Леди Лораттея Фергас потягивала травяной напиток с маленькими пирожными, которые очень любила. Она обернулась на звук шагов и удовлетворенно вздохнула, залюбовавшись своим сыном. Красивый, умный, мужественный и о-очень послушный. Не сын, а мечта. Ослушался всего один раз… пытался ослушаться, но леди всегда знала нужные рычаги и бунт быстро захлебнулся. И ради кого?! Сопливая недочеловек и недовампирша, бр. В общем-то, семейство Одариан по ее меркам было достойным, чтобы позволить им породниться с их семьей, но женщину раздражал тот щенячий восторг, с которым ее мальчик рассказывал: Эли то, Эли это… Соперников леди не терпела, а девчонка могла со временем начать показывать зубы. Особенно, если вспомнить, норов ее родителей, то сомнения леди Лораттеи рассеялись в первые же секунды размышлений. Она, леди Фергас, должна была стоять у штурвала их славного семейства, иных капитанов на этом корабле нет, не было и не будет! Потому-то и выбрала она сыну в жены неприметную и тихую, как мышка, соседскую девушку.

Она была уверена, что сын сразу образумится, но он продолжал бегать на свидания к своей Эли, леди скривилась при воспоминании об этом имени, ничего не сказал ей, правда, но ведь снова и снова бежал. Да еще и жениться надумал, не смотря на недвусмысленное пожелание матери. Вот и пришлось идти к Одарианам, чтобы растоптать девчонку, а заодно и показать той, что ее сын тюфяк, который слушается в этой жизни только одну женщину — свою мать!

И все так хорошо шло, пока не объявилась эта истеричка, мать девчонки. Так с ней, леди Фергас, еще никто не смел разговаривать, как эта мелкая выскочка, вампирская подстилка. Женщина снова скривилась и поспешила положить в рот новое пирожное, чтобы успокоить нервы. Но она им всем отомстила, приложив маленькую дурочку Одариан. Но как же охотно местные кумушки подхватили тот бред, что она им поведала. Леди Фергас была настолько изумлена возникшим энтузиазмом, что даже не подумала о мести кровососа. Хорошо, что ее успели предупредить, иначе уже не есть бы ей этих вкусных пирожных и не любоваться на своего мальчика.

Раян бросил на мать косой взгляд и отвернулся. Женщина усмехнулась. Мальчишка ничего не знал про сплетни, за этим она тщательно следила, но ведь прибежал после карнавала красный, весь взмыленный, злой, как арх. Орал, топал ногами, даже пытался угрожать. Обвинял в том, что она, его мать, разрушила его жизнь. Кричал, что теперь потерял последнюю надежду, пытался выйти из повиновения. Но не была бы она Лораттеей Фергас, если бы не смогла прекратить и этот бунт. Конечно, мальчик еще дуется на нее, но больше не истерит и не кидается пустыми угрозами.

— Раян, мальчик мой, — позвала леди, отставляя чашку из тонкого фарфора.

— Что? — буркнул молодой лорд Фергас.

— Как прошла твоя встреча с малышкой Гаретт?

Раян бросил на нее хмурый взгляд.

— Я не ходил на эту встречу, мне не нравится твоя новая фаворитка, — он встал со своего места и направился на выход из гостиной.

Леди Лораттея в изумлении похлопала глазами и рявкнула:

— А ну, стоять!

Сын остановился, но к матери не обернулся.

— Опять? — без всяких предисловий холодно произнесла женщина. — Раян, подойди ко мне.

Но в этот момент послышался звук приближающихся шагов, и в гостиную вошел их дворецкий, чистокровный человек.

— Леди Фергас, к вам посетитель, — доложил мужчина. — Говорит, по важному делу.

— Да? — брови леди изумленно вздернулись вверх. — И кто же это?

— Это я, — произнес посетитель, не пожелавший ждать, когда ему позволят пройти. — Мрака.

Возмущение леди Фергас захлебнулось в неожиданном восторге, так и не вырвавшись наружу. Посетитель был высок, невероятно красив, статен, молод и безумно притягателен. Его огненно-красные волосы были собраны в элегантный хвост. Мужчина, явно имевший близкое родство с драконами, без всякого приглашения упал в кресло и закинул ногу на ногу.

— Позвольте… — возмущенно начал молодой лорд Фергас.

— Раян, уйди, — сухо велела его мать.

Раян бросил на женщину быстрый взгляд, чуть заметно скривился и покинул гостиную, а после и особняк. Леди Фергас натянула на лицо кокетливую улыбочку.

— Чем могу служить, лорд…

— Даршас, леди Лораттея, лорд Харташ Даршас, — ответил дракон глубоким приятным голосом, в котором так явно звучали бархатистые обволакивающие нотки.

— По какому же вы делу, лорд Даршас? — она стрельнула глазками и потупилась в притворном смущении.

Мужчина подался вперед, ухватил леди за руку и чуть сжал:

— Дела к архам, Лора, вы прекрасны! Как можно помнить о каких-то делах, когда рядом такая ослепительная женщина.

— Ах, — задохнулась леди, — что вы говорите…

Гость поднялся и дернул ее на себя. Лораттея охнула и замерла, не в силах пошевелиться. Очарование драконов лишила ее почвы под ногами так быстро, что впоследствии, вспоминая, как же все произошло, она не могла понять, почему холодный рассудок так подло подвел ее единственный раз.

Через полтора часа она подарила дракону замок в домене Хаттар-Аргар, особняк в столице Империи, дома еще в нескольких городах, даже собственное наследство, которое берегла и лелеяла, перешло к красноволосому соблазнителю. И когда мужчина покинул ее, леди Фергас уже точно знала, что готова к разводу со своим опостылевшим супругом.

* * *

Лорд Дэвин Фергас шел по улицам столицы, вдыхая полной грудью. Свобода! Он всегда обожал моменты, когда покидал супружеское гнездо. Там он был никем, придатком своей заносчивой высокомерной жены, на которой его женили родители, польстившись на ее наследство. С тех пор милое юное создание прибрало к своим рукам все, включая чувство собственного достоинства своего мужа.

Зато здесь, на улицах, где сновали люди и нелюди, даже не подозревавшие, что на свете есть такая Лораттея Фергас, он расправлял крылья, чувствуя себя МУЖЧИНОЙ! И лучше всего помогали ему ощутить это в одном милом доме. Его крошки, его девочки, его сладкие конфетки. Да, он любил доступных женщин. И чем дольше жил со своей властной супругой, тем больше любил этих легких и непосредственных дьери. И пусть их любовь была основана на тех деньгах, что он платил, но в борделе лорда хотя бы за это ценили!

Дэвин Фергас прошел насквозь несколько дворов и остановился напротив ажурной калитки. Ударив изящным молоточком о медную пластину, он подкрутил усы и самодовольно хмыкнул. Дверь в неприметном за деревьями домике открылась и оттуда выпорхнула одна из девушек.

— Ох, Дэви! — радостно воскликнула она. — Милый, я скучала, — и повисла на его шее, еще не успев открыть калитку. Девушка звонко поцеловала лорда Фергаса в щеку и, наконец, впустила в маленький садик. — И как мы сегодня будем шалить, милый? — игриво подмигнула девушка, утягивая за собой мужчину.

— Шалить будем, — засмеялся он, шлепнув девушку по упругому заду.

Они вошли в домик, и Дэвин распахнул объятья, в которые со всех сторон побежали его дорогие крошки, спеша одарить мужчину своей радостью от встречи. Лорд Фергас был счастлив, он блаженствовал, парил высоко в небесах, наслаждаясь их меркантильной радостью.

— Идем со мной, Дэви, — шептала ему низшая вампирша.

— Нет, со мной, — капризно надула губки демонесса-полукровка.

— Милый, я так тебя ждала! — воскликнула человеческая девушка.

— Пошли вон, воронье, — стиснула лорда в объятьях гоблинка Зиля.

— Тише, крошки, тише, — засмеялся Дэвин Фергаса, — порвете меня.

— О, Дэви-и, — тихо простонала еще одна демонесса, чистокровная, но из низших.

— Браво! — неизвестный мужской голос ворвался в эту идиллию. — Сколько обожания на одного мужчину! Я вам завидую, высокородный лорд, видят боги, как завидую.

Лорд Фергас напрягся, когда разглядел говорившего. Демон с дымчатыми глазами, великолепнейший представитель этой расы. И было в нем что-то… что-то такое, что отличало молодого мужчину от его собратьев, только сложно было понять, что именно. Просто демон был другой, иного определения было сложно подобрать. И все же девушки, мазнув по молодому красавцу взглядом, продолжили осаждать его, Дэвина Фергаса. И это позволило приветливо подмигнуть незнакомцу и самодовольно хмыкнуть:

— И в чем мой секрет, конфетки?

— Ты лучший, Дэви, — слаженно вздохнули девушки.

— Как видите, — счастливо засмеялся мужчина.

— Разрешите представиться, — демон склонил голову, — Лерэл Манс. Не откажите, пожалуйста, и пропустите со мной по бокальчику вина.

Взглянув на улыбающихся девушек, и игриво ущипнув парочку за их круглые попки, лорд Дэвин милостиво кивнул. И вскоре он уже сидел на мягком диванчике, распивая вино в компании нового знакомого. Девушки обступили их, кто-то массировал плечи, кто-то сидел на коленях, кто-то строил глазки, но, главное, по-прежнему отдавая свое внимание Дэви Фергасу.

Лорд сам не заметил, как легкий разговор с ноткой бахвальства перешел в новое русло. Он начал жаловаться на свою жену. И давалось это так легко, тем более, что у Лерэла он нашел живой отклик и внимание, а девушки так сочувствовали ему и жалели, что мужчина уже не стеснялся в выражениях.

— Это настоящая тварь! Она сделал тряпку не только из меня, ни и из нашего сына. Представляете? Мальчик влюбился. — Рассказывал лорд Фергас. — И девушка с такой кровью, что мы им и в подметки не годимся. Так эта стерва не дала им быть вместе, потому что испугалась, что ее зад на троне потеснят. Мало ей было того, что она обидела малышку и сделала сына несчастным, так она еще и грязные сплетни про нее распустила.

— Вы знали об этом? — спросил Лер и неприязненно посмотрел на собеседника, но сразу же стер это выражение за фальшивым добродушием и вниманием.

— Знал, — вздохнул Дэвин. — Жена сразу мне обо всем рассказала. Она любит мне рассказывать все свои мерзости.

— И что же вы? — продолжил свой маленький допрос демон.

— А что я? Я попытался укорить ее, но она меня просто не стала слушать. Она смешала меня с грязью! — с яростью выкрикнул лорд Фергас. — Превратила в… в… Только здесь я чувствую себя уютно.

Девушки поспешили приласкать мужчину. Лер подавил брезгливость и подался вперед:

— Так почему же вы не оставите ее? Разве можно столько лет терпеть вздорную бабу?

— А куда я пойду? — вздохнул лорд, но вдруг поджал губы и тряхнул головой. — А есть у меня один домишко, про который она не знает. И счет, тоже открытый в тайне от нее.

— Ну! — воскликнул Лер. — Так в чем же дело?

— Да, Дэви, — подхватила человеческая девушка. — А если заберешь меня, я стану тебе верной женой, — она подмигнула и выжидающе посмотрела на лорда.

— А ведь это выход! — поддержал демон. — Что вы теряете? Женщину, которая всю жизнь вас унижала?

— А сын…

— Он младенец? — насмешливо спросил Лер, и лорд Фергас мотнул головой. — Сам разберется.

На лице Дэвина отразилась усиленная работа мысли. Его глаза лихорадочно сверкнули, и мужчина вскочил, протягивая руку девушке.

— Идем.

— Куда? — опешила она.

— Сначала утрем нос моей жабе, а потом поедем в мой милый домик. Родишь мне дочку? А лучше двух? Всегда хотел много детей, но Лора боялась испортить фигуру.

— Рожу, — растерянно кивнула девушка. — А не упрекнешь?

— Не упрекнет, — уверенно ответил Лер. — Тогда в добрый путь и твердости вам. Вы же мужчина!

— Я — МУЖЧИНА! — воскликнул Дэвин, обнял девушку за талию, и они покинули бордель.

Лер проводил их внимательным взглядом и раскинул руки:

— Умницы мои!

— Все для тебя, милый, — весело ответили девушки, облепляя демона…

Дэвин Фергас решительно шел к своему особняку. Но, чем ближе он подходил, тем меньше решительности оставалось, и тогда Шани, его новая подруга, шептала мужчине, какой он сильный, и лорд опять преисполнялся решимости. К особняку он подлетел орлом, а входил уже милым зайкой, даже поддержка девушки не могла победить страх перед супругой.

— Подожди меня здесь, — попросил он Шани, оставляя ее внизу.

Затем поднялся наверх, напомнил себе, кто он, и шагнул в ту гостиную, где его супруга все еще парила в облаках после ухода своего аппетитного посетителя.

— Лора, — сурово произнес мужчина и осекся под ее взглядом.

— Ах, это ты, тряпка, — томно мурлыкнула леди Фергас.

— Тряпка? — он побагровел и решительно подошел к ней. — Что это значит, Лораттея?

— Что? — она потянулась и покосилась на него. — А то, что я ухожу от тебя, Дэв.

— Правда? — мужчина даже решил, что ослышался. — Как это?

— Я встретила настоящего мужчину, — ответила женщина. — О-о, он просто бог. Само великолепие. Пришел, увидел и все, я вся его.

Дэвин с минуту молчал, после недоверчиво посмотрел на жену, еще раз уточнил:

— Тебя соблазнили, и ты уходишь к тому, кто это сделал?

— Да! — воскликнула Лораттея и счастливо засмеялась.

Вместе с ней расхохотался лорд Фергас.

— Шлюха! — крикнул мужчина. — Лора, ты просто тупая шлюха! Задавись моими деньгами, тварь. Я свободен! Боги, благодарю, я свободен!!!

Он выскочил из гостиной и заорал на весь особняк:

— Лораттея грязная шлюха! Шани, красавица моя, знаешь, как выглядят шлюхи? Нет, крошка, не так, как ты или твои подруги, вы просто дарите радость таким, как я, пусть и за деньги. Настоящие шлюхи носят маски добропорядочных леди. Лицемерные и лживые насквозь. Идем отсюда, я свободен! И помни, ты обещала мне много детей.

— А ты не упрекать, — напомнила девушка, улыбнувшись лорду Фергасу.

— Дэв, стой! — послышался крик сверху. — Кто там с тобой?

— Моя любимая женщина, — со смехом ответил Дэвин. — Не ты, Лора, не ты!

— Стой! — леди Фергас уже бежала вниз. — Ты завел любовницу?

— Много любовниц, драгоценная моя, очень много! Все годы нашей совместной жизни я изменял тебе, слышишь, Лора? — отвечал ей муж, уже дойдя до двери. — Катись к архам, холодная тварь. Надутая пустышка.

И лорд Дэвин Фергас покинул супружеское гнездо… которое уже принадлежало одному пронырливому и очень аппетитному дракону.

* * *

Раян Фергас покинул отчий дом в смешанных чувствах. Он почти ненавидел свою мать, но она была его матерью, той, кто дал ему жизнь. Раян любил эту женщину, всегда слушал, она была непререкаемым авторитетом, и юноша верил, что она желает ему только счастья. Но то, что она сотворила с ним и с Эли… Сначала та помолвка, которую он не принял всерьез и старался упорно верить, что ему удастся водить матушку за нос, но жениться он хотел только на юной леди Одариан.

Раян был увлечен этой необычной девушкой, нежной, как полевые цветы, ранимой, но все же упрямой и со стержнем, который ощущался время от времени, увлечен еще лет с пятнадцати, когда она была совсем ребенком. Но, по-настоящему, заболел ею, когда Элиана начала расцветать. И ее ответная влюбленность стала настоящим счастьем для юноши. Сколько бессонных ночей он провел, мечтая о том дне, когда назовет девушку своей. Но потом вмешалась мать…

— Тьма, — выругался он сквозь стиснутые зубы.

Ему до сих пор было тошно от собственного блеянья, от того, что не смог защитить возлюбленную от оскорблений, сидел и молчал. Раян зло пнул камешек, и тот отлетел в прохожего гоблина.

— Простите, — пробормотал юноша и поспешил скрыться из вида разгневанного горожанина.

Он свернул за угол и привалился к стене. Всю ночь после случившегося он плакал, как ребенок, понимая, что потерял малышку Эли. Это не мать его лишила, это сам потерял. Из-за своей бесхребетности, из-за овечьего послушания, из-за того, что позволял манипулировать собой. Наверное, поэтому он тогда простил мать. А потом было бегство, которое ему толком не объяснили. Впрочем, Раян даже не интересовался, на тот момент ему было все равно. Ведь Эли отказалась с ним разговаривать, она была такой холодной и чужой, когда случайно выбежала на него с так называемой невестой. А ведь он, Раян, объяснял той девушке, что не может жениться на ней. И вдруг Эли… Оттолкнула, не пожелала выслушать.

Раян усмехнулся, а что он хотел ей сказать после всего, что случилось? Просить прощения? Он даже сам себе не мог объяснить этого. И потом, на карнавале…

— Ох, Эли, — тихо застонал юноша, отлепился от стены и побрел дальше.

Это было подобно гремевшему в небе фейерверку. Она, в столице, на карнавале, рядом! Даже плащ и маска не смогли скрыть от него любимый облик. Решился бы он подойти к ней в другой ситуации? Но вино и неожиданность придали смелости. И это было еще хуже. Она его ненавидела! Такой презрительный взгляд, слова… Раян снова застонал и прибавил шаг. Столько лет ждать, мечтать, надеяться, получить и потерять в один миг. А сплетни! Боги, он даже не знал, что его мать опустилась настолько, что облила грязью невинную девушку!

Это был первый настоящий скандал, когда он орал на свою мать. Она ведь даже не отрицала. Страшней всего, не раскаивалась. Уничтожила его, своего сына! Лишила мечты, растоптала в прах. Смешала его чувства с грязью, опошлила то светлое, что жило в нем. Опять нашла безответную овцу, которую назвала невестой.

— Достала! — рыкнул Раян, свернул снова за угол и застыл, разглядывая демона, преградившего ему дорогу.

Лорд Фергас узнал его. Это он был с Эли, он унизил его, Раяна, на глазах возлюбленной… Впрочем, разве можно его было унизить еще больше, чем он сам себя унизил? Раян попробовал обойти неожиданное препятствие, но демон вновь преградил ему дорогу.

— Что вам надо? — с досадой спросил юноша.

— Поговорим? — мрачновато спросил демон.

— О чем?

— О жизни, — усмехнулся спутник Элианы. — Не бойтесь, лорд Фергас, не убью.

— Я не боюсь, — возмущенно воскликнул Раян и поежился, когда на губах демона появилась язвительная ухмылка. — Хорошо, где вам угодно поговорить?

— Да, хоть в городском парке, — демон кивнул головой на литую решетку.

— Идемте, — решительно кивнул лорд Фергас.

Они, молча, вошли в парк, дошли до первой скамейки, и демон кивнул на нее.

— Не вижу смысла забираться в глушь, — произнес он, и Раян понял, что чувствует облегчение.

— О чем вы хотели со мной поговорить? — снова спросил юноша.

— Я же сказал, о жизни, о вашей жизни, — ответил демон. — Да, я не представился, лорд Ормис Бриннэйн.

— И что вам до моей жизни, лорд Бриннэйн? — нервно спросил Раян.

— Помочь хочу, — Ормис сощурился, глядя на яркое солнце. — Приятная погода, — заметил он. — А Эли сейчас не может находиться долго на солнце. Пьющие кровь не выносят прямых солнечных лучей.

Раян едва заметно напрягся и бросил короткий взгляд на собеседника. Решил поиздеваться над несчастным соперником? Но демон даже не смотрел на него.

— Да, я видел, что она изменилась, — наконец, тихо ответил юноша. — Только не понимаю, почему.

— Все просто. После той грязи, в которой ее вываляли по прихоти вашей матери, Элиана сбежала из дома. Защита родных исчезла, и кровь отца проснулась, меняя ее и делая сильней. Вы знали, что она убегала из дома? — Ормис посмотрел на своего собеседника.

— Нет, — тихо ответил Фергас.

— И тем более не знаете, что вскоре после побега ее избили, ограбили и бросили в лесу на растерзание воллаков, — юноша невольно сжался, заметив разгорающийся гнев в глазах демона.

Но уже через мгновение забыл о своем страхе, стремительно бледнея, когда смысл слов лорда Бриннэйна дошел до него.

— И она бы погибла. К счастью, рядом оказался я, — добил его демон, и Раян закрыл лицо руками.

— Я ничего не знал, — простонал он. — Совсем ничего не знал.

— А всему виной стало ваше малодушие, лорд Фергас, — мягко, но так, что мурашки побежали по спине юноши, произнес Ормис. — Она чуть не умерла, слышите?

— Да, — прошептал Раян. — Но что вы от меня хотите?

— Услышать ответ на один вопрос — почему? Почему вы не нашли в себе смелости рассказать о помолвке? Почему позволили ее унизить? Почему не противостояли вашей матери?

Раян убрал руки от лица и внимательно посмотрел на демона. В черных глазах того мелькали ослепительные блики, а губы кривила презрительная усмешка, но все-таки лорд Бриннэйн ждал ответа.

— Проще всего ответить на первый вопрос, — тихо произнес Раян. — Я не собирался жениться. Думал, успокою матушку, а потом, когда скажу, что женюсь на Эли, она поймет, что ее затея была неудачной. Потому и не говорил.

— Тогда почему не отстояли?

Раян вздохнул и устало потер лицо.

— Все дело в матушке. Точней, в том, что произошло, когда мне было семь лет, — заговорил он. — Она тогда едва не умерла. Тяжело болела, несколько раз почти ушла за Грань. Мне было семь лет, лорд Бриннэйн, всего семь. Я на всю жизнь запомнил страх, что мамы не станет. Этот страх въелся в кровь, и каждое недомогание ее для меня было, как преддверие смерти. Мама, конечно, быстро поняла и, когда я вырос и начал спорить с ней, умело использовала этот страх. Она прекрасная актриса, но я ничего не могу с собой поделать. Как только она хватается за сердце, я замолкаю и делаю все, чтобы ей стало лучше. Так было и тогда, когда я сказал, что женюсь на Элиане. Она так хорошо разыграла припадок, что у меня не хватило решимости настоять. И потом, когда она топтала Эли, я мог лишь смотреть на этот кошмар.

— Но раз вы знали, что она играет! — по коже Ормиса прокатился блик Света.

— Я трус, лорд Бриннэйн! — крикнул Раян, и уже тише добавил. — Я просто мерзкий трус. Да, я знал, но не смог противостоять ее лицемерию и притворству. И потерял любимую девушку.

— Потеряли, — уверенно кивнул демон.

— А вы и Эли… — юноша вскинул глаза на мужчину.

— Да, она моя избранница, и как понимаете, я Эли никому не отдам, — отчеканил Ормис.

— Вы сильней меня, — Раян опустил глаза.

— Несомненно, — согласно кивнул демон. — Слушайте, лорд Фергас, а вам нравится та жизнь, которую вам диктует ваша мать?

Раян мотнул головой.

— Вы хотели бы освободиться от ее власти? — Ормис с интересом ждал ответ.

— А как? Мне убить ее что ли? — усмехнулся юноша.

— Зачем же так радиально? Вы можете просто уйти. Вы ведь взрослый мужчина, не дитя, — ответил лорд Бриннэйн.

Молодой лорд Фергас снова вскинул голову и взглянул на демона.

— Я даже могу вам помочь. Моему отцу требуется помощник в его делах. Он человек, — произнес Ормис. — Я могу доставить вас к нему прямо сейчас через окно перехода. Кормить вас будут, аванс выдадут, и вы сможете купить себе все необходимое на первое время. Платит старший лорд Бриннэйн весьма недурно. Его последний помощник недавно женился, и место, насколько мне известно, все еще вакантно. Решайтесь, Раян. У вас есть шанс начать новую жизнь. Уйти из-под жесткой опеки вашей матери, сменить место, найти новую любовь. Ну же!

— Почему вы помогаете мне, если так открыто презираете? — не удержался от вопроса юноша.

— Потому что ваша трусость подарила мне мою первую и единственную любовь, лорд Фергас. Я даже думать не хочу, что было бы, если бы вы тогда все-таки настояли на своем, и я бы не встретил мое Совершенство. — Спокойно ответил демон. — В некотором роде я испытываю к вам сочувствие и благодарность, но вы правы, вы мне неприятны. Но я не буду вас бить, потому что не трогаю женщин и детей. А вы, Раян, в сущности еще ребенок. Мальчик, которому не дали возмужать. Так что скажете? Мое предложение искреннее, без скрытого желания вас унизить. Рискнете или снова испугаетесь?

— Рискну, — ответил Раян Фергас. — Я хочу изменить свою жизнь.

— Тогда в путь, — Ормис встал и открыл портал. — Письмо матушке, думаю, лучше написать, но это вы сможете сделать на месте.

Он пригласил жестом юношу войти в портал. Раян поджал губы, тряхнул головой и шагнул. Ормис Бриннэйн усмехнулся и последовал за молодым Фергасом.

* * *

Леди Лораттея Фергас металась по особняку, словно пойманный в ловушку зверь. Она кидалась на слуг, отдавая им противоречивые приказания, истерично орала на них и снова приказывала. Женщину распирал гнев. Как он смел? Как?! Тряпка, об которую она столько лет вытирала ноги, который боялся купить себе новые трусы без ее ведома, изменял ей? ЕЙ?! И что за тварь он притащил в их дом? Как он смел кричать про нее такое?! Она — Лораттея Фергас, всегда подтянутая, молодая, красивая и умная женщина! Она мечта любого мужчины, а этот червяк позволил себе обманывать ее столько лет?!!

Это не она, это он должен был сейчас метаться и кидаться на стены от того, что потерял ее, ЕЕ! А он ушел так, словно это не она его, а он ее бросил. Ушел, мерзко смеясь и оскорбляя. Этого просто не может быть! Это сон, кошмар, и она обязательно сейчас проснется…

— Ничего, вот вернется Раян, я открою ему глаза на эту мразь, которую он называет отцом. Ничего…

Она услышала, как в внизу звякнул колокольчик, и расплылась в широкой ухмылке. Вернулся, приполз на брюхе. Тряпка! Понял, кого теряет и вернулся. Войти, как хозяину, ему, конечно, не хватает смелости, вот и звонится, как чужой. А он теперь и есть чужой! Он может умолять ее простить его, может лизать ей туфли, но прощения не будет. А про ложе вообще может забыть. Он и раньше удостаивался этой чести лишь, как поощрение, когда она была им довольна, но теперь…

К ней подошел лакей и подал письмо, которое принес какой-то мужчина — демон. Леди Фергас неприязненно взглянула на лакея, схватила письмо и не удержалась от вопроса:

— И это все?!

— Да, моя леди, — лакей поклонился и ушел.

Так, значит, муж не приполз к ней? Его там нет? И он не дожидается смиренно решения своей участи?!! Мерзкий урод! Женщина в ярости пнула упавшую с дивана подушку, та пролетела до высокой вазы, задела ее, и ваза с грохотом повалилась на пол. Леди некоторое время тупо смотрела на осколки любимой вазы и сорвалась на визг. Прислуга качала головами и шепталась, что хозяйка окончательно лишилась ума.

— Катитесь все во Тьму!!! — заорала леди, и ее взгляд упал на письмо, которое она смяла в кулаке. — Наверняка, от этой скотины Фергаса, — решила не сдаваться женщина, развернула письмо и начала читать…

Когда последняя строчка привела ее к подписи, женщина покачнулась и оперлась рукой о стену. Нет, нет, НЕТ! Только не это! Только не Раян, не ее обожаемый мальчик! Он не мог так поступить, только не он! Лораттея еще раз пробежала глазами послание от сына, где он уведомлял свою мать, что отныне будет жить в другом домене, помогать уважаемому высокородному лорду и жить собственной жизнью. Раян обещал ей писать, когда будут важные новости. Своего нового адреса не оставил, и это было настоящим ударом. Она, леди Лораттея Фергас, капитан своего корабля, многолетний тиран и диктатор своей воли, осталась без послушной дрессированной команды. Но… но как… Кто это сделал?

Неожиданно она успокоилась.

— Ну и катитесь, меня ждет новая жизнь! У меня будет новый муж и новый сын. Когда он сказал, придет за мной?..

Неожиданно она поняла, что огненноволосый посетитель ни снова не говорил, что вернется. Он так же не говорил, что заберет ее. Он вообще ей ничего не обещал! Но… но… Он же говорил, что она просто чудо, он же держал ее за руки…

— Тьма! Дура, дура, дура!!! — закричала женщина и бросилась вниз.

Леди Фергас все еще не понимала до конца, что произошло несколько часов назад. Она ведь помнила, как млела от его дыхания над ее ухом, от тепла его ладоней на своих плечах, от его бархатистого голоса, тонула в его странных золотисто-карих глазах. И подписывала, подписывала, подписывала… Женщина глухо застонала, когда масштаб трагедии стал ей понятен. Но дракон не мог так поступить с ней, с НЕЙ!

Лораттея напрягла память, вспоминая, как он назвался. Лорд Харташ Даршас. И раз явился к ней, значит, живет в столице, но где? Женщина сузила глаза и усмехнулась. У нее есть связи, и она ими воспользуется…

Через два часа леди Фергас стояла под дверями богатого особняка. На какой-то момент у женщины мелькнула надежда, что ей сейчас будут рады. Она взяла себя в руки, поднялась к парадным дверям и велела привратнику:

— Доложите лорду Даршасу, что к нему пришла леди Лораттея Фергас.

Привратник смерил ее равнодушным взглядом и скрылся в дверях особняка, не пригласив войти. Леди вспыхнула и сжала кулаки. Такой наглости она никому не прощала. Ждать пришлось достаточно долго, и вскоре она уже чувствовала себя неловко и начала озираться, замечая любопытные взгляды прислуги из соседних дворцов и особняков. Осознала, что выглядит сейчас она отнюдь не величественно, и зябко поежилась.

Наконец, дверь открылась, и к ней вышел хозяин дома. Не пригласил войти, а вышел прямо сюда! Дракон смерил женщину холодным неприязненным взглядом и спросил:

— Н-ну?

— Лорд Даршас, это же я, Лораттея Фергас, — она нерешительно улыбнулась, не замечая в золотисто-карих глазах и крохотной доли прежнего восхищения.

— Я вижу, — холодно отозвался Харт. — И что привело вас ко мне, леди Фергас. Наши дела окончены, что вам надо?

— Лорд Даршас… Но… — женщина поперхнулась. — То есть вы хотите сказать, что больше не испытываете ко мне интереса?

— Я? — глаза дракона округлились. — К вам?! Побойтесь богов, леди Фергас, вы мне в матери годитесь, какой интерес?

— Но вы говорили… — она осеклась и гневно взглянула на него. — Вы обманули меня! — выкрикнула женщина. — Вы меня обворовали!

— Что? Дамочка, я вас сейчас сожру без хлеба и не подавлюсь, — возмутился Харт. — Я честный дракон. Я взял только то, что вы сами мне отдали. Драконы не отказываются ни от золота, ни от драгоценных камней, не от домов и земель. Все честно.

— Вы… — она задохнулась. — Да вы… Вы мерзавец!

— Тысяча золотых, — лениво отозвался Харт.

— Что? — не поняла леди Фергас.

— Каждое оскорбление в суде будет стоить вам тысячу золотых. Вы наговорили уже на три тысячи. Назвали меня обманщиком, вором и мерзавцем. Ваше поведение на ступенях моего дома еще пять тысяч, вы позорите меня перед соседями. До этого мгновения никто не мог обвинить меня в сомнительных знакомствах, а теперь вы пытаетесь испортить это мнение своей персоной. К тому же вы неприятно визжите, мне придется обращаться к целителям, это стоимость лечения и еще пять тысяч золотых. Итого, на данный момент вы мне должны тринадцать тысяч золотых. Надеюсь, вы обладаете данной суммой?

— Чешуйчатая скотина! Мразь! — заорала в бешенстве благородная леди.

— Пятнадцать тысяч золотых, — зевнув, отсчитал Харташ Даршас.

— Сволочь!

— Шестнадцать.

— Ты мне за все ответишь! Да я тебя!

— Фамильярность, угрозы — еще три тысячи. Уже девятнадцать. Да вы меня озолотите, леди, — осклабился Харт. — Продолжайте, не останавливайтесь. Да и соседей веселите. Мрака! — дракон кому-то махнул рукой.

Леди Фергас медленно развернулась и закрыла лицо руками. Перед лестницей в особняк уже собралась толпа из челяди и господ. Все с интересом слушали их.

— Разрешите представить — леди Лораттея Фергас, — громко объявил дракон. — К сожалению, склочная дама. К тому же хамка и жадная. Да еще и слишком высокого мнения о себе. Она с чего-то решила, что может претендовать на меня.

Снизу послышался хохот.

— Тетя, а по возрасту ли себе любовника искали? — выкрикнул какой-то бес в форменной ливрее.

— Должно быть, леди плохо удовлетворяет муж, раз она к нашему красавчику заявилась, — подхватил тролль в дорогом камзоле.

— Да у нее и мужа-то наверное нет, — хохотнул высокородный лорд. — Кто на такую жабу позарится?

— Да как вы смеете?! — закричала леди Фергас. — Я леди! Я… Я…

— Пустое место? — услужливо подсказал дракон. — Девятнадцать тысяч золотых, Лора, — насмешливо произнес он. — Жду до полудня завтрашнего дня, потом придет стража. И да, завтра утром вы должны освободить мой особняк, иначе… стража.

И он скрылся за дверями своего роскошного особняка. Лораттея бессильно опустилась на ступени и закрыла лицо руками.

— Тетка, не ной, иди, приголублю, — выкрикнул кто-то из толпы зевак, и дружный хохот огласил улицу.

Вздрогнув, непробиваемая леди Фергас поднялась на ноги, спрятала красное лицо в ладонях и побежала прочь под всеобщий смех и улюлюканье.

Ормис отошел от окна и сделал глоток вина. Он был удовлетворен. Сумрак развалился в кресле, потягивая вино из своего бокала, он усмехнулся и взглянул на демона.

— Красиво отомстил за любимую, — произнес бог.

— Я не бью детей и женщин, ты же знаешь, потому по лицу я не мог ей съездить, да и не остановился бы я на этом. Так что пусть живет, — усмехнулся Ормис Бриннэйн.

— Но как живет, — со значением ответил Сумрак и негромко засмеялся. — Ни имущества, ни свиты. Еще и Харт с нее денег стряс.

— А как иначе? — отозвался дракон, входя в гостиную. — Наглость какая. Явилась, обозвала.

— Она должна была ощутить на своей шкуре то, через что прошла моя девочка, — равнодушно пожал плечами Ормис.

— Однако ты невероятно благороден, сынишку в дом к отцу пристроил. Я думал, ты ему хоть разок по роже съездишь, — снова заговорил Сумрак.

— У меня чесались руки до тех пор, пока я его не увидел. — Признался демон. — А потом стало просто мерзко и жалко. Но свою оплеуху он еще заработает.

— Это как? — полюбопытствовал дракон, ополовинивая свой бокал.

— Когда Орм приведет малышку знакомиться с родителями, — догадался бог, и Ормис отсалютовал ему бокалом. — Ты коварен, мой демонический друг.

— За его трусость и равнодушие, — ответил Ормис. — Однако уже вечер. Хочу успеть подготовить Эли сюрприз. Поможете?

— А то, — Сумрак легко вскочил на ноги.

— Куда ты без нас, охламон, — осклабился Харт.

— Друзья, — улыбнулся им демон, и мужчины шагнули в окно перехода.