О медицине

Цельс Авл Корнелий

 

АВЛ КОРНЕЛИЙ ЦЕЛЬС

Годы рождения и смерти Авла Корнелия Цельса, римского ученого-энциклопедиста и врача, точно не установлены. Сопоставляя однако упоминания о нем многих римских писателей, приходят к выводу, что Цельс жил в конце I века до н. э. и в первой половине I века н. э. Общепризнанным является мнение, что время жизни Цельса следует отнести к правлению императоров Августа (27 г. до н. э. - 14 г. н. э.) и Тиберия (14-37 гг. н. э.). Называют (также предположительно) и более точные даты: 25-30 гг. до н. э. - 45-50 гг. н. э. Возможно, что Цельс дожил до времени правления Нерона (54-68 гг. н. э.). Местом рождения Цельса предположительно считают города Верону или Рим.

Разносторонне образованный человек, Цельс писал о сельском хозяйстве, риторике, философии, праве, военном деле и медицине. Его капитальный труд "De medicina" ("О медицине") в восьми книгах, единственный из его трудов дошедший до нас, составляет VI-XIII книги огромной энциклопедии "Artes" - "Искусства", написанной Цельсом.

Сочинение "О медицине" создано им, вероятно, около 25-30 гг. н. э.

Русский врач Александр Бернард, посвятивший Цельсу свою диссертацию на степень доктора медицины, высказал предположение, что учителями Цельса были его старшие современники, выдающиеся греческие врачи, практиковавшие в Риме, Мегет, Трифон и Евельпист. Вполне допустимо, что Цельс пополнил свои медицинские знания в основанной Августом schola medicorum (Медицинской школе).

Упоминания римских писателей о Цельсе весьма многочисленны. Луций Юний Модерат Колумелла (конец I века до н. э. - 65 г. н. э.) пишет: "В наше время Корнелий Цельс в пяти книгах изложил весь свод знаний". Он же называет Цельса "Весьма прославленным писателем нашего времени".

Известный оратор и теоретик ораторского искусства Марк Фабий Квинтилиан (около 30-96 гг. н. э.) также неоднократно упоминает о Цельсе в своем сочинении "обучение оратора" и, между прочим, характеризует его писательскую манеру, отмечает, что Цельс писал "не без изящества и блеска".

Упоминает о Цельсе и Плиний Старшии (23/24-79 гг. и. э.). Сочинение "О медицине" написано ясным, и простым языком. Тот же Квинтилиан, оценивая ораторские способности Цельса, отмечал: "... что касается оратора, то, конечно, нет разногласий в отношение Цельса, который несомненно следовал за Цицероном".

Язык Цельса близок к языку классического периода, к так называемой "золотой латыни".

Цельса называли "Medicorum Cicero" (медицинским Цицероном) и "Latinus Hippocrates" (латинским Гиппократом), а это - высокое признание разнообразных достоинств его обширного труда.

Цельс написал своего рода практическое руководство по медицине, которое он смог создать, занимаясь лечением больных в своем "валетудинариуме" для рабов.

Вслед за поэтом и философом - материалистом Лукрецием (99-55 гг. до н. э.) Цельс продолжает разработку научной латинской терминологии. В ряде случаев он вводит новые медицинские термины на латинском языке, заменяя ими традиционные греческие названия, которые зачастую приводятся им параллельно.

О том, что Цельс был горячим поборником латинского языка, на своем личном примере показавшим его плодотворность как языка науки, свидетельствует также эпиграмма, дошедшая до нас под именем Корнелия Цельса. В ней звучит определенная гордость за латинский язык, на котором написано еще не много трудов, но и "per pauca volumina" ("благодаря немногим творениям") римляне прославились не меньше греков (намек на греков можно усмотреть в последнем стихе эпиграммы). Вот она:

"Dictantes Medici quandoque et Apollinis artes Musas Romano iussimus ora loqui. Nec minus est nobis per pauca volumina famae, Quam quos nulla satis bibliotheca capit."
"Наше веление Музам - всегда говорить по-латыни, Коль Аполлона-Врача станут они излагать. И при немногих твореньях стяжали мы славы не меньше Тех, кто дивиться отвык даже несчетным трудам".

(Перевел Ю. Шульц)

Так как в эпоху Цельса латинская медицинская терминология находилась еще в периоде становления, то у него нередко одно и то же слово выражает различные понятия. Так слово vulnus означает и рану и язву, a cancer - и раковые образования и омертвение. Ienis sacer в понимании Цельса трактуется объединение, то как опоясывающий лишай, то как острое воспалительное заболевание типа гангрены (в народной медицине - "Антонов огонь"). При описании некоторых заболеваний кожи, например в VI книге, дается слишком общее описание признаков.

В своем трактате Цельс резюмирует достижения древне-римской медицины по диэтетике. патологии, терапии, хирургии. В этот труд Цельс внес данные и из собственного богатого опыта.

В диссертации А. Бернарда, например, приведены многочисленные и интересные высказывания ученых и врачей XIX в., которые единодушно отмечали большую ценность (и не только историческую) седьмой, хирургической книги Цельса: техника некоторых операций со времен Цельса до их времени не претерпела, или почти не претерпела каких-либо существенных изменений. Разделы трактата, посвященные оперативной хирургии, особенно созвучны современному материалистическому пониманию нашей науки.

Сочинение Цельса "О медицине" было найдено в середине XV века (около 1443 г) Фомой Перетончелли де Сарцана, а первое его издание (editio princeps) вышло в свет во Флоренции в 1478 году. За ним последовало Миланское издание 1481 года и три Венецианских (1493, 1496, 1497 гг.). Таким образом, только до конца ΧV века в Италии вышло пять изданий Цельса.

В XVI столетии труд Цельса издавался около 25 раз (в Лейдене, Венеции, Париже, Антверпене, Базеле и других крупных университетских городах).

XVII век прибавил к ним еще десять изданий, XVIII - около пятнадцати, а всего с 1478 года сочинение Цельса издавалось более семидесяти раз.

Следует отметить, что в ряде старых изданий, начиная с Венецианского (1518 г.), напечатанного в типографии Альда Мануция, за Цельсом помещалась медицинская дидактическая поэма Квинта Серена Самоннка (нач. III в. н. э.) "Liber medicinalis" (смотри приложение). Вместе с Цельсом Серен Самоник находится кроме того в изданиях 1528 и 1566 гг., а также в Падуанском издании 1722 года.

Среди изданий прошлого столетия следует отметить несколько изданий Тарга: 1801 г. (Цвейбрюккен), 1806 г. (Страсбург), 1810 г. (Верона) и 1828 г. (Москва), издание Риттера и Альберса 1835 г. (Кельн), издание Ведрена 1876 г. (Париж), и особенно издание Даремберга 1859 г. (Лейпциг), с которого и сделан настоящий перевод Цельса.

Новейшее полное издание Цельса вышло в 1915 году.

В Германской Демократической республике в 1955 г.', для студентов-медиков были изданы в оригинале фрагменты труда Цельса вместе с клятвой Гигапократа и отрывком из агрономического трактата "О сельском хозяйстве" Марка Теренция Варрона (30-е годы 1 в. до н. э.).

Труд Цельса еще с XVI века неоднократно переводился на западно-европейские языки. Первый немецкий перевод был издан в г. Майнце еще в 1531 году. Лучший немецкий перевод - Шеллера, вышедший вторым изданием в 1906 году (Брауншвейг). Первый французский перевод вышел в 1753 году (Париж), первый английский - в 1756 году (Лондон), а итальянский - в 1828 году (Милан).

На русский язык (в 1907 году) была переведена только седьмая книга его труда, посвященная вопросам хирургии. Настоящий перевод является первым полным переводом сочинения Цельса на русский язык.

Был или не был Цельс врачом? На этот счет существуют два противоположных мнения. Одни ученые Гиршберг, Гезер, Даремберг, Мейер-Штейнег и другие, отдавая известную дань распространенному тогда гиперкритицизму, не считают его врачом. К ним примыкает, хотя и с некоторыми оговорками, С. Ковнер . Эта же точка зрения на Цельса принята и во многих учебных пособиях по истории медицины.

И. Л. Гейберг, не считая Цельса специалистом, и отмечая в частности его заслуги в изложении высоких достижений хирургии Александрийского периода, следующим образом характеризует весь труд Цельса: "Медицина дала в I в. н. э. отрадно поражающее произведение, - небольшой справочник Корнелия Цельса, самое лучшее, что внесли римляне во всю научную литературу".

Другие ученые, в том числе и А. Бернард в своей диссертации, напротив придерживаются противоположного мнения, полагая, что Цельс несомненно был врачом. А. Бернард довольно обстоятельно разбирает этот вопрос и приходит к выводу, что в труде Цельса "всюду виден практический врач". Мы также присоединяемся к его выводу.

Действительно, Цельс использовал всю многочисленную научную литературу по медицине от Гиппократа и до Асклепиада. Сушествует мнение, что Цельс в своем сочинении использовал даже труды древнеиндийской медицины, и в частности Аюр-Веду Сушруты, одного из первых индийских врачей. Однако А. Бернард доказывает обратное, а именно то, что не Цельс заимствовал из индийской медицины, но у самого Цельса был заимствован целый ряд положений и описаний. Эти заимствования попали затем в книгу Сушруты, которая, как известно, пополнялась столетия спустя после смерти ее первоначального автора. По мнению А. Бернарда это могло произойти начиная с эпохи Августа, когда римляне впервые завязали отношения с Индией. Однако этот интересный вопрос до сих пор остается открытым и нуждается в специальном исследовании.

В издании Цельса, вышедшем в Цвейбрюккене в 1786 году, помещена посвященная Цельсу латинская эпиграмма одного из ученых нового времени, И. Дузы:

"Ты городские дела описал и хозяйство деревни, И медицина твоя также достойна хвалы. После, как ритор, коснулся достоинств военного дела; Именно это, о Цельс, Марса сближает и Муз".

Медицина - лишь одна из сторон многообразной деятельности римского ученого - энциклопедиста, но и сама по себе эта сторона имеет для нас большое познавательное значение. Сочинение Авла Корнелия Цельса "О медицине" - обширный и интересный труд, в котором изложены основные принципы и теории медицинской науки до-галеновского Рима.

Действ, член Академии Медицинских Наук СССР

В. Н. ТЕРНОВСКИЙ

Зав. Курсом Латинского языка 2-го МГМИ им. Н. И. Пирогова

Ю. Ф. ШУЛЬЦ

 

ВСТУПЛЕНИЕ

 

 

ОБЗОР ИСТОРИИ МЕДИЦИНЫ. КАКИЕ ПРИЕМЫ МЕДИЦИНЫ ПРЕДПОЧТИТЕЛЬНЫ

Подобно тому как земледелие обещает средства питания здоровому телу, так медицина обещает здоровье больному. Нет места, где бы не существовало врачебного искусства. Даже самые необразованные народы изучали травы и другие лечебные средства, помогающие при болезнях и ранениях. Но у греков медицина была разработана значительно больше, чем у других народов, причем и у них она была усовершенствована не с первых дней их истории, а за несколько столетий до нашего времени; ведь Эскулап славится у них как древнейший основатель медицины, и за то, что он несколько более точно усовершенствовал эту науку, находившуюся до того времени в несработанном виде и на положении народной медицины, он был причислен к сонму богов.

Затем оба его сына Подалирий и Махаон, последовав во время Троянской войны за вождем Агамемноном, оказали немалую помощь своим сотоварищам по оружию.

Впрочем, по описанию Гомера (Илиада) они оказывали известную помощь не во время морового поветрия и не при различных болезнях, но обычно лечили только ранения - как хирургическим путем, так и с помощью лекарств. Из этого очевидно, что они работали только в этой области медицины, и эта часть медицинской науки - самая древняя. От того же самого автора можно узнать, что в то время, происхождение болезней приписывали гневу бессмертных богов и к ним же обращались обычно за помощью. Вполне правдоподобно, что при отсутствии лечебных средств против болезней люди все же, большей частью, обладали хорошим здоровьем, благодаря добрым нравам, не нарушавшимся ни праздностью, ни неумеренным образом жизни. Эти два порока способствовали ослаблению физического здоровья сначала в Греции, а затем и у нас.

Подобное врачебное искусство, применявшееся разными способами и не бывшее необходимостью ни в давние времена (у греков), ни в настоящее время у различных народов, едва ли может довести до старости кого-либо из нас.

И вот после тех врачей, о которых я упомянул выше, никто даже из известных медиков не занимался медициной до той поры, когда ученые начали вдохновляться в большей степени изучением науки, необходимой всем главным образом для ума, но бесполезной для тела. Ведь первоначально медицинская наука считалась частью философии, так что и лечение болезней и изучение явлений природы возникло благодаря трудам одних и тех же творцов. Разумеется, исследованиями в области медицины занимались больше всего те, которые ослабили свои физические силы пытливым размышлением и ночным бодрствованием.

Известно, что многие из учителей философии были сведующими во врачебном деле: из них самыми известными были Пифагор, Эмпедокл и Демокрит. Ученик последнего, в чем некоторые твердо уверены, Гиппократ Косский, первым из всех, достойных упоминания, отделил врачебную науку от изучения философии; этот человек славился своим врачебным искусством и красноречием. После него Диокл из Каристы, затем Праксагор и Хрисипп, далее Герофил и Эразистрат так развили эту науку, что им удалось создать различные методы лечения. В эти же времена медицина разделилась на три части: одна лечит образом жизни, другая лекарствами, третья хирургическим путем. Первую часть греки называли диэтической, вторую фармацевтической, третью хирургической.

Наиболее прославленные создатели медицинской науки, пытавшиеся глубже развить ту часть медицины, которая лечит болезни образом жизни также поставили себе задачей познание явлений природы, как будто без этого медицина является неполноценной и бессильной наукой.

После них Серапион первым из всех стал учить, что эта, построенная на отвлеченных началах наука, не имеет никакого отношения к медицине и обосновал последнюю только на практике и опытах. Последователями его были Аполлоний, Главк и несколько позже Гераклид из Тарента и другие выдающиеся люди; согласно самому характеру своего учения они назвали себя эмпириками.

Таким образом, та часть медицины, которая лечит определенным образом жизни, разделилась на два направления, причем одни остались сторонниками отвлеченного направления, другие сторонниками построения науки только на опыте.

Никто после вышепоименованных лиц не продвинул науку дальше того, что узнал от предшественников, и это длилось до тех пор, пока Асклепиад не внес больших изменений в метод лечения. Из его приемников сам Темизон в недавнее время, под старость внес некоторые изменения. Итак, благодаря, главным образом, вышеупомянутым лицам, получила развитие эта полезная для нас отрасль знания.

Поскольку из трех частей медицины наиболее трудная и, вместе с тем, самая известная та, которая занимается лечением болезней (образом жизни), то о ней и надо сказать прежде всего.

И, так как первый разгоревшийся спор заключается в том, что одни утверждают необходимость одних только опытов, а другие выдвигают мысль, что опыт недостаточно эффективен, если нет знания законов устройства тела и явлений природы, то надо установить, что именно в споре, главным образом, выдвигают обе стороны, чтобы тем легче можно было противопоставить им наше мнение.

Итак, те (врачи), которые представляют медицину, построенную на отвлеченных началах, выдвигают необходимость знания нижеследующих данных: скрытых причин, обусловливающих болезни, затем (причин явных, после того также естественных функций (организма), и, наконец, знание внутренних органов. Скрытыми причинами они называют такие, с помощью которых познается, из каких элементов состоят наши тела, что способствует здоровью и нездоровью. И они убеждены, что тот, кто не знает происхождения болезней, не может знать как их лечить. По их словам, нет сомнения, что методы лечения разные. Одно лечение, если нездоровье происходит от избытка или недостачи одного из четырех элементов, как утверждали некоторые из учителей философии; другое лечение, если всякое заболевание связано с состоянием соков, как думал Герофил, иное - если нездоровье связано с воздухом, как учил Гиппократ, опять таки другое, если кровь проникает в те сосуды (артерии) которые приспособлены для воздуха и возбуждает воспаление, называемое греками флегмоной, причем это воспаление, производит такое действие, какое бывает при лихорадке. Таково мнение Эразистрата; наконец, иное лечение должно быть если маленькие тельца, проникающие через невидимые для глаз отверстия, застревая, замыкают пути, как утверждает Асклепиад.

По их мнению тот действительно будет правильно лечить, кто не ошибся в первопричине болезни. Они, впрочем, не отрицают, что опыты также необходимы, но утверждают, что к опытам можно подойти, только исходя из общей мысли, основанной на разуме.

Ведь врачи прежних времен не пичкали больных чем попало, но обдумывали, что больше всего подходит (к данному случаю), и исследовали на опыте то, к чему раньше приходили путем некоторых общих соображений; и не имеет значения, исследована ли уже большая часть наших знаний в настоящее время на опыте, раз они возникли на почве общих соображений.

И так обстоит дело относительно многих вопросов. Ведь часто также появляются новые виды болезней, относительно которых опыт еще ничего не показал, так что необходимо произвести наблюдение, откуда они явились, без чего никто не может знать, почему надо применять то или иное средство; вот почему они стремятся изучить причины, остающиеся темными. Явными же причинами они называют такие, которыми определяется происхождение болезни от жары или от холода, от голода или от излишеств в пище и от других подобных причин. Ведь они утверждают, что заболевшему сможет оказать помощь только тот, кому известно происхождение болезни.

Естественными функциями тела они называют такие, как вдыхание и выдыхание, поглощение пищи и питья и переваривание, а равно и действия, посредством которых те же самые пища и питье распространяются по всем частям тела. Затем они также исследуют, почему наши кровеносные сосуды то суживаются, то расширяются (т. е. пульсируют), каково значение сна и бодрствования. Без знания этих явлений, как они полагают, никто не может ни помочь, ни вылечить болезней, возникающих в связи с этими явлениями.

Так как среди указанных функций, пищеварение, по-видимому, имеет наибольшее значение для здоровья, то они преимущественно останавливаются на этом вопросе, причем одни, руководствуясь учением Эразистрата, утверждают, что пища перетирается в желудке, другие, согласно мнению Плистоника, ученика Праксагора, что она перегнивает; иные верят Гиппократу, что пища переваривается благодаря теплу.

Наконец, присоединяют свой голос и ревнители учения Асклепиада, заявляя, что все эти толкования пустое и бесполезное дело. По их мнению, ничто не переваривается, но сырое вещество как было поглощено, так и распределяется по всему телу. По этому вопросу у них очень мало согласованности. Только в том есть согласие, что пищу больным приходится давать разную, в зависимости от того, правильно ли последнее предположение или первое.

Ведь если пища перетирается внутри, то надо подыскивать такую, которая легче всего может быть растерта. Если пища перегнивает, то надо предпочесть такую, которая легче всего подвергается этому процессу. Если переваривание совершается с помощью тепла, то следует (дать) такую пищу, которая больше всего возбуждает тепло. А если никакого переваривания не совершается, то ничего не надо искать из подобных видов пищи, а принимать такую, которая преимущественно сохраняется в том виде, как она была употреблена. Исходя из тех же оснований, они полагают, что если дыхание тяжелое, если одолевают сон или мучает бессонница, то лечить может тот, кто понял прежде происхождение этих явлений. Кроме того, когда во внутренних органах появляются боли и возникают различные виды болезней, то, по их мнению, не может применять лечебных средств тот, что не знает устройства самих этих органов. В силу этого, необходимо вскрывать тела умерших и исследовать их внутренние органы и кишечник. И весьма правильно по их мнению, поступали Герофил и Эразистрат, которые производили вскрытие живых людей, преступников, полученных из тюрем от царской власти, и пока еще оставалось дыхание, рассматривали то, что природа раньше скрывала от глаз: положение внутренних органов, их цвет, внешний вид, величину, порядок размещения, твердость, мягкость, гладкость, взаимосвязь; далее выступы и впадины отдельных органов, входящих в другие органы, и в свою очередь, принимающих другие части. Ведь тот, кто не изучил места расположения внутренних органов и кишечника, не будет знать, что болит, когда придется иметь дело с внутренним заболеванием.

И не может лечить заболевшей части тела тот, кто не знает, что она собою представляет. Когда же, благодаря ранению, открыты внутренности какого либо больного, то тот, кто не знает цвета каждой части тела в здоровом состоянии, не будет знать, что не повреждено и что повреждено и, таким образом, он не сможет даже помочь поврежденным органам; и лекарства снаружи удобнее наложить, если известны расположение и внешние контуры внутренних, органов и их размеры; ведь все внутренние части имеют сходное устройство.

Также нельзя назвать жестокостью, как это утверждают многие, когда ценой мучений преступников, и притом немногих, открываются лечебные средства для множества незапятнанных преступлениями людей всех веков.

Напротив, те, которые называют себя эмпириками, исходя из опыта, указывают на явные причины, как на необходимые, исследование же скрытых причин и естественных функций считают излишним, так как природа, по их мнению, непостижима. Это ясно из тех споров, которые они вели, поскольку по этому вопросу нет согласия ни между философами, ни между самими врачами.

В самом деле, почему верить больше Гиппократу, чем Герофилу, почему скорее последнему, чем Асклепиаду. Ведь если дело идет об общих принципах, то мнения всех спорящих сторон могли бы показаться приемлемыми; если же коснуться лечения, то у всех этих врачей больные достигали выздоровления. Таким образом, нельзя было отказать в доверии кому либо из них ни со стороны общих их рассуждений, ни со стороны их врачебного авторитета. Также и занимающиеся философией были бы великими врачами, если бы таковыми могло их сделать теоретическое рассуждение: в настоящее же время от них остались лишь слова, но нет знания лечебного дела. Виды лечения различаются также в зависимости от природы местности: в Риме надо лечить одним способом, в Египте другим, в Галлии третьим. Если бы болезни возникали везде от одних и тех же причин, лекарства также должны были бы быть везде одинаковыми. Часто также причины бывают ясны, как например, причины нагноения глаз, ранения, но от знания причин не открывается лечение. Если очевидная причина не дает такого знания, то тем меньше может его дать сомнение. А, следовательно, когда причина неясна и непонятна, то помощь против болезни следует искать скорее в известных и испытанных средствах, т. е. таких, которым научил опыт при самом лечении болезней, как это практикуется во всех прочих отраслях знаний. Ведь ни земледельцем, ни рулевым нельзя сделаться путем рассуждений, но только путем; опыта. Эти теоретические рассуждения не имеют никакого отношения к лечебному делу, но дают понять, что люди различных взглядов достигали в лечении одинаковых результатов выздоровления больных. Ведь этого они достигали, исходя не из скрытых причин и не от естественных отправлений, которые ими толковались различно, но намечали пути лечения, исходя из опытов, в соответствии с тем, что отвечало каждому из них.

Вначале, по крайней мере, медицина получила развитие не от этих теоретических изысканий, но от опытов. Так, среди больных, при которых не было врачей, одни в первые дни болезни из жадности поглощали пищу, другие из отвращения к еде, воздерживались, и в результате большее облегчение получали те, которые воздерживались от пищи. Равным образом, во время приступа лихорадки некоторые больные что-нибудь ели, другие принимали пищу незадолго до приступа, иные после приступа; наилучшие же результаты получались у тех, которые принимали пищу после конца лихорадки.

Подобным же образом одни, с самого начала болезни, употребляли более обильную пищу, другие более скудную; и те, которые себя перенасыщали, оказывались в более тяжелом состоянии.

Поскольку эти явления и им подобные случались ежедневно, внимательные люди отмечали, что именно приводило в большинстве случаев к лучшему результату, а затем стали давать больным соответствующие предписания.

Таким образом, медицина возникла из наблюдений за выздоровлением одних и гибелью других, наука различающая вредное и полезное для здоровья. Затем, когда уже были найдены средства лечения, люди принялись рассуждать о теоретических основах лечебных средств, и медицина возникла не после теоретического обоснования, но теория была найдена после возникновения практической медицины. Спрашивается, теория учит тому же самому, что и опыт, или иному? Если тому же самому, то в ней нет надобности, если иному, то она даже противоречит опыту. Первоначально лечебные средства необходимо было испытывать с величайшей тщательностью, в настоящее же время они уже изучены: либо не находят новых видов болезней, либо нет необходимости в новых лечебных средствах.

Ведь если случится какой-либо неизвестный вид болезни, врачу нет необходимости погружаться в размышления о скрытых явлениях, но ему, прежде всего, надо обратить внимание на то, к какой болезни ближе всего эта новая болезнь и ему следует пробовать лечебные средства, близкие к тем, которые часто помогали при болезни сходного типа и надо искать лечебное средство исходя из мысли о сходстве явлений. Эмпирики не говорят что врач не нуждается в разумном объяснении, и что неразумное животное обладает преимуществом в этом искусстве, но они убеждены, что гипотезы, объясняющие скрытые явления, не имеют отношения к делу, так как не то важно, что порождает болезнь, а то, что ее уничтожает; и не то, каким образом усваивается пища, но важно, что усваивается лучше всего. Важно знать, происходит ли пищеварение от той или иной причины, является ли этот процесс перевариванием пищи, или только распределением.

Исследовать надо не то, каким образом мы дышим, но что излечивает тяжелое и затрудненное дыхание, а также изучать не то, что заставляет биться кровеносные сосуды, но что означают разновидности пульсации. Это познается только путем опыта и во всех подобных рассуждениях можно защищать и ту и другую точки зрения; таким образом побеждают ум и красноречие; но ведь болезни. лечатся не красноречием, а лекарствами. Если какой-нибудь человек, не обладающий даром речи, хорошо изучит отдельные вопросы на практике, то он будет значительно лучшим врачом, чем тот, кто, не имея опыта, лишь совершенствовался бы в словопрениях. Впрочем то, о чем была речь, может лишь показаться ненужным, но то, о чем остается сказать, свидетельствует о жесткости: в самом деле вскрывается живот и полость груди у живых людей, и наука, призванная охранять здоровье людей, приносит человеку не просто гибель, но самую ужасную.

Это не может быть оправдано, в особенности когда из тех явлений, которые стремятся распознать с помощью такого насилия, одни вовсе не могут быть познаны, а другие могут быть изучены, даже не прибегая к преступлению. В самом деле, если вскрыть тело, то цвет, гладкость, мягкость, твердость и все подобные свойства оказываются после вскрытия не таковыми, какими были в неповрежденном состоянии. В то время, как даже в неповрежденном теле эти свойства часто меняются под влиянием страха, боли, голода, пресыщения, утомления и тысячи других незначительных болезненных ощущений. Гораздо вероятнее, что при тяжелых ранах и самом акте умерщвления меняется состояние внутренностей, которые притом обладают большей чувствительностью, впервые обнажаясь. Нет ничего глупее предположения, что состояние органов умирающего человека и даже умершего, таково же, как у живого. Правда, нижнюю часть брюшной полости, имеющую меньшее значение в данном случае, можно вскрыть и человек еще сохраняет жизнь, но лишь только нож подойдет к полости груди и будет разрезана грудобрюшная преграда, т. е. перепонка, отделяющая верхние части туловища от нижних, - греки называют ее диафрагмой, - человек тотчас же умирает. И только таким способом врач, производящий вскрытие, может видеть область груди и все внутренние части в том виде, в каком они находятся у мертвого, а не в таком, в каком они были у живого. Таким образом, врач получает только возможность умертвить человека самым жестоким образом, но не узнает, в каком виде у нас внутренние органы при жизни. Но, впрочем, нередко лечащим врачам представляются случаи осмотреть внутренности человека, пока последний еще сохраняет жизнь. Иной раз случается, что ранят гладиатора на арене, или воина в бою или путника, застигнутого разбойниками, так что открывается некоторая часть внутренностей, причем у разных лиц по-разному, так проницательный врач знакомится с местом, расположением, порядком размещения, внешним видом и тому подобными свойствами внутренних органов, не прибегая к убийству, а способствуя здоровью, причем проявляя милосердие, он изучает то, что другие узнавали путем ужасной жестокости.

В силу этих соображений, вскрытие умерших, хотя в данном случае и нет жестокости, но лишь акт, внушающий отвращение, не является необходимостью, так как у умерших большая часть органов имеет иной вид, чем при жизни, притом и само лечение должно показать, насколько можно изучить явления на живых людях.

Поскольку эти вопросы часто обсуждались врачами во многих книгах и были предметом споров, которые велись с большой страстностью и продолжают обсуждаться, считаю необходимым изложить то, что представляется наиболее близким к истине, не подчиняясь целиком взглядам той или другой стороны, по и не отклоняясь чересчур от обеих сторон, а идя средним путем между противоположными мнениями.

Такого метода надо держаться преимущественно, когда истину исследуют беспристрастно, как в данном случае.

В самом деле, что касается причин, содействующих здоровью или нездоровью, способов ввода и усвоения воздуха и пищи, то такие вопросы даже учителя философии объясняют не на основе точного знания, а на основе предположений.

Но если нет точного знания, то нельзя найти верного средства. Поистине, ничто так не способствует в большей мере установлению метода лечения, как опыт.

Хотя существует много явлений, не имеющих собственно прямого отношения к (медицинским) наукам, но они помогают изучению последних, стимулируя мысль ученого. Таким образом, созерцание явлений природы, хотя и не создает врача, но делает его более подготовленным к занятию медициной.

Бесспорно, что Гиппократ и Эразистрат, и ряд других не потому стали врачами, что, не довольствуясь лечением лихорадок и ран изучали, до некоторой степени, явления природы, но великими врачами они стали именно в силу этого обстоятельства. Самой медицине нужно теоретическое обоснование, хотя не в тех случаях, когда речь идет о скрытых причинах и естественных функциях, но все же во многих случаях. Ведь эта наука основывается на предположениях, причем во многих случаях не оправдываются не только теоретические предположения, но даже и опыт.

Так, нередко ни лихорадка, ни пища, ни сон не следуют непосредственно за теми явлениями, с которыми их привыкли связывать. Более редко случается, но бывает иногда, что сама болезнь есть нечто новое. Явно ложно утверждение, что таких случаев не бывает. Так, в наше время одна женщина, после того как у нее случилось выпадение мясистого органа (т. е. матки) из полового отверстия и она стала сохнуть, умерла в течение нескольких часов; это произошло так, как самые известные врачи не определили ни род болезни, ни средство ее излечения. Полагаю, что они не испробовали никаких средств, так как никто не пожелал испытывать правильность своего диагноза на весьма знатной особе, из боязни прослыть убийцей в случае, если бы не удалось спасти больную.

Весьма вероятно, что они могли бы что-нибудь придумать, освободившись от такой робости и могло бы быть найдено какое-нибудь уже испытанное средство.

Но для установления лечения в таких случаях не всегда помогает сходство явлений; а если когда и помогает, то во всяком случае это дело размышления, к какому врачебному средству следует преимущественно прибегать, принимая во внимание много сходных видов болезней и лечебных средств. Таким образом, когда врач встречается с подобным случаем, то он должен изыскивать средства, оказывающие помощь если не во всех, то хотя бы в более частых случаях. Для этого он будет искать новые пути, обращаясь не к скрытым явлениям, они ведь сомнительны и неясны, но к таким, которые могут быть исследованы, т. е. к явным причинам. Ведь имеет значение, произошло ли заболевание от утомления или от жажды, от холода или от жары, от бессонницы, или голода, или на почве злоупотребления пищей и в-ином, или от половой невоздержанности. Кроме того, врач должен знать, какова природа больного более ли влажное у него тело или сухое, крепкого ли он сложения или слабого, часто ли бывает нездоровье или редко, и, когда случится заболевание, то бывает ли оно в сильной форме или в легкой, на короткий ли срок или долгий; какой образ жизни вел больной - многотрудный или спокойный; живет ли он в роскоши, или соблюдает умеренность. Ведь в зависимости от этих и им подобных обстоятельств, приходится во многих случаях, устанавливать новые способы лечения.

Впрочем, нельзя проходить мимо этих вопросов, как будто они не возбуждают никаких возражений. Так и Эразистрат утверждал, что болезни возникают не от этих причин; ведь других лиц, да и тех же самых, но в другое время, не лихорадило после указанных причин.

Также некоторые врачи нашего века, подчиняясь влиянию Темизона, каким и они сами желают казаться, утверждают, что познание причины не имеет никакого отношения к лечению. По их мнению, достаточно наблюдать некоторые общие свойства болезней, которые бывают троякого рода: одни болезни протекают с затвердением, другие с разжижением, третьи смешанного типа. В самом деле, у больных бывает то слишком мало выделений, то слишком много то в одном отношении мало, в другом много. Среди болезней этих трех категорий есть болезни острые и болезни нарастающие, либо остающиеся без изменения, либо идущие на ослабление. Таким образом, когда выяснено состояние больного в указанных отношениях то, если тело уплотнено, надо его ослабить, если тело страдает разжижением, то закрепить; если болезненные явления смешанного типа, то надо сразу бороться с более сильно выраженным болезненным явлением. По-разному надо лечить болезни острые и застарелые, по-разному болезни нарастающие и иначе уже склонные к выздоровлению.

Медицина, согласно их утверждению, и есть наблюдение за этими явлениями; ее определяют как некий способ действия, который греки называют "методом" и уверяют, что эта наука есть наблюдательница общих явлений, присущих болезням. И они не желают причислить себя ни к догматикам, ни к чистым эмпирикам. С первыми они не соглашаются по той причине, что не желают сводить медицину к гипотезам, направленным на объяснение скрытых явлений, со вторыми не соглашаются, полагая, что в наблюдении только данных опыта слишком мало учености. Что же касается Эразистрата, то, прежде всего, самое представление об очевидных причинах, противоречит его взглядам, так как редко приходит болезнь, если нет налицо какого-либо из вышеуказанных явлений. Далее вовсе не следует, чтобы то, что не действует на одного человека, не могло подействовать вредно на другого или на того же самого в другое время. Ведь в теле человека могут существовать скрытыми некоторые явления, порожденные или слабостью или каким либо расстройством, которых у другого нет, или их не было у него в другое время, и эти явления сами по себе не столь значительны, чтобы возбудить болезнь, но делают организм более подверженным другим заболеваниям. Ведь если бы Эразистрат достаточно ясно понял значение наблюдения явлений природы, что врачи не случайно считают своим делом, он знал бы также и то, что ничто вообще не совершается вследствие одной причины, но за причину принимается то, что больше всего, по-видимому, содействовало данному явлению. Ведь какое-либо действующее начало пока оно является единственным, может не оказывать воздействия, но производит максимальное действие в соединении с другими. К этому надо прибавить, что сам Эразистрат, утверждающий, что лихорадка возникает, когда кровь переливается в артерии и это случается при чересчур полнокровном теле, не объяснил, почему из двух одинаково полнокровных один заболевает, другой же останется вне всякой опасности заболевания, что ежедневно наблюдается. Из этого можно сделать вывод, что указанное переливание крови есть действительная причина, но при полнокровии это переливание происходит не само по себе, а тогда, когда к полнокровию присоединяется еще какая-нибудь из вышеуказанных причин.

Что же касается сторонников Темизона, то, если они являются носителями неизменных начал, их более чем кого бы то ни было следует считать догматиками. Ведь, если кто не принимает того, что одобряет иной рационалист, то нет необходимости создавать немедленно другое новое научное название, если только самое существенное в их взглядах не является делом одной только памяти, но построено на рациональном основании. Если же медицинская наука почти не принимает никаких неизменных правил, что ближе к истине, то эти люди не отличаются от тех, которые основываются на одних экспериментах, тем более, что любой, даже самый неопытный человек, может заметить, способствовала ли болезнь уплотнению тела или размягчению.

Если умозрительным методом найдено, какое средство способствует размягчению и какое уплотнению, то такой врач - догматик, и если средство найдено на основании опыта, то врачу, который отказывается признать себя догматиком, приходится назвать себя эмпириком. Таким образом, у последнего познание болезни стоит вне науки, а врачебное искусство ограничено данными практики. И ничего к учению эмпириков ими не прибавлено, но скорее убавлено; ведь догматики многое наблюдают всесторонне, а эти эмпирики только самые легко объяснимые явления, не выходящие за пределы общераспространенных наблюдений.

В самом деле и те, которые лечат мелкий и рабочий скот, не будучи в состоянии узнать от бессловесных животных особенности болезни каждого животного, останавливаются только на явлениях общего порядка. И чужеземные народы, поскольку им не знакомы тонко разработанные рациональные основы медицины, видят только явления общего порядка; также и врачи, на попечении которых находятся обширные больницы, поскольку они не в состоянии проявлять высшую степень заботливости в отношении каждого отдельного больного, прибегают к этим общераспространенным средствам.

И право же, древние врачи знали эти общие свойства болезненных явлений, но не довольствовались такими знаниями. Даже самый древний учитель Гиппократ говорил, что лечить следует, обращая внимание, как на общее, так и на частное. И сами они признают, что никоим образом не могут остаться в рамках своего учения, ибо виды болезней с твердыми и жидкими выделениями различны; это легче наблюдается при тех болезнях, которые дают жидкие выделения. Одно дело, когда больной вместе с рвотой извергает кровь, другое дело, когда желчь или просто пищу; разница - страдает ли больной поносами или кишечными коликами, слабеет ли он от выделения пота или погибает от истощения. Притом, жидкие выделения прорываются в разные части тела: глаза, уши; от этой опасности не застрахован ни один член человеческого тела; и все эти болезненные явления лечатся по-разному. Таким образом, при этих заболеваниях, медицина переходит непосредственно от изучения общих болезненных явлений, сопровождаемых жидкими выделениями, к частым проявлениям; при этом часто бывает необходимо отдельное изучение особенности болезни, так как одни и те же средства помогают не во всех, даже сходных, случаях.

Правда, есть некоторые определенные средства, которые, в большинстве случаев, или крепят живот или слабят; однако, находятся люди, на которых те же самые средства оказывают иное действие нежели на других. Следовательно, в отношении таких лиц исследование общих явлений дает неблагоприятные результаты и только изучение частных свойств приносит пользу.

Между тем, часто бывает достаточно распознать причину болезни, чтобы ее вылечить.

И вот недавно, на наших глазах, талантливейший врач нашего века, Кассий, зная, что один больной, страдающий лихорадкой и сильной жаждой, стал себя плохо чувствовать после опьянения, заставил его выпить холодной воды. После этого, когда действие вина было устранено путем смешения с водой, он избавил больного от лихорадки, заставив его спать и пропотеть. Подобное лечебное средство врач предусмотрительно применил не потому, что тело больного было связано или расслаблено, но потому, что понял причину, которая предшествовала заболеванию.

Согласно мнения указанных авторов, существуют также некоторые особенности, связанные с характером местности и временем года. Рассуждая о том, какой образ жизни должны вести здоровые люди, они предписывают в местах с тяжелым климатом или во времена года, вредно действующие на здоровье, больше избегать холода, или жары, излишества в еде, работе, половых сношениях; предписывают, чтобы тот, кто ощущает нездоровье, в тех же местах или в те же времена года, больше предавался отдыху и не раздражал рвотой желудка, а слабительным кишечника. Несомненно, это правильно; но от общих положений они отклоняются, вдаваясь в какие-то частности; разве, что хотят нас убедить, что здоровым людям следует сообразоваться с климатом и временами года, а больным будто нет в этом необходимости; для последних же, чем более подвержен опасностям ослабленный нездоровьем организм, тем более необходимо возможно внимательнее относиться к этим вопросам. Мало того, у одних и тех же людей болезни проявляются различно; и тот, кто безуспешно лечился средствами, действовавшими когда-то благоприятно, часто вылечивается средствами противоположного характера. Встречается также весьма много различий в отношении приема пищи. Ограничусь указанием на одно только различие. В самом деле, голод легче переносит взрослый молодой человек, чем ребенок; легче переносится голод, когда воздух тяжелый, чем легкий, легче зимой, чем летом; легче, когда человек привык есть один раз в день, чем когда привык также и завтракать, легче, когда человек не занят трудом, чем когда занят.

Часто приходится давать пищу через более короткие промежутки тем, кто менее способен переносить голод.

В силу этих соображений, я делаю вывод, что тому, кто не знаком с явлениями частного характера, приходится придерживаться только общих путей. А тот, кто в состоянии познать частные явления, должен настойчиво ими заниматься, но не оставлять также в пренебрежении общие вопросы.

Вот почему при равном уровне знаний более полезен врач, близкий к больному, чем посторонний.

Но вернемся к нашей теме. Итак, по моему мнению, медицина должна быть построена на рациональных началах; ее следует строить, исходя из очевидных фактов, отбросив все скрытые причины, устраняя их не из поля зрения врача, а из самого искусства врачевания. Что же касается вскрытия, то рассекать тела живых людей и жестоко и нет необходимости, а вскрывать трупы умерших необходимо изучающим, поскольку они должны знать положение и порядок размещения органов. Об этом лучшее представление дают трупы, чем живой человек или раненый.

А остальное, что можно изучить только на живых людях покажет опыт при лечении раненых, хотя и более медленным способом но значительно более гуманным.

Изложив это, я прежде всего расскажу о том, какой образ жизни должны вести здоровые люди, а затем перейду к вопросам о болезнях и их лечении.

 

КНИГА ПЕРВАЯ

 

ГЛАВА I. КАК ЗДОРОВЫЙ ЧЕЛОВЕК ДОЛЖЕН СЕБЯ ВЕСТИ

Здоровый человек, который чувствует себя хорошо и ни от кого не зависит, не должен себя стеснять никакими предписаниями: он не нуждается ни во враче, ни в массажисте.

Ему следует вести разнообразный образ жизни: жить то в деревне, то в городе и чаще бывать на лоне природы, совершать морские путешествия, охотиться, иногда предаваться покою; но как можно чаще заниматься физическими упражнениями, так как праздность расслабляет тело, а труд укрепляет его; первое приносит преждевременную старость, второе - продолжительную молодость.

Полезно также время от времени ходить в баню или купаться в холодной воде; то натираться мазями, то воздерживаться от этого; не избегать никакой пищи, какая в ходу у простого народа, иногда принимать участие в пирушках, иногда воздерживаться от них; есть то больше, чем следует, то не слишком много. Лучше принимать пищу дважды в день, чем один раз, и всегда в изобилии, лишь бы ее переварить.

Но насколько необходимы физические упражнения подобного рода и соответствующая пища, настолько неприемлемы нормы атлетов.

Ведь, с одной стороны, перерыв в занятиях гимнастикой, вызванный некоторыми общественными обязанностями, вредит организму· с другой стороны, те люди, которые, по примеру атлетов, привыкли много есть, очень быстро стареют и подвержены заболеваниям.

Что же касается половых сношений, то к ним не следует как слишком стремиться, так и слишком их опасаться, редкие сношения· держат тело в постоянном возбуждении, частые расслабляют. Хотя норма их должна определяться не числом, а возрастом и физическим состоянием, однако надо помнить, что сношения не вредны, когда они не вызывают ни телесной слабости, ни страдания.

Днем вступать в сношения хуже, ночью спокойнее; причем, не годится, в первом случае, сразу приниматься за еду, а во втором - проснувшись, - за работу. Все это рекомендуется соблюдать людям сильным физически, при этом надо беречься, чтобы, находясь в добром здоровьи, не истощать сил, пригодных на случай нездоровья.

 

ГЛАВА II. КАК СЛАБЫМ ПОДДЕРЖИВАТЬ СВОЕ ЗДОРОВЬЕ

Но слабым, - к их числу принадлежит большая часть горожан и почти все занимающиеся науками, - необходимо более тщательное наблюдение за своим здоровьем, чтобы уходом за ним восстановить то, чего лишают их или особенности телосложения, или местности, или рода занятий.

Итак, тот, у кого желудок переварил хорошо, может смело вставать рано; тот, у кого желудок действовал недостаточно, должен оставаться в постели, а если он был вынужден подняться рано, то снова лечь спать; тот же у кого совсем не было кишечного отправления, пусть предается полному покою и не помышляет ни о работе, ни о гимнастике, ни о делах.

Тому, кто отрыгивал непереваренную пищу, но без болей под ложечкой, рекомендуется время от времени пить холодную воду и ничем себя не сдерживать. Жить следует в светлом помещении, хорошо проветриваемом летом и освещаемом солнцем зимой.

Надо остерегаться полуденного солнца, утреннего и вечернего охлаждения, а также речных и болотных испарений. В пасмурную погоду не следует доверяться проглянувшему солнцу, чтобы не подвергаться действию то тепла, то холода. Такая погода очень легко вызывает простудное состояние и насморк. Но особенно надо беречься в нездоровых местностях, где бывают даже эпидемии. Не мешает заметить, что человек здоров, когда ежедневно по утрам моча светлая, а позже красноватая: первое свидетельствует о происходящем пищеварении, а второе о том, что оно завершилось. Когда человек пробудился, то выждав некоторое время, он должен хорошенько прополоскать рот холодной водой, только не зимой. В длинные дни лучше отдыхать в полдень, до еды, в более короткие – после еды, зимой же спать, преимущественно всю ночь. Если же приходится работать ночью, то это надо делать не сразу после еды, а когда она переварится. И тот, кто днем занят домашними или общественными делами, должен находить время для ухода за своим здоровьем.

Первым врачебным средством является занятие гимнастикой, которая, как правило, всегда должна предшествовать приему пищи, причем тот, кто мало работал при хорошем пищеварении, занимается ею больше, а тот кто утомлен и обладает худшим пищеварением - меньше. В качестве упражнений подходят: громкое чтение, упражнения с оружием, игра в мяч, бег, прогулка. Полезнее, когда гуляют не по ровной местности, так как подъем и спуск заставляют тело делать различные движения, однако при условии что человек не слишком слаб.

Лучше гулять под открытым небом, чем под портиком; лучше на солнце, если голова допускает это, чем в тени; лучше в тени падающей от деревьев и стен, чем в тени, под крышей; лучше по прямой дорожке, чем по извилистой.

В конце же гимнастических упражнений обыкновенно появляется пот, во всяком случае усталость, лишь бы не переутомление. Учитывая это, надо заниматься ими больше, или меньше.

И, конечно, для таких людей не годятся ни твердо установленные нормы, как у атлетов, ни чрезмерное напряжение. Хорошо когда за гимнастикой последует то натирание маслом на солнце или возле огня, то баня, но в высоком, светлом и просторном помещении. Однако, из этих мероприятий не обязательно постоянно и то, и другое; но чаще что-нибудь одно, в зависимости от свойств организма.

После этого надо немного отдохнуть. Что касается пищи, то чрезмерное употребление ее никогда не бывает полезно; часто не полезно и чрезмерное воздержание. В случае невоздержанности безопаснее излишество в питье, чем в еде. Еду лучше начинать с солений, овощей и тому подобных блюд, затем приниматься за вполне прожаренное или проваренное мясо. Все пряности вредны по двум причинам: во-первых, они вкусны, поэтому их съедают больше, во-вторых, при равном количестве (с их приправой) пища труднее переваривается. Здоровому желудку фрукты нисколько не вредят, в слабом - загнивают.

Поэтому у кого желудок нездоров, первым блюдом лучше делать финики и другие древесные и им подобные плоды.

После обильного питья, когда жажда в значительной мере утолена, есть ничего не следует а на сытый желудок следует воздержаться от всякой работы. Когда человек насытился, он легче переваривает, если все, что ни ел, запивал холодной водой; тогда, пободрствовав некоторое время, он хорошо спит. Если кто наелся днем, то после еды нельзя подвергать себя действию жары и холода и приниматься за работу. Ведь все это не так сильно вредит при пустом желудке, как при полном. Если по каким-либо причинам предстоит голодание, то надо избегать всякого труда.

 

ГЛАВА III. ЗАМЕЧАНИЯ В СВЯЗИ С ОСОБЕННОСТЯМИ ТЕЛОСЛОЖЕНИЯ, ВОЗРАСТА И ВРЕМЕНИ ГОДА

Конечно, все вышесказанное, совершенно обязательно. Однако, новые условия, особенности телосложения, возраст и времена года требуют некоторых замечаний.

Так, переезд из здоровой местности в нездоровую и, наоборот, совсем не безопасен. Здоровую на нездоровую местность лучше менять в начале зимы, а нездоровую на здоровую в начале лета.

После продолжительной голодовки не годится чрезмерное насыщение, а после чрезмерного насыщения - голодание.

Подвергается опасности и тот, кто, вопреки своему обыкновению, наедается неумеренно один раз, и тот кто дважды в день. Также, не без значительного вреда следует за напряженной работой неожиданный отдых и за полным отдыхом напряженный труд.

Поэтому, если человек захочет что-либо переменить, он должен привыкать к этому постепенно. Всякую (привычную) работу легче выдержит даже подросток или старик, чем непривыкший к ней человек; к тому же слишком праздная жизнь неполезна, так как может возникнуть необходимость работать.

Если, однако, не привыкший к труду человек поработал, или если привыкший к работе человек потрудился больше обычного, то им следует ложиться спать на голодный желудок, тем более, если у них горечь во рту или темнеет в глазах, или расстроен желудок.

Мало того, тогда нужно не только лечь спать без еды, но даже оставаться в постели и следующий день, если только отдых быстро не рассеет усталость. После этого следует подняться с постели и медленно немного погулять. Но если не было необходимости в сне, поскольку человек поработал не напрягаясь, то все же ему надо немного погулять таким же порядком. Вообще, всем усталым, после небольшой прогулки, прежде чем кушать, рекомендуется при отсутствии бани, натереться маслом и пропотеть в теплом месте или на солнце, или возле огня.

Если же есть баня, то прежде всего посидеть в тепидарии, потом, немного отдохнув, войти в калидарий и сесть в ванну. Затем, обильно смазав тело маслом, неторопливо растираться им и вторично сесть в ванну, после чего прополоскать рот теплой, а затем холодной водой. Горячая баня для усталых не пригодна. Следовательно, если чрезмерно утомленный человек близок к лихорадке, то для него достаточно сесть в теплом помещении до пояса в горячую воду, прибавив к ней небольшое количество масла. Потом, все тело, особенно те части, которые были в воде, медленно растирать маслом, прибавив к нему вина и немного толченой соли. После этого всем утомленным хорошо перейти к еде и принимать ее в жидком виде, запивая водой или, во всяком случае, разбавленными напитками, особенно теми, которые способствуют выделению мочи.

Следует, однако, заметить, что холодное питье очень опасно человеку, вспотевшему после работы. Оно не полезно также для утомленных ходьбой, хотя бы у них прекратилось выделение пота.

Асклепиад считал, что холодное питье неполезно и для пришедших из бани. Это справедливо по отношению к тем, кого слабит легко, и не без опаски допустимо для тех, кто легко подвержен ознобу. Но было бы неверно распространять запрет на всех, потому что вполне естественно охлаждать питьем разгоряченный желудок.

Я даю такое указание, хотя все же признаю, что еще не освободившемуся от пота, по указанным выше причинам, нельзя пить холодное питье.

После разнообразной пищи и обильного употребления напитков обычно полезна рвота и на следующий день продолжительный отдых, а затем умеренная гимнастика. Если больной страдает от постоянного переутомления, надо попеременно - пить то воду, то вино и изредка пользоваться баней.

Также и перемена труда уменьшает усталость, и в свою очередь привычная работа восстановит силы того, кого утомил новый род занятий. Привычная постель для утомленного человека - лучше всего, непривычная, напротив, утомляет. Ведь непривычная постель, будь она мягкая или твердая, не дает отдыха.

Особые меры должен принимать тот, кто утомлен ходьбой. Силы такого человека восстанавливают частые растирания и в самом пути; после дороги, - сперва отдых, потом натирание маслом, затем надо в бане обмывать горячей водой больше нижние части тела, чем верхние. Перегревшийся на солнце должен немедленно отправиться в баню и смочить тело и голову маслом, потом сесть в довольно горячую ванну и обильно поливать голову водой, сначала горячей, затем холодной. А сильно продрогшему надо посидеть закутанным в бане, пока он не пропотеет, потом натереться маслом и после этого помыться; кушать умеренно, запивая чистым вином.

Тому же, кто во время морского путешествия страдал морской болезнью (сильной рвотой с желчью), рекомендуется или совсем воздерживаться от еды, или поесть чего-нибудь немножко; если же у него выделялась кислая слизь, то пусть он обязательно принимает пищу, но более легкую, чем обычно.

Если же морская болезнь была без рвоты, то, или воздержаться от пищи, или после еды вызвать рвоту.

Тому, кто целый день провел в повозке или просидел на представлении, не следует заниматься бегом, а медленно прогуливаться; ему полезно также подольше побыть в ванне, а затем легко поужинать.

Если кто-либо перегрелся в бане, то восстановлению сил поможет уксус, если он подержит его во рту, а если уксуса нет, то холодную воду.

Но прежде всего каждый должен знать природу своего тела, потому что одни люди худощавые, другие тучные, одни теплые, другие холоднее; одни с большой влажностью, другие - сухостью. Одних изнуряют запоры, других - поносы.

Редко бывает, чтобы не было какого-нибудь слабого места в организме. Поэтому худому следует полнеть, полному - худеть, теплому - охлаждаться, холодному - согреваться, влажному стать суше, сухому - более влажным.

Равным образом тот, у кого желудок слабый, должен его закреплять, а тот, у кого крепкий, должен сделать, чтобы он стал слабым.

Всегда надо оказывать помощь части тела, наиболее склонной к заболеванию.

Способствуют полноте умеренные физические упражнения, довольно частый отдых, натирание маслом и баня после еды, крепкий желудок, умеренный зимний холод, крепкий и не слишком продолжительный сон, мягкая постель, душевное спокойствие, очень жирные и сладкие блюда и напитки, слишком частый прием пищи в максимально перевариваемом количестве.

Способствуют похуданию: горячая ванна, если кто-либо принимает ее, особенно из соленой воды, баня натощак, палящее солнце и всякая жара, заботы и бессонница, слишком короткий или слишком продолжительный сон, твердое ложе, упражнение в беге, частые прогулки пешком, всякая усиленная гимнастика, вызывание рвоты, слабительные средства, употребление кислых и терпких веществ, привычка есть один раз в день и натощак пить холодноватое вино.

Но так как рвоту и слабительное я отнес к средствам, способствующим похуданию, то о каждом из них следует оказать особо.

Зная, что Асклепиад в сочинении, названном им "О сохранении здоровья", отказался от приема рвотных, и я не возражаю, когда он осуждает привычки тех, кто ежедневным вызыванием рвоты создает удобный повод к обжорству.

Однако, он пошел несколько дальше: в том же сочинении он ополчается и на слабительные средства. Слабительные опасны, если они являются сильнодействующими средствами.

Однако, не следует отказываться от них совершенно, так как состояние здоровья в связи с временами года может сделать их применение необходимым, но в меру, и только тогда, когда они действительно необходимы.

Итак, сам Асклепиад признает, что надо удалять все уже испорченное. Таким образом, средства эти не безусловно противопоказаны. Напротив, при многих условиях они могут применяться, но применяя их, необходимо более тщательное наблюдение.

Рвота полезнее зимой, чем летом, потому что зимой выделяется больше мокроты и голова бывает более тяжелой.

Рвота не полезна худощавым и людям со слабым желудком, она полезна полным и всем имеющим избыток желчи, когда они или съели лишнее или недостаточно переварили пищу.

Ведь если ешь больше, чем можешь переварить, то не следует рисковать, оставляя пищу разлагаться в желудке; если же она испортилась, то нет ничего проще, как ее удаление самым быстрым и удобным путем - рвотой. Поэтому, когда бывает горькая отрыжка с болью и тяжестью под ложечкой, то следует тотчас же прибегнуть к рвоте.

Равным же образом она полезна тому, кто чувствует жар в груди, у кого обильная слюна, или позыв на рвоту, или шум в ушах, или слезятся глаза, или горечь во рту. Полезна она и тому, кто меняет климат или местность; рвота полезна и тем, кого мучит боль под ложечкой, а рвоты давно не было.

Я хорошо знаю, что во время рвоты предписывают покой, но он не всегда доступен людям вынужденным много двигаться, да и рвота сама дает не один и тот же эффект у разных людей.

Я думаю, что этим средством не следует пользоваться в погоне за полнотой, но считаю, что иногда, после проверки его действия в интересах здоровья его можно правильно применять. Вместе с тем, пусть всякий, желающий сохранить здоровье и долгую жизнь, не превращает рвоту в ежедневную привычку.

Если у кого рвота проходит легко, то после еды достаточно только выпить теплой воды; если же тяжеловато, то к воде надо подбавить немного соли или меду.

Тот же, кто собирается утром очистить желудок рвотой, должен предварительно выпить настойки на меду или иссопа, или съесть корешок хрена; затем, как указано выше, выпить теплой воды.

Все остальные средства, рекомендованные в старину древними врачами вредят желудку.

После рвоты, если желудок неустойчив, следует немного поесть, выбрав подходящую пищу и выпить три киафа холодной воды, если только рвота не сильно раздражила глотку. После утренней рвоты хорошо погулять, потом продолжать умащение и, наконец, пообедать.

Если же рвотой пользовались после обеда, то на следующий день, надо помыться и пропотеть в бане. Для такого человека ближайший прием пищи полезен в умеренном количестве: ему полагается жареное мясо, различные сильно подсушенные блюда, терпкое чистое вино со вчерашним хлебом.

Кто привык применять рвоту дважды в месяц, тому проделывать эту процедуру предпочтительнее два дня подряд, чем с перерывом в пятнадцать дней, если только этот перерыв не причиняет тяжести в груди. Очищение низом также следует производить с применением лекарств, когда вялый желудок опорожняется недостаточно, вследствие чего усиливаются ветры, головокружения, головные боли и другие недуги в верхней части тела.

Разве могут здесь чем-нибудь помочь покой и воздержание от пищи, благодаря которым эти недуги, главным образом, и возникают?

Тот, кто хочет регулярно опорожняться, пусть прежде всего употребляет такую пищу и вино, которые содействуют очищению желудка, а потом, если первое средство окажется мало эффективным, пусть принимает алоэ.

Но слабительные средства, будучи иногда необходимы, становятся опасными, если их часто применять, ведь тогда организм не привыкает питаться самостоятельно и становится весьма подверженным всяческим заболеваниям.

Согревающие средства: натирание мазями, соленая ванна, особенно если она горячая, все соленое, горькое, мясное; после принятия пищи баня, терпкое вино.

Охлаждающие средства: баня до еды, сон, но не слишком продолжительный, все кислое, возможно более холодная ванна, оливковое масло, разбавленное водой.

Придают телу влажность: меньшая, чем обычно работа, частое пользование баней, более обильная пища, обильное питье, после еды прогулка и бодрствование; вообще частые, притом вызывающие напряжение прогулки; принятие пищи не тотчас же после утренней гимнастики; такие продукты питания, которые привозятся из местностей холодных, обильных дождями, хорошо орошенных.

Напротив, придают сухость телу: усиленные гимнастические упражнения, голодание, натирание маслом без принятия ванны, жара, пребывание на жгучем солнце, купанье в холодной воде, еда тотчас после гимнастических упражнений и вообще продукты питания, которые привозят из сухих и жарких местностей.

Закрепляют желудок: чрезмерная работа, сидячий образ жизни, белая гончарная глина, намазанная на тело, уменьшенная норма пищи, также любая пища, если ее принимает однажды в день тот, кто привык питаться дважды, ограниченное потребление жидкости и, притом лишь по окончании еды, сон после принятия пиши.

Напротив, послабляют желудок: усиленные прогулки и еда, физические упражнения после еды, употребление напитков одновременно с принятием пищи.

Кроме того, надо знать, что вызыванием рвоты слабый желудок закрепляется, а крепкий ослабляется; точно так же крепит рвота, которая вызвана тотчас же после принятия пищи, а слабит та, которая вызывается позже.

Что касается возрастных различий, то весьма легко переносят голодание люди среднего возраста, труднее юноши, всего хуже дети и люди в глубокой старости. Кто труднее переносит голод, тем чаще тот должен питаться, и особенно нуждается в пище растущий организм.

Теплая ванна полезна и детям, и старикам.

Более разбавленное вино пригодно для детей, менее разбавленное- для стариков. Ни тому, ни другому возрасту не полезны вина, вызывающие газы. Для юношей не столь важно, что им есть и как их будут лечить. У тех юношей, у которых желудок расположен к поносам, в старости он большей частью делается крепким, а у тех, у кого в молодости он был расположен к запорам, в старости он часто становится слабым. Лучше, если в молодости желудок более слабый, а в старости более крепкий.

Надо считаться и с временами года. Зимой следует больше есть, пить меньше, но более цельное вино, есть хлеба больше, мясо лучше жареное и немного овощей.

Надо есть один раз в день, если только желудок не очень склонен к запорам. Если кто привык и завтракать, то полезнее съесть что-либо в небольшом количестве, притом в сухом виде, без мяса и ничем не запивать. В это время года предпочтительнее пользоваться горячими кушаньями или блюдами, способствующими согреванию тела. Половые сношения в той или иной степени вредны.

Весной же надо несколько уменьшить количество пищи и увеличить потребление жидкости, однако пить вино следует более разбавленное. Надо больше употреблять мяса, овощей. Постепенно переходить от жареных блюд к вареным. Половые сношения в это время года совершенно безопасны для здоровья.

В летнее время организм требует более частых приемов питья и пищи. По этой причине полезно и завтракать. Очень подходят в это время мясо и овощи; вино должно быть разбавленным в возможно большей степени, чтобы утоляло жажду и не разгорячало тела; купанье в холодной воде, вареное мясо, холодные блюда или такие, которые способствуют охлаждению тела. Поскольку рекомендуется пищу чаще принимать, количество ее должно быть небольшим.

Вследствие неустойчивой погоды, осень представляет очень большую опасность для здоровья. Поэтому нельзя выходить из дому ни без одежды, ни без обуви, особенно в более холодные дни, нельзя спать под открытым небом, или же надо хорошо покрываться.

Есть же надо уже несколько плотнее, пить меньше, но вино должно быть менее разбавленным.

Некоторые думают, что приносят вред фрукты, если их употреблять целый день в неограниченном количестве, причем в большинстве случаев количество более плотной пищи нисколько не убавляется. Вред не во фруктах, а в обилии пищи.

В сущности, ни в одном из видов пищи не меньше вреда, чем во фруктах. Все же употреблять их следует не чаще, чем другую пищу. Наконец, необходимо сокращать количество более плотной пищи, поскольку употребление фруктов увеличивается.

Ни летом, ни осенью половые сношения не полезны. Они более допустимы осенью, летом же, если возможно, от них следует совсем воздерживаться.

 

ГЛАВА IV. О ТЕХ, У КОГО ЧАСТЫЕ ГОЛОВНЫЕ БОЛИ

Пора сказать о тех, у кого есть какое-либо местное заболевание.

Тот, у кого частые головные боли, должен утром, после того, как освободился желудок, - слегка массировать голову своими руками и, по возможности, все время ходить с непокрытой головой, стричься наголо, но ни в коем случае после еды.

Кто носит волосы, тот должен ежедневно их расчесывать. Следует много гулять, но, если можно, не в закрытом месте и не на солнце; солнечного зноя во всех случаях избегать, в особенности после еды и вина. Предпочтительнее натираться мазями, чем купаться; ни в коем случае не натираться мазями перед сильным огнем, лишь в отдельных случаях - около жаровни с углями.

Когда такой больной идет в баню, то сначала он должен, не снимая одежды, несколько пропотеть в тепидарии и там намазаться маслом, потом перейти в калидарий. Потным в ванну не садиться, а сначала обильно обливать всего себя, начиная с головы, прежде всего горячей водой, потом теплой, напоследок - холодной; при этом голову поливать водой дольше, чем другие части тела. После этого, в продолжении некоторого времени голову растирать, наконец обтереть ее и намазать мазью.

Ничто в такой степени не полезно для головы, как холодная вода. Поэтому тот, кто страдает головными болями, должен в летнее время ежедневно держать голову в течение некоторого времени, под очень сильной струей. В общем, во всех случаях, даже если намазывание производится без последующей ванны и если тело в целом не выносит охлаждения, голову все же нужно обливать холодной водой.

При этом, если больной не желает затронуть другие части тела, надо опустить голову так, чтобы вода не сбегала на шею и движениями рук направлять льющуюся воду к голове, не допуская при этом, чтобы вода причинила вред глазам или другим частям головы.

Подобному больному требуется умеренность в питании, чтобы пища легко переваривалась, и если больной с утра ощущает головную боль, то надо есть и среди дня, если же голова не болит, лучше ограничиться обедом.

Как правило, ему полезнее легкое разбавленное вино, чем вода, чтобы, если в голове появится тяжесть, было средство, к которому можно прибегнуть. Дело в том, что такому больному не полезны ни вино, ни вода, если их пить обычным порядком: лекарством служит и то, и другое, если пользоваться ими попеременно.

Больному не следует писать, читать, напрягать голос, в особенности после обеда; после него и всякая умственная работа не совсем безопасна, особенно же вредно вызывание рвоты.

 

ГЛАВА V. О ТЕХ, КТО СТРАДАЕТ ГНОЙНЫМ ВОСПАЛЕНИЕМ СЛИЗИСТОЙ ОБОЛОЧКИ ГЛАЗ, ХРОНИЧЕСКИМ НАСМОРКОМ, ОСТРЫМ НАСМОРКОМ, ВОСПАЛЕНИЕМ МИНДАЛЕВИДНЫХ ЖЕЛЕЗ

Пользование холодной водой полезно не только тем, у кого постоянные головные боли, но и тем, которые часто болеют воспалением слизистой оболочки глаз, хроническим, а также острым насморком, воспалением миндалевидных желез.

Таким больным следует ежедневно не только поливать водой голову, но и обильно полоскать рот холодной водой. Всем вообще, для кого это средство является полезным, надо пользоваться им особенно тогда, когда южные ветры приносят более неблагоприятную для здоровья погоду.

И как для всех неполезны после еды всякие душевные волнения и умственная работа, так особенно они вредны тем, кто подвержен постоянным головным болям, или болезням дыхательного горла, или каким-либо другим заболеваниям в полости рта.

Можно избавиться от хронического насморка и от острого насморка, если тот, кто подвержен этим заболеваниям, не меняет места жительства и привычной температуры воды (при купании), если он покрывает от солнца голову, чтобы она не прогревалась или, чтобы внезапный холод от набежавшей тучи не действовал на нее плохо; если он бреет голову натощак, когда пищеварение окончено, если он не пишет и не читает после принятия пищи.

 

ГЛАВА VI. ЛЕЧЕНИЕ ПРИ ПОНОСЕ

Тому, кто часто страдает поносом, следует упражнять верхние части тела игрой, в мяч или чем-нибудь подобным, натощак гулять, избегать солнечного зноя, частого посещения бани, натираться маслом без потения, есть с разбором и меньше всего - супы, плоды стручковых растений или такие овощи, которые не задерживаются долго в желудке; вообще надо питаться тем, что переваривается медленно.

Очень полезны дичь, вяленая рыба и жареное мясо домашних животных. Ни в коем случае не полагается пить вино, приправленное пряностями, а также жидкое или сладкое, но следует пользоваться вином терпким и более крепким, причем это последнее не должно быть очень старым.

Если больной пожелает пить медовый напиток, то последний следует прокипятить.

Если холодные напитки не расстраивают желудка больного, то лучше всего употреблять их.

Если больной чувствовал во время обеда какую-либо боль в желудке, то он должен вызвать рвоту и сделать это также и на следующий день; на третий день съесть немного хлеба, пропитанного вином, добавив винограда, заготовленного на уксусе или на сладком отваре, или чего-либо другого в этом же роде, а затем перейти к обычному порядку жизни.

После же еды всегда отдыхать, избегая душевных переживаний и не утомлять себя даже легкой прогулкой.

 

ГЛАВА VII. ЛЕЧЕНИЕ ПРИ БОЛЯХ В ТОЛСТОЙ КИШКЕ

Если ощущаются постоянные боли в толстой кишке, то в тех случаях, когда это проявляется только при пучении, надо принимать меры, чтобы тем или иным путем наладить пищеварение. Рекомендуется, чтобы больной занимался чтением вслух и какими-либо другими упражнениями, принимал горячие ванны, пользовался пищей и питьем в горячем виде, наконец всячески избегал холода, также не кушал ничего сладкого, стручковых растений и вообще всего, что обычно вызывает газы.

 

ГЛАВА VIII. ЧТО НУЖНО ДЕЛАТЬ БОЛЬНОМУ ПРИ БОЛЯХ В ЖЕЛУДКЕ

Если кто страдает желудком, тот должен громко читать, после этого гулять, потом играть в мяч или упражняться с каким-либо оружием, или заниматься другими физическими упражнениями, чтобы при помощи их приводить в движение верхнюю часть тела. Он должен пить натощак не воду, а подогретое вино, есть два раза в день, притом употреблять такую пищу, которая бы легко переваривалось, пользоваться вином легким и вяжущим, после же еды предпочтительнее холодные напитки.

На больной желудок указывает бледный цвет лица, похудание, боли под ложечкой, тошнота, непроизвольная рвота, головная боль натощак. У кого этого нет, у того желудок здоровый.

Не особенно следует доверять таким людям, которые, требуя при заболевании вина или холодной воды, в действительности заботятся об удовлетворении своей склонности к наслаждениям, ссылаясь на ни в чем неповинный желудок.

Что касается тех больных, которые страдают вялостью пищеварения и вследствие этого ощущают пучение под ложечкой, или которые, ощущая какой-то жар, постоянно страдают ночью от жажды, то им, прежде чем ложиться спать, надо выпить через тонкую трубочку два или три киафа холодной воды.

Против вялого пищеварения полезны также: громкое чтение, потом прогулка, затем или натирание мазями, или купание. Как правило, рекомендуется пить охлажденное вино, а после еды употреблять в большом количестве те или иные напитки, но, как сказано выше, через трубочку; наконец, после всякого рода напитков, закончить питьем холодной воды. Тот же у кого пища киснет, должен перед ее приемом пить тепловатую воду и вызвать рвоту, а если от этого бывает частый понос, то после каждого испражнения самое лучшее - пить холодную воду.

 

ГЛАВА IX. О БОЛЕЗНЯХ НЕРВОВ И ВОЗДЕЙСТВИИ ТЕПЛА И ХОЛОДА

Если кто страдает хронической болезнью нервов, что обыкновенно сопровождается ломотой в ногах или в руках, то такому больному надо, насколько это возможно, упражнять тот участок, где ощущается боль, заставляя его работать и приучая к холоду, однако не тогда, когда боль усиливается; в таком случае лучше всего покой. Все это время половые сношения вредны. Как и при всяких заболеваниях, необходимо нормальное действие желудка, так как дурное пищеварение в данном случае особенно вредно, и всякий раз, как организм поражен этим недугом, страдающий участок особенно это воспринимает.

Как нормальное пищеварение является благоприятным фактором при всяких заболеваниях, так, напротив в одних случаях полезен холод, в других - тепло. Каждый должен примениться к этому в зависимости от состояния своего организма.

Так, охлаждение опасно для стариков, худощавых, имеющих раны, для подложечной области, кишечника, мочевого пузыря, ушей, бедер, лопаток, половых органов, костей, зубов, мышц, для матки и головного мозга. Холод делает также бледным, сухим, жестким и темным верхний покров кожи, он порождает озноб и дрожь.

Но он полезен молодым и всем полным: становится бодрее настроение, улучшается пищеварение, поскольку это зависит именно от холода. Однако, им надо пользоваться с осторожностью.

В частности, холодные обливания полезны, кроме головы также и желудку.

Они полезны также при болях в суставах, если нет язв, и кроме того, людям слишком полнокровным, если они не страдают какой-либо болезнью.

Тепло, разумеется, полезно во всех случаях, когда холод опасен. Кроме того, оно помогает страдающим гнойным воспалением слизистой оболочки глаз, если нет боли и слезоточения; полезно оно и при нервных судорогах; особенно полезно при язвах, образовавшихся в результате охлаждения. Кроме того, тепло способствует хорошему цвету тела и помогает мочевыделению.

Однако, если им пользоваться сверх меры, то оно изнеживает тело, ослабляет нервы, расслабляет желудок.

Как холод, так и тепло больше всего опасны тогда, когда они внезапно охватывают непривычных к этому людей.

Ибо в таком случае холод вызывает боли в боку и другие недуги, а холодная вода - опухоль желез; тепло же нарушает пищеварение, вызывает бессонницу, ослабляет организм потением, делает его предрасположенным к заразным заболеваниям.

 

ГЛАВА X. МЕРЫ ПРЕДОСТОРОЖНОСТИ ПРОТИВ ЧУМЫ

Существуют также необходимые меры предосторожности, которые должен соблюдать при эпидемии чумы всякий не заболевший еще человек, если он все же не может считать себя вне опасности.

В этом случае рекомендуется путешествовать, плавать на коробле, а если это невозможно, то делать прогулки на носилках, гулять под открытым небом, до жары, не спеша. Рекомендуется также, не торопясь намазываться мазями и, как было указано выше, избегать утомления, расстройства желудка, охлаждения, жары, половых излишеств; при этом гораздо более должен быть осторожным тот, у кого тучная комплекция.

В это время нельзя вставать рано, нельзя выходить без обуви, и особенно после еды или после ванны. Непозволительно вызывать рвоту ни до еды, ни после нее. Не следует вызывать действия желудка (с помощью слабительных), а в том случае, если он расстроен, надо останавливать понос. Чем полнее человек, тем требуется большая умеренность в пище.

Точно также надо воздерживаться от хождения в баню, от потения, от сна среди дня, особенно после еды.

Принимать пищу тогда лучше один раз в течение дня, притом в умеренном количестве, чтобы не нарушать работы желудка.

Через день попеременно пить то воду, то вино.

Если эти указания будут соблюдаться, то в остальном привычный образ жизни не должен слишком изменяться.

Поскольку указанные меры предосторожности должны применяться при всякого рода эпидемии чумы, постольку они особенно необходимы при той эпидемии чумы, которая заносится южными ветрами.

Такие же меры предосторожности необходимы и совершающим путешествие, когда они отправляются из своих мест в неблагоприятное для здоровья время года, или, когда прибывают в нездоровые места.

Если же те или другие обстоятельства будут в каком-либо отношении мешать этому, то, по крайней мере, надо соблюдать умеренность в пище и переходить от вина к воде и от воды к вину таким же образом, какой был предложен выше.

 

КНИГА ВТОРАЯ

 

ВВЕДЕНИЕ. О ПРИЗНАКАХ НЕЗДОРОВЬЯ И ОБЩЕПРИНЯТЫХ ЛЕЧЕБНЫХ СРЕДСТВАХ

Существуют многочисленные признаки начинающегося нездоровья. В изложении их я, не колеблясь, буду опираться на авторитет древних врачей и особенно Гиппократа.

Дело в том, что, хотя более близкие к нашему времени врачи и вносят кое-какие изменения в методы лечения, однако, как они сами признают, это новое Гиппократ прекрасно предугадывал.

Но, прежде чем сообщить, при каких признаках возникает опасность заболевания, не лишним, кажется, будет сказать о том, в какие времена года, при каких колебаниях погоды, в каком возрасте жизни и при каком физическом состоянии люди или менее всего восприимчивы или, наоборот, более всего подвержены опасности заболевания, и какого рода заболевания следует опасаться более всего в каждом случае.

Это не значит, что люди в любое время года и при любом состоянии погоды, в любом возрасте и при любых физических склонностях не болеют разными болезнями и не умирают от них, но все же некоторые болезни чаще встречаются и поэтому каждому полезно знать, чего и когда ему следует более всего остерегаться.

 

ГЛАВА I. В КАКОЕ ВРЕМЯ ГОДА, ПРИ КАКОМ СОСТОЯНИИ ПОГОДЫ, В КАКОМ ВОЗРАСТЕ И ПРИ КАКИХ ФИЗИЧЕСКИХ СВОЙСТВАХ, ЛЮДИ ИЛИ НАХОДЯТСЯ В БЕЗОПАСНОСТИ, ИЛИ ПОДВЕРЖЕНЫ ОПАСНОСТИ ЗАБОЛЕВАНИЯ

Итак, самым здоровым временем года является весна, ближайшим к ней - зима, опаснее - лето, а самым опасным - осень. Лучшая же погода - ровная, будь то холодная или жаркая; худшая - с резкими колебаниями. Этим объясняется, что больше всего народа умирает осенью: ведь среди дня обычно бывает жарко, а ночью, по утрам и даже по вечерам - холодно.

И вот тело, изнеженное и жарой в течение лета и жаркой погодой в полдень, внезапно охватывается холодом. Но хотя простуда вредна, когда бы она ни случилась, в это время года, она случается чаще всего.

Когда же погода стоит равная, то наиболее благоприятными для здоровья являются ясные дни; лучше дождливые, чем туманные или пасмурные; зимой же самые лучшие дни, когда совсем нет ветра, а летом, когда дуют западные ветры. Если же поднимается другой ветер, то для здоровья полезнее северные, чем восточные или южные.

Однако, полезность ветров может иногда меняться в зависимости от характера местности. Дело в том, что ветер, дующий с суши, почти всюду полезен, с моря вреден.

От хорошего состояния погоды зависит не только большая крепость здоровья, но даже ранее случавшиеся болезни протекают легче и излечиваются быстрее. Хуже всего для больного тот климат, от которого приключилась болезнь, так что в этом случае полезно переменить климат на другой, даже на худший по природным данным.

Менее других восприимчив к заболеваниям средний возраст, при котором не страшен ни пыл молодости, ни холод старости.

Длительным болезням более подвержен старческий возраст, острым - молодой. Самым же устойчивым телосложением является соразмерно-стройное, не худощавое и не тучное.

В самом деле, высокий рост в молодости является красою, а в глубокой старости он подчеркивает увядание. Худощавый человек слабосилен, тучный вял.

В весеннее время более всего подвержено опасности все, что изменяется в связи с движением соков. Ведь именно в это время обыкновенно появляются гнойное воспаление глаз, прыщи, кровотечения, абсцессы, которые греки называют apostémata, разлитая черная желчь, называемая ими melancholia, помешательство, эпилепсия, ангина, простудное состояние, насморк.

И те болезни в суставах и сухожилиях, которые обыкновенно то беспокоят, то затихают, в это время или впервые возникают, или гораздо чаще повторяются.

Но и лето не только не свободно от многих из этих заболеваний, но в это время присоединяются лихорадки, или постоянные, или трехдневные, рвоты, поносы, ушные боли, язвы во рту, раковые образования, как на разных частях тела, так и в особенности на половых органах, сверх того лето изнуряет человека выделением пота.

Большинство из этих заболеваний случается осенью, но в это время года возникают также лихорадки, не имеющие правильного чередования, боли в селезенке, водянка, истощение, которое греки называют phthisis, задержка мочи, которую греки именуют stranguria, заболевание тонкой кишки, называемое eileós, а также слабость кишечника, которую они называют leienteria, боли в тазобедренном суставе, эпилепсия.

Именно это время года губит утомленных длительными болезнями и изнуренных к тому же недавно бывшим летним зноем, других же поражает новыми заболеваниями осень и некоторых, притом, весьма продолжительными, особенно четырехдневными лихорадками (квартанами), которые продолжаются также и в течение зимы.

И нет другого времени года столь благоприятного для всякого рода эпидемий, как осень и вредного и в других отношениях.

Зима же причиняет головные боли, кашель, болезненные раздражения в глотке, в боках и внутренних органах.

Что касается погоды, то северный ветер вызывает кашель, раздражает глотку, крепит желудок, задерживает мочу, порождает озноб, боли в груди и в боках. Зато он укрепляет здоровое тело и делает его более подвижным и проворным.

Южный ветер притупляет слух, понижает восприимчивость, вызывает головную боль, послабляет, делает все тело вялым, влажным, расслабленным.

Чем больше приближаются прочие ветры к тому или другому, тем состояния, вызванные ими, ближе подходят к состояниям, порожденным северным или южным ветром.

Наконец, всякая жара, причиняя воспаление печени и селезенки, ослабляет умственные способности, приводит к обморокам и кровотечениям.

Холод причиняет то конвульсии (судороги), то столбнячное состояние, первое у греков называется spasmós, второе tetanós.

От холода темнеют язвы и появляется озноб. В засуху распространяются острые лихорадки, гнойное воспаление глаз, колики в животе, задержка мочи, боли в суставах.

В дождливую погоду появляются продолжительные лихорадки, поносы, ангина, гнойные нарывы, эпилепсия, паралич, который греки именуют parálysis.

Важно не только то, какая погода стоит во время болезни, но и какая ей предшествовала. Если сухая зима сопровождалась северными ветрами, весна же была дождливая с южными ветрами, то почти всегда появляются воспаления глаз, спазмы (колики) в желудке, лихорадки, главным образом, у склонных к отечности (пастозных) людей, поэтому особенно у женщин.

Но если зимой преобладали южные ветры и дожди, а весна стоит холодная и сухая, беременные женщины, которым предстоят роды, подвергаются опасности аборта, а женщины-роженицы производят на свет слабых, полуживых детей. Прочих больных мучает сухое воспаление глаз, а тех, кто постарше - простуды с насморками.

Но если с начала зимы до конца весны дули южные ветры, то очень быстро распространяются воспаления легких и лихорадки с бредом, который греки называют phrenitis.

Когда же жара, начавшаяся ранней весной, становится похожей на лето, то обязательно при лихорадках выступает обильный пот.

Если же за сухим летом с северными ветрами следует дождливая осень с южными ветрами, то в течение всей ближайшей зимы развиваются кашли, насморки, охриплости, а иные заболевают чахоткой.

Если осень стоит ровная сухая с теми же северными ветрами, то все склонные к отекам, (пастозные) люди, к которым я отношу женщин, пользуются завидным здоровьем, а у людей сравнительно сухощавых могут появляться сухие воспаления глаз и лихорадки то острые, то хронические, и болезни, порождаемые черной желчью.

Что же касается возрастов, то весной и в начале лета прекрасно себя чувствуют и невосприимчивы к заболеваниям дети и отроки; старики - летом и в начале осени; молодые и среднего возраста люди-зимой. Для стариков неблагоприятна зима, для молодежи - лето. Если тогда наблюдается какая-то слабость, то весьма вероятно, что младенцев и детей мучают ползучие язвочки во рту, которые греки называют áphtai - афты, рвоты, плохой сон по ночам, течь из ушей, воспаления в области пупка.

Особенно же причиняют страдания прорезывание зубов, изъязвления десен, мимолетные лихорадки, иногда судороги, поносы и более всего прорезывание клыков.

Эти опасности угрожают каждому слишком рыхлому ребенку и тем, у кого чересчур крепкий желудок. Когда минует этот возраст, появляются припухлости миндалин (шейных), какие-то искривления в позвоночнике, увеличение желез особого рода, болезненные бородавки, называемые греками acrochordónes и множество других опухолей.

С наступлением же полового созревания появляется многое из вышесказанного и уже длительные лихорадки и носовые кровотечения. Подвергаются сильной опасности заболеть все дети в первый раз около сорокового дня рождения, потом на седьмом месяце, далее на седьмом году, наконец, при наступлении полового созревания.

Если же известного рода болезни, поразившие ребенка, не прекращаются ни с наступлением полового созревания, ни после первых половых сношений, а у девочек после первой менструации, то такие болезни почти всегда становятся хроническими; однако, чаще детские болезни, которые тянулись довольно долго, в это время прекращаются.

Юношеский возраст особенно подвержен острым заболеваниям, равно как эпилепсии и чахотке, и почти всегда есть юноши, которые страдают кровохарканием.

У перешедших юношеский возраст - пневмонии и плевриты, летаргия, холера, безумие, кровотечения через какие-то венозные отверстия; последнее греки называют haimorrhódai.

У стариков бывают затрудненное дыхание и мочевыделение простуды, боли в суставах и почках, параличи, общий истощенный вид; последнее греки называют cachexia, бессонницы, затяжные болезни ушей, глаз, носа и особенно расстройства желудка и как следствие их - колики или скользкость кишок и другие боли от вздутия ослабевшего кишечника.

Кроме того, худощавых одолевают чахотки, разлитие желчи, насморки, а также боли в боках и внутренних органах. Тучные страдают большей частью острыми болезнями и затрудненным дыханием; они часто умирают внезапно, что редко бывает с худощавыми.

 

ГЛАВА II. О ПРИЗНАКАХ ГРЯДУЩЕГО НЕЗДОРОВЬЯ

Как я сказал выше (в предисловии), уже до болезни появляются некоторые ее признаки. Общим для всех их является то, что тело чувствует себя иначе, чем обычно, и не только в смысле изменения к худшему, но также и к лучшему. Следовательно, если кто-нибудь стал полнее, красивее и более цветущим, он должен подозрительно отнестись к своему благополучию. Так как это благополучие не может ни оставаться на одном и том же уровне, ни развиваться еще более, оно и рушится словно какая-нибудь развалина.

Однако, хуже, когда кто-нибудь, против обыкновения, похудел и потерял свой цветущий вид: ибо при положительных признаках есть что уступить болезни, а при отрицательных признаках нет необходимого резерва для перенесения болезни.

Кроме того, следует постоянно опасаться, если члены становятся тяжелыми, если часто появляются язвы, если тело более обычного стало горячим; если давит кошмар, если были беспорядочные сновидения; если кто-либо пробуждается чаще чем обычно, а потом вторично засыпает; если некоторые части тела у спящего покрываются потом вопреки обыкновению и в особенности область груди, или шея, или голени, или колени, или бедра. Равным образом, если появляется душевная вялость; если нет желания говорить и двигаться; если тело цепенеет; если есть боль в области сердца или во всей груди или головная боль, которая бывает у многих; если рот полон слюны; если трудно двигать глазами; если виски стянуты; если члены сведены; если дыхание стало тяжелым; если на лбу пульсируют напряженные вены; если частая зевота; если колени как будто утомлены или все тело чувствует усталость.

Из указанных признаков весьма многие предваряют лихорадку, но иногда только некоторые.

Однако, сначала надо обратить внимание на то, появляется ли чаще какой-нибудь из указанных признаков и не следует ли отсюда какой-либо тяжести для организма. Ведь среди людей существуют известные особенности, без знания которых нелегко сделать какое-либо предсказание на будущее.

Итак, всякий может оставаться вполне спокойным в отношении тех явлений, от которых он часто избавлялся без осложнений; но тот должен встревожиться, у кого эти явления возникают впервые, или кто их никогда не переносил без защитных для себя мер.

 

ГЛАВА III. ДУРНЫЕ И ХОРОШИЕ ПРИЗНАКИ НАЧИНАЮЩЕЙСЯ ЛИХОРАДКИ

Следует заметить, что если лихорадка начала кого-нибудь сильно трепать, нечего опасаться, если больной лежит, согнув несколько колени, на правом или левом боку, сообразно своему желанию, с видом лежащего почти здорового человека, если он легко поворачивается; если ночью спит, а днем бодрствует; если дышит, свободно; если не испытывает тяжелых страданий; если кожа в области пупка и лобка упруга; если грудь его на ощупь безболезненна и мягка в равной мере с той и другой стороны. Если есть даже некоторая припухлость, но она без боли поддается пальцам, то это признак полного выздоровления, которое наступит через некоторое время. Обещает исцеление, также тело, повсюду одинаково мягкое и теплое и равномерно выделяющее пот, если лихорадочное состояние его прекращается вместе с этим потом. К хорошим признакам принадлежит также чиханье и желание есть, или сохранившееся с начала болезни или даже проявившееся после отвращения к еде.

Нечего бояться той лихорадки, которая кончается в течение одного дня, и даже той, которая, хотя и длится более продолжительное время, но совершенно прекращается до наступления второго приступа, так что тело становится здоровым; это греки называют eilicrinés.

Если же поднимается рвота, то она, как правило, бывает с желчью, смешанной со слизью, и в моче осаждается нечто белое, мягкое, однородное, так что даже кажется плавают какие-то облачка, которые опускаются на дно.

А желудок у того, кому не угрожает опасность, опоражнивается мягкими, имеющими форму выделениями, притом почти в то же самое время, к которому человек привык в здоровом состоянии, только в соответствии с тем, что было введено внутрь.

Хуже - понос. Но не следует сразу пугаться, если по утрам желудок более стянут или если в процессе болезни он понемногу становится крепким, и выделяет красновато-желтые испражнения, по своему отвратительному запаху не похожие на испражнения здорового человека.

Нисколько не повредит также, когда к концу болезни выйдут глисты. Если ветры причиняют боль и вздутие в верхней части живота, то хорошим признаком является бурчание в нем, опускающееся отсюда к нижним частям, и еще более, если ветры выходят без натуги вместе с калом.

 

ГЛАВА IV. ПРИЗНАКИ, НЕБЛАГОПРИЯТНЫЕ ДЛЯ БОЛЬНЫХ

Напротив, признаком тяжелой болезни является то, что больной лежит навзничь, вытянув руки и ноги; когда он хочет сидеть во время приступа острой болезни и в особенности при воспалении легких; когда больного мучает ночная бессонница, даже если он спал днем; в таком случае, однако, хуже тот сон, который бывает между четвертым часом и ночью, чем тот, который наступает с утра до четвертого часа.

Но хуже всего, если нет сна ни ночью, ни днем: ведь этого почти никогда не может быть без непрерывных болей. Равным образом, дурным признаком является непрекращающаяся чрезмерная сонливость.

Еще хуже, когда глубокий сон продолжается днем и ночью. Так же свидетельством тяжелой болезни является бурное и частое дыхание, на шестой день начинающийся озноб, гной в выделяемой мокроте, кашель с трудно отхаркиваемой мокротой, непрекращающиеся боли, мучительное перенесение болезни, метание рук и ног, непроизвольные слезы; клейкая слизь, появляющаяся на зубах, сухая кожа около пупка и на лобке; воспаленное болезненно твердое, опухшее, напряженное состояние в области груди, если все это наблюдается более в правой его части, чем в левой, причем очень опасно, когда также бурно пульсируют вены.

Признаком опасной болезни является также слишком быстрое похудание; охлаждение головы, рук и ног при воспалительном состоянии живота и боков; или холодные конечности во время острой мучительной болезни, или после потения появление озноба; или после рвоты икота и покраснение глаз; или после желания есть, при длительных лихорадках возникает отвращение к еде; или выделение обильного пота и особенно холодного пота; или пот, неравномерно покрывающий все тело и не прекращающий лихорадки; и те лихорадки, которые ежедневно в одно и то же время повторяются, или которые, всегда сопровождаясь приступами одинаковой силы, не прекращаются даже на третий день; или протекающие так, что во время приступов они усиливаются и ослабевают при падении жара, никогда не оставляя тело здоровым. Очень плохо, когда лихорадка заметно не ослабевает, но непрерывно продолжается с равной силой.

Представляет опасность, когда после перелома болезни начинается лихорадка, в особенности, если подреберье с правой стороны остается твердым. Но у этих больных никакая острая лихорадка не должна нас пугать: и никогда при острой лихорадке или после сна не бывает угрожающих конвульсий.

О тяжелой болезни свидетельствуют также кошмары, а также путаница в мыслях с самого начала лихорадочного состояния или паралич какого-нибудь члена.

В таком случае, даже по выздоровлении, этот член почти всегда остается слабым. Опасна также рвота одной желчью или одной мокротой (без желчи), и хуже, если желчь зеленая или черная.

Плоха моча, в которой осаждается что-то красноватое и мягкое, хуже та, в которой словно какие-то тонкие и белые листочки; а хуже всего, когда она содержит подобие отрубевидных хлопьев. Прозрачная и притом белая моча также указывает на болезнь и чаше всего на безумие.

Плох желудочно-кишечный тракт совершенно неработающий; внушает опасение и тот, который во время лихорадок, вследствие поноса, не позволяет человеку спокойно оставаться в постели; в особенности, если его выделения очень жидкие или беловатые, или бледные, или пенящиеся. Кроме того, представляют опасность и выделения, хотя бы и в незначительном количестве, клейкие, гладкие, белые и даже бледноватые; или если они свинцового цвета, или полны желчи, или крови или более дурного запаха, чем обыкновенно. Плохо бывает и тогда, когда после длительных лихорадок выделения нормальные.

 

ГЛАВА V. О ПРИЗНАКАХ ДЛИТЕЛЬНОЙ БОЛЕЗНИ

При вышеуказанных признаках болезнь обещает быть длительной, и это неизбежно; в противном случае наступает смерть.

В тяжелых недугах нет иной надежды на спасение жизни, как всячески избегать обострения болезни, затягивая ее на то время, которое необходимо для лечения.

Однако, с самого начала болезни существуют некоторые признаки, по которым мы можем судить, что болезнь, не будучи смертельной, продлится долгое время: когда при неострой лихорадке только на голове и шее выступает холодный пот; или когда потеет тело во время не прекращающейся лихорадки; или когда тело бывает то холодное, то горячее и цвет его меняется или когда нарывы, образовавшись при лихорадке в какой-нибудь части тела, не проходят; или когда больной при продолжительной болезни мало худеет; равным образом, если моча то жидкая и чистая, то содержит какие-то осадки, если в ней появляется что-то гладкое, белое или красноватое; или если моча содержит какие-то крупинки; и если в ней поднимаются какие-то пузырьки.

 

ГЛАВА VI. О ПРИЗНАКАХ (ПРИБЛИЖАЮЩЕЙСЯ) СМЕРТИ

Но даже при этих признаках, внушающих опасения, есть, однако, надежда на выздоровление.

Что дело уже подходит к концу, свидетельствуют заострившийся нос, впалые виски, провалившиеся глаза, холодные и вялые уши с несколько отвернутыми мочками, твердая и натянутая кожа на лбу, кожа на лице темного или мертвенно-бледного цвета.

Много хуже, если всему этому не предшествовали ни бессонница, ни понос, ни голодание.

По только что указанным причинам иногда (у больного) бывает такой вид, но он исчезает за один день; поэтому, оставаясь более длительный срок, он служит признаком, (приближающейся) смерти.

Если такое состояние при длительной болезни продолжается более трех дней, то смерть наступит в ближайшее время; она неизбежна, если помимо указанного, глаза избегают света и слезятся; если их белки краснеют, а маленькие сосуды в них бледнеют; если появившаяся в них слизь снова скапливается в углах глаз; если один глаз меньше другого; если они сильно запали или слишком выпучены; если во время сна веки не смыкаются и между ними от белков появляется какое-то выделение, причем это не является следствием поноса; если веки бледнеют и эта бледность покрывает губы и нос; если губы, нос, глаза, веки и брови или что-нибудь из них перекривится; если больной, вследствие слабости уже не слышит или не видит.

Признаки приближающейся смерти: когда больной лежит навзничь и его колени сведены; когда тело его постоянно скользит вниз к ногам; когда больной обнажает руки и ноги и беспорядочно их раскидывает, причем они остаются холодными; когда больной все время спит с открытым ртом; когда он, при потере сознания, скрежещет зубами, чего обычно не делал в здоровом состоянии; когда язва, бывшая до болезни или приобретенная во время самой болезни, стала сухой, бледной или свинцового цвета.

Признаками (близкой) смерти также являются побелевшие ногти и пальцы; холодное дыхание; если при острой лихорадке или при безумии, или воспалении легких, при болезнях головы больной руками что-то ищет в одежде и выдергивает шерстинки или на прилегающей стене хватает малейшие выступы.

Боли, возникшие в пояснице и нижних частях (живота), если они перейдут на внутренности и внезапно прекратятся, также свидетельствуют о близкой смерти; в особенности, когда присоединяются еще и другие признаки.

Нельзя спасти того, кто при лихорадке без какой-либо опухоли (в горле) вдруг начинает задыхаться, или не может проглотить свою слюну; или у кого в том же лихорадочном состоянии тела искривится шея так, что он ничего не сможет свободно проглотить; или у кого в одно и то же время непрерывно лихорадка и крайняя телесная слабость, или у кого при неослабевающей лихорадке, тело снаружи остается холодным, а внутри такой жар, что даже вызывает жажду; или кого при такой же неослабевающей лихорадке, одновременно мучают и бред, и удушье; или у кого, после выпитой чемерицы, появляются судороги; или когда пьяный потеряет способность говорить. Ведь такой всегда умирает от судорог, если только его не схватит лихорадка или он не заговорит в тот час, когда проходит похмелье.

И беременная женщина также легко погибает от острой болезни, умирает и тот, у кого сон увеличивает страдание; и тот, у кого в начале новой болезни покажется черная желчь или снизу, или сверху; или тот, у кого желчь появилась тем или иным путем тогда, когда больной уже после длительной болезни исхудал и близок к концу.

На возможную гибель указывают также появление в мокроте желчи и гноя, будь то в отдельности или в соединении друг с другом. Притом, если это началось приблизительно на седьмой день, весьма правдоподобно, что больной на 14 день или около того, умрет, за исключением случая, когда присоединяются другие хорошие или дурные симптомы.

Чем легче или тяжелее сопровождающие признаки, тем позже или раньше может наступить смерть.

При острой лихорадке пагубен также холодный пот и при всякой болезни рвота, разнообразная и разноцветная; особенно если от нее исходит дурной запах. Грозит гибелью также и кровавая рвота во время лихорадки. Красноватая и прозрачная моча обычно бывает при несварении желудка и часто преждевременно доводит человека до гибели.

Итак, если такая моча бывает довольно долго, больному угрожает смертельная опасность. Однако, особенно плоха и даже гибельна моча темная, густая, с дурным запахом. Это одинаково дурно как для мужчин, так и для женщин, для детей же плохо, если она прозрачная, водянистая и жидкая.

Испражнения тоже бывают различные; внушают опасение те, которые содержат черноту, кровь, желчь, какую-то зелень, порой то вместе, то в разных особенных сочетаниях. Но даже это больной может выдержать некоторое время; о том что он стоит у последней черты, свидетельствуют жидкие испражнения то черные, то бледные, то жирные, в особенности, если присоединится сильный отвратительный запах.

Я знаю, что меня могут спросить: если определенные признаки предстоящей смерти налицо, то каким образом обреченные врачами больные иногда выздоравливают, а некоторые, как утверждает молва, оживают во время самих похорон.

Так, даже человек по праву пользующийся большой известностью - Демокрит высказал предположение, что не существует достаточно твердых признаков наступившей смерти, которым могли бы довериться врачи; но не обходит молчанием именно того, что существуют некоторые определенные признаки наступающей смерти.

Я не стану оспаривать того, что некоторые смежные признаки часто вводят в заблуждение неопытных врачей, но не прославленных.

Асклепиад, встретясь с похоронной процессией, понял, что тот, кого несли хоронить, жив. Прямой вины врачебного искусства нет, если в чем-нибудь ошибся врач.

Однако, по поводу этого я выскажусь осторожнее: медицина есть искусство предположений и догадок, и метод предположений у нее таков, что хотя она чаще дает правильные ответы, однако иногда ошибается.

Поэтому если медицина и ошибется один раз из тысячи случаев, это не имеет значения, так как она помогает бесчисленному множеству людей. И я отношу это не только к симптомам, угрожающим смертью, но и предвещающим исцеление. Ибо ожидания врача иногда не оправдываются, и умирает тот больной, в выздоровлении которого первоначально он был уверен: средства, употребляемые для лечения, иногда обращаются во вред больному. При столь большом разнообразии организмов несовершенный человеческий ум не может избежать ошибок.

Поэтому существует доверие к медицине, которая помогает гораздо чаще и гораздо большему числу больных. Однако, не следует забывать того, что при острых болезнях бывают ложные признаки и спасения, и смерти.

 

ГЛАВА VII. О ПРИЗНАКАХ, ПО КОТОРЫМ УЗНАЮТ ОТДЕЛЬНЫЕ ВИДЫ БОЛЕЗНЕЙ

Поскольку я изложил общие признаки, присущие всякой болезни, я коснусь теперь признаков, которые могут обнаружиться в отдельных видах заболеваний.

Среди них есть такие, которые проявляются до лихорадочного состояния, и такие, которые во время такого состояния указывают на то, что внутри что-то есть или должно появиться.

Если до лихорадочного состояния - голова тяжелая, или после сна темнеет в глазах, или частое чиханье, то следует опасаться гнойников на голове. Если наблюдается полнокровие или перегревание, то весьма похоже на то, что в какой-то части произойдет кровотечение.

Если кто-нибудь без причин худеет, то следует опасаться, как бы организм его не пострадал от худосочия.

Если болит в области подреберья, или мучают ветры, или целый день выделяется непереработанная моча, то это свидетельствует о несварении желудка.

У кого продолжительное время, при отсутствии желтухи, цвет лица плохой, те или страдают головными болями, или едят землю. Те, у кого продолжительное время лицо остается бледным и одутловатым, страдают или головными болями, или от живота, или от внутренних болей.

Если при непрерывной лихорадке ребенка не слабит, цвет лица у него меняется, он не спит и не переставая плачет, надо опасаться судорог.

Частые насморки у худощавых и высоких людей свидетельствуют о предрасположении к чахотке. Когда в течение многих дней не было испражнений, надо ждать внезапного поноса или легкого приступа лихорадки. Когда пухнут ноги, бывают продолжительные поносы; когда боли поднимаются внизу живота и в бедрах, появляется водянка, но этот род болезни обыкновенно начинается от паха. Такая же опасность возникает для тех, у кого позыв есть, но кишечник не действует, кроме как с трудом и твердым калом, у кого образуется припухлость в ногах, у кого она то возникает, то пропадает в правой или левой части живота.

Но эта болезнь, обыкновенно, возникает из брюшной полости. Признак этой болезни тот, что в пупочной области перекручиваются кишки. Это греки называют stróphoi; боли держатся в тазовой области, причем положение кишок не исправляют ни время, ни лекарства.

Если же боль в суставах, как в ногах, так и в руках, или в какой-либо другой части такова, что в этом месте нервы напряжены; или если этот член устает и по незначительной причине испытывает неприятное ощущение одинаково от холодного и от горячего, то это возвещает подагру или хирагру или будущую болезнь того члена, в котором это ощущается.

Те, у кого в детстве были носовые кровотечения, а позже прекратились, обязательно будут страдать головными болями или приобретут тяжелые изъязвления на некоторых суставах, или даже будут изнурены какой-нибудь болезнью. Женщины, у которых не появляются месячные, обязательно страдают острейшими головными болями или у них поражена болезнью какая-нибудь другая часть.

Та же опасность таится для тех, у кого без подагры и подобных болезней то возникают, то прекращаются боли с опухолями в суставах; в особенности если у них часто болят виски, а по ночам тело потеет.

Если чешется лоб, следует опасаться гнойного воспаления глаз.

Если при родах женщина испытывает сильные (головные) боли, не сопровождающиеся другими болезненными явлениями, приблизительно на двадцатый день может хлынуть кровь из носа или образоваться какой-нибудь абсцесс в нижних частях тела.

Всякий, кто почувствует сильную боль в висках и во лбу, должен ждать ее разрешения тем или другим способом: если он молод, то скорее через кровотечение; если постарше, то через нагноение.

Лихорадка же, которая прекращается внезапно без положительных признаков (разрешения), почти всегда возвращается.

У того, чье горло днем и ночью кровоточит без предшествующих головных болей, болей в подреберье, без кашля, рвоты, легкого лихорадочного состояния, следует искать язву в носу или в горле.

Если у женщин в паху появилась опухоль в сопровождении легкой лихорадки, без видимой причины, то в матке образовалась язва. Если же моча густая и из нее выделяются белые осадки, то это предвещает боли в суставах и в брюшной полости и опасность заболевания.

Зеленоватая же моча свидетельствует о том, что налицо или довольно опасная болезненная опухоль внутренних органов или, но крайней мере, организм не вполне здоров.

Когда же в моче есть кровь или гной, то или мочевой пузырь, или почки изъязвлены.

Если густая моча содержит маленькие волоконца на подобие волос, или если она пузырится, или плохо пахнет, а иногда содержит что-то похожее то на песок, то на кровь, причем болят бедра, пах и область выше лобка; если сюда присоединяются частые отрыжки, иногда рвота желчью, похолодание конечностей, частые - позывы к мочевыделению, наряду с большим его затруднением, а выделенное похоже на воду красноватого или бледного цвета и в нем какие-то чешуйки; желудок же работает с сильными ветрами, - это значит, что недуг гнездится в почках.

Но если моча выделяется капля за каплей и вместе с ней кровь, в которой содержатся какие-то кровяные сгустки, а само отправление совершается с трудом, причем болят внутренние части лобковой области - недуг гнездится в мочевом пузыре.

Страдающие каменной болезнью определяются по следующим признакам: моча идет с трудом и понемногу, иногда даже непроизвольно стекает каплями; в ней содержатся песчинки. Иногда вместе с мочой выделяется кровь, или кровяные сгустки, или нечто гнойное.

Одним легче мочиться стоя, другим - лежа навзничь - и это особенно тем, у кого (в пузыре) большие камни, некоторым, для облегчения боли, даже наклонившись и растягивая (член рукой). В этой области возникает ощущение какой-то тяжести, которое при беге и всяком движении увеличивается.

Некоторые, испытывая мучения, скрещивают ноги, многократно меняя их положение. Женщины часто вынуждены чесать края своих гениталий; иногда, введя палец, они нащупывают камень там, где он давит на шейку пузыря.

У тех, кто выплевывает пенящуюся кровь, недуг гнездится в легких. Сильный понос у беременной женщины может быть причиной выкидыша. Если из сосков у нее вытекает молоко, плод, который находится у нее в утробе, слабый; твердые соски свидетельствуют об его здоровье.

Часто повторяющаяся и сверх меры продолжительная икота указывает на воспаление печени.

Если опухоли над язвами неожиданно пропадают и это происходит позади, то следует опасаться или конвульсии, или столбняка, а если спереди, то надо ждать острых болей в боку или безумия.

Иногда такое исчезновение опухоли сопровождается поносом, что является лучшим из всех исходом. Если отверстия геморройных шишек обычно кровоточащие, вдруг закроются, то последует или водянка, или чахотка. Болезнь перейдет в такую же чахотку, если при болях в боках возникшее нагноение не исчезнет в течение 40 дней.

Если длительная мрачность сопровождается продолжительными страхами и бессонницей, налицо болезнь черной желчи (меланхолия).

У кого бывают частые носовые кровотечения, страдают или от опухолей селезенки или головными болями, причем перед глазами у них появляются нечто вроде видений.

Больные с раздутой селезенкой имеют нездоровые десны, у них пахнет изо рта, или в какой-то части тела происходит кровоизлияние; когда же нет этих явлений, то неизбежно на ногах (голенях) появляются злокачественные язвы, после которых образуются черные рубцы.

У кого есть причина для возникновения боли, но нет ее ощущения, у тех рассудок тронулся.

Если в живот изольется кровь, она там обращается в гной. Если боль от бедер и от нижних частей переходит в грудь без наличия какого-нибудь дурного признака, следует опасаться нагноения в этом месте.

У кого без озноба в какой-либо части тела возникает боль, или зуд с краснотой и жаром, значит там что-нибудь нагноилось.

Такая же моча недостаточно жидкая для здорового человека предупреждает о каком-то предстоящем нагноении около ушей.

Указанные явления хотя бы и без лихорадки свидетельствуют либо о скрытых, либо надвигающихся процессах. Они становятся гораздо определеннее, когда присоединяется лихорадочное состояние и при этом появляются признаки других болезней.

Итак, следует опасаться внезапного безумия, если речь больного становится более быстрой, чем была у него в здоровом состоянии, если появляется неожиданная болтливость, с более смелыми выражениями, чем всегда; или когда больной дышит редко и сильно, а пульс бьется учащенно, подреберье же твердое и опухшее.

На безумие указывает также: частое движение глазами, и при головной боли темнота в глазах, или при отсутствии боли потеря сна, и не прекращающаяся ни днем, ни ночью бессонница; или тело, против обыкновения, распростерто на животе, хотя боль в самом животе к этому не вынуждала.

Равным образом, признаком, безумия, при сохранении телесной силы, является необычайный скрежет зубов.

Если образовавшийся нарыв, до того как он нагноился, при непрекращающейся лихорадке уменьшится, возникает опасность буйного помешательства, а затем смерти.

Часто ведет к помешательству также острая боль в ушах при непрекращающемся сильном лихорадочном состоянии: в таком случае молодые иногда умирают на седьмой день, пожилые позже, потому что у последних не бывает высокой температуры и они не впадают в буйное помешательство; так что у них как бы сдерживается процесс, пока воспаленная ткань не превратится в гнойник.

Прилив крови к грудям женщины предвещает ее близкое сумасшествие.

У тех же, кого продолжительное время лихорадит, будут какие- нибудь абсцессы или боли в суставах.

Конвульсии бывают у тех, чье дыханье во время лихорадки прерывается в горле. Если ангина внезапно прекратилась, это значит, что болезнь перешла на легкие, что часто на седьмой день кончается смертью, а если этого не случится, то в какой-то части тела произойдет нагноение.

Наконец, после продолжительных поносов возникают колики; после колик слабость кишечника, после сильнейших насморков - чахотка; после плеврита - пневмония; после пневмонии - помешательство; после многократных сильных лихорадочных состояний - столбняк или конвульсии; при ранении головы - бред; при мучительной бессоннице - конвульсии; при сильном биении выше язв - кровотечение.

Нагноения происходят от довольно многих болезней. Ведь если повторяются длительные лихорадочные состояния без болей, без видимой причины, то это значит, что в каком-то месте образуется нагноение. Однако, оно образуется только у молодых людей, потому что у пожилых заболевание подобного рода почти всегда переходит в квартану.

Такое же нагноение бывает, если боли в области отвердевших подреберий до 20-го дня не свели человека в могилу и не было носовых кровотечений, преимущественно у юношей; в особенности если в начале болезни стоял туман перед глазами и были головные боли; тогда в нижних частях тела образуется абсцесс; если подреберья имеют мягкую, опухоль, сохраняют ее в продолжение 60 дней, и в течение этого срока не прекращается лихорадка, - тогда абсцесс образуется в верхних частях тела, причем если его нет в самих внутренностях, то он обнаружится возле ушей. И хотя почти всякая продолжительная опухоль ведет к нагноению, чаще дает его та, которая расположена в подреберье, чем та, которая в животе; чаще находящаяся над пупком, чем под ним.

Если при лихорадке возникает чувство усталости, то нарыв образуется или на деснах, или на суставах.

Иногда также кровавая моча идет тонкой струей, так медленно, что другие признаки кажутся не опасными; в этом случае большей частью ниже грудобрюшной преграды развивается абсцесс.

Боль в легких, если она не успокаивается ни очищением мокроты, ни кровопусканием, ни диетой вызывает какие-то гнойники внутри на 20-й или 30-й или 40-й, а иногда даже на 60-й день. Счет же мы должны вести от того дня, когда впервые больной залихорадил или почувствовал озноб и ощущение тяжести в пораженном месте. Гнойники же эти появляются то в самом легком, то в соприкасающейся с ним части. Гнойник в том боку, который поражен, вызывает боль и воспаление, а сам он бывает довольно горячим. Если больной ляжет на здоровый бок. то ему покажется, что бок этот обременен каким-то грузом. Всякое нагноение, которое еще не видимо глазом, можно обнаружить по следующим признакам: лихорадка не прекращается, днем она становится легче, а ночью усиливается·, выступает обильный пот, позывы к кашлю, но с кашлем почти ничего не отхаркивается; глаза запавшие, щеки краснеют; вены под языком белеют, на руках ногти искривляются; пальцы, особенно концы их, становятся горячими; на ногах образуются отеки; дыхание становится тяжелым; отвращение к пище, по всему телу высыпают гнойники.

Если в самом начале (болезни) были кашель и боль с затрудненным дыханием, то гнойник прорвется или до или около 20-го дня.

Если все это начнется позже, то болезнь обязательно усилится; но чем медленнее будет протекать процесс, тем медленнее произойдет разрешение.

При тяжелой болезни ноги вместе с пальцами и ногтями обычно чернеют. Хотя смерть не наступила и остальное тело сохраняет силу, ноги, однако, отказываются служить.

 

ГЛАВА VIII. ПРИЗНАКИ, ВНУШАЮЩИЕ НАДЕЖДУ И ОПАСЕНИЕ ПО КАЖДОМУ РОДУ БОЛЕЗНИ

Теперь мне следует рассказать об особых признаках для каждого рода болезни, которые или подают надежду или вызывают опасения. Если при болезненном состоянии мочевого пузыря, выделяется моча с гноем, и в ней осаждается нечто легкое и беловатое, не надо бояться. Если при воспалении легких самый кашель, хотя бы с гнойной мокротой, доставляет облегчение, а больной дышит легко, свободно откашливает и самую болезнь переносит без затруднения, его ждет полное выздоровление. Не следует бояться, если в начале болезни тотчас появляется мокрота в соединении с какими-то красноватыми кровяными сгустками, когда больной ее сразу отхаркивает. Боли в боках, при образовавшемся нагноении и затем очищении от гноя к сороковому дню прекращаются.

Если при абсцессе в печени бывает рвота и выделяется вместе с ней чистый и беловатый гной, выздоровление для больного будет легким: ибо все зло заключалось в оболочке печени. Из нагноений же менее опасны те, которые расположены ближе к поверхности в наружных частях и очень болезненны. Из тех же, которые образовались внутри, легче протекают не задевающие кожу, лежащую над ними; в таком случае кожа не ощущает боли и имеет тот же цвет, что и остальные части тела.

Также, если прорвался в каком-либо месте гной однородный, беловатый, одноцветный, можно не опасаться; после истечения гноя тотчас прекращается лихорадочное состояние и перестает мучить отвращение к пище и неутолимая жажда.

Если гнойник спустился даже на ноги и слюни больного, окрашенные в желтый цвет, содержат гной, опасность уменьшилась.

При туберкулезе мокрота больного, находящегося на пути к выздоровлению, бывает беловатая, однообразная, одноцветная, без слизи; такая мокрота бывает сходна с той жидкостью, которая истекает из головы в нос.

Превосходно, когда совершенно нет лихорадки; благоприятно, когда она настолько незначительна, что не мешает принятию пищи и не вызывает постоянной жажды. В добром здравии и безопасности находится человек, желудочно-кишечный тракт которого работает ежедневно и выбрасывает остатки в соответствии с тем, что было поглощено; тело у него в меру полное, с широкой, поросшей волосами грудью, с небольшими хрящами, покрытыми мясом.

Если у женщины, у которой подозревают туберкулез, у которой задерживались менструации и не прекращалась боль в груди и под лопатками, вдруг начинается кровотечение, то обыкновенно болезнь идет на убыль; ибо кашель уменьшается, лихорадка и жажда прекращаются. Но если регулы не восстановились, то у этих женщин начинается рвота и чем больше в ней крови, тем лучше.

Водянка же менее всего опасна та, которая начинается без всякой предшествующей болезни; потом та, которая присоединяется к хронической болезни, конечно, если внутренности в порядке; если дыхание свободное; если нет никаких болей, нет жара и тело равным образом худощавое в своих конечностях; если живот мягкий; если нет кашля, нет жажды; если язык даже во время сна не становится сухим; если есть аппетит; если работа желудка направляется лекарствами; если кишечник работает самостоятельно с оформленными испражнениями; если кишечник сам по себе слабит мягко и оформлено; если живот уменьшается; если моча при перемене вина и под влиянием разных жидких лекарств, изменяется; если тело не испытывает усталости и легко сопротивляется болезни.

Если организм, страдающий водянкой, обладает всеми перечисленными признаками, он находится в полной безопасности; если в нем большинство их, то он может рассчитывать на благоприятный исход.

От болезней же суставов, как подагра и хирагра, можно освободиться, если болезнь поражает в молодом возрасте, и еще не образовались утолщенные узлы на суставах. Эти боли значительно смягчаются при коликах и при любом поносе.

Равным образом, эпилепсия, появившаяся до возмужалости, кончается без осложнений.

Во время этой болезни ощущение приближающегося припадка возникает в одной только части тела и лучше, когда судороги начинаются в руках и ногах; хуже, когда ощущение появляется в боках; и хуже всего, когда в голове.

При всех этих видах эпилепсии лучше всего помогают те средства, которые очищают желудок поносом. Сам же понос проходит без какого-либо вреда, если нет лихорадки и он быстро прекращается; если при прощупывании живота не чувствуется никакого движения; если ветры выходят обычным путем (т. е. низом).

Даже поносы не опасны, хотя бы больной ходил кровью со слизью, если нет лихорадки и прочих признаков этой болезни; это справедливо до такой степени, что беременная женщина не только сохранит свою жизнь, но даже может во время разрешиться. При этой болезни преимущество имеет старший по возрасту.

Напротив, понос с выходом непереваренной пищи легче излечивается в молодом возрасте; конечно, если моча идет, и организм начинает усваивать пищу.

Тот же молодой возраст имеет преимущество и при болях в бедрах, в плечах и при всяких параличах. Из названных бедра, не онемевшие и достаточно теплые, легко и быстро поддаются излечению, хотя бы в них были сильные боли; можно восстановить парализованный орган, если питание его совсем не прекратилось. Паралич рта прекращается с поносом. Любой понос полезен при воспалении глаз. Внезапное кровотечение, через открывшееся расширение вены или из варикозного узла, или спазмы живота излечивают безумие.

Боли в плечах в направлении к лопаткам или рукам устраняются благодаря рвоте с черной желчью. Всякая боль, распространяющаяся книзу, скорее излечима. Икота прекращается с чиханьем. Рвота обрывает хронический понос. Кровавая рвота приостанавливается у женщин с началом регул.

Женщина, не очищенная месячными, находится вне всякой опасности, если у нее бывают носовые кровотечения; женщина, страдающая болями в матке, или трудно рожающая, от чиханья получает облегчение.

Четырехдневная летняя лихорадка обыкновенно бывает короткой. Бред приносит облегчение тому, у кого есть жар и озноб. Полное на пользу больным селезенкой. Наконец, сама лихорадка, что может показаться весьма удивительным, часто является защитой. Ведь она прекращает боли в подреберье, если они появились без воспаления; облегчает боли в печени; совершенно приостанавливает конвульсии и столбняк, если началась позже этих болезней; лихорадка облегчает трудности выделения мочи при узости протока, если лихорадочный жар способствует мочеотделению.

Головные боли, в соединении с ухудшением зрения, краснота с зудом на лбу прекращаются от кровотечений случайных или искусственных. Боли в лобной части головы, возникшие от ветра, холода или жара исчезают от насморка и чиханья. Неожиданный озноб прекращает лихорадку с большим жаром, которую греки называют causocle. Если при лихорадке уши заложены, а из носа шла кровь или расстроился кишечник, то эта болезнь совершенно проходит.

Нет лучшего средства против глухоты, как понос с желчью. У кого в уретре образуются маленькие нарывы, которые греками названы phýmata, те получают исцеление, когда из этой части выйдет гной.

Хотя в этих случаях болезнь проходит, большей частью, сама: собой, однако, следует знать, что природа очень сильно способствует исцелению там, где применяется искусство (врачевания).

Напротив, недуг смертелен, если при непрекращающемся лихорадочном состоянии держится боль в мочевом пузыре, а кишечник не работает; и это особенно опасно для детей в возрасте от 7 до 14 лет.

Если при воспалении легких в. первые дни не было кашля с мокротой, и он появился на седьмой день и не прекращался позже, то это опасно; и чем больше в мокроте смешанных, не разделенных между собой окрасок, тем хуже (для больного).

И однако, нет ничего хуже того, когда мокрота выделяется одноцветная, будь то желтоватая, красноватая - кровянистая, беловатая, клейкая, бледноватая, или пенящаяся; все же самая плохая, мокрота черная.

При этой болезни опасны кашель, насморк и даже чиханье, которое считается при других заболеваниях благоприятным; но чрезвычайно опасно, если неожиданно, вслед за этим начинается понос. Почти те же признаки, то более мягкие, то более суровые, которые бывают при воспалении легких, повторяются обычно и при болях в боках.

Смертельно опасно, если из печени выделяется кровавый гной. Из гнойников очень опасны те, которые распространяются внутрь, причем также изменяется наружный цвет кожи; а из тех, которые образуются в верхней части, особенно опасны большие и совершенно ровные, без вздутия.

Определенно есть опасность, если даже с поднявшейся рвотой или истечением наружу гноя лихорадочное состояние не прекратилось, или прекратившись вновь возобновилось; а также если сохраняется жажда, отвращение к пище, понос, если гной свинцового цвета и бледноватый; если у больного нет иных выделений, кроме мокроты с пеной. При этом от нагноений, которые дают болезни легких, погибают почти всегда старики, а от прочих нагноений - молодые люди.

При чахотке для исхудавшего больного зловещим признаком являются мокрота, смешанная с гноем, постоянный лихорадочный жар, совершенно лишающий аппетита, и мучительная жажда.

Если кто-нибудь долго проболел этой болезнью и у него стали выпадать волосы, а в моче обнаруживаться паутинообразные осадки, с дурным запахом, больной вскоре умирает, особенно когда ко всему сказанному присоединяется понос, да если дело происходит осенью, когда почти всегда погибают те, кто переживал остальные времена года.

Также грозит смерть, когда при этой болезни гной выделяется с мокротой, а потом совершенно прекращается его выделение. У молодых людей, к тому же, при этой болезни обыкновенно появляются рвота и свищи, которые не легко излечиваются, кроме случаев, когда преобладают положительные признаки здоровья.

Из общего же числа больных чахоткой с большим трудом излечиваются девушки или женщины, у которых задерживаются регулы.

Если у здорового человека вдруг начинает болеть голова, а потом наступает глубокий сон, такой, что он храпит, не просыпаясь, то к седьмому дню надо ждать гибели; тем более если предварительно не было поноса, если веки у спящего не смыкаются и видны белки глаз. При этом наступает смерть, если этот недуг не прерван лихорадкой.

Водянка же, когда она начинается при острой болезни, редко заканчивается выздоровлением; конечно, если она сопровождается признаками, противоположными тем, которые были изложены выше.

Равным образом, кашель при этой болезни сохраняет надежду: даже, если произошло кровоизлияние вверху или внизу, и водянка захватила среднюю часть тела. У некоторых при этой болезни возникает даже опухоль, которая то опадает, то снова образуется. Итак, эти больные подают больше надежды на выздоровление, чем те, о ком шла речь выше, если они следят за собой; но почти никогда не бывает уверенности в полном выздоровлении. Естественно, если кто удивляется следующему: каким образом какая-либо болезнь поражает наше тело и в то же время в какой-то мере его исцеляет.

Ведь если при водянке скапливается много жидкости или если при большом абсцессе скопится много гноя, и потом сразу все это схлынет - больной окажется в смертельной опасности, как здоровый человек, потерявший много крови от раны.

Больные же, у которых суставы болеют настолько, что поверх их мозоли образуют нечто вроде бугорков, от них никогда не избавятся: эта их болезнь или возникла под старость или, начавшись в молодые годы, продлилась до старости; временами несколько смягчаясь, она никогда вполне не исчезает.

Также с трудом излечивается эпилепсия, полученная после 25 лет; еще труднее - проявившаяся после 40 лет; так что в этом возрасте есть некоторая надежда на природу и едва ли на медицину.

Если при той же болезни бывает потрясено все тело, а до этого ни в каких его частях не ощущалось приближение припадка, но человек, будь он любого возраста, внезапно падает, то едва ли он поправится; если же ум помутится или произойдет паралич, медицине тогда нечего делать.

Опасно для жизни также, если к поносам присоединится лихорадочное состояние, воспаление печени, подреберья или брюшины; если сильная жажда присоединится к продолжительному поносу; если выделения станут болезненны и разнообразны, особенно если при всем этом возобновятся прежние боли в животе. Эта болезнь чаще всего губит детей до 10-летнего возраста; остальные возрасты переносят ее легче. Беременная женщина тоже может захворать такой болезнью и хотя сама выздоровеет, однако плод погибнет.

Колики, возникающие от черной желчи также смертельны, если после них, когда тело уже истощено, вдруг появятся черные выделения.

Но много опаснее понос, если он сопровождается частыми испражнениями, если слабит ежечасно, одинаково днем и ночью, с ветрами и без них; если экскременты или черного цвета или из непереваренной пищи, и кроме того со слизью и дурным запахом, если мучает жажда, если после питья жидкость не выделяется с мочой, что бывает, когда вся жидкость поступает не в мочевой пузырь, а в кишечник; если рот изъязвлен, лицо краснеет и как будто покрывается какими-то разноцветными пятнами; если живот вздут, пухлый и морщинистый и нет аппетита и желания совершить прогулку. Хотя при таких признаках смерть неизбежна, но она еще более неизбежна, когда эта болезнь развилась уже давно и притом в старческом возрасте.

Если же недуг гнездится в тонких кишках, то плохими симптомами явятся: рвота, икота, конвульсии, бред больного.

При желтухе является гибельным, если печень становится твердой. Едва ли какая-либо медицина спасет тех, у кого при болях в селезенке началась дизентерия, переходящая потом или в водянку, или в лиентерию.

Заворот кишок, если он не будет прекращен, приводит к гибели больного в течение 7 дней.

Женщина, страдающая послеродовой лихорадкой с сильными непрекращающимися головными болями, находится на краю гибели.

Если больной, при болезненном воспалении той области, в которой находятся внутренности, тяжело дышит - это дурной признак. Если без причины длительная головная боль переходит на шею и лопатки и снова возвращается к голове или распространяется от головы к шее и лопаткам, то это гибельно, если только не поднялась рвота с выделением гноя или если не открылось в какой-нибудь части кровотечение, или если на голове не появилась парша, или гнойники на всем теле.

Очень плохо и тогда, когда онемение и зуд распространяются то по всей голове, то в какой-нибудь ее части, или когда возникает на ней ощущение некоторого холода, и все это достигает даже кончика языка. И так как помощь приходит от тех же нарывов, то тем труднее идет излечение, чем меньше их появляется при болезнях такого рода.

Если же при страданиях тазобедренного сустава бывает сильное онемение и холодеют бедра и голени; если желудок работает только с натугой и выделения его слизисты; и если по возрасту больной перешагнул сороковой год - эта болезнь будет очень продолжительной, не меньше года и может прекратиться не иначе, как весной или летом. В том же возрасте одинаково трудно лечение, когда боль в плече переходит на руки или доходит до лопаток, причем боль и бездействие не облегчаются рвотой с желчью.

Если в какой-нибудь части тела парализованный член худеет и не двигается, он не вернется к прежнему здоровому состоянию; и это тем вероятнее, чем запущеннее была сама болезнь и чем старее организм.

При всяком параличе для лечения неблагоприятными временами года являются зима и осень; кое-какую надежду дают весна и лето. Этот недуг в средней степени излечивается с трудом, а в тяжелой совсем не излечивается.

Всякая боль, распространяющаяся вверх, плохо поддается лечению.

Если у беременной женщины вдруг похудели груди, ей грозит выкидыш. Не рожавшая и не бывшая ранее беременной женщина, при появлении молока, лишается регул.

Лихорадка с приступом на четвертый день осенью почти всегда продолжается долго; и особенно та, которая началась с приближением зимы.

Если вслед за кровотечением наступит безумие с судорогами, больному грозит смертельная опасность.

Также плохо, если у больного после слабительного и до еды начнутся конвульсии; или если при острых болях холодеют конечности.

И не вернется к жизни тот, кого вынули из петли с пеной у рта.

Черные испражнения похожие на темную кровь, неожиданно появившиеся с лихорадкой или без нее, - грозят смертью.

 

ГЛАВА IX. О СПОСОБАХ ЛЕЧЕНИЯ БОЛЕЗНЕЙ

После того как мы ознакомились с предвестниками заболевания, которые могут или утешать нас надеждой или вселять уныние, следует перейти к способам лечения болезней.

Из способов лечения одни - общие, другие - частные.

Общие - это те, которые применяются при большинстве болезней, частные - при отдельных заболеваниях.

Прежде всего, я обращусь к общим способам, из которых, между прочим, некоторые пригодны не только для больных, но и для здоровых; остальные же применяются только в случае заболеваний.

Всякое лечебное средство имеет целью или убавить какое-либо вещество или прибавить, вызвать (процесс) или остановить его, охладить (тело) или согреть, и одновременно уплотнить его или размягчить.

Некоторые средства помогают не в одном только случае, но даже в двух, не противоречащих друг другу.

Вещество убавляется кровопусканием, кровососными банками, промывательными средствами, рвотными средствами, растиранием, прогулками и различными физическими упражнениями, воздержанием от пищи, потогонными средствами.

Об этих средствах я и буду говорить дальше.

 

ГЛАВА X. О КРОВОПУСКАНИИ ПУТЕМ ВСКРЫТИЯ ВЕН

Тот факт, что кровь пускают посредством вскрытия вен, - не нов, а ново то, что почти нет такой болезни, при которой не следовало бы применять кровопускание. Не ново, что кровопускание делалось более молодым людям и небеременным женщинам, но новым является то, что стали пускать кровь и детям, и более старым людям, а также беременным женщинам.

Древние врачи думали, что детский и старческий возрасты не могут перенести лечения такого рода и были уверены, что у беременной женщины, которую стали бы лечить таким способом, будет выкидыш. Но последующая практика показала, что ни одно из указанных мнений не может претендовать на вечность и что следует принять некоторые другие мнения, используя которые надо, однако, руководствоваться советом лечащего врача.

Действительно, важно не то, каков возраст, и не то, есть ли беременность, а то, каковы силы больного. Следовательно, если юноша хил или небеременная женщина слаба здоровьем - кровопускание противопоказано, так как у них совершенно не останется сил, даже тех, какие были, после того как они будут ослаблены кровопусканием.

Напротив, здоровый ребенок, крепкий старик, здоровая беременная женщина могут безопасно переносить подобное лечение. Впрочем, врач, особенно неопытный, может допустить по отношению к ним весьма большую ошибку, так как в указанных возрастах, как правило, бывает меньше сил, а беременной женщине после кровопускания также нужны силы, и не только для нее, но и для перенесения родов.

Тем не менее нельзя сразу отказываться от того, что требует от врача умственного напряжения и проницательности, так как особенная ценность врачебного искусства состоит не в том, чтобы считать, сколько лет больному, и не в том, чтобы придерживаться какого-либо единственного взгляда на лечение, а в том, чтобы, взвесив силы больного вывести из этого заключение: может ли (после кровопускания) сохраниться такой остаток сил, который поддержал бы и ребенка, и старика, и две жизни в одной женщине.

Точно также существует разница между сильным телом и тучным, между телом худым и слабым; у сухощавых больше крови, у полных больше мяса. Поэтому, первые легче переносят подобное кровопускание, и скорее пострадает от него тот, у кого слишком много жира; и, следовательно, крепость организма правильнее оценивать по природным свойствам, а не по внешнему виду.

И не только это надо иметь в виду, но и то, какого рода болезнь: страдает ли больной от избытка или недостатка крови, испорчена она или здорова, так как, в случае если крови недостаточно или, если она не испорчена, кровопускание противопоказано; напротив, если причиной болезни является избыток крови или если она испорчена, то никакое другое средство не поможет лучше.

Следовательно, при сильной лихорадке, когда тело горит и переполненные вены набухают, - кровопускание необходимо. Равным образом, оно нужно при болезнях внутренних органов, при параличе, при столбняке, при судорогах, даже в тех случаях, когда болезнь, затрудняя дыхание, грозит задушить больного или вдруг лишить его дара речи, а также при всяких нестерпимых болях; при разрывах внутренностей по той или иной причине и при ушибах; точно также при худосочии, при всяких протекающих в острой форме болезнях, опасных, как я сказал, не вследствие худощавости, а вследствие тучности организма.

Могут быть случаи, когда, при каком-либо заболевании требуется кровопускание, а организм, по-видимому, вряд ли в состоянии его перенести. Тем не менее, когда нет другого средства и больной может погибнуть, если не оказать ему помощь без колебаний, то в таком положении долг истинного врача, с одной стороны, сказать больному, что нет никакой надежды на спасение, кроме кровопускания, а с другой - объяснить, какая опасность грозит от его применения, - и только в том случае, когда он дает свое согласие, приступить к кровопусканию. В таких условиях колебания недопустимы, ибо лучше использовать сомнительное средство, чем никакое.

В особенности к этому следует прибегать тогда, когда мы имеем дело с параличом, когда больной вдруг лишился дара речи, когда грозит удушием грудная жаба, когда начальный приступ лихорадки едва не кончился смертью и, по всей вероятности, ожидается такой же, в то время, как силы больного, по-видимому, не в состоянии его перенести.

Хотя меньше всего допускается кровопускание после еды, однако с этим не приходится считаться во всех случаях, так как не всегда обстоятельства позволяют ожидать испражнения. Поэтому, при падениях с высокого места, при контузии, при вызванной по той или иной причине рвоте с кровью, - не взирая ни на что, - кровь надо взять незамедлительно, хотя бы больной незадолго перед тем поел, чтобы, выжидая не подвергать больного опасности.

Такое же указание пригодно и в других неотложных случаях, когда будет угрожать удушье.

В других случаях, если даже характер заболевания позволяет это, все же кровопускание необходимо делать только тогда, когда не остается никакого сомнения, что желудок не переполнен.

Наиболее удобным для кровопускания оказывается также второй или третий день болезни. Но, если иногда бывает необходимо пустить кровь даже в первый день, то нельзя этого делать на четвертый день, так как за столь большой промежуток времени вредное вещество уже успело и распространиться, и нанести вред организму, так что кровопускание может лишь ослабить больного, а не сделать его здоровым.

Губительно для человека, болеющего лихорадкой в сильной форме, кровопускание во время самого приступа, а потому надо ожидать ремиссии.

Если же лихорадка не прекращается, а лишь перестала усиливаться, и нет надежды на ее ослабление, то в этом случае нельзя упускать единственной, хотя бы, и не лучшей возможности.

Вообще, такой способ, если он необходим, следует разделить на два дня, потому что лучше сначала подкрепить больного, а. потом брать остальную кровь, чем, расточив сразу все его силы, возможно, подвергнуть его опасности. Если такая предосторожность уместна при выкачивании подкожной воды, то насколько нужнее она при кровопускании!

Когда задачей является облегчение всего организма, то кровь надо брать из руки, а когда надо облегчить какой-либо участок тела, то из того самого участка или, по крайней мере, из самого к нему ближайшего, притом кровь можно брать не везде, а лишь за ушами, из рук, из пяток.

Я хорошо знаю, что некоторые учат, будто кровь надо пускать как можно дальше от пораженного участка, что именно благодаря такому приему они направляют кровь в другую сторону, а иначе она привлекается в то самое место, которое является больным.

Однако, такое мнение ошибочно. Кровопускание, в первую очередь, очищает ближайший участок, из более же отдаленных участков кровь идет постольку, поскольку ее выпускают, если же кровопускание будет остановлено, то движение крови даже прекращается, так как ее не вытягивают.

По-видимому, сама практика учит следующему: при переломе черепа кровь лучше брать из руки; при какой-либо боли в плече - из противоположной руки, ибо, как я полагаю, если кровопускание будет не совсем удачным, то больные участки подвержены большей опасности.

Иногда кровь отводят в другую сторону. Это бывает тогда, когда кровь, вытекающая в одном участке, пускается и в другом; естественно, она перестает течь там, где мы не желаем, если встречает противодействующие средства, когда открыт другой путь.

Пускать кровь, когда это является неизбежным, должен врач, имеющий опыт; для неопытного врача это дело трудное, ибо вены соединены с артериями, а последние с мышцами. Таким образом, если скальпель коснется мышцы, последуют судороги, а это причиняет сильные боли, истощает больного. Точно так же, если поранить артерию, то она не закрывается и не заживает, а иногда случается, что кровь начинает стремительно извергаться. Равным образом, если сильно порезать вену, то устья ее сжимаются и не дают крови течь. С другой стороны, если скальпель вонзать нерешительно, то он лишь поранит верхнюю часть оболочки и не вскроет вену; кроме того, последняя углублена, и ее нелегко найти.

Итак, многочисленные обстоятельства делают для неподготовленного врача трудным то, что очень легко для опытного.

Разрез следует делать в средней части вены. Когда из вены пойдет кровь, нужно обратить внимание на ее цвет и состав, ибо если кровь густая и темного цвета - значит она дурная, и потому ее полезно брать; если же она красного цвета и прозрачная - значит она здоровая, и пускать такую кровь нет пользы, напротив, даже вредно, и ее надо немедленно остановить. Впрочем, последнего не может случиться у того врача, который знает, из какого организма полагается брать кровь.

Чаще всего бывает, что в первый день вытекающая кровь устойчиво одного темного цвета. Пусть это так, однако ее надо остановить, когда ее вытекло уже достаточное количество. Вообще кровопускание надо заканчивать раньше, чем может наступить обморок.

После того, на руку надо наложить отжатый компресс из холодной воды и забинтовать, а на следующий день надо ударить вену передней стороной среднего пальца, чтобы свежее соединение разорвалось - и брать кровь во второй раз.

Если в первый или на второй день кровь, которая вытекала сначала темной и густой, начинает краснеть и становится прозрачной, то значит, кровь взята в достаточном количестве, а то, что осталось - здоровая кровь. Поэтому руку надо тотчас же забинтовать и держать в таком виде до тех пор, пока ранка не заживет, что в венах происходит очень быстро.

 

ГЛАВА XI. О ЛЕЧЕБНЫХ КРОВОСОСНЫХ БАНКАХ

Кровососные банки бывают двух родов: из бронзы и роговые. Бронзовая банка с одной стороны открыта, а с другой - закрыта; роговая с одной стороны тоже открыта, а с другой имеет небольшое отверстие.

В бронзовую вкладывают горящий фитиль, и потом открытая ее сторона прикладывается к телу и прижимается до тех пор, пока она не прилипнет.

Роговая банка накладывается на тело без огня; потом, если ртом вытянуть воздух с той стороны, с которой имеется маленькое отверстие, и сверху заткнуть это отверстие воском, банка тоже прилипает.

Банки того и другого вида делаются не только из указанного материала, но также и из любого другого.

Когда банка прилипнет, то, в случае, если кожа была надрезана скальпелем, банка вытягивает кровь если кожа не была надрезана, то вытягивается воздух.

Следовательно, когда причиной боли является избыток крови внутри организма, банки ставят обычно первым способом, когда причиной является вздутие - вторым.

Банки употребляются преимущественно в тех случаях, когда боль не во всем теле, а в каком-нибудь его участке, и тогда для восстановления здоровья достаточно опорожнить больной участок.

Это и служит подтверждением того, что когда хотят помочь какому-либо органу, то и скальпелем следует пускать кровь лучше всего из той части, которая болит, ибо никто не ставит банок на противоположной стороне, кроме тех случаев, когда направляют течение крови в эту сторону, а ставят их на те самые участки, которые больны и которые надо облегчить.

Надобность в банках может быть при длительных заболеваниях, когда имеется или испорченная кровь, или зловонное дыхание, также при некоторых острых болезнях, когда, с одной стороны, надо облегчить организм, а с другой - силы больного не позволяют - пустить кровь путем вскрытия вены.

Средство это и менее жестоко и более безопасно, и оно ни в каких случаях не является губительным, хотя бы применялось во время самого приступа лихорадки или тотчас после еды.

Итак, прибегать к этому средству лучше в тех случаях, когда надо пустить кровь, но вскрытие вены представляет очевидную опасность, или когда существует заболевание лишь в каком-нибудь участке тела. Однако, надо помнить как то, что в данном способе лечения нет никакого риска, так и то, что такая помощь менее эффективна, и что при тяжелых болезнях нужно прибегать к соответствующим сильным средствам.

 

ГЛАВА XII. ОБ ОЧИЩЕНИИ ЖЕЛУДКА

1. Древние врачи употребляли для очищения желудка различные лекарства, а также частое промывание желудка почти при всяких заболеваниях. Они давали или черную чемерицу, или многоножку, или окалину меди, которую греки называли lepis chalcú или сок морского латука, капля которого на кусочке хлеба способствует сильному очищению желудка, или молоко - и ослиное, и коровье, и козье, - в которое клали немного соли, кипятили и, откинув то, что свертывалось, предлагали пить остаток, иначе сказать, сыворотку.

Однако, лекарства обычно вредят желудку. И если без меры вызывать понос или слишком часто промывать желудок, больной слабеет. Следовательно, если человек болен, прибегать к лекарствам для очищения желудка, как правило, никогда не следует, кроме случаев, когда какая-либо болезнь протекает без лихорадки. Например: черную чемерицу дают или страдающим черной желчью или душевнобольным с депрессией, или тем, у кого парализован какой-либо орган. А при наличии лихорадки лучше давать такую пищу и питье, которые одновременно и питали бы и успокаивали желудок.

Есть такие виды заболевания, при которых помогает клизма из молока.

2. В большинстве случаев очищать желудок лучше следует клизмой. Это средство, которым так умеренно, но все же пользовался Асклепиад, в наш век, как я вижу, большей частью, обходят.

Однако та умеренность, которой он придерживался, по-видимому, весьма целесообразна, а именно: медицина, с одной стороны, не должна обращаться к этому средству часто, а с другой — все же не должна пренебрегать им однажды или максимум два раза в таких случаях: когда бывают приливы к голове, когда темнеет в глазах; когда болит толстая кишка, которую греки называют cólon; когда есть боли в нижней части живота, или в пояснице; когда в желудке собирается желчь или откладывается слизь, или другая водянистая жидкость; когда затруднен выход ветров; когда желудок не может самостоятельно опорожниться, в особенности - если кал близко и остается в прямой кишке или если больной, страдающий запором, чувствует в своем дыхании запах экскрементов, или если выделение сгнило или когда предварительная голодовка не остановила лихорадку; или если силы больного исключают кровопускание, хотя это следовало бы сделать, или когда время для кровопускания упущено; или если кто-либо до заболевания употреблял много жидкости; или если кто, по собственному желанию, или непроизвольно часто испражнялся и у него неожиданно сделался запор.

При пользовании клизмой надо соблюдать следующее: не ставить клизму раньше, чем на 3-й день болезни; не прежде, чем пищеварение полностью закончено; если организм слаб и истощен продолжительной болезнью; если у больного желудок ежедневно работает нормально или если больной имеет жидкие испражнения; во время самого приступа или усиления лихорадки, ибо в этих случаях промывочный раствор задерживается в кишках и, бросившись в голову, создает гораздо более серьезную опасность.

Накануне больной должен выдержать диету, чтобы приготовиться к такому лечению, а в день очищения желудка за несколько часов выпить теплой воды, чтобы промыть тонкие кишки. Потом, если мы довольствуемся мягко действующим средством, нужно пустить в желудок чистую воду, а если нуждаемся в сколько-нибудь более сильном растворе - воду с медом. Мягко действующим средством является также вода с отваром греческого сена или с ячменным отваром, или с отваром мальвы. Острыми средствами являются: морская вода, или другая вода, к которой добавлена соль - та и другая лучше кипяченые; вода приобретает большую остроту и тогда, когда в нее добавляют оливкового масла, или натра, меда, и чем она становится острее, тем больший дает результат, хотя тяжелее переносится больными.

Промывательное средство не должно быть ни холодным, ни горячим, чтобы ни тем и ни другим не повредить больному. Когда промывательное средство влито, больной должен, насколько это возможно, лежать в постели и не вставать тотчас же при первом желании испражняться; садиться на горшок можно только тогда, когда это явится необходимостью.

С удалением примерно таким способом вещества, после того как освободятся тонкие кишки, утихает и сама боль.

В случае если больной утомил себя сидением на горшке, столько времени, сколько вынуждала надобность, он должен немного поспать и в тот же день принять пищу, чтобы восстановить силы. При этом надо будет взвесить - в большом или небольшом количестве дать ему пищу, с учетом того - ожидается у больного приступ или такой угрозы нет.

 

ГЛАВА XIII. О РВОТЕ

Рвота часто бывает необходима как при желчных заболеваниях, даже при нормальном самочувствии, так и при таких болезнях, которые вызываются желчью.

Следовательно, вызывать рвоту необходимо всем, кто перед лихорадкой страдает дрожью и ознобом; всем, кто болеет холерой, всем душевнобольным с эйфорией, а также всем, кто страдает падучей болезнью.

Однако, если болезнь протекает в острой форме, если мы имеем дело с остро протекающей лихорадкой, то, как сказано выше о способах очищения желудка, нет надобности прибегать к сильнодействующим средствам, но достаточно принять для вызова рвоты те средства, которыми я предлагал пользоваться и здоровым людям.

Но если длительные и трудные болезни, как эпилепсия или сумасшествие, протекают без лихорадки, то надо воспользоваться и белой чемерицей. Как правило, это средство не следует давать ни зимой, ни летом, очень хорошо давать весной, допустимо - осенью.

Врач, собирающийся предложить это средство, должен сначала сделать так, чтобы тело больного стало более влажным.

Следует знать следующее: всякое лекарство подобного рода, предлагаемое в жидком виде, не всегда приносит пользу, но всегда вредно здоровым.

 

ГЛАВА XIV. О РАСТИРАНИИ

О растирании много сказано у изобретателя его Асклепиада в его труде, который он озаглавил "Communium auxiliorum" где он, хотя упоминает всего о трех таких средствах - растирании, купаньях и прогулках, однако самую большую часть в нем посвятил растиранию.

Нельзя, с одной стороны, отнимать у живших позже врачей того, что они или изобрели или разумно использовали, однако, с другой стороны следует оставить за некоторыми более древними авторами то, что открыто ими.

Нельзя оспаривать того, что Асклепиад дал более пространные и ясные указания, когда и как пользоваться растиранием, однако он не сделал (в этом случае) никаких открытий, так как это было изложено у гораздо более древнего автора - Гиппократа, который сказал, что, благодаря растиранию, когда оно делается сильно, тело делается упругим, а когда нежно - оно становится более мягким, когда делается часто - человек худеет, а когда умеренно - полнеет.

Следовательно, растиранием нужно пользоваться в таких случаях: когда надо или сделать тело упругим, если оно дрябло, или сделать его более мягким, если оно огрубело; когда надо или устранить в теле вредную тучность, или укрепить тело, которое худо и слабо.

Однако, если кто более серьезно определил бы ценность этих видов растирания, - это уже не относится к врачу, - тот легко поймет, что все они сводятся к одной цели - что-то удалить из организма. Действительно, тело укрепляется, когда удалены препятствия к тому, чтобы оно крепло; тело становится мягче, когда удалено то, что способствовало его огрубению; тело полнеет не от самого растирания, а от той пищи, которая потом проникает до самой кожи, ослабленной каким-либо расстройством.

Причина же различных результатов растирания заключается в способе его употребления.

Между натиранием мазями и собственно растиранием большая разница. А именно: можно натирать мазью и слегка мять тело даже при острых и только что начавшихся заболеваниях, однако во время разрешения их и только до еды; пользоваться же продолжительным растиранием не полезно ни при острых, ни при нарастающих заболеваниях, кроме тех случаев, когда хотят при его помощи вызвать сон у сумасшедших.

Помогает это средство и при длительной болезни, если она, после начального обострения уже идет на убыль.

Мне хорошо известно, что некоторые врачи утверждают, будто любая помощь необходима лишь при нарастающих болезнях, а не тогда, когда болезнь уже в периоде разрешения.

Однако, это не так. В самом деле, может существовать такая болезнь, которая даже естественным порядком идет к концу, тем не менее она скорее будет ликвидирована, если оказать помощь. Это необходимо делать по двум причинам: с одной стороны, чтобы, как можно скорее, полностью восстановить здоровье, с другой, чтобы продолжающаяся болезнь не обострилась снова, пусть даже повод к тому был маловажным.

Болезнь может стать менее тяжелой, чем была, но тем не менее не превращаться совсем и цепляться за некоторые остатки болезненного процесса, - их-то и ликвидирует та или иная оказанная больному помощь.

Однако, насколько разумно прибегать к растиранию, когда болезнь стала менее тяжелой, настолько никогда не следует применять его при усиливающейся лихорадке, и его можно будет применять лишь тогда, когда больной будет совсем избавлен от лихорадки, или, в крайнем случае, когда она станет определенно ослабевать.

Растиранием следует пользоваться или для всего тела, например, когда надо, чтобы тот или иной худой человек пополнел, или для отдельных частей, поскольку того требует слабость или этой самой части или противоположной ей, а именно: растирание самой головы, однако не во время приступа боли, облегчает длительные головные боли; растиранием какого-либо отдельного органа укрепляется сам парализованный орган. Но гораздо чаще надо растирать противоположный орган, а не тот, который болит и особенно в тех случаях, когда, желая отвлечь вещество от верхних или от средних частей тела, мы растираем нижние конечности.

Не следует слушать тех, кто руководствуется только количеством растираний, так как растирание надо увязывать с состоянием сил больного: кто слишком слаб, тому может быть достаточно 50 раз, кто сильнее, тому надо делать, может быть, 200 раз; наконец, количество их может быть между той и другой цифрой, смотря по тому, каковы силы больного.

Отсюда вытекает, что даже руки (при растирании), должны работать для женщины не так быстро, как для мужчины, для ребенка и старика не так быстро, как для юноши.

Затем, если растираются отдельные органы, то растирание должно быть длительным и энергичным, ибо, с одной стороны, не может быстро ослабеть весь организм из-за растирания лишь отдельной части, а с другой - надо рассеять как можно больше вещества, если мы хотим облегчить или этот самый орган или, при его помощи - противоположный.

Когда же недомогание всего организма требует подобного лечения для тела в целом, то растирание должно быть менее длительным и более нежным, лишь бы только размягчить верхний слой кожи, чтобы он сделался более способным к принятию нового (питательного) вещества из новой пищи.

Выше я сказал, что больной еще находится в опасности, когда наружные части тела зябнут, а во внутренних органах чувствуется жар и жажда. Однако, в этом случае также единственное спасение - растирание. Если оно привлечет тепло к коже, то этим может подготовить почву для лечения другими способами.

 

ГЛАВА XV. О ПРОГУЛКЕ

Прогулка весьма полезна при длительных, но уже идущих на убыль болезнях; полезна она и тем больным, которые совсем освободились от приступов лихорадки, но еще не могут заниматься самостоятельно физическими упражнениями, и тем, у которых сохранились еще цепкие остатки болезней, а освободиться от них нельзя иным путем.

Асклепиад учил, что прогулкой надо пользоваться даже при начинающейся и бурно протекающей лихорадке, и особенно при огненной, - для избавления от них. Однако, это не безопасно. Лучше переждать такие натиски болезни, соблюдая покой.

Но если кто-нибудь желает воспользоваться этим средством, то пусть пробует делать это в том случае, когда у больного язык не будет сухим, когда нет никакой опухоли, никакого затвердения, никакой боли ни во внутренностях, ни в голове, ни под ложечкой.

И вообще не надо никогда совершать прогулок, если организм нездоров - будь то болезнь общая или местная, - однако за исключением мышечных заболеваний, - и никогда не совершать их в период нарастания лихорадки, а только во время ремиссии.

Виды прогулок разнообразны. Ими надо пользоваться в зависимости от состояния сил больного и от его достатка, чтобы, с одной стороны, они не были слишком утомительными, если человек слаб, а с другой - чтобы они не были недоступными для рядового гражданина.

Всего лучше прогулки на корабле - или в гавани, или по реке, сложнее - на корабле в открытом море или прогулка на носилках, всего сложнее - в повозке.

Эти виды прогулок могут быть как интенсивными, так и облегченными.

Если ничто из указанного не применимо, то надо подвесить ложе и качаться. Если даже нельзя сделать этого, то надо подложить клин под одну из ножек ложа и в таком положении толкать ложе рукой то туда, то сюда.

Кроме того, слабым полезны, разумеется, легкие виды физических упражнений, более же трудные полезны таким больным, которые в течение уже многих дней не имели приступов лихорадки, или тем, кто воспринимает предвестники тяжелых заболеваний таким образом, как будто до тех пор они не болели лихорадкой; это бывает при истощении, при болезнях желудка, при водянке, при желтухе; или когда некоторые болезни, как эпилепсия, сумасшествие, протекают без лихорадки, хотя бы и длительно.

И при этих болезнях следует пользоваться такими видами физических упражнений, которые мы описали в той главе, где указывали, как вести себя здоровым, но некрепким людям.

 

ГЛАВА XVI. О ДИЕТΕ

Существуют два вида диеты: первый - когда больной ничего не ест, другой - когда он не ест ничего, кроме того, что должен есть.

Начальные стадии болезни требуют полного воздержания от пищи и питья. Далее, сами болезни диктуют норму: есть то, что полезно, и не есть дозволенного сверх меры; кроме того, нельзя допускать обильной пищи тотчас после голодания. В самом деле, если даже здоровым людям вредно, когда какая-либо необходимость вынуждает голодать, то насколько это вреднее для еще больного организма!

Ничто не является настолько полезным больному, как своевременное воздержание от пищи. Невоздержанные люди у нас оставляют врачу заботу регулировать количество их пищи и желают сами определить время, когда ее принимать, а другие такие же, наоборот, как бы из снисхождения оставляют за врачами определение времени принятия пищи, а самим себе присваивают определение количества пищи. Думают, что учтиво поступают те, которые предоставляют решению врачей и то и другое из упомянутых решений, а в выборе пищи оставляют за собой свободу, как будто дело идет о том, что разрешается делать врачу, а не о том, что полезно больному. Для больного всякий раз очень вредно, когда допускается ошибка в том, что есть, в какое время, в каком количестве и в каком виде.

 

ГЛАВА XVII. О ВЫЗЫВАНИИ ПОТА

Пот вызывается двумя способами: или сухим жаром или баней.

Сухой жар - это или горячий песок, или паровая баня, или хлебная печь, а также некоторые виды искусственного потения, когда, например, выходящие из земли испарения задерживаются в особом помещении, как это мы имеем за Байями, среди миртовых рощ.

Кроме того, пот вызывается также солнечным теплом и физическими упражнениями.

Указанные виды потения полезны всякий раз, как в организме скопляется вредная жидкость и ее надо удалить. Некоторые заболевания мышц также отлично излечиваются таким же образом.

Однако, слабым больным могут принести пользу лишь первые виды потения; солнце же и гимнастика полезны только для более сильных организмов, у которых болезнь, - будь она в начальной стадии или в нетяжелой форме, - протекает без лихорадки.

Вообще надо остерегаться, чтобы ни один из этих видов потения не допускался или при лихорадке, или при еще непереваренной пище.

Что же касается бани, то она полезна в двух отношениях, а именно: в одних случаях она, если приступы лихорадки прекратились, позволяет перейти выздоравливающему на более обильный стол и на более крепкое вино; в других случаях - она прекращает самую лихорадку.

Кроме того, ею обычно пользуются, когда хотят сделать мягкой поверхность кожи, удалить испорченную жидкость, улучшить внешний вид тела.

Древние врачи пользовались баней более осторожно, Асклепиад - смелее.

Не следует бояться этого средства, если применять его во-время, не во-время же оно приносит вред.

Всякий, кто освободился от приступа лихорадки, может, если только она не повторялась в течение одного дня, на следующий же. день, когда минует час ее приступа, безопасно купаться.

Если же эта лихорадка имеет устойчивую периодичность, - так, например, она повторяется, на третий или на четвертый день, - то, если только она не наступила в срок, баня тоже безопасна.

Если же приступы все еще продолжаются, если они затяжные и с селезенкой дело давно уже обстоит плохо, - все равно это лечение допускается, однако с тем, чтобы внутренности не были твердыми или вздутыми, чтобы язык не был сухим, чтобы не было никакой боли в груди, или в голове и чтобы лихорадка в это время не была в периоде нарастания.

Кроме того, при лихорадках, которые имеют определенную периодичность, для пользования баней возможны два момента: первый - до озноба, другой - по окончании лихорадки. Даже при таких лихорадках которые долго держатся в виде затяжных приступов, баня допустима или тогда, когда приступ совершенно прекратился, или, поскольку обычно этого не бывает, - тогда, когда он стал определенно слабее и больной уже оправился настолько, насколько это возможно при такого рода заболевании.

Больной с ослабленным организмом, намеревающийся идти в баню, должен беречься, чтобы не подвергнуться перед купаньем какому-либо охлаждению. Когда он приходит в баню, то должен там недолго посидеть и пощупать не стучит ли у него в висках и не выступает ли где-нибудь пот. Если первое имело место, а второе не было обнаружено, то баня в тот день бесполезна. Больной должен слегка натереться мазями, уйти домой, всячески избегать охлаждения и соблюдать диету.

Если же с висками дело обстоит благополучно, а пот выступает сперва в одном месте, потом в другом, то надо прополоскать рот теплой водой и после этого сесть в ванну. Там больной должен наблюдать, не появится ли на поверхности кожи дрожь, при первом соприкосновении с теплой водой. Однако, едва ли это может случиться, если предварительные признаки определенно имели место. Озноб же является верным показателем бесполезности бани.

Каждый больной должен, исходя из состояния своего здоровья, взвесить, должен ли он натереться мазями прежде, чем садиться в теплую ванну, или после. Вообще же, - кроме случаев, когда предписывается, чтобы натирание мазями было именно после ванны, - сначала надо умеренно натереть тело мазями, вызвав пот, а потом садиться в теплую ванну.

Здесь тоже следует учитывать силы больного. Нельзя допускать, чтобы больной, вследствие жары, упал в обморок. В таком случае его надо тотчас вынуть из ванны, тщательно закутать покрывалами, чтобы его не охватило холодом, - и он должен будет пропотеть, прежде чем принять какую-либо пищу.

Существуют также горячие припарки - с просом, с солью, с песком; любая из них должна быть сильно нагрета и обернута в тряпку. Если нужны припарки меньшей силы - берется одно полотно, а если большей силы, то берутся потушенные головни, обернутые куском ткани; в таком виде их накладывают вокруг больного места.

Кроме того, наполняют теплым маслом кожаные пузыри, или наливают воду в глиняные сосуды, - которые по сходству называют чечевицеобразными, и кладут в пустой полотняный мешок соли, опускают его в сильно нагретую воду и потом накладывают его на тот орган, который надо прогреть.

Равным образом, накаляют на огне два железных прута с несколько сплющенными концами. Один из них погружают в мешочек, с солью и мешочек слегка опрыскивают сверху водой.

Когда прут станет остывать, его кладут на огонь и в то же самое делают с другим прутом, дальше попеременно и с тем и с другим. В результате сбегает соленый и теплый сок, который помогает при стяжении сухожилий вследствие какого-либо заболевания.

Для всех таких припарок общим является то, что ими удаляется, то (вещество), которое или вспучивает внутренности, или сжимает горло, или вредно для какого-либо другого органа.

В каких случаях, и чем именно следует пользоваться, - будет сказано в обзоре самих разновидностей болезней.

 

ГЛАВА XVIII. О ВИДАХ ПИЩИ И ПИТЬЯ

После того как я сказал о средствах, помогающих удалению вредного вещества, я должен перейти к тому, что питает организм, т. е. к пище и напиткам. Они не только общепринятая защита от всяких заболеваний, но и опора хорошего состояния здоровья.

Очень важно знать свойства всех видов питания: во-первых, для того, чтобы здоровые люди знали, как им пользоваться; во-вторых, для того, чтобы можно было нам, назначающим способы лечения болезней, предлагать лишь виды предметов питания, которыми больным следует пользоваться, и чтобы таким образом не было надобности постоянно называть каждый предмет питания в отдельности.

Итак, следует знать, что все стручковые и все виды печеного хлеба относятся к самому сильному по питательности виду пищи, - сильнейшим я называю такой вид, в котором всего более питательных веществ.

Являются такими же: всякое домашнее четвероногое животное; всякое крупное дикое животное, как дикая коза, олень, кабан; всякая крупная птица, как гусь, павлин, журавль; всякие крупные морские животные, в том числе дельфин и другие, подобные им; равным образом - мед и сыр. Отсюда, не удивительно, что сдобный хлеб относится к сильнейшему виду, так как состоит из пшеничной муки, жира, меда, сыра.

К продуктам же средней питательности следует отнести: из овощей такие, у которых в пищу идут лишь корни или луковицы; из четвероногих - зайца; далее - всех птиц от самых мелких до фламинго; также всех рыб, которых совершенно не принято солить или которых солят непотрошенными.

Наконец, к слабым по питательности продуктам относятся: всякая огородная ботва и плоды, которые растут на стебле, как тыква, огурец, каперсы, все виды древесных плодов, оливы, наконец, улитки и устрицы.

Предметы питания, различаясь столь значительно между собой, допускают и большую разницу в одном и том же виде: один продукт сильнее или слабее другого по питательности.

Так, например, в печеном хлебе больше питательных веществ, чем в каком-либо другом; пшеница питательнее, чем пшено, это последнее питательнее, чем ячмень; из пшеницы самая питательная siligo, потом simila, потом та, у которой ничто не отнято и которую греки называли autópyros; менее питателен (печеный) хлеб из сеяной муки, наименее питателен из ячменной муки грубого помола.

Из стручковых - боб и чечевица питательнее, чем горох; из овощей питательнее репа, брюква и все луковичные плоды, - в числе которых лук и чеснок, - чем пастернак или тот, который носит название radicula; точно также питательнее капуста, свекла, порей, чем латук, тыква, спаржа.

Из плодов, растущих на ветвях, питательнее виноград, смоква, орехи, финики, чем те, которые называются собственно плодами, а из них наиболее питательны те, которые сочны, чем те, которые лишены соков.

Точно также из птиц, относящихся к среднему по питательности виду, питательнее те, которые преимущественно ходят, чем те, которые больше летают; в свою очередь из тех, которые летают, питательнее более крупные породы, чем мелкие, как винноягодник и дрозд. Равным образом те, которые водятся в воде, являются менее питательной птицей, чем те, которые не приспособлены к плаванию.

Из домашних четвероногих наименее питательным является мясо свиньи, наиболее питательным бычье мясо; то же относится и к диким животным: чем крупнее животное, тем питательнее его мясо.

Из рыб, которые относятся к средней по питательности группе и которые больше всего у нас в употреблении, все же наиболее питательными являются те, которые могут быть приготовлены для длительного хранения, как лацерта; затем те, мясо которых хотя и нежное, однако менее питательно, как aurata, морской ворон (corvus), морской карась (sparus), минога (oculata), потом (plani) плоские рыбы, за ними еще менее питательные - морские волки (lupi), краснобородки (mulli) и после них - все любящие каменистые места (saxatiles).

Кроме того, существует различие не только между видами предметов питания, но и непосредственно в одних и тех же предметах. Это зависит от возраста животного, от части тела, от влияния почвы и климата, от его упитанности.

Так, всякое четвероногое животное, если оно еще кормится молоком, дает меньше питательных веществ, как и молодая домашняя птица; у рыб тоже менее питательны рыбы среднего возраста, еще не достигшие предельных размеров.

Затем, в одной и той же свинине менее питательны: ножки, рыльца, уши, мозг; у ягненка, козленка - голова целиком и ножки значительно менее питательны, чем прочие части тела, так что они могут быть отнесены к средней по питательности группе.

У птиц шейка и крылья справедливо причисляются к наиболее слабым по питательности.

Что же касается влияния почвы, то из хлебных злаков питательнее те, которые произрастают в холмистой местности, чем в равнинной.

Также менее питательна рыба, водящаяся в каменистых местах, чем на песке; менее питательна водящаяся на песке, чем в тине; таким образом получается, что одни и те же породы более или менее питательны, в зависимости от того, где они водятся: в болоте, в озере, или в реке. Также менее питательны рыбы, которые обитают в глубине, чем те, которые водятся на мелких местах.

Главным образом, мясо дикого животного менее питательно, чем мясо домашнего животного, и все, что бы ни было произведено в сыром климате менее питательно, чем в сухом.

Далее, больше питательных веществ содержат все тучные животные, чем тощие; свежее мясо, чем мясо соленое, парное мясо, чем лежалое.

Затем, один и тот же предмет более питателен в тушеном виде, чем в жареном, более питателен в жареном виде, чем в вареном.

Крутое яйцо весьма питательно, всмятку же или сырое мало питательно.

И хотя все хлебные изделия очень питательны, однако некоторые виды зерна в промытом виде следует причислить к очень слабым (по питательности), как полба (aliea), рис, перловая крупа (ptisana) и приготовленные из них похлебки (sorbitio), каши (pulticula), а также размоченный в воде хлеб.

Из напитков самые питательные те, которые приготовляются из; хлебных продуктов, а также молоко, медовый напиток (mulsum), отваренный морс (defrutum), напиток из вяленого винограда (passum), вино - или сладкое, или крепкое, или молодое, или многолетнее.

Кислое же вино (acetum), а также вино немноголетнее, или терпкое (austerum), или густое (pingue), относятся к средней питательности, а потому слабым людям никогда нельзя давать вино другого качества.

Вода из всех видов напитков наименее питательна.

Хлебный напиток тем питательнее, чем питательнее было само зерно. Вино питательнее то, которое изготовлено из винограда, выросшего на хорошей почве, чем на плохой, и в умеренном климате, чем в слишком сухом, или в слишком холодном, или в слишком- жарком.

Медовый напиток тем питательнее, чем больше содержит меда; отваренный морс - чем лучше он прокипячен, напиток из вяленого винограда тем питательнее, чем суше виноград.

Наименее питательна дождевая вода, затем - ключевая, далее - речная, потом - колодезная, после этого - из снега или льда; более питательна вода из озер, весьма питательна - из болот.

Для желающих узнать ее свойства существует легкий и нужный способ, а именно: малопитательна ли она - явствует из ее взвешивания.

Из тех видов воды, которые имеют одинаковый вес, лучшие те, которые быстрее и нагреваются и стынут, а также те, в которых быстрее перевариваются стручковые растения.

Общий же вывод таков: чем питательнее какое-либо вещество, тем оно медленнее переваривается, но, переварившись, оно лучше питает организм.

Итак, надо пользоваться тем или другим видом пищи в зависимости от состояния сил и брать то или другое количество всевозможных видов ее в зависимости от их свойств. Следовательно, слабым людям необходимы самые слабые по питательности виды пищи; умеренно сильных отлично подкрепляет пища средней питательности, а сильным подходит пища высшей питательности.

Затем, каждый может потреблять большее количество из менее питательных сортов пищи; в большей степени он должен умерять потребности в тех сортах пищи, которые относятся к весьма питательным.

 

ГЛАВА XIX. КАКОВА ПРИРОДА И ОСОБЕННОСТИ КАЖДОГО ПРОДУКТА ПИТАНИЯ, КОТОРЫЙ МЫ ПОТРЕБЛЯЕМ

Существуют не одни только указанные различия в продуктах питания, но есть также одни продукты хорошего сока, другие плохого - их греки называют euchymós или cacóchymos, одни пресные другие острые; одни образуют в нас более густую слизь, другие более жидкую; одни хороши для желудка, другие противопоказаны; одни пучат, другие нет; одни согревают, другие охлаждают; одни в желудке легко окисляются, другие не легко разлагаются; одни слабят, другие крепят желудок; одни вызывают мочу, другие задерживают; некоторые хорошо действуют на сон, другие действуют возбуждающе.

Все это надо знать, так как для одного организма или для одного заболевания из них полезны одни продукты, а для других - другие.

 

ГЛАВА XX О ПИЩЕВЫХ ПРОДУКТАХ ХОРОШЕГО СОКА

Продукты хорошего сока: пшеница (равного помола), - полба, рис, патока, похлебка из полбы (ptisana), перловая крупа, молоко, мягкий сыр; всякая дичь, все птицы, которые относятся к средней питательности, а из более крупных те, которые я назвал выше; рыбы, занимающие среднее место между нежными и малопитательными, как краснобородка (mullus), и морской волк; ранний латук, крапива, мальва, тыква, сырое яйцо, портулак, улитки, финики; из древесных плодов: все не горькие и не кислые; вино сладкое или легкое, напиток из вяленого винограда, отваренный морс, оливы, законсервированные в том или другом из двух последних напитков, свиные матки, рыльца и туши; всякое жирное мясо или студенистое мясо, всякая печень.

 

ГЛАВА XXI. О ПИЩЕВЫХ ПРОДУКТАХ ПЛОХОГО СОКА

Продукты же, содержащие плохие соки, следующие: пшено, дикое просо (panicum), ячмень, стручковые растения, очень тощее мясо домашних животных, всякое соленое мясо, всякие рыбные соленья (salsamentum), уха (garum), старый сыр, сахарный корень, редька (radicula), репа, брюква, клубни (bulbi), капуста и особенно молодые побеги капусты, спаржа, свекла, огурец, порей, гулявник (eruca), кресс (nasturtium), тимиан, котовик (nepeta), чабер, иссоп, рута, укроп, фенхель, тмин, анис, щавель, горчица, чеснок, лук, селезенки, почки, кишки (животных и птиц), а также всякий кислый или незрелый древесный плод, уксус, все острое, кислое, незрелое, оливковое масло, рыбы, как те, которые любят каменистые места, так и все те, которые относятся к группе весьма нежных или которые, наоборот, наиболее малопитательны, или плохо пахнут. Например, те, которые обычно водятся в прудах, озерах или в илистых ручьях, а также те, которые достигли слишком больших размеров,

 

ГЛАВА XXII. КАКИЕ ПРЕДМЕТЫ ПИТАНИЯ ПРЕСНЫЕ, КАКИЕ ОСТРЫЕ

Пресные продукты: похлебки, каши, блины (laganum), патока, перловая крупа, жирное мясо и все студенистое, что к тому же имеется почти у всякого домашнего животного, особенно в ножках и тушах свиней, в ножках и головках козлят, телят и ягнят и во всяких мозгах; также такие овощи, которые носят название клубней в собственном смысле, молоко, отваренный морс, напиток из вяленого винограда, зерна сосновых шишек.

Острые продукты: все слишком терпкое, все кислое, все соленое, и даже мед: чем он слаще, тем острее; также чеснок, лук, гулявник, рута, кресс, огурец, свекла, капуста, спаржа, горчица, редька, цикорий, базилик и преобладающая часть овощей.

 

ГЛАВА XXIII. КАКИЕ ПРОДУКТЫ ДЕЛАЮТ СЛИЗЬ ИЛИ БОЛЕЕ ВЯЗКОЙ ИЛИ БОЛЕЕ ЖИДКОЙ

Более вязкой слизь делают: сырые яйца, рис, патока, перловая крупа, молоко, клубни и почти все студенистое.

Делают ее более жидкой: все соленое, а также острое и кислое.

 

ГЛАВА XXIV. КАКИЕ ПРОДУКТЫ ЛЕГКО УСВАИВАЮТСЯ ЖЕЛУДКОМ

Легко усваивается желудком: все терпкое, а также все кислое и умеренно соленое; кроме того, хлеб без закваски, промытая полба или рис, или перловая крупа, всякая птица, всякая дичь - как жареная, так и вареная. Из домашних животных - бычье мясо, если берется какое-либо другое, то лучше постное, чем жирное, свиные ножки, рыльца, уши и пустые матки. Из овощей - цикорий, латук, пастернак, вареная тыква, сахарный корень. Из древесных плодов - вишня, шелковица, рябина, несочные груши, как крустуминские или невманские, а также груши тарентинские или сигнийские, которые могут сохраняться; шаровидное яблоко - или скандийское, или америйское, или котонийское (айва), или пуническое (карфагенское); виноград из горшка; яйца всмятку, финики, зерна сосновых шишек, белые оливы в крепком рассоле, они же моченые в уксусе, или темные оливы, которые хорошо вызрели на дереве или выдержаны в напитке из вяленого винограда или в отваренном морсе; вино терпкое, пусть даже крепкое, а также вино, приправленное душистыми смолами; менее питательные сорта рыбы из средней по питательности группы; устрицы, раковины, улитки-багрянки; все виды пищи и напитков в холодном виде или очень горячие; полынь.

 

ГЛАВА XXV. КАКИЕ ПРОДУКТЫ ПЛОХО УСВАИВАЕТ ЖЕЛУДОК

Плохо усваивается желудком: все тепловатое, все соленое, все тушеное, все очень сладкое, все жирное; похлебки, заквашенный хлеб, хлеб из пшена или из ячменя, оливковое масло, коренья овощей, и всякая зелень, которую употребляют с оливковым маслом или с ухой, мед, медовый напиток, отваренный морс, напиток из вяленого винограда, молоко, всякий сыр, свежий виноград, винные ягоды, как зеленые, так и сушеные, все стручковые и все, что особенно вспучивает живот, а также тимиан, котовик, чабер, исоп, кресс, щавель, полевая горчица, грецкие орехи.

Из этого можно заключить, что далеко, не все, что относится к продуктам хорошего сока, безоговорочно подходит желудку, и что не все, что подходит ему, относится к продуктам хорошего сока.

 

ГЛАВА XXVI. О ПРОДУКТАХ, КОТОРЫЕ ПУЧАТ ИЛИ НЕ ПУЧАТ ЖИВОТ

Пучат живот: почти все стручковые, все жирное, все сладкое, все тушеное, молодое вино, а также только что сделанное вино; из овощей - чеснок, лук, капуста и все коренья за исключением сахарного корня и пастернака, клубни, винные ягоды сушеные, но главным образом, свежие, свежий виноград, всякие орехи, исключая зерна сосновых шишек, молоко, всякий сыр и затем все то, что кем-либо съедено недоваренным. Очень незначительное пучение бывает от дичи, от птиц, от рыб, от древесных плодов, от олив, от устриц, от яиц всмятку и сырых, от старого вина.

Фенхель же и укроп даже уменьшают пучение.

 

ГЛАВА XXVII. О ПРОДУКТАХ, КОТОРЫЕ ВЫЗЫВАЮТ ТЕПЛОТУ ИЛИ ОХЛАЖДЕНИЕ ОРГАНИЗМА

Вызывают теплоту: перец, соль, всякое тушеное мясо, чеснок, лук, сушеные винные ягоды, рыбные консервы, вино, и в особенности менее разбавленное.

Охлаждают организм: овощи, стебли которых потребляются сырыми, как цикорий и латук, также кориандр, огурец, вареная тыква, свекла, шелковица, вишня, терпкие яблоки, несочные груши, вареное мясо, особенно же уксус, даже и в том случае, если с ним употребляют пищу или напитки.

 

ГЛАВА XXVIII. О ПРОДУКТАХ, КОТОРЫЕ ЛЕГКО ИЛИ С ТРУДОМ ПОРТЯТСЯ ВНУТРИ ОРГАНИЗМА

Легко портятся: заквашенный хлеб и всякий другой не из пшеницы, молоко, мед, а потому и все молочное, а также всякие мучные изделия; нежные рыбы, устрицы, овощи, сыр - как свежий, так и старый, жирное или нежное мясо, сладкое вино, медовый напиток, отваренный морс, напитки из вяленого винограда, затем все или тушеное, или слишком сладкое, или слишком утонченное.

Весьма мало портятся внутри организма: хлеб незаквашенный, птицы и особенно менее питательные, а также мало питательные рыбы, и не только настоящая золотистая форель или морской карась (sparus), но даже каракатица, локуста (разновидность омара), полип, далее говядина, всякое менее питательное мясо, и лучше если оно постное или соленое; всякие рыбные соленья, улитки, багрянки, терпкое или приправленное растительными смолами, вино.

 

ГЛАВА XXIX. О ПРОДУКТАХ, ПОМОГАЮЩИХ ОЧИЩЕНИЮ ЖЕЛУДКА

Помогают очищению желудка: заквашенный хлеб, в особенности простого помола или ячменный, недоваренная капуста, салат, укроп, кресс, базилик, крапива, портулак, редька, каперсы, чеснок, свекла, мальва, спаржа, тыква, вишня, шелковица, всякие спелые древесные плоды, винные ягоды сушеные и особенно зеленые, свежий виноград, некрупные жирные птицы, улитки, уха, рыбные консервы, устрицы, пелориды, морские ежи, ракушки (musculi) и почти все другие виды ракушек и особенно суп из них; морские рыбки, любящие каменистое дно и все нежные рыбы, жидкость каракатиц; если мясо жирное, то оно должно быть или тушеное, или вареное; водяные птицы, молодой мед, молоко, все молочное, медовый напиток, вино сладкое или соленое, вода, все нежное, теплое, сладкое, жирное, вареное, тушеное, соленое, разбавленное водой.

 

ГЛАВА XXX. О ПРОДУКТАХ, КОТОРЫЕ КРЕПЯТ ЖЕЛУДОК

Наоборот, крепят желудок: хлеб из пшеницы (siligo) или из пшеницы (simila), особенно незаквашенный, а еще больше - поджаренный; его действие еще больше усиливается, если он поджарен дважды; каша полбенная, или из дикого проса, или пшенная, а также похлебка из тех же зерен, и особенно, если они были предварительно поджарены; чечевица с добавлением к ней свеклы, или цикория, или дикого цикория, или подорожника, в особенности если ее (чечевицу) предварительно поджарить; также цикорий в чистом виде или с подорожником или с поджаренным диким цикорием; мелко нарубленные овощи, дважды сваренная капуста; крутые яйца, особенно если они поджарены; мелкие породы птиц, как дрозд, дикий голубь, в особенности если его отварить в напитке из воды, уксуса и яиц (posca), журавль; все птицы, которые больше ходят по земле, чем летают; заяц, дикая коза, печень жирных животных, и особенно бычья, а также само сало; сыр, который, благодаря длительному хранению стал более острым или с такими изменениями, которые мы видим в заморском сыре, а если сыр свежий, то отваренный с медом или с медовым напитком; также прокипяченный мед, недозрелые груши, рябина, и особенно тот сорт, который называется terminale, айва, гранаты, оливы или белые или перезрелые, миртовые ягоды, финики, багрянки, улитки, вино смешанное со смолистыми веществами или острое, а также чистое, уксус, прокипяченный медовый напиток, отваренный морс, напиток из вяленого винограда, или теплая или очень холодная жесткая вода, т. е. такая, которая долго не портится, а потому лучше дождевая, все менее питательное, нежирное, терпкое, поджаренное и то же самое мясо лучше жареное, чем вареное.

 

ГЛАВА XXXI. О ПРОДУКТАХ, СПОСОБСТВУЮЩИХ ВЫДЕЛЕНИЮ МОЧИ

Способствуют выделению мочи все пахучие растения, произрастающие в огородах, как сельдерей, рута, укроп, базилик, мята, иссоп, анис, кориандр, кресс, гулявник, фенхель; кроме того, спаржа, каперсы, котовик, тимиан, чабер, горчица (полевая), пастернак и особенно дикий, редька, сахарный корень, лук; из дичи особенно заяц; жидкое вино; перец и круглый, и длинный; горчица, полынь, семена сосновых шишек.

 

ГЛАВА XXXII. О ПРОДУКТАХ, КОТОРЫЕ УЛУЧШАЮТ СОН И О ПРОДУКТАХ, ДЕЙСТВУЮЩИХ ВОЗБУЖДАЮЩЕ

Улучшают сон: мак, салат, - и особенно летний, побеги которого уже наполнились молоком, шелковица, порей.

Действуют возбуждающе: котовик, тимиан, чабер, иссоп и особенно полей, рута и лук.

 

ГЛАВА XXXIII. О СРЕДСТВАХ, ИЗВЛЕКАЮЩИХ (ВРЕДНЫЕ) ВЕЩЕСТВА, О СРЕДСТВАХ, ОСТАНАВЛИВАЮЩИХ ПРОЦЕСС, СОГРЕВАЮЩИХ И ПРЕКРАЩАЮЩИХ ИЛИ УМЕНЬШАЮЩИХ ЖАР

Извлекать (вредные) вещества могут весьма многие средства. Но так как они преимущественно являются средствами заморскими и больше помогают при болезнях другого рода, чем при тех, при которых лечебной помощью является правильный образ жизни, я не буду говорить о них в настоящее время, но буду говорить о тех, которые, будучи доступными и пригодными при таких заболеваниях, о которых я намерен рассказать сейчас, как бы разъедают тело и таким способом вытягивают из него вредное вещество. Имеет эту способность семя гулявника, семя кресса, редьки, но особенно из всех - горчицы. Таково же действие соли, винных ягод.

Одновременно останавливают и мягчат: свежеснятая шерсть, смоченная в уксусе или в вине, к которому прибавлено оливковое масло, растертые финики, отруби, прокипяченные в соленой воде или в уксусе.

Одновременно останавливают и прекращают жар: стенница, которую называют perdikion, ползучий тимиан, полей, базилик, птичья гречиха, которую греки называют polýgonon, портулак, листья мака, усики виноградных лоз, листья кориандра, белена, мох, сахарный корень, сельдерей, паслен, который греки называют strýchnon, листья капусты, цикория, подорожник, семя укропа, тертые груши или яблоки, особенно айва, чечевица, холодная вода, особенно дождевая, вино, уксус и еще лучше - смоченный в них хлеб, или мука, или губка, или зола, или свежеснятая овечья шерсть, или даже кусок полотна, кикладский мел, гипс, белила, миртовое масло, розовое масло, горькое масло, листья лавра, растертые с молодыми стеблями, - такого рода бывают масла, - а также кипарис, мирт, мастиковое дерево, тамариск, волчья ягода, роза, малина, лавр, плющ, гранат.

Останавливают, но не охлаждают пареная айва, кора граната, горячая вода, в которой прокипячены листья мирта, о чем я говорил выше, порошок или от отстоя вина, или из листьев мирта, горькие орехи.

Согревают: припарки с какой-либо массой, или из пшеницы, или полбы, или ячменя, или из чечевицы, или из куколя, или из проса, или из дикого проса, или из бобов, или из люпина, или из льняного семени, или из греческого сена - если такую массу заварить и приложить в горячем виде.

При этом сильнее действует в данном случае всякое тесто, если его заварить на медовом напитке, чем заваренное на воде.

Кроме того, согревают: кипровое масло, ирисовая мазь, мозг, жир желчного пузыря, оливковое масло, особенно если оно выдержанное, смешанная с оливковым маслом соль, натр, горицвет, перец и пятилистник.

Вообще, средства, которые энергично прекращают и уменьшают жар, также делают тело крепким и те, которые согревают - одновременно и мягчат.

Для смягчения особенно пригодны припарки из льняного семени или семени греческого сена.

Всеми указанными средствами, в чистом виде и в смешанном, врачи пользуются по-разному, так как, очевидно, они больше пользуются тем, к чему привыкли, нежели тем, что им достаточно знакомо.

 

КНИГА ТРЕТЬЯ

 

ГЛАВА I. О ВИДАХ БОЛЕЗНЕЙ

После сделанного обзора всего, что касается болезней вообще, перейду к описанию лечения отдельных болезней.

Греки делили болезни на два вида: одни из них они называли острыми, другие длительными.

Но так как болезни не всегда проявляются одинаковым образом, то одни и те же болезни иные относили к острым, а другие к длительным. Отсюда ясно, что количество видов болезней больше, чем два.

Некоторые болезни, действительно, непродолжительные и острые - это те, которые или быстро губят человека, или же сами быстро оканчиваются, некоторые - длительные, при которых не бывает ни скорого выздоровления, ни смертельного исхода. Но есть третий вид болезней, которые бывают то острыми, то длительными. Сказанное относится не только к лихорадкам, где это имеет место чаще всего, но и к другим заболеваниям. И даже, кроме этих видов, есть четвертый вид, который не может быть назван ни острым, потому что не влечет за собой смерти, ни длительным, так как, если, своевременно оказать помощь, легко поддается лечению.

Когда я буду говорить об отдельных болезнях, то буду указывать, к какому виду относится каждая.

С своей стороны я разделяю их все, во-первых, на такие, которые, надо полагать, охватывают весь организм, а во-вторых, на такие, которые возникают в отдельных частях тела.

Начну с первых, предпослав немногое обо всех.

Бесспорно, что при всяком заболевании счастливое сочетание обстоятельств значит не меньше, чем врачебное искусство, так как медицина, как таковая, не может помочь ничем, если ей противодействует природа. Тем не менее, врачу, недостаточно помогающему при острых заболеваниях, следует поставить это в вину меньше, чем при длительных недугах. В самом деле, в первом. случае промежуток времени, в течение которого больной гибнет, если лечение не приносит пользы, короток, а во втором случае к услугам врача время для размышления и для замены лекарственных средств другими; при этом послушный больной, если врач пришел на помощь своевременно, редко погибает по вине врача.

Впрочем, и длительная болезнь, если она пустит глубокие корни, так же трудна, как и острая.

В общем, чем острая болезнь дальше от своего начала и чем длительная болезнь ближе к нему, тем легче их лечить.

Нельзя игнорировать и того, что не всем больным помогают одни и те же средства. В конечном счете, весьма авторитетные врачи рекомендовали, как единственные, те или другие средства в зависимости от того, у кого эти средства имели успех.

Таким образам, когда какое-либо средство не помогает, нужно считаться не столько с авторитетом врача, сколько с больным, и испробовать или то, или другое лекарство. При этом, при острых болезнях надо быстро заменить то лекарство, которое не приносит пользы, а при длительных болезнях, которые как появляются, так и устраняются временем, не сразу браковать лекарство, если оно не помогло немедленно, и меньше всего надо отказываться от лекарства, когда оно, хотя бы немного, но помогает, так как успех его зависит от времени.

 

ГЛАВА II. КАК УЗНАВАТЬ, УСИЛИВАЕТСЯ ЛИ БОЛЕЗНЬ, ОСТАЕТСЯ ОНА, ИЛИ ИДЕТ НА УБЫЛЬ

Непосредственно, в начальной стадии, легко определить, какая болезнь острая, какая длительная, и не только в тех случаях, когда болезнь протекает обычным порядком, но и в тех, когда она дает смешанную картину.

А именно: когда приступы и сильные боли нарастают неуклонно - это болезнь острая; если же боли и лихорадочное состояние имеют затяжной характер, а промежутки между приступами длительны и к тому же налицо признаки, указанные в предыдущей главе, - ясно, что болезнь будет длительной.

Надо при этом учитывать: усиливается ли болезнь, находится ли она в одном положении или уменьшается, так как некоторые лекарства помогают при нарастании заболевания, большее же количество - когда болезни идут на убыль. В частности, лекарствами, пригодными в начале заболевания, когда острая болезнь, нарастая, усиливается, лучше пользоваться в периоды ремиссий.

Нарастает же болезнь, когда боли и приступы становятся сильнее, причем последующие приступы и начинаются раньше, чем предыдущие, и позже прекращаются.

Однако и при длительных заболеваниях, если даже нет именно таких признаков, можно определить, что болезнь усиливается, если у больного беспокойный сон, пищеварение ухудшается, испражнения сопровождаются более неприятным запахом, самочувствие ослабленное, мозг работает вяло, по телу пробегает то холод, то жар, цвет кожи становится более бледным.

Противоположное указанным признакам есть показатель того, что болезнь идет на убыль.

Далее, при острых заболеваниях больной должен приступать к питанию позднее, когда болезнь пошла на убыль, чтобы сперва путем удаления испорченных веществ преодолеть натиск болезни; при длительных же болезнях питание надо начинать раньше, чтобы больной мог выдержать период предстоящего изнурения организма. Даже если болезнь не является заболеванием всего организма а лишь части его, тем не менее более важно укрепить весь организм, чем лечить только больные его части.

Очень важно также правильно ли лечили больного с самого начала или лечили не так, как должно, так как лечение меньше приносит пользы тем, у кого оно долгое время было безуспешным. Впрочем, если больной, которого лечили не надлежащим образом, еще сохранил свои силы, то он в короткое время - поправляется, как только его станут лечить правильно.

Поскольку я начал с указания признаков, являющихся предвестниками болезни, постольку я буду излагать и суть лечения болезней, начав с того же периода болезни.

Итак, если имеются какие-либо из указанных предвестников болезни, то из всех способов лечения самый лучший - покой и воздержание от пищи, а если нужно пить, то вода, и это иногда достаточно соблюдать в течение одного дня, иногда же, если остаются тревожные признаки, то в течение двух дней.

Тотчас же после срока воздержания полагается есть небольшое количество пищи и пить только воду, на следующий день и вино, а потом поочередно, через день воду, через день вино, пока не будет устранено всякое опасение за состояние здоровья.

Благодаря такому лечению, часто предупреждают угрозу тяжелого заболевания.

Весьма многие врачи ошибочно надеются, что они немедленно, с первого дня, не допустят упадка сил больного при помощи физических упражнений, или бани, или клизмы, или рвотных, или потогонных средств, или вина. Эти меры иногда имеют успех или, по крайней мере, не обманывают, но они часто вводят в заблуждение, и только одно воздержание от пищи должно помочь без всякого риска, особенно в тех случаях, когда приходится ограничивать пищу в зависимости от размера опасности. А именно: если показатели опасности будут не тревожными, то было бы достаточно воздержаться только от вина, так как изъять его полезнее, чем убавить какие-нибудь из блюд; если же показатели будут более тревожными, то было бы полезно не только пить воду, но также изъять из питания мясо, а в некоторых случаях есть меньше, чем обычно хлеба или довольствоваться жидкой пищей и еще лучше овощами. И не бесполезно было бы вовсе отказаться от пищи, от вина, от всяких физических упражнений, если тревожные показатели создали угрожающее положение.

Нет сомнения, что едва ли заболеет тот, кто не будет пренебрегать своим лечением, а своевременно начнет борьбу с болезнью при помощи указанных средств.

 

ГЛАВА III. О ВИДАХ ЛИХОРАДОК

Сказанное должны соблюдать и здоровые люди, поскольку они желали бы уберечься от заболевания.

Теперь же я перехожу к лечению лихорадки, так как этот вид болезни, во-первых, коренится в целом организме, а во-вторых - является очень распространенным.

Из них - один вид - это лихорадка однодневная, другой - трехдневная, третий - четырехдневная. Встречаются и такие, которые повторяются после еще более долгого интервала, но они бывают редко; что касается первых видов, то они в одно и то же время и заболевание и лечебное средство.

Четырехдневные лихорадки, несомненно, менее сложные: обычно они начинаются дрожью, потом больного бросает в жар, по окончании приступа человек в течение двух дней здоров; на 4-й день болезнь повторяется.

Трехдневных же лихорадок два вида. Одни и начинаются, и прекращаются таким же образом, как и четырехдневные лихорадки, с той разницей, что больной бывает здоровым в течение одних суток, и болезнь, таким образом, повторяется на 3-й день. Другой вид лихорадок гораздо опаснее, так как, повторяясь тоже на 3-й день, они обыкновенно 36 часов из 48 мучают приступами, впрочем, иногда меньше, иногда больше, - и совершенно не дают ремиссии, а только становятся несколько легче. Этот вид лихорадки большинство врачей называет hemitritaion.

Однако - и четырехдневные лихорадки разнообразны и многочисленны, так как одни из них начинаются с жара, другие - с озноба, третьи - с дрожи.

Я называю ознобом, когда леденеют конечности, и дрожью, когда знобит все тело. С другой стороны, одни из них прекращаются таким образом, что наступает полное выздоровление, при других же лихорадка лишь в значительной степени уменьшается, частично удерживаясь вплоть до наступления следующего приступа, а третьи или очень мало, или совсем не уменьшаются и продолжаются как бы без перерыва. Наконец, одни сопровождаются сильным жаром; другие - умеренным; при одних каждый день сходен с другим, при других этого нет, а попеременно один день бывает легче, другой - тяжелее; одни повторяются на следующий день в то же самое время, а другие или позже, или раньше; одни заполняют приступами и спадами и день и ночь, другие - или меньше, или больше; одни, прекращаясь, вызывают пот, другие - нет, при одних благодаря поту, наступает выздоровление, а при других организм лишь становится более слабым.

Что касается приступов, то их бывает в день или по одному, или по два и более. Таким образом, не редки случаи, когда в день бывает несколько приступов и ремиссий, при этом обычно так, что последующий приступ соответствует какому-нибудь предыдущему, но иногда приступы сливаются в один общий, так что нельзя различить ни начала приступа, ни начала перерывов.

Ошибочно утверждают некоторые врачи, будто бы никакая лихорадка не протекает беспорядочно, если только она не вызвана нарывом, воспалением или язвой, так как, если бы это было правильным, то лечение лихорадки во всех случаях было бы менее трудным. Впрочем, помимо очевидных причин, могут действовать и скрытые причины.

Спорят ради слов, а не ради дела, когда говорят, что если при сходном заболевании начинаются лихорадки то одного типа, то другого, то они возвращаются хаотично, не сохраняя своего типа, то есть, вопреки ожиданию, появляются то одни лихорадки, то другие. Впрочем, это к приемам лечения нисколько не относится, хотя и говорилось правильно.

Продолжительность же ремиссий бывает то значительная, то не бывает почти никакой.

 

ГЛАВА IV. О РАЗЛИЧНЫХ ПРИЕМАХ ЛЕЧЕНИЯ ЛИХОРАДОК

Такова, в основном, природа лихорадок. Приемы же лечения их разнообразны в зависимости от того, какие авторы о них пишут.

Асклепиад говорит, что долг врача лечить безопасно, быстро и приятно. Это лишь благое пожелание. Обычно же бывают опасны и чрезмерная торопливость, и излишняя погоня за приятностью лечения. Какой именно середины надо держаться, чтобы, насколько это возможно, достигнуть всех указанных требований, - ибо сохранение здоровья всегда имелось в виду прежде всего, - будет видно из рассмотрения частных вопросов лечения. И. прежде всего спрашивается, как надо лечить больного в первые дни болезни.

Древние старались наладить пищеварение с помощью некоторых лекарств потому, что боялись больше всего несварения желудка, а затем удаляли чаще посредством клизм то вещество, которое признавалось вредным.

Асклепиад отверг лекарства, клизмы назначал не столь часто, но почти при всякой болезни. О лихорадке же, как таковой, подчеркнуто заявлял, что он пользуется ею как лекарственным средством. Он считал, что силы больного надо ослаблять дневным светом, бессонными ночами, сильной жаждой, так что в первые дни болезни даже не разрешал ополаскивать рот.

Еще больше ошибаются те, которые думают, что метод его лечения весьма приятен. На самом деле, он, предписывая на дальнейшее время для больного даже роскошь, в первые дни оказывал услугу палача.

Что касается меня, то я признаю, что давать пить лекарства и прибегать к клизмам надо лишь редко. При этом, по моему мнению, это надо делать так, чтобы не подрывать силы больного, так как в ослаблении их скрыта величайшая опасность. Следовательно, нужно только убавить излишнее вещество, которое, естественно, расходуется, если ничего нового не поступает.

Итак, в первые дни болезни необходимо полное воздержание от пищи. Если только больной не слаб, то его надо днем держать в светлом помещении, так как свет тоже помогает разогнать дурные соки в организме. Кроме того, больной должен находиться в постели в возможно более просторной комнате.

Что же касается питья и сна, то надо принимать меры, чтобы днем больной бодрствовал, ночью же, если это можно сделать, спал, и чтобы, с одной стороны, он не пил много, а с другой - не страдал от жажды. Рот больного можно прополаскивать, если он сух, или изо рта идет неприятный для него запах, хотя бы в это время не полагалось пить.

Хорошо сказал Эразистрат, что часто, когда внутренние органы тела не чувствуют нужды во влаге, ее ищет рот и глотка, и что не полезно для больного, если его содержат плохо. Вот таким образом и надо обслуживать больного в начальный период болезни.

Из лекарств же лучшее - это предлагаемая вовремя пища. Однако является вопросом, какую пищу и когда следует давать в первый раз.

Большинство древних врачей давали ее поздно, часто на 5-й день, нередко на 6-й, и это, может быть, допускает характер климата Азии или Египта.

Асклепиад после того, как в течение трех дней изнурял больного во всех отношениях, позволял ему есть на 4-й день.

Темизон же некогда учитывал не то, когда началась лихорадка, а когда она прекратилась или определенно пошла на убыль, и, выждав с этого момента три дня, тотчас же давал пищу, если лихорадка не повторялась; а если она повторялась снова, то давал есть или после ее прекращения, или если она устойчиво держалась, то после того, как она определенно склонялась к концу.

Однако, никакое из этих предположений не является непререкаемым, так как дать в первый раз пищу можно и на 1-й день, можно и на 2-й, и на 3-й, даже на 4-й и на 5-й день; ее можно дать после одного приступа, можно после двух можно после многих, ибо решающее значение в том, какова болезнь, каков организм больного, каков климат, каков возраст, каково время года, и меньше всего в ряду этих сильно различающихся между собой условий может играть роль указание определенных сроков.

При заболеваниях, поглощающих больше сил, пищу надо давать скорее, то же самое в таком климате, который способствует скорейшему ее расходованию. Поэтому для Африки, по-видимому, естественно, что больной не может быть без пищи ни одного дня. Точно так же ребенку надо давать пищу скорее, чем юноше, а летом скорее, чем зимой.

Единственное, что во всех случаях и везде надо соблюдать, это то, чтобы находящийся при больном врач неотступно следил за состоянием сил больного и настаивал на ограничении пищи, если у больного вполне достаточно сил, или советовал принять пищу, когда начинал бояться за состояние его сил, ибо долг врача состоит в том, чтобы, с одной стороны, не обременять больного избыточной пищей, а с другой - не порождать ослабления больного голодом.

То же самое я нахожу и у Эразистрата. Хотя он недостаточно обращал внимание на то, чтобы желудок и организм в целом освобождались (от избыточного вещества), однако, говоря, что это надо иметь в виду и пищу давать только тогда, когда в ней будет нуждаться организм, достаточно высказался в том смысле, что можно не давать пищу, пока силы больного сохранились, и что надо учитывать, чтобы они не истощались.

Из предыдущего можно заключить, что один врач не может лечить многих больных и что надежен только тот, кто, будучи мастером своего дела, редко оставляет больного. Те же врачи, которые заботятся лишь о выгоде - ибо доход бывает большим от большего числа клиентов - щедро расточают больным такие наставления, которые не требуют неотступного нахождения при больном. Действительно, легко считать дни лихорадок и приступы тем, кто редко видит больного.

Необходимо, чтобы около больного был такой врач, который, поскольку у него только один объект заботы, будет наблюдать, когда больной, если его лишить пищи, окажется чрезмерно слабым.

В большинстве случаев самым удобным для начала питания больного принято считать 4-й день.

Однако, существуют разногласия относительно этих дней.

Так, древние преимущественно придерживались нечетных дней и называли их crisimus, критическими, как будто в эти дни решалась судьба больных. Это были: день 3-й, 5-й, 7-й, 9-й, 11-й, 14-й, 21-й; при этом самое большое значение придавалось 7-му, затем 14-му далее 21-му. Следовательно, при таком порядке питания больных они как бы пережидали приступы, приходящиеся на нечетные дни и давали пищу лишь после них, как будто последующие приступы должны были быть более легкими, так что Гиппократ всегда опасался рецидива лихорадки, если она прекращалась на другой день.

Асклепиад справедливо отвергал это, как не имеющее основания, и говорил, что ни в одном дне не заключена большая или меньшая опасность, будь он нечетным или четным, так как иногда четные дни как раз бывают хуже, и что целесообразнее давать пищу после приступов, приходящихся на эти дни.

Вообще, нередко в процессе самой болезни счет дней меняется, и более тяжелым становится тот день, который обычно был менее тяжелым. Да и самый 14-й день, которому древние придавали большое значение - четный день.

Сами себе противоречили они, утверждая, что восьмой день имеет природу первого дня, так что с него начинали следующую семидневку, брали же как критические не 8-й, не 10-й, не 12-й, а почему-то отдавали предпочтение 9-му и 11-му. Поскольку они делали это без всякого заслуживающего одобрения основания, то и переход от 11-го дня делали не к 13-му, а к 14-му дню.

Даже у Гиппократа сказано, что четвертый день - самый тяжелый для того больного, которого ожидает облегчение на 7-й день. Таким образом, согласно тому же автору, с одной стороны, в четный день лихорадка может протекать более тяжело, а с другой - может быть определенный прогноз на будущее.

И в другом месте он же считает самым решающим в обоих отношениях каждый четвертый день, то-есть 4-й, 7-й, 11-й, 14-й, 17-й. В этом случае он переходит с порядка четных дней на порядок дней нечетных и даже не выдерживает и этого принципа, так как от 7-го дня 11-й день является не четвертым, а пятым. Совершенно ясно, что с какой бы точки зрения мы ни смотрели на число, никакой системы у этого автора, конечно, нет.

В отношении чисел, древних авторов безусловно ввели в заблуждение весьма распространенные в то время пифагоровы числа, тогда как врач должен не дни считать, а наблюдать непосредственно за приступами и на основании их делать заключение, когда давать пищу.

При этом в интересах лучшего лечения важно знать следующее: тогда ли надо давать пищу, когда уже установилась хорошая пульсация крови, или тогда, когда еще остаются последние признаки лихорадки.

Древние врачи давали пищу больным в возможно более здоровом состоянии.

Асклепиад давал пищу, когда лихорадка уже шла на убыль, но все же еще не прекратилась. В этом случае он руководствовался неосновательным соображением, так как иногда нельзя давать больному пищу слишком рано не потому, что в скором времени ожидается следующий приступ, но, разумеется, потому что ее надо давать, когда больной достигнет возможно более. полного выздоровления: ведь пища меньше подвергается порче, если дается здоровому организму.

Однако, наверно и то, что казалось верным Темизону, будто бы, если больной чувствует себя хорошо в течение 2 часов, лучше давать ему пищу в этот момент, поскольку она была бы лучше усвоена организмом, находящимся в здоровом состоянии. Это было бы самое лучшее, если бы пища действительно могла так быстро быть усвоена. Но поскольку такого короткого срока недостаточно, то лучше предусматривать начальные сроки питания от конца лихорадки, чем его сроки от начала нового приступа.

Таким образом, если очередной перерыв более продолжителен, то следует давать пищу, как только больной будет чувствовать себя наиболее здоровым, а если он краток, то не прежде, чем больной будет совершенно здоров. В последнем случае имеется в виду полное прекращение лихорадки, а в первом - ремиссия, которая может быть очень значительной при длительной лихорадке.

Является также вопросом следующее: нужно ли выжидать именно столько часов, сколько продолжалась лихорадка, или достаточно переждать некоторую часть этих часов, чтобы пойти навстречу тем больным, у которых иногда силы не допускают этого ожидания.

Всего вернее сначала переждать срок приступа, но если лихорадка длительная, то можно быть снисходительным к больному, однако не прежде, чем истечет не менее половины этого времени, и этого следует придерживаться не только при названной лихорадке, но равно и при всяких других.

 

ГЛАВА V. О ВИДАХ ЛИХОРАДОК И СПОСОБАХ ЛЕЧЕНИЯ КАЖДОГО ВИДА И, ПРЕЖДЕ ВСЕГО, КОГДА НАДО ДАВАТЬ ПИЩУ БОЛЕЮЩИМ ЛИХОРАДКОЙ

Сказанное большей частью является общеобязательным при всех видах лихорадок. Перейду теперь к каждому их виду.

Итак, если приступ лихорадки был только один раз, и после этого лихорадка прекратилась, причем она была следствием или опухоли в паху, или упадка сил, или сильной жары, или чего-либо подобного, а состояние внутренних органов не внушало опасения, то можно дать пищу на следующий же день, как только время приступа минует, при том условии, если приступ не дал никакого осложнения.

Но если жар был вызван болезненным процессом во внутренних органах и сопровождался болью в голове или под ложечкой, причем неизвестно, что именно нарушило работу организма, то, если за первым приступом и последовало бы прекращение лихорадки, все же надо подождать до третьего дня, так как можно опасаться трехдневной лихорадки, и, когда пройдет время приступа, давать пищу, но не в большом количестве, потому что можно также опасаться четырехдневной лихорадки; только на 4-й день, если больной здоров, можно его питать без опасения. Если же на другой день, или на 3-й, или на 4-й лихорадка возобновилась, то можно сделать вывод, что болезнь не прошла.

Есть более легкий вид трехдневных и четырехдневных лихорадок и с более правильной цикличностью, и с полным выздоровлением после болезни, и с вполне спокойными перерывами между приступами, - о них я расскажу в своем месте.

Сейчас я буду говорить о ежедневных лихорадках.

И в этом случае всего лучше давать больному пищу на 3-й день, чтобы первый день уменьшил лихорадку, второй помог восстановлению сил больного. Но ее надо давать таким образом: если лихорадка, будучи ежедневной, прекратится совершенно, - то, как только окончится приступ; если приступы не смежны, но следующая лихорадка примыкает к предыдущей, и притом болезнь с каждым днем усиливается, и спады бывают без правильного чередования, то - когда больной будет в таком состоянии, что нельзя ожидать более длительной ремиссии; если приступ бывает один день в более тяжелой форме, другой день в более легкой, то нужно давать пищу после более тяжелого приступа, ибо обычно за более тяжелым приступом следует более спокойная ночь, равно как более тяжелому приступу предшествует и более тяжелая ночь.

Существует также большое разногласие относительно того, когда надо давать пищу, в случае, если лихорадка продолжается, нисколько не делаясь легче, а дать пищу необходимо.

Некоторые, исходя из того, что обычно более спокойными для больных являются утренние часы, полагают, что пищу надо давать в это время. Это не вызывает возражения, но не потому надо давать пищу в это время, что это утро, а потому, что для больных это время - время ремиссии.

Но если утро не принесло больному никакого облегчения, то тем самым это время, которое, по своей природе, должно быть лучшим, по вине болезни таким считать нельзя.

Между тем, наступает полуденное время, когда всякий больной обыкновенно чувствует себя хуже, а после полудня можно опасаться, как бы страдания больного не стали даже большими, чем всегда. В этом случае иные врачи дают такому больному пищу вечером. Но так как в это время больные обычно находятся в очень плохом состоянии, то следует опасаться, как бы не случилось чего-нибудь худшего, если беспокоить их чем-либо в это время. Ввиду этого я пользуюсь средними часами ночи, когда уже прошло самое тяжелое для больных время, притом часами возможно более поздними, даже предрассветными, когда, как правило, все большей частью спят, а также в утреннее время, как менее трудное по своей природе.

Но если лихорадки чередуются нерегулярно, то пищу следует давать тотчас, как только больной освободится от приступа, ибо надо опасаться, как бы приступ не последовал тотчас после еды.

Когда же бывает в один и тот же день большое число приступов, то надо взвесить, одинаковые ли они во всех отношениях, - что едва ли может случиться, - или различные.

Если они во всех отношениях одинаковы, то надо давать пищу лучше после такого приступа, который прекращается не между полднем и вечером. Если приступы неодинаковы, то надо взвесить, чем они различаются, а именно: если один приступ тяжелее, а другой легче - то следует давать пищу после более тяжелого; если один продолжительнее, другой короче, то - после более продолжительного; если один тяжелее, другой продолжительнее, то надо взвесить, какой из двух сильнее ослабляет: первый ли своей силой, или второй своей продолжительностью, - и давать пищу после более сильного.

Более же всего важно знать, каковы по продолжительности и силе ремиссии между лихорадками.

Поэтому, если после одной лихорадки остается озноб, а после другой наступает полное выздоровление, то для принятия пищи больше подходит время, когда организм здоров; если после лихорадки остаются легкие лихорадочные явления, но в одном случае время ремиссии более продолжительное, то надо выбирать последнее, притом так, чтобы, в случае, когда приступы будут примыкать друг к другу, давать пищу тотчас же, после того как предшествующий приступ пошел на убыль.

Таким образом, общеобязательным является то, к чему может сводиться каждый совет, а именно: всегда давать пищу как можно дальше от времени начала последующего приступа и, в благоприятном случае, давать пищу как можно более здоровому организму. Это надо соблюдать не только при двух, но и при многих приступах.

Однако, если вследствие слабости больного обстоятельства вынуждают дать пищу, то лучше давать ее тогда, когда усиление лихорадки прекращается, чем тогда, когда оно нарастает, лучше тогда, когда лихорадка только начинает давать о себе знать, чем когда она начинается, с тем условием, чтобы слабый больной ни в каком случае не оставался бы без поддержки.

Но хотя и лучше всего давать пищу на 3-й день, однако, если организм слаб, ее надо давать ежедневно, и тем больше, чем сильнее лихорадки поражают организм, если они непрерывные, без ремиссии, или если два или более приступа случаются в один и тот же день.

Из этого следует и то, что, если пульс вдруг ослабел, то надо давать пищу ежедневно, тотчас же с первого дня болезни, и то, что ее следует давать в один и тот же день чаще, если больной вследствие многократных приступов вдруг почувствует упадок сил.

Однако, надо соблюдать, чтобы пищи давалось меньше после таких лихорадок, после которых, если бы позволяло состояние организма, совсем бы ее не полагалось.

Нужно знать, что, когда лихорадка только угрожает, начинается, усиливается, останавливается (в том же положении), опадает, задерживается потом в ослабленном виде или прекращается, то самое лучшее время для приема пищи - по окончании приступа; во-вторых, - когда она находится в ослабленном состоянии; в третьих, - если это необходимо, - когда она только идет на убыль. Во всех прочих случаях это сопряжено с опасностью для больного.

И, клянусь Геркулесом, мало, чтобы врач имел в виду только лихорадки сами по себе, но нужно чтобы он имел в виду также общее состояние больного и согласовывал с ним его лечение: есть ли у него силы или их не хватает, не примешиваются ли какие-либо другие переживания больного.

Действительно, если полагается держать больных всегда спокойными, чтобы они болели только телом, а не душой, то особенно это полагается тогда, когда они приняли пищу. Следовательно, если случится что-нибудь, что может встревожить состояние их духа, но лучше всего скрыть это от них, пока они болеют; если же это невозможно, то все же не тревожить их после принятия пищи и во время сна; и только тогда сказать, когда они проснутся.

 

ГЛАВА VI. КОГДА ПОЛЕЗНО ДАВАТЬ ПИТЬ БОЛЕЮЩИМ ЛИХОРАДКОЙ

Убедить больных относительно пищи, безусловно легче, притом часто их желудок отказывается от нее, хотя ум и желает. По части же питья приходится вести упорную борьбу и тем больше, чем сильнее лихорадка, так как она возбуждает жажду и требует влаги больше всего тогда, когда она всего вреднее.

Больного надо убедить, что жажда немедленно прекратится, как только кончится приступ, что приступ будет более продолжительным, если ему дать есть или пить, и что, следовательно, скорее жажда прекратится у того, кто не пьет.

Все же, поскольку даже здоровые легче переносят голод, чем жажду, постольку приходится быть более снисходительным к больным в отношении питья, чем в отношении пищи.

В первый день, безусловно, нельзя давать никакой влаги, разве только в том случае, когда пульс у больного вдруг так ослабел что приходится давать и пищу.

На второй же день, а также и в последующие, когда не полагается пищи, можно однако давать пить, если больного будет мучить сильная жажда.

Гераклидом Тарентским не без основания сказано, что если больной находится в тяжелом состоянии из-за скопления желчи или несварения желудка, то полезно разжижать скопление испорченной материи, давая больному пить в умеренном количестве.

Надо знать, что для питья, когда его дают без пищи, надо выбирать то же время, что и для еды, кроме случаев, когда мы пожелаем, чтобы больной заснул, так как обычно жажда мешает сну.

Вполне естественно, что если всем болеющим лихорадкой вредна излишняя влага, то тем более это вредно женщинам, заболевшим лихорадкой после родов.

Но хотя сроки дачи пищи и питья устанавливаются по времени приступов и ремиссий, однако очень трудно знать, когда больного залихорадит, когда ему станет лучше, когда он ослабеет, а без этого такие сроки не могут быть точно установлены.

В самом деле, мы преимущественно доверяем. пульсу, очень сомнительному показателю, потому что он часто бывает медленнее и зависит от возраста, от пола и от природных особенностей организма; кроме того, нередко он, даже когда человек достаточно здоров и лихорадка только что началась, скрывается и слабеет, если болен желудок, так что может показаться немощным такой больной, который мог бы легко перенести наступающий тяжелый приступ.

Напротив, часто возбуждают и усиливают работу пульса: солнечный жар, баня, физические упражнения, страх, гневное состояние и какие-либо другие душевные переживания, притом до такой степени, что когда врач является к больному впервые, то волнение больного, беспокоившегося о том, в каком состоянии он может показаться врачу, влечет за собой повышение пульса.

По этой причине долг опытного врача не сразу по приходе приступать к прощупыванию пульса, а сначала. посидеть с ободряющим выражением лица, осведомиться как больной себя чувствует, и если заметно, что больной чего-то страшится, то успокоить его ободряющей беседой; только после этого можно касаться рукой его тела.

Да что говорить о том, как действует на пульс вид врача! Тысячи обстоятельств могут очень легко вызвать волнение больного!

Другая вещь, которой мы доверяем - жар - тоже обманчива, ибо он также может повышаться от жары, от работы, от сна, страха, беспокойства.

Значит. следует, конечно, считаться и с этими показателями, но не доверять им всецело. Безусловно, можно сразу установить, что нет лихорадки у того, у кого пульс нормальный и теплота тела такая, какая бывает у здоровых людей, но нельзя сразу делать заключение, что под большим жаром и частым пульсом скрывается лихорадка. Это можно делать в том случае, если поверхность кожи неравномерно суха, если горячий лоб и жар изнутри, если горячий воздух пышет даже из ноздрей, если лицо попеременно то краснеет, то бледнеет, если глаза нездоровые и при том или совершенно сухие, или немного влажные, если выступающий пот распространяется неравномерно, если пульс бьется с неровными интервалами.

Поэтому врач должен находиться не в темном углу комнаты и не в головах бального, а против него на свету, чтобы наблюдать за всевозможными (проявлениями болезни, а также за лицом лежащего в постели больного.

Когда приступ кончился и жар спал, надо следить, не становятся ли несколько влажными виски или другие участки тела. Это значит, что должен появиться пот. И если такой симптом имеется, то лишь в этом случае дать пить теплую воду, действие которой целительно, если она вызовет пот во всем теле. Для этого надо, чтобы больной держал руки под большим количеством покрывал и ими же закрыть голени и ступни.

Многие врачи неправильно держат больных под такой массой покрывал, во время самого приступа лихорадки, и особенно, если лихорадка огневая (ardens).

Если больной начал потеть, то надо согреть тряпку и слегка обтирать ею каждый член.

Когда же потение полностью закончилось или если пота не было совсем, то, как только больной окажется наиболее подготовленным к приему пищи, его надо, не снимая покрывал, натереть легонько мазями, потом обтереть и после этого дать есть.

Для болеющих лихорадкой самая полезная пища - пища жидкая или, по крайней мере, как можно более близкая к жидкой, при этом наиболее удобоваримая. Наиболее полезны супы, но и последние, особенно если приступы были в сильной форме, должны быть очень жидкими.

Полезно прибавить к этому мед без пены, чтобы этим лучше подкрепить организм. Однако, если он плохо действует на желудок, то он излишен, равно как и похлебка. Вместо нее можно давать или тюрю из хлеба на теплой воде или полбу, вареную на медовой сыте, если желудок здоров и стул крепкий, или на напитке из воды, уксуса и яиц, если желудок в плохом состоянии и испражнения жидки. И такой пищи на первый раз, безусловно, достаточно.

На следующий раз можно что-нибудь прибавить, однако из продуктов такого же рода, например, овощи или устрицы, или фрукты. Только такая пища и полезна, по крайней мере, до тех пор, пока лихорадка идет на усиление.

Когда же она или прекращается, или становится легче, то, как правило, надо начинать с каких-либо самых легких блюд, а прибавлять что-нибудь из продуктов средней питательности, считаясь в каждом отдельном случае с состоянием сил больного и с характером заболевания.

Когда больной очень разборчив, а силы восстанавливаются медленно, то, как предписал Асклепиад, больному надо предлагать разнообразные виды пищи, с тем, чтобы он, употребляя понемногу то и другое, избавился от голода.

Если же ни в силах больного, ни в аппетите нет недостатка, то не следует соблазнять больного никаким разнообразием пищи, чтобы он не съел больше, чем может переварить.

Между прочим, Асклепиад неверно говорил, будто бы разнообразная пища легче переваривается. На самом деле, она съедается с большей охотой, пищеварение же зависит от вида и меры питательных веществ.

И если ни в период сильных болей, ни во время нарастания лихорадки небезопасно полностью удовлетворять больного пищей, то это безопасно лишь в том случае, когда болезнь уже пошла на улучшение.

Существуют и другие правила, которые надо соблюдать при лихорадке. Так, надо также знать, - а это некоторые считают за единственное, - не страдает ли больной запором или поносом, из которых первый затрудняет дыхание, второй ослабляет его. Если мы, действительно, имеем дело с запором, то надо очистить желудок, удалить мочу, любым способом вызвать пот.

При заболевании такого рода полезно также пустить кровь, энергичными телесными упражнениями вызвать активность организма, держать больного в светлом помещении, предписать ограничение в еде, в питье, в сне. Полезно также сводить больного в баню, где сначала посадить в ванну, потом намазать мазями, затем снова повторить ванну и усердно согревать брюшную полость водой; иногда даже полезно прибавить в теплую воду ванны оливкового масла; питаться в более поздние часы и реже, притом пищей жидкой, обычной и нетвердой, в теплом виде, в небольшом количестве, особенно же овощами, например, такими, как щавель, крапива, мальва, а также супом из раковин, или ракушек (musculus), или морских раков (омаров); мяса же, кроме вареного, давать нельзя.

Питье должно быть обильным, - и до еды, и после нее, и во время еды, - в большем количестве, чем требуется жаждой; после же бани можно дать вина, более густого или более сладкого сорта; можно однажды или дважды разрешить греческое пряное вино.

Напротив, если у больного понос, то надо не допускать потения, предписать покой, разрешить находиться в затененном помещении и спать, сколько он пожелает, поддерживать активность организма разве только легкими телодвижениями и оказывать помощь надо сообразно характеру заболевания. А именно: когда больной страдает поносом или если его мучит рвота, то нужно, когда лихорадка идет на убыль, давать пить в большом количестве теплую воду и вызывать рвоту, если только у него не болит горло, или под ложечкой, или в боку, или если названная болезнь не застарела.

В случае же если одолевает пот, надо укрепить кожу или содой или солью с примесью оливкового масла; а если этот недуг более легкого характера, надо умастить тело оливковым маслом, а если недуг сильнее - то розовым маслом, или айвовым, или миртовым, добавив к нему терпкого вина.

С другой стороны, всякий болеющий поносом должен, придя в баню, сначала намазаться мазями, затем сесть в ванну. Если тело покрыто потом, то лучше пользоваться холодной водой, чем теплой.

Что же касается питания больного, то надо давать пищу питательную, в холодном виде, обычную, чтобы она могла как можно меньше портиться, хлеб давать подсушенный, мясо жареное, вино терпкое или, по крайней мере, полутерпкое, причем при поносе - в теплом виде, а если беспокоят пот или рвота - в холодном виде.

 

ГЛАВА VII. КАК НАДО ЛЕЧИТЬ ЧУМНЫЕ ЛИХОРАДКИ

1. Требуется особое внимание в случае чумной лихорадки.

При ней неполезно прибегать ни к голоданию, ни к лекарствам, ни к очищению желудка.

Если силы больного позволяют, то лучше всего пустить кровь, в особенности, если лихорадка протекает болезненно. Ели же кровопускание не совсем безопасно, то, когда лихорадка пойдет на убыль, нужно вызвать рвоту.

При заболевании такого больного надо скорее, чем при других болезнях, сводить в баню, после дать подогретое и менее разбавленное вино, а из пиши все клейкое, в том числе и такого же качества мясо. Причем, чем неожиданнее постигают такие бедствия, тем быстрее надо оказать помощь, хотя бы и с некоторым риском.

В случае, если заболел подросток и состояние его не таково, чтобы можно было пустить кровь, то для него надо использовать кровососные банки, очистить желудок клизмой из воды или ячменного отвара; только после этого дать легкую пищу.

Вообще, совершенно иначе надо лечить подростков, чем взрослых, то есть, как и во всех других болезнях, надо действовать при подобных лихорадках с большой осторожностью: не всякий раз пускать кровь, не всякий раз прибегать к клизме, не лишать сна, не мучить голодом или чрезмерной жаждой, не лечить вином.

После приступа надо вызвать рвоту, после этого дать пищу из самых удобоваримых продуктов, потом больной должен спать. На следующий день, если лихорадка не прекратится, больной должен голодать. На третий день он должен вернуться к прежней пище.

Надо добиваться, чтобы, насколько возможно, больной питался, переходя от полезного воздержания в пище к полезным видам пищи, отбросив все другие.

2. Если кто болен огневой лихорадкой, то не следует давать лекарства ни в какой дозе, а непосредственно во время приступов надо натирать больного для освежения оливковым маслом и водой, взбив их рукой, пока смесь не станет белого цвета. Надо держать больного в таком помещении, где он мог бы пользоваться в достаточном количестве чистым воздухом; покрыть его лишь легкими покрывалами, чтобы он не задыхался под большим их числом.

На желудок можно наложить виноградные листья, смоченные в холодной воде. Нельзя, чтобы больной чрезмерно страдал от жажды.

Пищу надо дать скорее, то есть с 3-го дня, а перед едой сильно натереть больного теми же средствами.

Если в желудке скопится слизь, то, после того как приступ станет слабее, надо вызвать рвоту, после чего дать в охлажденном виде овощи или фрукты, из таких сортов, которые не могут повредить желудку.

Если же желудок остается крепким, то надо немедленно дать больному или ячменного, или рисового, или полбяного отвара на свежем жире.

Когда лихорадка достигла наивысшего развития, то при появлении сильной жажды, но не ранее 4-го дня, надо давать больному холодную воду без отказа, чтобы он пил даже свыше потребности и, когда желудок и внутренности наполнятся влагой и охладятся, вызвать рвоту.

Некоторые врачи даже исключают применение рвоты, а вместо лекарства пользуются непосредственно холодной водой, предлагая ее до полного насыщения.

Когда то или другое будет сделано, надо накрыть больного покрывалами в большом количестве и уложить спать.

Обычно после длительной жажды и бодрствования, после многократного насыщения (водой), после ослабления жара наступает полноценный сон, благодаря которому выступает обильный пот, - и это самое действенное средство, впрочем, только при тех огневых лихорадках, при которых, кроме жара, не было никаких болей, никаких опухолей под ложечкой, не было ничего осложняющего лихорадку ни со стороны грудной клетки, ни со стороны легких, ни со стороны горла, когда не было ни язвы, ни поноса.

Если у страдающего такой лихорадкой небольшой кашель, то его непозволительно мучить сильной жаждой или давать пить холодную воду, а нужно лечить его тем же способом, какой предлагается при прочих лихорадках.

 

ГЛАВА VIII. ЛЕЧЕНИЕ ПОЛУТРЕХДНЕВНОИ ЛИХОРАДКИ

Когда бывает эта разновидность трехдневной лихорадки, которую врачи называют hemitritaion, нужна большая осторожность, чтобы не ошибиться, что это именно она. Ибо эта лихорадка, большей частью, сопровождается более частыми приступами и спадами, так что может показаться, что это другой вид лихорадки. При этом она продолжается в течение 24 часов и в течение 36 часов, так что кажется, будто это разные лихорадки, между тем как это одно и то же.

Здесь исключительно важно, с одной стороны, давать больному пищу только при несомненной ремиссии, а с другой - давать ее надлежит, как только ремиссия наступает. Очень многие больные скоропостижно умирают из-за той или другой ошибки врача.

И вот, если нет каких-либо особенно осложняющих обстоятельств, сначала надо пустить кровь, а потом дать пищу, которая, с одной стороны, не вызвала бы усиление лихорадки, а с другой, помогла бы больному выдержать продолжительный срок этой лихорадки.

 

ГЛАВА IX. ЛЕЧЕНИЕ ЗАТЯЖНЫХ ЛИХОРАДОК

Человеком иногда овладевает затяжная лихорадка без какой-либо ремиссии, так что нет времени ни для питания больного, ни для применения какого-либо лекарства. В этом случае забота врача состоит в том, чтобы изменить характер заболевания, благодаря чему, возможно, удастся добиться более благоприятного течения болезни.

Итак, надо часто и усиленно растирать тело больного холодной водой с добавлением оливкового масла, потому что иногда от этого у больного начинается озноб и создается некоторый перелом в сторону нового течения болезни, а вслед за тем, когда тело получше прогреется, наступает и ремиссия.

В подобных случаях, можно полагать, что полезно также натирание маслом с солью.

В случае же, если похолодание тела держится долго и сопровождается онемением и конвульсиями, то в самое время приступа дать больному 3 или 4 стакана медовой сыты или вместе с пищей, сильно разбавленное водой вино. Вследствие этого, лихорадка, действительно, часто усиливается, а вызванное этим повышение температуры вместе с тем и устраняет прежнюю форму недуга, и дает надежду на ремиссию, а одновременно и надежду на успешный исход болезни.

Клянусь Геркулесом, что такой способ лечения, которым некоторые врачи, применяя часто исключающие друг друга средства, лечат теперь больных, привлеченных ими от более осторожных врачей, не является новым.

А именно: в древности, раньше Герофила и Эразистрата, и особенно после Гиппократа, был какой-то Петрон, который, когда брался лечить человека, болеющего лихорадкой, то закутывал его в большое количество покрывал, чтобы вызвать одновременно как сильное согревание организма, так и жажду, а потом, когда лихорадка начинала понемногу спадать, давал пить холодную воду, и если этим вызывал у больного пот, то считал, что спас больного, если же не вызывал пота, то заставлял пить холодную воду в еще большем количестве и после этого, вызывал рвоту.

Если тем или иным способом больной освободился от лихорадки, то он тотчас же давал ему жареную свинину и вино, если же лечение не подействовало, то - кипяченую воду с добавлением соли и заставлял его пить, чтобы очистить кишечник поносом.

Вот в этом состояло все его лечение. И оно не было более неприятным для тех, кого не излечивали преемники Гиппократа, как и теперь для тех, кого после долгих опытов не научились лечить сторонники Герофила и Эразистрата.

И все же подобное лечение надо признать рискованным, потому что оно приводило больного в большинстве случаев к гибели, если даже и немедленно устраняло первопричины заболевания.

Впрочем, поскольку одно и то же средство не может помогать всем, то обычным является тот факт, что риск помогает тем, кого не могло вылечить благоразумие. И поэтому такие врачи охотнее лечат чужих больных, чем своих.

Но долг осмотрительного врача состоит в том, чтобы также в нужных случаях изменять ход болезни, и вызывать усиление болезни, и усиливать жар, так как позволительно использовать то, что дает надежду на выздоровление, если применяемое лечение не обещает его.

 

ГЛАВА X. ЛЕЧЕНИЕ ЯВЛЕНИЙ, СОПРОВОЖДАЮЩИХ ЛИХОРАДКИ

Надо также принимать во внимание, имеем ли мы дело только с лихорадкой, или ее сопровождают и другие недуги, то-есть не болит ли голова, не шероховат ли язык, не тянет ли в подреберье.

Если имеем дело с головными болями, то надо смешать розовое масло с уксусом и смачивать голову; потом взять два куска ткани, равных ширине и длине лба и поочередно один из них держать в уксусе с маслом, а другой на лбу; или можно накладывать смоченную в той же смеси, свежеснятую шерсть.

Если уксус плохо действует, то надо взять чистое розовое масло, а если даже и розовое масло не приносит пользы, то горькое масло.

Если же указанные средства мало помогают, то можно растереть сушеный ирис или горький миндаль, или какую угодно траву из жаропонижающих - любое из этих средств, если наложить на голову, смочив уксусом, облегчает боль, впрочем, одно больше, другое меньше - смотря кому.

Помогает тоже хлеб, если наложить его на голову с маком, или с розовым маслом, или с белилами, или с окисью серебра. Не вредно также нюхать тимьян или укроп.

В случае воспаления и боли в подреберье, сперва надо наложить останавливающие (процесс) припарки, но так, чтобы не привлечь сюда (вредного) вещества больше, чем надо, если наложить более горячие припарки.

После же, когда начальная стадия воспаления закончится, следует обратиться только к горячим и влажным припаркам, чтобы разогнать то, что осталось.

Признаков воспаления четыре: покраснение и опухоль с жаром и болью.

Против этого больше других допустил ошибку Эразистрат, который сказал, что никакая лихорадка не бывает без воспаления. А потому, если боль бывает без воспаления, то прикладывать ничего не надо, так как ее вскоре же прекратит сама лихорадка. Но когда нет ни воспаления, ни лихорадки, а есть только одна боль в подреберье, то необходимо без промедления использовать горячие и сухие припарки.

В случае сухости и шероховатости языка сперва надо обтереть его губкой, смочив ее в горячей воде, потом смазать смесью розового масла с медом. Мед очищает, розовое масло успокаивает, а вместе они не допускают, чтобы язык становился сухим.

В том случае, если на языке, когда его обтирали губкой, не оказывается шероховатости, а есть только сухость, то его надо смазать розовым маслом, добавив к нему немного воску.

 

ГЛАВА XI. ЛЕКАРСТВА ПРОТИВ ПРЕДШЕСТВУЮЩЕГО ЛИХОРАДКЕ ОЗНОБА

Обычно перед наступлением лихорадки бывает ощущение озноба, и это безусловно самое тяжелое проявление болезни.

Когда ожидают озноб, то надо, чтобы больной воздерживался от всяких жидкостей, так как они, если их дать перед наступлением лихорадки, значительно усиливают болезнь.

Надо также заблаговременно накрыть больного большим количеством покрывал. К тем частям тела, которые внушают нам опасения, следует, кроме того, приложить сухие и горячие припарки, притом таким образом, чтобы теплота нарастала постепенно, а не сразу была очень сильной. Эти части следует также растирать руками, намазав их выдержанным оливковым маслом с прибавлением чего-нибудь из согревающих средств. Некоторые врачи удовлетворяются одним растиранием, притом с любым маслом.

При таких лихорадках некоторые врачи в периоды ремиссий, дают 3 или 4 стакана супа, даже если лихорадка продолжается в какой-то мере (ремиссия неполная), после же, когда лихорадка полностью прекратилась, подкрепляют желудок холодной и легкой пищей.

Я думаю, что это последнее следует применять только тогда, когда пища, которую дали больному в первый раз и притом после приступа, недостаточно помогает. Но надо тщательно следить, чтобы не пропустить времени ремиссии, ибо при таком роде заболеваний лихорадка часто может казаться уже спадающей, а она, напротив, усиливается. Таким образом, следует верить лишь такой ремиссии, которая уже прочно установилась, которая уже начала уменьшать беспокойное метание больного и дурной запах изо рта; этот запах греки называют óze.

Вполне приемлемо следующее: если приступы каждый день бывают одинаковые, то давать в незначительном количестве пищу каждый день, если же они неодинаковые, после более тяжелого приступа давать пищу, а после более легкого - медовую сыту.

 

ГЛАВА XII. ЛЕЧЕНИЕ ОЗНОБА ПРИ ЛИХОРАДКЕ

Озноб же обычно предшествует таким лихорадкам, которые имеют устойчивую цикличность и полностью прекращаются, а потому они менее опасны и лучше поддаются лечению.

В самом деле, когда время ремиссии неопределенно, то нельзя с уверенностью назначить ни очищение желудка, ни пользование баней, вином, ни применение иного лекарственного средства. Если же неизвестно, когда может повториться приступ, то может случиться так, что намеченные меры помощи окажутся величайшей опасностью для больного, если приступ неожиданно повторится.

И в данном случае нельзя делать ничего другого, кроме строгого соблюдения диеты больным в первые дни, а потом - дачи пищи тотчас же после окончания самого тяжелого приступа лихорадки.

Когда же периодичность лихорадки устойчива, все такие меры можно использовать увереннее, так как мы можем лучше представлять себе смену приступов и спадов.

Но и при этих лихорадках, когда они становятся застарелыми, голодание не полезно. Только в первые дни надо бороться с болезнью при его помощи. В дальнейшем лечение должно быть разделено: прежде надо избавить больного от озноба, потом - от лихорадки.

Следовательно, если кто-нибудь до лихорадки почувствовал озноб, а после озноба стал согреваться, то надо дать ему пить подсоленную воду и вызвать у него рвоту, ибо, как правило, подобный озноб происходит от переполнения желудка желчью.

То же надо делать в случае, если озноб появится также и при следующем приступе. Часто после этого он исчезает, и тогда уже можно определить, какая в данном случае разновидность лихорадки.

Итак, во время ожидания следующего приступа, который может быть по счету третьим, больного надо отвести в баню и стараться, чтобы в течение приступа озноба он находился в ванне. Если озноб будет чувствоваться и в ванне, то, несмотря на это, больной должен сделать то же и, во время ожидания четвертого приступа, так как при помощи этого средства озноб часто прекращается.

Если и баня не приносит пользы, то пусть больной ест перед приступом чеснок или пьет теплую воду с перцем, так как пользование этим средством также вызывает тепло, а оно, в свою очередь, устраняет озноб.

В дальнейшем, прежде чем у больного может начаться озноб, его надо закутать таким же образом, как это было предписано при ощущении холода, и, кроме того, следует обложить все его тело припарками, но сразу же сильнодействующими, и особенно обернутыми в полотно нагретыми кирпичами и погашенными головнями.

Если тем не менее озноб не прекратился, то больного надо обильно намазать под одеялами теплым оливковым маслом, добавив к нему в равной дозе что-либо из согревающих средств. Растирание, особенно рук и ног, надо производить так сильно, как только больной может выдержать; при этом сам больной должен сдерживать дыхание, и хотя бы озноб не проходил, растирание прекращать нельзя, так как часто телесный недуг побеждается настойчивостью лечащего.

Если больного вырвало, то нужно дать ему теплую воду и попытаться вызвать рвоту еще, и это надо повторить до тех пор, пока озноб не прекратится.

Если озноб утихает слишком медленно, то надо очистить больному желудок клизмой, потому что такое облегчение организма тоже полезно.

После этого завершающими лечебными средствами служат прогулка и растирание.

Пищу при такого рода заболеваниях всего лучше давать такую, которая способствует смягчению желудка: студенистое мясо и кислое вино, если его надо дать.

 

ГЛАВА XIII. ЛЕЧЕНИЕ ОДНОДНЕВНОЙ ЛИХОРАДКИ

Сказанное относится к лихорадкам любой цикличности. Однако, следует отличать один вид от другого, так как они требуют различного подхода.

Если лихорадка однодневная, то в течение первых трех дней нужна строжайшая диета, после же нужно принимать пищу через день. Если лихорадка будет продолжаться слишком долго, то по окончании приступа необходимо прибегнуть к бане и вину, особенно если, по прекращении озноба лихорадка не прекращается.

 

ГЛАВА XIV. ЛЕЧЕНИЕ ТРЕХДНЕВНОЙ ЛИХОРАДКИ

Если же лихорадка трехдневная или четырехдневная совершенно прекращается, то в промежуточные между приступами дни необходимо пользоваться и прогулками, и иными физическими упражнениями, а также растираниями.

Из более древних врачей некто Клеофант при таких лихорадках задолго до приступа щедро обливал больного теплой водой, поливая ее на голову, а потом давал вино.

Хотя Асклепиад следовал многим наставлениям этого врача, все же он правильно пренебрег данным средством, ибо оно сомнительно. Сам Асклепиад говорит, что при трехдневной лихорадке на 3-й день приступа надо очищать желудок, на 5-й по прекращении озноба, вызвать рвоту, а потом после приступа давать больным, хотя жар у них еще не прекратился, пищу и вино, как это у него было в обычае; на 6-й день держать больного в постели, и (по его мнению) в результате всего этого лихорадка на 7-й день не повторится.

Что это нередко может случиться - весьма правдоподобно. Однако, вернее, если мы, придерживаясь этого самого порядка дней, используем такие три средства, как рвоту, очищение желудка, вино и также с трехдневными промежутками, то-есть на 3-й день - рвоту, на 5-й - клизму, на 7-й - вино, притом вино пить на 7-й день не иначе, как после приступа.

Если же в ближайшие дни лихорадка не прекратится и затянется надолго, то больного в тот день, когда ожидается приступ, надо держать в постели, после приступа натереть мазями, потом накормить и после дать воду. На следующий, свободный от приступа день непозволительны ни физические упражнения, ни намазывание мазями, разрешается же только питье воды. И этот именно метод - самый лучший.

В случае появления слабости больному надо давать вино и после приступа, а в середине дня - небольшое количество пищи.

 

ГЛАВА XV. О ЛЕЧЕНИИ ЧЕТЫРЕХДНЕВНОЙ ЛИХОРАДКИ

При четырехдневной лихорадке надо применять то же лечение. Но так как оно не скоро заканчивается, то в случае если лихорадку не удалось остановить в ближайшее время, нужно сначала более тщательно продумать, что именно при такой лихорадке надо делать.

Итак, при заболевании четырехдневной лихорадкой с ознобом, если приступ прекратился, то в тот же день, на следующий день и на третий день больной должен ограничить свои потребности: в первый день, после приступа, пить только теплую воду, в следующие два дня, по возможности, не пить даже ее. Если на 4-й день лихорадка и озноб снова повторятся, то надо вызвать рвоту, подобно тому, как это было предложено раньше, потом, после приступа, дать в небольшом количестве пищу и 1/4 асса вина, на следующий и на третий день не прикасаться к пище и, если будет жажда, пить только теплую воду.

На 7-й день предупредить озноб одной баней, и если приступ повторится, - очистить желудок (клизмой); после того как больной от этого отдохнет, намазать мазями, и при этом сильно растереть тело; в пользовании пищей и вином придерживаться указанного выше порядка. В последующие два дня опять не давать есть, но продолжать растирания. На 10-й день необходимо снова воспользоваться баней, и если после этого приступ повторится, все равно делать растирания и пить вино в большей дозе.

При таких условиях можно ожидать, что столь длительный покой и диета вместе с другими предложенными средствами излечат лихорадку.

Если же лихорадка тем не менее не прекращается, то надо обратиться к совсем другому способу лечения и осуществить его так, чтобы организм, поскольку потребуется длительная диета, мог легче это выдержать.

Меньше всего, в данном случае, заслуживает одобрения метод лечения Гераклида Тарентского, который сказал, что в первые дни такой болезни надо очистить желудок, а потом до 7-го дня совершенно воздержаться от пищи. Такое лечение, даже если бы больной, к тому же свободный от приступа, и смог бы его перенести, вряд ли поможет восстановлению сил больного; поэтому, если приступы будут повторяться чаще - он погибнет.

Итак, если на 13-й день лихорадка не пройдет, нельзя пользоваться баней ни перед приступом, ни после него, разве только изредка, когда прекратится озноб; озноб же, как таковой, надо лечить теми средствами, которые предложены выше.

Далее, после приступа, больного надо намазать мазями и при этом сильно растирать, пищу давать питательную и в изобилии, пить вина сколько угодно. На следующий день после достаточного сна гулять, заниматься физическими упражнениями, умаститься с усиленным растиранием, есть без вина. На 3-й день пищи не употреблять.

В тот день, когда больной будет ожидать приступа, ему надо пораньше встать и заниматься физическими упражнениями, стараясь, чтобы момент приступа пришелся как раз на это занятие, потому что лихорадка, если поступать таким образом, часто прекращается. Если же она все-таки повторилась во время физических упражнений, то тогда их прекратить.

При таком роде заболеваний лечебными средствами служат оливковое масло, растирание, физические упражнения, питание, вино. Если желудок крепок, то надо, чтобы прослабило.

Однако, названными средствами легко могут пользоваться лишь более крепкие больные. Если же больной чувствует слабость, то вместо физических упражнений - прогулка на носилках, если даже и это не по силам, то надо все же использовать растирание, а если и оно, в сильной форме, кажется тяжелым, то следует ограничиться покоем, просто умащением (без растирания) и питанием.

Затем, надо заботиться, чтобы расстройство пищеварения никоим образом не превратило эту лихорадку в ежедневную, так как от четырехдневной лихорадки никто не умирает.

Если же из четырехдневной лихорадки получилась однодневная, для больного это будет опасно; впрочем, если это и случается, то лишь по вине или больного, или врача.

 

ГЛАВА XVI. ЛЕЧЕНИЕ ДВОЙНОЙ ЧЕТЫРЕХДНЕВНОЙ ЛИХОРАДКИ

Но если случается двойная четырехдневная лихорадка и нельзя пользоваться предложенными мной физическими упражнениями, больному нужно дать полный покой или, если это связано с затруднениями, разрешать легкие прогулки, присаживаясь для отдыха, тщательно прикрывать ноги и голову; всякий раз по окончании приступа принимать пищу и вино в умеренном количестве; в остальное время воздерживаться от еды, за исключением случая, когда появится слабость. При этом, если обе лихорадки почти сближаются, пищу принимать после них; потом, в свободное от лихорадки время, сначала заняться какими-нибудь физическими упражнениями, затем натереться мазями и поесть.

Так как четырехдневная застарелая лихорадка редко прекращается раньше весны, то в это время непременно надо следить за тем, чтобы не произошло что-либо могущее помешать выздоровлению. При застарелой четырехдневной лихорадке полезно менять виды пищи, переходить от вина к воде, от воды к вину, от нежных блюд к острым, от острых к нежным; есть редьку, а затем вызывать рвоту; или держать желудок в облегченном состоянии; давать куриный бульон, при растираниях маслом присоединять согревательные средства; до приступа выпить или два стакана уксуса, или один стакан горчицы, разбавленной тремя стаканами подсоленного греческого вина, или в равных долях - смесь, растворенную в воде из перца, бобровой струи, сока лазарпиция (сильфия) и мирры. Этими и подобными средствами надо воздействовать на тело, чтобы вывести его из того состояния, в котором оно находится. Если лихорадка прекратилась, следует долго помнить о дне, когда она появилась, и в этот день избегать охлаждения, жары, несварения желудка, утомления. Ведь лихорадка возвращается, если некоторое время после выздоровления не принимать мер предосторожности.

 

ГЛАВА XVII. ЛЕЧЕНИЕ ЕЖЕДНЕВНОЙ ЛИХОРАДКИ, ВОЗНИКШЕЙ ИЗ ЧЕТЫРЕХДНЕВНОЙ

Если по недосмотру из четырехдневной возникла ежедневная лихорадка, следует в течение двух дней воздерживаться от пищи и делать растирания, а воду для питья давать только вечером.

Часто случается, что на третий день приступа не бывает; но был он или не был, пищу нужно давать, когда минует время приступа, и если лихорадка не проходит, то каждые два дня соблюдать диету, какую только в состоянии перенести организм, и ежедневно делать растирания.

 

ГЛАВА XVIII. О ТРЕХ ВИДАХ БЕЗУМИЯ

Итак, лечение лихорадок изложено. Но существуют другие болезни тела, которые поражают его неожиданно; из них я сейчас остановлюсь на тех, которые нельзя применить к определенным частям тела.

Я начну с безумия и, прежде всего, с той его разновидности, острой и сопровождающейся лихорадкой, которая названа греками phrenitis. Прежде всего, следует указать на то, что иногда во время приступа больные теряют рассудок и говорят что-то несуразное. Болезнь эта нелегкая и может проявиться только при сильнейшей лихорадке, притом она не опасна, потому что обыкновенно приступ бывает кратковременным, и с ослаблением его тотчас возвращается рассудок. Этот вид болезни не требует иного лекарства, кроме того, которое применяется при лечении лихорадки.

Безумие же (phrénesis) имеет место только тогда, когда наступает стойкое помешательство; или когда больной хотя и сохраняет рассудок, но имеет какие-то ложные представления; болезнь становится определившейся, - выясненной, когда ум больного оказывается во власти этих представлений. Существует много видов этой болезни, так как одни из таких душевнобольных - веселые, другие - печальные; одни ведут себя сравнительно спокойно, и безумие их проявляется только в речах, другие вскакивают и, буйствуя, пускают в ход руки, причем из этих последних одни прибегают к прямым нападениям, другие же прибегают к хитрости, изыскивая способ совершить насилие, притворяются вполне здоровыми, но в конце концов выдают себя. Излишне применять чересчур строгие меры обуздания в отношении тех, у кого безумие проявляется в речах или кто проявляет легкие насильственные действия; тех же, кто ведет себя буйно, приходится заковывать в цепи, чтобы они не повредили ни себе, ни другому. Нельзя верить душевнобольному, если он, находясь в оковах и желая освободиться от них, начинает разговаривать разумно, вызывая к себе сострадание; дело в том, что это хитрость безумного. Древние почти всегда державшие таких больных в темном помещении, чтобы ничто не могло их испугать, к тому же считали, что сама темнота, в какой-то мере, создает душевное спокойствие.

Нo Асклепиад говорит, что их следует держать на свету, так как самая темнота их пугает. И то и другое верно относительно: одного более возбуждает свет, а другого темнота. Есть и такие, для которых безразлично то или другое. Поэтому лучше всего испробовать оба способа и держать на свету того больного, которого пугает темнота, и в потемках того, который боится света. Если же это для больного безразлично, то больного, у которого достаточно сил, следует поместить в светлом месте, а если он слаб, то в темном.

Когда безумие достигает высшей степени, применять лекарство бесполезно, потому что у больного одновременно возрастает и лихорадочное состояние. Поэтому в таких случаях надо только сдерживать бального; когда же обстоятельства позволят, то не медля нужно оказать лечебную помощь. Асклепиад учил, что кровопускание, в таких случаях, равносильно умерщвлению больного. Он исходил из того соображения, что во-первых, нет безумия без сильной лихорадки, во-вторых, неправильно было бы пускать кровь, не дождавшись прекращения припадка. Сам он старался их усыпить продолжительными растираниями; хотя усиление лихорадки препятствует сну, а растирание бесполезно, кроме как в случаях ослабления лихорадочного состояния.

И так, приходится отвергнуть и этот способ лечения. Что тогда остается? В минуту крайней опасности с успехом делается многое, что в другое время не применяется. Постоянная лихорадка имеет периоды, когда она, хотя не прекращается совсем, однако и не усиливается; это не самое лучшее время, однако оно относительно благоприятно для применения лекарств. Если при этом силы больного позволяют, то следует даже пустить кровь. Не следует раздумывать нужно ли (в данном случае) очищение желудка. Потом, спустя день, нужно обрить ему голову и класть припарки на отваре тех видов вербены, которые имеют успокоительное действие, или сначала класть припарки, потом остричь и вторично класть припарки. Наконец, следует смочить голову свежим розовым маслом и заложить его в нос; дать нюхать руту, растертую в уксусе; вызвать чихание соответствующими средствами.

Однако, это следует применять к тем, у кого сохранилось достаточно сил. Если же больной слаб, то нужно лишь смачивать голову розовым маслом с добавлением тимьяна или чего-нибудь подобного ему. При любом состоянии сил, полезны два вида растений: паслен и стенница (herba muralis), если выжатым из них соком намазывать голову. Когда же лихорадка ослабеет, необходимо прибегнуть к растираниям; однако, нужно быть осторожнее с теми, у кого безумие соединено с веселостью, чем с теми, у кого оно связано с подавленным состоянием.

Ко всем душевнобольным необходимо подходить сообразно с природными свойствами каждого из них. В самом деле, у одних надо рассеять ложный страх, например, когда боящемуся умереть с голоду очень богатому человеку, часто говорят о получении мнимых наследств. У других необходимо обуздывать вспышки буйства, как бывает с теми, для укрощения которых приходится даже применять физическое воздействие; у третьих же надо прекращать бессмысленный смех порицанием и угрозами; четвертых надо отвлечь от печальных мыслей гармонической музыкой, кимвалами и другими шумовыми эффектами.

Однако, следует с больными чаще соглашаться, чем им противоречить; и понемногу, хотя и не так заметно, надо, освобождая рассудок от бессвязных идей, подводить к более осмысленным. Иногда даже следует отвлечь внимание больного, как это делается в отношении образованных людей, которым читают книгу, или хорошо, чтобы доставить больному наслаждение, или нарочно плохо, чтобы такое чтение вызвало их протест, ведь исправляя, они начинают приходить в себя. Их также надо заставлять говорить наизусть, - если они что-нибудь помнят.

Также некоторым, отказывающимся есть, возвращали аппетит тем, что их помещали среди обедающих. Всем таким больным особенно необходим сон, хотя они засыпают с трудом; ведь большинство выздоравливает благодаря ему. Для усыпления, равно как для успокоения ума, полезно прикладывать к голове шафрановую мазь, смешанную с ирисовой. Если больные все же не засыпают, то некоторые вызывают сон, давая для питья воду прокипяченную с маком или беленой; другие кладут под - подушку головки мандрагоры; иные же прикладывают ко лбу амом (кардамон) или сок тутового дерева. Асклепиад утверждал, что эти средства излишни, так как они часто вызывают летаргию. Сам же он предписывает в течение первого дня больному не давать ни еды, ни питья и мешать ему засыпать, а вечером дать для питья воду; тогда же сделать легкий массаж так, чтобы человек, который будет это делать, не нажимал сильно. Затем, в течение следующего дня проделать все то же, а вечером дать больному ячменную похлебку и воду и опять сделать массаж, посредством которого мы намерены добиться, чтобы наступил сон.

Это иногда удается и даже с таким результатом, что излишний массаж, по его же (Асклепиада) собственному признанию, связан с опасностью вызвать летаргию. Но если сна таким путем не добились, тогда уже следует прибегнуть к вышеназванным лекарствам, соблюдая, конечно, осторожность, которая необходима, чтобы мы могли впоследствии разбудить того, кого стремились усыпить. В какой-то мере способствует усыплению рядом падающая вода (фонтан), или прогулка после еды, особенно качание подвешенной постели ночью. Иногда, если рассудок не прояснился и сон не наступил, необходимо, сделав надрез, поставить на затылок кровососную банку, если раньше не была пущена кровь. Дело в том, что применение кровососной банки облегчает болезнь и даже может вызвать сон. В пище также следует соблюдать умеренность, так как не годится перекармливать больного, чтобы не вызвать припадка и, конечно, нельзя мучить его голодом, чтобы слабость не довела его до желудочных колик. Следует давать больному легкую пищу и особенно супы, а для питья медовую сыту, причем достаточно зимой давать ее по три киафа, а летом по четыре.

Существует другой вид помешательства, который имеет более длительный период; обычно он начинается без лихорадки, а позже вызывает легкие лихорадочные состояния.

Этот вид болезни характеризуется мрачными настроениями, которые, по-видимому, зависят от черной желчи. При таком помешательстве полезно кровопускание. Если что-нибудь этому препятствует, то первое средство - воздержание от пищи, а второе - очищение желудка белой чемерицей и вызывание рвоты. После того или другого по выбору, дважды в день применить растирания, а если больной станет чувствовать себя лучше, то кроме того, следует применять частые физические упражнения; натощак вызвать рвоту; пищу надо давать без вина и средней питательности. Всякий раз как я буду говорить о пище такого рода, следует знать, что можно также давать пищу очень слабой питательности, но не ограничиваться только ею; пища же самой высокой питательности должна быть устранена. Кроме того, желудок таких больных следует оберегать, как самый чувствительный орган; больных освобождать от всяких страхов и лучше внушать им надежду; доставлять им развлечение рассказами и играми, особенно теми, в которые они привыкли играть в здоровом состоянии; хвалить работы больного если они у него есть, каковы бы они ни были, помещая их перед его глазами; слегка осуждать его за его мрачное настроение, настойчиво указывая, что обстоятельства, которые его беспокоят, скорее являются поводом к радости, а не к тревоге.

Если присоединится и лихорадка, то ее следует лечить так же, как и другие виды лихорадок.

Третий вид безумия является из всех самым длительным, причем он обычно жизни больного не угрожает; он поражает людей с крепким организмом. Существует две разновидности такого именно заболевания, а именно: одних больных преследуют навязчивые образы. при сохранении рассудка; как передают поэты, безумный Аякс или Орест сохраняли сознание; другие теряют рассудок. Если больных преследует навязчивые образы, то, прежде всего, следует выяснить, чем сопровождается это безумие, состоянием подавленности или веселостью. При подавленном состоянии больных, надо давать им для очищения желудка черную чемерицу, при веселом - белую для возбуждения рвоты; если этого лекарства больной в виде питья не принимает, то давать его вместе с хлебом, лишь бы он принял лекарство даже не подозревая этого.

Ведь, если больному хорошо очистить желудок, то он, большей частью, будет иметь облегчение в болезни. Однако, если чемерица, данная один раз, мало помогла, спустя некоторое время следует дать ее вторично. Нельзя забывать, что болезнь у больного с веселым настроением протекает легче, чем у мрачно настроенных.

Также обязательным при всех видах болезней остается следующее: когда желудок надо очистить низом, его предварительно надо расслабить, а когда верхом - закрепить. Если же рассудок у больного помутился, то его лучше всего лечить некоторыми мерами принуждения. Когда больной говорит или делает что-нибудь несуразное, его обуздывают голодом, заключением, мерами физического воздействия. Его заставляют сосредоточить внимание на чем-либо, заучивать что-нибудь наизусть и запоминать; и получится то, что под влиянием страха больной понемногу начинает задумываться над тем, что он делает.

При такой болезни полезно даже неожиданно испугать больного, заставить больного в страхе вскочить и полезно почти все то, что сильно действует на сознание. Ведь может наступить некоторое изменение, когда рассудок будет выведен из того состояния, в котором он пребывал. Также имеет значение, смеется ли больной постоянно сам с собой без причины; или же он находится в состоянии уныния и подавленности; ведь безумие с веселым настроением лучше излечивается при помощи запугивания, о чем я сказал выше; если же у него безутешная тоска, то полезно применять дважды в день легкое, но продолжительное растирание; также поливать с головы холодной водой, погружать тело в воду и масло. Общие средства таковы: душевно-больные должны энергично заниматься физическими упражнениями, применять частый массаж; нельзя давать им ни жирного мяса, ни вина, а кормить после очищения желудка блюдами средней питательности, притом самыми удобоваримыми; не следует оставлять их одних, или среди незнакомых, или среди тех, кого они презирают, или кем они не дорожат. Необходимо менять местопребывание и, если рассудок возвращается, ежегодно совершать путешествие.

Хотя редко, но иногда безумие возникает от испуга. Эта категория душевной болезни сходна (с предыдущей) и лечится подобным же образом, за исключением только того, что при этом виде безумия полезно давать вино.

 

ГЛАВА XIX. О СТРАДАЮЩИХ ЖЕЛУДОЧНЫМИ СПАЗМАМИ

Этим болезням прямо противоположен тот вид заболевания, который греки называют cardiacós.

Хотя часто душевнобольные подвержены этой болезни, однако, если у последних рассудок расстроен, у первых он сохраняется. Этот недуг есть не что иное, как необычайная слабость всего тела, которая сопровождается вялым действием кишечника с обильным выделением пота. И с самого начала эта болезнь определяется тем, что пульс у больного редкий и слабый, а пот больше обычного и по количеству и по продолжительности; он обильно выступает по всей груди, повсюду, на шее и даже на голове, в то время как ступни и голени остаются сравнительно сухими и холодными. Эта разновидность - вид острого заболевания.

Лечение - во-первых накладывать на область желудка успокаивающие припарки; во-вторых бороться с выделением пота. Для этого служит вяжущее масло - розовое, или айвовое, или миртовое: любым из них следует слегка смазывать тело и затем приложить восковой пластырь, приготовленный из тех же веществ. Если пот не прекращается, то больного надо намазать гипсом, или окисью серебра, или цимолийской глиной, или просто осыпать его порошком из этих веществ. Также действует порошок из растертых сухих листьев мирта или ежевики, или сухого отстоя хорошего терпкого вина: большинство средств по действию схожи, если же их нет, то достаточно пригодной окажется любая дорожная пыль.

Кроме этого, чтобы тело - меньше потело, его следует прикрывать легкой одеждой, не в жарком месте, при открытых окнах, так, чтобы туда могло поступить некоторое дуновение воздуха. Третье средство - поддержать силы больного пищей и вином. Пищу следует давать не обильную, однако часто-как днем, так и ночью, чтобы питать больного, не отягощая его желудка. Она должна состоять из самых легких веществ, пригодных для желудка больного. Если нет в том нужды, с вином не следует спешить; если возникает опасение, что больной не выдержит, тогда сейчас же и без отказа давать ему, как хлеб, смоченный в вине, так и самое вино, конечно, терпкое, однако легкое, цельное, тепловатое, прибавляя ячменной каши, если только данный больной недостаточно насыщается; вино же это должно быть не очень слабым, не очень крепким; и достаточно, если больной в течение всего дня и ночи выпьет около трех унций; если же больной крупного телосложения, то даже и побольше. Если больной отказывается от пищи, то натерев больного маслом, нужно сперва облить его холодной водой и тогда докормить. Если расстроенный желудок удерживает очень мало пищи, то до еды и после нее больному полезно вызвать, не прибегая к рвотным средствам, рвоту и после рвоты снова принять пищу. Если даже и тогда пища не удержится, то надо выпить стакан вина, а спустя час другой; если также и это желудок выбросит, обмазать все тело тертыми луковицами; высохнув, они подействуют так, что вино удержится в желудке, и от него по всему телу разольется теплота, и пульс улучшится.

Последнее средство: ввести (клизмой) в кишечник низом отвар ячменной крупы или полбы, так как это также восстанавливает силы. Не лишнее также давать нюхать находящемуся в жару больному что-нибудь подкрепляющее: будь то розовое масло или вино, и если в конечностях ощущается холод, согревать их, растирая теплыми руками, намазанными маслом. Если указанными средствами добьемся того, что и выделение пота уменьшится, и жизнь будет сохранена, тогда начнет благотворно действовать само время.

После того, как больной по-видимому, окажется спасенным, все же следует опасаться чтобы он опять не ослабел. Поэтому, отказавшись только от вина, надо ежедневно давать ему более питательную пищу, пока силы в достаточной степени не окрепнут.

 

ГЛАВА XX. О СТРАДАЮЩИХ ЛЕТАРГИЕЙ

Существует еще другая болезнь, в другом отношении противоположная душевному заболеванию. При указанном выше заболевании больные засыпают с большим трудом и мысли их направлены на всякие буйные поступки, при данном же заболевании больной бывает вялым и у него почти непреодолимая потребность в сне. Греки называют ее lèthargos. Это тоже род острого заболевания, и если не оказать помощи, последует быстрая смерть. Некоторые стараются тотчас же разбудить таких больных, поднося (к носу) то, что вызывает чихание, и то, что своим дурным запахом заставляет больного очнуться. Таковыми средствами являются неочищенная смола, свежеснятая шерсть, перец, чемерица, бобровая струя, уксус, чеснок, лук. Кроме того, близ больного зажигают гальбан, или волосы, или олений рог. Если этого нет, то что-нибудь другое.

Некий же Таррий утверждал, что эта болезнь связана с приступом лихорадки и что она облегчается с прекращением приступа; поэтому те, кто настойчиво старается будить спящих летаргическим сном, действует без пользы. Важно также следующее: просыпается ли больной во время спада приступа, или тогда, когда лихорадка не спала, или и после прекращения приступа его продолжает одолевать сон. Ведь, если больной способен сам проснуться, то напрасно мешать ему, когда он спит: в состоянии бодрствования ему не будет лучше; но если ему станет лучше, он сам по себе будет бодрствовать. Если же у больного непрекращающийся сон, то его непременно следует разбудить, но в такое время, когда лихорадка станет совсем незначительной, для того, чтобы больной мог опорожнить кишечник или принять какую-нибудь пищу. Очень сильно действует, если внезапно вылить (на спящего) холодную воду. Итак, после ремиссии тело обильно намазывается маслом, и всего больного с головы надо облить тремя или четырьмя амфорами (холодной воды). Но этим средством следует пользоваться, когда дыхание больного ровное и желудок (praecordia) мягок; в противном случае эти средства не годятся и предпочтительнее те, которые указаны выше.

Что же касается собственно сна, то лучший способ - следующий. В качестве лечения, чтобы разбудить больного и разогнать сон, надо обрить голову, делать примочки из водного раствора уксуса, кипяченого с лавровым листом или рутой, на второй день приложить бобровую струю или руту тертую с уксусом, лавровые ягоды или плющ, на розовом масле и уксусе. Особенно хорошо помогает, если поставить горчичники на голову и на лоб больного и дать ему понюхать горчицу.

Кроме того, при этой болезни полезны легкие физические упражнения и особенно пища, данная вовремя, то-есть в период наибольшей длительности ремиссии. Наиболее подходящей является ячменная похлебка, пока болезнь не начнет спадать: так что если тяжелый приступ бывает ежедневно, то ежедневно и давать эту похлебку; если через день, то после более тяжелого приступа - похлебку, а после более легкого - медовую сыту. Хорошо также помогает вино в соединении с предложенной своевременно пищей.

Если подобного рода оцепенение наступит после длительной лихорадки, то надо применять те же средства, кроме того, за три или четыре часа до приступа - бобровую струю, а если желудок крепкий, то ее же вместе с соком скаммонии, если же желудок слабый, то давать только бобровую струю с водой. Если желудок мягкий, надо назначать более плотную пищу; если же твердый, то пишу разбавлять в ячменной похлебке, а на желудок надо приложить то, что одновременно и успокаивает и смягчает.

 

ГЛАВА XXI. О СТРАДАЮЩИХ ВОДЯНКОЙ

Однако, летаргия - болезнь острая. Болезнь же продолжительная может случиться у тех, кого беспокоит скопление жидкости под кожей, если только в первые же дни болезнь не будет прервана. Эту болезнь греки называют hýdrops.

Существует три вида водянки: или в сильно раздутом животе внутри при дыхательном движении часто раздаются звуки; или тело становится неровным от появления в разных местах вздутий; или вода скопляется в нижней части живота и при движении тела так колышется, что можно заметить ее напор.

Первый вид водянки греки называют tympanites, второй leucophlegmatia или hyposárca, третий вид askites.

Общим для всех видов водянки является излишнее скопление жидкости, вследствие чего, у таких больных, не легко излечиваются язвы (ulcera). Эта болезнь часто начинается сама собой: но нередко и присоединяется к другой застарелой болезни, особенно к четырехдневной лихорадке. Она легче излечивается у рабов, чем у свободных людей, потому что она, требуя перенесения голода, жажды, тысячи других лишений и длительной выносливости, поддается лечению скорее у тех, кого легко заставить терпеть, чем у тех, кому свобода не на пользу. Но, разумеется, нельзя вылечить того, кто находясь в подчинении у другого, не может сдерживать сам себя.

Так, небезызвестный врач, ученик Хризиппа заявил царю Антигону, что не может вылечить одного царского друга, заболевшего названной болезнью не в тяжелой форме, ввиду его известной невоздержанности. И, когда другой врач из Эпира - Филипп дал обещание его вылечить, он заявил, что врач Филипп обращает внимание на болезнь больного, а он считается и с характером больного. Исход дела его не обманул: дело в том, что хотя за больным следил с величайшей бдительностью не только врач, но и сам царь, однако больной дошел до того, что стал съедать средства для припарок и пил свою мочу, чем ускорил свою гибель.

Однако, лечение в начальной стадии не очень трудно, если выполняется требование относительно покоя и полного воздержания от питья и пищи; но если болезнь запущена, побороть ее стоит больших усилий. Так передают, что когда этой болезнью заболел· ученик Эпикура, Метродор и не проявил необходимой выдержки относительно питья, а после долгого воздержания, выпил обычное количество жидкости, то все, что он выпил, вышло рвотой. Если то, что принято, выбрасывается, значительно облегчается мучительное состояние (от жажды), если же желудок удерживает выпитое, то это усиливает болезнь; и по этой причине на каждом больном испытывать этого нельзя.

Но если есть и лихорадочное состояние, то прежде всего надо освободиться от лихорадки теми способами, которые были предложены как пригодные в этом случае, а если больного не лихорадит, то только тогда надо прибегнуть к тому, чем обычно лечат эту болезнь. При этом какой бы вид водянки ни был, если болезнь не слишком далеко зашла, ее следует лечить одинаковыми средствами, а именно: больной должен много ходить пешком, иногда бегать; растирать надо особенно верхние части тела, притом так, чтобы сам больной задерживал дыхание; пот надо вызывать не только физическими упражнениями, но также лежанием на горячем песке, в сушильнях, согреваниями в сухой бане, в хлебных печах и тому подобными другими средствами. Особенно полезны природные сухие места для потения. Баня и всякая жидкость излишни. Натощак хорошо давать пилюли, приготовленные из двух частей полыни и одной части мирта. Пища должна состоять, конечно, из блюд средней питательности, но однако более плотных; пить нужно давать не более того, что необходимо для поддержания жизни, особенно желательны мочегонные напитки. Но мочегонное действие лучше достигать пищей, чем лекарством.

Однако, если того требует дело, то надо сделать отвар из средств, которые пригодны в этом случае и давать его в качестве питья. По-видимому, таким свойством обладают: ирис, нард, шафран, корица, амом, кассия, мирра, бальзам, гальбан, смола, ладан, масло дикого винограда, панацея, кардамон, эбеновое дерево, кипарисовые семена, дикий виноград, то, что греки называют staphis agria, божье дерево, листья розы, аир, горький миндаль, козлиный тимьян, стиракс, кост, семена квадратного и круглого ситника; первый греки называют kýpeiros, второй - scholnos. Всякий - раз, как я буду говорить об этих растениях, я буду иметь в виду не те, что растут здесь у нас, а те, что ввозят, наряду с ароматическими веществами.

Сначала, однако, следует давать из указанных лекарств наиболее легкие, т. е. настой из листьев розы, из колосовидных головок нарда. Полезно также терпкое, но самое легкое вино. Хорошо также ежедневно ниткой измерять объем живота и делать заметку там, где она его стягивает, а на следующий день проверить увеличивается ли окружность тела или уменьшается, ибо уменьшение живота способствует лечению. И не лишнее измерять у больного количество питья и мочи: ведь только тогда есть надежда на выздоровление, когда жидкости выделяется больше, чем ее. приняли.

У Асклепиада сказано, что по отношению к больному, у которого четырехдневная лихорадка осложнилась водянкой, он применял двухдневное воздержание от пищи и питья и массаж, а на третий день, уже с прекращением лихорадки и уменьшением воды, он разрешал больным пищу и вино.

Сказанное до сих пор, может быть рекомендовано как общие мероприятия при всякого рода водянке, если же недуг становится тяжелее, необходимо уточнить способы лечения. Итак, если наблюдается вздутие живота и вследствие этого частые приступы боли, то полезно ежедневно или через день после еды вызывать рвоту; полезны также сухие и горячие компрессы. Если несмотря на это, боль не стихает, необходимы кровососные банки без насечки, сухие; если же такие банки не прекращают боли, то надо сделать на коже насечки и после этого поставить банки. Если банки не помогают, то последним средством послужит обильное промывание кишок теплой водой. Нужно также ежедневно, трижды или четырежды, производить энергичное растирание маслом и какими-нибудь согревающими средствами, избегая при этом массаже трогать живот. На живот же следует накладывать почаще горчичники, пока не начнется покраснение кожи; во многих местах живот надо прижигать раскаленным железом и сохранять возможно дольше, полученные от ожога раны. Полезно также смазывать живот отваренным морским луком. Долгое время при этих вздутиях надо избегать всего, что вызывает вздутие.

Если этот недуг носит название leucophlegmatia, опухшие части тела следует выставить на солнце; но ненадолго, чтобы не вызвать лихорадочного состояния. Если же солнечный жар становится сильнее, следует прикрыть голову; применять растирания только руками, смоченными водой, в которую прибавлена соль, сода и немного, масла; эти растирания должны производить детские или женские руки, чтобы прикосновение их было более нежным. Если силы позволяют, то надо проделать это до полудня в течение целого часа, после полудня - полчаса. Кроме того, полезны успокаивающие припарки, особенно если больные сравнительно хрупкого телосложения. Также следует делать насечки выше лодыжки, примерно пальца на четыре, с внутренней стороны, откуда в течение нескольких дней должна обильно вытекать жидкость; да и в самих вздутиях надо делать глубокие разрезы. Больному полезно много заниматься физическими упражнениями, причем когда рубцы от ран начнут затягиваться, усилить и физические упражнения и пишу, пока организм не вернется к прежнему своему состоянию. Пища должна быть питательной и студенистой, особенно полезно мясо; вино, если позволяет желудок, должно быть послаще, притом в течение двух-трех дней нужно пить поочередно то воду, то вино. Полезно также давать вместе с водой для питья семена морского латука.

Если больной, принимающий это средство, крепкого сложения, то его натирают отваром морского лука, как я говорил выше. И многие авторы утверждают, что отеки следует разгонять, ударяя по ним надутыми пузырями.

Если мы имеем такой вид заболевания, при котором в нижней части живота скопляется много воды, то следует ходить пешком, но только умеренно; накладывать мягчительные средства (malagma), способствующие рассасыванию жидкости, а сверху наложить сложенную втрое повязку и обвязать ее бинтом, однако не слишком туго; этот метод лечения берет начало от Таррия и, как я наблюдал, применяется многими врачами. Если ясно, что поражена печень или селезенка, надо приложить сверху растертую сочную винную ягоду с добавлением меда.

Если указанные средства не только не освобождают живот от воды, но влага продолжает находиться в изобилии, то следует действовать более быстро, спуская воды через самый живот. Я хорошо знаю, что Эразистрату не нравился этот способ лечения, а именно он считал, что водянка - это болезнь печени, так что надо лечить именно ее, и бесполезно спускать воды, которые вновь появятся, если болит печень.

Но во-первых, этот недуг не зависит исключительно от болезни этого органа: ведь он появляется и при поражении селезенки, и при плохом состоянии всего организма. Далее, если водянка и зависит от заболевания печени, все же жидкость, которая скапливается в животе противна природе и, если ее не удалить, вредит и печени, и другим внутренним органам.

Бывает и так, что больного при этом приходится лечить. Дело в том, что спускание жидкости не излечивает, но оно освобождает место для медицинского воздействия, которому препятствовали находящиеся там воды. И, конечно, не противоречит сказанному то, что не все больные водянкой могут быть излечены подобным способом, а лишь молодые, крепкого сложения, которые при этом или совсем не болеют лихорадкой, или, если и болеют, то имеют довольно значительные ремиссии. Действительно же, у кого испорчен желудок, или кто до этого страдал от черной желчи, или имел слабое телосложение, не являются подходящими больными для лечения подобным способом. В первый день, когда спущены воды, следует воздержаться от пищи, если только больного не покидают силы, в последующие дни ему следует давать и пищу, и вино, конечно, цельное, но в умеренном количестве, и мало по малу его следует приучать к физическим упражнениям, растираниям, солнцу, потению, морским поездкам и к соответствующей пище, пока он не выздоровеет вполне.

По состоянию здоровья баня рекомендуется не часто, а применение натощак рвотных средств - довольно часто. Если летнее время, то полезно купанье в море. Когда больной выздоровеет, ему следует долго воздерживаться от сношений с женщинами.

 

ГЛАВА XXII. ОБ ИСТОЩЕНИИ ОРГАНИЗМА (TABES) И ЕГО РАЗНОВИДНОСТЯХ

Часто для тех, кто этим заболевает, более продолжительной и более опасной болезнью является истощение организма. Существует много (видов этого недуга. Один из них, когда организм не усваивает пищи; при постоянной потере некоторых требующихся по природе элементов, без их возмещения, наступает крайнее истощение организма, и если не оказать помощи, больной умирает. Греки называют этот вид atrophia. Этот вид заболевания, обычно, возникает по двум причинам: или больной под влиянием чрезмерной осторожности ест меньше, или вследствие чрезмерной прожорливости - больше, чем полагается; таким образом он слабеет от недостатка пищи, или он заболевает от избытка ее. Второй вид этой болезни тот, который греки называют cachexia; при нем бывает плохое состояние всего организма, и потому всякая принятая пища портится. Это происходит почти всегда в том случае, когда у больного, изнуренного продолжительной болезнью, не восстанавливаются силы, хотя болезнь и прошла; или когда организму нанесен вред неправильным лечением; или когда долгое время не было необходимых лекарств; или когда больному давали непривычную и не приносящую пользы пищу, или когда случилось что-нибудь подобное указанному. Кроме истощения обыкновенно присоединяется также такое явление, когда на коже больного непрерывно появляются гнойники или язвы, а отдельные части тела припухают.

Третий вид и самый опасный, названный греками phthisis обыкновенно начинается с головы; отсюда спускается в легкое, в нем происходит изъязвление, вызывающее легкую лихорадку, которая то прекращается, то опять возвращается; при этом бывает постоянный кашель с выделением гноя, иногда с кровяными сгустками. Если выделения эти положить на огонь, то они дают дурной запах. Поэтому те, кто сомневается в болезни, пользуются этим показателем.

Поскольку бывают такие разновидности истощения, то, прежде всего, следует обратить внимание на то, что у больного наблюдается и чем он страдает. Потом, если станет очевидным, что организм не питается, как надо, то найти причину этого, и если он получает пищи меньше, чем полагается, прибавлять ее, но понемногу, чтобы не затруднить пищеварения непривыкшему организму, обременив его неожиданным изобилием пищи. Бели же кто привык есть более, чем нужно, ему следует один день воздержаться от еды; затем начинать с небольшого количества пищи, ежедневно прибавляя, пока не достигнет принятой нормы. Кроме того, больному следует гулять в местах возможно менее холодных, но избегая солнца; заниматься также гимнастикой рук. Если он слишком слаб, надо делать прогулки на носилках, натираться маслом и делать растирания, а, если он в состоянии, то лучше всего, чтобы он делал это сам и как можно чаще, каждый день до принятия пищи и после нее, прибавляя иногда при растирании какие-нибудь согревательные средства, пока не появится пот.

Рекомендуется натощак, захватывая в разных местах кожу оттягивать ее, чтобы она стала эластичной, или накладывая и размазывая смолу, делать многократно то же самое. Полезно также иногда пользоваться баней, но после лёгкой пищи. При этом больному, когда он находится в ванне, полезно что-нибудь есть, или если растирание было произведено без купанья, то поесть тотчас же после него. Пища должна быть легко перевариваемой и возможно более питательной. Следовательно, также необходимо употребление вина, но терпкого. Необходимо применять мочегонные средства.

Далее, когда у больного плохое состояние организма (кахексия), то прежде всего, ему следует воздержаться от пищи, потом ему надо очистить желудок и тогда понемногу давать есть, кроме того, необходимы физические упражнения, натирание маслом, растирание. Для таких больных более полезна частая баня, но натощак и вплоть до потения. Пища же для них требуется обильная, разнообразная, содержащая полезные соки и не так легко подвергающаяся порче, а также терпкое вино. Если никакие другие средства не помогают, то надо пускать кровь, но понемногу, ежедневно в течение многих дней, при этом применять также другие рекомендованные средства.

Если же недуг более значительный и у больного настоящая чахотка, то необходимо немедленно, с самого начала, прийти на помощь, так как эта болезнь если она затянется, не легко преодолевается. Если силы позволяют, больному необходимы длительные поездки морем, перемена климата на другой, более сухой, чем тот, откуда выехал больной. Поэтому очень полезно переехать из Италии в Александрию. Обычно организм может перенести это путешествие в начале болезни, потому что эта болезнь преимущественно поражает людей в наиболее крепком возрасте, то-есть между 18 и 35 годами. Если же слабость больного этого не позволяет, то наиболее полезно совершать недалекие поездки на корабле. Если же какие-нибудь обстоятельства препятствуют плаванию на корабле, то надо заставлять больного двигаться, пользуясь носилками или другим способом. При этом ему следует воздерживаться от всяких деловых занятий и всего, что может вызвать волнение; рекомендуется много спать, остерегаться насморка, чтобы не ухудшить того, что достигнуто лечением, и поэтому же надо избегать несварения желудка, а также жары и холода; рот нужно чем-нибудь прикрывать, горло закутывать; легкий кашель прекращать своими средствами; и если долго будет продолжаться лихорадка, ее нужно лечить то воздержанием от пищи, то подходящей и во-время предложенной пищей. В это время необходимо давать пить только воду. Молоко при головных болях, острых лихорадках и при чрезмерной жажде, вызванной ими, а также, когда пучит живот, когда в моче есть желчь и при кровотечениях - является ядом, но его с пользой можно давать при чахотке, равно как и при всяких продолжительных и тяжелых лихорадках.

Если лихорадки еще не было или она уже прекратилась, больному следует заняться умеренно физическими упражнениями и особенно ходьбой, а также применять легкий массаж. Баня противопоказана. Сначала пища должна быть острой, как чеснок, лук, приготовленные на уксусе, или цикорий, базилик, латук, приготовленные таким же образом, а потом пища должна стать пресной, как похлебка из ячменной муки, из полбы, или крахмальной муки с добавлением молока. Также рис и, если нет ничего другого, то каша из любого зерна. И далее следует давать попеременно то острую пищу, то пресную, прибавляя к ней что-нибудь средней питательности, особенно мозги и мелкую рыбу и им подобное. Мука же, замешанная на овечьем или козьем сале, и потом поджаренная, употребляется как лекарство. Вино следует пить легкое, терпкое.

Бороться с чахоткой в этой стадии не представляет большого труда. Если же недуг стал тяжелее, причем ни лихорадка, ни кашель не прекращаются, а тело явно худеет, необходимы более сильные средства: надо при помощи раскаленного железа, сделать раны - одну под подбородком, другую на горле, две под грудными сосками, а также под лопатками, которые греки называют omoplátai, следя, при этом, за тем, чтобы язвы не заживали, пока кашель не прекратится. Ясно, что кашель надо лечить независимо от этого.

В этом случае необходимо трижды или четырежды в день сильно массировать конечности, грудь же растирать слегка, спустя час после еды; растирать также ноги и руки, а через десять дней больному надо принять ванну из горячей воды с маслом; в течение указанного времени давать пить одну воду; позже, если нет кашля, то холодное вино, если есть кашель, то подогретое. Полезно также во время ремиссий кормить больного ежедневно; равным образом применять массаж и прогулки на носилках; на четвертый или на пятый день больному надо давать указанные выше острые блюда: иногда птичью гречиху на уксусе или подорожник. Лекарством служит также сок подорожника в чистом виде или сок конской мяты (marrubii), вареной на меду, с тем, чтобы первого лекарства выпивать киаф, а последнего - полную ложку, слизывая его понемногу; или смешанные вместе и отваренные в половинной части смола терпинного дерева, а в половинной части коровье масло с медом.

При всех случаях следует избегать поноса. Частое вызывание рвоты при этой болезни, и особенно с кровью, гибельно. Тому, кому стало немного лучше, надлежит усилить физические упражнения, растирания, питание; далее, больной должен растирать себя сам, задерживая дыхание, и долго воздерживаться от вина, бани и половых сношений.

 

ГЛАВА XXIII. О ПАДУЧЕЙ БОЛЕЗНИ

К числу известнейших болезней принадлежит также та, которую называют падучей. Человек вдруг падает; изо рта бьет лена; затем, спустя некоторое время, он приходит в себя и встает сам без посторонней помощи. Эта болезнь чаще поражает мужчин, чем женщин. При этом она обычно бывает длительной, вплоть до смерти, но без угрозы для жизни. Однако, в начальной стадии она иногда губит человека. С другой стороны, часто начало половых сношений у юношей и менструации у девушек освобождают от болезни того, кому не помогли лекарства. Человек падает иногда с судорогами, иногда без них.

Некоторые пытаются воздействовать на этих больных теми же средствами, какими лечат одержимых летаргией, но это совсем напрасно: во-первых потому, что больной летаргией этими средствами не излечивается, и во-вторых потому, что больной летаргией может совсем не проснуться и, таким образом, погибнуть от голода; страдающий же падучей болезнью, во всяком случае, приходит в себя.

Когда больной падает без судорог, надо непременно пустить кровь; если же присоединились и судороги, то пускать кровь нельзя, если только нет других показаний. Необходимо, однако, очистить желудок клизмой или при помощи черной чемерицы или сделать и то и другое, если позволяют силы больного; потом остричь голову и намазать ее маслом с уксусом; пищу дать спустя три дня в час, когда с больным обычно случается припадок. Ни мучные похлебки, ни другие негустые и легкие блюда, ни мясо, особенно свиное, им не подходят; но стол должен, быть средней питательности, так как надо, с одной стороны, восстановить силы больного, а с другой - избежать несварения желудка. Таким больным следует избегать солнца, бани, огня и всего согревающего, а равно холода, вина, половых сношений, вида опасных мест и всего вызывающего ужас, вызывания рвоты, переутомления, волнений, всяких деловых занятий.

Если больной получит пищу на третий день, то четвертый день надо пропустить. И в течение 14 дней давать пищу каждый второй день, соблюдая один и тот же час питания. Когда 14 дней минует, то болезнь потеряет остроту. Если же она остается, то лечить ее уже следует, как длительную. Если не было врача в тот день, когда впервые случился припадок, но ему сообщили, в какой день обыкновенно с больным случается припадок, то он, тотчас же, установив рекомендованный выше образ жизни, должен ждать дня припадка и тогда применить или кровопускание, или очищение желудка посредством клизмы, или с помощью чемерицы, как указано выше.

Затем, в последующие дни кормить больного надо той пищей, о которой сказано выше, избегая всего того, чего, как я говорил, следует остерегаться. Если, несмотря на это, болезнь не пройдет, следует прибегнуть к белой чемерице. Ею следует воспользоваться три или четыре раза, не делая многодневных перерывов, однако, таким образом, чтобы больной, не повторял этого средства вовсе, если только не случится приступа.

В дни перерывов силы больного надо укреплять питанием, прибавляя разные блюда, сверх названных выше. Как только утром больной встанет, тело его, за исключением головы и живота, нужно слегка натереть старым маслом; потом надо предпринять весьма продолжительные прогулки по ровной местности. После прогулки произвести растирание в теплом месте сильно и долго и, если больной не очень слаб, то делать при этом не менее двухсот движений рукой. Затем, больного с головы обильно облить холодной водой; немного дать поесть, отдохнуть и перед вечером снова отправить на прогулку; вторично сильно промассировать, не касаясь ни головы, ни живота; после этого больной может поужинать. Спустя три или четыре дня, больной должен есть острые блюда в течение одного или двух дней. Если и эти средства не освободят от болезни, то надлежит обрить больному голову, натирать его старым маслом, прибавив к нему уксуса и натра, обливать соленой водой, давать пить натощак бобровую струю на воде; воду для питья давать только в кипяченом виде.

Некоторые освобождались от такой болезни, выпив теплую кровь, только что убитого гладиатора; и у них это ужасное средство делало более терпимым этот не менее ужасный недуг. Что же касается врачебной помощи, то последнее средство - пустить кровь из обеих ног возле лодыжки, а также, сделав насечки в области затылка, поставить банки; кроме того, на затылке и ниже, там, где верхний позвонок соединяется с головой, прижечь в двух местах раскаленным железом, чтобы таким путем вытекала вредная жидкость.

Если и указанные средства не прекратят болезнь, то похоже на то, что она станет постоянной. Для облегчения ее следует пользоваться исключительно разными видами физических упражнений, растираниями, а в пищу употреблять те кушанья, которые были предписаны выше; в особенности избегать всего того, что мы признали вредным.

 

ГЛАВА XXIV. О ЦАРСКОЙ БОЛЕЗНИ

Известна также болезнь, которую называют то желтухой, то царской болезнью. О ней Гиппократ сказал, что она не опасна, если поражает больного после 7 дней лихорадочного состояния и если живот мягок на ощупь. Диокл решительно заявляет, что она даже полезна, когда начинается после лихорадки, но ведет к смерти, если лихорадочное состояние продолжается по окончании желтухи. Окраска выдает эту болезнь, особенно окраска глаз, а именно - белки становятся желтого цвета. У больного обычно появляется жажда, головная боль, частая икота, уплотнение живота с правой стороны, а при сильном движении тела - затрудненное дыхание и паралич. Если болезнь затягивается, то все тело начинает приобретать желтоватый оттенок.

В первый день больному надо воздержаться от еды, на второй - очистить кишечник клизмой; затем, если у больного лихорадка, ее нужно прервать специальным режимом; если ее нет - давать настой слабительной травы (scamnionia), или настой тертой белой свеклы, или настой на медовой сыте горьких миндалей, полыни, аниса, причем последнего взять в минимальной дозе. Асклепиад заставлял больного, даже в течение двух дней, для очищения желудка, пить соленую воду, и отказывался от применения мочегонных средств. Некоторые, отказываясь от вышеупомянутых средств, считали, что они достигают того же при помощи мочегонных и тех видов пищи, которые способствуют похуданию.

Я во всех случаях предпочитаю более сильные средства, если у больного достаточно сил, а если их мало, то более слабые. Если желудок был очищен, то после этого в первые три дня больного следует кормить умеренно кушаньями средней питательности и давать пить подсоленное греческое вино, чтобы живот оставался неуплотненным. Затем, во вторые три дня давать более питательную пищу и даже что-либо из мяса; пить только воду. Потом вернуться к предыдущему роду пищи, но с тем, чтобы больной ел большее количество, и, оставив греческое вино, пить вино неразбавленное, терпкое; при этом разнообразить стол так, чтобы больной то получал острые блюда, то снова возвращался к соленому вину. В течение всего этого времени следует заниматься физическими упражнениями, пользоваться растираниями; если зима, то нужно ходить в баню, если лето - купаться в холодной воде. Больного следует поместить в постели в убранной более тщательно комнате, развлекать забавами, шутками, играми, смешными выходками - всем тем, что веселит человека и благодаря чему, кажется, эта болезнь названа царской. Кроме того, полезно прикладывать на живот мягчительную припарку или, если болит печень или селезенка, прикладывать там сушеную винную ягоду.

 

ГЛАВА XXV. О СЛОНОВОЙ БОЛЕЗНИ

Есть одна болезнь, почти неизвестная в Италии и часто встречающаяся в некоторых странах, болезнь, которую греки называют elephantiasis; она считается длительной болезнью. Все тело поражено так, что даже кости, говорят, бывают ею поражены. Верхние части тела покрываются многочисленными пятнами и множеством припухлостей; их краснота понемногу принимает темный оттенок; поверхность кожи неравномерно то толстая, то тонкая, то плотная, то мягкая, становится шероховатой, подобно какой-то чешуе; тело худеет, а лицо, икры, ступни пухнут.

Когда болезнь становится застарелой, пальцы на руках и ногах скрываются под отечностью, начинается небольшая лихорадка, которая легко может погубить человека, пораженного таким недугом. Поэтому в начале, не медля, надо пускать кровь в течение двух дней, или очистить желудок черной чемерицей, потом применить воздержание от пищи сколько способен выдержать больной; затем понемногу надо восстанавливать силы и очистить кишечник.

После того, как все тело будет облегчено, следует перейти к физическим упражнениям, особенно к бегу; надо вызывать пот сперва работой самого тела, а потом сухими банными процедурами, применять растирания, соблюдая при всем этом меру, чтобы сохранить силы больного. Ванну полагается принимать редко, пища должна быть нежирная и клейкая, не пучащая, хорошо также давать вино, за исключением первых дней (болезни). Лучше всего, думается, помогает растертый и намазанный на тело подорожник.

 

ГЛАВА XXVI. О ПОРАЖЕННЫХ УДАРОМ

Пораженные ударом, когда цепенеют тело и ум, также встречаются редко. Это происходит иногда от удара молнии, иногда от заболевания: греки эту болезнь называют apoplexia.

Таким больным надо пустить кровь; назначить также белую чемерицу и очищение кишечника. Потом делать растирания и давать совсем нежирную пищу средней питательности и кое-что даже из острых блюд; от вина необходимо воздержаться.

 

ГЛАВА XXVII. О ПАРАЛИЧЕ

1. Что касается паралича, то болезнь эта повсеместная и часто встречается, и поражает то все тело, то часть его. Старинные авторы называли первый вид apoplexla, а второй paràlysis; теперь, как я вижу, и тот и другой называют paralysis. Обычно те, у кого в сильной степени парализованы все члены, скоро погибают; а если они сразу не умерли, то живут более продолжительно, однако редко кто выздоравливает, и большинство влачит жалкое существование, даже с потерей памяти. Паралич же отдельных частей никогда не бывает острой болезнью, но бывает часто длительной; обычно он излечим. Если тяжелым параличом разбиты все члены, то кровопускание может или погубить, или исцелить больного; иной способ лечения едва ли когда-нибудь восстанавливает здоровье, часто только отсрочивает смерть и все же является угрозой для жизни. Если после пускания крови ни способность движения, ни сознание не возвращаются, то не остается никакой надежды; если же они возвратятся, тогда на выздоровление можно надеяться.

Когда разбита параличом часть тела, то в зависимости от физических сил больного и от характера недуга, надо или пустить кровь, или очистить кишечник. Другие мероприятия производить одинаково и в том и в другом случае, так, следует особенно избегать охлаждения и. понемногу возвращаться к физическим упражнениям так, чтобы больной скорее сам, по возможности, начинал ходить. Если этому мешает слабость в ногах, больного следует выносить гулять или заставлять делать движения в постели. Потом этот парализованный член должен приводиться в движение, по возможности самостоятельно, а если он сам не может, то с помощью другого, и таким образом, пусть больной вернется к своей привычной работе путем некоторого усилия. Полезно также поверхность кожи парализованного члена раздражать нарезанной крапивой или горчичниками, пока тело не начнет краснеть, и тогда их удалить. Также хорошо прикладывать тертый морской лук и тертые луковицы с примесью ладана. Хорошо также каждый третий день подольше щипать во многих местах кожу, прикладывая и отнимая смолу, иногда же ставить банки без насечек.

Самым же лучшим средством для натирания является старое масло или натр с примесью уксуса и масла. Весьма полезно также делать горячие припарки из морской воды, а если ее нет, то и простой, но соленой. Если в каком-нибудь месте найдется природный или созданный руками человека бассейн для плавания, то надо им широко пользоваться, главным образом, погружая в него те расслабленные члены, которые надо вернуть к жизни; если бассейна нет, то полезна будет и баня. Стол должен состоять из блюд средней питательности и особенно из дичи; для питья подходит теплая вода без вина; однако, если болезнь застарелая, на четвертый или пятый день для очищения желудка можно дать присоленого греческого вина. После обеда полезна рвота.

2. Иногда боль возникает также в связках. В этом случае бесполезно вызывать рвоту, пользоваться мочегонными средствами, вызывать пот физическими упражнениями, как это предлагают некоторые врачи. Пить следует воду; дважды в день, в постели делать достаточно продолжительное растирание тела, сдерживая при этом дыхание; во-время физических упражнений должны преимущественно быть в движении верхние части; баней пользоваться изредка; наряду с этим следует менять климат, путешествовать. Если есть боль, болезненную часть следует смазывать без масла раствором натра; затем ее закутать и держать над жаровней со слабым огнем, положить серу и ею окуривать; все это проделывать некоторое время натощак, когда уже желудок хорошо переварил пищу. Кроме того, на больное место почаще ставить банки, и по нему слегка хлопать надутыми бычьими пузырями.

Полезно также смешать в равных частях сало с растертыми семенами белены и крапивы и эту смесь прикладывать; ставить припарки из отваренной серы. Полезно прикладывать также бурдючки, наполненный теплой водой или минеральную смолу (битум), смешанную с ячменной мукой. При ощущениях острой боли лучше всего прибегать к усиленному моциону, что при других болях дает очень плохой результат.

3. Что же касается дрожания частей тела, то оно усиливается от применения рвотных и мочегонных средств. Баня противопоказана, как и сухое потение. Пить следует воду; много гулять; применять также намазывания маслом и массаж, в особенности производимые самим больным; с помощью мяча и тому подобного, приводить в движение верхние части тела; употреблять любую пищу, лишь бы она нормально переваривалась; непосредственно после принятия пищи воздерживаться от серьезных занятий; очень редко прибегать к половым сношениям. Если кто-нибудь иной раз им и предался, то ему следует оставаться в постели продолжительно, и не сильно растираться, прибегая лучше к рукам массажиста-мальчика, чем взрослого мужчины.

4. Что касается нарывов, которые образуются на какой-нибудь внутренней части тела, то когда они появляются, их следует лечить сначала припарками, которые останавливают процесс, чтобы не происходило накопления вредной материи; потом, если эти припарки не дали положительных результатов, следует прибегнуть к рассасывающим припаркам, чтобы разогнать гной. Если мы этого не добьемся, следует вызвать гной наружу и дать нарыву созреть. Тогда всякий гнойный процесс кончается тем, что гнойник прорывается, признаком чего является гной, идущий или через кишечник или через рот. Однако, не следует делать ничего, что хоть сколько-нибудь мешало бы гною выходить наружу.

Преимущественно надо пользоваться мучными похлебками и теплой водой. Когда гной перестает истекать, следует перейти, конечно, к легким, однако более питательным и полезным блюдам и холодной воде, но начинать с подогретых кушаний и питья. И сначала следует есть что-либо с медом: семена сосновых шишек, грецкие и лесные орехи. Потом надо удалить самый гной, чтобы поскорее мог образоваться рубец. В это время лечебным средством для язвы является сок, выжатый из порея или конской мяты и порей сам по себе, прибавленный ко всякой пище. Следует производить растирание всех непораженных частей тела, а равно пользоваться легкими прогулками. Надо избегать, чтобы упражнениями в борьбе и беге, или другими способами не разбередить подживающие раны и, конечно, при этой болезни гибельна рвота с кровью, вследствие чего ее надо всячески остерегаться.

 

КНИГА ЧЕТВЕРТАЯ

 

ГЛАВА I. О РАСПОЛОЖЕНИИ ВНУТРЕННИХ ЧАСТЕЙ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО ТЕЛА

До сих пор были описаны те виды болезней, которые охватывают все тело, так что им нельзя отвести определенного места. Теперь я скажу о тех болезнях, которые свойственны отдельным частям тела. Ведь легче будет ознакомиться с болезнями всех внутренних органов и их лечением, если я коротко опишу их местонахождение. Итак, голова и все то, что есть во рту не ограничивается только языком и нёбом, но сюда относятся также и те части, которые открыто расположены перед нашими глазами. Справа и слева от (дыхательного) горла находятся крупные вены, которые называются sphagitides, а также артерии, которые называются carótides, и которые, направляясь вверх, обнаруживаются позади ушей. В самой шее расположены железы, которые иногда от болезни распухают. Далее начинаются два пути: один из них называют трахеей, другой пищеводом. Трахея, находящаяся спереди, направляется к легкому; пищевод же, находящийся позади - к желудку; первая принимает воздух, второй - пищу. В том месте, где начинаются эти две смежные трубки в виду того, что они ведут в разные места, в трахее в глубине глотки имеется небольшой язычок, который, когда мы дышим поднимается, когда же мы едим и пьем - закрывает трахею. Сама же трахея является твердой и состоит из хряща; в области шеи она поднимается вверх, в остальных же частях направляется книзу. Образована она некими кольцами, составленными по образцу позвонков, составляющих позвоночный столб, однако таким образом, что снаружи она шероховатая, изнутри же, подобно пищеводу, гладкая. Спускаясь в грудную полость, она соединяется с легкими. Этот орган губчатый и потому способен поглощать воздух; прилегая сзади к позвоночному столбу, легкое разделяется на две доли наподобие копыта рогатого скота. С легкими соприкасается сердце, являющееся по природе богатым мышцами. Последнее (сердце) расположено в груди под левым соском и имеет как бы два желудочка. Под сердцем и легкими находится поперечная перегородка из крепкой ткани, которая отделяет живот от грудной полости. Перегородка эта богата мышцами, а также проходящими через нее кровеносными сосудами и отделяет от верхней части тела не только кишечник, но также печень и селезенку. Оба эти органа расположены непосредственно у грудобрюшной преграды, однако ниже ее: один справа, другой слева. Печень начинается с правой стороны от самой грудобрюшной преграды, под грудной полостью и является органом внутри вогнутым, извне выпуклым. Печень, выпячиваясь вперед, слегка прилегает к желудку и разделяется на четыре доли. В нижней ее части находится желчный пузырь. Селезенка находится слева; она связана не с грудобрюшной преградой, но с кишками; вещество ее мягко и неплотно; она имеет умеренную длину и толщину. Выступая немного из области ребер в брюшную полость, она, в большей своей части, скрывается под ними. Эти внутренние органы связаны между собою. Что же касается почек, то они представляют нечто обособленное. Они плотно прилегают к пояснице ниже последних ребер; с их стороны они имеют округлую форму, с другой же стороны вогнуты полукругом. Они богаты кровеносными сосудами и имеют полости, а сверху покрыты оболочками. Таково именно местоположение этих внутренних органов. Пищевод же, который является началом кишечного тракта представляет собою орган, богатый мышцами; он берет начало на уровне седьмого позвонка позвоночного столба и соединяется с желудком в области подреберья. Желудок же, который является вместилищем пищи, состоит из двух оболочек; он расположен между селезенкой и печенью; и та и другая слегка его прикрывают. Существуют также тонкие связки, при помощи которых эти три внутренних органа связываются между собою и соединяются той грудобрюшной преградой, о которой я сказал выше. Отсюда нижняя часть желудка, обращенная немного вправо, суживаясь, образует верхнюю часть (двенадцатиперстной) кишки. Место этою соединения греки называют pyiorós, потому что оно наподобие ворот пропускает в лежащие ниже кишки то, что в дальнейшем организму предстоит выделить. От этой (двенадцатиперстной) кишки берет начало тощая кишка, которая не образует многочисленных петель. Ей дано такое название потому, что она никогда не удерживает в себе то, что в нее поступает, но сейчас же все это переправляет в лежащие ниже части. От тощей кишки начинается более тонкая (подвздошная) кишка, образующая много петель; кольца этой кишки соединяются каждое в отдельности с нижними частями при помощи небольших связок и более обращены в правую сторону, где они оканчиваются в правой подвздошной области, занимая однако преимущественно верхнюю часть живота. Далее, эта кишка соединяется с другой более толстой кишкой, которая расположена поперечно и которая, начинаясь с правой стороны, проходима и протяженна влево, вправо же таковой не является, и потому называется слепой. Та кишка, которая проходима, является широко растянутой и изогнутой. Она менее мускулиста, чем выше находящиеся кишки, образует в разные стороны множество изгибов, которые находятся, однако больше в левой и внутренней стороне живота. Она доходит до печени и желудка. Затем она соединяется с некоторыми небольшими связками, идущими от левой почки и, загибаясь с этой стороны вправо, направляется вниз и этим путем выделяет кал. Поэтому эта кишка в данном месте называется прямой кишкой. Все эти органы покрывает сальник, снизу гладкий и плотный, сверху же более мягкий; на сальнике также образуется жир, который лишен, чувствительности, подобно головному и спинному мозгу. От каждой почки к мочевому пузырю направляется по одному каналу белого цвета; греки называют их uretéres, потому что, по их представлению, по этим каналам моча стекает из почек в мочевой пузырь. Пузырь же, составленный из двух слоев, в устье является толстым и мясистым и связывается посредством вен с кишкой и той костью, которая помещается под лобком. Сам же пузырь не стеснен в движении и свободен; он по-разному расположен у мужчин, и у женщин. У мужчин он находится около прямой кишки, имеет наклон влево; у женщин же он расположен выше их полового органа и, спускаясь сверху, поддерживается самой маткой. При этом у мужчин путь мочи, будучи более протяженным и более узким, проходит от устья пузыря до конца мужского полового органа; у женщин он короче и шире и открывается выше влагалищного отверстия матки. Матка у девушек весьма мала, у женщин же, если они не беременны, немногим больше того, что может охватить ладонь. Она начинается от середины живота прямым и узким проходом, который называется влагалищем, оттуда поворачивается немного к правому бедру, затем продвинувшись вперед, поверх прямой кишки, прикрепляется своими сторонами к подвздошной кости женщины. Самая же подвздошная кость расположена между тазобедренными суставами и лобком в самой нижней части живота. От подвздошной кишки и лобка область живота в направлении кверху доходит до подреберья. Снаружи живот покрыт видимой кожей, изнутри гладкой перепонкой, которая соприкасается с сальником и греками называется peritónaion.

 

ГЛАВА II. О ЛЕЧЕНИИ БОЛЕЗНЕЙ ГОЛОВЫ

После того как мною представлено наглядное описание того, что необходимо знать для медицинской практики, я перейду к описанию лечения отдельных частей тела и начну это изложение с головы. Этим названием я обозначаю теперь только ту часть, которая покрыта волосами, ибо болезни глаз, ушей, зубов и тому подобного, должны быть объяснены в другом месте.

В голове иногда возникает острая и пагубная болезнь, которую греки называют kephalaia. Признаки этой болезни заключаются в сильном ознобе, параличе, помрачнении зрения, бессознательном состоянии, рвоте, до такой степени сильной, что пропадает голос, кровотечении из носа столь значительном, что холодеет тело и больной падает в обморок. Кроме всего этого, наблюдается невыносимая боль, особенно в области висков, или затылка. Иногда же в голове ощущается длительное недомогание, нетяжелое и неопасное, и длящееся в продолжении всей жизни человека. Иногда же бывает более сильная боль, но короткая и отнюдь не смертельная. Она случается или от вина, или от переполнения пищей, или от холода, или от жары, порождаемой огнем или солнцем. Все эти боли или сопровождаются лихорадкой, или бывают без нее и ощущаются то во всей голове, то только в известной ее части; иногда они дают себя сильно чувствовать также в области, наиболее близкой к лицевой части. Кроме этой болезни, голова подвергается другому роду заболевания, которое может быть продолжительным. Это бывает тогда, когда жидкость вздувает кожный покрав, который опухает, и опухоль эта подается под нажимом пальца. Греки называют это заболевание hydroképhalos.

Что касается этих видов заболевания головы, то я указал средства, которые следует применять, в отношении болезни, о которой только что сказано во втором случае и когда она случается в легкой форме; это сказано в той части, где мною указан метод, которому должны следовать здоровые люди для устранения слабости какого либо органа. А каковы должны быть средства лечения головных болей, когда боль сопровождается лихорадкой, мною объяснено в том месте, где изложено лечение лихорадок. В данном месте мне остается сказать о других заболеваниях головы. Из них то заболевание, которое является острым и то, которое дает себя чувствовать сильнее обычного, а также возникающее от внезапной причины хотя и не является смертельным, однако является чрезвычайно сильным и, в качестве главнейшего лечения, требует кровопускания. Но последнее, если только боль не является невыносимой, излишне; в этих случаях достаточно воздержаться от пищи, а также и питья, если только последнее возможно, в противном случае пить воду. Если боль продолжается и на следующий день, следует очистить желудок клизмой, вызвать чихание, ничего не пить, кроме воды. Часто такой метод лечения полностью прекращает боль в один-два дня, в особенности, если она происходит от вина или от переполнения желудка. Если все это мало помогает, следует наголо обрить голову и затем исследовать, какая причина вызвала боль. Если она происходит от жары, следует обильно поливать голову холодной водой, приложить пористую губку, предварительно отжатую в холодной воде, сделать примочки с розовым маслом и уксусом, или, что еще лучше, положить поверх свежеснятую шерсть, пропитанную этими веществами, или, наконец, какие-нибудь другие охлаждающие примочки. Если же причиной боли является холод, то следует обливать голову горячей морской водой, или, по крайней мере, соленой водой, или водой, в которой сварены лавровые листья; потом сильно растереть голову, далее полить горячим маслом и хорошо укутать. Некоторые также обвязывают голову повязкой; другие укутывают голову подушками и одеялами и таким образом облегчают боль. Иным помогают горячие припарки. Но там, где причина боли неизвестна, следует испробовать, какие именно средства, охлаждающие или согревающие, больше помогают и пользоваться теми из них, которые подтверждены опытом. Если причина боли трудно распознается, то нужно начать с обливания головы, как мы указали выше, сначала горячей или соленой водой, или водой, в которой кипятились лавровые листья, а затем дать больному холодный кислый напиток из уксуса, воды и яиц. Вообще, при всякой застарелой головной боли обычно принимаются нижеследующие меры: вызывается чихание, усиленно растирают нижние части тела, полощут рот составами, способными вызвать слюнотечение и, ставя банки к вискам и затылку, вызывают кровотечение из носа, затем прикладывают к вискам раздражающее средство - смолу, стараются вызвать раздражение больных мест горчичниками, предварительно положив поверх полотняную тряпку, чтобы не вызвать сильного разъедания кожи. Там, где ощущается боль, вызывают раскаленным хирургическим инструментом язву; пищу принимают в весьма умеренном количестве, запивая водой. Когда боль утихнет, отправляются в ванну и, принимая ее, льют на голову, в большом количестве, воду, сначала горячую, потом холодную. Если боль совершенно прошла, можно даже вернуться к потреблению вина, но впоследствии всегда преимущественно перед каким-либо другим напитком пить воду.

Совсем другого рода болезнь та, при которой жидкость собирается в голове. В этом случае необходимо обрить голову, положить сверху горчичник так, чтобы он вызвал изъязвление. Если это мало помогло, необходимо прибегнуть к ланцету. Средства лечения те же, что и при лечении больных водянкой: необходимо заниматься гимнастикой, потеть, сильно растираться, употреблять пищу и питье, преимущественно мочегонные.

 

ГЛАВА III. О БОЛЕЗНЯХ, КОТОРЫЕ ВОЗНИКАЮТ В ОБЛАСТИ ЛИЦА

В области лица возникает болезнь, которую греки называют kynicós spasmós. Эта болезнь начинается обыкновенно острой лихорадкой, губы приходят в движение, и искривляются. При ней происходит частое изменение цвета лица и всего тела, быстро наступает сон. В этом случае самое лучшее средство - пустить кровь; если болезнь не проходит, следует очистить желудок; если же и этим болезнь не прекращается, то вызвать рвоту белой чемерицей. Кроме того, необходимо избегать солнца, утомления и вина. Если, несмотря на эти меры, болезнь не поддается лечению, надо упражняться в беге, делать осторожное, но длительное растирание пораженного места и более короткое, но более сильное растирание других частей. Полезно также вызвать чихание, обрить голову, поливать ее горячей водой, либо морской, либо непременно соленой с добавлением к ней также серы. После обливания следует опять производить растирание и жевать горчицу; в то же время прикладывать на пораженные части лица мазь из воска, а, равным образом, на здоровые части - горчицу до тех пор, пока она не вызовет раздражения. Самое подходящее питание должно состоять из простой пищи.

 

ГЛАВА IV. О ПАРАЛИЧЕ ЯЗЫКА

Если язык парализован, что иногда случается, вследствие болезни его самого, а иногда в результате какой-либо другой болезни, и таким образом больной находится в состоянии невозможности изъясняться, то следует прибегнуть к полосканиям отваром или тимиана, или иссопа, или аира; больному давать пить воду, усиленно растирать голову, рот, шею и части, находящиеся под подбородком; намазать ему самый язык соком лазерпиция; заставить больного жевать что-нибудь самое острое, например, горчицу, чеснок, лук; побуждать его делать все усилия, чтобы выговаривать слова. Следует упражняться в задерживании дыхания, часто обливать голову холодной водой, по временам есть редьку в большом количестве, затем извергать ее со рвотой.

 

ГЛАВА V. О КАТАРЕ И НАСМОРКЕ

Иногда бывает, что жидкость из головы стекает в нос, - это легкий случай, иногда же в гортань, что хуже; иногда также в легкое, что является наихудшим из всего. Если эта жидкость попадает в. нос, из ноздрей течет жидкая слизь, слегка болит голова, в ней чувствуется тяжесть, происходит частое чихание; если жидкость стекает в глотку, то она вызывает раздражение, возбуждает небольшой кашель; если же, наконец, эта жидкость проникает в легкое, то помимо чихания и кашля ощущается также тяжесть в голове усталость, жажда, жар; моча содержит желчь. Другая болезнь, хотя и немного отличающаяся от описанной, есть насморк. При насморке нос закладывается, голос делается сиплым, возникает сухой кашель; слюна кажется соленой, ощущается звон в ушах, стук в кровеносных сосудах головы, моча становится мутной. Все эти болезненные явления Гиппократ называет corýza. Однако, я усматриваю, что теперь греки это название сохраняют только за насморком: все же истечения жидкости они называют catastagmós. Эти недомогания обыкновенно бывают непродолжительными, но если они оставляются без внимания, то принимают длительный характер. Ничего в них нет опасного, по крайней мере, если не поражены легкие. Когда мы почувствуем нечто подобное, мы должны немедленно воздержаться от пребывания на солнце, от бани, вина, половых сношений; тем не менее можно натираться мазью и пользоваться обычной пищей. Следует основательно прогуляться, но будучи укутанным и после прогулки натирать не менее пяти-десяти раз голову и лицо. Редко случается, чтобы это недомогание не ослабло в том случае, если мы проявляли воздержанность в течение двух-трех дней. По мере облегчения недомогания, если слизь стала густой при катаре и, если нос стал менее заложенным при насморке, следует пойти в баню, омыть хорошенько лицо и голову водой, сначала горячей, потом тепловатой, затем более сытно поесть и выпить вина. Но если и на четвертый день выделение из носа равным образом будет оставаться жидким, или нос окажется по-прежнему заложенным, то следует пить вяжущее аминейское вино, а затем опять в течение двух дней пить воду; после этого опять вернуться к бане и привычному образу жизни. Однако, нет никакой надобности даже в те самые дни, в которые следует ограничить себя кое в чем, вести себя подобно больному; наоборот, следует поступать во всем остальном подобно здоровому человеку. Однако людям, у которых этот вид недомогания обыкновенно бывает более затяжным и более резким, необходимо соблюдать большую предосторожность. Итак, таким больным, если у них жидкость стекает в нос и глотку, помимо того, что я указал выше, необходимо немедленно в первые же дни много ходить, сильно растирать нижние части тела, грудь же, лицо и голову - более слабо, уменьшить наполовину обычное питание; следует есть яйца, крахмал и тому подобное, что способствует сгущению слизи; а жажду, напротив, преодолевать насколько возможно. Когда с помощью этих средств больной будет в состоянии принять ванну, и он ее принял, в действительности, следует добавить к его пище маленькую рыбку или мясо, наблюдая, однако, за тем, чтобы с самого начала он не ел полной порции; но чистое вино ему можно пить в большем количестве. В том же случае, если жидкость стекает также в легкое, возникает необходимость в гораздо более продолжительном движении на воздухе и натирании; пищевое довольствие должно быть в том же самом виде, и, если оно не дает достаточно хорошего результата, следует употреблять более острые кушанья, спать побольше, воздерживаться от всякого занятия делами, время от времени пробовать принимать ванну, но попозже. При насморке, в первый день следует придерживаться постельного режима, воздерживаться от пищи и питья, покрывать голову, обвязывать шею шерстью; на следующий день встать; оставаться долгое время без питья, или если будет мучить жажда, то выпить воды, но не более, чем 1/2 секстария; на третий день съесть немного хлебного мякиша с маленькой рыбкой или кусочком легко переваримого мяса и пить воду. Если больной не смог воздержаться от более обильной пищи, ему следует прибегнуть к рвоте. Когда больной будет принимать ванну, следует обильно поливать голову и лицо горячей водой, пока не выступит пот и затем вернуться к потреблению вина. После этого едва ли недомогание может остаться, но если оно осталось, следует употреблять холодную пищу, сухую и легкую, жидкостей пить как можно меньше, продолжать натирания и физические упражнения, которые необходимы при всяком подобном нездоровье.

 

ГЛАВА VI. О БОЛЕЗНЯХ ШЕИ

От головы мы переходим к шее, которая подвержена весьма тяжелым заболеваниям. Однако, нет более тягостной и более острой болезни чем та, при которой вследствие какой-то судороги, голова бывает то опрокинутой назад, то пригнутой к груди, то шея держится в напряженном состоянии прямо и неподвижно. Первый из этих видов судорожной оцепенелости греки называют opisthótonos, второй emprosthótonos и последний tétanos; впрочем, некоторые очень неточно пользуются этими сходными названиями. Эти болезни часто уносят больных в течение первых четырех дней. Если же больные этого избегли, то потом они находятся вне опасности. Все эти болезни лечатся одним и тем же методом, и в этом все согласны. Но Асклепиад считает необходимым во всех случаях пускать кровь; другие же говорят, что от этого следует во всяком случае воздерживаться, потому что при этой болезни организм особенно нуждается в тепле, а это тепло заключается именно в крови. На самом деле это, конечно, неверно: ведь природа крови не такова, чтобы быть постоянно горячей, но из всех веществ, которые есть в человеческом организме, она скорее всего и нагревается и остывает. Впрочем, следует ли пускать кровь или нет, можно сделать вывод из того, что сказано по поводу кровопускания. Однако, во всех случаях находят правильным давать больному бобровую струю и вместе с ней перец или сок лазерпиция; затем нужно делать припарки влажные и горячие. Поэтому очень многие обливают многократно и обильно шею горячей водой. Это приносит временное облегчение, но делает мышцы более чувствительными к холоду, чего следует всячески избегать. В данном случае полезнее намазать шею сначала жидкой восковой мазью, затем наложить бычьи пузыри или маленькие бурдюки, наполненные горячим маслом, или горячую припарку из муки, или круглый перец, растолченный с винными ягодами. Но самое полезное - держать примочки с влажной солью; каким образом это делается, я уже объяснил. Когда какое-либо из этих средств применено, следует положить больного поблизости от огня, или, если это происходит летом, то на солнце и сильно натирать шею, лопатки и области позвоночного столба старым маслом, а, если его нет - сирийским; если же и его нет, то салом, возможно более старым. Хотя это натирание полезно для всех позвонков человека, но в особенности оно полезно для шейных. Следовательно, этим средством следует пользоваться днем и ночью, соблюдая однако, некоторые перерывы во времени; в эти промежутки следует накладывать какую-либо припарку из числа согревающих. Особенно следует остерегаться холода и поэтому в той комнате, где больной будет лежать, должен быть постоянно огонь и больше всего в предрассветные часы, когда холод усиливается. Небесполезным будет также обрить больному голову и смазывать ее мазью из ириса, или горячим кипровым маслом и покрыть сверху шерстяной шапкой. Иногда также бывает полезно посадить больного в ванну из подогретого масла, или в ванну с теплой водой с отваром из греческого сена и добавлением третьей части масла. Клизма также часто смягчает оцепенелость верхних частей тела. Если же боль усилилась еще больше, следует поставить на шею кровососные банки, и, надрезав кожу, прижечь ее или горячим железом, или горчицей. Когда боль уменьшится, и шея получит подвижность, можно заключить, что болезнь поддалась лечению. Но пищи, требующей разжевывания, нужно долгое время избегать. Следует употреблять в пищу похлебки, яйца в сыром виде или всмятку, а также некоторые супы. Если лечение будет успешным и станет очевидным, что шея уже в хорошем состоянии, то надо начать питать больного кашицей или тюрей, хорошо размягченной. Скорее, однако, можно приступить к жеванию хлеба, чем к потреблению вина, вино особенно опасно при этой болезни, и потому потребление вина должно быть отсрочено до более позднего времени.

 

ГЛАВА VII. О БОЛЕЗНЯХ ГОРЛА И ПРЕЖДЕ ВСЕГО ОБ АНГИНЕ

Если род болезни, опасный и острый, о котором я только что сказал, поражает всю шею, то другой, такой же опасный и острый, поражает обыкновенно горло. Наши врачи называют этот род болезни ангиной; греки же дают ему наименования, сообразно с видом заболевания. Ведь иногда не показываются ни краснота, ни опухоль, но тело сухо, больной едва может дышать, части его тела расслаблены. Этот род болезни греки называют synánche. Иногда язык и глотка распухают и становятся красными, голос совсем не звучит, глаза закатываются, лицо бледнеет, наблюдается хрипение: этот род болезни они называют kynánche. Нижеследующие признаки являются общими для обоих видов: больной не может проглатывать ни пищи, ни питья; дыхание его затруднено. Болезнь менее опасна, если есть только опухоль и краснота, другие же признаки отсутствуют. Этот вид болезни называется parasynánche. Что бы ни было, но если только позволяют силы больного, ему нужно пустить кровь; полезно также очистить желудок клизмой. Ставят также с успехом банки под подбородком и вокруг глотки, чтобы вызвать наружу материю, которая душит больного. Затем необходимо также ставить влажные компрессы, так как сухие затрудняют дыхание. Поэтому следует прикладывать губку, которую лучше часто опускать в масло, чем в горячую воду; самым же полезным в этом случае средством является горячий раствор соли. Затем, полезно- сделать отвар из иссопа или кошачьей мяты, или тимиана, полыни или отрубей, или отварить сухих винных ягод в воде, смешанной с медом и этим отваром полоскать горло; после этого хорошо смазывать нёбо бычьей желчью, или тем лекарством, которое делается из ягод тутового дерева. Находят также полезным посыпать это место очень мелкой мукой, полученной из перца. Если это мало помогает, следует в качестве последнего средства сделать довольно глубокий надрез на шее, под самой челюстью и на нёбе около язычка, или около тех кровеносных сосудов, которые находятся под языком, чтобы через раны дать выход материи, вызывающей болезнь. Если эти меры не помогут больному, то следует считать, что он побежден недугом. Если же болезнь с помощью этих средств будет ослаблена и глотание, и дыхание восстановятся, то возврат больного к полному выздоровлению является делом нетрудным. Иногда также сама природа приходит на помощь, когда недуг с более узкого места переходит на более широкое. Таким образом, когда краснота и опухоль появляются в области груди, можно заключить о том, что глотка очищается. Какие бы лекарства ни применялись с успехом для лечения ангины, но питание нужно начинать с веществ жидких и прежде всего с медовой сыты. Затем должны употребляться мягкие и не острые кушания, пока глотка не вернется в свое прежнее состояние. Мне, вообще, приходилось слышать, что, если кто съест птенца ласточки, тот в течение всего года не будет подвергаться заболеванию ангиной; можно еще, говорят, сохранить птенца в засоленном виде, а когда станет мучить эта болезнь, его сжигают, затем уголь обращают в порошок, разводят в воде, подслащенной медом; все это дают выпить больному и это оказывает помощь. Хотя я ничего не читал об этом средстве в медицинских сочинениях, я считаю своей обязанностью сообщить о нем в моем труде, поскольку оно не может заключать в себе никакой опасности и поскольку оно восхваляется в народе людьми, достойными доверия.

 

ГЛАВА VIII. О ЗАТРУДНЕНИИ ДЫХАНИЯ

Область горла подвержена также другой болезни, которую греки называют различными именами сообразно с ее большей или меньшей интенсивностью. Вообще эта болезнь заключается в затруднении дыхания. Если это затруднение умеренно и пока оно не душит больного окончательно, болезнь называется dýspnoia; когда же затруднение дыхания становится сильнее, так, что больной не может дышать без шума и одышки, она называется ásthma; когда же больной не может иначе дышать как только в выпрямленном положении, болезнь называется orthópnoia. Из перечисленных трех видов болезни первый может продолжаться дольше; два последующие обыкновенно бывают острыми. Общим для всех этих видов болезни является то, что по причине узости места, через которое проходит воздух, он издает свист; ощущается боль в груди и в области предсердия, иногда также в лопатках. Эти боли то проходят, то возвращаются. К этим признакам присоединяется еще небольшой кашель. Помощь заключается в кровопускании, если этому ничто не препятствует. Но одного этого средства недостаточно, надо еще также расслабить желудок употреблением молока, очищать его и изредка ставить клизму. В теле, облегченном с помощью этих средств, дыхание начинает осуществляться с большей легкостью. Когда больной находится в постели, то ему следует держать голову в приподнятом положении; на грудь следует класть припарки, горячие компрессы сухие или влажные, затем прикладывать сверху мягчительную припарку, или, по крайней мере, восковой пластырь из мази морского ситника или из ирисовой мази. Затем натощак следует пить медовую сыту, в которой сварен иссоп или растолченный корень растения, дающего каперсы. Находят также полезным сосать натр или белый кресс, поджаренный, а затем размельченный и смешанный с медом. В то же время варят вместе мед, гальбан, смолу терпентинного дерева и когда это снадобье составит однородную смесь, берут ежедневно частицу этой массы, величиной с боб и дают таять во рту под языком; или берется сера, не бывшая на огоне, весом в 1/6 часть драхмы и божье дерево весом в драхму, растираются с добавлением стакана вина и выпиваются в согретом виде. Существует также небезосновательное мнение, что следует растолочь хорошо высушенную лисью печень и получившийся из нее порошок прибавлять к питью или есть самое свежее легкое этого же животного, поджаренное, но приготовленное в печке не в железной посуде. Помимо этих средств следует употреблять в пищу похлебки, и легкие кушания, понемного пить слабое сухое вино, а также прибегать иногда к рвоте. Дают хороший результат также всякие мочегонные средства. Но ничто так не помогает, как медленное гулянье до тех пор, пока не почувствуется утомление и частое растирание, особенно нижних частей тела или на солнце, или у огня, причем больной растирается до пота как сам, так и с посторонней помощью.

 

ГЛАВА IX. О ЯЗВАХ ГЛОТКИ

Иногда на внутренней стороне глотки образуются язвы. В этом случае большинство врачей применяют снаружи горячие припарки и влажные компрессы; заставляют также больного вдыхать ртом горячий пар; по утверждению же других врачей, при таком лечении пораженные части становятся более размягченными и более податливыми при уже начавшемся заболевании. Но если есть полная уверенность в том, что можно избежать простуды, эти средства являются безопасными; если же такое опасение существует, они не должны применяться. Во всяком случае опасно делать растирание горла; ведь это только может еще больше раздражить его. Также не приносят пользу мочегонные средства, потому что во время прохождения их через глотку они возбуждают там мокроту, истечение которой следует скорее останавливать. Асклепиад, талантливый создатель многого из того, чему мы следуем, утверждает, что больного следует заставить глотать уксус, самый крепкий: он заявляет, что это средство без всякой опасности высушивает язвы. Но, в действительности, уксус может останавливать кровь, самые же язвы вылечивать не может. Этой цели лучше служит крушина, которую тот же автор равным образом одобряет; для этого хороши также сок чеснока или конской мяты, или грецкие орехи, стертые с трагакантом и смешанные с вином из сушеного винограда, или растертое льняное семя, разбавленное сладким вином. Необходимы также упражнения в ходьбе и беге, необходимо также применять сильное растирание всей нижней части тела, начиная от груди. Пища не должна быть слишком острая и грубая. Лучше всего подходят: мед, чечевица, пшеничный кисель, молоко, ячневая крупа, жирное мясо, особенно лук-порей и все кушания, которые с ним приготовляются. Пить следует как можно меньше и притом только воду или чистую, или ту, в которой сварены айва или финики. Употребляют также смягчающие полоскания, но если они мало помогают, то полезны полоскания вяжущие. Этот род болезни не является острым и может быть непродолжительным. Он требует, однако, незамедлительного лечения, чтобы не повлечь значительного и длительного вреда для здоровья.

 

ГЛАВА X. О КАШЛЕ

Кашель, который возникает вследствие изъязвления гортани, обыкновенно бывает тяжелым; изъязвление лечится многими способами. Но кашель прекращается сам собою, как только гортань приходит в нормальное состояние. Иногда кашель может сам по себе иметь тяжелые последствия, а если он является застарелым, то с трудом излечивается. Он бывает или сухим, или вызывает мокроту. Следует через день пить отвар иссопа, - упражняться в беге, задерживая при этом дыхание и только там, где меньше всего пыли, прибегать к громкому чтению, которое вначале затрудняется кашлем, но потом преодолевает его. Затем следует прогуливаться, делать также гимнастику для рук, производить длительное растирание груди; после этого съедать три унции винной ягоды, самой жирной, испеченной на горящих углях. Кроме этого, если кашель влажный, помогают сильные натирания тела с каким-либо горячительным снадобьем, а также сильные растирания головы; равным образом помогают банки, поставленные на грудь; прикладывают также с наружной стороны горла горчицу, пока не получится легкого раздражения; больному дают питье, сделанное из мяты, грецких орехов и крахмала; есть дают сухой хлеб, затем какую-либо легкую пищу. Если же кашель сухой, то во время его наиболее сильных приступов помогает стакан терпкого вина; но к этому не следует прибегать чаще 3-4 раз, притом с некоторыми промежутками во времени. Необходимо также проглатывать немного сока самого лучшего лазерпиция, принимать сок лука-порея, или конской мяты, сосать морской лук, пить кислый сок из него, или что-либо другое, очень острое; или два стакана вина, в которое добавлена долька растертого чеснока. Полезны также при всяком виде кашля путешествие, продолжительное плавание по морю, проживание вблизи моря и купание: пища иногда легкая, как например, мальва, крапива; иногда острая, как например, молоко, сваренное с чесноком, супы, к которым добавляется сок лазерпиция, или в которых варятся и дают сок лук-порей, жидкое яйцо с добавлением серы; для питья дают вначале горячую воду, а затем попеременно один день воду, другой - вино.

 

ГЛАВА XI. О КРОВОТЕЧЕНИИ

Гораздо больше оснований тревожиться тому, кто харкает кровью. Впрочем, это болезненное явление заключает в себе то меньшую, то большую опасность. При этом кровь выступает то из десен, то изо рта, и именно из последнего она вытекает даже особенно обильно, притом без кашля, язвы, без какой бы то ни было болезни десен, без всякого отхаркивания; и кровотечение тогда бывает совершенно такое же, как из носа. Иногда выделяется чистая кровь, иногда же нечто похожее на воду, в которой вымыто сырое мясо. Иногда эта кровь вытекает из глубины глотки или при наличии изъязвления этой части, или без изъязвления; это происходит всегда или потому, что здесь открыт какой-либо сосуд, или потому, что образовались бугорки и из них прорывается кровь. Когда кровотечение бывает из бугорков, то ни питье, ни пища, принимаемые больным, не причиняют вреда, и ничего не отхаркивается, как это бывает при язве. Иногда же, когда горло и трахея изъязвлены, сильный кашель также вызывает кровь. Наконец, бывают случаи, когда кровь вытекает из легких, груди, плевры, или из печени. Часто женщины, у которых прекратились менструации, выплевывают кровь. Врачи говорят, что кровотечение происходит или вследствие разъедания какой-либо части тела, или разрыва в нем, или потому, что в каком-либо сосуде вскрылось отверстие. Первое греки называют diábrosis, второе khéxis, третье anastómosis. Это последнее менее всего опасно, первое же наиболее серьезно. Часто, случается, что за кровью следует гной. Иногда бывает достаточно для выздоровления остановить кровотечение. Но если это кровотечение сопровождалось язвами, если выделяется гной и есть кашель, то в зависимости от места пораженного органа, наблюдаются различные и опасные виды болезней. Если же имеется только одно кровотечение, то выздоровление наступает быстрее и легче. Тем больным, у которых обычно бывает кровотечение, или тем, у кого ощущается боль в спине, или пояснице после усиленного бега или гулянья, следует иметь в виду, что умеренное кровотечение является не бесполезным, лишь бы только не было лихорадки; даже кровь, которая появляется в моче, в этом случае ослабляет усталость. Кровотечение, которое явилось следствием падения с высоты, также не должно приводить в ужас, если только в моче не появится каких-либо изменений. Бывает также рвота, которая не заключает в себе опасности, даже если возобновляется после перерывов, лишь бы только предварительно было время на то, чтобы укрепить организм и привести его в хорошее состояние. Наконец, кровотечение совсем не может вызывать каких либо тяжелых последствий, если больной крепкого сложения, если кровотечение не очень большое, если оно не сопровождается ни кашлем, ни жаром. Все это относится к кровотечению вообще. Теперь я перейду к тем местам в организме, о которых я сказал выше. Если кровь идет из десен, то достаточно жевать портулак. Если же кровь идет изо рта, то надо сдерживать ее, полоща рот чистым вином; если же это мало помогает, то уксусом. Если, несмотря на это кровь сильно пробивается, вследствие чего больной может погибнуть, то самое лучшее средство, чтобы отвести поток крови, - поставить на затылок кровососную банку, сделав надрез на коже. Если это случилось с женщиной, у которой прекратилась менструация, то следует поставить такую же банку в паху, также с надрезом кожи. Если кровь выступила из горла или из внутренних органов, то возникает более серьезное опасение и нужен более серьезный уход. Должна быть пущена кровь и, если несмотря на это, кровотечение изо рта будет продолжаться, то следует делать кровопускание дважды и трижды и ежедневно понемногу брать у больного кровь. Следует с самого начала заставить его пить уксус или сок подорожника или лука-порея вместе с ладаном. Затем кладут снаружи на то место, где чувствуется боль, свежеснятую овечью шерсть, пропитанную уксусом и время от времени освежают ее с помощью губки. Эразистрат заставлял перевязывать у таких больных во многих местах голени, бедра и руки. Асклепиад, наоборот, утверждал, что это перевязывание не только не полезно, но вредно. Однако, опыты свидетельствуют, что оно часто бывает целесообразным. Впрочем, нет надобности производить перевязку во многих местах, а вполне достаточно перевязать ниже паха, выше лодыжки, верхнюю плечевую часть руки и нижнюю часть руки. Затем, если больного треплет лихорадка, ему в качестве пищи следует давать ячменный суп, а для питья - воду, прокипяченную вместе с каким-нибудь из средств, закрепляющих желудок. Но, если лихорадка отсутствует, больному могут быть даны или жидкая пшеничная каша, или хлеб, смоченный холодной водой, а также жидкое яйцо; в качестве же питья или то, что предписано выше, или сладкое вино, или холодная вода. Но, устанавливая количество питья, нужно принимать в соображение, что жажда сама по себе приносит пользу при этой болезни. Помимо этого, больному необходим покой, безмятежное состояние духа, тишина. У больного, если он лежит в постели, голова должна быть в приподнятом положении, хорошо его также остричь. Лицо следует часто смачивать холодной водой. Вредными при этой болезни являются вино, купанье, половые сношения, в пище масло и все острое, а также горячие примочки, комната жаркая и закрытая, чрезмерное укутывание больного и растирания. Когда же кровотечение совсем остановится, тогда растирание следует начать с рук и ног; от растирания груди следует воздержаться. В случае такой болезни больному нужно жить зимой в местностях, близких к морю, а летом в местностях, расположенных внутри страны.

 

ГЛАВА XII. О БОЛЕЗНЯХ ЖЕЛУДКА

Под глоткой расположен пищевод, который подвержен многим длительным заболеваниям. В нем ощущается то сильный жар, то вздутие, то воспаление, то в нем образуются язвы. Иногда образуется в нем скопление слизи или скопление желчи, но расстройство желудка - это болезнь, которая поражает его наиболее часто, которая больше всего его портит и которая больше всего нарушает отравление организма в целом. Насколько разнообразны болезни желудка, настолько различны и способы их лечения. При изжоге следует тотчас согреть желудок снаружи припаркой из уксуса с розовым маслом, а также прикладывать сухую землю в соединении с маслом и равным образом припарки, которые в одно и то же время являются болеутоляющими и смягчающими. Для питья, если этому ничто не препятствует, должна даваться холодная вода. Если есть пучение, то помогают банки, при этом нет надобности делать надрезы на коже; помогают также сухие и горячие компрессы, однако не очень горячие. Должна быть применена диета. Полезно натощак пить настой полыни, иссопа и руты. Гимнастические упражнения должны применяться сначала легкие, потом немного сильнее и особенно такие, которые бы приводили в движение верхние части тела, что является весьма полезным при всех желудочных заболеваниях. После гимнастических упражнений следует смазывать тело маслом и растирать; иногда следует пользоваться ванной, но не часто и время от времени ставить клизму. Пищу больной должен употреблять горячую, но не пучащую, а также и горячее питье; сначала воду, а когда пройдет пучение - сухое вино. Совершенно необходимо предписывать при всех желудочных заболеваниях, чтобы каждый больной, когда он выздоровеет, продолжал соблюдать тот же режим, при помощи которого он восстановил свои силы, будучи больным; дело в том, что нездоровье не замедлит возвратиться к больному, если не применяются к поддержанию здоровья в хорошем состоянии те средства, которые употреблялись для его восстановления. При воспалении желудка, которое почти всегда сопровождается вспученностью и болью, следует начинать с отдыха и воздержания в пище, окутать желудок шерстью, пропитанной серой, заставить больного пить натощак настой полыни. Если тревожит жар, то следует делать припарки из уксуса и розового масла и затем понемногу давать бальному пищу; снаружи прикладывают компрессы, одновременно и успокаивающие боли, и смягчающие; затем, когда их снимут, чтобы исчезли остатки воспаления, следует применять горячие припарки, приготовленные из муки; время от времени следует очищать желудок клизмой, применять более сильные физические упражнения и пищу более обильную. Если же в желудке имеется изъязвление, то следует делать почти то же, что предписано при изъязвлении горла: физические упражнения, растирание нижних частей тела, употреблять в пищу легкие и клейкие кушания, но не досыта. Следует избегать всего острого и кислого; если нет лихорадки, пить сладкое вино, если же от сладкого вина пучит, то употреблять легкое вино, но не слишком холодное и не слишком горячее. Если же в желудке наблюдается скопление слизи, необходимо вызывать рвоту то натощак, то после еды. Полезны физические упражнения, прогулки на носилках, морские путешествия, массаж. Есть и пить все следует только в горячем виде, избегать всего того, что содействует образованию слизи. Скопление в желудке желчи более опасно. Обыкновенно больных этой болезнью, по прошествии нескольких дней, рвет желчью и, что хуже всего, черной желчью. В таких случаях полезно очищать желудок клизмой так же, как и давать пить настой из полыни. Необходимы прогулки на носилках, так же, как и плавание по морю, при котором, если это возможно, хорошо, чтобы произошла рвота, благодаря морской качке. Следует избегать обременения желудка. Пищу есть легкую и не вредную для желудка, вино пить сухое. Самая распространенная и самая худшая болезнь желудка, - это его расстройство. Под ним следует разуметь такое состояние желудка, когда он не удерживает больше пищу, организм перестает питаться и, таким образом, больной погибает от истощения. При этом роде желудочного заболевания ванна совершенно бесполезна. Необходимо чтение вслух, физические упражнения верхних частей тела, натирание маслом и массаж; полезно обливание холодной водой и плавание в такой же воде. Следует подставлять под такой душ (холодный) самый живот и в особенности ту часть тела, которая расположена сверху от плечевого пояса и до уровня желудка. Благотворным оказывается пребывание на холодных лечебных источниках, какими являются Кутилийские и Сумбруинские. При этой болезни следует употреблять кушанья в холодном виде, которые хотя и труднее перевариваются, но меньше подвержены порче. И именно благодаря этому, большая часть из тех, кто не может переваривать ничего другого, очень хорошо переваривает говядину. Отсюда следует, что нельзя больному давать ни птицы, ни дичи, ни рыбы, разве только, если их мясо будет не очень жестким. Для питья самым подходящим является холодное вино, или чистое вино, конечно, хорошо согретое, лучше всего ретийское или аллоброгское, или какое-либо другое сухое, приправленное смолой. Если такого сорта вина нет, следует пить вино как можно более терпкое и особенно сигнийское. Если больной желудок не держит пищи, надо дать больному воды, вызвать у него более сильную рвоту и вторично дать ему пищу. Потом должны быть поставлены банки на два пальца ниже желудка и здесь они должны быть оставлены в течение двух-трех часов. Если одновременно есть и рвота, и боль, должна быть положена на желудок свежеснятая овечья шерсть, или губка, пропитанная уксусом, или охлаждающий компресс. Не продолжительно, но сильно следует растирать руки и ноги и согревать эти части тела. Если же боль усиливается, нужно поставить больному банки на четыре пальца пониже грудобрюшой преграды и немедленно дать ему хлеб, пропитанный холодным напитком из воды, уксуса и яиц. Если же больного вырвало, то, когда прекратится рвота, ему следует дать съесть что-нибудь легкое и невредное для желудка. Но если желудок больного не принимает и этой пищи, нужно давать ему по одному стакану вина через час, пока не прекратится рвота. Действенным средством является также сок редьки; еще более действенное средство составляется из сока кислого граната, смешанного с равной частью сока сладкого граната с прибавлением к этой смеси сока цикория и мяты, но последней в самом небольшом количестве. Ко всему этому нужно прибавить столько же холодной воды, сколько имеется всех соков вместе взятых и возможно лучше перемешать. Этот напиток более, чем вино, может содействовать укреплению желудка. Необходимо остановить рвоту, которая появляется сама собой, если только имеются позывы к тошноте. Но если пища в желудке или прокисает, или загнивает, что в обоих случаях обнаруживается отрыжкой, нужно ее удалить путем рвоты и немедленно принять пищу, о которой я только что сказал, чтобы восстановить желудок. Когда эта опасность минует, нужно вернуться к пользованию теми средствами, которые предложены раньше.

 

ГЛАВА XIII. О БОЛЯХ В БОКУ

Пищевод окружен легкими и в них также часто бывают сильные боли. Они возникают или от холода, или от ушиба, или от чрезмерно утомительного бега, или от болезни. Иногда эта болезнь ограничивается болями, которые рано или поздно прекращаются; иногда дело доходит до опасного положения, возникает острая болезнь, которая греками названа pleuriticós. К этой боли в боку присоединяются лихорадка и кашель, при котором отхаркивается или мокрота, если болезнь в легкой форме, или кровь, если болезнь в тяжелой форме. Кашель иногда бывает сухим, и больной совсем не отхаркивает. Этот вид болезни является более тяжелым, чем первый, но более легким по сравнению со вторым. Средством при сильной, но недавней боли является кровопускание. Но если болезнь в легкой форме или же застарелая, то этот вид помощи является или излишним, или запоздалым и в этих случаях следует прибегать к кровососным банкам с предварительным надрезом верхнего слоя кожи. Хорошо также класть на грудь горчицу, смоченную в уксусе, и держать ее там до появления язвочек и пузырьков; затем кладут лекарство, которое вытягивает жидкость. Помимо этого следует прежде всего обложить бок шерстью, пропитанной серой; затем, когда воспаление немного ослабеет, пользоваться сухими и горячими компрессами, а от них перейти к размягчающим припаркам. Если застарелая боль не поддается излечению, ее в крайнем случае лечат прикладыванием смолы к бокам. Пищей и питьем следует пользоваться в горячем виде и избегать холода. При пользовании этими средствами хорошо натирать конечности маслом и серой. Если кашель успокоился, то можно позволить себе негромкое чтение и принимать уже более острую пищу и пить вино в более чистом виде. Эти средства предписываются врачами; тем не менее и без всех этих средств хорошо помогает нашим сельским жителям отвар желтой очанки. Таковы общие методы, которым нужно следовать при всех вообще болях в боках, но если эта боль приняла форму острой болезни, то приемы ее лечения являются более трудными. В этом случае, помимо тех средств, о которых сказано выше, надо следить за тем, чтобы пища была как можно более умеренной и легкой, в особенности отдавать предпочтение супу, этот последний должен приготовляться преимущественно из перловой крупы, - или бульону из цыпленка, в котором сварен лук-порей, причем давать эту пищу следует каждый третий день, если только это позволяют силы; в качестве питья давать медовую сыту с отваром иссопа и руты. Что именно из этой пищи и в какое время следует давать больному, будет явствовать из того, насколько уменьшилась лихорадка. При ее уменьшении нужно давать как можно больше пищи с тем, однако, чтобы наблюдать за тем, как бы к сухости горла не присоединился кашель такого же рода. Ведь часто бывает, что в тех случаях, где совсем нечего отхаркивать, кашель все же продолжается и душит больного. По этой причине я сказал даже, что тот род кашля является худшим, который не вызывает мокроты, чем тот, который ее вызывает. Эта болезнь не позволяет пить вино, как мы это указали выше; вместо него следует пить ячменный отвар. Вот та диета, которой следует придерживаться больному в разгар болезни; когда же больной начнет ослабевать, ему может быть дана более обильная пища и даже немного вина. Однако, не нужно больному давать чего-либо охлаждающего организм или вызывающего раздражение горла. Если, при улучшении состояния больного, все же остается кашель, следует сделать перерыв в пище на один день, а на следующий день вместе с пищей выпить немного больше вина. Когда же начинается кашель, будет полезно, что также указано выше, выпить несколько стаканов вина; но при этом состоянии здоровья наиболее подходящим является вино сладкое, или, по крайней мере, легкое. Если болезнь приняла застарелый характер, то надо укреплять организм атлетическим образом жизни.

 

ГЛАВА XIV. О БОЛЕЗНЯХ ВНУТРЕННИХ ОРГАНОВ И, ПРЕЖДЕ ВСЕГО, О БОЛЕЗНЯХ ЛЕГКИХ

От вопросов, касающихся частей тела, следует перейти к внутренним органам и прежде всего к легким. В них возникает очень сильная и острая болезнь, которую греки называют peripneumonicós. Ее сущность такова: все легкое поражено. За этим следует кашель, влекущий выделение желчи или гноя, тяжесть в области грудобрюшной преграды, и всей груди, затрудненное дыхание, сильные лихорадки, постоянная бессонница, отвращение к пище, истощение. Этот род болезни заключает в себе больше опасности, чем страдания. Если у больного хватает сил, то следует пустить кровь, если же сил недостаточно, поставить сухие банки на грудь. Затем, если сил у больного достаточно, ему следует совершить прогулку на носилках; если же у него мало сил, то ему необходимо хотя бы двигаться внутри дома. В качестве питья давать отвар иссопа и сухих винных ягод, или медовую сыту с отваром иссопа и руты; как можно дольше делать растирание на лопатках и на ближайших к ним частях рук, на ступнях и голенях; слабо растирать грудь против легких и делать это ежедневно два раза. Что же касается пищи, то она не должна быть ни соленой, ни острой, ни горькой, ни закрепляющей желудок, но скорее легкой. Поэтому, в первые дни следует давать суп из перловой крупы, или полбы, или риса, приправив его свежим салом. К этому прибавляют жидкое яйцо, семена сосновых шишек с медом, хлеб или полбу, сваренную на медовой сыте, затем для питья дают не только чистую воду, но также тепловатую, смешанную с медом, или, в летнее время, даже холодную, когда этому ничто не препятствует. Эту пищу достаточно давать больному через день в то время, когда болезнь усиливается; в том же случае, когда усилившаяся болезнь упорно держится, следует насколько возможно воздерживаться от всего, кроме тепловатой воды. Если же силы больного оказываются недостаточными, их следует поддерживать медовой сытой. Против болей помогают горячие припарки, или такие припарки, которые в одно и то же время останавливают боли и смягчают: приносит пользу положенная на грудь соль, хорошо растолченная и смешанная с восковой мазью, так как она слегка разъедает кожу и этим вызывает сильный прилив вещества, которое теснит легкое. Полезны также некоторые размягчающие припарки из числа тех, которые извлекают вещество. Не вредно, пока болезнь не утихла, держать больного в комнате при закрытых окнах; когда же больному станет несколько легче, необходимо освежать воздух, открывая окна трижды или четырежды в день. Затем, во время выздоровления следует воздерживаться от вина в течение многих дней, пользоваться прогулками на носилках, массажем. К супам и ранее указанным кушаньям добавить из овощей - лук-порей, из мяса - ноги и хрящики животных, и несколько маленьких рыбок, причем питаться нужно так, чтобы в течение долгого времени больной ел только легкую и нежную пищу.

 

ГЛАВА XV. О ВОСПАЛЕНИИ ПЕЧЕНИ

Болезнь, которая поражает другой внутренний орган, а именно печень, и которую греки называют hepaticós, бывает иногда хронической, иногда острой. С правой стороны, под грудобрюшной преградой, ощущается сильная боль. Последняя доходит до правого бока, до ключицы и плеча той же правой стороны; иногда также ощущается боль и в правой руке; при этом бывает сильный озноб; во время приступов больного рвет желчью, иногда его мучает икота. Таковы именно признаки острой болезни. Признаками же хронической болезни при нарыве в печени являются боль то прекращающаяся, то усиливающаяся с правой стороны под грудобрюшной преградой; внутренности становятся твердыми и опухают; после еды дыхание более затрудненное; присоединяется некоторое расслабление челюстей. Когда болезнь становится застарелой, опухают живот, голени и ступни, грудь же, плечи и область вокруг обеих ключиц резко худеют. Вначале лучше всего сделать кровопускание, затем следует очистить желудок при помощи черной чемерицы, а если это не может быть сделано, другим способом. Снаружи надо приложить припарки, прежде всего успокаивающие боли, затем горячие, рассасывающие; хорошо к ним добавить ирис, или полынь; после этого поставить размягчающий компресс. Следует давать супы и всякие блюда, но только в горячем виде, однако не очень питательные и вообще, примерно те, которые употребляются также при легочных заболеваниях, за исключением мочегонных и напитков, действующих в этом направлении. Полезными при этой болезни являются тимьян, чабер, иссоп, кошачья мята, анис, кунжут, ягоды лавра, цветы сосны, птичья гречиха, мята, сердцевина айвы, свежая и сырая печень голубя. Из них кое-что можно есть в чистом виде, кое-что можно добавлять или в суп, или в питье, но так, чтобы потребление было в небольшом количестве. Полезно также ежедневно принимать пилюли, составленные из растертых в порошок и смешанных с медом полыни и перца. Следует также воздерживаться от всего холодного, так как ничто не является столь же вредным для печени. Массаж нужно делать в области конечностей; следует избегать всякого труда, всякого более или менее сильного движения, а также следует длительно задерживать дыхание. Гнев, беспокойство, ношение тяжестей, резкие движения, бег вредны при этой болезни. Полезно обильное обливание тела зимой горячей водой, летом - тепловатой, а также обильное умащение мазью и потение в бане. Если же в печени образовался нарыв, следует делать то же самое, что и при других внутренних нагноениях. Некоторые врачи, наоборот, вскрывают нарыв ланцетом и прижигают его.

 

ГЛАВА XVI. О БОЛЕЗНЯХ СЕЛЕЗЕНКИ

Когда больна селезенка, то она опухает и вместе с нею опухает вся левая сторона; она становится твердой и при надавливании поддается с трудом; желудок напряженный; бывает также небольшая опухлость на голенях; язвы или вовсе не заживают, или, во всяком случае, с трудом зарубцовываются; при усиленной ходьбе и беге ощущается боль и некоторая тяжесть.

Эта болезнь усиливается в состоянии покоя; поэтому нужны физические упражнения и труд с таким, однако, расчетом, чтобы они не повлекли лихорадочного состояния из-за чрезмерной продолжительности. Больному необходимо намазываться мазью, натираться и потеть. Вредно все сладкое, а также молоко и сыр; больше же всего подходит все кислое. Поэтому острый уксус следует пить в чистом виде, а также в особенности уксус, настоенный на морском луке. Следует есть соленую, приправленную уксусом рыбу, или маслины в крепком рассоле, салат-латук, вымоченный в уксусе; цикорий - в таком же виде, свеклу, приправленную горчицей, спаржу, хрен, пастернак; из мясных продуктов - свиные ноги и головы, тощую птицу, такого же сорта дичь. В качестве питья следует давать натощак полынный отвар; после принятия пищи следует пить воду из кузницы, в которую многократно погружали раскаленное железо; ведь эта вода особенно уменьшает объем селезенки: замечено, что у тех животных, которые выращены у этих мастеров, селезенка бывает небольшого размера. Можно также давать слабое сухое вино и в пище, и в питье выбирать все то, что является мочегонным средством. В особенности этому способствуют семя трилистника, тмин, сельдерей, фимиамник ползучий, клевер, портулак, кошачья мята, тимьян, иссоп, чабер; ведь эти средства, по-видимому, являются наилучшими для удаления жидкости из организма. Полезно также давать есть коровью селезенку; дикая капуста и кресс трилистный, в особенности, уменьшают селезенку. Следует пользоваться также наружными средствами, дающими облегчение. Средство делается из смеси мази и фиников. Делается также средство из семени льна и кресса трилистного в которое добавляется вино и масло; делается также средство из зеленого кипариса и сухой винной ягоды; или из горчицы, в которую добавляется околопочечное козлиное сало, в количестве, равном четвертой части общего веса; причем оба эти вещества растираются на солнце и смесь немедленно прокладывается к селезенке. В разных видах при этой болезни можно употреблять каперсы, ибо полезно их есть вместе с пищей, а их рассол хорошо пить с уксусом. Очень полезно снаружи накладывать или растертый корень каперсового растения или его кору с отрубями, или самые каперсы, растертые с медом. В этом случае также подходят мягчительные припарки.

 

ГЛАВА XVII. О БОЛЕЗНЯХ ПОЧЕК

В том случае, когда затронуты почки, их болезненное состояние длится долго. Хуже, если к этому присоединяется частая рвота с желчью. Больному следует пребывать в состоянии покоя, лежать на мягкой постели, очистить желудок слабительным, но, если слабительные не действуют, то клизмой, часто принимать горячую ванну, не принимать пищи и питья в холодном виде; воздерживаться от всего соленого, острого, кислого, от плодов; обильно пить, прибавлять то в пищу, то в питье перец, лук-порей, пильник (ferula), белый мак и те средства, которые обыкновенно лучше всего гонят мочу. Если же на почках имеются язвы и если эти язвы еще к тому же необходимо очистить, помогают шестьдесят зерен огурца, очищенные от кожуры, двенадцать семян шишки лесной сосны, щепотка аниса, немного шафрана; все это вместе растирается и разделяется на два приема в виде питья с медовой сытой. Если же боль нужно только облегчить, то растирают 30 зерен того же огурца, 20 семян шишки лесной сосны, 5 грецких орехов, немного шафрана и дают пить вместе с молоком. Полезно сверх того прикладывать некоторые мягчительные средства, особенно те, которые служат для извлечения жидкости наружу.

 

ГЛАВА XVIII. О БОЛЕЗНИ КИШОК И, ПРЕЖДЕ ВСЕГО, О ХОЛЕРЕ

От внутренних органов следует перейти к кишкам, которые подвержены острым и продолжительным болезням. Прежде всего, следует упомянуть о холере, ибо она может считаться общим заболеванием и желудка и кишок, так как одновременно бывает и понос, и рвота; помимо этого наблюдается пучение и рези в кишках; желчь прорывается наружу и верхом, и низом, сначала похожая на воду, затем такая, как будто в этой воде было вымыто свежее мясо; иногда желчь бывает белая, иногда черная или различных цветов. Следовательно, именем желчи греки назвали, эту болезнь choléra. Помимо тех симптомов, которые описаны выше, часто также наблюдается судорожное сокращение в ногах и руках, больного мучает жажда, он впадает в обморочное состояние; при стечении всех этих явлений не удивительно, если больной внезапно умирает. Между тем, ни в какой другой болезни не должна быть оказана столь срочная помощь, как именно в этой. Итак, немедленно, как только эти явления начались, больному следует пить как можно больше теплой воды и этим вызывать рвоту. Очень редко бывает, чтобы этим способом не вызывалась рвота, но даже, если она и не имеет места, это приносит пользу в том отношении, что этим путем в желудке к веществу испорченному примешивается новое вещество и выздоровление частично заключается в том, что рвота остановилась. Если это произошло, то немедленно следует прекратить всякое питье. Если же есть колики в животе, следует согревать желудок холодными и влажными компрессами, или если живот болит, накладывать тепловатые компрессы так, чтобы была польза от умеренно согревающих припарок. Если рвота, понос и жажда сильно терзают больного и к тому же его рвет непереваренной пищей, то еще не наступило время давать ему вино; самая же вода, которую следует давать больному, не должна быть холодной, но скорее тепловатой; к носу следует прикладывать полей (pulegium), смоченный уксусом, или ячменную крупу, опрысканную вином, или мяту сообразно природе больного.

Когда же расстройство желудка будет прекращено, то следует больше опасаться, чтобы больной не ослабел до потери сознания. Следовательно, тогда необходимо прибегнуть к вину. Оно должно быть легким, душистым, разбавленным холодной водой, либо с добавлением ячменной каши или накрошенного хлеба; это вино облегчает его усвоение; сколько бы раз содержимое желудка и кишок ни извергалось, столько же раз с помощью указанного выше следует восстанавливать силы. Эразистрат сказал, что сначала надо прибавлять в питье по три или пять капель вина, затем постепенно прибавлять чистое вино. Если Эразистрат и давал вино сначала в таком ничтожном количестве и опасался расстройства желудка, то он делал это не без основания, если же он думал, что тремя каплями вина можно устранить сильную слабость, то он ошибался. Если же больной очень слаб и его ноги сводятся судорогой, к вышеуказанным средствам надо добавить настой полыни. Если конечности тела холодеют, их следует натирать горячим маслом с добавлением к нему небольшого количества воска, а теплоту конечностей надо поддерживать горячими припарками. Если же успокоение не наступит под действием всех этих средств, то снаружи на область желудка необходимо поставить банки или сверху положить горчичник. Когда успокоение наступило, больному следует спать; на следующий день ему во всяком случае надлежит воздерживаться от питья; на третий день идти в баню, мало помалу восстанавливать свои силы пищей. Каждый больной легко находит успокоение во сне, избегая утомления и холода. Если, после того, как прошла холера, остается легкая лихорадка, необходимо очистить желудок клизмой, и только тогда принимать пищу и пить вино.

 

ГЛАВА XIX. О КИШЕЧНО-ЖЕЛУДОЧНОЙ БОЛЕЗНИ

Эта болезнь является и острой с одной стороны и, с другой, бывает настолько общей для кишок и желудка, что не легко сказать, к какой части она больше всего относится. Действительно, эта болезнь гнездится в устье самого желудка и обычно является хронической; греки ее называют coiliacós. При этой болезни желудок становится твердым и в нем ощущается боль; желудок совсем не действует и не отделяет даже газов; конечности холодеют; дыхание совершается с трудом. Самое лучшее-вначале класть на весь живот горячие припарки, чтобы они успокоили боль, после еды вызвать рвоту и таким образом опорожнить желудок; затем в ближайшие дни поставить сухие банки на живот и бедра; очистить самый желудок, дав больному молока и присоленого холодного вина; а если позволяет время года, то и зеленых винных ягод. Это, однако, надо делать так, чтобы больному сразу не давалась ни пища, ни питье полностью, но понемногу. Следовательно, достаточно с некоторыми промежутками во времени давать больному питья по два или три стакана и соразмерно с этим пищу. Приносит также пользу, если разбавить стакан молока таким же количеством воды и дать больному выпить в таком виде; более полезна пища, вызывающая скопление газов в кишках и острая. Хорошо также к молоку прибавлять растертый чеснок. По прошествии же некоторого времени больному необходимы прогулка на носилках и особенно морские путешествия, трехкратное или четырехкратное в течение дня растирание маслом, с добавлением натра, обливание тела горячей водой после приема пищи, затем необходимо класть горчицу на все части тела, за исключением головы и оставлять ее, пока не получится раздражения и покраснения кожи; в особенности это следует делать, если тело крепкое и мужское. Затем понемногу следует перейти к средствам, закрепляющим желудок. Больному надо давать жареное мясо, питательное и притом такое, которое бы не легко подвергалось порче; в качестве питья - кипяченую дождевую воду по два или по три киафа. Если болезнь является застарелой, следует проглатывать сок самого лучшего лазерпиция величиной с зерно перца и попеременно через день пить вино; иногда же, в промежутках между пищей, выпивать по одному кайфу вина, поставить клизму из тепловатой дождевой воды, в особенности, если остаются боли в нижней части живота.

 

ГЛАВА XX. О БОЛЕЗНИ ТОНКОЙ КИШКИ

Самые кишки подвержены двум болезням, из которых одна бывает в тонкой, другая в толстой кишках. Первая - острая, вторая может быть хронической. Диокл Каристийский называет болезнь тонкой кишки chórdapsos, толстой eileós. Но теперь, по моим наблюдениям, большинством врачей первая из этих болезней именуется eileós, а вторая colicós. Первая причиняет боль то над пупком, то под пупком; при этом возникает воспаление в том или другом месте. Ни испражнения, ни газы не проходят низом. Если поражена верхняя часть живота, то больного рвет пищей, если нижняя, то калом; если поражена та и другая часть, то болезнь является застарелой. Опасность увеличивается, когда присоединяется рвота желчью, дурного запаха, различных окрасок, или черная. Лечение заключается в кровопускании и постановке во многих местах банок, но без разреза кожи повсюду, ибо таковой достаточно сделать в двух, или трех местах; с помощью остальных банок хорошо извлечь газы. Далее следует обратить внимание, в каком месте сосредоточена болезнь, ибо соответственно с ее местонахождением обыкновенно образуется опухоль. Если она повыше пупка, то промывание кишечника клизмой не приносит пользы, если же ниже, то самое лучшее средство, по указанию Эразистрата, очистить кишечник клизмой и часто этого бывает достаточно для помощи больному. Желудок же очищается клизмой из процеженного сока ячменной крупы с маслом и медом, но без добавления чего-либо другого. Если нет никакой опухоли, то следует положить обе руки на живот в его верхней части и понемногу сводить их вниз. Таким образом, будет найдено место сосредоточения боли, которое обязательно даст себя знать и в соответствии с этим может быть решено, следует ли очищать желудок клизмой или нет. Обычные средства таковы: прикладывать горячие припарки, причем их следует класть от сосковой до паховой области и на область позвоночника и часто менять; делать массаж и рук и ног; погружать все тело больного в ванну с горячим маслом; если боль не утихает, ввести в живот клизму из трех или четырех стаканов теплого масла. Когда мы при помощи этого достигли отделения газов, больному следует предложить в виде питья небольшое количество теплой медовой сыты, тогда как до этого нужно очень тщательно избегать того, чтобы больной что-либо пил. Если это хорошо удалось, следует добавить ячменный суп. Когда боль и легкая лихорадка успокоятся, только тогда разрешить больному более обильную пищу, но не пучащую, не твердую и не крепящую желудок, чтобы не причинить вреда кишкам, еще неокрепшим. В качестве же питья не давать ничего, кроме чистой воды. Дело в том, что все, смешанное с вином или кислое вредно при этой болезни. И в дальнейшем следует избегать бани, ходьбы пешком, прогулок на носилках и прочих телодвижений. Ведь эта болезнь обыкновенно легко возвращается как при простуде, так и при беспокойных движениях и, если кишки еще хорошо не окрепли, она вновь возвращается.

 

ГЛАВА XXI. О БОЛЕЗНИ ТОЛСТОЙ КИШКИ

Та болезнь, которая поражает толстую кишку возникает всего более в той ее части, которую я назвал слепой. Происходит значительное вздутие, сильные боли, больше в правой стороне; кажется, что кишки выворачиваются, едва не прерывается дыхание. В большинстве случаев эта болезнь возникает как последствие простуды или несварения пищи, затем она успокаивается и, часто повторяясь в течение жизни, тревожит человека таким образом, что все же не уменьшает продолжительности его жизни. Когда начинается эта боль, следует класть на живот сухие и теплые припарки, сначала легкие, а затем более сильные и одновременно с этим, растиранием отвлекать болезнетворную материю к конечностям, то-есть к ногам и рукам. Если боль не поддается этим средствам, то поставить на больное место сухие банки. Есть еще лекарство, изготовленное против этой болезни. Кассий хвалился, что он его изобрел. Оно больше помогает, будучи дано в питье, но, приложенное снаружи, оно, ослабляя газы, также облегчает боль. В том случае, если страдание не прекращается, больному не следует давать ни пищи, ни питья. Какого образа жизни надлежит придерживаться больным этой болезнью, мною уже сказано.

 

ГЛАВА XXII. О РЕЗЯХ В ЖИВОТЕ

Ближе всего к тем болезням кишок, о которых говорилось, стоят сильные рези в животе, называемые греками dysenteria. При этой болезни кишки внутри изъязвляются, из них течет кровь; она выделяется то с некоторым количеством кала, всегда жидкого, то с некими выделениями наподобие слизи; иногда извергаются вместе какие-то мясистые выделения, наблюдается частый позыв к стулу, боль в заднем проходе; такою же болью сопровождается испражнение, каждый раз крайне незначительное; такое испражнение также увеличивает страдание; оно, по прошествии некоторого времени, ослабевает и наступает небольшое успокоение; сон прерывается, появляется небольшая лихорадка; когда эта болезнь укоренилась в течение долгого времени, она или уносит человека в могилу, или, если даже и прекращается, совершенно его измучивает. Прежде всего больному необходим полный покой, так как всякое движение ухудшает изъязвление, затем натощак надо выпить стакан вина, в которое следует добавить растертый корень пятилистника, положить на желудок успокаивающие боли припарки, чего не следует делать при указанных выше болезнях желудка. Сколько бы раз больной ни испражнялся, ему каждый раз следует обмываться горячей водой, в которой должна быть выварена вербена; следует есть портулак или вареный, или приготовленный в крепком рассоле. Если болезнь является застарелой, ставить клизму из теплого ячменного отвара или из молока, или растопленного жира или костного мозга оленя, или масла растительного или коровьего смешанного с розовым маслом, или из яичного сырого белка с тем же розовым маслом, или из воды, в которой отварено льняное семя, или же, если больной лишился сна, то из яичных желтков с водою, в которой сварить лепестки цветка розы. Все эти средства облегчают боль и смягчают язвы; в особенности эти средства полезны, если больной чувствует отвращение к пище. Темизон передал потомству, что следует пользоваться крепким рассолом, как можно более острым. Пища же должна быть такова, чтобы она слегка закрепляла желудок. Мочегонные средства, если они достигают этой цели, полезны при этой болезни, отвлекая жидкость в другое место; в противном случае они увеличивают вред; таким образом, они не должны применяться в тех случаях, когда они не дают быстро этого результата. В качестве питья, если есть небольшая лихорадка, следует давать чистую воду теплую или такую, которая сама по себе также закрепляла бы желудок; если же лихорадки нет, то легкое сухое вино. Если в течение многих дней другие средства нисколько не помогли и болезнь уже превратилась в застарелую, питье очень холодной воды способствует затягиванию язв и кладет начало выздоровлению. Но когда отправления желудка остановлены, следует немедленно возвратиться к теплому питью. Иногда же испражнения бывают даже с гнойной сукровицей и весьма дурного запаха, иногда же бывает, что течет чистая кровь. Если имеют место болезненные явления вышеописанного характера, то следует промыть кишечник медовой сытой, затем делать клизмы из тех веществ, о которых было сказано выше. Но если есть кровотечение, то должны применяться пища и питье, которые закрепляют желудок.

 

ГЛАВА XXIII. О СЛАБОСТИ КИШОК

Иногда вслед за дизентерией начинается слабость кишок, болезнь, при которой кишки ничего не удерживают и все съеденное немедленно выбрасывают в непереваренном виде. Эта болезнь иногда принимает у больных затяжную форму, иногда внезапно их губит. В этом случае непременно следует применять закрепляющие средства, чтобы вернуть кишкам способность лучше удерживать пищу. На грудь больному надо положить горчичники и, когда появится раздражение кожи, припарки, чтобы вызвать жидкость наружу; больного купают в отваре миртовых ветвей; пищу и питье больной должен принимать такие, чтобы они закрепляли желудок, а также делать холодные обливания. Однако, следует внимательно наблюдать, чтобы при применении всего этого не возникло противоположное заболевание по причине чрезмерного пучения. Следовательно, кишки необходимо укреплять постепенно, ежедневно добавляя что-либо к средствам, уже примененным. И как при всяком поносе, так и при этом особенно, необходимо испражняться не при любом позыве, а сколько действительно необходимо, чтобы эта задержка в испражнении приучала кишки к сохранению пищевой массы, которая в них содержится. Другое, на что также нужно обратить внимание, что одинаково касается и всех других заболеваний подобного рода, а при данной болезни особенно важно соблюдать, это то чтобы больному давались лекарства, которые ему больше всего по вкусу; ведь большинство полезных лекарств неприятны на вкус, как подорожник, ежевика и все, что приготовлено с коркой граната. Затем, если все это вызовет отвращение больного, то для возбуждения аппетита применять нечто менее полезное, но более приятное. Физические упражнения и растирания при этой болезни также необходимы, а кроме того, солнечное тепло и такое же тепло от огня, баня и, как советует Гиппократ, рвота, которую следует вызывать употреблением белой чемерицы, если другие рвотные средства мало помогают.

 

ГЛАВА XXIV О ГЛИСТАХ, ЗАВОДЯЩИХСЯ В ЖИВОТЕ

Иногда глисты заводятся в животе и они выходят то при испражнении, то через рот, что еще более отвратительно; иногда мы встречаем глистов плоских, каковые являются более вредными, иногда круглых. Если глисты плоские, то надо давать для питья воду, в которой следует отварить лупин или кору тутового дерева, или в воду следует прибавить размельченный иссоп, или уксусницу перца, или немного слабительной травы. Хорошо также в течение дня есть много чеснока, а затем вызвать рвоту; день спустя взять горсть мелких корешков граната, раздробить их, варить в трех секстариях воды, пока не останется третья часть; бросить туда немного натра и пить натощак. Тремя часами позже принять две дозы или этого самого напитка, или густого рассола, смешанного с этим отваром, затем сесть в таз, наполненный горячею водою. Если же глисты круглые, каковые больше всего мучают детей, можно употреблять те же самые средства, а также применять и некоторые менее сильные, как например, растертое семя крапивы, или капусты, или тмина, или мяты с водою, или отвар полыни, или иссоп в медовой сыте, или семя кресса, растертое с уксусом. Также весьма хорошо помогает, если есть лупин и чеснок, или вводить в желудок клизмой растительное масло.

 

ГЛАВА XXV. О МУЧИТЕЛЬНЫХ ПОТУГАХ

Существует также другое заболевание более легкое, чем все те, о которых сказано выше, которое греки называют teinesmós. Его не следует причислять ни к острым, ни к затяжным болезням, так как оно и переносится легко и само по себе никогда не приводит к гибели больного. При этом заболевании, как и при дизентерии наблюдаются частые позывы к испражнениям, а также боль при всяком выделении. Испражнения же выходят похожие на слизь и выделение из носа, иногда также слегка кровянистые; но к ним примешиваются иногда также вполне сгустившиеся части пищи. Следует принимать теплую ванну и чаще применять лечебные средства для лечения заднего прохода. Для этой цели пригодны многие лекарства: коровье масло с розовым маслом, сок акации, растворенный в уксусе, четырехлекарственный пластырь, который греки называют tetraphármacon, размягченный розовым маслом, квасцы, размещенные на шерсти и затем приложенные; ставят такие же клизмы, что и при дизентерии, прикладывают такие же согревающие припарки к нижним частям тела с отваром вербены. Больному следует пить попеременно воду в течение одного дня и легкое сухое вино в течение другого дня. Питье должно быть холодноватое или даже холодное; жизненный режим должен быть таким, какой мы предписывали выше при дизентерии.

 

ГЛАВА XXVI. О ПОНОСЕ

Понос, болезнь, при которой выделения бывают жидкими и испражнение чаще чем обыкновенно, является недомоганием более легким, если оно недавнего происхождения. Боль иногда бывает терпимой, иногда же очень сильной, и этот случай является более тяжелым. Но понос в течение одного дня часто бывает полезен для здоровья, даже в течение нескольких дней, лишь бы не было лихорадки и понос прекратился бы в течение семи дней. Ведь благодаря этому очищается организм и все вредоносное, что было внутри его, при поносе извергается с пользой для здоровья. Но более длительный период расстройства желудка становится опасным, ибо иногда возбуждает острые боли, легкую лихорадку и ослабляет силы больного. В первый день заболевания больному достаточно пребывать в покое и не принимать никаких мер против поноса. Если он сам по себе остановится, взять ванну и принять немного пищи, но если понос продолжается, воздержаться не только от пищи, но и от питья. На следующий день, если продолжает слабить, пребывать точно также в покое и принять немного пищи, способствующей закреплению желудка. На третий день пойти в баню, сделать сильный массаж всего тела, за исключением живота, подставить к огню поясницу и спину, употреблять пищу, но только закрепляющую желудок, выпить немного чистого вина. Если и на следующий день также будет слабить, - поесть больше, но прибегнуть к рвоте. Словом, единственными средствами, на которые следует полагаться, пока понос не прекратится, это жажда, голод, рвота. И почти невероятно, чтобы после принятия этих мер предосторожности желудок не закрепился. Есть и другой путь, чтобы остановить понос: после еды прибегнуть к рвоте, на следующий день оставаться в постели, вечером натереться мазью, но легко, затем съесть около 1/2 фунта хлеба, намоченного в чистом аминейском вине, затем что-нибудь из жаркого, в особенности из птицы, после этого выпить такого же вина, разбавленного дождевой водой и продолжать это делать до пятого дня болезни и опять прибегнуть к рвоте. Асклепиад утверждал вопреки мнению прежних авторов, что следует пить постоянно холодное питье и именно, как можно более холодное. Я же полагаю, что каждый должен на собственном опыте проверить, лучше ли пользоваться горячим или холодным питьем. Иногда же случается, что эта болезнь, если на нее не обращали внимания в течение долгого времени, может быть вылечена с большим трудом. Следует начать с того, чтобы вызвать рвоту, затем на следующий день вечером намазаться мазью в теплом месте, умеренно поесть, выпить чистого вина, возможно более терпкого, на животе держать повязку с рутой и восковой мазью. При таком болезненном состоянии нет необходимости ни в прогулке пешком, ни в растирании; полезно кататься в повозке, а еще лучше верхом: ведь ничто лучше не укрепляет кишечник, как верховая езда. Если же приходится пользоваться также и лекарствами, то самыми лучшими являются те, которые приготовляются из фруктов. Во время сбора винограда в большой сосуд кладут груши и дикие яблоки. При отсутствии их, кладут зеленые терентские или сигнийские груши, яблоки скандийские и америйские, груши-мирапии. Туда же следует прибавить айву, гранаты с их собственной кожурой, рябину, а также наиболее употребительные средства против болей в животе так, чтобы последние занимали третью часть сосуда. Затем сосуд следует заполнить виноградным соком; содержимое сосуда варится до тех пор, пока все, что положено, не сольется в одну сплошную жидкую массу. Это средство вовсе не неприятно на вкус и, принимаемое в умеренном количестве, по мере необходимости в еде, закрепляет без всякого вреда для желудка. Вполне достаточно принимать две-три ложки в течение дня. Второе средство более сильное, чем первое, а именно: набрать ягод мирта, сделать из них вино, кипятить его пока не останется десятая часть, после чего выпить стакан этого вина. Третье средство, которое всегда может быть сделано: выдолбить сердцевину граната; после того как будут удалены все зерна, перегородки, которые между ними были, вновь водворить на место, присоединить сырые яйца; все это смешать лопаточкой. Затем самый гранат кладут на горячую жаровню, и он не подгорает, пока в нем имеется влага; когда же он начинает высыхать, его следует снять, затем ложкой извлечь содержимое и съесть. Это средство, если к нему добавить некоторые другие вещества, имеет большую силу, поэтому его даже кладут в перечный соус перемешивают с солью и перцем. Некоторая часть этой смеси должна быть съедена. Хорошее действие производят также жидкая каша, в которой сварено немного старого пчелиного сота, чечевица, сваренная с кожурой граната, верхушки кустов ежевики, сваренные в воде и съеденные с маслом и уксусом; находят также полезным пить отвары из фиников или айвы, или сухой рябины, или ежевики. Это тот вид питья, на который я указываю всякий раз, когда говорю о необходимости применения закрепляющего питья. Отваривается также 1/2 секстария пшеницы в терпком аминейском вине. Эта пшеница дается натощак больному, когда он хочет пить и сверх того ему дают пить этого же вина. Это средство по праву может быть отнесено к самым действенным лекарствам. В качестве питья дается также сигнинское вино, или терпкое, приправленное смолою, или, какое угодно вино, лишь бы оно было терпкое. Можно также размельчить гранат с его собственной кожурой и семенами, смешать это с таким же вином и дать больному пить это вино или чистым, или смешанным с водой. Но излишне пользоваться какими-либо лекарствами, если болезнь незначительна.

 

ГЛАВА XXVII. О БОЛЕЗНИ МАТКИ

1. Матка у женщин является очагом серьезного заболевания. Наряду с желудком этот орган или сам подвержен заболеванию, или его заболевание отражается на всем организме. Этот недуг иногда доводит до такого состояния, что заставляет падать на землю, как при падучей болезни. Это болезненное состояние отличается однако от эпилепсии тем, что при нем и глаза не выкатываются и пена изо рта не вытекает; нет конвульсивных движений, есть только обморочное состояние. У некоторых женщин это заболевание, часто повторяясь, является постоянным. Когда это случится, то помогает кровопускание, если сил достаточно; если же сил очень мало, то следует поставить хотя бы банки к паху. Если больная пребывает в бесчувственном состоянии более продолжительное время, или это состояние вообще становится обычным, то, чтобы привести женщину в чувство, следует приблизить к ее носу погашенный фитиль от лампы, или что-либо другое из дурно пахнущих веществ, о которых я сказал раньше. Подобное же действие оказывает также обливание холодной водой. Помогают также рута, стертая с медом, или восковая мазь на кипровом масле, или всякая горячая и влажная припарка, приложенная к детородным частям только до лобка. В то же время следует наряду с этими средствами натирать также бедра и колени. Затем, когда больная придет в себя, ей в продолжении года должно быть запрещено употребление вина, хотя бы даже не было повторения такого случая. Следует делать ежедневно массаж всего тела, но особенно живота и коленей. Пища должна состоять из обыкновенных, средней питательности продуктов. На низ живота следует через каждые три-четыре дня прикладывать горчицу, пока тело не покраснеет. Если остается некоторая твердость, то представляется полезным паслен, сначала опущенный в молоко, а затем растертый, и белый воск, а также олений костный мозг в соединении с ирисовой мазью или бычье, или козье сало, смешанное с розовым маслом. В питье следует давать больной бобровую струю, или горицвет, или укроп. Если матка недостаточно чиста, надлежит очистить ее с помощью четырехгранной тростниковой трубочки. Если же матка изъязвлена, следует сделать восковую мазь на розовом масле и, смешав свежее свиное сало с яичным белком, прикладывать эти средства или яичный белок, смешанный с розовым маслом, прибавив к нему для более легкой связи порошок растертого цветка розы. Если же в матке ощущаются боли, то ее следует окуривать серой. Если же менструация слишком сильная, средством против этого являются банки с надрезом кожи, поставленные к паху или даже под грудями. Если же менструальные выделения злокачественны, следует подложить под... Этому же содействуют также белые маслины, черный мак, принятый вместе с медом, камедь в жидком виде с семенем сельдерея, данная больной со стаканом вина из сушеного винограда. Кроме того, во всех заболеваниях мочевого пузыря полезны те напитки, которые делаются из ароматических веществ, как например, пучок нарда, шафран, корица, душистая кассия и тому подобное. Точно такой же результат дает также отвар из мастикового дерева. Если, однако, боль невыносима, или если есть кровотечение, пригодным средством является кровопускание или, по крайней мере, кровососные банки в области таза с надрезом кожи.

2. Когда моча, вытекая сверх количества выпитого, даже без боли, вызывает похудание больного и подвергает его опасности, то если эта моча жидкая, нужны физические упражнения и массаж, преимущественно на солнце или у огня. Баней следует пользоваться не часто и оставаться в ней недолго, пищу употреблять крепящую, вино сухое, чистое, летом холодное, зимой тепловатое, причем в самом небольшом количестве. Желудок должен быть очищен или клизмой, или молоком. Если же моча густая, физические упражнения должны быть более интенсивными, также и массаж; пребывание в бане должно быть более длительным; в этом случае возникает необходимость в более нежной пище и вине такого же качества. При заболеваниях и того, и другого рода следует избегать всего того, что обычно является мочегонным.

 

ГЛАВА XXVIII. О ЧРЕЗМЕРНОМ ИСТЕЧЕНИИ СЕМЕНИ ИЗ ПОЛОВОГО ОРГАНА.

Есть также заболевание половых частей, заключающееся в чрезмерном истечении семени, которое без полового возбуждения и без ночных сновидений доводит больного по прошествии некоторого времени до гибели от истощения. При подобном заболевании полезны сильные растирания, обливания, купание в самой холодной воде, принятие пищи и питья исключительно в холодном виде. Следует избегать всякой неудобоваримой и пучащей желудок пищи; ничего не есть из того, что считается способным увеличить количество семени, как например, пшеничная мука особенно тонко размолотая, яйца, пшеничная каша, крахмал, всякое богатое клейким веществом мясо, перец, горчичная капуста, лук, семена сосновых шишек. Полезно делать вяжущие примочки на нижние части тела с отваром вербены, обложить кругом низ живота и пах припарками из того же растения и особенно из руты, настоенной на уксусе. Больной должен избегать сна, лежа навзничь.

 

ГЛАВА XXIX. О БОЛЕЗНЯХ БЕДЕР

Мне остается перейти к конечностям тела, которые скрепляются суставами. Начну с бедер. Обыкновенно их боль бывает очень сильной. Она часто ослабляет больного и у некоторых совсем не проходит. И этот род болезни лечится с большим трудом, ибо обыкновенно вредное начало поражает эти органы в результате длительных болезней и, таким образом, если остальное тело освобождается от болезни, то эти органы остаются во власти болезнетворного начала. Прежде всего следует отогреть пораженные части горячей водой, а затем прикладывать к ним горячие припарки. Дает, по-видимому, очень хороший результат измельченная кора растения, дающего каперсы и смешанная или с ячменной мукой, или с винными ягодами, отваренными в воде, или мука куколя, сваренная в разведенном вине и смешанная с сухими винными дрожжами. Но так как эти снадобья остывают, то удобнее прикладывать припарки на ночь. Также в числе наиболее действительных средств находится растолченный корень девясила, сваренный в терпком вине и наложенный поверх бедра на всем его протяжении. Если болезнь не поддается этому средству, следует применить соль горячую и влажную. Если также и этим средством боль не будет уничтожена, или к ней присоединится припухлость, следует поставить кровососные банки с надрезом кожи, применить мочегонные средства и, если желудок закреплен, поставить клизму. Последним средством, которое следует испытать, и которое является наиболее действительным при застарелых болезнях - это в трех или четырех местах на коже бедер нанести ранки раскаленным железом. Следует также применять массаж, в особенности на солнце и в один и тот же день возможно чаще, чтобы разогнать скопление болезнетворных веществ; причем массаж следует делать на самых бедрах, если на них нет никакого изъязвления; если же оно имеется, то следует делать растирание других частей тела. Так как часто приходится раздражать какую-нибудь часть тела раскаленным железом для извлечения вредного вещества, то общее правило - не заживлять ран подобного рода при первой возможности, но тянуть с их заживлением до тех пор, пока не пройдет та болезнь, лечению которой мы стараемся помочь с помощью таких средств.

 

ГЛАВА XXX. О БОЛЕЗНЯХ КОЛЕНЕЙ

Ближе всего к бедрам находятся колени, в которых иногда гнездятся боли. Помогают те же самые припарки и банки, подобно тому, как и в случаях возникновения боли в плечах и других сочленениях. Самое вредное для тех, у кого болят колени, это верховая езда. Все же боли этого рода, когда они являются застарелыми, с трудом прекращаются возле огня.

 

ГЛАВА XXXI. О БОЛЕЗНЯХ СУСТАВОВ НОГ И РУК

Болезни суставов рук и ног бывают более частыми и более продолжительными и обыкновенно выражаются в подагре или хирагре. Они редко поражают скопцов и юношей, не имевших еще сношений с женщиной, или женщин, у которых прекратились менструации. Когда боли начинают чувствоваться, следует пустить кровь. Кровопускание, сделанное немедленно в начале заболевания, сохраняет здоровье часто в течение года, и иногда даже на всю жизнь. Были такие случаи, когда некоторые, прочистив себе желудок приемом ослиного молока, навсегда предохранили себя от этой болезни; другие же обеспечили себе безопасность на всю жизнь тем, что в течение года воздерживались от вина, меда и половых сношений. И уж во всяком случае необходимо соблюдать эту предосторожность после первого приступа боли и даже в том случае, если она успокоилась. Но, если приступы подагры стали уже привычным явлением, больной может менее беспокоиться в те периоды, когда боль прекращается; более серьезные меры предосторожности следует принимать в те периоды, когда она возвращается, что обыкновенно бывает весной и осенью. Когда боль дает себя чувствовать, следует по утрам прибегать к прогулке на носилках, затем отправиться на прогулку пешком и таким образом двигаться; если это подагра, после коротких промежутков по очереди надо то оставаться в сидячем положении, то ходить; потом, прежде чем принимать пищу, легко растираться в теплом месте и потеть; без пользования ванной; обливаться тепловатой водой; потом принимать пищу средней питательности, употреблять в то же время мочегонные средства и вызывать рвоту всякий раз, как будет чувствоваться переполнение желудка. В том случае, когда боль сильно тревожит, важно знать, не сопровождается ли она опухолью, имеется ли опухоль с жаром, или не затвердела ли уже опухоль. Ведь, если нет никакой опухоли, то необходимы горячие припарки. Следует вскипятить морскую или сильно насыщенную солью воду, затем вылить ее в таз и когда человек сможет вытерпеть температуру воды, то опустить ноги в воду, закрыть их сверху покрывалом и одеждой, затем понемногу подливать такую же воду из сосуда, стоящего вблизи, чтобы не снизилась температура воды в тазу. Затем ночью прикладывать согревающие припарки и особенно корень проскурняка, сваренный в вине. Если же есть припухлость и жар, то более полезными являются охлаждающие примочки и находят правильным погружать пораженные суставы в воду, как можно более холодную; но делать это надо не ежедневно и не подолгу каждый раз, чтобы не затвердели сухожилия. Полезно также прикладывать охлаждающую примочку, но не следует держать ее долго на том же самом месте, а переходить к употреблению таких примочек, которые бы останавливали боли и действовали смягчающим образом. Если чувствуется более значительная боль, то следует сварить скорлупу мака в вине, смешать это с мазью из воска, сделанной на розовом масле. Или можно взять поровну воска и свиного жира, которые растопить вместе; затем все это смешать с вином и прикладывать в виде примочки, которую снять, когда она согреется и тотчас же вместо нее положить другую такую же примочку. Если же опухшие части делаются затверделыми и болят, то боль облегчается, если прикладывать губку, которая отжимается тотчас после погружения в масло и уксус или холодную воду, или прикладывать пластырь, сделанный из взятых в равных долях смолы, воска и квасцов. Есть также много других мягчительных средств, пригодных для лечения рук и ног. Но если боли не допускают нахождения чего-либо на пораженных местах, то, если на них нет припухлости, их следует согревать губкой, пропитанной горячей водой, в которой отварена коробочка мака, или корень лесного огурца; затем следует смазывать суставы смесью шафрана, сока мака и овечьего молока. Если же на пораженных местах есть припухлость, их следует смачивать тепловатой водой, в которой надо варить мастиковое дерево, или иное растение из числа успокаивающих боли. Пораженные суставы следует намазывать лекарством, сделанным из горьких орехов, растолченных в уксусе, или из свинцовых белил с добавлением в них сока растертой травы стенницы. Камень, который разъедает мясо и который греки называют sarcophágos, обычно также смягчает эту боль; камень этот продалбливают так, чтобы он мог вместить ноги, которые опускают и держат там во время приступов боли. По этой причине ассийский камень пользуется популярностью в Азии. Когда боль и воспаление ослабеют, что наступает обыкновенно в продолжении сорока дней, то если у больного не присоединилась еще какая либо болезнь, следует позволить ему умеренные физические упражнения, жить воздержанно, слегка натираться мазями, так чтобы растирать также суставы болеутоляющими средствами, или жидкой мазью из воска и морского ситника. Что касается верховой езды, то она вредна для людей, больных подагрой. Те больные, к которым боль суставов (подагра) обыкновенно возвращается в определенные сроки, должны заранее принимать меры предосторожности, как путем тщательно соблюдаемого образа жизни, так и путем применения рвотных средств для предупреждения скопления вредных жидкостей в организме; и если есть какое-либо опасение относительно состояния организма, следует прибегнуть к клизме, или прочистить желудок молоком. Этот метод лечения подагры Эразистрат изгнал, утверждая, что это привлекает жидкость к нижним конечностям, хотя очевидно, что любое очищение оттягивает жидкость от нижних частей так же, как и от верхних.

 

ГЛАВА XXXII. ОБ УКРЕПЛЕНИИ СИЛ ВЫЗДОРАВЛИВАЮЩИХ

Когда восстановление сил больного после какой либо болезни протекает медленно, ему следует просыпаться рано утром, но однако оставаться в постели. Около трех часов дня легко растереть тело руками, смазанными маслом. Затем, ради развлечения гулять сколько нравится, исключив всякие мысли о делах; потом совершать длительные прогулки на носилках, многократно делать массаж, часто менять местопребывание, климат, пищу. После трехдневного или четырехдневного потребления вина делать перерыв и пить воду в течение одного или двух дней. При помощи этих предосторожностей человек не подвергается больше опасности заболеть какими-либо болезнями, от которых он мог бы зачахнуть, и он быстро восстановит свои силы. Когда же здоровье больного совсем восстановится, то будет опасным и неблагоразумным внезапно изменять этот образ жизни. Следовательно, необходимо только мало помалу ослаблять внимание к этим правилам и переходить к жизни по своему усмотрению.

 

КНИГА ПЯТАЯ

 

ВВЕДЕНИЕ. О СВОЙСТВАХ ЛЕКАРСТВ

Я сказал о тех болезнях тела, которым более всего помогает гигиенический образ жизни; теперь следует перейти к той части медицины, которая преимущественно борется лекарствами.

Древние врачи, и Эразистрат, и те, которые называли себя "эмпириками", высоко ценили лекарства. Герофил же, и в особенности его последователи придавали им столь большое значение, что не лечили без них ни одного вида болезней.

Многие данные о свойствах лекарств содержатся в трудах Зенона, Андрея и Аполлония по прозвищу "Mys". Асклепиад не без причины изъял из употребления большую часть лекарств и, так как почти все лекарства вредят желудку и имеют скверный вкус, то он перенес все свое внимание на образ жизни больного.

Справедливым является как то, что гигиенический образ жизни весьма полезен при многих болезнях, так и то обстоятельство, что в наши организмы попадает очень много веществ, не позволяющих им достигнуть выздоровления без лекарств.

Прежде всего необходимо знать, что все отделы медицины так связаны между собой, что не могут быть оторваны друг от друга. Свое название они получают от того, чем они преимущественно действуют. Таким образом, как та часть медицины, которая лечит гигиеническим образом жизни, иногда применяет лекарства, так и та, которая преимущественно борется лекарствами, также должна предписывать гигиенический образ жизни, чрезвычайно полезный при всех телесных недугах.

Но так как все лекарства имеют свои собственные свойства, а также часто помогают сами по себе, часто же в смеси с другими, то, как кажется, не будет лишним предварительно изложить их названия, силу действия и смеси, чтобы меньшей была помеха для людей, осуществляющих само лечение.

 

ГЛАВА I. О ЛЕКАРСТВАХ, КОТОРЫЕ ОСТАНАВЛИВАЮТ КРОВЬ

Останавливают кровь: зеленый сапожный купорос, который греки называют chálcanthos, хальцит, акация, благовонная смола, алоэ, камедь, обожженный свинец, лук-порей, птичья гречиха, мел, или цимолийский, или гончарный, купоросная руда, холодная вода, вино, уксус, квасцы, мелосские белила, железная и медная окалина; этой последней существует также два вида: один наподобие бронзы, другой - красной меди.

 

ГЛАВА II. О СРЕДСТВАХ ЗАЖИВЛЯЮЩИХ РАНУ

Заживляют рану: мирра, благовонная смола, камедь, особенно египетская, псиллий, трагакант, кардамон, лук, льняное семя, кресс, яичный белок, клей, рыбий клей, белый виноград, улитки растолченные вместе со своими раковинами, вареный мед, губка, отжатая в холодной воде, вине или уксусе; свежеснятая овечья шерсть, смоченная в тех же жидкостях; если же рана легкая, то и паутина.

Останавливают кровь: квасцы и расщепленные, которые называются schitós, и жидкие, мелосские белила, желтая мышьяковая обманка, медная ржавчина, хальцит, зеленый сапожный купорос.

 

ГЛАВА III. О СРЕДСТВАХ СПОСОБСТВУЮЩИХ СОЗРЕВАНИЮ И ВЫХОДУ ГНОЯ

Созреванию и выходу гноя способствуют: нард, мирра, кост, бальзамовое дерево, гальбан, пчелиный клей, стираксовое дерево, сажа и кора дерева дающего фимиам, битум, деготь, сера, смола, сало, жир и оливковое масло.

 

ГЛАВА IV. О СРЕДСТВАХ ОТКРЫВАЮЩИХ РАНЕВЫЕ ОТВЕРСТИЯ В ТЕЛАХ

Раневые отверстия в телах открывают также: корица, бальзам, панацея, четырехугольный ситник, полей, цветок белой фиалки, смола винной пальмы, гальбан, смола терпентинного дерева и сосновая, пчелиный клей, старое масло, перец, пиретрум, лиственница, доза дикого винограда, сера, квасцы, семя руты.

 

ГЛАВА V. ОЧИСТИТЕЛЬНЫЕ СРЕДСТВА

Очистительными средствами являются: медная ржавчина, желтая мышьяковая обманка, которую греки называют arsenicón, медная окалина, пемза, ирис, бальзам, стиракс, фимиам, кора дерева дающего фимиам, смола и сосновая, и жидкая терпентинного дерева, масло из дикого винограда, помет ящерицы, кровь голубя домашнего и дикого, кровь ласточки, нашатырь, смола винной пальмы, полынь, сухая смоква, кошениль, опилки слоновой кости, кислое вино, хрен, сычуг, в особенности заячий, желчь, сырой яичный желток, олений рог, воловий клей, свежий мед, купоросная руда, хальцит, шафран, лоза дикого винограда, окись свинца, чернильный орех, медная окалина, красный железняк, киноварь, кост, сера, сырая смола, сало, жир, оливковое масло, рута, порей, чечевица, горох.

 

ГЛАВА VI. РАЗЪЕДАЮЩИЕ СРЕДСТВА

Разъедающими средствами являются: жидкие квасцы, в особенности круглые квасцы, медная ржавчина, хальцит, купоросная руда, медная окалина, в особенности красной меди, жженая медь, сандарак, синопская киноварь, чернильный орех, бальзам, мирра, фимиам, кора дерева дающего фимиам, гальбан, жидкая смола терпентинного дерева, перец обоих видов, но особенно круглый, кардамон, желтая мышьяковая обманка, известь, натр и его пена, семя сельдерея, корень нарцисса, кислое вино, морская пенка (род смолы), масло из горьких орехов, чеснок, свежий мед, вино, мастиковое дерево, железная окалина, воловья желчь, слабительная трава, лоза дикого винограда, скаммоний, корица, стираксовое дерево, семя цикуты, смола, семя нарцисса, желчь, горькие орехи и масло из них, зеленый сапожный купорос, бура, чемерица, зола.

 

ГЛАВА VII. СРЕДСТВА РАЗЪЕДАЮЩИЕ ТЕЛО

Разъедают тело: сок акации, черное дерево, медная ржавчина, медная окалина, бура, кипрская зола, натр, горная мята, окись свинца, гипоцистид, известь из плавильной печи, соль, желтая мышьяковая обманка, сера, цикута, сандарак, саламандра, морская пенка, медный цвет, хальцит, зеленый сапожный купорос, охра, известь, чернильный орех, квасцы, белый сок смоковницы или морского салата, который греками называется tithýmallos, желчь, сажа дерева дающего фимиам, зола, чечевица, мед, листья оливы, медуница, железняк красный фригийский, азиатский и расщепленный, купоросная руда, вино, уксус.

 

ГЛАВА VIII. ПРИЖИГАЮЩИЕ СРЕДСТВА

Прижигают: желтая мышьяковая обманка, зеленый сапожный купорос, хальцит, купоросная руда, медная ржавчина, известь, жженый папирус, соль, медная окалина, жженые винные дрожжи, мирра, помет ящерицы, голубя домашнего и дикого, и ласточки, перец, кошениль книдская, чеснок, известь из плавильной печи, сок и тот и другой (т. е. смоковницы и морского салата), который упомянут выше в предыдущей главе, чемерица белая и черная, шпанские мушки, коралл, пиретрум, ладан, саламандра, горчичная капуста, сандарак, лоза дикого винограда, бура, охра, расщепленные квасцы, овечий помет, масло из дикого винограда.

 

ГЛАВА IX. СРЕДСТВА ПОКРЫВАЮЩИЕ ЯЗВЫ СТРУПЬЯМИ

Те же самые средства обычно покрывают струпьями язвы, даже возникшие от ожога; в особенности же хальцит, главным образом вареный, медный цвет, медная ржавчина, желтая мышьяковая обманка, купоросная руда, последняя также более действенна в обожженном виде.

 

ГЛАВА X. СРЕДСТВА ОСВОБОЖДАЮЩИЕ ЯЗВЫ ОТ СТРУПЬЕВ

Струпья эти отторгают: пшеничная мука вместе с рутой или луком, а также чечевица, в которую добавляют некоторое количество меда.

 

ГЛАВА XI. СРЕДСТВА РАССЕИВАЮЩИЕ ТО, ЧТО СКОПИЛОСЬ В КАКОЙ-ЛИБО ЧАСТИ ТЕЛА

Для рассеивания того, что скопилось в какой-либо части тела более всего действенны: полынь, девясил (дикий подсолнечник), майоран, белая фиалка, мед, лилия, кипрский майоран, молоко, желтый донник, чабрец, кипарис, кедр, ирис, багряная фиалка, нарцисс, роза, шафран, вино из сушеного винограда, четырехугольный ситник, нард, корица, дикая корица, нашатырь, воск, смола, лоза дикого винограда, окись свинца, стираксовое дерево, сухая смоковница, тимьян, семя льна и нарцисса, горная смола, грязь из помещения для гимнастических упражнений, серный колчедан или мельничный камень, сырой яичный желток, горькие орехи, сера.

 

ГЛАВА XII. СРЕДСТВА ВОЗБУЖДАЮЩИЕ (ПИЩЕВАРЕНИЕ) И ВЫВОДЯЩИЕ

Возбуждают (пищеварение) и выводят: фимиам, круглые квасцы, черное дерево, семя льна, незрелый виноград, желчь, хальцит, винная пальма, смола терпентинного дерева и сосновая, пчелиный клей, отваренная сухая смоковница, помет голубя, пемза, мука из куколя, незрелые фиги вареные в воде, сок собачьих огурцов, ягоды лавра, натр, соль.

 

ГЛАВА XIII. СРЕДСТВА СМЯГЧАЮЩИЕ РАЗДРАЖЕНИЕ

Смягчают то, что раздражено: зола, черное дерево, камедь, белок яйца, молоко, трагакант.

 

ГЛАВА XIV. СРЕДСТВА, КОТОРЫЕ НАРАЩИВАЮТ МЯСО И СПОСОБСТВУЮТ НАПОЛНЕНИЮ РАНЫ

Наращивают мясо и способствуют наполнению раны: сосновая смола, охра по-аттически или пчелиная замазка, воск, масло.

 

ГЛАВА XV. СМЯГЧАЮЩИЕ СРЕДСТВА

Смягчают: жженая медь, эретрийская земля, натр, сок мака, нашатырь, винная пальма, воск, сало, жир, масло, сухая смоковница, кунжут, желтый донник, корень и семя нарцисса, листья розы, сычуг, сырой яичный желток, горькие орехи, всякий костный мозг, сурьма, смола, вареная улитка, семя цикуты, свинцовые отбросы, - греки называют их scoria molýbdu, панацея, кардамон, гальбан, смола, лоза дикого винограда, стираксовое дерево, ирис, бальзамовое дерево, грязь из помещения для гимнастических упражнений, сера, масло, рута.

 

ГЛАВА XVI. СРЕДСТВА ОЧИЩАЮЩИЕ КОЖУ

Кожу очищают: мед, в особенности вместе с чернильным орехом, чечевицей виковой, или просто чечевицей, медуницей, ирисом, рутой, натром, медной ржавчиной.

 

ГЛАВА XVII. О СМЕШИВАНИИ ПРОСТЫХ ВЕЩЕСТВ И О ВЕСОВЫХ РАСЧЕТАХ

1. После того как изложены свойства простых веществ, нужно сказать, каким образом они смешиваются и какие средства образуются из них. Смешиваются же они различным образом и нет иного способа, как из простых средств одни отнять, а другие прибавить. Сохранив и те и другие, нужно, чтобы было изменено соотношение весов. Таким образом, хотя свойства веществ не столь многочисленны, - виды смесей неисчислимы. Их можно было бы описать, однако это, пожалуй, излишне. Ведь и результаты в пределах немногих соединений те же самые, и, изучив свойства этих соединений, их легко как угодно изменить. Итак, я удовольствуюсь теми из них, которые я принял как самые известные. В этой книге я опишу те средства, которые могли оказаться полезными прежде, либо средства имеющие отношение к тем способам лечения, которые я тотчас же здесь изложу; однако таким образом, что объединю вместе средства более общие. Если какая-либо смесь приспособлена лишь для одного или даже для немногих способов лечения, то я отнесу ее на место описания самих способов лечения.

Однако прежде всего я хочу пояснить, что в унции заключается вес семи денариев: вес одного денария разделен мною на шесть частей, - это секстанты, чтобы иметь в секстанте тот же вес денария, который греки имеют в нем и который они называют obolós. В переводе на наш вес он составляет немногим более половины скрупула.

2. Компрессы, а также пластыри и ароматические лепешки, которые греки называют trochiscos, хотя имеют весьма много общего, различаются друг от друга тем, что компрессы преимущественно делаются из ароматических растений, а также из их побегов, а пластыри и ароматические лепешки делаются также и из некоторых металлов. Затем, компрессы полностью смягчают ушибы: ведь они налагаются поверх неповрежденной кожи. Вещества, из которых делаются пластыри и лепешки, тщательно растираются для того, чтобы не повредить раны, когда они наложены. Между пластырем и ароматической лепешкой, однако, имеется то различие, что пластырь как бы воспринимает влагу, а в ароматической лепешке только сухие лекарства соединяются с некоторым количеством влаги.

Пластырь делается следующим образом: сухие лекарства растираются в чистом виде; затем, когда они смешаны, в них вливается по каплям или уксус, или, если подойдет, какая-нибудь другая не жирная жидкость, и все это вновь растирается. Те же лекарства, которые могут быть растворены, растворяются у огня и, если нужно смешать их с некоторым количеством масла, то оно вливается; иногда также какое-нибудь сухое лекарство варится прежде с маслом. Когда лекарства, которые должны были делаться отдельно, готовы, - все они смешиваются в одно.

Способ изготовления ароматических лепешек: сухие лекарства, растертые с нежирной влагой, как-то вином или уксусом, соединяются и, вновь соединенные, сохнут, а когда ими необходимо пользоваться, они разводятся жидкостью такого же рода. Далее, пластырь налагается - ароматическая лепешка намазывается или смешивается с чем-либо мягким, например, с восковой мазью.

 

ГЛАВА XVIII. О КОМПРЕССАХ

1. Разобрав все это, я, во-первых, перейду к компрессам, которые обычно служат не для охлаждения, а для согревания. Однако компресс, который мог бы охлаждать подходит и для острых подагрических болей. Он заключает в себе чернильных орехов, и незрелых, и иного вида, семени кориандра, цикуты, сухой смолы, камеди, каждого по половине гемины, промытой восковой мази, которую греки называют peplyménos, полфунта. Остальные компрессы обычно согревают, однако некоторые рассасывают, а другие, которые называются epispasticá вытягивают гной. Большинство их приспособлено к определенным частям органов тела.

2 Если жидкость нужно извлечь, как например, у страдающего водянкой, при боли в боку, при начинающемся абсцессе, а также при небольшом нагноении, применяется тот компресс, который заключает в себе сухой смолы, натра, нашатыря, гальбана, каждого по 1 фунту. Или компресс, в который входят: чистой ржавчины, фимиама, каждого по р.#.II., камеди p.#.VI., медной окалины, воска, каждого по p.#.VIII., сухой смолы p.#.XII., уксуса киаф. Помогает также тминная мука с айвой и медом.

3. Если болит печень, употребляется компресс, в который входят сока бальзамного дерева p.#.XII., коста, корицы, коры дикой корицы, мирры, шафрана, круглого ситника, семени бальзамного дерева, иллирийского ириса, кардамона, амома, нарда, каждого по p.#.XVI. К ним добавляется нардовая мазь, пока она не приобретет густоты воска. Употреблять это средство надо свежим; если же необходимо сохранить его, то с ним смешиваются растворенные в слабом вине p.#.XVI. смолы терпентинного дерева и р.#.Х воска.

4. Но если мучает селезенка, то размельчаются в равных количествах кора желудя, который греки называют bálanos myrepsiké и натр, и растворяются уксусом, возможно более крепким. Когда компресс приобретет густоту воска, он намазывается на полотно, смоченное перед этим в холодной воде, и так накладывается, а сверху посыпается ячменной мукой. Однако не следует держать компресс более шести часов, чтобы не утомить селезенку. Достаточно проделать это дважды или трижды.

5. Компресс общий для болезней печени и селезенки Лисий составил из следующих средств: опопанакса, стираксового дерева, гальбана, смолы, каждого по p.#.II., нашатыря, винной пальмы, воска, бычьего сала, сухого ириса p.#.IV., одной уксусницы зерен морского укропа, сорока зерен перца; все это в растертом виде смягчается ирисовой мазью.

6. Против болей в боку имеется состав Аполлофана, в который входят: смолы терпентинной, коры дерева дающего фимиам, каждого по p.#.IV., винной пальмы, нашатыря, ириса, сала телячьего или козьего от почек, омелы, каждого по p.#.IV. Эти средства облегчают также всякую боль, смягчают затвердения и умеренно согревают.

7. Для той же цели имеется компресс Андрея, который также смягчает боли, вытягивает влагу, ускоряет созревание гноя, а там, где гной уже созрел, прорывает кожу и выводит его через рану. Наложенный, он помогает при малых и больших нарывах, а также при болях суставов, вплоть до бедренных, и при болях в ногах. Равным образом он восстанавливает что-либо поврежденное в организме, а также смягчает затвердения и вздутия в области живота, извлекает кости и, наконец, имеет силу во всем, чему может помочь тепло. Он заключает в себе: воска p.#.XI., омелы, смолы тутового дерева, которое иначе называют сикоморой, древесного сока (lacrima), каждого по р.#.I.; перца, и круглого и продолговатого, фимиама нашатыря, винной пальмы, иллирийского ириса, кардамона, амома, ксилобальзама, крепкого фимиама, мирры, сухой смолы, каждого по р.#.X.; пиретрума, кошенили книдской, пены натра, нашатыря, кирказана критского, корня полевого огурца, жидкой смолы терпентинного дерева, каждого по p.#.XX. К этим средствам для их смягчения и соединения прибавляется ирисовой мази сколько потребуется для того, чтобы размягчить и смешать все это.

8. Есть средство, которое расслабляет то, что стянуто, смягчает затвердения и рассеивает то, что уплотнено; оно, как передают, изобретено Полиархом.

Это средство заключает в себе равные количества четырехугольного ситника, кардамона, сажи фимиама, амома, воска и жидкой смолы.

9. Другой компресс Нилея для той же цели включает в себя: древесного остатка после извлечения шафранного масла p.#.IV., смолистой комеди, воска, каждого по p.#.XX. Из них два первых средства растираются с уксусом, воск расплавляется с розовым маслом и затем все они соединяются.

10. Но особенно смягчает затвердения тот компресс, который, как говорят, принадлежит Мосху.

Он заключает в себе: унцию гальбана, сажи ладана р.#.z., воска, три части, сухой смолы р.#.II, уксуса три гемины.

11. К рассеиванию того, что уплотнено относится также компресс Медия, который заключает в себе: воска р.z., панацеи p.#.s., медной окалины, круглых, а также и расщепленных квасцов, каждого по p.#.I., жженого свинца p.#.I.s.

12. Для той же цели Пантем пользовался компрессом, состоящим из: извести p.s., растертой горчицы, греческого сена, квасцов, каждого по p. I., бычьего сала p. II.s.

13. 14. Против зоба я знаю много компрессов. Но я полагаю, что чем хуже эта болезнь и чем труднее она уничтожается, тем более должно быть испробовано средств, которые различным образом сказываются на людях.

Андрей является автором рецепта, в котором смешиваются: семени крапивы p.) - )I., круглого перца, винной пальмы, гальбана, смолистой комеди, сухой смолы, каждого по p.#.IV., жидкой смолы, воска, пиретрума, продолговатого перца, семени морского салата, серы не испытанной огнем, которая называется ápyros, отстоя сухого уксуса, окиси натра, нашатыря, горчицы, кардамона, корня лесного огурца, смолы, каждого по p.#.VIII. Все эти средства растираются в легком вине.

15. Более подходящим для той же цели является компресс, который заключает в себе равные количества семени омелы, помета, смолы и серы не испытанной огнем. Кроме того компресс, в котором находится: серы p.#.I., камня, который называют пиритом (pyrites) p.#.IV., одна уксусница тмина, а также компресс, в котором заключается одна часть того же камня, две части серы и три части смолы терпентинного дерева.

16. Имеется также компресс некоего Араба против зоба и возникающих нарывов, который и уничтожает их.

Он заключает в себе: мирры, нашатыря, фимиама, смолы и сухой, и жидкой, выжимки шафрана, воска, каждого по p.#.I., того камня, который называют пиритом p.#.IV.; к ним также прибавляют серы p.#.II.

17. Есть также компресс, помогающий при зобе, при тех опухолях, которые с трудом созревают, и тех, которые называются carkinóde. Он состоит из p.#.II. серы, p.#.IV. натра, p.#.VI. мирры, p.s, сажи ладана, p.z. нашатыря, p. I. воска.

18. Протарх же от parotides и тех бугорков, которые называются melikerides, а также против злокачественных язв смешивал по p.#.VIII. пемзы, жидкой сосновой смолы, сажи ладана, пены натpa, ириса с p.#.IX. воска; и к этому добавлял полтора киафа масла.

19. Против же нарыва (panus), когда он только начинает появляться, что греки называют phýgethlon, и против всякого бугорка смешивается охра, называемая так по-аттически, с двумя частями тончайшей пшеничной муки; к ним, когда они растираются, многократно вливается по капле мед до тех пор, пока не получится густота мази.

20. Уничтожает также всякую припухлость компресс, содержащий известь, пену натра, круглый перец, каждого по p.#.I., гальбана p.#.II., соли p.#.IV. Все это смешивается с восковой мазью, сделанной на розовом масле.

21. Прекращает всякое нагноение тот компресс, в котором содержится гальбана, размолотых бобов по p.#.I., мирры, ладана, коры корня каперса, каждого по p.#.IV. Неплохо уничтожает всякое нагноение также улитка, сожженная и хорошо растертая после того, как многократно добавлен уксус.

22. Но если сильно приливает кровь, хорошо накладывать компресс, помогающий также при гнойных нарывах (phymata). Состоит он из следующего: смолы винной пальмы, стиракса, нашатыря, гальбана, сухой и жидкой сосновой смолы, а также смолы мастикового дерева, ладана, ириса, каждого по p.#.II.

23. Carkinóde хорошо размягчаются следующим соединением: по p.#.I. гальбана, омелы, нашатыря, смолы терпентинного дерева, p.s. бычьего сала и как можно больше жженых дрожжей, но чтобы эта смесь не сделалась суше, чем следует быть компрессу.

24. Если при ушибе лица есть кровавый синяк, его устраняет следующая смесь, наложенная на ночь и день: кирказона, тапсии по p.#.II., смолы винной пальмы, стиракса, нашатыря, гальбана, смолы сухой и смолы мастикового дерева - жидкой, крепкого ладана, ириса иллирийского, воска, каждого p.#.IV. Помогает при этом также наложенный боб.

25. Существуют также некоторые компрессы, называемые греками anastomoticá, потому что они обладают силой открывать (нарывы). Таким является компресс, состоящий из следующего: длинного перца и пены натра, каждого по p.#.II., p.#.IV. ужовника, всё это смешивается с медом. Эти компрессы пригодны также для вскрытия опухолей желез на шее. Более действенным из компрессов этого рода является тот, который содержит извести p.#.IV., 6 зерен перца, натра и воска по p.#.Х., меда p.z., масла половину секстария.

26. Существует также компресс Никона, который рассасывает, вскрывает и очищает. Он содержит равные части морской пенки, серы, натра, пемзы, к которым прибавляется столько дегтя и воска, чтобы получилась густота восковой мази.

27. Для костей же применяется средство Аристогена. Оно делается из следующего: серы p.#.I., смолы терпентинного дерева, пены натра, внутренней части морского лука, свинца отмытого, каждого p.#.II., сажи ладана p.#VIII., смоквы сухой и очень жирной и сала бычьего по p.#.VIII., воска p.#.XII., ириса македонского p.#.VI, одной уксусницы натертого кунжута.

28. Больше всего компресс подходит для суставов и сухожилий. Так средство Евтиклея пригодно от всякой боли: и от боли в суставах, и от боли пузыря и для суставов, стянутых свежим рубцом, которые греки называют ankýlai. Эта смесь содержит одну уксусницу сажи ладана, столько же смолы, гальбана без сучков (sine surculis) 1,5 унции, нашатыря, смолы винной пальмы каждого по· p. z., воска p. s. При болях того же рода в пальцах пригодно следующее средство: по p.#.XIV ириса, нашатыря, гальбана и натра, p.#.IV жидкой смолы и p.#.XVI воска.

29. Средство Сосагора от болей суставов содержит равные части жженого свинца, маковых слезок, кожицы белены, стиракса, горчичника, сала, смолы, воска.

30. Средство Хрисиппа содержит p.#.XII жидкой смолы, сандарака и перца. К ним добавляется немного воска.

31. Компресс Ктесифонта состоит из воска критского, смолы терпентинного дерева, натра, очень красного по p. s. каждого и 3 киафов масла. Но натр этот предварительно, в течение трех дней растирается с вливаемой по капле водой и варится с секстарием ее до тех пор, пока не поглотится вся жидкость. Помогает это соединение также при свинке (parotides), гнойных нарывах (phymata), зобе и всяком скоплении жидкости, требующем размягчения.

32. При болях суставов неизвестный автор правильно назначает часть сухой смоквы, смешанную с кошачьей мятой, или дикий виноград без зернышек с полеем.

33. Те же самые компрессы являются средством от подагры. Но против нее употребляется также средство Аристона, которое содержит по p.#.VIII, нарда, корицы, душистой кассии, корня волосного осота, круглого ситника; p.#.XX. сала козьего, растопленного в ирисовой мази, p.#.I ириса, который должен в течение 20 дней лежать в очень крепком уксусе. Это же средство устраняет также свежие гнойные нарывы (phymata) и всякие боли.

34. Теоксен же при болях в ногах смешивал одну часть сала от почек с двумя частями соли и прикладывал к ногам смазанный этой смесью тонкий пергамент; а затем налагал сверху смолистую камедь, разведенную в уксусе.

35. Нумений же размягчал подагрические и прочие затвердения суставов следующей смесью: по p.#.III. полыни, сухой розы и сока мака, p.#.IV. смолы терпентинного дерева, по p.#.VIII. ладана и пены натра, по p.#.XII ириса и кирказона, p. III. воска. К этому прибавляется один киаф кедрового масла, 3 киафа лаврового масла и секстарий горького масла.

36. Если на суставах имеется мозоль, Дексий учил прикладывать мазь, состоящую из p.#.IV. извести, p.#.VIII. белил, p.#.XX сосновой смолы, 30 зерен перца, p. z. воска, к которым, пока они растираются, вливается по капле половина секстария слабого вина.

 

ГЛАВА XIX. О ПЛАСТЫРЯХ

Наиболее употребительны из пластырей те, которые накладываются прямо на кровоточащие раны: греки называют их énaima. Именно они прекращают воспаление, если сила его невелика, а также ослабляют его силу; кроме того, они склеивают раны, допускающие это, и способствуют рубцеванию их. Состоят же они из лекарств не жирных и поэтому называются обезжиренными.

1. Лучший из них тот, который называется "чужеземным". Он содержит соскобленной медной ржавчины p.#.XII., серебряной пены, p.#.XX. квасцов, сухого дегтя и сухой сосновой смолы, каждого по p.#.I. К этому добавляется по половине секстария масла и уксуса.

2. Второй пластырь, употребляемый для той же цели, называемый coacón, содержит серебряной пены p.#.C и столько же сухой смолы. Но пена предварительно варится с 1,5 секстариями масла. Цвет этих двух пластырей - черный. Таким он обычно делается от дегтя и смолы. От асфальта же он бывает особенно черным. Медная ржавчина или медная окалина придают пластырю зеленый цвет, сурик - красный, белила - белый.

3. Очень немногочисленны соединения, в которых разнообразие смеси изменяет что-либо. Поэтому черным является также и пластырь, называемый basilicón. Он содержит панацеи p.#.I., гальбана p.#.II, дегтя и смолы по p.#.X, масла половину киафа.

4. Яркозеленый пластырь называется изумрудным. В нем содержится: смолы сосновой p.#.III, воска p.#.I. медной ржавчины p. s., сажи ладана p. z., столько же масла и уксуса, в котором сажа и ржавчина соединяются в одно.

5. Существует также пластырь почти рыжего цвета, который, как будто, быстро зарубцевывает раны. Он содержит: ладана p.#.I, смолы p.#.II, медной окалины p.#.IV серебряной пены p.#.ХХ, воска p.#.С. и половину секстария масла.

6. Кроме того, есть соединение, которое называют rháptusa вследствие его свойства склеивать. Состоит оно из следующего: асфальта, квасцов волокнистых по p.#.IV., серебряной пены p.#.XL., половины секстария старого масла.

7. Кроме того, существуют некоторые пластыри того же рода, называемые греками kephalicá, потому что они применяются, главным образом, при ушибах головы. Смесь Филота содержит земли эретрийской, медной руды, каждого по p.#.IV. мирры, меди жженой по p.#.X, рыбьего клея p.#.IV, соскобленной медной ржавчины, квасцов круглых, трюфеля сырого, кирказона, каждого по p.#.VIII, медной окалины p.#.X, крепкого ладана p.#.II, воска p.#.I., розового и горького масла по 3 киафа; уксуса, сколько будет нужно, чтобы из этого были растерты сухие (пластыри).

8. Другой пластырь для той же цели, зеленый, содержит: меди жженой, медной окалины, мирры, рыбьего клея, каждого по p.#.VI, трюфеля сырого, соскобленной медной ржавчины, кирказона и круглых квасцов по p.#.VIII, воска p.#.I, масла 1/2 секстария, уксуса сколько потребуется.

9. Для ускорения нагноения лучшим и, к тому же, очень легким для приготовления, является пластырь, который греки называют четырехлекарственным. Он содержит равные части воска, дегтя, смолы и бычьего сала, если же его нет, то телячьего.

10. Другой пластырь для той же цели называется девятилекарственным. Но этот преимущественно прочищает. Состоит он из девяти веществ, смешиваемых в равных количествах: воска, меда, сала, смолы, мирры, розы, костного мозга оленьего, телячьего или бычьего, ланолина, коровьего масла.

11. Некоторые пластыри обладают двоякими свойствами: их лучше употреблять по одному, а во множестве они не годятся. Если они употреблены по одному, они достигают именно того результата, который требуется в данный момент. В качестве примера я приведу два.

Для ран применяется Атталов пластырь, состоящий из p.#.XVI медной окалины, p.#.XV сажи ладана и p.#.XV нашатыря, p.#.XXV жидкой смолы терпентинного дерева и такого же количества бычьего сала, полутора секстариев уксуса и секстария масла.

К пластырям, применяемым при ушибе головы, некоторые врачи относят тот, автором которого считается Иудей. Его состав следующий: p.#.IV соли, по p.#.XII окалины красной меди и меди жженой, по p.#.XVI смолистой комеди, сажи ладана и сухой смолы, по p.#.XX смолы колофонской, воска и телячьего сала, тщательно подготовленного, полтора киафа уксуса и менее киафа масла. Тщательно подготовленным называют, например, сало, если из него тщательно удалены все пленочки.

12. Есть еще некоторые прекрасные пластыри для вытягивания, называемые также epispasticá. Таков, например, тот, который называется diádaphnidon, в связи с содержанием в нем ягод лавра. В нем содержится смолы терпентинного дерева p.#.X, натра, воска, дегтя сухого, ягод лавра, каждого по p.#.XX, немного масла. Всякий раз, когда я буду назначать ягоду, орех или что-либо подобное, нужно помнить, что прежде чем они отвешиваются, с них должна быть снята верхняя кожица.

13. Другой пластырь того же названия, служащий также и для вытягивания гноя, содержит: равные части телячьего сала, смолистой комеди, дегтя, воска, натра, ягод лавра, сухой смолы, кирказона, пиретрума.

14. Кроме этих существует также пластырь Филократа, который содержит нашатыря p.#.VII, кирказона p.#.VIII, воска, смолы терпентинного дерева, сажи ладана по p.#.XV, серебряной пены p.#.XXXII. К этому, чтобы также ускорить нагноение, прибавляется p.#.IV ириса и p.#.VI гальбана.

15. Однако, лучшим для вытягивания гноя является пластырь, который греки из-за сходства с грязью называют rhypódes. Он содержит мирры, шафрана, ириса, пчелиного клея, смолы винной пальмы, зерен граната, квасцов волокнистых и круглых, трюфеля, медной руды, сваренного сапожного зеленого купороса, панацеи, нашатыря, омелы, каждого по p.#.IV, кирказона p.#.VIII, медной окалины p.#.XVI, смолы терпентинного дерева p.#.LXXV воска и сала бычьего или козьего по p.#.с.

16. По Гекатею, пластырь этого же рода делается из следующих веществ: гальбана p.#.II, сажи ладана p.#.IV дегтя p.#.VI, воска и смолы терпентинного дерева по p.#.VIII, к которым прибавляется немного ирисовой мази.

17. Пригоден для той же цели и зеленый александрийский пластырь, содержащий квасцов волокнистых p.#.VIII, нашатыря p.#.VIII. z., медной окалины p.#.XVI, мирры и ладана по p.#.XVIII, воска p.#.CL, смолы колофонской или сосновой p.#.СС, масла половину секстария, уксуса секстарий.

18. Существуют некоторые пластыри, разъедающие, называемые греками septá. Таким является тот, который содержит по p. z. смолы терпентинного дерева и сажи ладана, p.#.I. медной окалины, p.#.II ладанника, столько же квасцов и p.#.IV серебряной пены.

19. Сильно разъедает тело, а также обнажает кости и сдерживает нарастающее сверху мясо пластырь, содержащий по одной унции серебряной пены и медной окалины, по две унции натра, не обработанного огнем, ассийского камня (lapis assii) и кирказона, по p. s. воска, смолы терпентинного дерева, ладана, старого масла, сапожного зеленого купороса и нашатыря p. s., скобленной медной ржавчины восемь унций, половину секстария уксуса, приготовленного из морского лука и столько же аминейского вина.

20. Некоторые пластыри применяются при укусах. Таков черный пластырь Диогена, содержащий асфальта, воска, сухой сосновой смолы каждого по p.#.XX, серебряной пены p. #.c., масла секстарий. Либо пластырь, содержащий медной окалины p.#.IV, белил и соскобленной медной ржавчины по p.#.VIII, нашатыря p.#.XII, воска и смолы сосновой по p.#.XXV, серебряной пены p.#.с, и секстарий масла. Или тот, в котором содержится медной окалины p.#.XIV, гальбана p.#.VI, белил и соскобленной медной ржавчины по p.#.VIII, смолистой камеди p.#.XII, воска и сосновой смолы по p.#.XXXV. Серебряная пена сваривается.

21. Годен для той же цели и красный пластырь, называемый эфесским. Он содержит смолы терпентинного дерева p.#.II, гальбана p.#.IV, сурика синопского p.#.VI, сажи ладана p.#.VI, воска p.#.VIII, серебряной пены p.#.XXXVI, половину секстария старого масла.

22. Сюда же относится и пластырь, состоящий из медной окалины, сажи ладана (по p.#.IV каждого), гальбана p.#.VI, нашатыря p.#.XII. z., p.#.XXV воска и 1,5 секстариев масла. Эти же пластыри накладываются прямо и на другие более свежие раны.

23. Есть также белые мягкие пластыри, применяемые обычно при легких ранах и, преимущественно, для стариков. Таков пластырь, содержащий белил p.#.XXXII, сала телячьего, тщательно подготовленного, и воска по p.#.XLVIII, и 1,5 секстария масла, в котором варятся белила.

24. Другой пластырь содержит белил p.#.XX, воска p.#.XXXV, масла половину секстария и секстарий воды. Нужно помнить, что всякий раз, когда эти жидкости добавляются к белилам или серебряной пене, последние должны прокипеть в них. Соединение это очень белого цвета и поэтому называется слоновым.

25. Есть также некоторые мягкие пластыри, которые греки обычно называют liparái. Например, тот, который содержит сурика p.#.IV, серебряной пены p.#.XXV, воска и свиного сала по p.#.XXXVII 4 яичных желтка.

26. Другой пластырь того же рода содержит воска и смолы терпентинного дерева по p.#.VI, белил p.#.VIII, серебряной пены и шлака свинца по p.#.XX, масла египетской клещевины и миртового по половине секстария.

27. Третий пластырь, приписываемый Архагату, содержит трюфеля сваренного и меди жженой по p.#.IV., белил сваренных p.#.VIII, смолы терпентинного дерева p.#.X, серебряной пены p.#.VI.

28. Есть еще пластыри такого же рода. Они содержат: 1) серебряной пены, воска, свиного сала по p.#.XXVII каждого, четыре сваренных яичных желтка и половину секстария розового масла. Либо: 2) 3 части восковой мази, сделанной на миртовом масле, четвертую часть свиного сала, немного шлака свинца. 3) Берется полфунта серебряной пены, которая варится в половине секстария масла и половине секстария морской воды до тех пор, пока она не перестанет бурлить. К этому нужно прибавить немного воска. 4) Равные части воска, сала, сурьмы, серебряной пены, белил.

 

ГЛАВА XX. О ЛЕПЕШЕЧКАХ

1. Лепешечки также обладают различными свойствами. Некоторые из них пригодны для склеивания и лечения свежих ран. Например, та, которая содержит по p.#.I медной руды, трюфеля, пены натра, яри, чернильного орешка, волокнистых квасцов, умеренно обожженных; по p.#.III жженой меди и зерен граната.

Все это нужно развести уксусом и в таком виде наложить на то место, где рана должна быть заживлена. Если же в этом месте много сухожилий и мышц, лучше смешать соединение с восковой мазью так, чтобы мази была одна часть, остальной смеси - 8. Другое соединение для заживления ран состоит из p.#.I асфальта и волокнистых квасцов, p.#.IV жженной меди, p.#.XI серебряной пены и секстария масла.

2. Очень известна лепешечка Полида, называемая также sphragis. Она содержит p.#.I. S. волокнистых квасцов, p.#.II зеленого сапожного купороса, p.#.V мирры и столько же алоэ, по p.#.VI зерен граната и бычьей желчи. Все это, будучи растерто, смешивается с кислым вином.

3. При загрязненных язвах, при почернении в ушах, ноздрях и срамных местах и их воспалении применяется следующее соединение: p.#.I буры, по p.#.II зеленого сапожного купороса, и волокнистых квасцов, p.#.IV коры можжухи, p.#.VI сурика, p.#.XIII серебряной пены, p.#.XVI белил. Все это соединяется с уксусом и, когда средство должно быть использовано, разбавляется им.

4. Соединение же Андрония применяется при воспалении опухоли на шее, при загрязнении органов деторождения, а также для страдающих раком. Оно содержит по p.#.I чернильных орехов, зеленого сапожного купороса и мирры, по p.#.II кирказона и волокнистых квасцов, p.#.XXV зерен граната. Все это смешивается со сладким вином и при употреблении разводится уксусом или вином в зависимости от того, насколько серьезна болезнь, которую нужно лечить.

5. В особенности при трещинах в заднем проходе или при истечении крови из отверстий вен употребляется следующее соединение: p.#.II. медной ржавчины, p.#.ХII мирры, по p.#.XVI сурьмы, сока мака и смолы гороховника. Все это растирается с вином и при самом употреблении отстаивается.

6. Изгоняет из мочевого пузыря камни вместе с мочой, кажется, следующее соединение, состоящее из равных частей дикой корицы, шафрана, мирры, коста, нарда, корицы, сладкого корня, бальзама, гиперика. Все это растирается; затем вливается каплями слабое вино и делаются пилюли, из которых каждая весит p.#.z. Они даются больному каждое утро натощак по 1 пилюле.

 

ГЛАВА XXI. О МАТОЧНЫХ КОЛЬЦАХ

Перечисленные выше 3 вида соединений употребляются очень часто и в разнообразных случаях. Но и другие также полезны. Например, те, которые применяются женщинами; греки называют их pessói. Особенность их заключается в следующем: сложными лекарствами пропитывается мягкая шерсть и эта шерсть вкладывается в органы деторождения.

1. Если нужно вызвать кровотечение, к двум кавнским фигам прибавляется p.#.I натра; либо растирается семя чеснока, добавляется немного мирры и все это смешивается с мазью, приготовленной из лилий, либо внутренняя часть лесного огурца разводится женским молоком.

2. Для расслабления матки смешивается яичный желток, греческое сено, роза и шафран. Либо по p.#.z. сока собачьих огурцов и соли и p.#.VI дикого винограда смешиваются с медом.

3. Либо соединение Боэта: смешивается по p.#.IV шафрана и смолы терпентинного дерева, ρ.#zz. мирры, p.#.I розового масла, p.#.I телячьего сала и p.#.II воска.

4. Но самым лучшим против воспаления матки является соединение Нумения, которое содержит p.#.z. шафрана, p.#.I восковой мази, p. #.VII коровьего масла, p.#.XII гусиного сала, 2 сваренных яичных желтка и менее киафа розового масла.

5. Если ребенок ушел внутрь то, чтобы легче его изгнать, нужно воспользоваться коркой граната, растертой в воде.

6. Если же случается, что женщина ослабевает вследствие поражения этих мест, нужно сжечь и растереть улиток вместе с их раковинами, а затем к этому добавить мед.

7. Если же женщина не беременеет, то нужно размягчить львиное сало вместе с розовым маслом.

 

ГЛАВА XXII. О СРЕДСТВАХ, КОТОРЫЕ МЫ УПОТРЕБЛЯЕМ В СУХОМ ВИДЕ

1. Есть некоторые смеси лекарств, которые мы употребляем в сухом виде не сгущенными, - как присыпки, либо в смеси с чем-либо жидким - как мази. Таким является средство для уничтожения дикого мяса. Оно содержит p.#.I. медной окалины и сажи ладана и p.#.II. медной ржавчины.

Эти же самые средства в смеси с медом очищают язвы, а с воском - наполняют. Разъедают также мясо трюфель и чернильный орешек, смешанные в равных частях: их можно либо присыпать в сухом виде, либо намазывать в смеси с цинковой мазью.

2. Ограничивает гниение мяса, не дает ему распространяться дальше и легко разъедает - мед, смешанный с чечевицей, либо с маррубией или же с листьями оливы, предварительно сваренными в вине. А также кампанский донник, сваренный в вине с медом, и затем растертый. Либо известь с восковой мазью. Либо смесь двух частей горьких орехов с одной частью чеснока, к чему добавляется немного шафрана. Тем же свойством обладает средство, которое содержит p.#.VI. серебряной пены, p.#.XII. обожженного бычьего рога и по три киафа миртового масла и вина. А также средство, содержащее по p.#.II. цветов граната, зеленого сапожного купороса и алоэ, по p.#.IV, волокнистых квасцов и ладана, p.#.VIII, чернильных орешков и p.#.X кирказона. Еще лучше делает, то же самое при этом и прижигая, мышьяковая обманка и медная руда с натром, либо известью, либо с обожженным папирусом; также и соль с уксусом. Либо соединение, которое содержит по p.#.II. медной руды, зерен граната и алоэ, по p.#.IV волокнистых квасцов и ладана, p.#.VIII. чернильных орешков, p.#.X. кирказона и такое количество меда, которое необходимо для сгущения этой смеси. Либо соединение из p.#.I. шпанских мушек, такого же количества серы и p.#.III. куколя, к чему добавляется столько жидкого дегтя, сколько необходимо для их связи. Или медная руда, смешанная со смолой и рутой. Либо известь с той же самой смолой. Либо дикий виноград с жидким дегтем.

Тем же свойством обладает и соединение равных количеств прокаленных винных дрожжей, извести и натра. Либо смесь из p.#.zz. волокнистых квасцов, p.#.I. сажи сандарака, такого же количества натра, p.#.VIII. чернильных орешков, p.#.X. кирказона и необходимого количества меда.

3. Есть еще соединение Геры, содержащее по p.#.II. мирры и медной руды, по p.#.IV. алоэ, ладана и волокнистых квасцов, по p.#.VIII. кирказона и незрелых чернильных орешков и p.#.Х. растертой корки граната.

4. Есть и соединение Иудея, в котором содержатся две части извести и одна часть очень красного натра; все это смешивается с мочой несовершеннолетнего мальчика до тех пор, пока не будет густота грязи. И тотчас же то место, на которое накладывается лекарство, должно быть смочено.

5. А Иолл смешивал по p.#.I обожженного папируса и сандарака, p.#.II. извести и столько же мышьяковой обманки.

6. Если же из оболочки, находящейся над мозгом, вытекает кровь, нужно присыпать это место жженным и растертым яичным желтком; если кровотечение в другом месте, используется смесь желтой мышьяковой обманки и медной окалины по p.#.I. p.#.II. сандарака и p.#.IV жженного мрамора. Эти же средства препятствуют и распространению рака. Для рубцевания используется соединение медной окалины и сажи ладана, каждого по p.#.II. и p.#.IV. извести. Эти же средства препятствуют также нарастанию дикого мяса.

7. Тимей при заболевании священным огнем пользовался и следующими соединениями: p.#.II мирры, по p.#.III. ладана, и сапожного зеленого купороса, по p.#.IV, сандарака, желтой мышьяковой обманки и медной окалины, p.#.VI, чернильных орешков и p.#VIII. обожженных белил. Эти средства употребляются либо в виде сухих присыпок, либо также в смеси с медом.

8. Чихание вызывается белой чемерицей или воробьиным яблоком, поднесенным к носу, или смешанными: перцем, белой чемерицей, каждого по p.#.z., бобровой струей p.#.I, пеной натра p.#.I. и воробьиным яблоком p.#.IV.

9. Полоскания делаются либо с целью очищения, остановки или возбуждения. Очищают: молоко, сок ячменной крупы или отрубей. Останавливают: вода, в которой сварены либо чечевица, либо роза, либо ежевика, либо плод сальника, либо финики; возбуждают: горчица, перец.

 

ГЛАВА XXIII. О ПРОТИВОЯДИЯХ И О ТОМ, ПРИ КАКИХ БОЛЕЗНЯХ ОНИ ПОМОГАЮТ.

Противоядия редко, но иногда особенно необходимы, так как помогают в самых тяжелых случаях. По крайней мере, они правильно даются при ушибах тела, или от удара, или падения с высоты, или при болях во внутренностях, боках, горле и в глубине тела. Но в высшей степени они желательны против ядов, попавших в наше тело или через укус или посредством пищи и питья.

1. Состав одного из них: маковых слезок p.#.zz., кислоты (acorum), малабатра p.#.V., иллирийского ириса, камеди, каждого по p.#.II. аниса p.#.III, галльского нарда, сухих листьев розы, кардамона, каждого по p.#.IV, петрушки p.#.zz., трилистника p.#.V., черной дикой корицы, папоротника, винной пальмы, семени бальзама, белого перца, каждого по p.#.V.zz., стиракса p.#.V.zz. мирры, сирийского нарда, крепкого ладана, сока гипоцистида каждого p.#.VI., бобровой струи p.#.VI., коста, белого перца, гальбана, смолы терпентинного дерева, шафрана, цветка круглого ситника, каждого p.#.VI.zz., сладкого корня p.#.VIII.zz. Все это смешивается или с медом или с вином из сушеного винограда.

2. Другое противоядие, которое, как говорят, составил Зопир для царя Птолемея и назвал его Амброзией, состоит из следующего: коста, крепкого ладана, каждого p.#.V, белого перца p.#.z., цветка круглого ситника p.#.II, корицы p.#.III., черной дикой корицы p.#.IV., киликийского шафрана p.#.IV.z., мирры, которую называют stakté (мирровым маслом) p.#.V., индийского нарда p.#.z.; растертые по отдельности, они смешиваются с вареным медом, потом, перед употреблением, количество его, которое поместится в египетском бобе, разбавляется для питья вином.

3. Но самым известным является противоядие Митридата, которым этот царь, как говорят, принимая его ежедневно, сделал весь свой организм невосприимчивым к воздействию ядов. В нем находится следующее: коста p.#.z., кислоты p.#.V., гиперика, камеди, сагапена, сока акации, иллирийского ириса, кардамона, каждого p.#.II., аниса p.#.III., галицийского нарда, корня горечавки, сухих листьев розы, каждого p.#.IV., маковых слезок, петрушки, каждого p.#.IV. z., дикой корицы, охры (род земли), белой дубровки, длинного перца, каждого p.#.VI., стиракса p.#.V. z., бобровой струи, ладана, сока гипоцистида, мирры, опопанакса, каждого p.#.VI., индийской корицы p.#.VI., цветка круглого ситника, смолы терпентинного дерева, гальбана, семени критской моркови, каждого p.#.VI.z., нарда, сока бальзамового дерева, каждого p.#.VI. z., пастушьей сумки p.#.VI. zz., понтийского корня, p.#.VII, шафрана, имбиря, корицы, каждого p.#.VIII. Все это в растертом виде разбавляется медом и дается с вином против яда в таком количестве, сколько поместится в грецком орехе. При другом состоянии организма в зависимости от его восприимчивости достаточно такого количества, сколько его поместится в египетском бобе или горошине.

 

ГЛАВА XXIV. ОБ АКОПАХ

1. Акопы также полезны для сухожилий. Таковым является то, что содержит цветка круглого ситника p.#.II.zz., коста, квадратного ситника, ягод лавра, нашатыря, кардамона, каждого p.#.IV. z., мирры, жженой меди, каждого p.#.VII, иллирийского ириса, воска, каждого p.#.XIV., александрийского тростника, круглого ситника, аспалата, бальзамового дерева, каждого p.#.XXVIII, сала p. 1., киаф ирисовой мази.

2. Другой акоп, который называют euódes, составляется следующим образом: перевариваются вместе воска p. z., столько же масла, смолы терпентинного дерева величиною с грецкий орех; он затем растирается в ступе и после этого вливается по каплям чашка самого лучшего меда и затем по три киафа ирисовой мази и розового масла.

3. Enchrista греки называют жидкие акопы, которые намазываются. Мазь составляется для очищения и сплошного покрывания язв, главным образом между сухожилиями; перемешиваются между собой в равном количестве: коровье масло, телячий мозг, телячье сало, гусиный жир, воск, мед, смола терпентинного дерева, розовое масло, масло египетской клещевины. Все они по отдельности должны быть приведены в жидкое состояние, потом в жидком виде смешиваются и затем одновременно растираются. Эта мазь больше очищает и смягчает, если вместо розового масла наливается кипровое (cyprus).

4. Против священного огня растираются: серебряной мази p.#.VI., жженого коровьего рога p.#.XII., и попеременно прибавляется вино простое и миртовое до тех пор, пока не получится того и другого по три киафа.

 

ГЛАВА XXV. О ПИЛЮЛЯХ

1. Пилюль существует много и составляются они в разных случаях. Anódyna называют те, которые облегчают боль сном. Пользоваться ими, если не вынуждает крайняя необходимость, нецелесообразно. Ведь они состоят из сильнодействующих лекарств и притом неблагоприятных для желудка.

Однако для пищеварения можно употреблять пилюли, в которых находятся: маковых слезок, гальбана, каждого p.#.I., мирры, бобровой струи, перца, каждого p.#.II. Из этого достаточно проглотить пилюлю величиной с горошину.

2. Другая, худшая для желудка, но более сильная для сна, составляется из следующего: мандрагоры p.#.z., семени сельдерея, также семени белены, каждого p.#.IV., которые перетираются с вином. Достаточно принять одну пилюлю такой же величины, какая была предложена выше.

3. Головные боли, или язвы, гнойное воспаление слизистой оболочки глаза, затруднение дыхания, мучительные боли в кишках, воспаление женских половых органов, боль в бедре или в печени, или боли в селезенке, или в боку, или какие-либо неожиданно возникающие и прекращающиеся боли в других местах, успокаивают пилюли следующего рода: жабрицы, кислоты, семени лесной руты, каждого p.#.I. бобровой струи, корицы, каждого p.#.II., маковых слезок, корня панацеи, сухих плодов мандрагоры, цветка круглого камыша, каждого p.#.III, 56 зерен перца. Растертые сами по себе, затем снова смоченные вином из сушеного винограда, все они одновременно растираются до тех пор, пока не получится густота грязи. Тогда немного лекарства или проглатывается в этом виде или разбавляется водой и дается с питьем.

4. И также горсть лесного мака, какую можно захватить рукой, когда мак уже созрел для получения слезки, опускается в сосуд, заливается сверху водой, чтобы она его покрыла и таким образом варится. Когда же эта горсть хорошо проварена, она тут же, отжатая, выкладывается; с этой жидкостью в равной мере смешивается вино из сушеного винограда, и надо внимательно следить за тем, чтобы она имела густоту грязи. Когда она остынет, из нее делаются пилюли величиной с наш боб; они имеют разнообразное употребление. Принятые в чистом виде или с водой, они вызывают сон, облегчают боль в ушах с прибавлением небольшого количества сока руты и вина из сушеного винограда; разжиженные вином они прекращают боли в животе; смешанные с воском, приготовленным из розы, когда также прибавлено к ним немного шафрана, останавливают воспаление женских половых органов; приложенные с водой ко лбу, они задерживают переходящую на глаза гнойную жидкость.

5. Также, если боли женских половых органов препятствуют сну, смешиваются шафрана p. #.zz., аниса, мирры, каждого p.#.I, маковых слезок p.#.III., семени цикуты p.#.VIII., и перемешиваются с выдержанным вином; количество, имеющее величину волчьего боба, разбавляется тремя киафами воды. Однако при лихорадке это давать опасно.

6. Для лечения печени: соды p.#.z., шафрана, мирры, галльского нарда, каждого p.#.I., смешиваются с медом и дается в объеме египетского боба.

7. Для прекращения болей в боку: равные части перца, кирказона, нарда и мирры.

8. Для прекращения болей в грудной клетке: нарда p.#.I., ладана, дикой корицы, каждого p.#.III., мирры, корицы, каждого p.#.VI, шафрана p.#.VIII., квадрант смолы терпентинного дерева, три гемины меда.

9. От кашля пилюля Атениона: мирры, перца, каждого p.#.I, бобровой струи, маковых слезок, каждого p.#.I. Растертые по отдельности, они потом соединяются и даются по две пилюли, величиной с наш боб утром и на ночь перед сном.

10. Если кашель мешает сну, то при этом применяется пилюля Гераклида Тарентского: шафрана p.#.z., мирры, длинного перца, коста, гальбана каждого p.#.z., корицы, бобровой струи, маковых слезок, каждого p.#.I.

11. И если надо очистить язвы в горле при кашле, надо перетереть панацеи, мирры, скипидара, каждого унцию, гальбана p.#.z., иссопа p. #.≡− - прибавить к ним гемину меда и проглотить, сколько можно захватить пальцем.

12. "Колике" Кассия состоит из следующего: шафрана, аниса, бобровой струи, каждого p.#.III, петрушки p.#.IV, перца и длинного и круглого, каждого p.#.V, маковых слезок, круглого камыша, мирры, нарда, каждого p.#.V, все это смешивается с медом. Можно просто глотать или принимать с горячей водой.

13. Устраняет немоту слабых новорожденных или удаляет послед питье воды, к которой прибавлено нашатыря p.#.I. или критского дикого бадьяна p.#.I.

14. Страдающим при родах надо давать натощак с теплым вином эрисимум.

15. Для голоса полезен ладан p.#.I., данный в двух киафах вина.

16. От затрудненного мочеиспускания: длинного перца, бобровой струи, мирры, гальбана, маковых слезок, шафрана, коста по одной унции, шестую часть по весу стиракса, смолы, меда и киаф полыни. Из них надо давать пилюлю до величины египетского боба и утром, и после обеда.

17. Лекарство от болезней гортани делается следующим образом: дикой корицы, ириса, корицы, нарда, мирры, ладана p.#.I., шафрана p.#Ι z., тридцать гран перца; они перевариваются в трех секстариях вина из сушеного винограда до тех пор, пока в них не образуется густота меда. Или шафрана, мирры, ладана, каждого p.#.; их бросают в то же количество вина и тем же способом переваривают. Или три гемины того же вина варятся до тех пор, пока не будет застывать вынутая оттуда капля и добавляется p.#.I. тертой дикой корицы.

 

ГЛАВА XXVI. О ПЯТИ ВИДАХ ПОВРЕЖДЕНИИ ТЕЛА И, ПРЕЖДЕ ВСЕГО, О РАНАХ

После того как я изложил свойства лекарств, я покажу виды нарушений при которых бывает вред телу.

Видов этих пять: когда что-либо повреждено снаружи, как при ранах. Когда что-либо расстроено внутри себя самого, как при раке; когда что-либо, как камешек в мочевом пузыре. Когда что-либо увеличилось в размерах, как вена, которая вздувшись, обращается в варикозное вздутие. Когда чего-либо недостает, как например, в тех случаях, когда какая-либо часть стала короче. Из них одним приносят больше пользы лекарства, другим больше помогает хирургическое вмешательство. Итак, отложив те, которые в особенности требуют скальпеля в руки, я теперь расскажу о тех, которые главным образом нуждаются в лекарствах. И эту часть лечения, как более важную, я также разделю и раньше скажу о тех, которые бывают в любой части тела, потом о тех, которые угрожают определенным частям. Сначала я скажу о ранах.

1. Из них прежде всего врач должен знать, какие раны неизлечимы, какие должны иметь сложное лечение, а какие более скорое. Ведь свойство рассудительного человека, во-первых не касаться того, кого нельзя спасти и не брать на себя ответственность в том, что убил того, кого погубил его собственный жребий. Затем, когда бывает серьезная опасность, однако без явной безнадежности, нужно указать опасным больным, что положение их серьезно,