Телефон зазвонил, когда Шейн уже собрался сам набрать номер.

— Я звонила час назад, вас еще не было, — сказала Анна. — Я уже начала беспокоиться.

— Как Литтл?

— Спит, хотя сон вряд ли пойдет ему на пользу, — она понизила голос. — Я нашла в его чемоданчике какие-то ампулы. Не могу понять, что на них написано.

— Избавьтесь от них.

— Нам нужно поговорить. Можно мне прийти к вам в каюту?

— Нет, оставайтесь с ним. Нам нужно быть предельно осторожными. Я наткнулся на кого-то в трюме, и, похоже, этот человек тоже верит рассказу Литтла. Он дважды стрелял в меня, а я не мог ответить. Незадолго до этого кто-то проник ко мне в каюту и вынул пули из моего револьвера. Вот такие новости. Оставайтесь в каюте и никому не открывайте.

— Если вы хотите напугать меня, Майк, то вы преуспели, — дрожащим голосом сказала Анна.

— Вот и отлично. Я проделал кое-какую работу в трюме, возможно, она окажется полезной. Литтлу сейчас как никогда нужна удача, правда, он и сам знает об этом.

— Вы не можете рассказать поподробнее? По крайней мере, я бы немного успокоила его.

— В дело вовлечено уже слишком много народу. Как только Литтл сойдет на берег, то сразу же попадет под наблюдение. Я не хочу, чтобы меня видели рядом с ним, и чем меньше он будет знать, тем лучше для него. Мне нужно, чтобы он нервничал, когда дело дойдет до таможенной инспекции.

— Это я вам гарантирую! Майк, я еще хотела сказать вам… ведь я тоже не смогу быть рядом с ним. Черт возьми, оказывается, в Майами меня будут встречать мой брат с женой. Он слышал о моих романтических злоключениях в Лондоне — Боже, как давно это было! — и взял недельный отпуск, чтобы поддержать меня в трудную минуту. Мне придется приложить все усилия, чтобы Джордж Бладен случайно не оказался рядом с Литтлом.

— Почему?

— Джордж работает в вашингтонской газете, которая считается крайне левой. Выводы можете сделать сами. Я все рассказала Квентину, и он понял. Послушайте, Майк, вы хотите сказать, что мы с вами так и не сможем поговорить наедине?

— Меня тревожит даже то, что мы с вами говорим по телефону. Как вы считаете, если я пришлю к вам в каюту бутылку водки, будет ли ее достаточно, чтобы продержать Литтла на ногах в течение дня?

— Деликатный вопрос. Ему потребуется выпивка, но сможет ли он потом самостоятельно выйти из каюты? Ладно, это не самое главное. Буду судить по собственному усмотрению. Майк, я не знаю, где мы остановимся, когда я встречусь с братом. Как мне с вами связаться?

Шейн продиктовал номер диспетчера на телефонной станции.

— Он знает, где меня найти. Если что-то пойдет не так, вы увидите все по телевизору.

— Боже! Я-то хотела успокоить его. До свиданья, Майк! Он просыпается.

После обильного завтрака Шейн направился в радиотелефонную комнату и вошел в кабину. Он собирался позвонить своему другу Тимоти Рурку, репортеру из «Майами Ньюс». Оператор на берегу нашел Рурка в редакции газеты, где тот трудился над статьей о трагическом происшествии на Бермудских островах.

— Я как раз думал о тебе, парень, — сказал Рурк. — Славную пресс-конференцию устроили в порту мои братья по перу. «Копы просрали дело», так? Думаю, ты сам уже догадался, что мы пустили это в качестве шапки для статьи. Ты не хочешь ничего добавить к своему высказыванию?

— Ты живешь вчерашним днем, Тим. Сегодня я работаю над другим делом.

— Я внимательно слушаю.

— Возможно, Тим, нас с тобой сейчас внимательно слушает кое-кто еще. Мне понадобится моя машина. Я оставил ее на стоянке в аэропорту, ключ зажигания под ковриком. Будь добр, перегони ее сам или пошли кого-нибудь. Затем, я прошу тебя сделать звонок в Вашингтон, в Бюро по законодательству — названия я не помню, посмотри в телефонной книге. Мне нужен федеральный закон за № 1063, принятый в мае 1949 года. Спроси еще два-три закона наугад, чтобы не вызвать подозрений. В детали можешь не вдаваться, мне нужно лишь название закона. Оставь записку в «бардачке» моего автомобиля.

— Понял, № 1063, май 1949 года. Ты не хочешь хотя бы намекнуть, что у тебя там случилось?

— Не сейчас. Если можешь, измени свое расписание и приезжай в порт к прибытию судна. Да, Тим, еще одна просьба. Залей полный бак бензина.

— Узнаю прежнего Майкла Шейна. В сжатой форме, загадочно, но вместе с тем исчерпывающе. Ладно, отдыхай. Хотел бы я сейчас поплавать по морю вместо того, чтобы сидеть за этой проклятой пишущей машинкой. Что-то у меня сегодня работа не клеится.

Заплатив за звонок, Шейн поднялся на мостик, где его приветствовал капитан Стэкпул, ни словом не упомянувший о ночном разговоре. Шейн осведомился о процедуре выгрузки автомобилей на берег. Оказалось, это был довольно длительный процесс, и пассажирам, взявшим на борт свои машины, придется подождать около двух часов.

У Шейна оставалось еще одно срочное дело. Просмотрев список пассажиров, он нашел нужное имя, спустился вниз и постучал в дверь каюты Джерри Даймонда.

Никто не ответил. Шейн без труда открыл несложный замок и вошел внутрь.

Даймонд уже начал упаковывать веши. Как опытный путешественник, он взял с собой лишь дорожный чемодан. По всей видимости, он покидал Англию в большой спешке: Шейну не удалось найти даже запасной пары нижнего белья. В ванной обнаружились одинокие капли крови, несколько запачканных кровью салфеток лежало и в мусорной корзине.

Шейн сел на стул и стал ждать. Когда вошел Даймонд, он докуривал вторую сигарету.

Даймонд выглядел утомленным. Увидев Шейна, он остановился, широко раскрыв глаза, а затем расплылся в любезной улыбке.

— Ого, Майк? Привет! Я что, оставил дверь открытой? Ну и ночка же была! Должен признаться выпил я многовато.

Даймонд был одет в джинсы и голубую рубашку с застегнутыми манжетами. Из-под края левой манжеты виднелся кусочек марлевой повязки.

— Что случилось с вашей рукой? — спросил Шейн. — Порезались?

— Ага, — сказал Даймонд. — Я был здорово навеселе. Решил вымыться в душе и принять стаканчик на сон грядущий, но зачем-то сделал это одновременно. Оступился и разбил бокал. Ничего страшного, просто царапина.

— Разрешите взглянуть на ваш паспорт, Джерри. — Даймонд нахмурился.

— Что за детективные фокусы, Шейн? — спросил он неожиданно резким голосом.

— Я хочу посмотреть, какие страны вы посещали в последнее время. Только даты, больше ничего.

— Знаешь что, ищейка? Можешь зарабатывать на кусок мяса в другом месте.

Шейн быстро поднялся и подошел к Даймонду. Тот инстинктивно отступил назад, и, после секундного промедления, вынул паспорт и протянул его детективу. Шейн просмотрел визы. Перед тем, как приехать в Англию, Даймонд побывал в Египте и в Сирии.

Положив паспорт на туалетный столик, Шейн сгреб Даймонда за воротник рубашки и с силой прижал его к стене. Дыхание со свистом вылетело из груди коммивояжера. Шейн быстро обыскал его и вытащил бумажник. В бумажнике Даймонда не оказалось ничего, кроме трех тысячедолларовых банкнот и кредитной карточки на другое имя.

— Этой ночью кто-то пытался прикончить меня, — объяснил Шейн. — Причины мне неизвестны: может быть, просто ошиблись адресом. Но мне от этого не легче.

Он вынул нож и выпустил лезвие. Даймонд дернулся, умоляюще заслонившись рукой.

— Ради всего святого, Шейн, вы хоть понимаете, что творите?

Шейн взял со столика паспорт Даймонда и принялся вырезать фотографию.

— Этой ночью то же самое случилось с моим паспортом, — сказал он. — Идея мне понравилась. Если у вас нет запасного паспорта, то вам предстоят неприятности с таможенной службой. Фотографию я отошлю в Вашингтон, чтобы проверить, не находитесь ли вы в розыске. Если ответ будет положительным, советую вам поторопиться и не попадаться никому на глаза.

— Вам-то я не попадусь на глаза, — злобно прошипел Даймонд. — Ненавижу психопатов. Поверьте, Шейн, вы делаете крупную ошибку. Я в жизни никого не бил, разве я похож на бандита?

— В таком случае, я не прав, — сказал Шейн. — Но с извинениями придется подождать.

«Куин Элизабет» с царственной неторопливостью входила в порт Майами, залитый лучами заходящего солнца. К северу от Майами-Бич уже включились ночные фонари, кое-где в окнах домов горел свет. Буксиры заботливо суетились вокруг огромного лайнера, со всеми предосторожностями подводя его к причалу. На пристани собралась большая толпа.

Капитан Стэкпул прикомандировал к Шейну одного из своих помощников, и, несмотря на поврежденный паспорт, детектив покинул судно одним из первых. Шейн надел новый костюм и сложил все свои вещи в сумку, купленную в судовом магазине.

Оказавшись на берегу, он немедленно попал в плотное кольцо репортеров и телеоператоров. За их спинами он разглядел тощую, небрежно одетую фигуру Тима Рурка с неизменной сигарой в уголке рта. Несмотря на свой потрепанный вид, Рурк считался одним из лучших криминальных репортеров в городе, где велась жесткая конкурентная борьба за информацию. Он не подходил к Шейну и никак не показывал своего знакомства с детективом. Шейн ослабил узел галстука и расстегнул верхнюю пуговицу рубашки, условным знаком показывая Рурку, что находится под наблюдением.

Толпа репортеров увязалась за Шейном к Бискейнскому бульвару, требуя от него новых подробностей по бермудскому делу. Рурк оставил «бьюик» Шейна на служебной стоянке, укрепив под «дворником» полицейскую карточку. Шейн вынул карточку, сел в машину, включил зажигание и рванул с места, едва не сбив с ног вездесущего телерепортера.

Сделав разворот на 13-й улице, он влился в поток движения, идущий на юг, выехал на 11-ю улицу и припарковался рядом с черным «фордом», откуда можно было наблюдать за выгрузкой пассажиров. Затем он быстро вышел из машины, открыл отмычкой дверцу «форда», поднял капот и соединил накоротко провода зажигания. Перегнав «форд», он оставил его за углом в запрещенном для стоянки месте, вернулся к своему «бьюику» и поставил свою машину на место «форда».

Шейн нашел в «бардачке» записку Рурка, развернул ее и прочел: «Федеральный закон № 1063. Об установлении премии за информацию о лицах, нелегально ввозящих в США ядерные материалы. За каким чертом тебе это понадобилось?»

Пошарив под сиденьем, Шейн вытащил полевой бинокль и поднес его к глазам. Ярко освещенный причал прекрасно просматривался.

Телефон в машине Шейна зазвонил. Детектив поднят трубку. Это был Рурк: он говорил из своего автомобиля, проезжавшего по 11-й улице, в двух кварталах от Шейна.

— Ради Христа, Майк, — возбужденно сказал Рурк, — Кто-то пытается провезти контрабандой атомную бомбу, и ты хочешь справиться с ним в одиночку?

— Повесь трубку. Я перезвоню тебе через минуту. Шейн передвинул бинокль и поймал в фокус Анну Бладен, сходившую по трапу на берег. Квентин Литтл держался в нескольких шагах позади, вид у него был неважный. Его длинные волосы развевались по ветру, обгоревшее лицо было покрыто крупными каплями пота. Он выглядел уставшим и несчастным. Ступив на берег, он покачнулся и едва не упал.

Анна отвела его в сторону и что-то прошептала ему на ухо. Он кивнул, озираясь по сторонам. Она крепко поцеловала его и отошла прочь. Шейн следил, как она проталкивается через толпу.

Внезапно она пригнулась, и Шейн на мгновение потерял ее. Когда он увидел ее снова, она уже была в компании мужчины и женщины. Все трое смеялись и обнимали друг друга. Мужчина был высокий, загорелый, с вьющимися темными волосами. Женщина носила бейсбольную кепку с длинным козырьком, и Шейн плохо разглядел ее лицо, заметив лишь ровный загар и извиняющуюся улыбку. Он перевел взгляд на Анну. Девушка казалась довольной и успокоенной, как и полагается блудной овечке, вернувшейся в объятия родственников.

Отложив бинокль, Шейн поднял трубку телефона.

— О'кей, Тим. Заезжай за угол и паркуйся. Трубку не вешай.

Через несколько секунд у перекрестка показался старый «шевроле» Рурка. Зажегся зеленый свет, и машина свернула на бульвар, остановившись за углом.

— У меня дел по горло, — сказал Шейн. — Если ты выполнишь одну мою просьбу, то я вскорости отплачу тебе первоклассной историей. Через несколько минут мимо тебя проедет зеленый «олдсмобиль». Машина четырехдверная, новая, с флоридскими номерами. Она зарегистрирована на имя человека, живущего в Корал-Гэббз, и я должен быть уверен, что он отправится именно туда. Мы не можем потерять этот автомобиль. Держись у него на хвосте, а если он начнет выкидывать фокусы — врезайся в него. Я говорю всерьез, Тим.

— «Врезайся»! — передразнил Рурк. — Хорошенькое дело! Это не мой стиль, верно? Слушай, а почему бы тебе самому не врезаться в него? У тебя это хорошо получается.

— Мне нужно заняться другим автомобилем, который поедет в другую сторону.

— У меня есть предложение. Давай вызовем парочку патрульных машин.

— Нет времени, Тим. Не бойся, для тебя опасности нет. Если он не отправится сразу домой, то остановится пообедать в ресторане.

— Есть хоть какое-то объяснение тому, что происходит? — спросил Рурк. — Этот федеральный закон поверг меня в ужас. Нельзя шутить с динамитом, Майк, а ядерная бомба, как я слышал — штука посильнее динамита.

— Я поверю, что это ядерная бомба, когда увижу, как она взорвется. Пока что это смахивает на ловкое мошенничество, вроде цыганских фокусов с платком. Судя по всему, там не бомба, а наркотики.

— Зачем же ты просил меня узнать про федеральный закон?

— Это прикрытие, — нетерпеливо сказал Шейн — Физик-ядерщик из Англии думает, что везет с собой бомбу, но это еще ничего не значит. Размер премии по федеральному закону 1949 года составляет полмиллиона долларов. Но на партии героина в наши дни можно заработать два миллиона, не связываясь с подобным риском.

— Я могу представить себе, как английский физик-ядерщик крадет бомбу. Но откуда он возьмет героина на два миллиона долларов?

— Дело организовал не он. Судя по тому, что мне рассказали о его напарнике, это парень не промах. У него нет и одного шанса на тысячу получить премию, и он это отлично знает.

— Майк, ты чего-то не договариваешь. Ты не убедил меня.

— Все может выясниться в любую минуту. Самая крупная неприятность во всей этой истории — это то, что она выплыла наружу. Предполагалось, что в план посвящены лишь двое — ученый и мошенник. Теперь выходит, что к нему имеют отношение посторонние лица.

— Великолепно. Не знаю, Майк, говорил ли я тебе, но я вовсе не храбрец. Мне неохота подтверждать свое мужество, вступая в схватку с мафией. К тому же я верю в сказки о свирепых сицилийцах.

— Человека в «олдсмобиле» зовут Даниэль Слэттер, — мягко сказал Шейн. — Имя, как видишь, не итальянское. Как только я увижу, куда физик поведет свой «бентли», то сразу свяжусь с копами и подключу их к делу. Что бы ни было в этом ящике — в машине у Слэттера оно в безопасности. Ты напишешь отличную статью про борьбу с организованной преступностью.

— Значит ты думаешь, там наркотики, — упрямо продолжал Рурк. — А я думаю, наркотики там или нет, но мне лучше поехать домой, и пусть другие борются с организованной преступностью. Я по натуре философ.

— Вот он, Тим! Зеленый «олдсмобиль», едет к тебе. Держись за ним.

Шейн быстро надел темные очки. Он успел заметить за рулем «олдсмобиля» мужчину средних лет и молодую женщину на соседнем сиденье. Машина Рурка тронулась с места и устремилась следом.