Реальные успехи контрразведки ФБР в известной степени обусловлены и тем, что работа внутри страны постоянно координировалась с внешними операциями за границей.

Первая акция была проведена в Океании.

Сообщение о нападении японцев на Пирл-Харбор в Вашингтон одним из первых передал Роберт Л. Шиверс, руководитель представительства ФБР в Гонолулу. Он же организовал несколько прямолинейную, хотя и эффективную акцию: сразу после бомбардировки приказал захватить японское консульство в Гонолулу. Хотя многие документы там уже сгорели, оставшийся материал давал еще достаточные разъяснения. Генеральный консул Нагао Кита направлял в Токио многочисленные шпионские сообщения, однако не все следы его информаторов были устранены. Так, анализируя остатки «трофейного» архива, джи-мены натолкнулись на супружескую пару Бернхард-Отто и Фридель Кюн, родом из Германии, которая числилась в картотеке уже с 1939 года.

Кюн, который нигде не работал и не занимался никаким делом, постоянно располагал большими денежными средствами. Уже при первой тайной проверке ФБР зарегистрировало выписку из счета свыше семидесяти тысяч долларов. Сумма эта с 1936 года возросла. Оказалось, что с этого времени, после заключения антикоминтерновского пакта, немецкий агент Кюн работал на японскую тайную политическую полицию. Другие значительные суммы последовали после 1939 года. Последним поручением для Кюна был Пирл-Харбор. Он должен был вести наблюдение в гавани за прибытием и отплытием боевых единиц флота. Его информация передавалась в консульство или через согласованные сигналы с берега прямо на японские суда. Кюн был изобличен, дал показания и был осужден — весьма строго, по законам военного времени.

ФБР уже давно под предлогом «охраны» посольств США в зарубежных странах стало внедрять в их персонал своих агентов. Те следили за своими дипломатами и вели зарубежный шпионаж. В 1940 году Гувер послал группу агентов в Лондон, где они обменивались опытом с британской секретной службой, и договорились с ней о сотрудничестве на будущее. Тот же год принес дальнейшее расширение внешней деятельности ФБР. Его сотрудники «перешагнули» границу Мексики, и с этого момента вся Латинская Америка стала полем деятельности джи-менов.

Более сотни джи-менов были спешно подготовлены для выполнения новых задач, получили кодовые имена и опознавательные номера. Уже через месяц они находились на пути к месту своей деятельности в южной части Западного полушария. Акция началась совершенно секретно. Одни агенты SIS были зачислены в штат американских посольств в качестве новых сотрудников, другие разъезжали под видом маклеров или поступили на службу в экспортные фирмьг для работы в их южноамериканских филиалах, третьи пересекли границы под видом простых туристов. Идя по следам германских агентов, джи-мены просочились во все латиноамериканские страны. Но определить при этом точно, что сделано именно отделом ФБР, в большинстве случаев было весьма трудно, ибо в южноамериканском «Эльдорадо для шпионов» действовало множество секретных служб, в том числе и «Intelligence service», и, разумеется, органы контрразведки стран Латинской Америки.

Со временем между SIS и полицейскими органами латиноамериканских государств установилось тесное сотрудничество. США даже добились того, что девять латиноамериканских государств приняли их предложение зачислить в свои полицейские части сотрудников ФБР в качестве советников по борьбе со шпионажем и диверсиями.

До 1956 года ФБР хранило молчание о своих акциях в Южной Америке. Все, о чем тогда официально сообщалось, было лишь романтическим прославлением его успехов. Так, в сообщениях ловкие джи-мены проникали на каноэ к истокам Амазонки и сражались там с помощью отравляющего газа с дьявольски опасными рыбаками, прежде чем удалось ликвидировать шпионский центр. Другие агенты ФБР преследовали банды, работавшие на нацистов и провозившие контрабандой платину. На древнем дребезжащем биплане они кружили у истоков Ориноко. Гроза заставила их совершить вынужденную посадку. Храбрых мужей из Штатов разгул стихий не остановил. Охота шла в течение нескольких недель в Эквадоре, Боливии и теперь в Аргентине, снова и снова преследуемые ускользали, пока не были схвачены в зарослях пампасов. Однако неожиданно появилась аргентинская полиция, которую больше интересовали янки, чем немцы. Так джи-мены оказались в тюрьме. Поскольку аргентинцы знали, что это за матерые парни, дело не дошло даже до допроса. Они прибегли к picana electrica — пытке электрическим током, доставлявшей мучительную боль бравым джи-менам. Однако тот, кто думал, что агенты проронят хоть слово, ошибался: крутые парни не издали ни звука. Ночью они бежали из тюрьмы, а затем выполнили свою миссию. Прежде всего, они захватили караульные посты перед домом префекта, затем к ним присоединились немцы, жившие в Аргентине…

Мексика

Для нацистских шпионов особую важность родина ацтеков представляла из-за ее географического положения. В апреле 1941 года здесь уже действовало шесть немецких агентур. Однако они просуществовали недолго. По отношению к мексиканцам агенты вели себя так, как этого можно было ожидать от арийского «сверхчеловека», — надменно и хвастливо. Всеобщее внимание привлекли к себе в Тампико агент Барке, в Гвадалахаре — его сообщник Руге. Самое интересное произошло в Сьюдад де Мехико: немецкий шпион Хилгерт избрал для своих каждодневных алкогольных возлияний винный погребок, который служил также местом явок для агентов SIS. Это был не единичный случай. Немецкий посол в Мексике Рюдт фон Калленберг сообщил в Берлин о том, что здесь происходит, после чего несколько агентов было заменено. ФБР и его «зарубежному отряду», SIS, сильно помогли местные «левые». В октябре 1941 года тысячи мексиканцев собрались на антифашистскую демонстрацию. Генеральный секретарь объединения профсоюзов Ломбардо Толедано назвал в своей речи имена большинства немецких агентов в стране, после чего многие из них были арестованы.

Через полгода Мексика присоединилась к антигитлеровской коалиции. Нацистские шпионы едва ли имели здесь теперь шансы. «Левые» информировали ФБР о каждом шаге, и южная граница США считалась надежной.

Бразилия

Президент Гетульо Варгас правил страной с помощью полуфашистских методов. С 1933 по 1937 год торговля его страны с Германией удвоилась. И с гестапо существовали тесные контакты. Ольга Бернарио, жена председателя коммунистической партии Бразилии, была выдана в 1935 году Германии, и вместе с ней другие бразильские революционеры немецкого происхождения. В начале 1937 года представители тайной полиции отбыли из Рио-де-Жанейро в Берлин к шефу Генриху Гиммлеру, «рейхсфюреру СС и начальнику гестапо», их авторитету по методам работы и убеждениям.

В Южной Бразилии проживало около миллиона немецких иммигрантов, из которых многие симпатизировали нацизму. В Бразилии имелось сильнейшее в Латинской Америке фашистское движение «интегралистов». От своих немецких единомышленников отличались они лишь цветом своих рубашек, — они были не коричневыми, а зелеными. Для немецких агентов сложились идеальные условия; наряду с благосклонным правительством имелась еще поддержка части населения и фашистов страны. 11 мая 1938 года была предпринята попытка захвата власти. Однако армия подавила путч. Президент Варгас запретил организацию «интегралистов». Попытка путча была реакцией на это решение. Немецкие шпионы принимали активное участие в восстании. Когда это получило огласку, Гетульо Варгас окончательно ориентировал свою политику на проамериканский курс. Времена лояльности миновали — бразильская тайная полиция арестовала огромное количество немцев-конспираторов.

Агенты ФБР, прибывшие в страну в 1940 году, тотчас же приступили к сотрудничеству с местными властями. Здесь еще находилось шестеро радистов, которые сообщали в Германию на коротковолновиках важную информацию, однако их код стал известен. Они сообщали о прибытии и отправлении судов в различных гаванях и обо всем происходящем в международном аэропорту Наталь, через который США отправляли транспортные машины, позже и соединения бомбардировщиков и истребительные авиационные соединения в Африку и на Средний Восток. Теперь джи-мены начали поиски радистов. Техники из SIS пеленговали станции, как только они начинали работать. При этом они сталкивались с привычными контрмерами: постоянно меняющимися местами для станций, с коротким и нерегулярным временем передач. Но эти методы были тщетными, все уже становился круг, станции обнаруживались одна за другой.

Бразильские суды вынесли приговоры более чем восьмидесяти нацистским шпионам и их пособникам с юга страны.

Аргентина

После провалов в Мексике и Бразилии немецкая тайная полиция перенесла свой центр в Южной Америке в Аргентину. Нацистские шпионы действовали и в других странах, особенно в Чили, но большинство нитей сходилось в Буэнос-Айресе, где активно действовал капитан второго ранга Нибур, военно-морской и военно-воздушный атташе немецкого посольства.

Аргентина дольше, чем все другие страны субконтинента, оставалась нейтральной. Лишь в конце марта 1945 года, когда фактически исход войны был давно решен, прозвучало объявление войны Берлину и Токио. Благосклонное до этого отношение к державам «оси» проистекало главным образом из жесткой конкуренции с США, поскольку обе страны столкнулись друг с другом на мировом рынке как экспортеры сельскохозяйственной продукции.

Из противоречий прибыль извлекала гитлеровская Германия. Она стала заказывать аргентинскую аграрную продукцию, отдавая за нее машины и полуфабрикаты, материалы, в которых остро нуждалась молодая индустрия на Рио-да-ла-Плата. Торговля осуществлялась на безвалютной основе и была поэтому предпочтительной для обеих стран, бедных валютой. Президенты Аргентины, все без исключения генералы, предоставляли в это время нацистам и их южноамериканским последователям большие возможности, как, например, в области пропаганды. В середине 1942 года по поручению нацистов в Буэнос-Айресе работало шесть больших радиостанций и десять поменьше в других регионах страны. Деятельность SIS в Аргентине могла быть лишь конспиративной, агенты избегали преследований местной полиции. Важнейшей миссией SIS считалось выявление транзита фашистских шпионов через Аргентину — в соседних странах было проще их арестовать. Были и внутренние дела: так, в ноябре 1942 года ФБР внесло в черный список радио Прието, самую значительную нацистскую радиостанцию в Аргентине. Поскольку радиостанция финансировалась большей частью благодаря рекламным передачам, — заказы при этом шли из США и зависимых заграничных филиалов, — источники финансирования нацистской пропаганды должны были, в конце концов, иссякнуть. Однако радио Прието продолжало свои передачи, так как министерство Риббентропа оплачивало убытки.

После начала войны аргентино-немецкая торговля осуществлялась уже в скромных размерах, обходным путем через Испанию. Поэтому джи-менов в особенности интересовали суда, шедшие с Иберийского полуострова, и, конечно, причастные к поставкам фирмы. В отдельных случаях немецкие товары из Аргентины отправлялись на предприятия в другие южноамериканские государства в качестве компенсации за стратегическое сырье. ФБР удавалось не раз задерживать и конфисковывать такие поставки.

С 1941 года Испания и Аргентина стали «королевским путем» немецких агентов в Латинской Америке. Западные тайные полиции держали этот маршрут одно время под неусыпным контролем. Так, британская разведка постоянно находилась в испанских гаванях, ФБР — в Буэнос-Айресе. Сотрудники обеих организаций пытались изъять у немецких курьеров материал. Поскольку в охраняемые национальной полицией гавани они редко могли прибыть поездом, они отправлялись как пассажиры тех же океанских лайнеров, на которых нацистские эмиссары следовали к месту их цели. Британцы и американцы в таких случаях большей частью работали совместно, на основе достигнутой договоренности, и обменивались информацией о прибытии немецких агентов по ту или другую сторону Атлантики. И многие попытки перевербовать некоторых немецких курьеров оказывались успешными. Эти хорошо оплачиваемые двойные агенты поставляли затем в

Германию дезинформирующий материал. ФБР сообщало позже, что удалось использовать более чем 4500 страниц с информацией немецких шпионов.

Большой улов удался летом 1941 года. Тридцать шесть нацистских шпионов, производящих разведку в военных учреждениях страны, и ряд их аргентинских пособников оказались под арестом. Благодаря таким инцидентам пакт Аргентины с гитлеровской Германией оказался под угрозой. С помощью своих двойных агентов ФБР получало информацию о круге немецкой агентуры. В целом за годы войны в Латинской Америке удалось выявить и арестовать (в основном при помощи местной полиции) 389 шпионов, 30 диверсантов, и разоблачить около трех десятков агентов стран «оси», работавших под дипломатическим прикрытием.

«Всегда есть такие сферы работы, — писал Джон Эдгар Гувер в 1956 году, имея в виду и Службу специальных расследований, — раскрыть которые невозможно по причинам безопасности, из чувства приличия и по тактическим причинам».

Саботаж

В целом с января 1940 по май 1945 Бюро расследовало 19 299 предполагаемых случаев саботажа. 2282 случая были признаны актами саботажа.

Иначе говоря, с 1936 года и по настоящее время одним из основных направлений работы ФБР стала контрразведка. Представляется целесообразным временно отступить от хронологического принципа изложения и чуть подробнее рассказать об этом направлении работы Бюро, а затем еще подробнее — о противостоянии в послевоенные годы шпионской работе и враждебных, и дружественных стран.