Войско железных и немертвых рассыпалось. Ур обрушил на тварей такую мощную струю огня, что они начали плавиться. Летевшие в него копья и стрелы отскакивали от панциря, не причиняя дракону никакого вреда. Казалось, что за несколько секунд он уничтожит все войско.

- Нет! - крикнул Руорим. - Не позволю! - Он побежал к своему коню, которого старался держать поблизости, вскочил в седло и поскакал к войску.

Непобедимый тоже развернулся и широкими шагами потопал назад.

Ур готовился продолжить атаку, но Руорим вытащил Пламенеющий меч и направил его на дракона.

- Убирайся! - громовым голосом заорал он.

Вырвавшаяся из черного меча молния вонзилась в чешуйчатую грудь дракона. Ура подбросило вверх, по рядам шейканов пролетел стон. Руорим пришпорил коня и с поднятым мечом поспешил к войску. Новые и новые молнии со свистом летели над тварями.

Темный шейкан развернулся и бросился назад, не отставая от Непобедимого. Ур тем временем пришел в себя и полетел к ним, широко открыв пасть. Но прежде чем он успел приблизиться на достаточное расстояние, Мясник в третий раз поднял меч и выкрикнул одно-единственное слово: «Прочь!»

Еще одна молния со свистом вылетела из меча и ударила в дракона, посыпались искры. Ур завопил и круто пошел вниз, подняв крылья. Земля задрожала, стены Шейкура затряслись. Кое-где отвалились камни. Когда тело дракона рухнуло на землю, взметнув огромное облако пыли, в стенах образовались трещины. Крылья дракона бессильно распластались, сделав его похожим на гигантское кожаное одеяло.

Когда пыль улеглась, все увидели мощную фигуру Руорима, направляющегося к дракону. Меч он убрал, губы растянулись в мрачной улыбке.

Мясник поставил сапог на коготь дракона, оперся на колено и задумчиво провел по длинным черным усам. Пращура он осматривал, словно охотник только что забитую дичь.

- Если ты еще раз осмелишься нарушить клятву, то распрощаешься с жизнью, - спокойным голосом заявил он. Слова его были слышны всем. - Войско, включая Непобедимого и драконову гвардию, находится под моей защитой. А я шейкан. Слышишь? Не просто какой-то там шейкан, а тот самый шейкан, повелитель Шейкура, с которым ты связан клятвой. По твоим жилам течет моя кровь, так же как твоя жидкость прокладывает свой огненный путь по моему телу. Чувствуешь?

- Да, - прошептал дракон.

- Громче!

- Да! - простонал Ур.

- Знаешь, кто я?

- Знаю.

- Перед кем ты в долгу?

- Перед тобой! - Дракон взвыл, как смертельно раненный зверь. - Повелитель!

Голова его свесилась, из широких ноздрей шел пар. Глаза застыли. Пращур униженно ползал в пыли перед Руоримом.

На стенах Шейкура царила тишина. Все замерли, словно парализованные. Казалось, что Руорим стал выше ростом, над ним выросла тень: фигура худого, закутанного в длинные одежды человека с длинной седой бородой, седыми волосами и замутненными глазами. На узком лице выпирал большой крючковатый нос.

Это моя плоть и кровь, - беззвучно сказала тень, но в душе ее услышал каждый шейкан. - Сын моего сына, которому ты, Ур, клятвенно пообещал свою верность и защиту, как когда-то мне. Предай его - и тебя настигнет проклятие, более ужасное, чем обрушившееся на мою душу. А сейчас иди! Отправляйся туда, где тебе самое место: в свою пещеру в горе, и сиди там, пока я тебя не позову. Потому что мне еще наверняка придется прибегнуть к твоим услугам, пока эта битва не закончится. Уходи и жди!

И Ур, старейший и мощнейший из всех драконов, послушно повернул обратно. Покорный, с повисшими крыльями и волочащимся хвостом, он заполз в крепость, на не окруженную стенами сторону скалы, и скрылся внутри.

- Бездушное Ничто! - бессильно прошептал Фугин.

Шейканы не шевелились. У одних глаза наполнились слезами, другие пришли в ужас.

Руорим вскочил на лошадь и рысью поскакал к воротам.

- Вы сами видели! - крикнул он. - Кто еще сомневается в правомочности моих притязаний? Или ты, Дармос Железнорукий, до сих пор ничего им не объяснил, хотя давным-давно знаешь правду? Тебе нужно еще что-то, кроме дракона, который тебя предал, чтобы ты наконец понял, у кого из нас больше прав на Шейкур?

Все шейканы повернулись к Дармосу. Никто не сказал ни слова, но по выражению их лиц было понятно, что именно они от него требуют.

Фугин стоял рядом с правителем, не снимая пальцев с рукоятки меча.

- Я дам вам ответ, - сказал Дармос Железнорукий. Голос его нисколько не дрожал, говорил он спокойно и громко. - Не буду оправдываться и объяснять, почему до сих пор тянул время! Теперь пора, сейчас не рано и не поздно. Вы всё узнаете. После вам решать, что будет с Шейкуром дальше. Потому что вот она, правда - Он посмотрел на Руорима, который ждал внизу без обычной жуткой ухмылки на лице, без издевки и насмешки, со спокойствием вернувшегося домой правителя. - Правителем Шейкура является Руорим!

Дармос произнес эти слова и замолчал, дожидаясь, пока утихнет эхо. А потом признался: сто двадцать лет назад правителем Шейкура был Хакон Несгибаемый. У него была сестра-близнец Хамар и младшая сестра Меруну. Хакон считался прямым потомком Малакея по мужской линии, что подтверждает и генеалогическое древо, которое шейканы с величайшей тщательностью ведут с самого начала своего существования. Высокий и сильный Хакон был магом, как и все потомки Малакея по прямой мужской линии.

- Сто двадцать лет назад, когда впервые один маг Альянса выступил против другого, Хакон и Хамар якобы пали на поле битвы. Тела их так и не нашли. Меруну, как единственная их наследница, стала правительницей Шейкура. Ее в то время десятилетний сын Даким это мой дед. Мой отец наследник Дакима, а я в свою очередь - своего отца. Моя дочь Дерата была бы следующей наследницей, в этом я был уверен много десятков лет. До тех пор пока… пока Руорим не заставил меня порыться в истории рода шейканов из Нортандера.

В этом месте голос его впервые дрогнул и стал более глухим. Казалось, что Руорим издевательским тоном продолжит рассказ, но темный шейкан хранил молчание.

Дармос продолжил:

- Хакон и Хамар… они не погибли, остались в живых, хотя и тяжело раненные. Долгое время их выхаживали в Нортандере и делали это очень хорошо, так что в конце концов им удалось вырваться из лап охотившейся за ними смерти. Выздоровев и узнав, что власть перешла к Меруну, они решили остаться в Нортандере и основать собственный род. Потому что они… они жили не как брат и сестра, а как муж с женой, а потом у них появились дети. Руорим - их внук по мужской линии.

На присутствующих словно обрушился гром небесный, воцарилась мертвая тишина, никто не шевелился и даже не дышал. Все ждали следующего, решительного удара. Шейканы осознавали услышанное постепенно, на их лицах читались попеременно то недоверие, то непонимание.

- Неудивительно, - продолжал Дармос Железнорукий,- что Руорим слышал шепот предков, а в Горене пробудилась душа Малакея! Именно поэтому Ур, как вы сами видели, вынужден был покориться, вот почему тень предка, проклятие которого мы все носим в себе, выросла над Руоримом. Похоже, Руорим появился в Шейкуре по воле Малакея. Если не пойдем на его условия, будем сражаться против основателя нашего народа. Вы это понимаете?

Шейканы побледнели. Смотрели друг на друга: вдруг кто-то примет решение. Никто не осмеливался взять ответственность на себя. И Дармос тоже только что отказался.

Наконец Фугин жестом подозвал к себе Йореба и тихонько принялся обсуждать с ним случившееся. Дармос держался в стороне и продолжал молчать, как будто дальнейшее больше уже его не касалось. Он был похож на окончательно сломленного человека: плечи его низко опустились.

Потом Фугин подошел к парапету и посмотрел вниз на Руорима:

- А что будет с Дармосом?

- Сам понимаешь, я вынужден заковать его в цепи, - ответил темный шейкан. - Но клянусь: ни один волос не упадет с его головы. Он мой кровный родственник, так что я взял бы на себя неизбывную вину. Мы тесно связаны, в первую очередь благодаря Горену.

- Согласен. Дальше: твои драконовы всадники распоряжаться здесь не могут, - продолжал Фугин. - Мы все еще вольный народ шейканов, и только твое рождение и согласие Ура позволяют тебе претендовать на трон крепости. Шейканы будут исполнять твои приказы, если они не противоречат интересам нашего народа. Но твои люди будут вести себя тихо, иначе мы порубаем их на куски и бросим в степь на корм пожирателям падали.

- На том и порешим,- согласился Руорим.- Кроме того, с каждым, кто хочет сохранить верность Дармосу, я поступлю так же, как с Дармосом: арест, но не смертная казнь. Каждая жизнь шейкана дорога, каждая капля крови драгоценна, их нельзя растрачивать понапрасну. Я буду правителем не мелкой группы выживших, а всего народа шейканов.

- Мне приятно это слышать, - проговорил Фугин, невольно ухмыляясь. - Я охотно поживу еще, пусть даже и в цепях, - с этим я могу смириться на какое-то время, пока ты не заработаешь право и честь получить признание от меня. - Он подозвал к себе Йореба. - Рядом с тобой будет Йореб. Он тебя ненавидит и поссорился с Дармосом Железноруким, потому что тот не хотел на тебя напасть. Но он человек чести и будет верой и правдой служить правителю Шейкура, оказывая ему неоценимую помощь.

- Я буду полагаться на него, - пообещал Руорим.

Седобородый Фугин посмотрел на молча кивнувшего Йореба и повернулся к шейканам.

- Открывайте ворота! - крикнул он. - Правитель Шейкура возвращается домой.

Поколебавшись, караульные подчинились.

Дармос Железнорукий с окаменевшим лицом ждал, пока на него наденут наручники. Потом его увели. После своих откровений он не проронил больше ни слова. Верный Фугин тоже безропотно позволил себя арестовать.

Йореб размещал драконову орду прямо возле конюшен, на соломе. И тут же чуть не произошла первая потасовка: солдаты попытались выразить свое недовольство. Им казалось, что лучше остаться снаружи, в поле. Но Руорим уже велел принести припасы и назначил на вечер праздник для всех шейканов.

- Что он собирается делать? - спросила Кариме Йореба, когда они передавали караульным новые приказы.

Войско Хокана Ашира устроилось за стенами крепости. Этим тварям ничего не требовалось, они будут терпеливо ждать приказа вступить в бой.

- Для начала он насладится возможностью посидеть на троне Шейкура,- сказал Йореб. - А потом постепенно начнет перетаскивать шейканов на свою сторону и, возможно, обратится с требованиями к Уру. Он без крови взял Шейкур, так что ему здорово повезло. Он наконец захватил власть, к чему так долго стремился.

- Но он все еще связан обязательствами с Хоканом Аширом.

- Ну и что? - возразил Йореб. - Кого это интересует? Мы выживем, Кариме. Хокан Ашир - это всего-навсего еще один камень на нашем пути, и мы его скинем прочь, раньше или позже. Важно, что крепость стоит, что Дармос жив, а Горен может выполнить свою задачу. Пока Руорим здесь, он хотя бы не угрожает Горену. А потом все может быстро измениться, для Хокана Ашира в том числе.

В Шейкур быстро вернулось спокойствие. Шейканы после длительных лишений радовались праздничному ужину, и, даже если они невысоко ставили Руорима, он все равно был одним из них, прямой потомок Малакея, наделенный большой властью.

Он заявил претензии на трон. Это вовсе не означает, что они тут же начнут ему повиноваться, но они по крайней мере будут терпеть его до тех пор, пока его действия не пойдут вразрез с их интересами.

Вейлин Лунный Глаз, запертая в расположенной далеко от ворот камере, услышала какой-то шум. Она взволнованно ходила взад-вперед. Когда дверь открылась, она заморгала, а потом ее лицо просветлело.

- Наконец-то!

Руорим заключил ее в объятия.

- Я скучал по тебе, голубка моя, - сказал он, улыбаясь. - Тебе пришлось несладко?

Она покачала головой. Раны и синяки на ее теле исчезли, она наполняла темное помещение эльфийской аурой.

- Я недооценила Марелу, но потом все было предельно легко. Пришлось сделать вид, что я истерзана и почти сошла с ума. Они мне поверили. Очень переживали, что не могут снять твое заклятие. Им даже в голову не пришло, что никакого заклятия не было.

- Потому что их, как когда-то и меня, обманула твоя очаровательная внешность, ты ведь у нас воплощенная нежность. - Он тихонько засмеялся. - Я тоже был поражен, что на самом деле твоя томившаяся и ждущая освобождения душа оказалась такой черной.

Мрачная улыбка исказила ее лицо.

- Мне очень жаль, что покушение на Дармоса не удалось.

- Живым он мне более полезен. В конце концов все и так закончилось хорошо.- Он наклонился и поцеловал девушку, руки его скользнули по ее спине, потом перебрались на грудь. - Не могу дождаться мгновения, когда буду держать в объятиях твое обворожительное тело. Я очень по тебе скучал.

Она задрожала под его руками и прижалась к нему.

- Мне тоже было очень одиноко, - прошептала она ему прямо в ухо, обхватывая руками его затылок. - Теперь уже нас ничто не разлучит, правда?

- Ничто, моя луноокая голубка. По крайней мере, сегодня ночью. Комната, которую я подобрал для тебя, тебе понравится…