Странности эволюции-2. Ошибки и неудачи в природе

Циттлау Йорг

ТОЛЬКО НИКАКОГО СКУЧНОГО БЕЗОПАСНОГО СЕКСА: РИСКОВАННЫЕ МОДЕЛИ РАЗМНОЖЕНИЯ В ЖИВОТНОМ МИРЕ

 

 

Одинокие кальмары в слепом полете

Шестьдесят тысяч евро стоит день работы немецкого исследовательского корабля «Полярная звезда» («Polarstern»). Эти немалые деньги идут не только из налоговых средств, но и предоставляются частными инвесторами. Что можно на этом заработать, непонятно. Исследовательская цель «Полярной звезды» — океан. Он занимает шестьдесят процентов поверхности земного шара, но исследован меньше, чем Луна и Марс. Причина лежит на поверхности: ни один человек не может выжить в океане. Во-первых, он очень холодный и абсолютно темный: солнечные лучи не проникают вглубь. Во-вторых, при погружении на большую глубину человек подвергается воздействию огромного давления, при этом оно повышается каждые десять метров — килограмм на квадратный сантиметр. На глубине в десять тысяч метров давление очень высокое: на крохотный квадратный сантиметр давит тонна воды — ни один человек этого не выдержит. Поэтому для исследований используются глубоководные аппараты.

Эти аппараты позволили уже многое узнать. Благодаря технике стало известно, что океанские глубины заселены намного больше, чем изначально предполагалось. Ученые оценивают население подводного мира в 500 тысяч видов животных. Очевидно, за прошедшие пятнадцать лет происходило регулярное увеличение поголовья рыб. На глубине свыше четырех тысяч метров популяция рыб утроилась. Возможно, это связано с изменением климатических условий в последние годы, из-за которых на глубину попадает все больше и больше пищи с поверхности. Популяция животных и рыб, живущих ближе к поверхности океана, регулируется совершенно не так, как на глубине. Там, наверху, царит принцип «нисходящего контроля», в соответствии с которым количество добычи определяется числом хищников. На глубине жизнь обитателей зависит от того, сколько питательных веществ — прежде всего в форме остатков пищи жителей верхних слоев — падает сверху. Это значит, чем больше рыбы и животных погибает наверху, тем многочисленнее становится население внизу.

Своеобразная стратегия пропитания не единственное, что делает жизнь в глубинах океана такой необычной. Ведь тот, кто хочет выжить в темном ледяном холоде, при невероятно высоком давлении воды, должен иметь не такое физическое строение, как те, кто живет в верхних слоях океана. Поэтому у глубоководных рыб слабые мышцы, жабры и сердце, а их скелет имеет небольшую костную массу. Зачастую у них нет чешуи, плавательного пузыря, есть только крохотные глазки. Они растут медленно, как в замедленном кино. Некоторым глубоководным рыбам требуется двадцать лет, чтобы, наконец, достичь полового созревания. Но они и живут более ста лет. Им необходимо столько времени, чтобы в темной бездне суметь найти подходящего партнера.

Пока глубинные рыбы упрощали, насколько это возможно, свои скелеты, головоногие вообще решили от них отказаться: каракатицы и кальмары относятся к моллюскам. Огромный кальмар к тому же содержит хлорид аммония, который делает его несъедобным для человека, но дает возможность плавать на глубине. В отличие от многих глубинных рыб у него сформировались большие глаза. Точнее, огромные: сорок сантиметров в диаметре — рекорд для представителей животного мира. Правда, отличное зрение не мешает ему помимо падали и рыбы поедать представителей своего собственного вида. Порой, как показывают исследования желудков пойманных головоногих, они устраивают настоящие оргии, поедая друг друга. Намек на нравственную деградацию в мрачных глубинах океана? Нет, конечно. Просто констатация факта, что головоногие тоже не совершенны и порой не могут сориентироваться в вечной темноте.

В середине 1990-х подводная лодка с дистанционным управлении «Алвин» вернулась из научной экспедиции в Тихом океане с необычным фильмом. На нем были запечатлены сцены из жизни кальмаров на глубине двухсот тысяч пятисот метров.

Кадры шестнадцатиминутного фильма запечатлели любовные игры парочки кальмаров. Было отчетливо видно, как оба моллюска обвивались друг вокруг друга. Маленький кальмар заталкивал более крупному специальное щупальце для копуляции в мантийную полость. Пока ничего необычного. Но при подробном просмотре фильма ученные установили, что оба животных были мужского пола. Такие случаи известны в природе. В общем, это не удивительно: дно океана — не дискотека на острове Майорка, бери что есть, даже если партнер того же пола. При еще более внимательном просмотре ученые обнаружили, что оба кальмара были еще и разного вида. Это выглядит примерно так, как если бы горилла приставала к дерзкой самке орангутанга. Но в царстве вечной темноты такой промах простителен, иначе животное просто обречено на одиночество.

 

Дрозофила: рожденная для лаборатории, погибающая за секс

Студенты-биологи уже через несколько семестров забывают, что дрозофила существует еще и в природе. Ведь плодовая мушка (иногда ее называют еще уксусная муха, потому что она всегда там, где что-нибудь забродило) является любимым объектом исследования генетиков. Ее можно вывести с розовыми, коричневыми, белыми глазами или глазами цвета красной киновари. Ее можно отучить летать или превратить в агрессивную жалящую муху. Некоторые даже заучивают буквы (и это не шутка!). Но миллионы дрозофил платят за свои способности к изменениям скучной и печальной жизнью в лаборатории. А начиналось ведь все совершенно безобидно.

Родина плодовых мушек — тропики. Как и когда они попали к нам, непонятно, но, возможно, их завезли с собой «белые господа», возвратившиеся из своих колоний. Ученые-энтомологи впервые описали дрозофилу в 1830 году. Ее лабораторная карьера началась в 1910 году в лабораториях американского генетика Томаса Ханта Моргана.

Для исследования уксусная мушка очень удобна. Во-первых, она крохотная — самая крупная особь достигает размеров двух с половиной миллиметров, поэтому выращивать ее можно в очень маленькой емкости. Во-вторых, дрозофила неприхотлива в еде. «Достаточно половины пакета молока и кусочка подгнившего банана, чтобы двести дрозофил могли замечательно жить целых четырнадцать дней», — пишет британских журналист Мартин Брукс в своей книге «Дрозофила. История успеха плотоядной мушки». Генетикам особенно важно, что, имея три набора парных хромосом и половую хромосому, дрозофила дает большое разнообразие мутаций и ее гены отчасти удивительно схожи с генами человека. Уже через несколько дней после рождения дрозофила способна к размножению — и ее используют, чтобы образовывать все новые и новые генерации мушек. В то время как Грегору Менделю приходилось ждать, чтобы выяснить будет его горох желтым или зеленым, смена поколений дрозофил происходит за несколько дней. Немного терпения — и перед нами насекомые с белыми глазами.

Но самая большая удача для генетиков состоит в том, что у дрозофил всегда возникают необычные мутации. Как будто эволюция, создавая уксусных мушек, никогда не была до конца уверена, какими же она их в действительности хочет видеть. Иногда у них ноги растут из головы, а голова там, где должна быть противоположная часть туловища. Если развивается какой-то новый признак, то через несколько поколений он может вдруг исчезнуть. Группа исследователей из университета Калифорнии проводила эксперименты в течение ни много ни мало двадцати пяти лет над дрозофилами-бананоедами, в результате которых были выведены особи с удивительными свойствами.

Так, например, были выведены мужские особи, которые в преклонном возрасте были особенно плодовиты и сравнительно легко переносили отсутствие пищи. Около ста поколений имели такие свойства, но у следующих пятидесяти они отсутствовали. Иногда большинство приобретенных признаков исчезало уже через двадцать генераций. Можно было бы возразить: они исчезли, потому что не использовались при первоначальных условиях жизни. С другой стороны, стоит задуматься: хорошая плодовитость в старости или, например, способность выживать в условиях нехватки пищи, собственно говоря, никогда не помешает. Тот, кто может производить в старости потомство и обходиться без пищи долгое время, всегда будет иметь преимущество при выживании вида. И не имеет значения, кто он.

Нестабильность генетических признаков дрозофилы указывает скорее на другой факт. Она, так сказать, лабораторное доказательство тому, что речь в эволюции идет не о прогрессе, а о многообразии. Признаки появляются и исчезают, и не всегда их появление и исчезновение имеет смысл. Природе часто приходят на ум бессмысленные идеи (как, например, розовые глаза). Они, что удивительно, остаются. А разумные мысли (как, например, плодовитость в старости), к сожалению, задерживаются ненадолго. Конечный результат в эволюции часто не качество, а многообразие.

Дрозофила, конечно, очень удобна для исследования, но существует так называемый закон природы, аксиомы которого, а именно что секс сохраняет молодость и продлевает жизнь, она опровергает. При спаривании необходимы не только движение и калории, но и стимулирующие и тонизирующие гормоны. У плодовой мушки дело обстоит по-другому. Обычно дрозофила живет от пятидесяти до шестидесяти дней. Но если самочка за свою жизнь часто спаривается, живет она меньше. Причина в том, что самцы при совокуплении выделяют ядовитое вещество, уничтожающее спермы клетки, сохранившиеся у самки от ее предыдущего партнера или которые она получит от следующего самца. Понятно, какую цель преследуют самцы таким коварным способом: они хотят повысить успешность продолжения своего рода. Цена этого — сокращение жизни самки. Таким образом, царство дрозофил никак не подтверждает тезис «секс — источник вечной молодости». Как раз напротив, очень сомнительно, что тому, кто слишком грубо передает свои гены, удастся продолжить свой род.

 

Рядом с целью — все равно что мимо: если поденка ошибается

Тот, кого называют в области музыки поденкой, не может чувствовать себя польщенным, ведь это значит, что он лишь кратковременный феномен, который очень скоро исчезнет, не оставив ничего потомкам. Нечем гордиться. Ни упомянутому музыканту, ни насекомому, которое носит такое название.

Вообще-то жизнь мухи-поденки не такая уж и короткая. В зависимости от вида ее личинки могут жить до четырех лет. И не обязательно в огнях рампы, а просто в грязи какой-нибудь лужи. Тем не менее четыре года для насекомого — не так уж и плохо. С другой стороны, стадия развития мухи, напротив, действительно короткая. Она длится всего несколько часов. Но с точки зрения эволюции по-другому невозможно: она сделала так, что мухи должны совокупляться в полете. По этой причине самцы и самки после последнего превращения и выхода из кокона сразу же вместе взлетают и приступают к делу. Преимущество такой воздушной камасутры в том, что жужжащую парочку не так-то легко поймать охотникам на мух. Но есть и недостаток. Тому, кто хочет совершать эротические трюки в воздухе, необходимо быть легким и устойчивым. Поэтому у поденок кишечник начинает выполнять другую функцию: обеспечение устойчивости. Он наполнен воздухом и утолщен по краям. Теперь поденки больше не могут есть и переваривать пищу — и, как следствие этого, их жизнь стремительно движется к своему концу. Все это, конечно, имеет последствия для их повседневной жизни, цель которой — в размножении. Единственная задача поденок — как можно скорее найти партнера и отложить яйца, потому что их энергетические резервы неизбежно заканчиваются. Несмотря на это, в процессе эволюции им всегда это удавалось. Первые поденки предположительно появились двести миллионов лет назад и до сегодняшнего дня образовали две тысячи восемьсот видов. Можно с уверенностью сказать: секс в воздухе — модель успеха.

Но с недавнего времени у поденок появилась серьезная проблема. Зоологи обнаружили, что самки все чаще откладывают яйца на асфальтированные улицы. Обычно они делают это недалеко от ручьев, прудов и небольших речушек. Для личинок асфальт — немедленная смерть. Почему тогда поденки откладывают яйца в смертельно опасных местах?

Ответ таков: у этих мух не только огромные крылья, но и большие фасеточные глаза, позволяющие воспринимать поляризованный свет. Свет, отраженный от водной поверхности, поденки различают лучше всего. Что вполне объясняет тот факт, почему они откладывают яйца на спокойную поверхность воды.

Асфальтированные дороги и улицы часто отражают свет так же, как поверхность воды. Нам, людям, это хорошо известно, особенно в жаркие летние дни, когда асфальтированная поверхность блестит, создавая иллюзию сверкающей поверхности воды. Мы понимаем, что это оптический обман, потому что знаем — перед нами может быть только улица. Мухи-поденки не могут этого знать, поэтому и откладывают яйца на асфальт. У них нет времени и сил проверить, правильное ли они выбрали место: во время поиска самочка поденки уже теряет силы.

Трагическая ошибка, в которой мы, люди, точно не виноваты. Поденка постоянно ходит по лезвию ножа. И она не единственная, кто так смертельно ошибается. Например, самцы австралийского жука златки приходят в сильное возбуждение, если видят пустые пивные бутылки: они садятся на них, и их нельзя уже оттуда согнать. Ответственность за этот ошибочный экстаз несет круглое и сверкающее на солнце золотистым цветом стекло, которое самцы принимают за круглые и золотистые тельца своих дамочек.

Странно, что вид хомо сапиенс до сих пор не вымер, хотя самцы прилежно и регулярно прикладываются к пивным бутылкам, как жуки золотники. Но все может измениться…

 

Жестокая любовь до смерти: когда жуки-самцы теряют контроль

Толстый жук хочет использовать момент и проскочить незамеченным. Например, мимо человека, работающего не покладая рук в саду. Насекомое проворно ползет по краю садовой грядки, когда происходит то, что ежедневно случается несколько тысяч раз: жук спотыкается и падает на спину. Все! Хоть вертись, хоть дрыгайся — ничего не поможет. А как раз в этот момент на него падает взгляд садовника. Незащищенное брюшко, и враг смотрит сверху — так выглядят обычно последние секунды жизни жука. Но толстяку повезло, потому что человек настроен благосклонно. Он какое-то время рассматривает жука, а затем — о, наконец-то! — переворачивает его. Повезло. Во всяком случае, так считает жук. Но человек удивляется и размышляет: этому толстому парню еще ни разу не удалось самому перевернуться — как тогда у него получилось выжить в суровых условиях эволюции?

Когда мы видим жука, беспомощно лежащего на спине, такой вопрос возникает сам собой. С другой стороны, если мы осмотримся, то увидим жуков повсюду. По оценке зоологов, на планете их 400 тысяч видов — несомненное доказательство того, что история жука — особый успех. Его крепкий панцирь из надкрыльев имеет как явные преимущества, так и недостатки. Способность защищаться компенсирует потерю подвижности. Кроме этого, некоторые виды жуков придумали гениальные трюки, чтобы выйти из затруднительного положения. Например, жуки-щелкуны подбрасывают себя щелчком в воздух и переворачиваются. Божья коровка распускает свои крылышки, которые обычно спрятаны под надкрыльями, и использует их в качестве рычага. Интересно, что жуки в основном опрокидываются не на гладких поверхностях стола или на бортиках садовых грядок, а там, где всегда найдется соломинка, опавшие листья и крошечные камни, помогающие перевернуться.

Несмотря на это, поведение божьих коровок имеет некоторые особенности, мешающие в выживании. Самочка божьей коровки откладывает до восьмисот яиц в год — это норма, позволяющая сохранять род. Кроме того, она кладет яйца всегда там, где достаточно тли, чтобы прокормить потомство. Это очень умно. Но прежде чем дело дойдет до учета оплодотворенных яиц, самка претерпевает множество страданий. Самцы божьей коровки просыпаются от зимнего сна жестокими насильниками. Ничто не напоминает о милых жучках с пятнышками на спине, спокойно лежавших осенью прошлого года под грудой листьев и ожидающих прихода зимы. С первыми теплыми лучами майского солнца у самца происходит сильный гормональный всплеск, порождающий соответствующие чувства. Он пристраивается к каждой самке, которая только попадается ему на пути. Ее внешность его не интересует. В поиске партнерши он полагается только на свои усики, с помощью которых исследует специфический запах самки. Как только он находит «подходящий» запах, а это происходит часто, сразу начинает действовать. Он безостановочно обхаживает самку. Длится этот секс-марафон порой до восемнадцати часов!. Если вы задаете себе вопрос, как самка выдерживает так долго, вы правильно понимаете главную проблему. Многие из самок божьих коровок просто умирают… А самцам это вовсе не мешает: они продолжают процесс даже тогда, когда их партнерша уже мертва.

Возникает вопрос: как они в этом случае собираются продолжать свой род? Ответ: если самке божьей коровки удается пережить восемнадцатичасовое совокупление, она должна быть чрезвычайно крепкой и иметь очень сильные гены. Что, безусловно, хорошо для ее потомства. С другой стороны, сила борьбы при спаривании ничем не отличается от ежедневной борьбы за выживание. Например, в человеческих иерархиях встречаются экземпляры на руководящих должностях, которые особенно выносливы в постели. Возможно, что хотя самка жука и выживает во время атак грубого самца, но с генетической точки зрения она никак не может внести вклад в развитие выносливости у потомства. В конце концов, нет смысла убивать самку, ведь в этом случае она не сможет выносить потомство.

Жук-самец, напротив, после многочасового насилия все так же бодр. Он сразу же ищет следующие жертвы. Ничего не скажешь — у него большие возможности передать свои гены будущим поколениям. Но в данном случае не стоит забывать, что сила размножения ничего не говорит о силе в повседневной борьбе за выживание. Кроме того, божья коровка платит за все «удовольствия» большую цену: едва ли какой-нибудь другой представитель насекомых так подвержен половым болезням, как этот жук. Многие из них умирают от половых инфекций.

 

Аисты: жизнь между романтикой, полетом и однополым браком

Непосредственные родственники аиста — цапли. Эти птицы очень не похожи друг на друга. Пока цапли замышляют что-то коварное, прохаживаясь своей медленной, сгорбленной и крадущейся походкой, важный гордый аист ведет себя как птица-аристократ. Поэтому он и среди людей больше любим. В книге Брема «Жизнь животных» написано: «Исполненный достоинства, шагает он туда-сюда в своем гнезде. Спокойно и неторопливо наблюдает за проходящими мимо; с видимым снисхождением ведет он себя с другими птицами».

Есть страны, в которых аиста почитают как святого. Маленьким детям до сих пор рассказывают, что их принес аист, а в газетах уже многие годы печатаются сообщения о том, когда эти птицы возвращаются к нам со своих зимних квартир. Аист, конечно, многим может казаться святым, но совершенным его не назовешь.

Удивителен тот факт, как аисту вообще удается преодолевать такие расстояния — некоторые птицы в Южную Африку летят десять тысяч километров! А ведь если полет рассматривать с физической точки зрения, это не пустяк. Уже только взлет для такой птицы, как аист, — большая проблема. Воробью нужно лишь один раз высоко подпрыгнуть, пару раз взмахнуть крыльями, и он уже в воздухе. Большим птицам простого подпрыгивания недостаточно, у них объем тела по сравнению с площадью крыла слишком большой. Чтобы подняться, они должны, как это делают коршуны, с широко раскрытыми крыльями подпрыгнуть против ветра. Если аист сидит в гнезде, расположенном на достаточной высоте, ему легче взлететь — нужно лишь спрыгнуть.

Когда он, наконец, в воздухе, возникают новые проблемы. А именно с его весом тела в четыре килограмма — что довольно-таки много для птицы. Он должен повысить свой энергообмен приблизительно в десять раз, чтобы иметь достаточно сил махать крыльями.

Долго этого не выдержит никто, и эволюция придумала один трюк: аист использует восходящие потоки воздуха. Эту технику полета применяют не только аисты, но и другие большие птицы, такие как коршуны и орлы. Древние летающие ящеры, очевидно, тоже так летали. Однако при более подробном рассмотрении такая техника полета оказывается несовершенной.

2005-й год в Германии был ужасно плохим годом для аистов. Только две трети птиц вернулись с юга. В некоторых областях — лишь половина. Причиной стало недостаточное количество восходящих потоков, когда они летели над Западной Азией. Им пришлось преждевременно закончить путешествие.

Если у птиц рискованный образ жизни, а ежегодный перелет на десятки тысяч километров — это как раз очень опасный образ жизни, — они должны позаботиться об активном увеличении своего вида. От аиста этого тоже ждут, к тому же всем известно, что он «приносит детей». Но дело в том, что он все чаще проявляет в сексуальном поведении и при высиживании яиц странности и даже жестокость.

Представьте себе: муж и жена зимой едут отдельно друг от друга в отпуск. Когда она возвращается, дома ее встречает не муж, а взломщик. Женщина колеблется немного, но затем выходит замуж за гангстера. Через некоторое время возвращается муж и дерется с грабителем, в то время как его жена, абсолютно спокойная, дожидается развязки. Если муж проигрывает, он переезжает в соседний дом, откуда постоянно зовет свою супругу. Но она остается со своим новым вором-любовником.

Сюжет для дешевой любовной драмы. Но такая история до мелочей описывает образ жизни аистов. Аисты-самки больше связаны с гнездом, чем их партнеры. Они ведут, как выражаются зоологи, «местную супружескую жизнь». Но это только одна из причин, почему отношения между аистами постоянно приводят к разводу. Птицы просто не могут выносить, если их партнер болен или стал калекой. Например, если он теряет ногу, его срочно выгоняют и меняют а другого самца. Жестоко. Можно, разумеется, возразить, что тяжелая борьба за выживание в природе вынуждает птиц к такому поведению. Здоровые родители лучше воспитают подрастающее поколение. Но дело в том, что аисты даже с одной ногой замечательно справляются. Они могут так же хорошо ходить, как и на двух. С биологической стороны для аиста нет повода бросать своего одноногого партнера.

Тот факт, что эстетическая мелочность аистов вряд ли связана с мотивами «выживания с самым подходящим», доказывает другой пример. Немецкие исследователи наблюдали за парой аистов, которые жили вместе в согласии до тех пор, пока у самки не началась линька. Однажды у птицы встопорщилось одно из перьев на голове, и дама вдруг стала выглядеть как индеец. Муж от ее вида пришел в такой ужас, что выгнал свою жену и взял новую. Перенесите, если хотите, эту историю на людей и представьте, что было бы, если все мужья выгоняли своих жен на улицу после неудачного посещения парикмахерской. Скорее всего, уже не осталось бы нормальных браков, а парикмахерские бы разорились. Но в этом ведь совсем нет смысла! Такая эстетическая мелочность не что иное, как ошибки эволюции.

Вот какими могут быть аисты — жестокими в вопросах развода, гармоничными и романтичными, пока существует брак. Они очень чувствительно реагируют на возникающие в браке проблемы. Самки становятся даже бесплодными во время кризиса в отношениях, их яичники деформируются. В несчастливых семьях птенцы вообще не появляются. И это даже хорошо, потому что при вечно клюющих друг друга родителях дети не могут воспитываться нормально. Хотелось бы, чтобы такой контроль над рождаемостью существовал и у людей. С точки зрения сохранения вида мы усматриваем здесь положительный момент для гармоничного аиста.

С другой стороны, его сексуальное поведение и поведение во время высиживания яиц иногда неверно. Например, несколько лет назад в районе залива Рендсбург-Экерн два аиста посредине площадки для гольфа попробовали высидеть шарики. Причина такого заблуждения может быть в том, что аисты, наверное, по какой-то причине потеряли свое родное гнездо с яйцами и нашли нечто похожее. По крайней мере, так можно объяснить их странное поведение. Но если честно, с точки зрения сохранения вида — почему бы не высиживать мячики для гольфа? Или вы не согласны?

Кроме того, аисты склонны к гомосексуализму. В голландском зоопарке в городке Оверлоон в 2006 году существовало две гомосексуальные пары аистов и одна лесбийская. Одна парочка, где оба родителя — папы, высиживала два яйца, которые, очевидно, они выкрали у какой-нибудь самочки. Пара с двумя мамами заботилась о воспитании своего птенца. Нельзя утверждать, что родители-гомосексуалисты не могут заботиться о своем потомстве. Это может быть вполне разумным, если, например, по каким-то причинам кровный отец или кровная мать погибают. Но в Оверлооне в этом отношении все было в порядке. Кроме того, кража яиц ни при каких обстоятельствах не способствует сохранению вида. Гомосексуальное поведение голландских аистов указывает на индивидуальные любовные предпочтения как на биологическую необходимость. А почему бы и нет?

 

Все включено: когда павлину нужно на автозаправку

Даже для Чарльза Дарвина павлин представлял собой загадку. Исследователь эволюции спрашивал себя, почему самец этого вида получил такое великолепный хвост — ведь он мешает в борьбе за выживание. И не только потому, что не позволяет птице быстро двигаться и летать. Гигантское и необычное эффектное украшение из перьев обращает на себя внимание врагов. Лиса, довольно долго выслеживающая ежика, сразу же замечает павлина-самца, который, как световая реклама, бегает по лесу.

Дарвин подумал и пришел к выводу: «смысл» павлиньего хвоста в том, что самец с его помощью очаровывает самочку. Она предпочитает только тех мужчин, у которых самые шикарные хвосты. В связи с этим возникает вопрос: в чем состоит биологический смысл такого пристрастия? Почему самке, желающей вывести много здоровых птенцов, нравится хвастун, привлекающий к себе своих врагов? Дарвин отвечает на этот вопрос так: потому что у нее врожденная слабость к таким типам. Женщины хотят, чтобы их соблазняли мужчины, при этом у них свои вкусы, абсолютно независимые от эволюционных планов. Женщины в итоге останавливаются на красавчиках с темными кудрями из южных стран, хотя могли бы выбрать для обеспечения достатка в семье толстый кошелек среднеевропейского лысого толстяка, склонного к инфарктам. Или нет?

Дарвин остался доволен, что нашел объяснение, почему у павлина такой шикарный хвост, — «любовь зла…». Ему даже не помешали некоторые несоответствия с его теорией «выживания сильнейших», по которой виды животных естественным образом становятся все более приспособленными и сильными в борьбе за выживание. Другие теоретики эволюции не захотели так легко это принять. Они утверждают, что почти любое украшение для его обладателя в животном мире — шанс перещеголять другого представителя своего вида. Павлин, имеющий особенно роскошный хвост, сигнализирует самкам: посмотрите, я лучше всех, потому что могу позволить себе такую роскошь. (Конечно, такой аргумент не может наверняка убедить. Ведь роскошь совершенно не обязательно является доказательством силы, как мы знаем на примере павшей Римской империи.) Датский биолог Андерс Мёллер указал на очень существенный момент: чем ярче оперение, тем больше оно привлекает самочек.

Мёллер провел ряд опытов с ласточками, снабдив самых слабых самцов искусственными удлиненными хвостами. Преобразившись, они привлекли гораздо больше самок и произвели больше потомства, чем их более сильные конкуренты. Другой исследователь пошел дальше и повысил успех в продолжении рода у самцов вальдшнепа, просто покрасив хвостовые перья белилами. Выходит те, кто на самом деле слаб, но имеет искусственное украшение, тоже может добиться успеха.

Самки павлина не руководствуются при выборе партнера рассуждениями об эволюции. Намного чаще происходит так, что они позволяют себя соблазнить, не думая о достоинствах и недостатках привлекающего их самца. При ухаживании происходит то же самое. Им совершенно безразличен эволюционный аспект, с таким же успехом они строили бы глазки столбу.

Так, еще недавно жил в английском графстве Глосестершир один павлин, который каждый день подходил к одной из бензоколонок на автозаправочной станции и распускал свой шикарный хвост. Возможно, птица умела читать, потому что на щите, висящем над бензоколонками, красовалась написанная большими буквами надпись: «Поверните сюда, и о вас позаботятся»), что для него означало «подойди сюда, если хочешь, чтобы тебя побаловали!» В любом случае, птицу ничто и никто не заставлял этого делать. Он был первым клиентом, который приходил по утрам в половине седьмого, когда заправочная станция открывалась, и последним, кто уходил, когда она в десять закрывалась. Каждую ночь павлин возвращался на свою ферму, где его ждали два брата.

Его хозяйка, медсестра Ширли Хорсманн, предполагает, что птица влюбилась в гудение бензонасосов. «Они издают такой же звук, как самка павлина во время брачного сезона». До исполнения супружеского долга дело, к счастью, не дошло. Но кто знает, что павлин рассказывал своим братьям дома? Потому что вскоре они последовали его примеру. Один начал очаровывать коричневую кошку, другой старался добиться благосклонности у оранжевого футбольного мяча. Такие эротические пристрастия миссис Хорсманн не смогла объяснить. Любовные обхаживания братьев были не так заметны, а вот соблазнитель бензоколонки стал скоро аттракционом для туристов. Никогда еще автозаправка не была столь прибыльной — ведь что такое тигр из пластика в баке по сравнению с настоящим павлином у бензоколонки? Жителям деревни пронзительные крики павлина в конце концов очень надоели, и один из них даже попытался избавиться от птицы. К счастью, ему не повезло. Однако миссис Хорсманн решила не рисковать жизнью искусителя: «Я завернула его в простыню и увезла к людям, которые захотели его взять».

Но новый дом не понравился пернатому влюбленному — он попытался сбежать. И лишь забор под напряжением смог остановить беглеца. Впрочем, электрошок был ни при чем. Павлин притормозил у преграды, внимательно прислушался и распустил свой хвост. Забор «жужжал» — почти так же, как когда-то бензоколонка из Глосестершира.