским физиком.

— На каком уровне работает Дессау?

— Мелкая пташка. Если раньше он и занимался похожими вещами, то платили ему немного. Мы решили — я не должна говорить «мы», так как в то время я ничего не знала — наши люди решили, что его интересовала информация об английских, а затем об американских ядерных силах. Квентин, без сомнения, имел доступ во все американские лаборатории, даже в самые секретные. Затем мы узнали, что Даймонд отплывает в Америку на том же теплоходе, что и Литтл. В тот момент у нас не было других сведений. Сэм был во Франции, для меня никакой срочной работы не имелось, поэтому послали меня. Я получила указание завязать знакомство с Квентином и попытаться понять, что происходит.

— Сопровождающие?

— Я была одна. Поэтому я так нуждалась в твоей помощи. Когда Квентин…

— У меня нет никаких причин верить Даймонду, — прервал ее Шейн. — Но, по его словам, их так расстроила твоя близость с Квентином, что они решили избавиться от тебя. Обычное рутинное убийство в духе плаща и кинжала.

Анна неожиданно покраснела. Краска залила все ее тело до талии, прикрытой простыней. Она натянула простыню до подбородка.

— Боже, как это было ужасно, — тихо сказала она. — Мне никогда не приходилось заниматься такими вещами, но в живых должен был остаться кто-то один, и, как видишь, это оказалась я. Майк, — она с жаром повернулась к нему. — Ты ведь знаешь: идет война. Этот человек был таким же вражеским солдатом, как если бы он был одет в египетскую форму. Мне пришлось это сделать. У меня не оставалось времени на размышления. Но все равно, это было ужасно, — она закусила губу. — Я теперь буду всю жизнь вспоминать об этом. Он был тяжелый, как свинец.

— Никто не помогал?

— А кто мог помочь? Квентин? Он был пьян. Я думала о тебе… но нет, это было невозможно. Мне пришлось тащить его самой. Небритый, грязный детина.

— Теперь тебе дадут медаль, — сухо сказал Шейн.

— Они ничего не узнают! Я не собираюсь им рассказывать, иначе они снова заставят меня заниматься такими вещами.

— Тебе не приходило в голову, что Литтл лжет — частично или полностью?

— Майк, я не верила ему до тех пор, пока тот тип не попытался убить меня. Я позвонила Сэму с Бермуд: естественно, он очень заинтересовался. Для человека с его возможностями заполучить такую бомбу — потрясающая удача. Упоминалась сумма в десять миллионов долларов. Я не могла привлекать к делу свою организацию: в случае неудачи разразился бы международный скандал. Сэм прилетел сам и нанял нужных людей. Перестрелка на улицах Майами нам вовсе ни к чему, но если нас вынудят пойти на такой шаг… И тут, дорогой, на сцене появился ты, неприступный и угрюмый, — она поцеловала его в плечо. — Меня очень тревожит одна вещь. Куда отправился Квентин после таможенного досмотра?

— Дессау убедил его, что машину намеренно не стали обыскивать, чтобы установить сообщников Литтла в Америке и взять всех разом. О Литтле больше не стоит говорить. Он мертв.

Анна глубоко вздохнула и закрыла глаза.

— Проклятый идиот. Я так и знала, что он не отказался от мысли о самоубийстве. Как это случилось?

— Он не убивал себя. Его нашли с ножом в животе, в заброшенном доме.

— Ясно, — Анна немного отодвинулась. — Я понимаю. Ты думаешь, что его убили мы.

— Я знаю одно: Даймонд его не убивал. Вам с Геллером совершенно не нужны опасные свидетели. Квентин Литтл, будучи жив, был бы очень опасным свидетелем. Наивно было бы думать, что он как ни в чем не бывало приступит к работе и обо всем забудет. Рано или поздно в Англии обнаружили бы пропажу плутония. Среди других было бы упомянуто и твое имя. Не гляди на меня так, я всего лишь пытаюсь представить возможный вариант событий. Ты только что рассказала мне об убийстве, которое очень напоминает…

— Но у меня не было выбора! — Анна недружелюбно взглянула на него. — Кажется, начиню понимать. Сначала секс, потом дружеская беседа. Я сознаюсь во всех грехах, после чего мне остается лишь следовать твоим указаниям.

— Ты же профессионал, лейтенант, — мягко сказал Шейн — Я тоже профессионал, и оба мы делаем свою работу. Ты рассказала, как убила того парня на теплоходе — значит ты мне до какой-то степени доверяешь. Литтл умер, но он все еще остается моим клиентом, и я хочу знать, кто его убил. Даймонд думает, что убил я, и я извлек из этого определенную выгоду. Он уверен, что если я найду бензобак, то мне придется иметь дело только с ним. Ты знаешь, что это не так.

— А как?

— Анна, как ты думаешь, что сделает любой честный американец, если вдруг найдет на улице ядерную бомбу? Разумеется, я верну бомбу по назначению и полюбуюсь на свое фото на первой полосе газет.

— Я думала, ты хочешь продать ее нам.

— Если бы я хотел продать бомбу, я бы продал ее тому, кто даст больше. Даймонд, не моргнув, выложил восемнадцать тысяч.

— Майк, ты хочешь сказать, что не знаешь, где она? — Телефон издал два коротких звонка и замолчал. Шейн быстро снял трубку и прикрыл ладонью микрофон.

В трубке раздался голос Сесиль Литтл.

— Милый, это просто потрясающе! Деньги, деньги, деньги. Я все-таки дозвонилась до него: он буквально источал мед. У тебя все в порядке?

Мужской голос что-то согласно пробормотал.

— Сколько мы с них возьмем, сто тысяч? — продолжала Сесиль. — Он может дать и больше, но стоит ли сидеть как на иголках, пока они будут собирать деньги? Берем и сматываемся — вот лучший метод. Стоит пожадничать, и тебя поймают. Ладно, двадцать минут, максимум — полчаса. Будь готов. Пока.

В трубке раздались гудки. Шейн отодвинул телефон и взглянул на Анну.

— Одевайся, — резко сказал он. Она потянулась к одежде.

— Я ничего не разобрала. Кто это был?

— Дочь Литтла, — Шейн допил остатки коньяка. — Он не рассказывал тебе о ней?

— Господи, да он только о ней и говорил. Сесиль?

— Да. Ты знаешь, что они собирались встретиться в порту?

Анна продолжала застегивать блузку.

— Ты застал его в один из тех редких моментов, когда он мог говорить связно. Большую часть времени он невнятно бормотал. Беспокоился, например, о досмотре автомобиля: будут ли проверять на теплоходе или снаружи, где вокруг много людей. Однажды он сказал: «Я не хочу, чтобы Сесиль…», — Анна сунула ноги в туфли. — Вообще-то он вспоминал о ней гораздо чаще, чем о сыне и тем более о жене. Как она рассудительна, как отнесется к его смерти и получению страховки, как восхищается его новой работой…

— Значит, он не говорил прямо, что она собирается встречать его в порту?

— Если и говорил, то я не заметила. Его речь напоминала сплошную цитату из «Поминок по Финнегану».

Шейн уже оделся и стоял, ожидая Анну. Она нервно скомкала свои чулки и засунула их в сумочку.

— Майк, мы с тобой так и не пришли к соглашению.

— Поговорим об этом в автомобиле. Успокойся.

Шейн открыл дверь лишь после того, как она улыбнулась.

— Ладно, я успокоилась. Но по-прежнему жду объяснений.

Оставив ключ в двери, Шейн вышел на улицу, подождал Анну и неторопливо поехал в направлении Бискейнского бульвара. На углу он остановился возле автозаправочной станции и погасил фары.

Анна вопросительно взглянула на него. Шейн раскрыл сумочку, лежавшую у нее на коленях, вынул пистолет и рассмотрел его. Это был заряженный «Смит и Вессон» 38-го калибра, с коротким стволом. Не сказав ни слова, Шейн вернул пистолет на место.

— Ну, каковы твои условия? — спросила Анна.

— Условий не будет. Я прекрасно понимаю, что ты без колебаний убьешь меня, если это окажется единственным способом вернуть бензобак. Но ты пока нуждаешься во мне. Тебе нужно во что бы то ни стало выполнить приказ. Если это окажется невозможным, ты приложишь все усилия к тому, чтобы бомбой не завладел Даймонд. Таким образом, у нас с тобой есть пространство для совместного маневра — не слишком большое, на все-таки есть. К делу подключились люди из ФБР, а это всегда создает дополнительные сложности. Я не прочь все объяснить им попозже, но никак не сейчас. Да, как быть с Сэмом Геллером? На него уже можно не рассчитывать?

— Сейчас — да, — тихо ответила Анна. — Они с Даймондом по-настоящему ненавидят друг друга.

— Сколько людей ты можешь собрать?

— Всего лишь троих. Не понимаю, почему ты оставил мне пистолет. Ведь ты мне не доверяешь.

— Объясню как-нибудь в другой раз.

— Похоже, ты хочешь, чтобы мы перегрызли друг другу глотки, чтобы тебе потом было легче справиться с нами. Поэтому ты и выбросил Сэма из машины.

— Его выбросила ты. Я лишь открыл дверцу.

— Майк! — взорвалась она. — Я не знаю, чем тебе это представляется: игрой, способом заработать или чем-то еще? Не делай из нас идиотов. Для меня это вовсе не игра, Майк. Если бомба попадет в руки врага, то нам конец. Израиль — это такая крошечная точка на карте! Шестнадцать миль от границы до границы в самой узкой части. А если бомба попадет к нам и они об этом узнают, то, может быть, они оставят свои безумные попытки стереть нас с лица земли и сядут за стол переговоров.

Шейн оглянулся. К «Фламинго Спрингс» подъехал черный «форд», водитель дал два коротких гудка.

— Это, вероятно, Пьер Дессау, — сказал Шейн. — Час назад он пошел за сигаретами и не вернулся.

— Значит, девчонка говорила с ним?

— Нет, нет. Дессау — покупатель. Сесиль Литтл умна и наблюдательна. Она следила за своим отцом в Англии и, думаю, ей удалось проникнуть в его планы. Если машина развернется и поедет к бульвару, быстро пригнись.

Из мотеля вышла девушка и быстрым шагом направилась к «форду». Как только она захлопнула дверцу, мотор взревел и машина развернулась.

— Пригнись, — скомандовал Шейн.

Анна наклонила голову к коленям, Шейн последовал ее примеру. «Форд» промчался мимо. Верзила, сидевший за рулем, несомненно, был Пьером Дессау.

Шейн быстро выехал следом на Бискейнский бульвар. Дессау, державшийся в полусотне ярдов впереди, вел машину осторожно и неторопливо.

— Тебе пора вызывать своих людей, — сказал Шейн. — Можешь позвонить прямо отсюда.

— Если не возражаешь, я все-таки воспользуюсь телефонной будкой. Ты и так уже слишком много знаешь о нас.

От «форда» Шейна отделяли лишь две машины. Пока колонна транспорта стояла перед светофором, он вытащил из-под сиденья бейсбольную кепку с большим козырьком и нахлобучил ее на голову. Проехав перекресток, он обогнал обе спереди идущие машины и пристроился за «фордом»

— У меня была мысль, что они поедут туда, — заметил он. — Добрая, старая «Куин Элизабет».

— Майк, объясни, что происходит! Она хочет продать бомбу Дессау? Как она смогла вынуть ее из «олдсмобиля»?

— У нее был дружок на теплоходе. Надеюсь, через минуту мы его увидим.

«Форд» остановился. Шейн затормозил ярдах в тридцати от него и быстро вынул маленькую фотокамеру с мощным объективом и высокочувствительной пленкой.

— На другой стороне улицы есть телефон-автомат, — сказал он. — Здесь не переходи, отойди немного назад. Их цена — сто тысяч, скорее всего, в долларах, а не в фунтах. Если сможешь удвоить эту сумму, то проблем у вас не будет.

— Я не могу набрать столько денег без помощи Сэма, — резко сказала Анна. — Бомбу нужно отнять силой.

— Тогда поторапливайся. Я тебя дождусь.

— Хотела бы надеяться. Точнее, я хочу быть уверена. — Она вынула ключ из замка зажигания и быстро вышла из машины. Какой-то юнец, державший руки в карманах, наклонился к окошку «форда» и беседовал с Дессау. Когда он выпрямился, на его лицо упал свет от фонаря, и Шейн сделал снимок.

Сняв трубку телефона, он связался с диспетчером и спросил, не поступало ли звонков в его адрес.

— Да, из Опалокского аэропорта. Мистер Бэйси Йебл. Хотите с ним поговорить?

— Соедините меня с ним.

Дессау вышел из машины и присоединился к молодому человеку. Шейн еще раз щелкнул затвором фотокамеры.

— Майк, кажется, я нашел твой самолет, — послышался в трубке голос Бэйси Йебла.

— Что это за самолет?

— «Джет-Стар», частный рейс. Они собирались в Боготу, но в последний момент отложили вылет. Самолет все еще стоит в летном плане на ближайший час.

— Да, это то, что я искал. Сколько человек на борту?

— Двое: пилот и штурман. Полет заказан женщиной, если это тебя интересует. Я могу узнать ее имя, но при этом привлеку к себе внимание.

— Не нужно, я уже знаю ее имя. Где стоит самолет?

— Во втором ангаре, северная часть летного поля. Если ехать по служебной дороге — той, что идет параллельно шоссе, — то это будет второе задние по правую руку.

— Отлично, Бэйси. Ты можешь побыть возле телефона? Я скоро перезвоню.

— Не возражаю. Вечер у нас выдался скучноватый.

— Но не у меня, — Шейн повесил трубку. Анна вернулась и уселась рядом с ним.

— «Форд» все еще стоит на месте, — озабоченно сказала она. — Что-нибудь случилось?

— Дессау и парень пошли к причалу. Сесиль ждет в машине.

Анна взглянула на часы.

— Этот бензобак очень тяжелый, верно? — спросила она. — Один человек его не поднимет?

— От трехсот до четырехсот футов. Мне пришлось попотеть.

Анна возбужденно подалась вперед. С борта «Куин Элизабет» медленно опускался большой контейнер для мусора. Когда контейнер встал в кузов пятитонного грузовика, Шейн начал наблюдать за происходящим в телеобъектив.

Через несколько секунд появился Дессау с молодым человеком. Парень забрался в кабину грузовика и сел рядом с водителем, Дессау пошел к «форду».

Анна нервно вертела головой.

— Мои люди вряд ли успеют. Майк, ты должен помочь мне.

— На меня не рассчитывай, — сказал Шейн. — Я буду арбитром, — он протянул руку. — Ключ, лейтенант.

— О Боже…

Анна вынула ключ из сумочки и протянула ему.