Буду рада любым отзывам и конструктивной критике! Приятного чтения:)

Этой ночью Слай спал просто ужасно. Даже номер люкс, в котором они с Хаджи остановились, и шикарная кровать с балдахином не спасли от ночных кошмаров.

Ему снилась та сгоревшая девушка-каскадерша. Вот только в его кошмаре она была живая. Она кричала, а ее кожа пузырилась и лопалась. Съемочная группа равнодушно стояла рядом, даже не пытаясь ее спасти, а директор, тот самый Вайс Грейп, который дал визитку, все повторял: Пустая трата времени. Оставьте ее, ребята, у нас таких полным-полно.

Потом Слаю снилось его детство. Забегая вперед, надо сказать, что в целом оно было счастливым, за исключением одного поступка, который острой занозой остался в его сердце. Будучи детьми, Слай и Хаджи убили бионика. Не специально, скорее по незнанию. Бионик жил в телевизоре и был очень-очень старым. Из динамика то и дело сочилась розоватая, напоминающая сироп жидкость, а однажды, во время трансляции футбольного матча в Бруствере, одна из кнопок с силой вылетела, и оттуда вывалилось бледно-розовое, словно креветка, щупальце. Тогда пятилетний Слай и Хаджи, которому тогда было девять, решили отделить бионика.

Когда родителей не было дома, они аккуратно отвинтили заднюю панель телевизора. Среди проводов, плат и прочих непонятных штук, лежал он. Бионик напоминал не то разросшийся мозг, не то клубок щупалец и клешней грязно-алого цвета. Оторвать его было невероятно сложно: он прочно срастался со всеми железками, словно был частью них. Из пор бионика выделялся раствор, имеющий резкий яблочный запах, наверное, именно с тех пор Слай так не любил яблоки.

Когда братья перевернули это существо размером со взрослого кота, они увидели две пары маленьких подслеповатых глаз, дико вращающихся на коротких ножках. Бионик был очень испуган. К сожалению, без своего механического хозяина он не прожил и двух минут.

Хаджи и Слай были подавлены: они поняли, что по своей глупости погубили живое существо. К тому же им крепко влетело от родителей. Телевизор пришлось выкинуть, так как последние десять лет он существовал только благодаря бионику, что исправно чинил его и защищал от перегрева.

Надо же, Слай столько лет не вспоминал эту историю, но сегодня ночью, в дорогой гостинице Лиры, тот самый бионик посетил его сновидения.

Последним ему приснился Хаджи. Он сидел на кровати с балдахином и пил розовую жидкость через соломинку. Потом он внимательно посмотрел Слаю в глаза и произнес: Лучше бы меня убил рак, чем ты.

Слай вздрогнул и проснулся. Карманные часы показывали всего лишь полвторого ночи, а сна не было ни в одном глазу.

Достав пачку сигарет, он отправился на балкон.

Номер располагался на двадцать седьмом этаже, с роскошным видом на неспящую Лиру. Для многих ее обитателей, жизнь в столь ранний час только начиналась, но только не для Слая. Он мечтал забыться до утра, а потом уехать на первом же поезде. Куда — неизвестно. Их последняя с Хаджи зацепка была здесь, в Лире, но она не оправдала ожиданий.

Как же красиво, — подумал Слай, выпуская изо рта клуб дыма. Из-за огней и светодиодных вывесок было светло как днем, а неподалеку искрилась река, на которой покачивались дорогие яхты. В этом городе богачей они с Хаджи были чужими.

В кармане халата Слай нашел пластиковую визитку Бефинд и Грейп. И, подумав немного, сломал ее пополам. Незачем ему такая слава, ради которой гибнут существа, наделенные разумом. Если люди ни во что не ставят роботов, зачем делают их такими похожими на себя? Зачем наделяют их собственным мнением и привычками, зачем устанавливают датчики боли? Эти и другие вопросы не давали Слаю покоя. Ему хотелось поговорить с кем-нибудь, но Хаджи молчал. Должно быть, спал, если, конечно, был способен на сон.

Надо ложиться, — подумал Слай и щелчком зашвырнул окурок в темноту. Еще раз вдохнул аромат ночи и… остолбенел. Всего в нескольких метрах от него на крыше висел человек. Должно быть, он хотел свести счеты с жизнью: ухватившись за парапет руками, он раскачивался из стороны в сторону.

— Не спится? — негромко сказал Слай. Незнакомец вздрогнул от неожиданности, и едва не разжал руки.

— Иди к черту, — мрачно произнес женский голос. Прыгун оказался девушкой.

— Спасибо, откажусь, — ответил Слай, продолжая стоять на месте. — Как тебя зовут?

— Не твое дело.

— Не мое, но полицейским пригодится, — заметил Слай. — Не так-то просто опознать тело, упавшее с крыши небоскреба.

— И не надо. У меня все равно никого нет, — сказала девушка и вытянулась на руках, свисая прямо в черную пропасть. На секунду Слаю показалось, что сейчас она действительно упадет.

— У меня только брат. Да и то сейчас он не в лучшей форме, — вздохнул Слай.

— Мне без разницы.

Тянулись минуты.

— Ты так и будешь стоять здесь? — спросила девушка. Должно быть, висеть в такой позе было не очень удобно.

— Да, я хочу посмотреть, как ты упадешь, — сказал Слай. На самом деле он судорожно думал, как с балкона попасть на крышу, чтобы вытащить ее. Чисто теоретически здесь есть водосточная труба, и лепнина, но он в халате и бумажных тапочках, что серьезно усложняет задачу.

— Кстати, меня зовут Слай. Слай Хиггс. Я здесь вроде кинозвезды.

— Рита Максимович, — неожиданно представилась девушка. — Модель, бывшая.

— Ого, — удивился Слай. — А почему бывшая? Поклонники одолели?

Рита горько усмехнулась:

— Если бы ты видел мое лицо, то все понял бы.

— Спускайся, я и посмотрю.

— Не могу, Слай, — сказала Рита. — Даже если бы я передумала, мои руки слишком сильно онемели.

Ну уж нет, — подумал Слай и сорвал одну из чудеснейших штор своего номера люкс. Обвязав один конец вокруг своего пояса, он снял тапочки, и принялся взбираться на каменные перила балкона.

— Давай представим, что ты передумала, и попросила меня помочь тебе спуститься, — сказал он, чувствуя, как голос предательски дрогнул. Слай не очень любил высоту, точнее, совсем ее не любил. А тем более высоту двадцатисемиэтажную.

— Уже поздно, Слай. Я не чувствую своих пальцев, — похоже, Риту охватила паника.

— Ничего не поздно, Рита. Поздно будет, когда твое изуродованное тело утром найдет полиция.

Главное, не смотреть вниз, — подумал Слай и тут же посмотрел. Где-то далеко внизу лениво ползла череда огней. Обеими руками он крепко ухватился за водосток.

— Я не хочу умирать, Слай, — простонала девушка.

— Конечно не хочешь, — согласился он. — Никто не хочет. Сможешь ухватиться за штору?

Он не был уверен, что выдержит, если Рита повиснет на нем, но придумывать что-то еще не было времени.

— Не знаю, — слабо произнесла она, разжимая пальцы.

В следующую секунду она ухватилась-таки за свободный конец, а Слай, в свою очередь, мертвой хваткой вцепился в водосточную трубу.

— Теперь отпускай парапет, — скомандовал он.

Вскрикнув, Рита оттолкнулась ногами и повисла на шторе, словно на канате. Пояс Слая рвануло, и он едва не улетел вниз. Водосточная труба жалобно скрипнула, но выдержала.

Свет упал на заплаканное лицо Риты, и парень увидел, что его половина была сделана из железа.

— Ты просто красавица, Рита! — искренне сказал он. — А теперь, пожалуйста, подтянись еще немного.

Спустя несколько минут возни и пыхтения, оба без сил лежали на балконе пентхауса. А спустя еще пятнадцать — пили кофе.

— Я попала в автокатастрофу, — рассказывала Рита. — Правая половина лица жутко обгорела, и ее пришлось заменить этим.

При свете уличных огней ее лицо поблескивало, словно маска.

— Пострадало только лицо? — спросил Слай.

— Нет, — призналась Рита. — В спинной мозг тоже вживили имплантаты, иначе я не смогла бы ходить.

Поразительно. Передо мной сидит самый настоящий киборг.

— Врачи сказали, что через полгода можно поставить полимерную кожу, но о карьере модели я могу забыть, — Рита грустно улыбнулась.

— И из-за этого ты хотела спрыгнуть с крыши? — Слай был искренне удивлен.

— Ну да.

— Ты сказала у тебя никого нет, это так?

— Да, я одна во всем свете, — должно быть, Рита привыкла жалеть себя по этому поводу.

— Ну так это же замечательно, — вдруг сказал Слай. — Никому ничем не обязана, есть деньги, руки и ноги. Весь мир открыт перед тобой. Что еще нужно для счастья?

Слай думал сейчас о Хаджи, которому приходится жить в радиоприемнике.

— Мне кажется, ты ничего не понимаешь в жизни, — рассердилась Рита.

— Возможно. Только когда в следующий раз соберешься умирать, позвони мне. Мы с братом с радостью купим твое тело за большие деньги, — выпалил Слай.

— Псих, — Рита гневно поставила чашку кофе и направилась к выходу.

— Ну я-то с крыши не собирался прыгать, — задумчиво произнес Слай, закуривая сигарету. Как же чертовски он устал этой ночью!

— Дьявол, — выругалась Рита, возвращаясь на балкон. — Ключи остались в номере!

Они вызвали слесаря, и через час пререканий, смертельно уставшие друг от друга Рита и Слай наконец разошлись по своим номерам.

На часах было пять утра, когда Слай наконец добрался до кровати.

А уже через час его разбудил Хаджи.

— Я знаю, какое тело тебе нужно, брат, — сказал Слай, с трудом разлепляя глаза.

— И?

— Все это время мы искали робота, похожего на человека. А нам нужно искать наоборот: человека, который выглядит, как робот.

— Не совсем понимаю тебя.

— Я объяснил бы лучше, если бы нормально выспался этой ночью.

— А что тебе мешало? — удивился Хаджи.

— Я был с женщиной.

Пару секунд Хаджи не мог подобрать подходящих слов.

— Как вы умудрились не разбудить меня? — наконец сказал он.

— Это не то, что ты подумал. Я спас ее от суицида.

— Слай, давай по порядку, иначе остаток моих мозгов изжарится в собственном соку.

— Вначале мне нужен еще кофе.

В течение следующего часа, Слай подробно рассказывал Хаджи о своих ночных похождениях, попутно выпив целых три чашки.

— И все равно, то, что ты предлагаешь — полный бред, — резюмировал Хаджи. — Даже если я заселюсь в тело киборга, куда мы денем его личность? Будем дежурить посменно? Предупреждаю: я не уживусь под одной крышей с дамочкой вроде Риты Максимович.

— Да, ты прав, попахивает шизофренией, — согласился Слай. — Будем искать другие варианты.

***

В этот раз время покурить у Слая не было. Он чудом купил последний билет до Бруствера и теперь мчался на поезд, как сумасшедший. Поезд отбывал ровно через две минуты.

Подножки были убраны, и проводники вот-вот должны были дать отмашку. В последний момент Слай запрыгнул в ближайший вагон. Все, прощай, Лира!

На Слае был новенький плащ пепельного цвета, а в чемодане лежало еще несколько пухлых пачек лемингов — международной валюты. Что ж, судя по всему волна везения еще не закончилась.

В вагоне купе был всего один попутчик — молчаливый пожилой человек с округлой лысиной на голове. Получив белье, Слай сразу же завалился спать. Лучше всего ему спалось именно так: на тесной койке под стук колес по пути в какой-нибудь новый город. И не надо никаких кроватей с балдахинами.

А через пять часов он проснулся: голодный и обобранный до последнего леминга.

— Хаджи! — хрипло заорал он. — Нас обокрали.

— Что?!

Поезд стоял на какой-то провинциальной станции. Как долго они стояли здесь, и что это была за дыра, Слай не знал. Гораздо важнее было другое: его чемодан со всеми вещами, документами и деньгами исчез. Исчез и попутчик с лысиной.

Слай бросился к проводнику.

— Где вышел мой попутчик, тридцать пятое место? — страшным голосом спросил он.

— Только что сошел, а что случилось?

Проигнорировав вопрос, Слай пулей выскочил из вагона. Надо было догнать этого ублюдка во что бы то ни стало.

— Вон он! — крикнул Слай, завидев знакомую лысину. Он понесся за ним, и, несомненно, догнал бы вора, если бы не толпа туристов с палатками и огромными рюкзаками, что вывалила из поезда и перегородила весь вокзал. Когда Слай прорвался-таки через это оцепление, пожилой мужчина уже уехал на первом автобоксе.

— Твою ж мать! — громогласно выругался Слай, отчего туристы неожиданно покатились со смеху.

Но самое веселое было, когда Слай не обнаружил на перроне своего поезда. Тот ушел ровно две минуты назад вместе со шляпой Слая и недоеденным обедом.

Осознав всю тщетность ситуации, парень безмолвно осел на ближайший поребрик.

— Вот тебе и волна везения, — мрачно подытожил Хаджи.

Дыра, в которой они очутились, оказалась маленьким городком с названием Крукс и численностью всего полторы тысячи жителей. Слай никогда не слышал о нем, и в любой другой ситуации, был бы рад знакомству с новым городом… но только не теперь. Не на пустой желудок, и не с пятьюдесятью лемингами в кармане.

— Что мне делать, Хаджи? — рассеянно спросил он, глядя на то, как солнце медленно садится в густые облака.

— А что по-твоему сейчас целесообразнее всего сделать? — вопросом на вопрос ответил его брат.

— Поесть не помешало бы, — отозвался Слай.

— Ну так поешь.

— Но это последние деньги.

— Положись на свое везение. Черная полоса не может длиться вечно. К тому же, самое плохое с тобой уже случилось.

— Мы все еще живы, — сказал Слай, вспоминая свой ночной разговор с Ритой. Ведь это именно он убеждал ее не опускать руки. Стыдно было бы не руководствоваться своими же принципами.

Прежде всего Слай вернулся на вокзал и нашел информационное табло. Всего за два леминга ему предложили получить краткий экскурс в историю города, а также бесплатный билет на автобокс, чем Слай и воспользовался. Оказалось, что Крукс был одним из немногих городов, где общественный транспорт был полностью автоматизированным: по узеньким улочкам и мостовым передвигались электрические автобоксы. Медленно, зато экологично.

Крукс располагался на берегу Паучьего залива; здесь был свой порт и маленькая верфь.

Возможно, удастся уплыть отсюда на корабле. Конечно, когда раздобуду денег, — подумал Слай.

Подъехал автобокс, этакая маленькая коробка, напоминающая укороченный автобус. Табло продолжало вещать и показывать картинки, но Слай решил, что знает более, чем достаточно, и занял свое место в полупустом транспортном средстве.

По ходу дела разберемся, — решил он.

Миновав с десяток узких улочек, автобокс выехал на набережную. С залива в форточку дул прохладный ветер, а на воде колыхалось несколько лодок. На берегу же стоял старый деревянный пакгауз, переоборудованный в весьма заманчивое кафе.

— Вот здесь мы и перекусим, — шепнул Слай Хаджи. Ему начало казаться, что место, в которое забросила его судьба, не так уж плохо. В конце концов, он мог застрять где-нибудь посреди пустыни, без еды и воды.

— Останови, — велел Слай, и автобокс послушно затормозил.

Кафе оказалось настоящим раритетом. Во-первых, оно было целиком деревянным, что было большой редкостью в современном мире, где многие виды деревьев были занесены в Перечень исчезнувших видов. Во-вторых, там был настоящий камин, а в-третьих, на сорок восемь лемингов Слай мог поужинать почти что по-королевски. Последнее радовало его больше всего.

Он заказал рыбный суп, лосятину с жареными лисичками и темное пиво.

— Лучше и не придумаешь, — резюмировал Слай, глядя, как за окном бушуют черные волны.

— Видел бы ты себя час назад, — саркастически заметил Хаджи. — Носился по вокзалу, словно побитый пес.

— Ты голос моей совести, Хаджи. Всегда найдешь способ испортить момент, — вздохнул Слай.

Принесли ужин. Порции были настолько большие, то Слай едва с ними справился.

— Мысленно делюсь с тобой, мой друг, — сказал он, погружая в рот наколотую на вилку лисичку.

Вместе с кружкой пива он вышел на улицу. Стемнело, и на небе высыпали, казалось, все созвездия северного полушария.

— В больших городах такого не увидишь, — мечтательно произнес Слай, сидя на ступеньках бывшего пакгауза. Было тихо и спокойно; на другом берегу залива виднелись далекие огни. Должно быть, это был Бруствер.

А в следующую минуту Слай услышал разговор, который в дальнейшем стал считать едва ли не судьбоносным. Речь шла о боях биоников.

— Я модифицировал Кревана и завтра поставлю на него пол своей зарплаты!

— Твое дело, только в долг больше не проси.

Трое мужчин, как и Слай вышли на крыльцо с кружками пива.

— Говорят, завтра снова приедут эти типы из Гины. Со своими дьявольскими биониками.

— Проклятье! — возмутился владелец Кревана. — Тогда у нас вообще нет шансов!

— Хаджи, — шепнул Слай, — Мне нужно знать все о боях биоников в Круксе.

— Понял, — ответил тот и замолчал.

Хаджи мог очень быстро находить практически любую информацию, которая попадала в радиоэфир.

— Ты даже не представляешь, как нам повезло! — победным голосом произнес он минуты через две.

— К делу, Хаджи, — Слай чувствовал, что эта зацепка приведет к чему-то очень важному.

— Несмотря на то что Крукс очень маленький город, несколько раз в год сюда съезжаются любители бионических боев из разных уголков мира! — вещал Хаджи.

Конечно, Слай слышал о боях биоников, но никогда не смотрел, считая это занятие безнравственным. Все-таки бионики — живые существа и они не должны причинять друг другу боль на потеху публике. В некоторых крупных городах, вроде Лиры, бионические бои были запрещены, но такие города, как Крукс жили только благодаря туристам, что слетались на турнир, словно мухи на сладкое.

Для боев люди конструировали специальных звероподобных роботов, а затем заселяли в них биоников. Однако, далеко не все бионики готовы были сражаться, ведь по своей природе они очень миролюбивые существа. В мире было известно лишь несколько абсолютных финалистов, которые год за годом занимали призовые места. И лишь совсем недавно их лидер, Оскар Тулс из Монетикуна, уступил титул чемпиона новичку, чьи хозяева были как раз-таки из Гины.

— Дьявольские бионики, — задумчиво повторил Слай. — Мы просто обязаны побывать на боях, Хаджи. Глядишь и денег заработаем.

— Бои начнутся завтра, ровно в полдень, — сказал Хаджи. — Спать-то где будешь?

— Я еще не… - начал было Слай, но его вежливо перебила женщина средних лет.

— Вы — Томас Уоррингтон?

— Кто? — переспросил Слай.

— Я сразу вас узнала, — сказала женщина. — Вы владелец знаменитого Аластера.

— Да, я Том Уоррингтон, — неожиданно согласился Слай. Признаться, он не представлял, кто это, но интуиция велела ему соглашаться со всем.

— Очень рада видеть вас в нашем постоялом дворе, — любезно сказала женщина. — Я — Тесла, управляющая.

— Очень приятно, Тесла, — Слай вежливо пожал ей руку.

— Вы уже расположились на ночлег?

— Еще нет. Пиво у вас очень вкусное, — Слай потряс полупустой кружкой. Похоже, дело приобретает интересный оборот.

— Я скажу, чтобы вам подготовили наш лучший номер, — сказала Тесла. — Я ваша большая фанатка.

— Буду вам очень благодарен, — Слай был на седьмом небе от счастья.

— А можно мне посмотреть на него? — уже уходя вдруг спросила управляющая.

— На кого?

— Ну как же? На вашего бионика, Аластера.

— Эээ, он сейчас отдыхает, — сухо ответил Слай. — Завтра важный день, сами знаете.

— Конечно, конечно, — засуетилась Тесла. — Доброй ночи.

— Ну вот, теперь тебе придется быть Аластером, — шепнул Слай, когда женщина ушла. — И участвовать в завтрашних боях.

— А ничего, что Аластер — это метровый дракончик с алмазной чешуей?

— О, — только и мог сказать Слай. — Я бы не отказался владеть таким.

— Никто бы не отказался, — заметил Хаджи. — Уоррингтон один из самых богатых людей Монетикуна, так что назвался груздем — расщедрись на чаевые.

— Расщедрюсь, когда заработаю денег на завтрашних боях, — сказал Слай.

— И каким это образом? — удивился Хаджи.

— Поставлю на победителя.