Данталиан, Слабейший Владыка Демонов 71-го ранга

16.08.1505 год по Имперскому Календарю

Нифльхейм, Площадь Гермеса

Полет занял восемь часов.

Честно говоря, он ничем не отличался от пыток. В который раз, я стал скучать по научным достижениям моего родного мира.

Сидеть позади ведьмы на метле. На словах, звучит просто, но мои ягодицы испытывали невероятную боль. После прибытия в Нифльхейм, я ещё долго не мог нормально стоять. И за такую вот поездку я отдал 41 золота. Я хотел немедленно потребовать возврат.

— Все молодцы. Я подумываю взять всем вам по пиву за то, что безопасно доставили нас сюда, вы не против?

Сохранять хорошее выражение лица даже в такой ситуации. Эта, так называемая «социальная жизнь» лицемера. Разве это не ужасно? Что ещё более ужасно, так это то, что ведьмы приветствовали моё предложение, ответив: «Большое спасибо!».

— Мы знаем хорошее место, — сказали ведьмы и повели нас туда.

Место было торговой площадью. По краю большой площади выстроилось много пабов и баров. Даже мельком взглянув, вы могли бы увидеть более 200 клиентов, сидящих на улице, и пивших пиво. Казалось, что все бары вытащили стулья на улицу.

— Это Храм Площади Гермеса. Главная достопримечательность Нифльхейма. Кроме того, это единственное место, где можно пить пиво, не беспокоясь о своей расе и социальном статусе.

Ведьмы приветливо болтали.

— Это место носит имя Храма Гермеса, который лежал здесь в руинах. Ваше Высочество, вы видите вон там обломки? Это остатки храма.

— Похоже, сохранили из-за некоторой исторической ценности.

— Ахаха, простите, но это не так. Двенадцать лет назад, здесь вспыхнула групповая драка. Куча тупых троллей и минотавров напилась, и устроила большую бучу. Она-то все тут и порушила. Уже на следующий день, губернатор Нифльхейма издал закон, в котором говорилось, что убийство, произошедшее после того, как за столом собралось более чем 7 лиц, которые напились, будет объявлено невиновным. Ну, другими словами, он сообщал людям: «в следующий раз, когда вы напьетесь и решите поднять шум, мы не станем искать виновника, так что заботьтесь о себе сами».

— … Это поразительно оригинальный закон.

— Наш губернатор слегка влюблен в свою работу.

Ведьма кивнула.

— Если серьезно, то можно сказать, что наш губернатор воплощение изобретательности. Развалины оставлены лежать здесь, чтобы быть предупреждением.

— «Не валяйте дурака»?

— Что-то вроде того.

Мы нашли рядом свободное место и уселись.

Подлетела фея, величиной с ладонь, чтобы взять наши заказы. Чувствовалось, что фея была в ужасе от ведьм, которые не могли поднять голову как прежде. Ведьмы начинают считаться рабами с того момента, как их души забирает Владыка Демонов, но также, они обладают невероятной силой, так что к ним нельзя относиться легкомысленно.

Вскоре, фея перенесла нам по воздуху построенное рядком пиво. Каждый из нас взял по кружке и поднял её вверх.

— Вы все проделали сегодня хорошую работу. Несмотря на нападение сирен, во время полета, вы были в состоянии быстро их отразить. Благодарю вас за это. Мы смогли благополучно добраться сюда лишь благодаря вам, сестры. Я хотел бы поднять тост за сестер Бирбир.

— «За сестер Бирбир!»

Дзинь

Кружки пива удовлетворительно зазвенели, ударяясь друг о друга.

Пьянка набирала обороты.

Узнав, что в этом мире никогда не слышали о Шекспире, я сразу же сыграл импровизационную соло-постановку «Макбет» и «Ромео и Джульетта».

Произнести все строки от начала до конца, как я делал в начальной школе, в данный момент было бы проблематично. Но, добавив приличное количество драматического эффекта, я сумел рассказать историю. Ведьмы были очарованы моим выступлением с лицом, полным печали.

— … И наконец, Джульетта взяла руку Ромео в свою. Холодную руку. Тепло было, но оно медленно утекало. Джульетта, желая почувствовать хотя бы толику этого тепла, прижала тыльную сторону ладони своего возлюбленного к своей щеке…

— …

Все 12 ведьм затаили дыхание.

Лазурит выглядела спокойной, однако, стакан, который она держала, оставался пустым уже долгое время. Даже Лазурит была очарована моей сымпровизированной игрой.

— Однако, вскоре и тыльная сторона его ладони стала холодной. Из глаз Джульетты потекли слезы. Аах, что же с моим возлюбленным? Почему его тело так холодно? Отчаянно желая почувствовать хоть капельку тепла, Джульетта искала его по всему телу своего возлюбленного… но не могла она найти тепла, что так жаждала. Ах, Ромео, милый мой Ромео. Я не чувствую более твоего тепла…

— Э-э, аах.

Глаза ведьм наполнились слезами.

Если бы вы огляделись вокруг, то заметили бы, что не только за нашим столом было тихо, странное молчание повисло и вокруг нас. Я чувствовал, что остальные люди тоже обратили свой слух ко мне.

Уверен. Я зацепил сердца около тридцати человек.

Современные люди были хорошо знакомы с историей Ромео и Джульетты, поэтому они не были способны полностью прочувствовать её. Однако, эти люди другие. Впервые, эти люди мира демонов слушали такую впечатляющую историю любви.

Запретная любовь всегда была популярной темой.

Я издал скорбный голос:

— О, что же это? В конце концов, Джульетте удалось обнаружить теплое место своего возлюбленного. Губы. Слабое ощущение тепла все еще исходило из его рта. Проливая слезы, Джульетта прижалась к губам возлюбленного. Не было ничего более теплого… более нежного… более мягкого. Но, Джульетта знала. Что скоро, нежность губ её возлюбленного тоже исчезнет, как сон в летнюю ночь.

Я сделал паузу.

Ужасающая тишина повисла над всей площадью.

В самом апогее.

Посмотрев, как слезы текут по щекам ведьм, чувствуя себя приятно внутри, но с трагическим тоном снаружи, я продолжил.

— Пробормотала Джульетта. Если всё обернулось так, надо принять меры до того, как тепло исчезнет. Прежде чем стать свидетелем смерти возлюбленного, сама укроюсь смертью… Джульетта подняла кинжал Ромео.

— Аах, ааах!

Ведьмы прикрыли рты руками.

Они наконец-то осознали окончание истории.

Их глаза были полны шока.

— Крикнула Джульетта. О, кинжал, я рада встрече. Сердце моё станет твоими ножнами!.. и Джульетта вонзила кинжал глубоко в свою грудь.

— Ах, аах!

В итоге, ведьмы стали обнимать друг друга.

Мм.

Я был невероятно рад.

Рад тому, что был в способен контролировать людские эмоции своими актерскими способностями. Заставить их чувствовать себя грустными, счастливыми, почувствовать надежду и отчаяние, вот что действительно составляло мой смысл жизни. Стресс, накопившийся во время нашего полета, растаял здесь, как лед под солнцем.

Моя вторая младшая сестра, прежде, сильно критиковала меня за это, говоря, что это извращенное предпочтение.

Я не мог её понять.

Я всего лишь бесплатно дарил людям удовольствие.

Посмотри внимательней. Ведьмы были не в состоянии справиться с трагедией и дрожали. Лазурит, возможно, и выглядела всё ещё бесстрастной, но она держала стакан так крепко, и даже все выпивохи вокруг нас испускали стоны. Разве это не прекрасная, гармоничная сцена?

Вот почему, я должен сделать их счастливее.

Ухмыляясь в душе, я молвил:

— Кровь текла из груди Джульетты. Она чувствовала собственную кровь. Взор Джульетты стал угасать…

— Н-нет, — испустил кто-то стон.

Как ярко они реагировали.

— … В заключение. Джульетта прижалась лицом к телу Ромео. Тело её возлюбленного было очень теплым. На самом деле, это была кровь, вытекавшая из Джульетты. Однако, Джульетта, которая потеряла все свои чувства, могла лишь испытывать нежность, исходившую от тела ее возлюбленного… Дар судьбы, ставший трагедией. Трагедия, ставшая даром судьбы… Джульетта слегка улыбнулась. Наконец, погрузившись в собственную кровь. С лицом, лежавшем на груди её возлюбленного. Медленно, очень медленно… её глаза закрылись.

Опущен занавес.

КОНЕЦ.

Минута молчания.

— «Бедняжка-Джульетта…!», — воскликнули ведьмы.

Концовка без всяких грёз и надежд, взорвалась в их сознании. Двенадцать из них мгновенно начали высказывать жалобы.

— Этого не может быть! Так не могло произойти!

— Аааах, аааах…

— Господин, великий господин! Эти двое в конце обретают счастье, ведь так? Появляется какой-нибудь удивительный колдун, «Та-даа~», и он воскрешает Ромео и Джульетту, правда!?

Я ликовал от их страстных криков.

Покорнейше благодарю вас за такую отзывчивую аудиторию.

Но тем, что больше всего в мире я любил показывать людям, скандировавшим о счастливом конце, была жестокая истина безнадежной реальности.

— К сожалению… такая удача не постигла тех двоих.

— У-уверены?

— Да, — кивнул я.

На лицах ведьм застыло печальное выражение лица, будто им только что сообщили новости от Международного Союза Охраны Природы, о том, что морские выдры находились на грани исчезновения.

Я улыбнулся.

— Ромео и Джульетта, будучи неспособными воскреснуть, умерли навсегда.

— Уааааааааа! — сетовали ведьмы во все свои легкие.

Прямо сейчас, на их сердцах появился шрам, который останется навечно.

Я считал, что шрамы заставляют людей расти. Иными словами, нанеся им этот шрам, я так же дал им и ступеньку роста, как личности. В далеком будущем, эти ведьмы, возможно, оглянутся в прошлое и поблагодарят меня. Ведь благодаря глубокому вознаграждению Его Высочества Данталиана, они стали чуть более зрелыми…

Результаты моего урока не заставили себя долго ждать.

[Ваше дьявольское выступление пленило людей!]

[Расположение Ведьмы Хумбаба возросло на 11.]

[Расположение Ведьмы Сфено возросло на 12.]

[Расположение Ведьмы Иуряль возросло на 9.]

Посыпалось огромное количество уведомлений.

За исключением одной ведьмы, рейтинг привязанности невероятно возрос. Несомненно. Ведьмы были глубоко тронуты моими любовными историями. В подтверждение этому, они продолжали лить теплые слезы.

— Леди Макбет, Джульетта, они…

— В мире есть лишь грязные пародии…

— Отныне я не собираюсь верить во что-то вроде религии…

Разве это не потрясающе?

Этот мрачный цвет отчаяния и был тем цветом, что подходит людям.

Подобно сектантскому лидеру новой религии, я смотрел на молодых ягнят с удовлетворением. Вот так-то. Отбросьте ваши надежды о внешнем мире и запритесь внутри. Тогда всё будет хорошо.

Лазурит, сидевшая рядом со мной, выдохнула:

— Ваша покорная слуга должна отметить, Ваше Высочество такой же, как и всегда.

— Я знаю. Мой шарм заключается в том, что я всегда забавный.

— Ваша покорная слуга думает, что недостаток Вашего Высочества заключается в том, что вы всегда прогнивший до глубины души.

— Хоо, вот почему, ревность недалеких умов весьма вульгарна.

Я приподнял уголки рта.

Лазурит смотрела на меня мертвыми глазами.

Прекрасно. Может, её выражение и было такое, но внутри, она все же была тронута моим красноречием. Вероятно, не будет преувеличением сказать, что она была очарована. Просто, она была слишком смущена, чтобы показать свои внутренние чувства…

[Расположение Лазурит упало на 1.]

Я ошибся.

Лазурит была далека от двуликости.

— Хм, хм. В этот раз история была немного ярче…

— Ой! Приём совершенно ужасен!

Это произошло в тот момент, когда я прочищал горло, чтобы сменить тему.

С другой стороны площади раздался грохот, сопровождавшийся шумной возней. Наша группа, будто мы заранее договорились, повернулась в ту сторону.

— У алкоголя ужасный вкус, а сиденья жесткие! У вас нет даже банальной вежливости к вашим клиентам! И вы что, правда рассчитываете получить плату, пытаясь вот так вести свои дела!?

— Прошу прощения. Мои искренние извинения, Ваше Высочество.

Подросток кричал на старого карлика.

Лицо карлика было покрыто морщинами. Его одежда была довольно приличная. Скорее всего, он был владельцем одного из баров. Карлик лежал на земле и всё кланялся и кланялся.

— За то, что наши непритязательные сотрудники были не в состоянии признать Ваше Высочество…

— Ха. Вот почему, каждый старый ублюдок должен умереть.

Бух

Юнец пнул старого карлика в бок.

Старик испустил крик и упал.

— Пытаться завести бизнес, когда у самого плесень в мозгах!

Пинок.

— Взгляни на свою развлекательную программу, это так трогательно!

Ещё один пинок.

На публике происходило бессмысленное насилие.

Атмосфера на площади похолодела. Однако, не было ни одного человека, кто попытался бы остановить это. Будто все дали молчаливое согласие держаться подальше от насилия, происходившего перед ними.

Вкус алкоголя быстро исчез. Опьянение после пива потихоньку сходило на нет. Это было не очень приятное чувство, я бы сказал, это было неприятное чувство.

— Кто этот смешной человек?

— Владыка Демонов Андромалиус, 72-го ранга, — прошептала Лазурит.

— Владыка Демонов?

Я нахмурил брови.

Теперь, когда я присмотрелся внимательней, я увидел небольшой рог на лбу этого человека.

Рог на моём затылке был достаточно мал, чтобы быть почти полностью скрытым волосами, но рог этого человека был даже еще меньше моего. Если бы я не знал, что он был Владыкой Демонов, то ошибочно бы принял его рог за какой-то большой прыщ.

— Да. Андромалиус в течение всего года проводит большую часть времени в казино Нифльхейма. Он известен тем, что использует свой титул Владыки Демонов, чтобы мучить людей.

— В общем, он что-то вроде соседского хулигана, — усмехнулся я.

Владыка Демонов Андромалиус появлялся в игре, так что я хорошо знал о нем.

Если Данталиан был тренировочным боссом, то он был обучающим боссом. Он был ничтожеством, которое жалостно умирает от рук героя 1-го уровня.

Беда не приходит одна.

Будь то Андромалиус или Данталиан, мы оба были одного поля ягоды, подобные рисовой рыбке, так что, по-хорошему, нам стоило поддерживать друг друга, но…

Между мной и этим никчемным человечишкой была существенная разница.

Владыка Демонов Андромалиус «пробуждает» героя.

В прологе, главный герой подвергается нападению демонов.

За исключением него, горожане и вся его семья, умирают. Если вы играете персонажем мужского пола, то ваша младшая сестра; а если вы играете персонажем женского пола, то ваш брат, приносятся в жертву.

Так, или иначе, главный герой теряет кое-что важное для него. Поэтому, горя жаждой мести, он клянется: «Я убью всех Владык Демонов до последнего на этом континенте»…

— Хмм.

Преступник, который порождает монстра, известного как герой.

Вот какое будущее лежало перед этим человеком на площади, что оскорблял старика.

Сейчас идет 1505 год по Имперскому календарю. Село главного героя было атаковано в 1506 году по Имперскому календарю.

Было бы уместно всеми средствами сделать что-то прежде, чем пройдет этот год. Если ничего не сделать, то это значит, что какой-то ребенок в горной долине внезапно пробудится как герой. Если я хочу спокойно и лениво прожить остаток своей жизни, избавление от такой переменной, как герой, было бы разумным решением.

Вот как.

Со звуком «Дилинь~», раздался сигнал и появилось окно.

Появившиеся выборы были будто результатом моих мыслей.

[1. Подружиться с Андромалиусом.]

[2. Убить Андромалиуса.]

Я подпер подбородок.

… Да. Первый выбор был подходящим.

Подружившись с Андромалиусом, я смогу побудить его более основательно атаковать деревню героя. Устранить источник проблемы. Тактика раннего избавления от опасного ростка всегда была действенной.

С другой стороны, второй выбор был радикальным.

Убийство Андромалиуса и таким образом полное избавление от причины проблемы. Направление такого плана само по себе не было неправильным. Проблема была в волновом эффекте.

«Владыка Демонов убил другого Владыку Демонов.»

После такого инцидента, внимание всех людей соберется на мне. Как решение, оно соберет слишком много волнений.

Я предпочитал решать проблемы более спокойно. Вроде заказного убийства. Такой способ был мне больше по душе. Однако, я даже не знаю, где нанять убийцу… должен ли я выбрать вариант 1?

Судя, по холодной атмосфере, обволакивающей площадь, я мог бы сказать, что Андромалиус не был популярен. Демонические расы похоже презирали этого потаскуна. Это было проблемой. Если я сближусь с Андромалиусом, то мой образ тоже упадет. Репутация была подобна линии жизни политиков. По возможности, я хотел бы сохранить её, как можно более чистой.

Но, был ли какой-либо выбор, кроме доступного первого? Убить Андромалиуса, избежав при этом внимания. Могу ли я получить такой идеальный результат…? Было невозможно полностью избежать внимания. Но если бы я смог перевести взгляд куда-нибудь ещё…

— Ваше Высочество?

Голос Лазурит вернул меня из моих мыслей.

— Лала. Кольцо всё ещё на тебе?

— Да?… прямо сейчас оно на Вашей покорной слуге.

— Дай я очень быстро проверю.

Без какого-либо предупреждения, я схватил левую руку Лазурит. Я мог почувствовать небольшую выпуклость под её белой перчаткой.

Это было кольцо на её безымянном пальце.

Лазурит была всем известна, как моя любовница.

Владыка Демонов Данталиан настолько сильно влюбился в полукровку, что не считался с политическими вопросами. Такой вот слух. Конечно, это был всего лишь слух, распущенный нами нарочно.

Кольцо было куплено с целью дальнейшего распространения слуха. Пару дней назад, я потратил 1 600 золотых, чтобы купить 2 роскошных кольца.

Это была пара колец, инкрустированных лазурного цвета алмазом в пять карат. Сзади была надпись, сделанная на франкском: «Я не желаю никого, кроме тебя (AUTRE NE VUEIL).»

Иными словами, типичная клятва.

В глазах общественности, Владыка Демонов Данталиан был самым большим дураком в мире. Простак, купивший кольцо своей возлюбленной, едва заработал немного денег. Но взгляните на это сейчас. Хорошо, что я заранее подготовился. Уже появилось применение для кольца. Не зависимо от ситуации, унция профилактики стоит фунта лечения…

— Не думаю, что ты снова когда-либо будешь способен завести бизнес в этом районе, старый пердун! Ты, кусок заплесневелого мусора.

Андромалиус всё ещё оскорблял этого старика.

На лице этого парня была злая улыбка. Казалось, он неплохо так наслаждался, избивая людей. Это наивное лицо было завидным.

В любом случае, играть одному быстро надоедает, Андромалиус. Прошу, позвольте присоединиться к вашему развлечению.

Не беспокойтесь. У меня есть умение делать пьянку восхитительной. Всего лишь минуту назад, я своим красноречием сумел парализовать ведьм. Вы тоже, скоро будете кататься по полу со смеха. Я обращу вас в удивительный сопереживающий романтическим историям характер.

Наконец, я сверился с Лазурит:

— Лазурь. У Андромалиуса есть группа, защищающая его?

— Насколько мне известно, никого нет.

— Есть ли еще какой-нибудь Владыка Демонов, который с ним дружит?

— Ни одного. Даже среди Владык Демонов, Андромалиус считается позорным провалом.

— Щикарно.

Другими словами, мне было не о чем волноваться.

Я поднял стакан пива.

Один. Два. Три.

После отсчета в своей голове, я уронил стакан…