Очутившись внутри, вся компания решила не задерживаться на третьем этаже и устремилась по лестнице вниз. Четверка отчаянных магов приготовилась встретить решительный отпор, поэтому им было странно слышать тишину. Их никто не встречал. Более того, в больнице было необычайно пусто – ни санитаров, ни врачей, ни больных… Даже пульт охраны грустно мигал зеленым огоньком в полном одиночестве.

– Я не чувствую здесь никакой магии, кроме той, что присуща этому месту, – тихо сказала Николь.

– Так было и тогда, когда мне почти удалось убежать, – в ответ прошептала Дженни. – Возможно, ритуал, который мы видели, не единственный, поэтому доктор Руфф и его приспешники сейчас собрались в другом месте…

– Хотелось бы верить в такую удачу, – вздохнул Антонио. Мужчина не выпускал из рук своего оружия, в любой момент готовый к нападению.

– Тогда, вероятно, у нас есть время, чтобы вывести их отсюда…

Никто не спросил, кого именно Дженнифер имеет в виду, – это было очевидно.

Напряженно вслушиваясь в тишину, четверка двинулась в сторону лестницы, когда раздался звук – резкий, хлесткий, словно бешеная плеть рассекла дрожащий воздух… И навалилась тьма. Густая, вязкая, она липла к телу и мешала дышать. Казалось, она заполнила собою все пространство; Дженнифер не успела даже вскрикнуть, как осталась в этой мгле одна.

Несколько шагов в полной темноте, потом еще несколько… Пошатываясь, словно в забытье, девушка брела куда-то, не отдавая себе отчета. Прошло десять минут, двадцать, час… Или два часа, а может быть, – год? Время, кажется, схватило себя за хвост, свернувшись черным клубком, и вместе с ним Дженнифер двигалась по кругу… Всегда только по кругу… В голове было пусто, лишь смутная, тянущая тревога на сердце не давала ей полностью раствориться в этой тьме, захлебнуться ею…

– Дженни! Дженнифер, это плохая игра! Хватит в нее играть! – крикнул кто-то сверху, и девушка в изумлении подняла глаза.

Ее звали? Звали по имени? Значит, у нее есть имя…

– Проснись! – велел чистый, звонкий голосок, и словно золотой клубочек качнулся вдруг над ее головой, разгоняя тьму. – Иди за мной!

Черный липкий дым, кажется, даже шипел, не смея прикоснуться к маленькому сверкающему солнышку.

– За мной!

Перебирая заплетающимися ногами, Дженни последовала за маленьким солнцем, скорее чувствуя, чем сознавая, что там – спасение, там – свобода…

Очнулась она уже на полу – на том же необитаемом третьем этаже больницы. Над ее головой кружился желтый шарик.

– Лучик! Это ты… Что со мной случилось?

– Плохой дядя заколдовал вас, – ответила Лучик. – Если бы не я, ты бы заблудилась и не нашла выход!

– Спасибо тебе, Лучик… А где остальные?

– Они еще там, их нужно спасти! Только я больше туда не хочу – там страшно, – тихо признался детский голосок.

– Ты и так уже сделала невероятно много! Ты очень храбрая малышка.

Лучик просияла и снова исчезла, как всегда – внезапно.

Дженнифер достала свой меч и, вздохнув, произнесла огненное заклятие. В ту же секунду она уже светилась не хуже Лучика.

– Николь! Антонио! Молли! Я здесь! Идите на свет!..

Однако прошло не менее десяти минут, прежде чем к замороченным, ослепшим магам вернулись память и зрение. Постепенно они приходили в себя…

– Николь, что это было? Ты знаешь? – спросила Дженни у своей наставницы.

– Да… Это страшное заклятие. «Забвение и тьма» – так оно называется, и горе тому, кто попадет в его сети. Тот забудет себя, забудет обо всем и станет вечно блуждать в темноте между мирами, оставаясь невидимкой для остальных… Это была ловушка Руффа – только у него хватило бы сил наложить подобное заклятие. И эта западня была уже приготовлена для нас… Но как тебе удалось освободиться от его чар? Это почти невозможно!

– Мне помогли, – улыбнулась Дженни, снова вспомнив светящуюся Лучик. – Я расскажу потом…

– Да, ты права, сейчас не время, – согласился с девушкой Антонио. – Вероятно, он не ждет, что мы выберемся из его сетей так быстро. Поэтому у нас есть шанс – хоть небольшой – застать эту шайку врасплох.

– Конечно, надо идти!

Оказавшись в коридоре стационарного отделения, они, как и ожидали, не встретили никого. Больные, должно быть, спали, но их покой никто не охранял.

– Иди к ним. Я останусь в коридоре, – кивнула Николь ученице, и девушка устремилась к дверям восемнадцатой палаты.

Антонио вместе с Молли в это время осматривали дальний конец коридора.

Справиться с замком оказалось не очень трудно – пускай познания Дженни в магии по-прежнему оставались скромными, но на такую штуку, как электронный замок, их вполне хватило.

Ее друзья были на месте. Кривая решетка на окне пропускала внутрь ночной холод. Четыре привязанных к кроватям тела держали не только ремни: над каждым колыхались гигантские щупальца, одним концом уходящие в стену. Выхватив свой меч, девушка ринулась рубить ужасные отростки. Извиваясь, с громким шипением, щупальца невидимого огромного чудовища рассыпались в пыль под ударами ее клинка.

– Дженни? Это ты?

Слабый голос, окликнувший ее, принадлежал Раяну. Как же она была рада его слышать!

– Конечно я! И я здесь, чтобы дать вам свободу! Сейчас, потерпи…

Другие тоже приходили в себя и открывали глаза. Наконец-то!

Она бросилась к юноше, пытаясь освободить его руки от стягивающих пут. Ремни не поддавались, и тогда Дженнифер осторожно принялась разрезать их лезвием меча.

– Дженни! – сдавленно пискнула Эмма, и девушка обернулась на голос. Как раз вовремя, чтобы заметить, как от противоположной стены к ней бросилась огромная тень.

Невероятных размеров волк со спутанной бурой шерстью оказался в нескольких шагах от Дженнифер. Свирепо зарычав, монстр кинулся на девушку.

Каким бы устрашающим не был зверь, но Дженни сразу же узнала его. Перед глазами возникла картина: волк в лунном свете мчится по ночной дорожке к зданию больницы, а Дженни – в свою палату, потому что чувствует – если не успеет, спасти ее не сможет никто…

Страшные клыки сверкнули в оскаленной пасти; загнутые когти со скрежетом царапнули пол. Красные глаза горели неистовым огнем…

Тут же за ним появилась другая тварь – она была меньших размеров, с черной шерстью, но в свирепости и злобе не уступала бурому волку…

Бурый волк прыгнул – Дженни встретила его ударом меча. Однако грузное тело нелегко было ранить: увернувшись от страшных клыков, девушка с разворота полоснула зверя по шее, а затем ударила вслепую прямо в окровавленную морду… Раздался ужасающий вопль – удар Дженнифер пришелся в злобный, горящий ненавистью глаз волка. Монстр забился в конвульсиях, истекая кровью.

«Дженни, сверху!» – прозвучало в голове девушки.

Ошеломленная видом издыхающей твари, Дженнифер не сразу сообразила, о чем предупреждает ее Молли. Глянув вверх, она застыла от изумления и ужаса: прямо над ее головой, на потолке, изготовился к прыжку черный волк. Он вел себя так, будто силы гравитации для него не существовало. Дженнифер на секунду замешкалась – зубы волка клацнули прямо у ее шеи. Девушка успела отскочить в сторону, однако, зацепившись за неподвижно лежащее на полу тело, покатилась кувырком. Было похоже на то, что смерть надвигается неминуемо и бесповоротно. Мир вокруг на секунду замер, а затем предстал в своей жестокой реальности – будто в замедленной съемке Дженнифер увидела своих друзей – они лишь беспомощно наблюдали за происходящим, не в состоянии помочь: больница высосала из них все силы. Еще она увидела… мертвого Мэрлока, лежащего на полу рядом с ней. Кровь заливала лицо бывшего охранника, вместо одного глаза было страшное месиво. Именно он скрывался под шкурой бурого волка. Прямо на глазах Дженни тело рассыпалось в прах, не оставив следа.

В воздухе раздалось шипение, а затем послышался хлопок, словно что-то разорвалось, и фигура черного волка застыла в метре от девушки. Только это спасло ее от страшной неминуемой смерти – волшебство Молли. Маленькая кошка стала ангелом-хранителем Дженнифер.

Вампир-оборотень застыл лишь на несколько секунд, которых, однако, хватило на то, чтобы Дженни пришла в себя и заняла боевую позицию. Оборотень прыгнул на стену, а затем – на потолок, пытаясь сбить врага с толку, но Дженнифер уже была готова к этому. Сделав ложный выпад, она заставила волка отпрыгнуть в сторону – и там его ждал смертельный удар. Издав предсмертный хрип, зверь тяжело рухнул на пол. А через минуту вместо черно-серой твари на полу распростерлось тело той, кого ненавидели и боялись все пациенты клиники, – медсестры Иглы. Еще мгновенье – и труп так же рассыпался горстью праха…

Из коридора доносились звуки боя – стало понятно, что Николь и Антонио были там уже не одни. Дженни выбежала туда и… на миг опешила: оба ее наставника сражались теперь рядом, плечом к плечу, с целым выводком нечисти. Выхватив меч, девушка бросилась на выручку…

Все дальнейшее происходило словно в страшном сне. Вампиры и оборотни воющим живым клубком бросались со всех сторон в надежде вонзить клыки в живую плоть; их когти рвали воздух… Вверху над их головами вспыхивали искры очередного брошенного заклятия – это Молли старалась как могла. Однако в борьбе против яростной силы созданий тьмы магия не лучшее подспорье. Теперь все надежды возлагались лишь на твердость клинка и воли… Лязганье и срежет металла, бешеная пляска клинков, стоны и предсмертные крики – все смешалось, и, кажется, сам воздух дрожал от яростной силы, выпущенной на волю в дикой схватке…

Дженни видела, как пошатнулась Николь, попав под удар зверя, но тут же поднялась, продолжая отбиваться. Видела, как существо с горящими глазами набросилось на спину Антонио, отчаянно сражавшегося сразу с двумя оборотнями. Однако сейчас она не могла ему помочь, сама с трудом отражая неистовую атаку огромного существа с такими же глазами… Девушка не замечала ран на своем теле, хотя вся ее одежда была перепачкана кровью.

– Николь! Сзади! – выкрикнула Дженни, заметив мелькнувшую в воздухе тень.

Напоминающая пятно ночной мглы, тень в прыжке оттолкнулась от стены и теперь стремительно падала сверху, пытаясь достать зубами шею Николь. Предупреждение чуть запоздало – женщина обернулась, но слишком поздно – не успев увернуться, она кубарем покатилась по полу вместе с мохнатой тварью.

– Дженни! – услышала девушка уже за своей спиной сдавленный голос и звук удара.

Одновременно дико взревел оборотень, и Дженнифер повернулась на этот рев. Отчаянным рывком она всадила меч в горло атаковавшему ее монстру прежде, чем тот успел вонзить в нее когти. Издав еще один вопль, зверь тяжело рухнул на пол. Позади стояла София, все еще сжимая в трясущихся руках тяжелый табурет. Откуда у ослабевшей пациентки хватило сил опустить его на голову свирепому чудовищу, оставалось загадкой, но этот удар явно спас Дженнифер жизнь. Казалось, София не понимала, что произошло. Глаза ее были полны ужаса.

Дженни поспешила на выручку Николь – тварь, напавшая на женщину, навалилась сверху и уже ощерила клыки… Выхватив пистолет, девушка пальнула не целясь.

Выстрел прозвучал неожиданно громко; оборотень, дернувшись, уставился на нее налитыми кровью глазами. В ту же секунду Николь пронзила его шею острием кинжала… Тварь взвыла и медленно осела на пол.

Дженни подскочила к Николь. Слава небесам, та была жива!

В зеркалах глаз умирающего оборотня вдруг потухли угольки ярости и появилась осмысленность. Дженни вместе с Николь наблюдали, как очертания полузвериного тела начали меняться. Втянулись когти, и вот уже вместо лапы обозначилась красивая рука, обагренная кровью. Двухметровое шерстистое тело – клубок стальных мышц – растаяло, теперь перед ними лежала женщина, на ее лице застыло удивление. Дженнифер медленно опустилась рядом с ней. Она не верила своим глазам – это была…

– Оливия! Оливия…

Она не знала, что сказать ей, бывшей приятельнице, из которой жизнь теперь быстро утекала красными, бьющими из ран струями.

– Дженни… Дженни, это ты?

Девушка, приподняв, обхватила руками голову умирающей. По щекам Дженнифер побежали слезы. Сейчас она ничем, ничем не могла ей помочь.

– Дженни… Я не хотела… Я мечтала… сниматься в кино… Но уже… наверное, не получится… – Глаза Оливии медленно закрылись.

Прижав ладони к лицу, Дженни плакала над ней, страдая от своего бессилия.

– Оливия… как же так… что он с тобой сделал?…

На ее плечо опустилась рука. Николь с трудом стояла на ногах; она была бледна, волосы ее растрепались. Дженни поднялась и встала рядом с женщиной. На полу лежали тела убитых ими тварей – их было не меньше десятка. Каждый из монстров перед смертью проходил трансформацию, превращаясь в человека – сотрудника клиники доктора Руффа или его пациента. Спустя несколько минут мертвые тела рассыпались пеплом, словно ничего и не было. Но одно тело не исчезло… Обе женщины бросились к нему.

– Антонио!

Однако они были бессильны помочь верному дворецкому: жизнь оставила его, и никакое колдовство не смогло бы вернуть ее в это изувеченное тело… Вампир, умирающий у его ног, вдруг издал совершенно человеческий стон. Дженни взглянула в его сторону, и увиденное снова пронзило болью сердце девушки: лежа в луже собственной крови, на нее смотрел бывший знаменитый боксер…

– Джастин! Да что же это?! Как, как такое может быть?

Она бросилась к умирающему Джастину, однако меч Антонио, торчащий из его груди, не оставлял сомнений. Еще миг – и взгляд бывшего друга затуманился – уже навсегда…

Николь поднялась; глаза ее оставались сухими, но лихорадочный блеск выдавал чувства женщины. Она выглядела сейчас слегка безумной.

– Идем, Дженни. Антонио мы теперь не поможем… Нам нужен Руфф. Если ему удастся уйти, все будет напрасно. Как и эта жертва…

Пошатываясь, она двинулась в сторону двери, ведущей к лестнице. Дженни подняла тяжелый взгляд на Софию, все еще сжимающую свой табурет, – так, словно он был единственной спасительной ниточкой, как-то связывающей девушку с реальностью.

– София… Закройте двери и ждите меня здесь, хорошо?

Она только закивала в ответ, все еще не отрывая взгляда от кучек пепла, в которые уже успели превратиться тела убитых оборотней.

– И… спасибо тебе!

София снова кивнула, будто не находя слов, чтобы ответить, и, немного пошатываясь, вернулась в палату.

Не теряя времени, Дженни последовала за своей наставницей.

Она слишком поздно услышала звук в другом конце коридора. Обернувшись, девушка успела увидеть вытянувшуюся в прыжке еще одну тварь – та стремительно летела к ним. Однако Николь успела отреагировать раньше: стрела из ее арбалета уже была пущена навстречу чудовищу. Еще несколько секунд – и все закончилось.

Тишина опять окутала коридоры, за дверями которых продолжали спать беспробудным сном ничего не подозревающие больные. Это было к лучшему – вряд ли их измученный мозг перенес бы то, что произошло сейчас в клинике доктора Руффа…