От предстоящего занятия я не ждала ничего хорошего, предмет сам по себе та еще гадость, но когда в лекторий вошел Кар Ярис, я окончательно скисла. Впрочем, магистр тоже не выглядел довольным.

— Адепты, — обвел он нас хмурым взглядом, — я искренне не понимаю, почему не был проведен хотя бы минимальный предварительный отбор. Очевидно, что те из вас, кто, например, собирался стать артефактором, окажутся балластом в условиях реальных боевых действий, но нам придется работать с тем, что есть.

Он еще раз обвел нас взглядом.

Дверь открылась, что уже само по себе было странно, ведь опоздавших не пускали, и в аудиторию, опираясь на посох, вошел… полукровка. Как иначе объяснить, что у мужчины уши эльфийские, а нос троллий?

— Здравствуйте, магистр Ярис. Здравствуйте, адепты. Я личный жрец Мастера-Чудодея Ньерг Опал.

Я мысленно выругалась. Еще одна проблема на мою голову. В терминах я уже слегка разбиралась. Личный жрец — это тот, кто заключил магический договор непосредственно с богом, может напрямую обращаться к своему покровителю и будет услышан. Короче, надо быть готовой к тому, что Ньерг Опал попытается заманить меня в ловушку или убить.

— Не могу согласиться с уважаемым магистром Ярисом. Адепты, вы прошли отбор, когда поступили в лучшую академию мира. Умение защищать себя является обязательным независимо от выбранной вами специальности.

— Господин Опал, я ожидал вас позднее.

— Мы сместили сроки, первая практическая работа назначена на сегодня.

— Что?! — Кар Ярис выглядел возмущенным до глубины души. — Господин Опал, брать на охоту адептов первой ступени без определения их уровня, без подготовки недопустимо.

Жрец пожал плечами:

— Магистр Ярис, позвольте напомнить, что ситуация более чем серьезная. Души умерших обречены неприкаянными блуждать в Тумане. Никто из ваших родственников за последние столетия не умирал? Так вот, ваши родные блуждают в сером мареве, одни, без надежды.

Кар Ярис стиснул зубы и сжал кулаки, но промолчал.

— Мастер-Чудодей, — продолжал жрец, — ко всем ним проявил сострадание и готов помочь. Сейчас я выполняю его волю. Считаете адептов желторотыми птенцами, которых надо спрятать под ваше крыло? Отлично. Выскажете ваше несогласие Мастеру-Чудодею, не мне.

Повисла неприятная тишина. Кар Ярис демонстративно отступил к стене, сложил руки на груди и хмуро уставился на полукровку.

— Адепты, после обеда вы приходите сюда, каждый получает защитный артефакт, — жрец продемонстрировал нам медальон, — поисковый артефакт и боевой. Времени на инструктаж у нас не будет, поэтому объясняю все сейчас.

Жрец показал нам браслет.

— Настроен на этих тварей. При приближении вампира теплеет.

Посох, с которым пришел жрец, оказался боевым артефактом. Я рассмотрела прозрачную каплю-навершие, в глубине которой плясал огненный язычок.

— Обращение с артефактом стандартное: активируется импульсом энергии, выпускает огненный шар, направлять механически.

Все всё поняли, ага. Я покосилась на соседей, нервничали многие.

— После получения артефактов делитесь на группы и порталом отправляетесь на место. — Ньерг Опал повернулся к Кару Ярису. — Каждую двадцатку направляет и страхует опытный боевой маг.

Кар Ярис выразительно скривился, намекая, что о подобной страховке он мнения невысокого.

— Мы оцепляем район и сходимся к его центру. Основная задача — не выпустить вампира за оцепление. Цель — ликвидация твари. Адепту, уничтожившему вампира, полагается сразу десять жемчужин. При желании на свой страх и риск, без каких бы то ни было гарантий безопасности, можете отправиться вглубь района вне оцепления. Шансы убить вампира повышаются, шансы погибнуть — тоже. На этом все, до встречи после ужина.

Полуэльф-полутролль стремительно покинул лекторий. Кар Ярис проводил его недовольным взглядом и отлепился от стены.

— Адепты, если только вы не имеете опыта применения боевой магии в реальной жизни, то не вздумайте рисковать. Возможно, вам повезет и, находясь в оцеплении, вы с вампиром не повстречаетесь. — Магистр цыкнул, развернулся и ушел, с обязаловкой покончено.

О предстоящем подумаю потом, я нашла взглядом Вьёрда и, пока он не успел уйти, подскочила к парню. Проблемы надо решать по мере поступления, а то и заметить не успеешь, как они погребут тебя под своей тяжестью.

— Привет! Выручи, а? Скажи, сколько времени?

Вьёрд покачал головой, но на вопрос ответил. Я поблагодарила и, прикинув, что к целителям до консультации успеваю, помчалась лечиться. Рука больше не беспокоила, но, подозреваю, достаточно взяться за перо, как она снова заболит.

Целительница, увидев растерзанный бинт, пришла в ужас и вместо того, чтобы заняться обработкой ожога, принялась полоскать мне мозг, перемежая нравоучения лекцией о важности сохранения целостности лечебных повязок. Мои попытки возражать ее только раззадорили. Я послушала минут пять и тихо заметила:

— У меня скоро занятие. Мне идти как есть?

Эльфийка поперхнулась воздухом и гневно велела:

— Сиди.

Бинт она распустила в секунду, осмотрела ладонь, пальцы, еще раз прошлась по моей несознательности и мстительно поведала, что нарушение лечения последствий неправильного применения магии может стоить потери руки, затем смазала ожог вчерашним зельем-вонючкой, наложила новую повязку и сказала, что ждет меня завтра.

— Знаешь, все гораздо хуже, чем мне показалось вчера, — серьезно добавила целительница на прощание.

Не удивлена. Киран бог магии не за красивые глаза.

Когда я дошла до учебного корпуса, преподавательница уже ждала меня. Формально я не опоздала, но магистр была явно недовольна тем фактом, что пришла раньше меня. Я извинилась и пообещала впредь точнее рассчитывать время.

— Обойдемся без теории. Когда ты ходишь, о работе мышц ты не думаешь. Будет желание — читай соответствующие книжки по анатомии. А сейчас садись и сосредотачивайся на движении энергии. По телу она распределяется без участия разума, но отчасти процесс можно контролировать. Принцип тот же, что и с дыханием. Ты можешь сознательно вдохнуть больше воздуха, можешь задержать дыхание, можешь выдохнуть резко или, наоборот, медленно. Теперь попробуй сознательно направить энергию одновременно в обе руки.

Я кивнула и сосредоточилась на задании. Конечно, ни с первой, ни со второй попытки у меня не получилось, но где-то после пятой я справилась настолько хорошо, что преподавательница меня похвалила, на двадцатой попытке энергия начала меня слушаться, а на тридцатой я вполне уверенно контролировала не только направление потока, но и его интенсивность. Магистр выглядела потрясенной:

— У тебя потенциал, Варя. То, что другие осваивают за три-четыре года, ты сможешь освоить за год. Но не обольщайся. Не будешь ежедневно работать — ничего не достигнешь. А теперь снова сосредоточься и осторожно направь энергию к глазам.

Я легко выполнила указание и ойкнула. Мир внезапно преобразился. Я увидела полупрозрачный кокон вокруг преподавательницы, ее сумку оплетала странного вида паутина. Больше всего меня поразил ничем не примечательный камушек, небрежно оставленный на краю стола: внутри он был пронизан потоками энергии.

— Молодец. Дальше тренируешься без меня. Обязательно возьми в библиотеке двухтомник «Магическое зрение». Тебя интересуют последние шесть глав второй части. Когда какие-то успехи будут, приходи — разберем. Завтра же займемся непосредственно заклинаниями, поэтому, раз уж идешь в библиотеку, возьми сборник простейших заклинаний любого направления. Мне без разницы, на чем тебя учить. Можешь идти и постарайся не опаздывать.

— Да, магистр, спасибо. А можно вопрос?

Женщина доброжелательно кивнула.

— Активация артефакта импульсом энергии. Я смогу сделать это уже сейчас?

— Вполне. Техника очень простая. Первое — телесный контакт с артефактом, обычно прикладывают ладонь, но это не принципиально. Второе — направляешь энергию в тот участок тела, которым соприкасаешься с предметом. Третье — ведешь энергию дальше и передаешь в артефакт. Если мы говорим именно об активации, то количество значения не имеет.

— Спасибо.

— Все, беги. — Магистр поднялась из-за стола, намекая на то, что консультация окончена.

Я поблагодарила еще раз и торопливо покинула помещение. Повезло мне с наставницей, очень повезло. Требовательная, до состояния кашицы знания не разжевывает и в рот готовенькое не вкладывает, заставляет и самой шевелиться, но ведь результат налицо! Пусть пока хвастать нечем, но получаться-то начинает. Несмотря на дикую усталость, я чувствовала себя почти счастливой.

В коридоре я привалилась к стене. Колени дрожали, в руках слабость, обожженная ладонь снова заныла. Кстати, что с рукой, преподавательница не спросила. Пару минут я стояла, приходя в себя. Дроу молча наблюдал за мной, не делая попыток подать руку и поддержать. Неожиданно в животе заурчало самым неприличным образом, и я осознала, что зверски голодна. Увы, по моим прикидкам, до обеда еще далеко.

Внезапно дроу напрягся, рванул вперед, заслоняя меня, и обнажил оба меча. Я только пискнуть успела. Воздух перед нами уплотнился, сначала по глазам ударило слепящее сияние, и из света соткался Ядодел. Сияние чуть померкло, стало не столь болезненным. Дроу отступил, плавно убирая мечи. Ни поклона, ни какого бы то ни было иного приветствия. Бог не обиделся, улыбнулся мне, не обращая на темного эльфа внимания:

— Варя, здравствуй. Не откажешься поболтать?

— Верон, рада видеть. — Скорее ложь, чем правда, но, полагаю, послушать, что мне скажут, на сей раз не помешает.

Ядодел заглянул в ближайшую аудиторию, сунув голову сквозь дверь, высунулся обратно и предложил:

— Заходи, тебе не помешает немножко отдохнуть.

Не уверена, что решение правильное, но возражать я не стала. Вошла, прикрыла за собой дверь и с наслаждением опустилась на ближайший стул. Ядодел хмыкнул.

— Как рука? — участливо поинтересовался бог.

— Заживает.

Верон, как фокусник, невесть откуда достал пузырек и вылил содержимое на бинт, состав вспенился и впитался.

— К обеду ожог сойдет, — пообещал он.

— Не думала, что ты еще и целитель.

Верон по-мальчишески задорно рассмеялся, подмигнул, но комментировать мои слова не стал. Залихватски свистнув, он плюхнулся на преподавательское место, скорчил нарочито серьезную рожу и водрузил ноги на стол.

— Варюш, ты свой учебный план уже составила? Понимаю, что нет, но хоть какие-то мысли относительно ближайшего будущего у тебя есть?

— Я хотела заняться физкультурой и боевой магией, — поделилась я.

— Это правильно, но недостаточно. — Верон перешел на деловой тон. — У тебя напрочь отсутствует база, и ее в срочном порядке нужно нарабатывать. Работать придется сразу в трех направлениях: заклинания, артефакты и зелья. Наименее важное — зелья. По минимуму поднатаскаю, при необходимости подстрахую. — Ядодел недовольно цыкнул. — Я бы посоветовал и вовсе на курсы, связанные с зельями, не ходить, но именно на них тебе будет легче всего получать жемчужины, а они, Варь, нужны как воздух. Ладно, будешь прогуливать.

— И препод меня не отчислит?

— С чего бы? С заданиями я буду справляться лучше всех. — Верон весело подмигнул.

Я хмыкнула. Усталость потихоньку проходила, голод слегка поутих. Я разглядывала Верона, и чем больше смотрела, тем симпатичнее он мне казался. Русый мальчишка, веселый, талантливый, привлекательный внешне. Больше всего мне импонировало, что он держится со мной как с младшей сестренкой. Не задирает нос, не смотрит свысока, готов шутить. Даже не верится, что он заведует отравлениями. Спрашивать, кому кого Верон помогает убивать, я не стала. Не моего ума дело. Как говорится, меньше знаю — крепче сплю. Лучше верить, что раз он входит в Малый пантеон моей ба, то, значит, не так он плох. С другой стороны — бабуля у меня богиня смерти.

— Набор на курс зельеварения через полтора часа, — заметил Ядодел.

— Да, я знаю. — Сходить и попытать счастья я планировала еще до появления Верона. — Обязательно буду. Как раз в библиотеку успею. Или ты еще о чем-то хотел поговорить?

— Лучше я тебя провожу, — улыбнулся Ядодел.

Я приподняла бровь. Когда-то именно эту фразу произнес парень, собравшийся за мной приударить. Шестнадцать мне тогда было, если не ошибаюсь. Отношения не сложились, а фраза запомнилась.

По пути Верон развлекал меня байками. Особенно мне понравилась история про вдовушку, решившую отбить у племянницы жениха. Дамочка наведалась сначала в храм Зельевара, вознесла богу молитву и сделала щедрое подношение, затем отправилась к магу за зельем, улучшающим цвет лица и делающим женщину неотразимой. Увы, молитву проигнорировали. В тот день маг не выспался и был особенно рассеян. Мало того, что он передержал декокт на огне, так еще и перелил в немытый флакон, в котором раньше хранилось сильнодействующее снотворное. Вдовушка в боевом настрое прибыла к племяннице помочь с организацией праздника, вечером выпила зелье, а наутро ее обнаружили бледную, как покойницу, и бездыханную. Родные и близкие, ехавшие на помолвку, оказались на похоронах.

Прощальные слова, слезы… Вспыхнул погребальный костер, и внезапно покойница заверещала дурным голосом. Родственники же, вместо того чтобы прослезиться от счастья, схватились за топоры: заподозрили, что милая тетушка обратилась в вампиршу.

Я резко посерьезнела:

— Верон, вампиров начали истреблять.

Ядодел пожал плечами. Новостью для него мои слова не были и быть не могли. Я озвучила очевидное в надежде, что мне подскажут, как исправить ситуацию. Сама я даже не знаю, с какого бока подступиться к проблеме.

— Прореживать их поголовье начали давно, — не согласился с моим утверждением Ядодел. Он не выглядел ни капли обеспокоенным.

— Тебя их судьба не волнует?

Он покачал головой.

— В отличие от Яниты, я не трачу силы впустую. Это она оберегает их по мере возможностей.

— Впустую?! — изумилась я. Остановилась и повернулась к Верону лицом. Иллюзия, что рядом со мной кто-то добрый и хороший, исчезла на раз-два.