Посвящается всем, приложившим руку к этой книге

«На этот раз я достучусь до нее! — объявил Тристан. — Я должен предупредить Айви, должен сказать ей, что авария не была случайностью. Лэйси, ты ведь поможешь мне? Ты же знаешь, я еще плохо разбираюсь в этих ангельских делах».

«Это точно», — ответила Лэйси, облокачиваясь на надгробие Тристана.

«Ты пойдешь со мной?»

Лэйси внимательно осмотрела свой маникюр, хотя ярко-лиловый лак, украшавший ее длинные ноготки, больше не мог ни облезть, ни обколоться, как не могли ни отрасти, ни растрепаться густые темные волосы Тристана.

«Ладно, — нехотя согласилась она, наконец. — Думаю, что смогу на часок выбраться на вечеринку у бассейна. Только не жди, что я буду любезной гостьей и милым ангелочком, понял?»

Айви стояла у края бассейна. Она уже вся покрылась гусиной кожей от брызг холодной воды, то и дело случайно попадавших на ее тело. Вот две девочки промчались мимо, удирая от парня с водяным пистолетом. Миг спустя все трое вместе обрушились в воду, обдав Айви целой волной ледяной воды. Случись это год назад, она бы дрожала и молилась своему водяному ангелу. Но ангелов не существовало. Теперь Айви точно знала об этом.

Прошлой зимой, когда Айви неуклюже болталась на вышке для прыжков над школьным бассейном, оцепенев от знакомого с детства ужаса, она горячо молилась Ангелу воды. Но спас ее не ангел, а Тристан.

А потом он научил ее плавать. Пусть от страха Айви клацала зубами в первый день, и во второй, и в последующие, но постепенно она полюбила прикосновение воды, сквозь которую тащил ее Тристан. И полюбила Тристана — несмотря на то, что он не верил в ангелов.

Тристан был прав. Но теперь он умер — так же, как ее вера в ангелов.

— Хочешь искупаться?

Резко обернувшись, Айви увидела собственное лицо в облаке вьющихся золотистых волос, отраженное в стеклах солнцезащитных очков Эрика Гента. Он только что вылез из бассейна, его мокрые полосы были зачесаны назад, так что просвечивала кожа головы.

— К сожалению, у нас тут нет трамплина для хай-дайвинга, — сказал Эрик.

— Ничего страшного, — ответила Айви, привычно заглушив боль в груди. — Бассейн все равно замечательный.

— В этой части очень мелко, — продолжал Эрик и, сняв очки, повесил их на грудь. Глаза у него были светло-голубые, а ресницы такие светлые, что их почти не было видно.

— Я могу плавать… в любой части, — сухо ответила Айви.

— Вот как? — Эрик слегка приподнял уголок губ. — Тогда дай знать, когда будешь готова, — сказал он и отошел к другим гостям.

Айви и не ждала от него особой любезности. Несмотря на то, что она и обе ее лучшие подруги получили приглашение на эту вечеринку, они не входили в узкий круг сливок Стоунхилла. Айви была уверена, что оказались здесь исключительно по требованию Грегори — лучшего друга Эрика и ее сводного брата.

Она подняла глаза от бассейна и окинула взглядом шезлонги, ища своих подруг. В самой гуще блестящих бронзовых тел и выгоревших на солнце волос сидела Бет, в огромной шляпе и свободном балахоне до пят. Она оживленно болтала с Уиллом О'Лири, еще одним близким приятелем Грегори. Каким-то загадочным образом странноватая Бет Ван Дайк, никогда не стремившаяся попасть в избранный круг школьных знаменитостей, и мега-крутой Уилл, неизменно находившийся в центре всеобщего внимания, в последнее время стали близкими друзьями.

Сидевшие вокруг девушки прилагали все старания, чтобы подставить себя солнцу — и глазам Уилла — с самой выгодной стороны, но О'Лири не обращал на них никакого внимания. Он оживленно кивал Бет, которая, судя по всему, излагала ему захватывающий сюжет своего очередного рассказа.

Айви еле заметно приподняла брови. Неужели Уиллу действительно нравятся произведения Бет, под чувственным пером которой любые стихотворения, романы и даже исторические очерки, вроде биографии шотландской королевы Марии Стюарт, написанной для урока истории, неизменно превращались в страстные и откровенные любовные истории? Эта мысль заставила Айви улыбнуться.

Как раз в этот момент Уилл поднял глаза и поймал ее улыбку. На миг лицо его озарилось. Может быть, всему виной было солнце, отражавшееся от бассейна, но Айви впервые увидела, как неизменная сдержанность Уилла растаяла. Через мгновение он спрятал лицо в тень циклопической шляпы Бет.

Айви сделала шаг назад — и уперлась в чью-то холодную мускулистую грудь. Вместо того чтобы отойти, невидимый купальщик склонил голову к ее плечу и коснулся губами уха.

— Кажется, у тебя появился обожатель, — шепнул Грегори.

Айви не отстранилась. Она уже привыкла к выходкам своего сводного брата, к тому, что он слишком тесно прижимается к ней и неожиданно появляется в самое неподходящее время.

— Обожатель? И кто же он?

За последний месяц она очень сблизилась к Грегори, хотя еще в апреле ни за что не поверила бы, что такое возможно.

Тогда они с Грегори оба были в шоке от предстоящей свадьбы их родителей, а поэтому злились, дулись и не понимали друг друга. В свои семнадцать лет Айви уже самостоятельно зарабатывала и присматривала за младшим братом, а Грегори колесил по Коннектикуту на своем бимере в компании таких же модных и богатых юнцов, презиравших всех, кто не соответствовал их жизненным стандартам.

Но все эти различия оказались ничтожными после того, как их объединило нечто несравненно большее — самоубийство матери Грегори и гибель Тристана. Постепенно Айви узнала, что когда люди живут под одной крышей, они невольно делятся друг с другом своими чувствами, и она, к своему собственному удивлению, сумела открыть Грегори свое сердце. Он был рядом с ней в то страшное время, когда она едва выжила после смерти Тристана.

— Обожатель, — с улыбкой повторила Айви. — Мне кажется, ты начитался романов Бет! — Она отошла от бассейна, и Грегори, как тень, последовал за ней.

Айви быстро поискала глазами Сюзанну Голдстайн, свою самую старую и самую лучшую подругу. Ради спокойствия Сюзанны Айви предпочла бы, чтобы Грегори не прижимался к ней так близко. И не шептал бы ей на ухо, словно они секретничают.

Сюзанна охотилась за Грегори с самого начала зимы, и Грегори охотно поощрял ее устремления. Недавно Сюзанна призналась, что они стали официально встречаться, но Грегори в ответ на расспросы только улыбался и отмалчивался.

Вздохнув, Айви легонько коснулась руки Грегори, чтобы отстранить его, но как раз в этот момент стеклянные двери распахнулись, и из них вышла Сюзанна. На миг она остановилась, обводя глазами сцену — сапфировый овал бассейна, мраморные статуи и цветочные террасы. Разумеется, эта пауза позволила всем парням рассмотреть Сюзанну во всей ее красе. И было на что посмотреть! Со своей роскошной гривой черных волос и в крошечном купальнике, больше похожем на украшение, чем на предмет одежды, Сюзанна затмевала всех девушек, включая давних участниц узкого кружка Грегори и Эрика.

— Если у кого-то тут и есть обожатели, — сказала Айви, — то это у Сюзанны. Надеюсь, у тебя хватит ума и прыти оказаться первым, пока двадцать парией не выстроились в очередь за ее вниманием.

Но Грегори только расхохотался и отвел золотистую прядку со щеки Айви. Разумеется, он прекрасно знал, что Сюзанна на них смотрит. Они с Сюзанной играли в свои игры, и Айви часто оказывалась между двух огней.

Сюзанна с кошачьей грацией двинулась к ним вдоль края бассейна и в мгновение ока очутилась рядом, хотя со стороны казалось, будто она всего лишь лениво прогуливается по саду.

— Классный купальник, — похвалила она Айви.

Айви растерянно опустила глаза на свой скромный совместный купальник. Сюзанна сама помогала ей выбирать его, причем уговаривала купить что-нибудь гораздо более открытое. Ах, ну как же она не догадалась! Этот комплемент был лишь предлогом, чтобы привлечь внимание Грегори к… украшению Сюзанны.

— Он сногсшибательно на тебе сидит, — продолжала Сюзанна.

— Я только что как раз говорил ей об этом! — с деланным восторгом поддержал Грегори.

На самом деле они не сказал ни слова по поводу купальника. Эта была откровенная ложь, чтобы заставить Сюзанну ревновать. Айви сердито посмотрела на Грегори, но тот только расхохотался.

— Ты взяла солнцезащитный крем? — спросила Сюзанна. — Представляешь, я забыла свой!

Айви тоже нисколько в это не поверила. Сюзанна придумала этот трюк еще в нежном двенадцатилетнем возрасте, когда Айви проводила каникулы в пляжном домике Голдстейнов.

— Я уже чувствую, как у меня обгорает спина, — промурлыкала Сюзанна.

Айви молча взяла с шезлонга свою сумку. Она прекрасно знала, что Сюзанна запросто могла бы загорать на куске кровельного железа и ничуточку не обгореть.

— Вот, возьми. У меня много.

Она передала флакон Грегори и хотела отойти, но сводный брат поймал ее за руку.

— А как же ты? — вкрадчиво спросил он, понижая голос.

— Что я?

— Разве тебя не нужно намазать?

— Нет, спасибо.

Но Грегори не собирался так просто ее отпускать.

— Ах, Айви, мы-то с тобой знаем, что ты забываешь про самые простые вещи, — промурлыкал он, принимаясь растирать лосьон по ее плечам и тыльной части шеи.

Голос его стал шелковистым и нежным, как и прикосновение пальцев. Потом Грегори попытался просунуть палец под бретельку ее купальника. Айви молча вернула бретельку в прежнее положение. На этот раз она по-настоящему разозлилась. Разумеется, Сюзанна вся кипела — и на этот раз совсем не от солнца.

Айви решительно вырвалась из рук Грегори и надела солнцезащитные очки, чтобы спрятать под ними свое бешенство. После этого она развернулась и быстро отошла, оставив сладкую парочку дразнить и мучить друг друга в одиночестве.

Они оба использовали ее в своих целях. Зачем? Неужели нельзя избавить ее от этой роли?

«Ты просто ревнуешь, — невесело усмехнулась она про себя. — Ревнуешь, потому что они вместе, а Тристан никогда не вернется».

Отыскав свободный шезлонг подальше от толпы, Айви опустилась на сидение. Парень и девушка, сидевшие рядом, с любопытством наблюдали, как Сюзанна ведет Грегори к двум незанятым лежакам в уединенном уголке сада. По пути они перешептывались о чем-то, а Грегори на ходу размазывал крем по роскошному телу Сюзанны.

Айви закрыла глаза и стала думать о Тристане, об их планах вместе съездить на озеро, заплыть на самую середину и лежать там, чтобы солнце сверкало на пальцах их рук и ног. Она думала о том, как Тристан целовал ее на заднем сидении машины в ту страшную ночь аварии. Никогда еще его поцелуи не были такими нежными как в ту ночь. Тристан касался ее лица с каким-то восторгом, почти с благоговением. Он так обнимал ее, что Айви чувствовала себя не просто любимой — бесценной…

— Ты так и не зашла в воду?

Айви открыла глаза. Было ясно, что Эрик не оставит ее в покое до тех пор, пока она не докажет, что не боится воды.

— Я как раз подумала об этом, — ответила Айви, снимая очки. Эрик молча поджидал ее у края бассейна.

Айви была рада, что он не нагрузился на собственной вечеринке. Впрочем, возможно его приставучесть объяснялась именно трезвостью. Временно оставшись без алкоголя и наркотиков, Эрик развлекал себя тем, что дразнил людей, метя в самые уязвимые места.

Айви вошла в воду. Когда она окунулась по шею, ее снова охватил старый страх перед водой.

«Настоящая смелость заключается в том, чтобы посмотреть в лицо своим страхам», — однажды сказал ей Тристан.

Постепенно Айви успокоилась и с каждым новым гребком чувствовала себя все более уверенно. Проплыв бассейн в длину, она остановилась в глубоком секторе и стала ждать Эрика. Честно говоря, пловец он был никудышный.

— Неплохо, — оценил Эрик, поравнявшись с ней. — Для начинающей, разумеется.

— Спасибо, — ответила Айви.

— Ты даже не запыхалась.

— Думаю, я в хорошей форме.

— Совсем не запыхалась, — задумчиво повторил Эрик. — Знаешь, когда мы с Грегори были маленькими, то придумали одну забавную игру.

Эрик помолчал, и Айви поняла, что сейчас он предложит ей сыграть. Она не испугалась, но пожалела, что этот разговор возник не в мелкой части бассейна, где деревья не скрывали солнца, а кругом было гораздо больше народу.

— Игра заключалась в том, чтобы как можно дольше задержать дыхание, — продолжал Эрик. При этом он ни разу не посмотрел на Айви: он вообще редко смотрел людям в лицо. — Нужно нырнуть под воду и сидеть там, сколько выдержишь, в то время как второй участник считает секунды.

Признаться, игра была довольно глупая, но Айви решила сыграть, чтобы поскорее избавиться от Эрика.

Эрик быстро нырнул, выставив над поверхностью левую руку, чтобы Айви могла засечь время по часам. Он просидел под водой ровно одну минуту и пять секунд, а потом вынырнул и жадно вдохнул.

После этого настала очередь Айви. Она набрала в легкие побольше воздуха и нырнула. При этом она медленно считала про себя — одна тысяча один, одна тысяча два, одна тысяча три — решив, во что бы то ни стало побить результат Эрика. Сидя под водой, Айви смотрела на свои волосы, медленно колыхавшиеся вокруг нее. Вода в бассейне была сильно хлорированной, и ей очень хотелось закрыть глаза, но она чувствовала, что лучше этого не делать. Айви не доверяла Эрику.

Наконец она вынырнула на поверхность.

— Потрясающе! — оценил Эрик. — Одна минута и три секунды.

Айви насчитала минуту и пятнадцать секунд.

— А теперь следующий этап, — объявил Эрик. — На этот раз нырнем вместе и посмотрим, кто из нас чемпион! Будем соревноваться, как большие. Идет?

Айви неохотно кивнула и решила, что после этого сразу же вылезет из бассейна. Эрик посмотрел на часы.

— На счет три! Раз, два… — он вдруг схватил Айви за руку и потянул вниз.

Она не успела задержать дыхание. Айви рванулась, но Эрик не отпускал. Она начала вырываться, но он схватил ее за руки выше локтей.

Айви начала задыхаться. Она наглоталась воды, когда Эрик утянул ее под воду, и теперь беспрерывно кашляла, пытаясь прочистить легкие — и от этого еще сильнее захлебывалась. А Эрик крепко держал ее под водой.

Она попыталась ударить его ногой, но он ловко уворачивался, улыбаясь ей плотно сжатыми губами.

Айви поняла, что Эрику все это нравится. Он находит это забавным. Да он ненормальный!

Она принялась вырываться. Желудок у нее сжимался от спазмов, колени взлетели вверх, ей казалось, что ее легкие вот-вот лопнут от недостатка кислорода.

Внезапно лицо Эрика перекосилось. Он вдруг стремительно рванулся к бортику бассейна, увлекая за собой Айви. А потом неожиданно отпустил ее.

Они оба вынырнули на поверхность, отплевываясь и жадно хватая ртами воздух.

— Ты придурок! Тупой придурок! — крикнула Айви, но приступ кашля не дал ей закончить.

Эрик молча подтянулся на бортик. Лицо у него было белое, пальцы судорожно прижаты к боку. Когда он отпустил руку, Айви увидела на коже Эрика алые отметины и тонкие кровавые царапины, словно кто-то хорошенько прошелся по его боку и спине длинными острыми ноготками.

Эрик быстро стрельнул по сторонам своими светлыми близорукими глазами, а потом посмотрел на Айви. Лицо его было перекошено, словно он до сих пор сидел под водой.

— Это была просто игра, — сказал Эрик.

В это время кто-то окликнул его с противоположного конца бассейна. Люди потихоньку начали перемещаться внутрь. Эрик медленно встал и побрел к дому, а Айви осталась стоять в бассейне, делая глубокие вдохи, чтобы прийти в себя. Она знала, что должна остаться здесь. Она должна успокоиться, выровнять дыхание и проплыть несколько метров. Тристан помог ей преодолеть былой страх перед водой, и она не позволит Эрику забрать у нее этот подарок. Айви оттолкнулась и поплыла.

Она доплыла до противоположного края бассейна и повернулась, чтобы сделать еще один заплыв, но тут Бет наклонилась и схватила ее за ногу. Обернувшись, Айви увидела, что ее подруга опасно балансирует на самом краю бассейна, а ее чудовищная шляпа свалилась ей на глаза. К счастью, вовремя подошедший Уилл схватил Бет сзади и спас ее от падения в воду.

— Что случилось? — спросила Айви, улыбаясь Бет и бросая быстрый многозначительный взгляд в сторону Уилла.

— Все идут внутрь смотреть видео, — радостно сообщила подруга. — Это записи, которые делали в этом году в школе и после уроков — на баскетбольных матчах и… — Бет резко замолчала.

— На соревнованиях по плаванию, — закончила за нее Айви. Может быть, ей стоит еще раз посмотреть, как Тристан плывет баттерфляем?

Бет отошла от края бассейна и повернулась к Уиллу.

— Я немного побуду тут.

— Не нужно оставаться здесь ради меня, Бет, — попросила Айви. — Я…

— Нет, послушай, — перебила ее Бет. — Когда все уйдут внутрь, я наконец-то смогу обнажить свое прекрасное белоснежное тело, не боясь, что окружающих поразит снежная слепота.

Уилл негромко рассмеялся и что-то шепнул на ухо Бет.

Уилл был славным парнем, хотя Айви понимала, что у него есть все основания недолюбливать ее, особенно после той ужасной сцены в кафе. Тогда Уилл рисовал ангелов, один из которых оказался как две капли воды похож на Тристана, обнимавшего Айви. Она тогда взбесилась и порвала рисунок в клочья.

— Иди внутрь и посмотри записи вместе со всеми, — приказала Айви. — Я хочу немного поплавать.

На этот раз Уилл наклонился и посмотрел на нее.

— Нельзя плавать одной, Айви.

— Тристан тоже всегда так говорил.

Уилл ответил ей долгим взглядом своих загадочных глаз, говоривших на своем собственном языке. Айви подумала, что его глаза похожи на карие озера, в которых так легко утонуть. У Тристана глаза тоже были карие, только немного светлее, и все-таки чем-то похожие. Может, именно поэтому Айви так тянуло к Уиллу?

Айви быстро отвернулась и затаила дыхание. Легкая бабочка, трепеща разноцветными крыльями, опустилась ей на плечо.

— Мадам Баттерфляй, — неосторожно сказала Бет. Айви поняла ее. Они все в этот момент думали о Тристане.

Айви попыталась согнать бабочку, но к ее изумлению, хрупкое создание лишь хлопало крылышками, явно не собираясь покидать облюбованное место.

— Она приняла тебя за цветок, — с улыбкой сказал Уилл. Глаза его сияли.

— Наверное, — ответила Айви, и ей вдруг нестерпимо захотелось поскорее оказаться подальше от него и Бет. Оттолкнувшись от бортика, она поплыла.

«Это невероятное ощущение, честное слово. Ты даже не представляешь, что такое плыть по озеру, в кольце зеленых деревьев, когда небо перевернутой голубой чашей парит у тебя над головой! Ты просто лежишь на поверхности воды, а солнце сверкает на кончиках пальцев у тебя на руках и ногах…»

Воспоминание было настолько свежо, что ей показалось, будто голос Тристана прозвучал наяву. Как могло случиться, что перевернутая голубая чаша небес осталась на своем месте, а не разлетелась на тысячу осколков, как ветровое стекло машины в ночь аварии? Айви до сих пор не могла поверить в то, что все в мире осталось по-прежнему.

Она вспомнила, как лежала на спине в бассейне, чувствуя под собой сильные руки Тристана, когда он учил ее плавать. «Не сопротивляйся, плыви вместе с водой», — говорил он.

Айви не сопротивлялась. Она просто закрыла глаза и представила, что лежит посреди озера. Когда она снова открыла глаза, он смотрел на нее, и его лицо согрело ее, как солнце.

«Я плыву», — прошептала Айви тогда и повторила это снова.

«Ты плывешь».

«Плыву».

Они читали это слово по губам друг друга, их лица были совсем близко, так близко, что…

— Отдай сейчас же!

Айви так быстро подняла голову, что ноги ее ушли вниз. Она поспешно смахнула воду с глаз.

Дверь домика при бассейне распахнулась, и Грегори выбежал на лужайку, неся в руках какую-то маленькую черную тряпку. С волос его разлетались клочья пышной белой пены. Следом за ним к бассейну выскочил Эрик, держа в одной руке огромную шляпу Бет — как оказалось, свое единственное прикрытие — а во второй сжимая длинный кухонный нож.

— Ты труп, Грегори!

— Догони и отбери! — захохотал Грегори, размахивая над головой плавками Эрика. — Ну, вперед! Покажи свою прыть!

— Да я сейчас…

— Конечно, конечно, — дразнил Грегори. Внезапно Эрик остановился.

— Я до тебя доберусь, Грегори, — пригрозил он. — И сделаю это тогда, когда ты меньше всего будешь этого ожидать.