Грань реальности

Черняковская Мария

Мы всегда думаем: что было бы, если… На этот вопрос пытается ответить и главная героиня повести Анна. Смогла бы она спасти от ранней смерти кумира миллионов, если бы родилась на двадцать лет раньше? И у неё появляется шанс узнать ответ на этот вопрос, шанс, предоставленный самим призраком певца… «Грань реальности» – продолжение повести «Жизнь Короля».

 

Глава 1

Мемфис…Зима… Снег мягко сыплет на землю, укрывая серый асфальт, голые ветви деревьев, превращая всё вокруг в белую сказку. Январь 1992 г. Этот день ничем бы не отличался от других, если бы не одно но… В этот день пятьдесят семь лет назад родился великий певец и человек Алекс Престон. Думаю, миллионы поклонников во всём мире не посчитали бы мои слова излишне пафосными. В день смерти и рождения тысячи его фанатов ежегодно собираются возле Роузленда, его дома и последнего пристанища, чтобы зажечь свечи в память о своём кумире. Я была из их числа. И хотя у меня уже была другая жизнь, я никогда не забывала о кумире юности, часто посещая Роузленд.

Тот день не был исключением. Я отложила все свои дела, чтобы воздать дань Королю. Возле Роузленда уже собралась толпа людей. Весь бульвар был заставлен свечами, ночью было светло, как днём. Люди тихо переговаривались, обсуждая последние новости, возмущаясь тем, что всё наследие Алекса шло с молотка, поговаривали, что даже на авторские права дочь Короля подыскивает покупателя.

– Им что, денег мало! – возмущались люди – Хоть бы что-то оставили в семье.

– Жажда наживы, что тут скажешь! – отвечали другие.

Я молча проходила мимо, поддерживая их всей душой. В моей жизни уже давно была другая музыка, другие увлечения, но тем не менее я с интересом следила за всеми биографиями Алекса Престона, за любой информацией, появляющейся в СМИ и интернете. И поражалась количеству грязи, выливаемой на певца. С годами оно только увеличивалось. Его так называемые друзья, никем не сдерживаемые, рассказывали всем, кто хотел слушать, о интимной жизни Алекса: о его патологическом обжорстве, о болезненной подозрительности и о любви к молоденьким девочкам, наркотики, алкоголь. Чего только не писали!

В толпе туристов я всё-таки пробилась внутрь дома. После смерти певца Памела, экс-жена Алекс а, сделала ремонт и вернула всё так, как было при её жизни с Королём. Увидев его золотые и платиновые диски, я с облегчением вздохнула: все были на месте. Хвала Богу, им ещё не пришло в голову начать продавать и их. И всё-таки здесь присутствовала его душа, ощущалась его любовь к этому месту. Люди проходили по комнатам, поражаясь роскоши и красоте обстановки.

Мне всё это было знакомо, и всё равно я каждый раз осматривала его жилище, как будто впервые. На диване в гостиной лежала осиротевшая гитара, он никогда не возьмёт её в руки, не сыграет на ней свои лучшие песни.

Я не слушала экскурсовода, зная наперёд всё, что он скажет. Мне нужно было просто побывать здесь. Надышаться этим воздухом, проникнуться духом творчества…

И вдруг… Я не поверила своим глазам. Я потрясла головой но видение никуда не исчезло.

Возле пианино стоял Алекс собственной персоной.

«Почему он так молодо выглядит?» была первая сумасшедшая мысль. Сейчас ему было бы пятьдесят семь. Было бы… Боже, он ведь давно мёртв. Так кого я тогда вижу? Сына у него не было, насколько я знала. Все эти мысли проносились в моей голове со скоростью звука, тесня друг друга. Я пошатнулась от внезапного головокружеия.

«Вот так и сходят с ума».

Я продолжала на него смотреть, не в силах отвести взгляд. Туристы проходили мимо, натыкались на меня и шли дальше.

Его синие глаза обводили комнату с неудовольствием, Королю было не по нраву, что сделали с его любимым Роузлендом. Его взгляд бездумно блуждал по гостиной, и вдруг впился в меня. По моей спине побежали мурашки. Меня окатила волна паники, и появилось бешеное желание сбежать из этого места. Я бросилась к выходу.

Вдохнув морозного воздуха, я пришла в себя. И оглянулась вокруг. Всё было, как обычно, люди уже стали расходиться, оставив горящие свечи вокруг фотографий певца.

Я медленно побрела по улице, решив прогуляться, чтобы привести в порядок мысли. Я реально испугалась. Раннее сумасшествие не входило в мои планы. И что теперь делать, я решительно не знала.

«Завтра же к врачу!» приняла я нелёгкое решение.

Дома меня встретило истошное мяуканье моего питомца, кота по кличке Маркиз.

– Мой милый, проголодался! Сейчас будем ужинать.

Я уселась перед телевизором, смотря на экран пустым взглядом. Из головы не выходило произошедшее.

«Что же это было?»

Но в голову не приходило ни одного рационального объяснения увиденному.

Я с детства была очень чувствительным и ранимым ребёнком, близко к сердцу воспринимая чужие проблемы, но внешне создавала впечатление эмоционально холодного человека. Окончив школу я почему-то стала панически бояться толпы, хотя пока училась всегда принимала участие во всех общественных мероприятиях. После всяческих корпоративов на работе, я всегда возвращалась домой с больной головой. Только кот мог меня успокоить, я брала его на руки, и он своим мягким урчанием приводил в порядок мои нервы. Я стала любить одиночество, была отшельницей, тем не менее у меня было много приятелей. Ко мне часто приходили за советом, помощью. И я по мере своих сил и возможностей помогала им.

С семьёй не сложилось. Я уже не надеялась, что найду своего мужчину, слишком высокие требования я предъявляла к будущему избраннику. Прежде всего мне нужен был сильный волевой человек, на которого я могла опереться в трудную минуту. Пока такой не находился, хотя успех у мужчин я всё-таки имела, многие за мной ухаживали, но быстро мною отсеивались. Я уже подумывала над тем, чтобы усыновить ребёнка, хотелось, чтобы в доме звучал детский смех, чтобы дарить кому-нибудь подарки на Рождество.

Благодаря моему отцу в деньгах я не нуждалась, но тем не менее работала по специальности, в маленькой галерее. По образованию я была искусствовед и получала эстетическое удовольствие, рассматривая картины, делая их экспертизу, консультируя покупателей. С некоторыми из них у меня даже случались кратковременные романы, но все мои любовники были обременены семьями, а строить своё счастье на горе других я не хотела, поэтому отношения заканчивались, не успев как следует развиться.

Я устала искать и решила положиться на судьбу. Я проживала одна уже давно, отец отошёл в лучший мир десять лет назад. Он был первоклассным хирургом. Его сердце остановилось прямо в коридоре после сложнейшей операции. Мать я потеряла ещё в младенческом возрасте, и мы с папой долгое время жили вдвоём. У нас сложились тёплые и доверительные отношения, но даже ему я не рассказывала о моих душевных проблемах: о страхе перед темнотой, перед большим скоплением людей, о том, что я всю свою сознательную жизнь искала смысл своей жизни. Но тем не менее мы были друзьями, я всегда знала, что могу поделиться с папой наболевшим, часто плакала на его плече, когда случалось что-то плохое.

Среди моих увлечений важное место занимала музыка. Я увлеклась ею ещё в юношеском возрасте. И это был Алекс. Мне было шестнадцать лет, когда я впервые услышала его бархатный чарующий баритон. Это был певец с золотыми голосовыми связками. Уважая созданную им музыку, тем не менее мне больше по душе были его госпелы, блюзы и баллады. Исполняя именно их, он мог показать свой талант во всей своей красе. Сначала я услышала Короля, а потом и увидела на одном из концертов после легендарного «Возвращения».

Это был мужчина во цвете лет. В голосе появилась чувственность опытного человека. Его шоу теперь посещали не только юные девочки, но и женщины в возрасте, все визжали от восторга, никого не стесняясь, полностью находясь под воздействием его гипноза. Они буквально сходили с ума от его сексуального придыхания, когда он говорил «детка», обращаясь к поклонницам. Казалось, Алекс успевал уделить внимание всем.

На концертах я всегда сидела в первых рядах, но не в силах преодолеть робость, не осмеливалась подойти близко к сцене. Более бойкие фанатки получали от него поцелуй или шарфик с шеи. Некоторые даже, осмелев, хватали певца за руку, притягивали к себе и целовали в губы. Неимоверно привлекательный он притягивал к себе взгляды всех, кто находился в зале. Я ещё долго находилась под впечатлением от волшебства, которое творил Король, и поняла за что его так прозвали ещё в пятидесятых, и он с достоинством монарха нёс этот титул.

Со временем я сменила кумиров юности, но всегда помнила о том вечере, когда впервые услышала этого великого певца и потрясающего мужчину. Помню, как я тогда завидовала его жене, не зная ещё, что его брак дал трещину, и вскорости все узнают, одна из самых красивых пар Америки развелась.

Потом, по мере взросления, я успокоилась, в моей жизни появились другие мужчины, даже попробовала, стать замужней женщиной. Бывший муж ещё долго преследовал меня, пытаясь понять, что произошло, но вскоре от общих друзей, узнала, что он собирается жениться, и облегчённо вздохнула. Единственное о чём я жалела, что за время брака я так и не забеременела.

Проворочавшись в постели почти до утра, я наконец задремала. Хвала Богу, мне не надо было в этот день на работу. Я договорилась встретиться с моей подругой, Кэти. Мы не виделись более двух лет, но всегда созванивались. У неё была семья: замечательный муж и двое детей-сорванцов. Она нигде не работала, была домохозяйкой, Ник, её муж, полностью обеспечивал семью.

В полдень мы встретились с ней в уютном кафе.

– Шикарно выглядишь, подруга, – сказала она мне, когда мы расцеловались.

– Стараюсь, и могу вернуть тебе комплимент.

– Да ладно, мои бесенята высосали из меня все соки.

– Ну-ну, не прибедняйся, только удивляюсь, как ты успеваешь ещё и следить за собой.

– Не хочу, чтобы в один прекрасный день мой Ник сделал мне ручкой.

– Тебе нечего бояться, Ник любит тебя.

– Конечно, любит, но бывает всякое. Расскажи о себе, как ты жила все эти годы.

– Да нечего рассказывать, работа-дом, дом-работа.

– Замуж тебе надо.

– Была уже замужем.

– Не повезло, но можно попробовать ещё раз.

– Нет подходящей кандидатуры.

– Если так и дальше будешь перебирать, так и останешься одна.

– А мне неплохо одной.

– Недавно видела Брэда и Мэла, оба расспрашивали о тебе.

– Да они женаты, наверное, давно.

– Про Мэла не знаю, а вот Брэд недавно развёлся. Кстати, собирается приехать в Мемфис по делам.

– Как он?

– Прекрасно. Увидитесь, узнаешь всё сама.

– Я должна рассказать тебе кое-что.

– Слушаю.

– Вчера я посещала Роузленд.

– Мы тоже хотели пойти, но младший приболел, и мы решили остаться дома. Извини, что перебила. Рассказывай.

– Я видела Алекса.

– Шутишь? Он всё-таки жив?

– Да нет же.

– Ты хочешь сказать…?

– Да, именно это я и хочу сказать.

– Но это невозможно.

– Я тоже так подумала, но я его видела так же отчётливо, как и тебя сейчас.

– Может ты переутомилась на работе?

– Хочешь сказать, что у меня не всё в порядке с головой?

– А может ты-медиум?

– Не замечала за собой таких способностей.

– Я не знаю, что сказать.

– Я записалась на приём к врачу.

– Да погоди ты записывать себя в сумасшедшие. Это всё неспроста.

– Ну, а как ты можешь всё это объяснить?

– Может, это был его двойник?

– Тогда почему его не видели другие?

Кэти задумалась.

– Вот видишь, а говоришь нечего рассказывать, – произнесла она спустя несколько секунд. – А тут сидишь дома, и жизнь проходит мимо.

– Не завидуй. Это точно какое-то заболевание.

– Может тебе снова посетить Роузленд?

– Я не могу без содрогания вспоминать о нём. Я так испугалась.

– Представляю. Не знаю, чтобы я делала на твоём месте. Но всё равно, я бы тебе советовала не спешить с походом к врачу. Пропишет какие-то лекарства, будешь себя травить, а окажется, что ты абсолютно здорова. Подожди немного, если что-то в этом роде повторится, вот тогда и обратишься за медицинской помощью.

– Ты думаешь?

– Ага. А здесь вкусно кормят. Иногда полезно попробовать что-то, не приготовленное собственными руками.

Меня всегда поражала способность подруги мгновенно переключаться на другие темы, иногда меня это раздражало, но сейчас обрадовало. Я поддержала разговор, и остаток ланча мы обсуждали вопросы детской психологии, проблемы образования и вспоминали наши годы учёбы в колледже.

После того, как мы тепло попрощались, пообещав, что больше не будем терять друг друга из виду надолго, я решила пройтись по магазинам.

Я старалась больше не думать о том, что со мной произошло в доме Алекса, успокаивая себя тем, что мне просто показалось. С кучей пакетов я наконец-то пришла домой. Разбирая покупки, я в очередной раз поняла, что опять потратила деньги на кучу ненужных вещей.

– Вот зачем мне нужно это платье, куда я его надену? – произнесла я вслух, стоя перед зеркалом.

Хотя оно сидело на мне идеально, обтягивая моё тело, как вторая кожа. И я нравилась самой себе.

– Ты права, ты потрясающе в нём выглядишь!

Я покрылась холодным потом.

– Кто здесь? – прошелестела я пересохшим горлом, прекрасно зная, кого увижу. Этот голос с очаровательным южным акцентом я бы узнала из тысячи других.

Я обернулась.

Он сидел в кресле и с восхищением смотрел на меня.

«Я точно сумасшедшая, вот всё и разрешилось Не стоило откладывать посещение врача.»

Я закрыла глаза, надеясь, что привидение исчезнет, а потом пятясь перешла в другую комнату и закрыла двери.

– Ты пытаешься скрыться от меня? – сказал всё тот же голос.

Теперь он звучал рядом со мной. Я оцепенела от страха, боясь повернуться.

– Не надо меня бояться. И ты не сумасшедшая.

– Да уж не сумасшедшая, призраков вижу.

– Я был сам удивлён, когда понял, что ты можешь меня видеть. Открой глаза.

Я сначала открыла один глаз, потом другой. Ничего не изменилось. Он всё также находился в моей квартире.

– Кто ты? – задала я глупый вопрос – И почему преследуешь меня?

– А разве ты не знаешь, кто я, если часто посещала мой дом? А вот на второй вопрос я вряд ли смогу ответить. Я и сам не знаю, зачем я здесь.

На мой голос прибежал Маркиз, но тут же выгнул спину и зашипел.

– Твой кот тоже видит меня. Так что, ты не сумасшедшая.

Он улыбнулся.

– Поверь мне и перестань дрожать, я никогда не обижу тебя. Пожайлуста, милая.

– Неужели это действительно ты? Как такое возможно?

– Наверное, возможно, если ты смогла увидеть меня. Я всё время находился в Роузленде. Наблюдал за людьми, приходившими в мой дом. И радовался, что меня не забыли.

– Тебя помнят миллионы людей и любят. Нам так тебя не хватает. Что произошло в тот день?

На его лицо легла тень.

– Не знаю, я могу только догадываться.

– Так это был не несчастный случай?

– Нет, не несчастный случай. Больше я тебе сказать не могу.

– Ты говоришь, что всё это время находился в своём доме, но почему ты здесь? А не там?

Я неопределённо показала наверх.

– Наверное, не заслужил покоя.

– А я-то думала, Алекс отмучился, теперь он с родными. Я так хотела в это верить.

– Как видишь, всё не так просто.

– Ну и как тебе нынешний мир?

– Я в ужасе. Войны, смерть, голод, страшные болезни, что случилось с моей страной? С людьми? А музыка… Что за муть вы слушаете?

Я пожала плечами.

– Прошло время талантливых самородков.

– Я смирился, что с молотка идут все мои вещи, которыми я так дорожил при жизни, но моя дочь… Что же она делает? Мой маленький Зайчонок!

– Алекс, я не знаю, что тебе сказать, чтобы утешить. Мы все шокированы тем, как твои женщины цинично распоряжаются твоим наследием.

Я смотрела на него и не верила сама себе, что сижу в своей квартире, разговариваю с давно умершим человеком, как со старым другом и абсолютна спокойна.

– Почему ты так смотришь?

– Никогда не думала, что когда-нибудь буду общаться с призраками.

– Мы вокруг вас. Всегда. Просто вы нас не видите. Знаешь, что больше всего меня убивает, извини, за каламбур? Что я не в силах хоть что-то изменить. Когда я увидел, как Памела рьяно взялась поправлять мои пошатнувшиеся дела, даже сделала ремонт в доме, на который она не имела никакого права, я скрипел зубами от злости. Иногда создавалось впечатление, что она давно ждала моей смерти, чтобы взять всё в свои руки.

– Твоя смерть была неожиданностью для всех, в том числе и для неё.

– Я никогда не подозревал в ней таких деловых качеств.

– У неё много адвокатов, которые за деньги сделают всё.

– Да, ты права.

– Ты можешь не наблюдать за мной, пока я буду переодеваться?

– Могу, но прошу тебя, оставайся в этом наряде. Он очень идёт тебе. Ты очень красивая женщина.

– Ты же никогда не завязывал отношения с девушками старше двадцати лет. А мне уже почти сорок.

– С юными девушками было намного проще. Я не был уверен, что смогу быть интересен женщинам постарше.

– Ты, наверное, шутишь.

– Я сейчас серьёзен, как никогда.

– Откуда в тебе такая застенчивость? Неужели ты не видел, что происходило со всеми нами на твоих концертах.

– Конечно, видел, но объяснить это сам себе так и не смог. Что вы все во мне находили?

– А ты в зеркало себя видел?

– И что с того? Обычный, каких тысячи.

Я обескуражено молчала.

– Тогда я не смогу тебе объяснить. Твоё физическое совершенство подпитывалось изнутри каким-то светом, плюс от тебя исходили волны сексуальной энергетики.

– Ты представила меня, как какого-то супермена.

– А ты знаешь, какие мифы о тебе ходят сейчас? Якобы ты прилетел с другой планеты, а потом просто вернулся домой.

Он рассмеялся.

– Неужели такое говорят?

– Да, и есть люди, которые в это верят.

– Сумасшедшие. – в его голосе звучали тепло и любовь.

– Вот такие мы, до сих пор не смирившиеся с нашей общей потерей.

– Столько лет прошло.

– Тебя так никто и не смог заменить. Нынешние звёзды какие-то никакие.

– Но ты же кого-то слушаешь?

– Слушаю, но это всё не то. Я всех сравниваю с тобой, и сравнение не в их пользу.

– Я не был идеальным.

– Я знаю. Как прозвучало в одном из твоих фильмов: «Ты сложное человеческое существо, а не дешёвые часы с кукушкой.» И всё равно…

– Коснись меня.

Я подошла к нему, протянула руку к его волосам, но почувствовала только пустоту.

– Проклятье! – выругался он. – Как же мне не хватает человеческого тепла! Мне постоянно холодно, я не могу согреться.

– Я бы очень хотела тебе помочь!

– Я знаю, милая. Мне пора уходить.

– Ты ещё придёшь?

– А ты бы этого хотела?

Я кивнула.

– Тогда, до встречи!

И он растворился в воздухе.

Утром я вновь решила посетить Роузленд. Сегодня было как никогда многолюдно, несмотря на сильный мороз. Я в сотый раз обходила комнаты, надеясь увидеть Алекс а. Он сидел на диване в гостиной и подмигнул мне, указав глазами на гитару. Я понимающе кивнула. Потом Алекс подошёл ко мне.

– Решила заглянуть ко мне в гости?

– Здесь так пусто без тебя. Хотя я никогда не была здесь при твоей жизни, но мне кажется такой могильной тишины тогда не было.

– Ты права.

На меня уже стали оборачиваться.

– До вечера! – шепнул он мне и исчез.

Теперь, зная, что он мог появиться в любой момент я не могла расслабиться и к примеру просто принять ванную.

– Я никогда не буду пользоваться своим положением.

Я вздрогнула.

– Извини, не хотел тебя пугать.

– Ты постоянно находишься в Роузленде?

– Нет, выхожу на улицу, интересно наблюдать за людьми, я ведь был лишён этого при жизни.

– Да, иногда я удивляюсь, как ты выдержал эту изоляцию от общества.

– А что мне оставалось делать?

– А ты бы хотел что-то изменить в своей жизни, если бы у тебя появился такой шанс?

Алекс задумался.

– Нет, наверное, нет. В моей жизни всё было так, как надо. Так распорядился Господь.

– Ты-фаталист?

– Да. Я считаю, что если что-то предначертано свыше, то так тому и быть. Я всегда старался следовать своей судьбе.

– А Полковник?

– Ты хочешь знать, почему я терпел его?

– Ну, что-то в этом роде.

– Никто не делал для меня больше, чем он. Именно этот человек сделал меня тем, кем я был.

– Понятно.

– Наши отношения были очень сложными. Мы были похожи на сиамских близнецов. Почему ты одна? – вдруг не в тему спросил он.

– Была замужем, но это всё оказалось для меня слишком сложно.

– Ты любила его?

– Наверное, да. Но каждый день подстраиваться под человека, под его настроение – это не для меня.

– Да, женщины очень изменились. В моё время всё было по-другому. Сейчас вы самодостаточны и независимы.

– Тебе это не по нраву?

– Меня воспитывали иначе. Жена – хранительница семейного очага, а мужчина – добытчик.

– Так было и у вас с Памэлой?

– Я старался так делать. Я хотел дать ей всё, в чём она нуждалась. И поначалу всё было хорошо или мне так казалось, но потом она захотела большего, а я был против. Да и характер мой не каждая выдержит.

– Жаль, что мы не встретились с тобой двадцать лет назад, я бы выдержала.

– Ты уверена? Я максималист, и моя женщина должна была подчиняться мне во всём. Ты бы терпела мои измены, мою вспыльчивость?

– Я всё это знаю, о тебе написано очень много литературы.

Его глаза гневно засверкали.

– Сколько можно обо мне писать? Столько лет прошло. Даже после смерти меня не оставляют в покое. Как же я устал от этой шумихи!

– Что ты хочешь? Ты был символом целой эпохи, и люди хотят знать о тебе всё.

Алекс внимательно посмотрел на меня.

– Ты веришь всему написанному?

– Всю информацию я тщательно просеиваю.

– И как ты понимаешь, где правда, а где ложь?

– По разному. Где помогает логика, где – интуиция.

– Да ты, в довершение ко всему, ещё и умная.

– Да, я такая. Из-за этого у меня всегда была куча проблем. Не всем нравится, когда их видят насквозь.

– И что ты можешь сказать обо мне?

– Ранимый, чувствительный…

– Дальше.

– Сильный, прямолинейный, жёсткий, волевой…

– Остановись! – смущённо засмеялся Алекс – Так ты меня совсем захвалишь!

– Просто это моё впечатление.

– А ещё раздражительный и эгоистичный.

– Ну ты же не ангел, чтобы быть идеальным.

Наши разговоры продолжались изо дня в день. Он всегда приходил неожиданно, и мы беседовали ночи напролёт. Мы стали хорошими друзьями, нам было хорошо и спокойно вместе. Но с каждым разом мне всё тяжелее и тяжелее удавались попытки сдерживать себя, даже сейчас Алекс вызывал такое желание, что потели ладони.

В один из прекрасных дней меня ожидал приятный сюрприз. В галерею вошёл белокурый красавец с цветами в руках.

– Энн, ты как всегда неотразима!

Я подняла глаза от бумаг.

– Брэд! Я так рада тебя видеть!

Это был мой однокурсник, в которого была влюблена добрая половина девчонок нашего курса. Но он обратил внимание на меня, и у нас даже случилось что-то вроде романа, но мы быстро поняли, что лучше быть друзьями.

– Как ты? Мы давно не виделись.

– Да лет десять прошло. У меня всё ок. Своя галерея в Нью-Йорке. Правда, небольшая, но я не теряю надежды вскоре расширится. Пойдёшь ко мне работать? Там больше перспектив.

– Я подумаю.

– А чтобы ты быстрее думала, предлагаю поужинать сегодня вечером.

– Согласна. Помнишь, где я живу.

– Конечно. Я заеду за тобой в восемь.

– Договорились.

 

Глава 2

В ресторане было много народу. Но Брэд остался верен себе и заказал лучший столик.

– Ты прекрасно выглядишь.

– Занимаюсь спортом, веду здоровый образ жизни.

– А семья?

Брэд опустил длинные ресницы.

– Ты до сих пор не женился?

– Был женат, но долго не выдержал.

– А что так?

– Мы были чужими людьми. Она меня абсолютно не понимала.

– Понятно.

– Ничего тебе непонятно. Я до сих пор люблю тебя.

– Что?!

– Да, мы тогда решили остаться друзьями, но это было неправильно. Я тогда поддержал тебя, но всё это время не упускал тебя из виду. И знаю, что ты тоже одна. Может, попробуем ещё раз?

– Брэд, я…

– Подожди, не отвечай. Я знаю, что ты скажешь. Я просто прошу тебя подумать над моими словами.

– Я привыкла жить одна, я ценю свою свободу и мне никто не нужен.

– Не торопись. Ведь когда-то нам было хорошо вместе. Мы прекрасно друг друга понимали и у нас много общего.

– Да, но…

– Ничего не говори. Просто взвесь всё и потом ответишь, хорошо?

– Хорошо.

– А сейчас давай наслаждаться прекрасным вечером. Ты слышала об успехах Джона?

– Да, он стал потрясающим художником. Даже как-то выставлялся в нашей галерее.

Заиграла медленная мелодия, и Брэд протянул руку.

– Потанцуем?

Он обнял меня, и я положила голову ему на плечо. Мне так хотелось верить ему. Построить с ним семью. Одиночество уже стало тяготить меня, но я была старой холостячкой, и трудно было вот так сходу поменять жизнь, даже с таким замечательным человеком, как Брэд.

У двери он поцеловал меня на прощание и обещал позвонить на следующий день.

Я приняла ванную и легла в постель. Мысли о Брэде не покидали меня. Может, действительно ответить на его предложение согласием? Нам действительно было комфортно друг с другом, но я не сходила с ума по нему. А мне хотелось жарких страстей. Мне хотелось чего-то особенного. Но тут включился разум. Не слишком ли ты стара для романтики? Всё-таки скоро сорок. Так что соглашайся. Это будет крепкий брак. Я закрыла глаза.

– Он хороший парень. Я рад за тебя.

– Ты действительно так думаешь?

– Да, детка, именно так я и думаю.

– Но я всегда хотела любви, сжигающей до тла. Пусть короткой, но потом было бы что вспомнить.

– Да ты романтик.

– Не знаю, я всегда считала себя разумным человеком, крепко стоящим на земле.

– Значит это было глубоко в тебе. И ты сама себе не отдавала отчёта в этом.

Я присела перед ним на корточки и посмотрела снизу вверх в его невозможно синие глаза.

– Вот так бы и сидеть всю жизнь.

– Выходи замуж за Брэда и будь счастлива.

– Я прошу тебя, не уходи. – на моих глазах выступили слёзы.

– Не плачь, милая. Так уж сложилась жизнь, и изменить уже ничего нельзя.

– Я так хочу обнять тебя и забрать хоть часть твоей боли.

Я смотрела на его губы, и желание становилось непреодолимым.

– Да, мне бы тоже хотелось этого. Нет ничего дороже человеческого тепла. Теперь я это понимаю, а раньше не ценил, принимая всё это, как должное. И любовь женщин, и восторг поклонников.

– Тебя невозможно не любить.

– Не говори так, ты меня совсем не знаешь. Ты живой человек и посвятить свою жизнь общению с покойником не можешь. При всём своём эгоизме я не могу требовать этого от тебя.

– Ты-эгоист?

– Я всегда всё делал так, как удобнее мне, не считаясь с окружающими. Вот поэтому я не оскорблён тем, что обо мне говорят. Я многих людей обидел, кого-то осознанно, кого-то нет, но от этого вина не становится меньше. И сейчас я поступаю как последний мерзавец, приходя к тебе.

– Я отдыхаю душой, когда общаюсь с тобой.

– Я тоже. Но долго так продолжаться не может.

Тишину комнаты разорвал телефонный звонок. Я посмотрела на Алекса.

– Ответь. Это Брэд. Я никуда не денусь.

– Хотел ещё раз пожелать тебе спокойной ночи. И сказать, что очень люблю тебя.

– Спокойной ночи, Брэд.

Я положила трубку и вздохнула.

– Тебе нужно время, чтобы определиться. Но, прошу тебя, когда будешь принимать решение, думай о себе, а не нас с Брэдом. А я приду, когда ты меня позовёшь. Если захочешь.

Как он был красив в эту минуту!

И исчез.

Я взяла Маркиза на руки и расплакалась. Мягко урча, мой питомец пытался меня успокоить, меня всегда поражало, насколько он умел чувствовать моё настроение.

«Может Алекс прав? И мне нужно возвращаться в мир живых.» Но как же это было тяжело. За это короткое время мы стали с ним особо близки. И как разорвать этот порочный круг я не знала. Может действительно если он исчезнет из моей жизни, я смогу забыть эти ночи и научусь жить нормальной жизнью?

Волнения последних часов сморили меня, и я погрузилась в сон.

 

Глава 3

Утро не порадовало, шёл мокрый снег, а небо затянуло серой плёнкой. Солнца не было и в помине.

Прошло несколько дней. Я встречалась с Брэдом, мы гуляли по улицам, ужинали в ресторанах. Он вёл себя как истинный джентльмен, не пытаясь давить на меня. И я уже начинала верить, что всё случившееся было сном. Мы проходили мимо книжного магазина, на витрине которого была выставлена на продажу новая книга. Я, заинтересовавшись, остановилась. Это была очередная биография Алекса Престона.

– Опять об этом наркомане. – брезгливо произнёс Брэд.

– Что ты сказал? – повернулась я к нему.

– Ведь это все знают.

– Не смей так о нём говорить! – повысила я голос.

– Почему ты так реагируешь? Успокойся.

Я развернулась и пошла вниз по улице.

– Энн, подожди! – Брэд подбежал ко мне, схватил за плечи и повернул к себе лицом.

– Что происходит?

– Он не наркоман. – по моим щекам текли слёзы. – Как ты можешь так говорить? Вешать ярлыки. Ты же ничего о нём не знаешь.

– А ты знаешь?

– Да, знаю. Я хочу побыть одна. Извини.

– Я позвоню тебе! – крикнул мне вслед Брэд.

Я пришла домой и разрыдалась.

– Милая, не обращай внимания.

Алекс присел на кровать.

– Я не могу его видеть.

– Из-за меня. Но так нельзя. У каждого своё мнение.

– Ты не понимаешь. Я была твоей поклонницей с юности, и когда мы с ним встречались, он прекрасно знал о моём отношении к тебе, и тут такое. Я не смогу с ним жить. О каком уважении может идти речь, если человеку плевать на мои чувства?

Алекс с сочувствием смотрел на меня.

– Не уходи, пожайлуста.

Он склонился над моим лицом, и я почувствовала тепло, которое от него исходило.

– Закрой глаза, милая.

Клянусь всеми святыми, я почувствовала его поцелуй.

– Как это возможно?

– Мы просто очень хотели этого. Но, боюсь, это всё, что я могу.

Зазвонил телефон.

– Извини, Энн. Я не должен был этого говорить.

– Ты так действительно думаешь. Прости, Брэд, но нам не по пути.

Я медленно положила трубку на рычаг.

Вдруг Маркиз истошно замяукал. Таких звуков он ещё не издавал.

– Что случилось? Иди ко мне.

Но кот, ощетинившись, смотрел в стену.

– Что ты там видишь, милый?

Маркиз выгнул спину, зашипел и залез под кровать.

Алекс повернулся спиной ко мне и обратился к кому-то мне невидимому.

– Не смей её трогать!

Я отчётливо увидела на стене огромную тень.

– Ты испортил жизнь мне, виноват в моей смерти, но сделать больно ей, я тебе не позволю. Уходи, немедленно. Не надо ничего говорить, мне известны твои цели. Убирайся!

После того, как тень растаяла, Алекс кинулся ко мне.

– Он ничего не успел тебе сделать?

– Кто это был?

– Мой злой демон. Даже после смерти мы всё равно в одной связке.

– Ты говоришь о…

Алекс покачал головой.

– Не надо имён.

– Неужели ничего нельзя изменить? Даже попытаться?

– О чём ты говоришь?

– Я могла бы тебя спасти.

– Ты уверена в этом?

Я решительно кивнула головой.

 

Глава 4

Я проснулась от жарких солнечных лучей, бьющих в окно. И в недоумении оглянулась. Это была моя спальня, но в юности. В комнату постучали.

– Да! – крикнула я.

– С днём рождения, милая. – в спальню вошёл отец. Живой.

Мои мысли перемешались.

«Что происходит? Где я? Может, я тоже умерла?»

– Что с тобой? – спросил отец – Ты не заболела?

– Всё хорошо, папочка. Всё, как никогда, хорошо.

Я обняла его. Все десять лет, прошедших с его смерти, я так хотела это сделать, так и не смирившись с этой потерей.

– Нет, с тобой всё-таки что-то происходит. – он потрогал мой лоб. – Температуры вроде нет.

На улице пышно цвела весна.

«Очередное сумасшествие. По-моему, у меня уже это входит в привычку».

– Папа, я не твоя пациентка. И я не больна. Успокойся.

– Ну, хорошо. Ты помнишь, куда ты сегодня едешь?

– А куда я еду?

– Ну ты даёшь! Целый год ждала этого события и забыла? Тебя ждёт Лас-Вегас и Король.

Я перестала что-либо соображать. Король? Какой Король? Единственный Король, которого, я знала, умер пятнадцать с лишним лет назад, я встречалась с ним, уже мёртвым. Когда отец вышел, я подошла к зеркалу и изумилась ещё больше. На меня смотрел мой двойник, только лет на двадцать моложе. Волосы, которые я давно подстригла, лежали волнами на плечах.

«Я вернулась в прошлое? Или я продолжаю спать?»

Голова шла кругом от таких событий. Знакомства с призраками, путешествия во времени. Что дальше? И вдруг я вспомнила, что сегодня увижу Алекса во плоти. Огромное счастье затопило меня. Я выбежала в гостиную. Отец сидел за столом и читал утреннюю газету. Я заглянула ему через плечо, ну, так и есть: 1972год. Я поцеловала его в щёку и пошла, приводить себя в порядок.

– Милая, тебя к телефону.

– Привет, Энн. С днём рождения! Желаю тебе счастья и всего, того, что ты сама себе желаешь. Готова к поездке?

– А ты?

– Что ты имеешь в виду?

– Тебе же не нравится Король!

– С чего ты взяла? Я восхищаюсь им, как и все американцы, это наша национальная гордость.

– Так ты отдаёшь дань моде?

– Что с тобой?

– Ладно, не обращай внимания.

Брэд встретил меня в аэропорту с огромным букетом цветов.

– Ты ослепительно выглядишь. Ещё раз с днём рождения!

Он поцеловал меня в щёку.

Весь перелёт он болтал какую-то чепуху, вконец меня утомив. Как я раньше не замечала, насколько самовлюблённый и пустой этот человек? Поумнела!

Благодаря связям отца, спасавшим жизни, в том числе и знаменитостям, у нас было два билета в ложу. Мы сели за столик. Вокруг было множество звёзд и журналистов. Воздух был наэлектризован ожиданием. Последнее время, судя по отзывам в прессе, Король был не в лучшей форме. И вот, свет погас. И началось волшебство…

Он вышел на сцену в белоснежном комбинезоне, гибкий, высокий, взял в руки гитару, и я забыла обо всём. Не в силах усидеть на месте, я подбежала к сцене, мечтая, как и все женщины, вокруг меня, чтобы Король обратил на меня внимание. Я просто стояла и смотрела на него. И это произошло. Он подошёл ко мне, притянул к себе и поцеловал. Его губы были мягкими и твёрдыми одновременно. Вкус поцелуя потом ещё долго ощущался на моих губах. Взгляд Алекса задержался на мне дольше, чем на других, он как будто пытался вспомнить, где мы могли встречаться, а потом пошёл дальше по сцене. Король смеялся, шутил, пел свои лучшие песни… Шоу закончилось оглушительными овациями. Он скрылся за кулисами, и волшебство кончилось, только пустота в душе.

– Поужинаем?

– Что?

Я медленно возвращалась к реальности.

– Для нас заказан столик.

– Хорошо, как скажешь.

– Что-то ты не выглядишь счастливой. Ты же так хотела сюда попасть.

«Куда тебе понять меня!» – в раздражении подумала я.

– Всё в порядке. Просто немного устала.

– Так может, в отель?

– Нет, я хочу продлить праздник.

Мы уселись за столик, и я развернула меню. Оглушительная тишина ударила по ушам. Все повернули голову в сторону выхода и захлопали. В зал в окружении телохранителей вошёл Король. Он долго пробирался к столику, останавливаясь возле каждого, кто хотел пожать ему руку. Наконец Алекс прошёл к своему столику, и я обрадовалась, что мы почти соседи… Я могла беспрепятственно наблюдать за ним, конечно, когда он этого не видел. Алекс о чём-то переговаривался со своими ребятами и вдруг поднял глаза. Не ожидая этого, я не успела отвести взгляд, и он посмотрел на меня в упор. Я улыбнулась и отсалютовала ему бокалом. Он тоже в приветствии поднял свой. Потом наклонился к Джо и что-то сказал ему на ухо. Тот кивнул и поднялся. И направился… ко мне. По счастливому стечению обстоятельств я в этот момент оказалась за столиком одна.

– Милая леди, не хотите присоединиться к нам?

– Я жду своего спутника.

– Что ж, тогда извините за беспокойство.

И кто меня дёргал за язык? Я проклинала себя, на чём свет стоит.

Джо передал Алексу мой отказ. И тогда он поднялся сам. Подошёл ко мне, взял за руку, поцеловал её и сказал:

– Вы настоящая леди. Как Вас зовут?

– Анна.

– Надеюсь, наша встреча не последняя. Я найду Вас.

С этими словами он вернулся к друзьям.

Брэду я ничего не сказала. В отеле он долго стоял возле дверей моего номера, надеясь, что я приглашу его, но этого не случилось. Он ещё немного потоптался, говоря какую-то ерунду, а потом ушёл к себе. Я облегчённо вздохнула. Только его объятий мне сейчас и не хватало.

От волнений сегодняшнего дня я порядком устала и уснула, как только моя голова коснулась подушки.

Меня разбудил стук в дверь. Было уже позднее утро. На пороге стоял посыльный с цветами.

– Вы Анна Джексон?

– Да, это я.

– Тогда распишитесь за доставку.

После он вручил мне букет из тридцати бордовых роз. В цветы была вложена карточка.

«Настоящей леди и просто красивой женщине. С наилучшими пожеланиями. Алекс Престон.»

Я поставила цветы в вазу, вновь вернулась в кровать и просто лежала, любуясь букетом. Раздалась трель телефонного звонка. Бархатный голос в трубке произнёс:

– Доброе утро, Анна! Надеюсь, я не разбудил Вас. Цветы уже доставили?

– Да, они прекрасны. Спасибо.

– Женщина не должна благодарить, когда мужчина отдаёт дань её красоте. Когда я могу увидеть Вас?

«Да прямо сейчас!» – хотелось крикнуть мне, но сказала я другое.

– Через два часа у меня самолёт. Завтра занятия в колледже.

– А в каком городе Вы проживаете?

– Мы живём в одном городе.

– Правда? Так это же прекрасно. Я обязательно найду Вас, как только закончится мой ангажемент. До встречи! Приятного дня!

Он отключился. В номер опять постучали.

– Привет!

Взгляд Брэда упал на букет в вазе.

– О! У тебя появились поклонники. Я могу спросить: кто?

– Алекс Престон.

– Ты шутишь?

– Никогда не была серьёзней. Мы встретились с ним в ресторане.

– И он решил сделать тебя своей очередной пассией? Теперь ты счастлива?

– Не надо ревности, Брэд. Это всего лишь цветы.

– Скоро самолёт. Ты готова?

– Дай мне ещё пятнадцать минут.

– Жду тебя в холле.

В салоне самолёта я отвернулась к иллюминатору, погрузившись в раздумия. Я не сомневалась, что у нас ещё будет встреча с Королём, но что будет дальше, я не могла даже представить.

 

Глава 5

Дома меня ждала студенческая жизнь. Я с радостью погрузилась в неё. Брэд не отходил от меня, контролируя каждый мой шаг, и вскоре это стало меня раздражать. Однажды вечером отец позвал меня для какого-то важного разговора.

– Что у тебя с Брэдом?

Я пожала плечами.

– Небольшой флирт.

– А мне казалось, что вас связывает нечто большее.

– Тебе казалось. Я не люблю его.

– Он звонил сегодня, сказал, что хочет сделать тебе предложение.

Вот это поворот!

– И что ты ему сказал?

– Что такие важные вопросы ты будешь решать сама. Я вмешиваться не буду.

– Мой мудрый папочка. Ты, как всегда, всё сделал правильно.

– Но, дочка, ты всё-таки подумай. Он из хорошей семьи. Вполне приличная партия.

– Ты говоришь сейчас, как отцы семейства в девятнадцатом веке. Это всё сейчас не имеет значения. Главное, любовь, взаимопонимание, доверие.

– И ты думаешь, что Король может дать тебе это?

– Откуда ты знаешь? А впрочем, я догадываюсь.

– Даже не думай. Вся Америка наслышана о его романах. Ничего хорошего из этого не выйдет.

– Но женился же он на Памэле…

– Да, и это не помешало ему изменять ей направо и налево. Бедная девочка!

– Бедная? – не выдержала я – Она жила ним под одной крышей пять лет, и за это время не поняла, что это за человек? Тем не менее, не задумываясь, вышла за него замуж. А потом эта бедная девочка родила ему дочь и бросила его не в лучший период его жизни.

– Откуда ты всё это знаешь?

Упс! Проговорилась!

– Слежу за прессой. Об этом много писали.

Впредь надо быть осторожнее.

Отец посмотрел на меня пронизывающим взглядом.

– Я понимаю тебя. Он красив, знаменит, богат, многие женщины мечтают закрутить с ним роман, а то и выйти замуж, но этот мужчина не для тебя. Алекс ведёт какую-то ненормальную жизнь. Нигде не показывается днём, только ночью его можно встретить в каком-нибудь ресторане или на мотоцикле в окружении своих друзей-телохранителей. Поговаривают, что он даже принимает наркотики.

– Наркотики? – я решила разыграть из себя несведущую поклонницу.

– Да, амфетамины.

– С таким плотным графиком, как у него, это неудивительно.

– Да, я понимаю, но также отдаю себе отчёт, какую зависимость вызывают такие препараты. Дочка, я желаю тебе счастья, а с ним ты счастлива не будешь. Наиграется и сменит тебя на очередную красотку.

– Ладно, папа. Ты уже меня и в постель к нему уложил. Может, он ограничился только цветами и уже забыл обо мне.

– Хорошо, если так.

Но Алекс не забыл своё обещание. Вечером в пятницу отец позвал меня к телефону.

– Добрый вечер, Анна. Это Алекс.

Он мог и не представляться. Его голос знали все, от мала до велика.

– Когда мы можем встретиться? Как насчёт сегодняшнего вечера? Вы приедете ко мне в гости?

– Боюсь, мой отец меня не отпустит.

– А я могу поговорить с ним?

Я передала трубку отцу, который находился здесь же, нервно меряя шагами комнату.

Не знаю, о чём они говорили, но мой ошарашенный папочка сказал, что согласен.

– За тобой сейчас приедет машина.

Я в радостном возбуждении кинулась к нему, обняла и расцеловала в обе щёки.

– Как он смог тебя уговорить?

Отец с досадой взмахнул рукой.

– Этот человек умеет убеждать.

Больше я его не расспрашивала. И убежала к себе. Присела к зеркалу, неброский макияж, скромное платье. Все эти мысли пробегали в моей голове, пока я приводила себя в порядок. Волосы я решила просто расчесать и распустить по плечам. Они были моей гордостью: чёрные, густые, волнистые.

На улице стоял роскошный кадиллак. За рулём сидел Люк. Он вышел из машины и галантно открыл передо мной дверцу. Я опустилась на сиденье. За всю дорогу Люк не сказал ни слова, только иногда поглядывал на меня в зеркало заднего вида.

– Добрый вечер, мисс! – сказал мне дворецкий, встретив меня на пороге.

– Добрый вечер!

– Позвольте я провожу Вас в гостиную. Мистер Престон сейчас спустится.

Я села на диван, тот самый диван, который я с благоговением гладила, когда приходила сюда в качестве посетителя музея. Но теперь я здесь гостья.

Спустя несколько минут в гостиную вошёл Алекс. И я задохнулась от восхищения. У этого человека был безупречный вкус. Он был в строгом костюме белого цвета, выгодно оттенявшем идеальный загар.

– Извини, что заставил тебя ждать. Я рад видеть тебя в своём доме.

И опять роскошный букет кремовых роз. Я опустила в них лицо, вдыхая божественный аромат.

– Ты обворожительно выглядишь! Поужинаешь со мной?

– С удовольствием.

В столовой был накрыт стол на двоих. Я отдала цветы горничной и села на отодвинутый Алексом стул.

Сейчас я была благодарна отцу, за то, что он с детства впихивал в меня умение пользоваться многочисленными столовыми приборами.

– Бокал вина?

– Я не совершеннолетняя – на моих губах появилась кокетливая улыбка.

– Я думаю, лёгкое вино– не нарушение закона.

Я поднесла бокал к губам, вино было немного терпкое и очень вкусное. Чтобы унять нервное возбуждение, я бы выпила залпом всё вино, но вовремя остановилась, понимая, как это может шокировать Алекса.

– Как учёба? – начал светскую беседу хозяин дома.

– Прекрасно. Я люблю учиться и получаю колоссальное удовольствие.

– А вот у меня, к сожалению, только школьное образование. Иногда это очень бросается в глаза.

– Я пока не заметила.

Алекс рассмеялся.

– Я рад, что не выгляжу в твоих глазах неотёсанной деревенщиной.

– А что ты сказал моему отцу? После разговора с тобой, он только и смог произнести, что скоро будет машина.

– Сказал, что никогда не обижу его дочь.

– И всё?

– Ну, ещё пара фраз, но это неинтересно.

– Он сказал, что ты человек, который умеет убеждать.

– Я рад, что мистер Джексон мне поверил. И ты здесь.

Алекс улыбнулся мне. В его глазах вспыхнули искорки.

Мы прошли в гостиную.

– Сыграй что-нибудь. Пожайлуста.

Он сел за пианино.

– Что тебе спеть?

Я назвала одну из баллад, исполненную им на одном из шоу в Вегасе.

– Как ты угадала? Это одна из моих любимых вещей.

– Просто она мне тоже нравится.

Я никогда не думала, что его голос может так звучать. Он, не отрываясь, смотрел на меня, а потом закрыл глаза. Когда прозвучали последние ноты, Алекс несколько секунд сидел молча, а потом улыбнулся.

– Это было потрясающе!

– Здравствуй, сын. – в гостиную вошёл Уильям – Я не знал, что у нас в гостях такая очаровательная леди. Как Вас зовут, мисс?

– Анна. Рада познакомиться с Вами, мистер Престон. Сын очень похож на Вас.

– Вы мне льстите.

– Это правда.

– Вы уже ужинали?

– Да, спасибо, всё было очень вкусно.

– Ну не буду вам мешать. Отдыхайте, молодёжь.

– У тебя очень красивый отец.

– Моя мама тоже была красивой женщиной.

По поводу Грэйс у меня было своё мнение. Я знала, как она угробила жизнь своему сыну своей опекой и внушая ненужное чувство вины за смерть брата-близнеца.

– Да, очень красивой. – всё-таки произнесла я.

Алекс подошёл ко мне вплотную, провёл рукой по моему лицу.

– У тебя такая мягкая кожа.

Взял один из моих локонов, рассыпанных по спине.

– Я хочу поцеловать тебя, но связан словом.

– А мы никому ничего не скажем.

– Боюсь, я тогда захочу большего.

Я подняла голову и прямо посмотрела ему в глаза. Мои губы приоткрылись. И он всё-таки склонил голову к моему лицу и поцеловал в уголок рта.

– Мне нелегко с тобой расставаться, я очень хочу, чтобы ты осталась. Но у нас всё впереди. Правда?

В его голосе послышалась робость. Я не верила своим ушам. Великий Алекс Престон, покоритель сердец, смущается?

Я взяла его за руку.

– Моего отца ты уже заполучил в союзники.

– Для меня главное – завоевать тебя.

«Я уже твоя».

Трудно было разыгрывать из себя наивную девочку, разменяв четвёртый десяток. Находиться рядом с таким мужчиной и держать себя в рамках дозволенного, было невероятно сложно.

Алекс закрыл глаза. На его лице отразилась мука.

«Болят?» хотела спросить я, но пока никто из поклонников не знал о его проблемах с глазами.

– Послезавтра начинается очередной гастрольный тур, и я долго не смогу увидеть тебя. Но я могу звонить тебе время от времени?

– Конечно, буду с нетерпением ждать твоего звонка.

– А как же твой молодой человек?

– Какой?

– С которым ты была в Вегасе?

– Это просто друг.

– Только друг?

– Только. Я ни с кем не встречаюсь, если ты об этом.

– Рад слышать.

Алекс посмотрел на часы.

– Я обещал твоему отцу, что в десять ты будешь дома.

В комнату зашёл Джо.

– Алекс, машина уже ждёт.

– Ок, Джо, сейчас.

Он опять обратился ко мне.

– Не забудь цветы. Спасибо, милая, за прекрасный вечер. Я очень рад, что в тот вечер познакомился с тобой.

– Я тоже.

Мне хотелось прижаться к нему и никуда не отпускать. Я боялась, что он опять исчезнет. Моё желание исполнил сам Алекс. Его объятия были крепкими и сильными.

– Ни с кем больше не встречайся, слышишь? И жди меня. – прошептал он мне на ухо, обжигая своим дыханием.

Потом почти оттолкнул меня и практически выбежал из комнаты.

– Я провожу Вас, мисс – рядом тут же оказался дворецкий.

Дома отец встретил меня чуть ли не у порога.

– А он держит слово. Не думал я, при его-то репутации. Красивые цветы. Брэд уже обзвонился.

– Оставь, папа. Я больше не буду с ним встречаться.

– Ты всё-таки попалась в сети этого Дон-Жуана.

– Папа, не волнуйся, всё будет хорошо.

– Надеюсь.

– Я уже большая девочка.

«Ты даже не представляешь себе насколько большая».

– Я спать.

 

Глава 6

Но какой там сон! Я проворочалась в постели полночи, прежде, чем погрузилась в дремотное состояние. Утро встретило меня головной болью. Разбитая и невыспавшаяся я поплелась в ванную. Душ немного освежил меня.

– Энн, тебя к телефону!

«Опять Брэд. Как же он мне надоел!»

Но я ошиблась.

– Доброе утро! Как спалось? Я всю ночь думал о тебе. Такие грешные мысли! Мне нужны власяница и пепел.

В его голосе слышалась улыбка.

– А священник знакомый есть, чтобы отпустить грехи?

– Мысли о тебе всё равно не покинут меня, даже после искреннего раскаяния.

Я очень хочу тебя…увидеть.

– Я тоже, но ты же сегодня улетаешь?

– До самолёта уйма времени. Ты можешь сейчас ко мне приехать?

– Да.

– Тогда жди машину. Целую тебя, милая. До встречи!

Возле дома опять стоял уже знакомый кадиллак. Стекло опустилось и в окне мелькнуло лицо Алекса.

– Я не мог ждать дома. Поехали, Люк!

Мы приехали в Роузленд и поднялись в спальню Алекса.

– Что будешь пить: кофе, колу, чай. Может, сок.

– Апельсиновый сок, если можно.

– Конечно. Для тебя всё, что угодно.

Через пять минут мой заказ был выполнен. На подносе были также крохотные пирожные.

– Угощайся. Мы, конечно, могли разместиться и в гостиной, но я не хотел, чтобы нам мешали. Расскажи о себе. Я хочу знать о тебе всё.

– Да нечего рассказывать, мать я потеряла ещё в младенческом возрасте, с тех пор мы живём вдвоём с отцом. Он так и не женился второй раз.

– Наверное, не хотел тебя травмировать.

– Может быть, но скорей всего он так и не смог забыть мою мать.

– Ты выглядишь, как юная девушка, но в тебе есть какая-то жизненная мудрость, в глазах.

«Знал бы ты, сколько мне лет».

– Иногда мне кажется, что ты всё обо мне знаешь. Кто ты, Анна? Ангел, посланный мне с небес?

Алекс серьёзно посмотрел на меня, на его лице не было и тени улыбки.

– Почему ты так думаешь?

– Не знаю, просто чувствую. Ты не исчезнешь?

– Нет, не исчезну.

– Мне нужна такая женщина, как ты. Я столько раз ошибался, не подведи меня.

Я погладила его по щеке.

– Я не оставлю тебя, пока ты сам этого не захочешь.

Он прижал меня к себе.

– Переезжай ко мне.

– Не могу.

– Но почему?

– Я не могу оставить отца одного.

– А если бы ты вышла замуж?

– Не знаю. Всё как-то быстро развивается. Ты ведь меня совсем не знаешь. Может я очередная ошибка.

– Я смотрю в твои глаза и понимаю, что наконец нашёл то, что искал.

– А Памэла? Ведь с ней было точно так же.

Алекс нахмурился.

– Откуда ты знаешь?

– Ты бы не женился на ней, если бы думал иначе. Даже под давлением её отца.

– Я поражён. Ты умеешь читать мысли?

– Нет, просто у меня хорошо развита интуиция.

Он усмехнулся.

– Легендарная женская интуиция. С Памэлой всё произошло слишком быстро, я даже не успел опомниться. Полковник говорил, что это хороший рекламный ход, да и сколько можно было жить, как брат и сестра. Нужно было что-то решать. А потом… Я не хочу об этом говорить.

– Прости, я не хотела делать тебе больно.

– Я сам виноват, тороплю события. Конечно, тебе нужно время. Я просто боюсь, что пока я буду на гастролях, ты найдёшь себе какого-нибудь паренька, влюбишься и всё.

– Этого не будет. Я хочу быть с тобой.

– Понимаешь, после смерти мамы я растерялся и так и не научился жить без неё. Памэла была похожа на неё, но потом, слишком поздно, я понял, что это было только внешнее сходство.

– А я? Похожа на твою маму?

– Нет, вы абсолютно разные. Но это и к лучшему. Пора взрослеть.

В спальню постучали.

– Да! – крикнул Алекс.

В дверях показалась голова Сонни.

– Можно, Эл?

– Что стряслось?

– Уже надо выезжать.

– А по телефону ты не мог это сказать? Обязательно надо было приходить сюда?

Тот смущённо переминался с ноги на ногу.

– Ладно, свободен. Скоро буду.

– Ты не слишком строг с ним?

– Устроили смотрины.

– Смотрины кого?

– Тебя, конечно. Люк уже всем растрепал, что у меня новая подруга.

– А я твоя подруга?

– А ты ещё сомневаешься в этом?

– Приходится. У тебя такая репутация…

– Подружкам на одну ночь я не предлагаю жить со мной.

Я физически почувствовала его раздражение и положила в знак примирения руку на его плечо.

– Извини, не хотела тебя обидеть.

Он схватил меня за плечи и посмотрел в глаза.

– Никогда не сомневайся во мне, слышишь, никогда! И не верь тому, что обо мне пишут. Журналистам платят за это деньги, и им иногда приходится придумывать небылицы.

– Ты делаешь мне больно.

– Прости, милая – и Алекс в порыве раскаяния стал целовать мои лоб, щёки, губы.

Зазвонил телефон.

– Проклятье! – выругался он – Нигде покоя нет!

– Да! – рявкнул он уже в трубку – Хорошо! Уже спускаюсь.

Мы спустились вместе, держась за руки.

– Джо, леди надо доставить меня домой.

– Будет сделано, Босс!

– До свидания, девочка моя. И помни, что я сказал тебе вчера.

Он поцеловал меня долгим поцелуем перед тем, как сесть в машину.

– Ты опять была у него? Хоть глупостей не натворила? – отец был обеспокоен не на шутку.

– Папа, не начинай! У меня достаточно здравого смысла.

– Доченька, не обижайся. Я просто волнуюсь за тебя.

– Я знаю, но люблю этого человека и, как оказалось, уже давно. Я хочу быть с ним.

– Что? Да ты в своём уме? Ты знаешь его всего лишь несколько дней.

– Да? А мне кажется я знаю его всю свою сознательную жизнь. Мне очень хорошо с ним. Как тебе когда-то с мамой.

Отец сразу как-то съёжился, стал меньше ростом.

– Прости меня, папочка – я обняла его.

– Ты права. Я очень любил твою мать. И не могу запретить тебе встречаться с Алексом, но, прошу тебя, будь осторожна.

– Папа, ты же не о монстре говоришь. Он очень нежный, ранимый и чувствительный человек.

– Алекс Престон?

– Да, представь себе.

– Ты стала какой-то другой. Я не узнаю свою дочь. Как-то повзрослела, стала лет на десять старше. Это, наверное, его влияние.

– Папа, перестань обвинять его во всех бедах человечества. Вы все совсем не знаете его. Рок-идол, бунтарь, создали миф о супер-человеке, а он совсем не такой. Ты хоть раз слышал его госпелы?

– Нет.

– Так послушай. Я дам тебе пластинку. И всё поймёшь.

На улицу опустился вечер. В доме зазвучали церковные песнопения, и я хотя бы так могла побыть с Алексом. Мне так его не хватало. Где он сейчас? Что делает? И кто согревает его постель?

В ответ на мои размышления раздался телефонный звонок.

– Ну как ты, детка? Я уже скучаю.

– Я очень жду тебя.

– Ты сможешь вырваться ко мне на выходных? Мне бы очень этого хотелось.

– Но я даже не знаю, в каком ты городе.

– Я обязательно скажу тебе, как только ты надумаешь приехать. Мне надо бежать. Целую тебя!

В комнату вошёл отец.

– Я последовал твоему совету. У меня нет слов.

– Жаль, ты не видел, как он поёт их на концертах, и какое у него лицо при этом, лицо, залитое слезами.

– Он действительно верующий человек. Что с нами делает пресса? И как беззаговорочно мы верим ей.

– Не всегда нужно верить всему, что пишут.

– Но ты никогда не говорила о нём так. Я знал, что ты увлекаешься его музыкой, как и многие в нашей стране, но то, что он интересен тебе, как человек, я даже не догадывался.

– Честно говоря, я и сама, не понимаю, что со мной происходит. Раз встретившись с Алексом, забыть его уже нельзя.

– Но быть женой знаменитости, ни один отец не пожелает своему ребёнку такой участи.

– А я пока не задумываюсь о замужестве.

– Ты хочешь сказать, что тебя устроит роль любовницы? Кто тебя потом замуж возьмёт?

– Папа, оглянись! На дворе уже давно не пятидесятые, эти условности уже никого не интересуют. Я хочу стать ему просто другом, поддержать его, я чувствую его растерянность и боль.

– Что ж, дочь, если ты готова жертвовать своей жизнью, я не вправе тебе запретить. Ты уже взрослая, но знай, я всегда поддержу тебя.

– Спасибо, папа. Для меня это очень важно. Ты самый дорогой человек для меня, и было бы тяжело осознавать, что между нами возникло недопонимание.

– Ложись спать, Энн. Тебе надо отдохнуть. Завтра на занятия, и тебе нужна свежая голова.

– Слушаюсь, мистер Джексон.

Я, шутя, отдала ему честь, и он, посмеиваясь, ушёл.

 

Глава 7

В институте в коридоре ко мне подошёл Брэд.

– Где ты пропадала все выходные?

– Была в гостях.

– У кого?

– Брэд, тебе не кажется, что ты задаёшь слишком много вопросов?

– Извини, просто мне было одиноко, я звонил тебе неоднократно, но никак не мог застать. У тебя кто-то появился?

– Можно и так сказать.

– Он с нашего курса?

– Нет! – отрезала я, чтобы пресечь расспросы. – Мы с тобой можем быть только друзьями. Я люблю другого человека.

– Мне казалось, что ты любишь меня.

– Я никогда не любила тебя. Мне было хорошо с тобой, но и только. Прости. Многие девчонки давно влюблены в тебя, обрати внимание на них.

– Да плевать мне на остальных! Я хочу быть с тобой! – Брэд повысил голос.

На нас уже стали обращать внимание.

– Не устраивай истерик! Успокойся! Ты ведёшь себя, как избалованный ребёнок!

– Не бросай меня, Энн!

– Ещё раз прости. Кэти! – окликнула я, проходившую мимо подругу.

– Что с Брэдом? Вы поссорились?

– Разошлись. Теперь он свободен, то-то многие обрадуются.

– На выходных вечеринка у Джона, пойдёшь?

– Боюсь, не получится, у меня другие планы.

– Расскажешь?

– Не сейчас. Всё слишком зыбко.

– Ок, я подожду, но недолго, ты же знаешь, какая я нетерпеливая.

Неделя пролетела как один миг. В пятницу мне позвонил Алекс.

– Ты приедешь?

– Ты где сейчас?

Он назвал город.

– Да, приеду. Меня кто-нибудь встретит?

– Конечно. Я с нетерпением буду ждать встречи. Обнимаю и целую.

Я положила трубку.

– Это он?

Я молча кивнула.

– Когда ты едешь?

– Забронирую билет на ближайший рейс.

– Моя дочь выросла. Всё решает сама. – грустно произнёс отец.

Я обняла его.

– Я никогда не брошу тебя.

…Самолёт приземлился точно по расписанию.

В здании аэропорта меня уже ожидали.

– Здравствуй, Энн. Ты не против такой фамильярности? – спросил меня Сонни.

«Как же вы могли так поступить с лучшим другом?»

Знания о будущем каждого, кто меня окружал, следовали за мной по пятам. Глядя на обаятельного симпатичного мужчину, нельзя было даже представить себе, что именно он с братом будут косвенной причиной гибели Алекса.

– Нет, конечно. А здесь холодно. А у меня только лёгкие вещи.

От озноба я передёрнула плечами.

– Это не проблема. Заедем в магазин.

– Думаю, не стоит.

– Алекс дал распоряжение выполнять любое твоё желание, он всё оплатит.

– Не стоит! – повторила я – Это весенняя прохлада, за выходные в сосульку не превращусь. Шикарный отель… – добавила я, когда мы подъехали к гостинице.

– Для Короля в самый раз. Он всегда останавливается здесь. Алекс сейчас на концерте, но к твоему приезду всё готово. Я провожу тебя.

– Спасибо, ты очень любезен.

Для команды Алекса всегда снимался целый этаж, охраняемый от назойливых поклонников и журналистов.

Сонни открыл передо мной дверь, и я вошла в снятый для меня номер. Я никогда не жила в люксах, и меня поразили размеры аппартаментов, но больше всего меня удивило количество цветов, они были повсюду, наполняя ароматом помещение.

– Как видишь, Алекс ждал тебя. Располагайся. Концерт закончится… – Сонни посмотрел на часы. – через десять минут.

Я прошла в спальню. На туалетном столике лежала бархатная коробочка. К ней прилагалась записка.

«Моему ангелу».

Это была изумительная брошь ручной работы, сделанная в форме ангела.

Я разобрала чемодан и села в кресло перед телевизором. Включила. Опять волнения, митинги. Я уже успела забыть, что происходило в моей стране в эти годы, но это было только начало. Со временем столкновения с полицией только усилятся, борьба с терроризмом, бесконечные войны… Семидесятые были сравнительно тихими. Тогда в моей прошлой юности я к этому относилась с легкомыслием юной девушки, но сейчас я на всё смотрела с ужасом, зная, к чему это приведёт в будущем. Просматривая новости, я немного отвлеклась, и руки перестали дрожать. Я вздрогнула, когда зазвонил телефон.

– Здравствуй, любимая. Ты можешь зайти?

Как только я переступила порог номера, Алекс тут же заключил меня в объятия.

– Я так соскучился!

Он выглядел усталым и измученным.

Я посмотрела в любимые глаза и погладила его по щеке.

– Ты хорошо себя чувствуешь?

– Всё замечательно. Рассказывай!

– Что рассказывать?

– Как ты жила без меня?

– Ничего особенного, обычная жизнь студентки.

– Ой, прости. Я и забыл, что ты у меня будущая учёная дама. Кстати, как тебе подарок?

Вместо ответа я положила брошь перед ним.

– Что-то не так?

– Я не могу принять такой дорогой подарок.

– Почему?

– Мы ещё не настолько знакомы, чтобы я могла получать от тебя такие дорогие презенты.

Он выглядел, как обиженный ребёнок.

– Не обижайся. Прошу тебя. И, честно говоря, я не очень люблю драгоценности.

– Да? Ты не престаёшь меня удивлять. Я думал, все женщины обожают всякие побрякушки.

– Я не вхожу в их число.

– Значит буду дарить тебе книги, согласна?

– Да, я очень люблю читать. И мы могли бы обсуждать то, что читаешь ты.

– Тебе это действительно интересует?

– Да. Всё, что связано с тобой меня очень даже интересует.

Алекс смотрел на меня, его взгляд прожигал меня насквозь.

– Что ты за загадка? Я не могу тебя разгадать. Может ты прилетела с другой планеты?

– От меня исходит зелёное сияние? Не думала, что это так заметно. Я думала, что хорошо маскируюсь.

Он рассмеялся и хохотал так заразительно, что я засмеялась в ответ. Мы хохотали, как сумасшедшие, и не могли остановиться.

В номер постучали.

– Да! – крикнул Алекс, давясь смехом.

Вошёл Чарли.

– О! – протянул он. – Я не знал, что ты не один.

– Познакомьтесь. Энн, это Чарли, мой очень близкий друг.

Я была рада пожать руку этому человеку, так много сделавшему для Алекса.

– Концерт был замечательный, ты сегодня превзошёл самого себя. Теперь я понимаю, почему.

– Жаль, я не смогла посетить его.

– Не волнуйся, дорогая, – Алекс обнял меня за плечи – У тебя ещё будет возможность и не одна.

– Ну, не буду вам мешать.

Чарли ушёл.

– Мне так хорошо с тобой. За что мне такое счастье?

«За страдания. В твоей жизни их было достаточно».

– Ты ела?

– В самолёте.

– Господи, да ты голодная, а я тут про Вселенную.

Смех опять грозился вырваться наружу.

Алекс поднял трубку, чтобы заказать ужин.

– Немного вина? – обратился он ко мне.

Я кивнула. Я знала, чем закончится наша встреча, и больше не хотела это откладывать. Я сцепила руки в замок, чтобы хоть как-то унять нервную дрожь. Алекс разомкнул мои руки и поднёс их к губам. Меня стало трясти.

– Тебе нужно расслабиться. Ты вся дрожишь.

Я спряталась у него на груди. Слёзы счастья душили меня, всё происходящее казалось сном, и я молила Бога, хоть немного продлить этот миг.

– А вот и ужин! – Алекс разомкнул объятия, и мне сразу стало пусто и холодно.

Он налил вина и протянул бокал мне.

– Пей! – почти приказал он.

Алкоголь согрел меня, но пустота и холод не отпустили.

– Что с тобой? Ты боишься меня?

Я отрицательно покачала головой.

– Обними меня.

И я дала волю слезам. За последний месяц столько всего произошло, что мне пришлось выплеснуть всё напряжение в безудержных рыданиях, иначе, я бы просто сошла с ума.

Алекс молча пережидал этот всплеск эмоций, гладя меня по голове. Его прикосновения успокаивали, и спустя несколько минут слёзы высохли.

– Ты успокоилась? – он с тревогой смотрел на меня.

– Да, прости меня.

– За что, глупенькая? Просто ты напугала меня.

– Я пойду приведу себя в порядок.

– Ты никогда не выглядела лучше.

– И всё-таки мне надо умыться.

В ванной комнате я выдохнула. Холодная вода освежила меня и привела в чувство. Я посмотрела на себя в зеркало. Я никогда не считала себя красавицей, но сейчас сама поразилась тому, как выгляжу. Алекс оказался прав. Щёки раскраснелись, блеск глаз, припухшие губы…

Я вышла к нему. Он шагнул мне навстречу. Теперь это был поцелуй опытного мужчины, так меня ещё никто не целовал, я буквально растворилась в этом поцелуе и вцепилась в его плечи, желая, чтобы это никогда не заканчивалось.

– Я люблю тебя – прошептал Алекс хриплым от страсти голосом – Боже, я так люблю тебя.

Он легко подхватил меня на руки и понёс к кровати.

Медленно снял с меня платье.

– Ты прекрасна!

Алекс провёл тёплой рукой по моему телу, слегка касаясь пальцами чувствительных сосков, живота, спустился ниже. Я сразу вся сжалась.

– Я не обижу тебя, детка. Ты веришь мне?

– Да, я верю тебе.

Он поцеловал меня в шею, по моей коже сразу побежали мурашки. Потом стал ласкать грудь, я расслабилась, отдавшись во власть ощущений. То, что творили его губы и язык заставляли меня извиваться под ним. Из моих губ вырвался протяжный стон. В полубреду я почувствовала, как Алекс раздвинул мои ноги и осторожно стал входить в меня, давая мне время привыкнуть к нему. Боли я почти не почувствовала, а потом накатило такое наслаждение, что я закричала. Алекс погасил мой крик поцелуем и ускорил темп…Казалось, он не знал усталости, это продолжалось неимоверно долго, но вот и он, коротко вскрикнув, упал на меня. Я обняла его, и некоторое время мы просто молча лежали, медленно приходя в себя.

– У меня такого никогда не было. Что ты со мной делаешь, моя марсианка?

– Я просто люблю тебя.

– О, наконец, я услышал от тебя эти слова.

Он перевернулся на спину и притянул меня к себе, опутав руками и ногами.

– Ты моя, слышишь? Я никуда тебя не отпущу!

– А я и не собираюсь уходить. Я слишком долго искала тебя.

Алекс понимающе кивнул.

– Я тоже.

– А ужин уже, наверное, остыл.

– Плевать. Закажем другой.

– Я первая в душ.

Я вскочила с кровати, накинула его рубашку и побежала в ванную комнату. Мне нужно было побыть наедине с самой собой, чтобы переосмыслить произошедешее. И дело было даже не в том, что Алекс оказался любовником, о котором мечтает каждая женщина. Просто сила моих чувств к нему пугала, я привыкла контролировать эмоции, держать их под контролем, но это было похоже на ураган, тайфун, который сносит всё на своём пути. Ну и пусть. Я ведь так хотела этого всю свою жизнь, и пусть это будет короткое время, но эти прекрасные моменты я навсегда сохраню в своей памяти.

Когда я вышла Алекс уже одетый сидел перед телевизором.

– Проклятье! Как иногда хочется выстрелить в этот ящик!

– Что тебя так раздражает?

– То, что творится в мире, в нашей стране и то, что я ничего не могу изменить.

– Дальше будет только хуже.

– Откуда ты знаешь?

Я пожала плечами и улыбнулась.

– Ты случайно не ясновидящая?

– Нет. Я обычная женщина. Просто история подтверждает, что такие волнения не проходят бесследно.

– Иди ко мне.

Я присела на его колено, он обхватил меня руками.

– Ну его, историю, политику. Мы с тобой создадим свой мир, в котором никому не будет больно. Поешь чего-нибудь, а то я со своей страстью совсем забыл о том, что ты полдня ничего не ела. А я пойду освежусь. Не скучай без меня.

Алекс подмигнул мне и скрылся за дверью. Я выключила телевизор и села за столик, но аппетита не было.

– О чём задумалась?

– Обо всём и ни о чём.

Я подошла к окну, оттуда открывался прекрасный вид, неоновые огни, машины внизу казались совсем крошечными.

– Да, многое бы я отдал, чтобы узнать, какие мысли рождаются в такой хорошенькой головке.

– Ты бы очень удивился.

Мы долго, обнявшись, смотрели на ночной город, каждый думая о своём, и это молчание говорило лучше всяких слов.

– Когда у тебя следующий концерт?

– Завтра, т. е. уже сегодня.

– Скажи, ты когда-нибудь отдыхаешь?

– Сейчас. Я отдыхаю с тобой.

– Я не об этом.

– Ты меня не поняла. Наилучший отдых заключается в том, чтобы дать передышку душе, и именно это сейчас со мной происходит. Я долгое время не чувствовал себя так, как сейчас. Во мне столько энергии, что я могу горы свернуть.

Я повернулась к нему лицом, он говорил правду. Поразительно, но после шоу и бессонной ночи Алекс выглядел отдохнувшим, как после хорошего сна.

– И это благодаря тебе. Я наконец нашёл свою половинку. Я не знаю, что принесёт нам будущее, но я сделаю всё, чтобы ты была со мной. Ты веришь мне?

– Да, я верю тебе.

– Ты точно инопланетянка. Я ещё не встречал таких женщин.

– Может не там искал? Всякие актрисы, «мисс».

– Моя бывшая жена не была звездой. И что из этого вышло? Поэтому я уже ни на что не надеялся.

Я прижалась к нему.

– Я постараюсь сделать тебя счастливым.

Мы легли в постель, я обняла его, и он уснул с улыбкой на губах, а я смотрела, как он спит, и наслаждалась покоем и счастьем. Эту ночь я запомню на всю жизнь.

 

Глава 8

Когда я проснулась, на подушке лежала бордовая роза и записка.

«Ты так сладко спала, что я не стал тебя будить. Хорошего тебе дня! Если захочешь прогуляться, Джо будет сопровождать тебя. Он хорошо знает этот город и покажет тебе самые лучшие места. До встречи, милая. Люблю тебя.»

Я потянулась, как сытая кошка, вдыхая аромат цветка.

Джо оказался интересным экскурсоводом. Друг Алекса был мил и ненавязчив, не утомляя меня излишними вопросами. Но всё-таки в конце прогулки он решился сказать:

– Спасибо тебе за Алекса. Думаю, для тебя не секрет, что недавно они с Памэлой разъехались, и мы думали, что это добъёт его, но ты его оживила. Я говорю от имени всех его друзей.

Растроганная такой откровенностью я не знала, что сказать в ответ.

– Он действительно ожил, часто смеётся, появились планы на жизнь, да и на концертах это благотворно сказалось. Ещё раз спасибо. Отдыхай!

Мне было тяжело судить, насколько был прав Джо. Но теперь на мне лежала ответственность за Алекса, и я по-настоящему испугалась, да что там говорить, я была просто в ужасе. Когда я в своём времени говорила Алексу, что могла бы спасти его, я не думала о том, с чем мне придётся столкнуться. Всё оказалось не так, как я себе представляла. Я хотела стать его другом, поддерживать его, может, давать советы, если бы он в них нуждался… Но теперь мы любовники… И я любила его так, что в глазах темнело от одной только мысли, что с ним что-то может случиться или, что мы можем расстаться. Я вросла в него всем своим существом. А Алекс… Он зависел от меня, не стану ли я причиной его раннего ухода вместо того, чтобы стать его спасением. У меня голова шла кругом от этих мыслей, и я решила уехать домой, чтобы в тишине всё обдумать.

Я быстро собралась и уехала в аэропорт.

– Ну как отдохнула? – спросил меня отец.

– Не спрашивай меня сейчас ни о чём, хорошо?

Я ушла в свою комнату. Что делать дальше? Зачем я вернулась в свою юность?

Смогу ли я выдержать его буйный темперамент и максимализм и нужна ли буду ему через год, два, три? Я струсила. И готова была признать, что потерпела поражение, но назад хода не было.

Зазвонил телефон.

– Что случилось? Почему ты так быстро уехала? Я думал, мы ещё увидимся вечером.

– Прости. Мне нужно во всём разобраться. Слишком быстро всё развивается.

– В чём разбираться? Мы любим друг друга, нам хорошо вместе, что еще?

– Дай мне время.

– Только не думай, что можешь так легко от меня избавиться. Я не отпущу тебя.

И он отключился.

Вот так! Всё решено за меня.

– Папа, меня ни для кого нет.

– Что случилось, дочка?

– Ничего.

– Но я же вижу, с тобой что-то происходит. Он обидел тебя?

– Что ты, конечно, нет.

– Тогда в чём дело?

– Слишком всё идеально, и меня это пугает.

Он обнял меня.

– Бедная моя девочка, да ведь это хорошо.

– Ты так думаешь?

– Если ты любишь его, то должна быть с ним. А что будет дальше, одному Богу известно.

«Я знаю, что будет дальше. Его смерть. И смогу ли я предотвратить это, не знаю.»

– Послушай меня. Мы с твоей матерью много времени потратили на всякие раздумия, на мелочные ссоры. Ты даже представить себе не можешь, как я теперь жалею об этом потерянном времени. Каждую минуту своей жизни нужно посвящать любимому человеку, чтобы потом ни о чём не жалеть.

– Ты понимаешь, что я не выдержу, если он меня бросит или с ним что-то случится?

– Надо было раньше об этом думать. Ты дала ему надежду. И, кажется, он действительно любит тебя.

«Мой бедный папочка, ты же ничего не знаешь, а я знаю слишком много, и что мне теперь делать с этими знаниями?»

– Ты молодая женщина и должна жить полноценной жизнью, а не тратить драгоценное время на рыдания. Кстати, звонила Кэти, звала тебя на вечеринку, так почему бы тебе не принять её предложение? Повидаешься с друзьями, развеешься…Давай, детка, утри слёзы и позвони ей.

– Ты уже вернулась? – обрадовалась подруга моему звонку. – Мистер Джексон сказал мне, что ты летала в другой город. Ну и как, удачно? – на заднем фоне я слышала музыку и смех.

– У тебя там весело, а мне можно присоединиться?

– Спрашиваешь! Жду тебя!

У Кэти собралась вся наша группа.

– По какому поводу праздник? – спросила я её, пытаясь перекричать музыку.

– Просто захотелось повеселиться.

К нам подошёл Джон, маленького роста, кудрявый, смуглый, но неимоверно обаятельный и талантливый художник.

– Привет, пропажа! Тебя так не хватало вчера. Мы очень хорошо провели время.

– Рада за вас.

– По твоему голосу этого не скажешь.

– Я недавно с самолёта. Ещё не пришла в себя после перелёта.

– Понятно. Вино будешь?

– Разве что, совсем немного.

– Я сейчас принесу.

Я присела на диван, наблюдая за присутствующими. Брэд делал вид, что не замечает меня. Детский сад! Я видела, как он пытается заигрывать с Кэти, но у подруги уже появился другой объект для обожания. Скромный неприметный парень по имени Ник. Он трогательно ухаживал за ней, пытаясь выполнять каждое её желание.

– Вы с Брэдом, я слышал, разбежались.

– Да, решили остаться друзьями.

– Судя по его поведению, в этом решении он не принимал участия. Ну, и хорошо, он совсем не подходил тебе.

– И почему ты так думаешь?

– Тебе нужен серьёзный парень, а не этот самовлюблённый болван.

– Вот и я так считаю.

– Слышала новую пластинку Алекса? Потрясные песни! Правда, мне не очень нравится, что он отошёл от рока, но его новая музыка тоже неплохая.

Конечно, я слышала все эти песни и была от них без ума. В его голосе появилась правда, которой ему так не хватало в его ранних записях. Он стал более искренним и открытым в музыке. И таким мне Алекс нравился больше.

– Это же Король! Что тут скажешь?

– Ну, как ты тут? Не скучаешь? – к нам подбежала раскрасневшаяся Кэти.

– Тебе, я смотрю, тоже не дают скучать.

– Джон, принеси чего-нибудь выпить.

– Да ладно, секретничайте.

– Мне так хорошо с ним! Никогда не думала, что в Нике может быть такой вулкан страстей. Прикидывался скромненьким.

– Я рада за тебя.

– А у тебя как? Когда ты мне расскажешь?

– Ты мне всё равно не поверишь.

– Рассказывай! С кем ты провела выходные?

– С Королём.

Кэти застыла с открытым ртом.

Я рассмеялась.

– Я же говорила, что ты мне не поверишь.

– Я тебе верю, просто это как-то неожиданно, что ли… Ну ты даёшь!

– Сначала в Вегасе подарил цветы, потом я была у него в гостях, а после он пригласил меня в Джексонвилль, он сейчас там на гастролях.

– И у вас всё было?

Я смутилась.

– Я хочу знать все подробности! – у Кэти загорелись глаза.

– Я и сама ещё не могу в это поверить. Он потрясающий! Это всё, что я могу сказать.

– А какой он любовник? О нём правду пишут?

Я загадочно улыбнулась.

– Да что спрашивать! По тебе всё видно. Ты как будто светишься изнутри.

Она обняла меня.

– Я так счастлива за тебя!

– Вряд ли у нас получится что-то серьёзное.

– Даже если нет, то воспоминания об этом останутся с тобой на всю жизнь.

– Да, ты права. Только я чего-то боюсь.

– Чего ты боишься? Глупая! Наслаждайся моментом. А то, зная его непостоянство, он быстро сменит тебя на другую.

При мысли об этом заболело сердце.

– И не заморачивайся. Король! Подумать только.

– Кэти, ты же понимаешь…

– Я – могила.

– Надеюсь на тебя.

Брэд всё-таки не выдержал, подошёл.

– Привет, Энн!

– Здравствуй!

– Как поживаешь?

– Всё хорошо.

– Ты не передумала?

– Нет, мы абсолютно разные люди. И, повторяю, я люблю другого человека.

– Мне просто интересно, когда ты успела, мы вроде всегда были вместе.

– Да вот, успела.

– Может, всё-таки скажешь, кто он?

– Зачем это тебе?

– Хочу знать, на кого ты меня променяла?

– Я не скажу тебе, со временем сам всё узнаешь.

И тут я услышала Алекса, он обращался ко мне с проигрывателя.

– Пригласи меня лучше на танец.

Брэд прижал меня к себе. Я закрыла глаза, вновь переживая нашу ночь с Алексом. Я настолько погрузилась в воспоминания, что забыла, в чьих объятиях нахожусь. А Брэд времени зря не терял, очнулась я уже в другой комнате, с задранным по пояс платьем.

Я оттолкнула его.

– Я так хочу тебя!

– Успокойся, Брэд, иначе мы с тобой поссоримся.

Я поправила платье и вышла.

– Кэти, я домой.

– Что-то случилось?

– Ничего, просто я очень устала.

– Встретимся в институте?

– Конечно. До встречи!

Вечер обнял меня тёмным покрывалом. И прогуливаясь, медленным шагом я направилась к родному дому. В квартире уже давно все спали. Я обрадовалась этому, мне не хотелось ни с кем разговаривать. Возле телефона лежала записка от папы.

«Тебе звонил Алекс. Весь телефон оборвал. Всё пытался дознаться, где ты. Я сказал, что ты у подруги. Надеюсь, я всё сделал правильно?»

С нами ещё жила домработница, она работала у нас давно, с тех пор, как умерла мама, и я очень тепло относилась к Розе. Иногда заходила на кухню и просто обсуждала с ней женские секреты, она давно стала членом семьи. И часто давала мудрые советы.

Записка меня порадовала. Значит, Алекс думает обо мне.

Я поставила пластинку. И, слушая его голос, погрузилась в сон.

Утром, когда я собиралась в институт, отец позвал меня к телефону.

– Это Алекс, и, по-моему, он не вдухе.

– Здравствуй, Энн – меня поразила тоска, звучавшая в голосе Алекса.

– Здравствуй!

– Хорошо развлеклась вчера?

– Просто посидела в компании друзей.

– И много в этой компании было мужчин? Теперь я понимаю, почему ты так рвалась домой.

– Я случайно узнала о вечеринке. Отец сказал мне о ней уже дома.

– Ты говоришь правду?

– Я никогда не буду врать тебе.

– Мне плохо без тебя, детка.

Ответственность за этого взрослого мужчину, с детским сердцем, вновь легла на мои плечи тяжёлым грузом.

– Я хочу, чтобы ты находилась рядом каждую минуту.

– Это невозможно.

– Я знаю, но я не вынесу ещё одного предательства.

– Мне никто не нужен, кроме тебя. Просто верь мне.

– Я забронирую билет на твоё имя на ближайшие выходные.

– Но…

– Ты не хочешь меня видеть?

– Хочу, но…

– Тогда договорились.

«Вот оно. Легендарный темперамент Алекса Престона. Всё всегда решать за других.»

Но, положа руку на сердце, я была рада этому. Он отмёл все сомнения и просто сделал так, как считал нужным.

…На этот раз я попала на его вечер отдыха. Когда я вошла в его номер, Алекс сидел в кресле и даже не поднялся мне навстречу. Я подошла к нему и присела перед ним на корточки.

– Что случилось?

– Ты приехала…

– А разве я могла поступить иначе?

– Ты для меня загадка, я не знаю, как вести себя с тобой.

– Просто будь самим собой. Я люблю тебя таким, какой ты есть.

Он склонился ко мне, впился в меня глазами, потемневшими от сдерживаемой боли, а потом усадил к себе на колени.

– Я так ждал тебя.

Алекс выглядел измученным и смертельно уставшим.

– Ты плохо себя чувствуешь?

– Всё в порядке.

– От меня ты можешь ничего не скрывать.

– Как-нибудь в другой раз.

«Если бы ты знал, сколько я о тебе знаю. И то, что я не могу тебе это сказать, убивает меня».

– Ты голодна?

– Не особо.

Я погладила его по волосам, мягким и пушистым.

– И всё-таки, что с тобой происходит?

– Я просто боюсь потерять тебя, панически боюсь.

И меня прорвало. Я стала целовать его, слёзы текли по моим щекам, я, как в бреду, повторяла:

– Мой дорогой, любимый, я так люблю тебя.

Он с силой прижал меня к себе, невольно причиняя боль. Но я терпела, не в силах оторваться от него.

– Не бойся ничего, я с тобой и всегда буду.

– Так хочется тебе верить.

Алекс снял с меня платье. И прижался губами к моей груди. Я судорожно вздохнула. И вдруг он резко вошёл в меня, я охнула от охватившей меня боли и попыталась отодвинуться, но он не дал мне этого сделать. Сильными, глубокими толчками он мстил мне за своеволие. На смену боли пришло наслаждение, и я начала двигаться с ним в одном ритме. Потом мы некоторое время сидели, обнявшись, и молчали.

Я встала с его колен и, натянув платье, прошла в ванную. Алекс так и остался сидеть. Я привела себя в порядок, но вышла не сразу, мне нужно было время, чтобы успокоиться.

В дверь постучали.

– Входи! Не заперто!

– Извини меня. Сам не знаю, что на меня нашло.

– Всё в порядке, я не обижаюсь.

– Я так был зол на тебя, что ты посмела пойти куда-то без меня. А кто я такой, чтобы что-то требовать от тебя?

– Ты – смысл моей жизни, – произнесла я еле слышно, но он услышал.

Алекс подошёл ко мне сзади и, обняв, поцеловал в шею. Желание охватило меня. Он провёл рукой по моему бедру, задирая подол платья, и его пальцы оказались там, где не была рука ни одного мужчины. Я закрыла глаза, отдаваясь полностью во власть ощущений. Оргазм следовал один за другим, пока я, обессилевшая, не повисла на его руках.

– Надеюсь, я заслужил прощение.

– Я же сказала…

Он положил пальцы на мои губы.

– Не надо, я знаю, что вёл себя, как подонок. Ты молодая красивая женщина и запретить тебе, жить своей жизнью, я не имею права. Просто я испугался. Вокруг тебя так много молодых симпатичных парней, зачем тебе мужчина под сорок.

– Ты не понимаешь, ты лучше любого юнца. В тебе есть жизненный опыт, мудрость. И скажу тебе честно, мне больше нравиться, как ты выглядишь сейчас, хотя в юности ты тоже был чертовски привлекателен.

Я улыбнулась.

– Я обожаю тебя, детка. – рассмеялся Алекс. Помолчав, он добавил:

– Я никуда не хочу тебя отпускать. Завтра концерт, ты пойдёшь?

– Конечно. Зачем спрашивать? Разве я могу упустить возможность увидеть Короля во всём блеске славы?

Алекс помрачнел.

– Никогда не называй меня так. Я терпеть не могу это прозвище.

– Это не прозвище, а признание твоих заслуг.

– Я закажу ужин.

Он вышел, а я осталась.

«Опять ошибка. Ведь знала же, как он не любит все эти разговоры о славе, титуле.»

Когда я вернулась, стол был уже накрыт. Самого знаменитого клиента обслуживали молниеносно.

– Прошу! Я заказал на свой вкус. Надеюсь, ты не против.

Зная его любовь к тяжёлой южной пище, я ожидала увидеть картофель, мясо, но на столе были только лёгкие закуски и фрукты. И я облегчённо вздохнула.

– Я опять предлагаю тебе жить вместе. Это невыносимо каждый раз расставаться.

– Но даже если я буду жить в Роузленде, мы всё равно будем видеться редко, Из-за твоего плотного графика, из-за моей учёбы.

– Но я хочу, приехав домой, встретить там тебя, каждое утро видеть твоё лицо на подушке рядом с моей.

– Я подумаю.

 

Глава 9

На концерте я сидела в первом ряду, практически рядом со сценой. Сексуальная энергетика Алекса опутала зал невидимыми нитями, и фанатки визжали, бросались к сцене, судорожно выхватывая у него шарфики. Глядя на него на сцене, я удивлялась, тому как этот человек умел перевоплощаться. Сейчас это был настоящий Король, существующий вне времени и пространства. Его движения, его голос завораживали, и я опять почувствовала себя просто его поклонницей, подавив в себе желание подбежать к сцене и сорвать его поцелуй.

…Мы попрощались в номере, и я спустилась в холл. Лимузин уже ждал меня, чтобы отвезти в аэропорт. В салоне самолёта я закрыла глаза, чтобы хоть немного поспать, Такой режим очень утомлял.

«Боже, как же Алекс находит в себе силы выходить каждый день на сцену, ведя такой образ жизни: отели, перелёты…Неудивительно, что он так быстро сгорел.»

Я знала, что гастроли скоро закончатся, и Алекс вернётся в родной город. И мне придётся принять решение.

Я решила посоветоваться с отцом.

– Папа, что мне делать?

– Соглашаться, конечно.

– Но ты останешься совсем один.

– Я не один. Со мной Роза.

– И давно у вас?

– Уже несколько недель. Надеюсь, ты не будешь против?

– О чём ты говоришь? Конечно, нет.

– Я боялся тебе говорить, не зная, как ты отреагируешь.

– Папочка, я очень хочу, чтобы ты был счастлив.

– Моё счастье напрямую зависит от тебя.

Я обняла его.

– Ты замечательный отец.

– А ты хорошая дочь. Так что не сомневайся и переезжай, но только знай, если что-то пойдёт не так, тебя всегда ждут здесь.

– Спасибо.

Когда я стала собирать вещи, то была в ужасе от их количества. Несколько раз казалось, что уже всё собрано, но всегда находилась вещь, которую я ещё не уложила.

Приехав в Роузленд, я с удивлением узнала, что для меня отведена отдельная спальня.

Когда я спросила об этом Алекса, он, смущаясь, объяснил это тем, что не хочет ограничивать моё личное пространство и что у меня всегда должно быть место, где я могу побыть одна.

Я была растрогана. Я и не догадывалась, как Алекс изучил меня за столь короткое время.

– Спасибо тебе за понимание.

– Не за что. Но не надейся, что я разрешу тебе жить в этой спальне постоянно.

Он улыбнулся и стал похож на озорного мальчишку.

– И кстати, когда ты намерена познакомить меня со своим отцом?

– Хоть завтра. Он будет рад пообщаться с тобой очно.

– Вот и прекрасно. Устроим званый обед.

 

Глава 10

Отец приехал при галстуке, важный, как президент. Я поняла, что он решительно настроен поговорить с Алексом начистоту. На обеде присутствовал и Уильям. В тесном семейном кругу мы уселись за стол. Я сидела по правую руку от хозяина дома, а мой папа напротив отца Алекса. Старшему поколению сразу нашлось, о чём поговорить. Алекс галантно ухаживал за моим отцом, стараясь поддержать тему, заданную им. Великая депрессия, жизнь в бедных кварталах, потом они переключились на политику. Узнав, что мистер Джексон врач, Уильям засыпал его вопросами на медицинскую тему. Они отвлеклись от нас, и Алекс положив руку на мою руку, склонился ко мне.

– У отца это любимая тема.

– У моего тоже.

Алекс приблизил губы к моему уху.

– Ты знаешь, чтобы я сейчас с тобой сделал?

Я шутливо ударила его по руке.

– Как тебе не стыдно! При наших родителях.

– Они заняты разговором.

И действительно. У стариков завязалась оживлённая дискуссия. И они перестали обращать на нас внимание.

– Вот видишь? Так вот…

– Прекрати!

Внизу живота растеклась приятная истома.

Я почувствовала, как он под столом коснулся моей ноги. Краска залила моё лицо.

И увидела, как удовлетворённо улыбнулся Алекс и, откинувшись на спину стула, поднёс к губам стакан с соком.

– Ну что ж, – поднялся Уильям – приятно было познакомиться с тобой, Эндрю. Пойду– ка я почитаю, а потом спать.

– Спокойной ночи, мистер Престон.

– Просто Уильям. Мы ведь теперь одна семья.

Он подмигнул мне и ушёл.

– Энн, ты можешь оставить нас? – попросил меня отец, когда стол уже накрыли к чаю.

– Конечно, папочка.

Я поднялась в свою спальню, догадываясь, о чём мои самые родные люди могут разговаривать, и решила принять ванную с ароматными маслами. Я опустилась в обжигающе горячую воду и закрыла глаза. Как за короткое время изменилась моя жизнь! Из среднего класса, я перешагнула в мир роскоши и богатства. Дворецкий, горничные, повара, готовые выполнить любое моё желание. Накануне Алекс вручил мне кредитную карточку.

– Я хочу, чтобы ты ни в чём не нуждалась. Теперь ты живёшь со мной, и поэтому я буду заботиться о тебе.

Я и не думала возражать. Алекс был решительно настроен окружить меня вниманием и опекой.

Я, как никогда, была счастлива. Воспоминания о том, как Алекс пришёл ко мне, как даже самые простые прикосновения были неисполнимой мечтой, и ничего нельзя было изменить, обступили меня со всех сторон, и мысль о том, что теперь я могу изменить будущее, вдохновляла меня, я была уверена, что у меня всё получится.

Завернувшись в полотенце, я подошла к огромному зеркалу, на меня смотрела ослепительная красавица. Никогда не думала, что счастье и любовь так меняют людей. Впереди предстояло много битв за будущее, за здоровье Алекса, сражений с его характером, но всё это уже не пугало меня.

Уложив волосы и надев домашнее платье, я спустилась в столовую. Там никого не было. Я в недоумении осмотрелась и прошла в гостиную. Алекс сидел на диване и что-то тихо наигрывал на гитаре.

– А где отец?

– Уехал. И просил извиниться перед тобой. Ему нужно было спешить.

– Как поговорили?

– Мистер Джексон предупредил меня, что если я тебя обижу, мне придётся иметь дело лично с ним.

– Папочка верен себе.

– Он очень любит тебя.

– Я знаю.

– Ты счастливый человек.

– А у тебя разве не так?

– Иногда мне кажется, что мой отец меня ненавидит.

– Не говори так. Может, мистер Престон в чём-то бывает неправ, но это не со зла.

Тяжело быть отцом знаменитости.

– Откуда тебе знать?

– Догадываюсь.

– Опять интуиция? – в его голосе послышалась издёвка.

– Если хочешь. Ты сам подумай. Толпы поклонников, журналисты, следующие по пятам. Для тебя это тяжело?

– Очень.

– Вот. А каково твоему отцу? Он очень переживает за тебя.

Алекс отложил гитару и посмотрел на меня. Его тяжёлый взгляд заставил меня поёжиться.

– Почему ты так смотришь? Я что-то не то сказала?

– Откуда такая мудрость у столь юной девушки?

Я пожала плечами.

– Не знаю. Может, от любви.

– Ты сейчас так сексуально выглядишь! Иди ко мне.

Я подчинилась. И оказалась в его крепких мужских объятиях. Я посмотрела на него снизу вверх.

– Я так счастлива! – произнесла я и уткнулась в его грудь.

– Завтра знакомство с парнями. Я собрал всех, кого смог найти.

– А это обязательно?

– Ты чего-то боишься?

– Да нет Просто это твои друзья, и их мнение для тебя очень важно.

– Ты права, но окончательное решение я всегда принимаю сам, и на него никто не может повлиять. А насчёт тебя, я уже давно всё для себя решил. Я хочу быть с тобой, каждую минуту. То, что ты даёшь мне– бесценно.

– О чём ты говоришь?

– Понимание и поддержка. Со смерти матери я такого не чувствовал. Иногда, казалось, земля уходит из-под ног.

Я обвила руками его талию и ещё крепче прижалась к нему.

– Пошли в спальню. – хрипло прошептал Алекс.

Я давно ждала этого.

Он прижался губами к моим губам прямо на пороге. Мы целовались, как одержимые, не боясь, что кто-то может нас увидеть. А потом просто рухнули на кровать. Это было какое-то сумасшествие, как будто мы не виделись долгое время…

… В гостиной сидела куча парней. Люк, Джо, Сонни, Рэд, Дик, Чарли, Джерри, Ларри…

– Знакомьтесь. Моя новая подруга – Анна. Прошу любить и жаловать.

Кто-то присвистнул.

– Спокойно, Дик. Эта девушка уже занята.

– Милая, тебе налить вина?

– Ну разве, что чуть-чуть.

Друзья Алекса вернулись к прерванному разговору. А я просто сидела и наблюдала за всеми, прекрасно зная, кто друг, а кто враг, но до поры, до времени это приходилось тщательно скрывать.

Алекс подсел ко мне и обнял за плечи.

– Ты не скучаешь?

– Нет. Интересно наблюдать за взрослыми мужчинами, которые не перестали быть детьми.

– Чарли, садись за пианино. Попоем немного, – Алекс взял в руки гитару.

Всю ночь в Роузленде звучали песни и смех. Я веселилась вместе со всеми, чувствуя, как парни присматриваются ко мне, делают выводы. Рэд не сводил с меня хитрых с прищуром глаз, как будто пытаясь проникнуть в мои мысли. Я поняла, что с этим человеком у нас не сложится тёплых отношений.

– Откуда ты такая взялась? – сказал он мне, наконец.

– Какая такая?

– Не такая, как все глупенькие красотки, смотрящие в рот Боссу.

– И в чём же по-твоему заключается моя особенность?

– Сидишь, за всеми наблюдаешь. Выводы уже сделала?

– С чего ты взял? Я просто никого из вас не знаю, вот и присматриваюсь.

– Ну-ну! Может, мы и подружимся.

Но в его голосе явственно слышалось предупреждение.

– Алексу и нужна именно такая.

Я окинула взглядом его огненно-рыжие волосы и прямо посмотрела в его глаза.

– А я ведь тебе не понравилась. – сказала я утвердительно.

– Поживём-увидим.

Меня пугал этот человек, способный на низкую месть, жестокий и хитрый.

Я подошла к окну и обхватила себя руками, пытаясь унять нервную дрожь. Ко мне тут же подскочил Алекс.

– Что случилось, детка?

– Всё хорошо.

– Я видел, что вы разговаривали с Рэдом. Он сказал тебе что-то неприятное?

– Нет, что ты! Мы просто по-дружески пообщались. Ты не против, если я пойду спать? Что-то устала…

– Конечно, я скоро приду. Слишком много впечатлений?

– Да уж!

Я поцеловала его в щёку и ушла.

Приняла ванную, переоделась в шёлковую ночную рубашку, теперь я могла себе позволить дорогое нижнее бельё, которое нежно обволакивало тело.

Сквозь сон я почувствовала, как Алекс прижался ко мне сзади, обхватил руками груди.

– Я хочу тебя, детка, – прошептал он.

В ответ я прижалась к нему бёдрами, побуждая действовать.

После Алекс обнял меня.

– Ты понравилась парням, они от тебя без ума.

«Особенно Рэд».

Но вслух ничего не сказала.

Я проснулась от истошного крика Алекса. Он метался в постели, не в силах выйти из кошмара. Я провела рукой по его холодному от испарины лбу, пытаясь его разбудить. Всё ещё находясь во власти сна, он схватил мои запястья. Я застонала от боли.

– Алекс, проснись, – заплакала я, пытаясь вырваться из железных тисков.

Он открыл затуманенные сном глаза, перевернул меня на спину и навис надо мной.

– Почему ты плачешь? – Алекс наконец пришёл в себя, в его глазах появилось осмысленное выражение. – Я сделал тебе больно? Ну скажи же что-нибудь! Не молчи!

Он всё ещё держал мои руки, и я сделала ещё одну попытку вырваться. И тут Алекс всё понял.

– Прости меня, милая. – и стал целовать мои руки, продвигаясь губами выше.

– Не надо, Алекс, – я отвернулась от него, продолжая плакать.

– Поговори со мной, Энн, пожайлуста. Ты хочешь уйти от меня?

– Нет!

Я села и обняла руками колени.

– Я просто очень испугалась за тебя.

– Я знаю.

– И давно это с тобой?

– С детства. Я не хочу говорить об этом.

– Если ты не научишься мне доверять, я не смогу помочь тебе. И наши отношения превратятся в фарс.

– Не сейчас. Но, обещаю, что расскажу тебе всё. Я сделал тебе очень больно?

Я отрицательно покачала головой.

– Я опять всё испортил. Если ты решишь уйти от меня, я пойму.

И вдруг у него началась истерика. Я растерялась. Видеть, как плачет настолько сильный человек, было жутко. Я не знала, что делать. Преодолев его сопротивление я положила его голову к себе на грудь, гладила по волосам, пытаясь успокоить.

– Я не могу так больше, – рыдал он. – Так плохо, что, кажется, что ещё чуть-чуть, и я сойду с ума.

– Мы справимся с твоими проблемами, вместе. Только научись доверять мне.

– Я постараюсь.

Он затих. Я пошевелилась, чтобы улечься поудобнее.

– Ты куда? – тут же вскинулся он.

– Спи, я никуда не денусь. Спокойной ночи, любимый. Спи, мой родной, а я буду охранять твой сон.

Он проснулся ближе к вечеру. Увидев меня, он улыбнулся. Таким счастливым я его ещё не видела.

– Ты рядом? Любимая моя, дорогая, – и притянув меня к себе, впился губами в мои губы.

Его язык коснулся моего, и меня прошил электрический разряд. Внизу живота сразу стало влажно и горячо.

Алекс просунул руку между моих ног.

– Сейчас, милая.

И мягко вошёл в меня. Я обхватила ногами его талию и приподняла бёдра ему навстречу.

…– Прости меня.

– За что?

– Ты прекрасно знаешь, за что.

– Я не держу на тебя зла. Ты ни в чём не виноват. Ты не отдавал себе отчёта, что делаешь. Всё хорошо, милый. Я поговорю с отцом, может, у него есть знакомый психоаналитик.

Глаза Алекса потемнели от еле сдерживаемого гнева.

– Ты всё-таки считаешь меня сумасшедшим. Этого следовало ожидать.

– Ты не сумасшедший. Услугами психоаналитика пользуются и абсолютно здоровые люди.

– Я публичный человек. Ты представляешь, какой вой поднимет пресса, когда всё станет известно?

– Это будет абсолютно анонимно. Ты же понимаешь, что надо что-то делать? Поверь мне, родной, я просто хочу тебе помочь. Очень хочу. Ты не сможешь сам справиться со своими кошмарами, это всё идёт с твоего рождения, нужно найти причину и искоренить её. Ты перестанешь бояться ночей, и многое в твоей жизни измениться к лучшему.

– Я не говорил, что боюсь ночей.

– Я догадалась.

– Иногда ты пугаешь меня. Откуда ты всё знаешь обо мне?

Как же мне хотелось сказать ему правду!

– Просто знаю и всё.

– Ты точно с другой планеты.

Он серьёзно смотрел на меня.

– Или ангел, посланный Богом, в ответ на мои молитвы.

– Я обычная женщина, которая любит.

– Меня многие любили, но столько обо мне не знал никто.

– Может, не хотели знать.

– Может, и не хотели. Зачем молоденькой девушке знать о проблемах взрослого мужчины? И зачем это тебе? Нам хорошо вместе, так зачем разговаривать о плохом?

– Я хочу продлить тебе жизнь, и пусть эти годы ты будешь не со мной, но я буду знать, что ты жив, что наслаждаешься жизнью, а не мучаешься от страшных болей и кошмаров.

– О моих болезнях никто не знает. Ты нигде не могла прочитать об этом.

– У меня болен отец. И я научилась замечать, когда человеку становится плохо.

Я видела, как искажается твоё лицо от сдерживаемой боли. И как ты пытаешься скрыть это от окружающих. Я знаю, что ты пытаешься уберечь меня от излишних знаний, но, я прошу тебя, не надо этого делать.

– Да ты сбежишь от меня, как только всё узнаешь.

– Ты уверен?

– Уверен.

Я молча встала и ушла в ванную.

«Вот так. Он мне не доверяет. И что теперь делать? Как пробить эту броню, которой он окружил себя от окружающего мира? Как ему доказать, что я буду с ним даже если он станет инвалидом?»

Я вышла с мокрыми глазами. Но Алекса в спальне уже не было. От дворецкого я узнала, что хозяин уехал с мистером Грэхэмом.

Всю ночь я провела без сна, пытаясь отвлечься с помощью книги, но буквы расплывались перед глазами. Я включила телевизор, бездумно щёлкая пультом. И наконец услышала звук подъезжающей машины. Всё это время я находилась в своей спальне и не собиралась выходить, пока Алекс сам не зайдёт ко мне. Он очень обидел меня, и я ждала, когда он это осознает.

Но он так и не пришёл.

Утром, я не выспавшаяся и с больной головой, ушла в институт.

– Что-то ты не важно выглядишь, подруга, – покачала головой Кэти – бессонная ночь?

– Ага! – я попыталась выглядеть беззаботной.

– Ведь ты живёшь в Роузленде? Я вытянула из твоего отца всё.

– Да.

– Ну и как?

– Извини, Кэти, у меня так болит голова, что я ничего не соображаю.

Она полезла в сумочку и достала таблетки.

– У меня тоже часто голова болит. Вот, ношу с собой.

– А ты у врача была?

– Да что у меня может быть серьёзного. Я ведь молодая.

– Я тебя очень прошу, сходи к врачу, пока не стало слишком поздно.

– Хорошо, хорошо, только не нервничай так.

– Ты моя лучшая подруга, и я очень переживаю за тебя.

– Я сделаю так, как ты говоришь. Обещаю!

– Как у вас с Ником?

– Всё ок. Я даже не думала, что может быть так всё замечательно.

– Он будет хорошим мужем.

– Ну, об этом ещё рано говорить. – засмущалась девушка.

– Я искренне желаю тебе счастья.

– Я знаю. И всё-таки жду рассказа о жизни в роскоши.

– Я обязательно всё тебе расскажу. Но не сейчас.

На улице меня уже ждала машина. За рулём на этот раз был Сонни.

– Привет, Энн.

– Здравствуй, Сонни.

– Как друзья? Уже всё знают?

– Сонни, я прекрасно всё понимаю.

– Другая бы на твоём месте уже всем бы разтрезвонила о своей победе.

– А это победа?

– Знаешь, такой человек, как Алекс, очень долго присматривается к людям, прежде, чем завязать с ними отношения, но с тобой всё по-другому. И я очень рад за него.

– Ты действительно рад?

– Я тебе когда-нибудь врал?

Мы рассмеялись.

– Ты не хочешь проехаться по магазинам?

– Нет, у меня всё есть.

– Да ты ещё и скромница. Настоящее сокровище!

Он, прищурившись, посмотрел на меня.

– А вот твоему кузену, я, кажется, не очень понравилась.

– Ему просто надо привыкнуть, что в окружении его лучшего друга появилась женщина, которая так может влиять на него. Он сказал, что ты тёмная лошадка.

Понимаешь, мы оба привыкли к тому, что Алекс нуждается в нашей заботе и защите, он так и остался ребёнком. И мы все несём за него ответственность.

Его глаза потеплели. И я с удивлением поняла, что для братьев Вэстов Алекс очень много значит, и что они готовы для него на всё.

Роузленд встретил меня тишиной.

– А где Алекс?

– Спит. Он просил разбудить его, как только ты вернёшься.

– Не надо, пусть отдыхает. Я найду себе занятие. Возможно, тоже посплю.

Сонни подмигнул.

– Алекс, не даёт расслабиться?

«Да уж, знал бы ты!»

Я поднялась в свою спальню, привела себя в порядок и упала на кровать. Едва моя голова коснулась подушки, я тут же провалилась в сон.

Меня никто не беспокоил, и я прекрасно выспалась.

В доме звучала музыка. Бархатный, сильный голос и звуки пианино. Я просто лежала на постели и наслаждалась песней. Я никогда не слышала её. В голосе Алекса слышалось одиночество и страдание. Я оделась и сбежала вниз. Он не видел меня. Допев, он сложил руки на крышке инструмента и положил на них голову. Я тихо подошла к нему, погладила по склонённой голове. Несколько секунд Алекс никак не реагировал, а потом поднял голову и с болью в глазах посмотрел на меня.

– Я разбудил тебя?

– Нет, я давно не спала. Я никогда не слышала этой песни. Чья она?

– Моя.

– Твоя? Ты пишешь песни?

– Иногда.

– Но почему ты не исполняешь их на концертах?

Он промолчал.

– Я много думал о нашей размолвке и понял, что невправе удерживать тебя рядом с собой.

– Ты выгоняешь меня?

– Нет! – закричал он. – Больше всего на свете, я хочу, чтобы ты была со мной, но…

– Я могу высказать своё мнение?

– Я слушаю тебя.

– Я никуда не уйду от тебя. И давай мы больше не будем говорить об этом.

– Ты хорошо подумала?

– Я всю ночь думала.

– Девочка моя, – он обнял меня. – моя марсианка, тебе столько досталось.

– Я счастлива, потому что рядом с тобой. Больной или здоровый, главное, чтобы ты любил меня и нуждался во мне. Остальное неважно.

– Ты очень бледная.

– Бессонная ночь, а потом занятия.

– Погоди, я дам тебе кое-что.

Я знала, что предложит мне сейчас Алекс и, рискуя опять вызвать его гнев, решила наотрез от этого отказаться. Я оказалась права. На ладони Алекса лежали амфетамины.

– Нет, Алекс.

– Но почему? Это абсолютно безобидно.

– Ты забываешь, что я дочь врача. Я всё знаю об этих препаратах.

– Ты тоже мне скажешь, что я наркоман?

– Нет. Но зависимость у тебя есть и с этим надо бороться.

– Я уже устал спрашивать, откуда тебе всё известно?

– Тебе надо менять образ жизни. Иначе ты быстро сгоришь.

– Я уже сгорел. В душе одни головёшки от когда-то сильного костра.

– Я хочу спасти тебя. От тебя самого. И дело не в этих таблетках. Завтра же я поговорю с отцом. Доктор Ник, видимо, плохо справляется со своими обязанностями.

– Энн, тебе не кажется, что ты много на себя берёшь?

– Ты так считаешь?

Если бы взгляды могли убивать, то в гостиной было бы уже два трупа.

– Хорошо, если ты так думаешь…

Я молча развернулась и пошла в свою спальню. Глотая слёзы, я стала собирать вещи.

В комнату ворвался Алекс.

– Ты никуда не пойдёшь! – прорычал он.

– Я не нужна тебе.

Он схватил меня за плечи и стал трясти.

– Нужна! И ты останешься здесь!

– Отпусти меня.

Он смял мои губы своими, разрывая на мне одежду, бельё, и повалил на кровать. Сопротивление было бесполезно, но я всё равно пыталась сопротивляться, стараясь не уступить перед его натиском. Без всяких предварительных ласк, он вошёл в меня, я, терпя боль, лежала безучастная ко всему. Его жестокость поразила меня в самое сердце, неужели это был тот нежный и ранимый человек, которого я полюбила?

После того, как всё было кончено, я молча встала и продолжила собирать вещи.

– Ты права, нам нужно расстаться. Джо отвезёт тебя.

С этими словами он вышел. А я села на кровать и разрыдалась.

«Вот и всё. Я честно пыталась, но у меня ничего не получилось».

Отца дома не было. Меня встретила Роза. Ни о чём меня, не спрашивая она помогла мне разложить вещи, а потом усадила меня за стол, налила мне чаю с мелиссой, и пока я прихлёбывала животворный напиток, смотрела на меня, а потом сказала:

– Рассказывай!

– Мы расстались.

– Почему?

– Он совсем не слушает меня, ему не нужны мои советы и моя забота.

– Девочка, послушай меня. Я знаю таких людей, как твой Алекс. Он долгое время жил под давлением так называемой заботы своей матери, которая не давала ему и шагу ступить без её разрешения, потом он внезапно остался один. Свобода вскружила ему голову, и теперь он никому не позволяет вмешиваться в свою жизнь, даже тебе, хотя очень сильно тебя любит и нуждается в тебе.

– Я уже не уверена в этом.

– Ты думаешь, что такой мужчина, как Алекс Престон, каждой женщине предлагает жить вместе после недельного знакомства? У него очень серьёзные проблемы, но на него нельзя давить, его нужно мягко и терпеливо подводить к тем решениям, которые помогут справиться с этими проблемами.

– И что мне теперь делать?

– Ждать. Он вернётся. Я уверена в этом. Дай ему время.

– Ты такая мудрая.

– Просто пожила на свете.

– Моему отцу повезло.

– Он тебе уже сказал?

– Да. И я рада за вас. Спасибо тебе. Я действительно слишком торопила события. И наделала кучу ошибок. Но вернётся ли он ко мне? В этом я очень сомневаюсь. Он быстро утешится.

– Согревать ему постель и быть ему другом разные вещи. Да, у него было много женщин, но Алекс не обычный бабник, он в поиске той единственной, кто будет его понимать и любить таким, какой он есть, и он сразу же остепенится. Вот увидишь. А тебе надо набраться терпения, если ты, конечно, хочешь быть с этим человеком.

– Очень хочу.

– Тогда терпи. И он это оценит.

Прошла неделя. Благодаря прессе я узнавала, что Алекс меняет женщин, как перчатки. Ни одна не задерживалась с ним надолго. И никто из его подружек не поселился в его доме. Это радовало. Значит, Роза была права. Я много думала всё это время, переосмысливая и анализируя наши отношения. Я поняла, что всё, что я о нём знала или думала, что знаю, было недостаточно. Да, он был потрясающий любовник, щедрый человек, очень интересный и умный собеседник, но этих знаний было мало, чтобы достучаться до него, привыкшего бороться с демонами в одиночку. Да и отношение Алекса, воспитанного в традициях пятидесятников, к женщинам вообще было, как к существам, стоящим ниже мужчин. В его понимании женщина должна была сидеть дома, заниматься воспитанием детей и не вмешиваться в мужские дела. Да, женщина могла быть другом, но доверять ей нельзя.

И именно с таким человеком свела меня судьба, и я решилась попытаться ещё раз.

 

Глава 11

Он покорил Нью-Йорк, побив все рекорды по посещаемости его концертов. Как только вышел диск с записями с этих шоу, я тут же приобрела его. И, захлёбываясь слезами, слушала его голос, которым он шептал мне слова любви. Как же мне не хватало его сильных мужских рук, его мягких губ и его синих глаз! Я сходила с ума без него. Потом вышел и фильм о его концертах на Юге, но видеомагнитофоны были в то время большой роскошью, и я не могла увидеть его на экране телевизора. Дни летели за днями, и я уже начала отчаиваться. Даже начала подумывать о том, чтобы ответить взаимностью на внимание со стороны парня с нашего курса.

У Кэти всё двигалось к свадьбе, она с сияющими глазами сообщила мне об этом. Подруга поддерживала меня, как могла, видя в каком я состоянии.

– Он вернётся к тебе, вот увидишь.

– Я уже сомневаюсь в этом. Месяц прошёл.

– Ему нужно время. Больше, чем юнцам. Ты не забывай, сколько он решался, прежде чем сделал предложение Памэле.

– Я всё понимаю, но мне от этого не легче.

– Приходи сегодня к нам, повеселишься, развеешься.

– А Брэд там будет?

– Конечно, куда же без украшения нашего курса. Ты хочешь опять с ним закрутить?

Я пожала плечами.

– Я смотрю, наш новенький тоже на тебя глаз положил. Может, позвать и его?

– Позови. Я обязательно приду. Мне уже опротивела моя комната.

– Договорились. В семь часов я тебя жду.

– Кстати, ты была у врача?

– Да, прошла обследование. Ты была права, есть некоторые проблемы, но они разрешимы.

– Продолжай наблюдаться.

– Я уже поняла, экстрасенс ты мой дорогой.

– Это не шутки, Кэти.

У института стояла до боли знакомая машина.

– Привет, Энн.

– Здравствуй, Джо. Что-то случилось?

– Да нет, вроде всё в порядке. Вот только Алекс пустился во все тяжкие. Такого количества женщин у него не было с юности.

– Рада за него.

– Ему плохо без тебя.

– Но ты же понимаешь, что я не могу вот так вот запросто заявиться к нему в дом.

– Понимаю. Что у вас произошло?

– Небольшая размолвка.

– Ничего себе, небольшая. Если бы у него была слабость к спиртному, он бы уже спился.

– Но что я могу сделать?

– Не знаю, мы просто все в растерянности. Мы, конечно, любим вечеринки, но это больше напоминает пир во время чумы.

– А как его здоровье?

– Он практически перестал спать, мы поменяли кучу телевизоров, он их просто расстреливает.

– А ты не боишься, что так же он выстрелит и в меня, когда увидит на пороге своего дома? – грустно пошутила я.

Джо в отчаянии махнул рукой.

– Мы не знаем, что делать. Он таким не был, даже после разрыва с Памэлой.

Кстати, твоя комната никем не занята. Алекс требует, чтобы там всегда были свежие цветы.

Я еле сдерживала слёзы.

– Извини, Джо, мне нужно идти.

– Можно, я иногда буду приезжать сюда, поговорить с тобой? Может, ты что-то придумаешь.

– Конечно. Я всегда рада тебя видеть.

Ко мне тут же подбежала Кэти.

– Это был Джо?

– Да.

– Симпатичный мужчина.

– У тебя есть Ник.

– Я просто пошутила.

– Ну да, конечно. Вокруг Алекса много симпатичных мужчин, но они все женаты.

– Жаль.

Я внимательно посмотрела на подругу.

– Ты чего это?

– Я просто завидую тебе.

– Нашла кому завидовать.

– Любовь такого мужчины, как Алекс, даже на короткое время, запоминается на всю жизнь.

– Да, ты права. Он необыкновенный.

– Ты мне так ничего и не рассказала.

– Это сейчас очень болезненно. Может, позже.

Мы подошли к моему дому.

– Ну что ж, пока. О вечеринке помнишь? Я тебя жду.

– Как ты, дочь?

– Всё замечательно, папочка.

Он не стал говорить, что предупреждал меня. Когда он узнал о нашем с Алексом разрыве, то просто пришёл ко мне в комнату и молча выслушал меня, ожидая пока иссякнет поток слёз. А потом обнял и сказал:

– Я с тобой, милая. Всё будет хорошо. Всё наладится. Но тебе надо было пройти этот путь, иначе потом всю жизнь жалела бы об этом.

– Ты, как всегда, прав.

И теперь он пережидал, пока утихнет моя боль, понимая, что никакие слова здесь не помогут.

Я пришла на вечеринку, веселье было в самом разгаре.

– Привет! Я думала, ты уже не придёшь. Потрясно выглядишь.

– Я старалась.

– Что будешь пить?

– Немного ликёра.

Я недолго оставалась в одиночестве.

– Я рад, что ты пришла.

Ко мне подошёл Мэл, тот самый новенький. Он чем-то отдалённо напоминал Алекса в юности. Носил такую же стрижку, старался во всём подражать Королю, даже играл на гитаре. Вот только голос подкачал. Да разве кто-то мог сравниться с Алексом, его голос был неповторим.

– Присядем?

Мы расселись в кресла.

– Прогуляемся сегодня?

– А не поздновато для прогулки?

– В самый раз.

Он улыбнулся, и на какую-то долю секунды мне показалось, что я разговариваю с Алексом. По спине побежали мурашки. Я даже вздрогнула.

– Тебе холодно?

– Нет, просто ты очень похож на Короля.

Мэл польщённый откинулся на спинку кресла.

«Но ты никогда не станешь им».

Когда мы вышли на улицу, была уже глубокая ночь. Мы, не сговариваясь, побрели в сторону Роузленда.

– Я недалеко живу от его дома и часто прогуливаюсь, в надежде получить ещё один автограф.

– За что ты так его любишь?

– Ты ещё спрашиваешь? Разве можно его не любить! Он столько сделал для музыки. И продолжает делать. Такой талант! Гений!

– А тебя не смущает, что он почти не исполняет рок`н`ролл?

– Мне нравятся почти все его песни. Блюз, соул, госпелы…Этот человек многогранен.

– Да, ты прав.

– Как всегда толпа.

Возле Роузленда действительно была куча поклонников, несмотря на позднее время.

Мы подошли, и я посмотрела на окна его спальни. Там мягко горел ночник.

«Кого он обнимает сейчас?»

– Здравствуйте, мисс Анна.

У ворот стоял привратник, очередной дальний родственник Алекса.

– Добрый вечер! Как поживаете?

– Что же это я?

Он распахнул ворота.

– Входите!

Растерянный Мэл молча хлопал глазами.

– Извини, Мэл. Спокойной ночи! – я по-дружески по целовала его и ступила на территорию поместья.

– Идите в дом.

– Вы уверены, что я должна это делать?

– Конечно, раз уж Вы здесь.

Я медленно пошла по дорожке, ведущей к дому.

«Это судьба».

Уж не знаю, как меня увидели, но на пороге уже стояли друзья Алекса.

– Энн, ты как здесь?

– Да сама не знаю, Сонни.

– Проходи, на улице прохладно.

– А Алекс?

– Он уже спит. Еле успокоился. Мы думали, что он весь дом разнесёт.

– Один?

– Один. – понимающе улыбнулся Джо.

Я поднялась в спальню к Алексу. Вошла без стука, не желая его разбудить.

Все простыни были смяты. Одеяло на полу. Я подняла его и накрыла Алекса.

Он что-то пробормотал во сне. Я подсела к его кровати, взяла за руку.

– Вернись, моя марсианка. Ты так нужна мне.

– Я здесь, любимый.

– Хорошо. – и он затих.

Лицо разгладилось. Он успокоился.

А я спустилась вниз.

Все парни собрались в гостиной.

– Джо, отвези меня, пожайлуста, домой.

– Ты не останешься? – в недоумении вскинул брови тот.

Я отрицательно покачала головой.

В машине мы не сказали друг другу ни слова. Только, когда Джо открывал дверцу авто, он решился поцеловать меня в щёку.

– Спасибо.

– За что?

– За всё.

И уехал.

Я ещё постояла на пороге, глядя вслед отъезжающей машине, и вошла в дом.

– Что-то ты рано!

– Почему ты не спишь?

– Не спится. Сердце колотится как бешеное.

– Ты что-то принял?

– Да. Я сам врач, не забыла?

– Просто врачи, спасая жизни других, часто забывают о своей.

– Я не забыл. Всё будет хорошо.

– Спокойной ночи, папочка.

– Спокойной ночи, милая.

Я так и не смогла уснуть. Ворочаясь в постели, я звала рассвет, и он, наконец, наступил, ворвавшись в окна солнечными лучами, и, наконец, я смогла уснуть.

Я отпаивалась крепким кофе, когда зазвонил телефон. К нему долго никто не подходил, и я решила сама ответить.

– Доброе утро! – я так давно хотела услышать этот голос, что чуть не выронила трубку из своих дрожащих рук.

– Доброе утро!

Мы были похожи на двух сапёров, с осторожностью идущих по минному полю.

– Как ты?

«Плохо!» – хотелось крикнуть мне.

– Ты вчера опять была на вечеринке?

«Откуда он узнал?»

– Ты следишь за мной?

– Ты – моя женщина, и я должен знать, чем ты занимаешься в свободное время.

– Позволь напомнить тебе, что мы расстались.

Алекс помолчал.

– Ты ещё здесь?

– Мне приснился сон прошлой ночью, что ты пришла ко мне. Это был самый прекрасный сон за последнее время.

Опять молчание.

– Возвращайся. Ты нужна мне. – потом добавил – Пожайлуста.

– Мне было очень плохо без тебя. А ты развлекался вовсю.

Мне хотелось помучить его за всю ту боль, что он мне причинил.

– А ты ходила на вечеринки, так что мы квиты. Я высылаю машину. Даю тебе десять минут.

– Но я не успею собраться.

– Ты думаешь, что я не в состоянии купить тебе зубную щётку? – он вдруг сменил тон с агрессивного на нежный и игривый – Я жду тебя, моя марсианка.

«Да, Алекс не меняется».

За то время, что он мне дал, я успела только одеться.

У дома уже ждала машина.

Сонни подмигнул мне.

– И снова здравствуй.

– Привет! Вы не сказали ему, что я была у него прошлой ночью?

– А зачем? Он спустился вниз, такой радостный и счастливый, и мы решили, что он настроен вернуть тебя. Как видишь, мы хорошо его знаем.

Алекс опередил дворецкого и открыл дверь сам. Его глаза горели лихорадочным огнём.

В спальне он преподнёс мне подарок. На бархате лежало изумительное колье. Я задохнулась от восхищения.

– Была бы моя воля, я бы одел тебя с ног до головы в драгоценности, полностью обнажённую, и просто любовался бы тобой.

– Я же говорила тебе…

– Я помню, но когда я увидел это колье, я подумал о тебе и купил его.

Гораздо позже я узнала, что эта драгоценность была сделана по его заказу специально для меня.

– Позволь, я одену.

Он поставил меня перед зеркалом во всю стену и принялся снимать с меня одежду.

– Ты же хотел помочь мне одеть колье. – давясь смехом, сказала я.

– На обнажённую.

Когда на мне уже ничего не осталось, он с удовлетворением произнёс:

– Вот теперь всё, как надо.

В свете ночника моя кожа отливала золотом, а украшение на моей шее бросало разноцветные лучи на моё тело.

Моё лицо залила краска. Стыд и смущение заставили закрыть глаза.

– И никакого зелёного свечения, просто прекрасная земная женщина, – шептал мне на ухо Алекс – расслабься, детка, тебе нечего стыдиться. И открой глаза.

Я снова посмотрела в зеркало. Адам и Ева в райском саду до изгнания, но после грехопадения Евы.

Алекс подушечками пальцев прошёлся по моей спине, ягодицам, потом коснулся моих грудей, шеи.

– Смотри, детка, ты красива, как никогда.

Я подчинилась его приказу.

Его длинные пальцы музыканта продолжали исследовать моё тело, как будто в первый раз. Потом им на спину пришли горячие губы.

Я громко застонала.

– Тебе хорошо, милая? – его дыхание обжигало меня.

– Да… – протянула я.

– Только не закрывай глаза.

Как же красив был мой мужчина в эти моменты!

Я была на грани потери сознания, но Алекс не знал усталости.

Наслаждение волна за волной накатывало на меня, и я не знала, сколько ещё я смогу выдержать эту сладкую пытку. Когда, казалось, сил не осталось, Алекс ворвался в меня, и наш общий крик был финалом.

Потом он отнёс меня на кровать и, укутав одеялом, обнял.

– Ты простила меня?

– А ты ещё не понял, если я здесь? И это был не сон.

– Что? Ты очём? Ты была здесь прошлой ночью?

Я кивнула.

– Но почему ты не осталась?

– Как ты себе это представляешь? Ты должен был сам принять решение, нужна я тебе или нет. К тому же тебе не давали скучать все эти дни.

– Тебя так никто и не смог заменить.

– Много тебе времени понадобилось, чтобы это понять.

– Я понял это, как только ты ушла.

– Так почему?…

– Я измучил тебя, и не мог позволить себе мучить тебя ещё больше.

– Тогда, что значит твой звонок?

– Значит, что мой эгоизм перевесил здравый смысл. Придётся тебе терпеть меня до самой смерти. Кстати, доктор Ник уже уволен. Надеюсь, у твоего отца есть знакомые компетентные врачи?

– Конечно.

– Я хотел тебя попросить об одной вещи.

– Я слушаю.

– Никогда не принимай решения за меня.

– Хорошо.

– А теперь спи, моя маленькая. Теперь я буду охранять твой сон.

На следующий день Алекс отдал распоряжения, чтобы меня провезли по магазинам.

– Тебе надо обновить гардероб. Да и всякие женские мелочи…

– Но у меня всё есть дома.

– Твой дом теперь здесь. А насчёт твоих старых вещей, можно их выбросить.

– Выбросить? Да на них ушла куча денег, твоих денег. К тому же среди них есть и мои любимые платья.

– Забудь о них. Купишь новые.

И всё-таки, я попросила Джо заехать домой и захватить некоторые из особо полюбившихся вещей.

С кучей пакетов мы вернулись в Роузленд.

– Началось, – пробормотал Джо.

– Что случилось?

– Да эти писаки. Уже пронюхали. Теперь держись, Энн.

И понеслось. Журналисты, фотографы следовали за мной по пятам. Они осаждали даже институт, пытаясь взять у меня интервью, но ребята из Мафии Теннесси были готовы к такому повороту событий.

Это было очень тяжело, и к концу недели, я чувствовала себя выжатым лимоном. Всё чаще я закрывалась, пытаясь прийти в себя, в своей спальне. Алекс всё понимал и не мешал мне. К этому невозможно было привыкнуть. Теперь я понимала, почему Алекс прятался от всех, понимала его усталость и раздражение. Только ночь давала передышку, а днём… Популярность моего любимого человека была таких масштабов, что спрятаться от вездесущей прессы и толп поклонников было практически невозможно. Они осаждали Роузленд, иногда перекрывая выезд машин, но Алекс любил фэнов и часто выходил к ним, сфотографироваться или просто дать автограф, он часами беседовал с ними, заставляя нервничать охрану, и возвращался после этих встреч воодушевлённый и недоумевающий.

– Почему они так любят меня? Сутками сидят возле поместья, в надежде меня увидеть, забывая о своих делах. Я не понимаю этого. У меня тоже есть кумиры, но я не могу посвятить им всё своё время, ведь в жизни есть много других интересов.

– Я, как твоя поклонница, могу сказать тебе, что чувствовала тоже самое.

– Но почему? Ты мне можешь объяснить? Я спрашивал это у многих своих друзей.

– Не знаю, я тоже не могу тебе ответить на этот вопрос. Твой талант, твоя красота… Но есть что-то ещё… Это феномен.

– Неужели есть то, чего ты не знаешь?

– Да, представь себе.

Мы сидели на краю бассейна и болтали ногами в воде. На дворе стояла тихая звёздная ночь, было непривычно жарко.

– Я так хочу поехать в мировое турне.

– Но зачем тебе это нужно? Ты и так вынужден прятаться от поклонников. Превратился в затворника. Тебя, конечно, ждут в любом уголке земного шара, ты мировая знаменитость.

– Ты действительно не понимаешь? Я хочу увидеть новые лица, выступить на площадках других стран, просто попутешествовать по миру. Иногда мне кажется, что я заперт в клетке.

– А что говорит Полковник?

– Не только Полковник, но и мой начальник охраны говорит, что невероятно сложно устроить мои всемирные гастроли. Нет подходящих площадок.

– Может, со временем, всё получится.

– Я очень надеюсь. Скоро опять ангажемент в Вегасе. Ты бы знала, как я их ненавижу.

– Но познакомились мы в Вегасе.

– Я всегда буду помнить это.

Я внимательно посмотрела в его почти чёрные глаза.

– Ты великий певец и музыкант. На тебя равняются молодые ребята. Ты ни в чём не должен сомневаться.

– С тобой невероятно легко. Иногда ничего не надо говорить. Ты всё знаешь наперёд. Да, сомнения разъедают душу. Я всегда был неуверен в себе, всегда боялся толпы, да вообще, людей. Ты даже представить себе не можешь, чего мне стоит каждый раз выходить на сцену. Страх, паника, постоянный стресс.

– Я знаю.

Алекс спрыгнул в воду, обнял мои ноги.

– Тебе, наверное, скучно, сидеть всё время в четырёх стенах?

– Нет, потому что ты рядом.

Он ещё крепче прижался к моим ногам.

– Ты уникальна.

– Я всегда была домашней девочкой.

– Но, признайся, тебе не хватает общения со сверстниками?

– Не хватает, врать не буду. Особенно, с Кэти. Это моя лучшая подруга. Она знает все мои секреты.

– Я бы тоже хотел пообщаться с ней.

– Зачем?

– Чтобы тоже знать все твои секреты. Ты так и осталась для меня загадкой.

– Ты всё знаешь обо мне. Я ничего от тебя не скрываю.

– Я знаю, девочка моя, знаю. Я так устал от добровольной изоляции, но и отказаться от неё тоже нельзя. Я даже в церковь не могу сходить, зная, какой переполох может там начаться.

– Для того, чтобы общаться с Богом, необязательно идти в храм. Бог должен быть в душе. И он всегда рядом, поддержит, даст силы, терпение, утешение.

– Какие же у тебя проблемы были, что потребовалась поддержка Создателя?

– Не получить на экзамене D.

Алекс рассмеялся.

– Ты, как всегда, застала меня врасплох.

– У меня никогда не было серьёзных проблем, но я часто просила Бога за отца, за маму.

– Мы должны с тобой съездить в Парк Самореализации. Хочешь? Там так спокойно и очень красиво. Есть часовня, где можно помолиться или просто посидеть в тишине.

Я обхватила его лицо ладонями.

– С тобой хоть на край света.

– Бедная моя, последнее время тебе досталось.

– Я знала, на что иду, когда начала встречаться с тобой.

Я нежно убрала прядь, упавшую ему на лоб. Он потянул меня за ноги, и я, вскрикнув, упала в воду. Алекс подхватил меня, провёл рукой по груди, коснувшись чувствительных сосков. Я застонала.

– Ты хочешь меня?

– Да… – протянула я.

– Скажи мне это.

– Я хочу тебя.

Он прижал меня к бортику бассейна, раздвинул ноги.

– Увидят… – обессилев от желания, прошептала я.

– Не увидят, все уже спят.

Я откинулась на спину, почувствовав, как Алекс снял с меня плавки купальника. Его горячий язык коснулся самых потаённых мест моего тела. Доведя меня до полубессознательного состояния, он лёг рядом и обнял моё дрожащее тело.

Я прижалась к нему.

– Что же ты со мной делаешь?

– Это ты что со мной делаешь, моя марсианка?

…После интервью с журналистами Алекс вернулся в номер отеля в бешенстве.

– Зачем лишний раз делать мне больно? Они что, получают удовольствие, мучая меня? Скорей бы уже развестись и поставить точку. Я устал от вопросов о моей жене. Ведь знают же, что я уже живу с другой. И всё равно спрашивают.

– А ты действительно хочешь развестись? Ведь у вас ребёнок.

Алекс на секунду задумался.

– Да! Я хочу этого.

– Ты уверен?

– Да! Эта страница уже перевёрнута. Теперь у меня есть ты.

– Я не могу заменить женщину, которую ты десять лет делал под себя.

– Не надо никого заменять. Ты лучше, и я ничего не хочу менять в тебе.

На дне его глаз я увидела плескавшуюся боль.

– Тебе всё ещё больно.

– Да, – он притянул меня к себе. – да, больно, я очень любил её.

– Так почему же изменял?

– Мои измены можно было пересчитать по пальцам одной руки. Я просто не могу спать один, а она после рождения дочери перестала ездить со мной на гастроли. Что мне оставалось делать? Я не пытаюсь оправдываться и понимаю, что в нашем разрыве мы оба виноваты. Кстати, Лиза-Мария скоро приедет в гости, познакомитесь.

– С удовольствием. Правда, не знаю, как она отнесётся ко мне.

– Она смышлёная девочка, и всё поймёт правильно.

– Дай Бог. Мне бы хотелось с ней подружиться.

– А ты бы хотела ребёнка?

Я долго молчала, прежде чем дать ответ. Алекс терпеливо ждал.

– Да!

– От меня?

– А от кого же ещё?

– У нас будут красивые дети.

«Вот это поворот!»

– Ты настолько мне доверяешь?

– Я пытаюсь, хотя это и нелегко.

– Но что тебя смущает?

– Я очень недоверчивый человек. И мне тяжело поверить кому-то, даже если этот человек мне очень дорог.

– Но у тебя столько друзей…

– Мы знакомы много лет. И они были рядом со мной в особо тяжёлые времена. Им очень достаётся от меня, и они терпят, уж не знаю, почему. Я доверяю им полностью, я могу положиться на них в любой ситуации.

«Знал бы ты, какой удар тебя ждёт от этих друзей».

– А ты не боишься, что кто-то из них когда-нибудь расскажет твои личные тайны прессе?

– Почему ты это спросила? Ты что-то знаешь?

– Нет, просто, они знают о тебе всё, а многие редакции готовы платить большие деньги за рассказ о твоей интимной жизни. Не всё же время писать о тебе легенды, которые сочиняет Полковник.

– Нет, такого быть не может. Они никогда не предадут меня, так же, как и я их.

Я подошла к окну.

«Как же его предостеречь?»

Я знала, что такое крепкая мужская дружба и разрушить её никому не удастся. И если я сейчас попытаюсь что-то сказать или сделать, то скорее всего потеряю Алекса навсегда. Он никогда не поверит мне.

Алекс подошёл сзади.

– Что случилось? Я просто физически почувствовал, как ты отгородилась от меня.

– Просто я всегда завидовала вам, мужчинам, вашим отношениям, вашей дружбе. Жаль, что я не родилась мужчиной.

– Хвала Богу, что ты не мужчина! – смеясь, обнял меня Алекс.

– Тебе нужно отдохнуть перед концертом, – сказала я в ответ.

– Ты, наверное, права. Чем займёшься?

– Почитаю.

Тот разговор оставил в моей душе неприятный осадок. Я понимала, что будущее уходит от меня, как песок сквозь пальцы. Алекс держался, как мог, но болезни не отпускали его, их только становилось больше. Как сказал знакомый отца, а теперь и личный врач Алекса, его заболевания происходят от тяжёлой наследственности и постоянных стрессов.

– Перед каждым концертом ему приходится брать себя в руки, сжимать волю в кулак, а потом болезненное состояние и кошмары. Это не проходит бесследно.

Надо сокращать гастрольный график, больше отдыхать, больше приятных эмоций.

Но это было не для такого человека, как Алекс. Если бы я только заикнулась о том, что нужно уменьшить количество концертов, то представить страшно, какая была бы у него реакция.

Теперь я понимала, что его тонкая душевная организация и была основной причиной его болезней и его величия. Он отдавал всего себя людям, не заботясь о том, что остаётся ему самому. Я видела его после шоу, погасший взгляд, дрожащие руки и смертельная усталость.

«Зачем же я вернулась в прошлое, если не в силах что-то изменить?»

Да, благодаря доктору Симпсону Алекс контролировал приём препаратов, его вес всегда был в форме, но его душевное состояние оставляло желать лучшего.

– Склонность к депрессии, видимо, была у них в роду. Хорошо ещё, что мистеру Престону не передалась страсть к алкоголю. Плюс его мать воспитала в нём ужасающий комплекс вины. Он живёт с этим, и это медленно, но верно убивает его.

– И ничего нельзя сделать?

– Только какое-то чудо. Медицина тут бессильна.

– Ему суждено умереть молодым?

– Ну почему же, он может прожить долгую жизнь, но вот в каком состоянии он встретит свою старость, вот вопрос. Энн, тебе нужно просто любить его и поддерживать. Сейчас он, как никогда, нуждается в этом. Он достиг того, к чему стремился всю свою сознательную жизнь. По его мнению стремится больше не к чему.

– А ребёнок?

– Он необычный человек, это спасёт его ненадолго.

– Может обратиться к психоаналитику?

– Он никому не позволит говорить о своей матери плохо, а при лечении это неизбежно, потому что именно мисис Престон и виновата во многих его проблемах.

Во так. Врач забрал у меня последнюю надежду. Я догадывалась об этом, но надеялась, что ошибалась. И что мне теперь делать с этими знаниями? Мы решили с врачом скрыть наш разговор от Алекса.

Последнее время я старалась изменить его режим дня. Всё чаще мы засыпали, как все нормальные люди, вечером и просыпались утром. Много гуляли, даже в привычку вошли ежедневные пробежки, к этому меня уже приучил Алекс. Он также предложил мне заняться карате, но только под его руководством.

– Никаких инструкторов. Слишком они падкие на моих женщин.

– Я буду рада, если ты сам поделишься со мной своими знаниями.

И он с радостью принялся обучать меня основам этой древней борьбы.

Часто мы с ним сидели на траве и обсуждали темы, которые интересовали нас обоих: нумерология, теология…

Эти дни были самыми счастливыми в нашей совместной жизни. Алекс, не считая кратковременных недомоганий, чувствовал себя почти здоровым. Кошмары случались всё реже. Он посещал психоаналитика, вернее, врач приезжал к нам, и после этих лечебных сеансов самочувствие Алекса было намного лучше. Я смотрела на него, на его горящие глаза и надеялась, что всё обойдётся, и мне удастся то, ради чего я здесь. Я думала, что знаю об уготованной мне миссии, и была уверена, что мне нужно спасти кумира миллионов от ранней смерти.

Как же я ошибалась…

Прошло несколько месяцев. Я сдала экзамены и наслаждалась отдыхом. Скоро должна было состояться бракосочетание Ника и Кэти, и Алекс, без особого желания, всё-таки разрешил мне посетить это мероприятие.

Скоро ему предстоял очередной гастрольный тур. И я со страхом ожидала его, понимая, что концерты могут свести насмарку все наши усилия.

Я подружилась с Лизой-Марией. Это была любознательная девочка с отцовским характером. Упрямство и нетерпимость Алекса проявлялись во всех её поступках, но я всё-таки нашла к ней подход, чему Алекс был очень рад.

На гастроли мы поехали вдвоём, сейчас я могла сопровождать его, не торопясь домой.

Отели, отели, отели… Я уже видеть не могла самолёты. А Алекс, казалось, не замечал этого, он был весь поглощён своими шоу. В номер он возвращался белый от усталости, садился в кресло, закрывал глаза и мог сидеть так часами. Он никогда не говорил мне, что ему плохо или больно, а просто молча мучился. Или закрывался в спальне. В такие минуты он забывал обо мне. А я молча ждала, когда он позовёт меня.

Когда мы вернулись в родной город, всё уже было по-другому.

– Я больше не буду посещать психоаналитика.

– Но почему?

– Просто не хочу.

– Ты говоришь сейчас, как маленький ребёнок. Тебе ведь стало лучше.

– Да, но я понял, к чему он ведёт. Я никому не позволю плохо отзываться о своей матери. Она единственная понимала меня. А теперь врач пытается внушить мне, что именно она виновата в моих проблемах. Довольно!

– Но опять вернутся кошмары…

– Я уже не боюсь их, ведь ты всегда рядом. И давай закончим этот разговор. Я уже всё решил.

Я молча стояла и смотрела ему вслед, пока он поднимался в свою спальню. Позже к нему приехал Ларри, они закрылись в спальне и долго что-то обсуждали, когда тот спустился вниз, я решилась поговорить с ним.

– У него опять депрессия. Я не знаю, что случилось, ведь всё было в порядке. Скорее всего, нервный срыв. Его сейчас лучше не трогать.

– Но как я могу помочь ему?

– Никак. – отрезал он и расстроенный уехал домой.

Я осталась в гостиной, вскоре ко мне присоединились Джо и Люк.

– Дела совсем плохи? – спросил Люк.

Я в недоумении пожала плечами.

– Я не знаю, что произошло. Всё ведь было хорошо.

– У него бывают такие периоды.

– Но он отказывается от лечения. Я не знаю, что мне делать, у меня опускаются руки.

– Займись чем-нибудь, отвлекись. Вот увидишь, скоро он тебя позовёт.

Я поднялась в свою комнату и взяла первую попавшуюся книгу, но читать не хотелось. Меня неотступно преследовала мысль: что делать дальше?

Я постучала в комнату к его отцу.

– Да!

– Уильям, можно?

– Да, дочка, входи.

– Я пришла к Вам посоветоваться.

– Опять Алекс?

Я молча кивнула.

– На моего сына никто не имеет влияния. И, боюсь, из меня тоже плохой помощник.

– Но неужели ничего нельзя сделать?

– Была бы жива Грэйс, она бы подсказала. Он только к её мнению прислушивался. Я надеялся, что тебе удастся вытащить его, но, видимо, я ошибся. Мне стыдно признаться, но я никогда не понимал своего сына, иногда он даже пугал меня. Этот его взгляд, смотрящий в никуда, что он там видел, только одному Богу известно.

– Может мне поговорить с ним начистоту?

– Попробуй, но, думаю, из этого ничего не выйдет.

Когда я опять спустилась в гостиную. Алекс уже сидел там и развлекался с парнями, как будто ничего не случилось. Он мельком взглянул на меня и снова вернулся к прерванному разговору.

И я решила съездить к отцу. Может, пожить там несколько дней.

Я взяла с собой несколько вещей, вызвала такси и пошла к выходу. Никто меня не видел, мужчины были в бильярдной.

– Что-то случилось? – спросил отец, увидев меня на пороге.

– Всё хорошо. Просто соскучилась. Мою комнату ещё никто не занял? – грустно пошутила я.

– Нет, конечно. Обедать будешь?

Я вдруг поняла, что очень проголодалась и кивнула.

– Тогда разложи вещи и возвращайся к нам.

Роза уже вела себя в моём бывшем доме, как хозяйка, чему я была очень рада. Именно с ней я хотела поговорить после.

– Я не знаю, что делать. После гастролей, он совсем отдалился от меня.

– А как ты думала? После разрыва с женой он долгое время жил один, а теперь появилась ты.

– Но мне казалось, что его это радует. Он начал лечиться, и у нас даже были некоторые успехи. А теперь всё насмарку. Начинать всё заново, я уже не могу. У меня просто не осталось сил.

– Он очень сложный человек, творческая личность, кто его знает, что у него в голове. Если хочешь быть с ним, терпи.

– Да я готова терпеть, просто я не могу видеть, как он сознательно убивает себя.

– Поживи здесь, приди в себя, может, что-то надумаешь.

Здесь было так спокойно, рядом родные люди, и я не успела опомниться, как просто отключилась. Так сладко я давно не спала.

Проснувшись, я узнала, что никто не звонил.

«Неужели ему всё равно, где я, что со мной?»

На следующий день тишину дома разрушил трель телефонного звонка.

– Да, она здесь. – услышала я голос отца. – Я позову её, но будет ли она разговаривать с тобой, я не знаю.

– Слушаю!

– Почему ты уехала? – пошёл в наступление Алекс.

– Решила дать тебе отдых.

– Я не устал. Возвращайся!

– Нет, я останусь здесь. По крайней мере, на несколько дней.

– Как хочешь!

И я расплакалась. Господи, как же мне достучаться до него!

Спустя неделю, возле дома меня ждала машина и куча журналистов. Я вышла, и они тут же кинулись ко мне.

– Вы расстались с Королем? Что случилось? А правда, что Алекс принимает наркотики?

Вопросы сыпались со всех сторон. Джерри и Рэд подскочили ко мне и оттеснили репортёров.

На сидении лежал изумительный букет роз.

– Прости меня, – Алекс упал передо мной на колени и прижался головой к моему животу. – Проклятый характер!

Я молча гладила его по голове.

– Я не могу без тебя. Пытался, но у меня ничего не получается. Не уходи больше!

– Мне показалось, что ты больше не нуждаешься во мне.

– Тебе показалось.

– Нам надо поговорить.

Алекс сел на кровать и сказал:

– Слушаю.

– Я хочу спасти тебя.

– От чего или от кого?

– От тебя самого. От твоего упрямства. Сколько можно мучиться, если есть выход?

– Выхода нет. Подожди, я не договорил. Всю жизнь я к чему-то стремился. Сначала закончить школу, и это было для меня очень важно. Мальчишка из нищей семьи, в которой никто не имел среднего образования, сделал это. Потом устроился на работу, те деньги, что я получал, казались мне целым состоянием. И вдруг… Не знаю, что заставило меня тогда зайти в студию звукозаписи, все знают официальную версию, якобы записать пластинку в подарок матери, но всё было совсем не так. Я хотел услышать свой голос со стороны, мне многие говорили, что я хорошо пою. Услышал и понял, что они врали. Пластинку я действительно подарил маме, и она была счастлива. А для себя решил, что моя игра на гитаре и пение на вечеринках– это вершина. И вот в один прекрасный день, мне позвонили. И пошло-поехало… Оказалось, что я неплохой певец, и у меня стало получаться. Но даже тогда я и не думал мечтать о мировой славе, мне это даже в голову не приходило. Пока в моей жизни не появился Полковник. Он убедил меня, что я могу зарабатывать миллионы. Что мы понимаем в двадцать лет? Разве я тогда мог предположить, какую цену мне придётся заплатить за это? Я просто хотел заработать немного денег, чтобы мои родители ни в чём не нуждались, купить им дом, а после остановиться и жить спокойной жизнью, возможно, стать фермером. Но оказалось, что всё не так просто. Меня уже не прельщала жизнь простого работяги, мне хотелось света софитов, поклонения людей, я уже не мог без этого обходиться. Но если бы только это! Законы шоу-бизнеса! Даже если бы захотел выбраться из этой воронки, мне бы это не удалось. Контракты, обязательства…Вокруг меня было множество людей, которые зарабатывали на мне, и я не мог подвести их. Потом был Голливуд… Я честно старался стать хорошим актёром, но… Потом возвращение, как вы все говорите, трона. Вернул, более того моя популярность выросла в разы. И что теперь? Цели больше нет. Всё достигнуто. А мне всего лишь тридцать семь.

– А просто наслаждаться тем, что имеешь?

– Ты меня внимательно слушала? Меня не устраивает спокойная жизнь. Во мне как будто живёт какое– то существо, которое не даёт мне остановиться. Я понимаю, что сгораю, и сжигаю всё вокруг, но ничего не могу с этим поделать.

Я молчала, не зная, что ответить на эту исповедь.

– И сеансы у психоаналитика не дали мне ответа на этот вопрос: что делать дальше? И найду ли я покой? Я даже предпринимал несколько раз попытки начать какое-то дело, но у меня нет достаточных знаний, и всё останавливалось, не успев начаться. Я могу только петь, и если я осчастливил этим хоть десяток людей, значит, не зря живу.

«Ты осчастливил миллионы людей во всём мире».

– Вот поэтому я даю концерты, общаюсь с людьми, и мне это нужно всё больше и больше. А так как, я не суперчеловек, приходится принимать кучу всяких таблеток, чтобы быть в форме. Поэтому, моя марсианка, ты сделала всё, и я очень благодарен тебе за терпение, но менять в своей жизни я ничего не буду.

– А ты подумал об отце, о дочери? Что будет с ними, когда ты уйдёшь?

– В любом случае, я не доживу старости. Так о чём тогда говорить? Ведь то же самое тебе сказал мистер Симпсон, не так ли?

Он смотрел на меня тяжёлым взглядом, пока я не кивнула.

– Поэтому, я задаю тебе вопрос: согласна ли ты быть со мной, после всего, того, что я рассказал? Что же ты молчишь?

– Да! И в горе, и в радости.

Алекс посмотрел на меня, а потом обнял.

– Только помни о своём обещании. Я надеюсь на тебя.

 

Глава 12

Я лежала на кровати в своей комнате, слушая, как бушует Алекс. Лиза-Мария вместе с Памэлой уехала в Беверли-Хиллз. В тот день было плохо всем. Боль Алекса накрыла душной пеленой весь дом. Все ходили на цыпочках, говорили, чуть ли не шёпотом, ожидая, пока хозяин успокоится. Я тоже выжидала.

И вот наконец всё стихло. Я осмелилась постучать в его спальню.

– Входи!

Я остановилась на пороге. Телевизор был на полу, мебель перевёрнута, с таким проявлением его характера я ещё не сталкивалась.

– Ты что-то хотела?

– Хотела узнать, как ты?

– Всё ок. Всё прекрасно. Всё замечательно.

Он пнул ногой стул. Потом сел на кровать и обнял голову руками.

– Всё, семьи больше нет.

Я подсела к нему.

– Но у тебя есть я.

Он крепко прижал меня к себе.

– Только ты у меня и осталась.

И вдруг с силой оттолкнул.

– Уйди. Я никого не хочу сейчас видеть.

«Он до сих пор любит её. Все его слова о любви ко мне, ложь».

И мне стало так больно, как не было уже давно.

«Господи, как я хочу вернуться в своё время! Зачем я здесь?»

– Уйди?! – начала кричать я – Приди, уйди, сколько можно? Если я тебя нужна, я останусь, если нет – уйду, но тогда больше не зови.

Он поднял на меня измученные глаза, и весь мой гнев, как ветром, сдуло.

– Я не знаю, я ничего не знаю. Мне просто очень плохо. Я ничего не хочу.

Я подсела к нему и обняла.

– Я очень люблю тебя. И я рядом.

Я поцеловала его, он ответил и стал срывать на мне одежду.

И вот когда я уже обнажённая лежала под ним, он, как будто опомнился.

– Господи, что же я с тобой делаю!

В ответ я потянулась к ремню на его брюках.

– Спасибо. – просто сказал он, когда мы восстановили дыхание.

Я кивнула.

– Почему ты меня терпишь?

– Не знаю. Честно не знаю.

– Я невыносим, такому человеку, как я, нужно быть одному, чтобы не делать никому больно.

– А ты не думал о том, что, если разгонишь всех, кто окружает тебя, то сделаешь этим ещё больнее. Мы все очень переживаем за тебя. И ты очень дорог и твоему отцу, и мне, и твоей дочери, о друзьях я уже молчу.

– Я знаю, но иногда не могу себя контролировать, привык командовать, отдавать распоряжения.

– Неудивительно, столько людей работает на тебя, и даже друзья превратились в наёмный персонал, лесть, подхалимаж.

– Откуда это во мне? Я ведь был домашним покладистым мальчиком.

«От твоей матери».

Он закрыл глаза.

– Милая, вызови врача.

Я взяла трубку внутренней связи.

Мистер Симпсон задумчивый вышел из спальни Алекса.

– Что случилось, доктор?

– Нервный срыв и сильнейшая мигрень. Я вообще, удивляюсь, как он ещё в сознании. Я вколол ему обезболивающее и успокоительное. Он проспит несколько часов. Сделай так, чтобы его никто не беспокоил.

– Хорошо.

«А я ещё кричала на него»

 

Глава 13

Свадьба получилась грандиозной. Кэти светилась от счастья и выглядела такой красавицей, что дух захватывало.

– Я поздравляю тебя! Будь счастлива!

– Спасибо. А как у тебя?

Я в отчаянии махнула рукой.

– У тебя праздник, не хочу тебе его портить.

– Мы всё равно поговорим. Я хочу, чтобы ты всё мне рассказала. А пока, развлекайся.

Ко мне подошёл Мэл.

– Рад тебя видеть.

– Я тоже. Шикарная свадьба.

Мы взяли по бокалу шампанского и медленно прогуливались.

– Я так и не понял, что произошло тогда. Теперь– то я знаю, что ты живёшь с Алексом, но тогда для меня всё оказалось полной неожиданностью.

– Прости, я и сама не ожидала, что так получится.

– Жаль, я думал, у нас что-то выйдет.

Я виновато улыбнулась.

– Ты очень хорошая девушка и достойна такого человека, как Алекс.

«Достойна ли?»

– Но с ним что-то происходит. Концерты уже не те.

– Я не могу это обсуждать.

– Я понимаю, просто очень обеспокоен.

– Всё наладится.

– Надеюсь, а то, кого же я буду слушать.

– Сейчас много талантливых ребят.

– Да, но после Короля они все скучноватые какие-то.

И так говорили многие. Журналисты отмечали, что концерты Короля всё меньше напоминают те искромётные спектакли в начале десятилетия, и я, как никто, знала в чём дело, но изменить ничего не могла.

Я приехала в Роузленд поздно вечером, мужчины все были в бильярдной, оттуда слышался смех и музыка. Я не стала им мешать и поднялась к себе.

Теперь я понимала Лору. Я, конечно, предполагала на какие жертвы мне придётся пойти, но даже подумать не могла, что всё будет настолько плохо. И насколько меня хватит, я не знала. Видеть, как гибнет любимый человек, было невыносимо. Я поставила пластинку с его песнями и закрыла глаза, наслаждаясь его голосом.

Опять начались занятия в институте, но я ходила туда без прежнего энтузиазма. Журналисты постоянно поджидали меня после занятий, но рядом всегда находился кто-то из ребят, и они не давали этим писакам и близко подходить ко мне.

В январе Алекс с воодушевлением сообщил мне, что его шоу покажут всему миру с помощью спутникового телевидения.

Я решила поехать с ним на Гаваи, отложив дела в институте.

Алекс был в хорошем настроении, пока шла подготовка к шоу, он практически не появлялся в отеле. Я с пониманием относилась к этому, зная, насколько это важно для него.

Шоу превзошло все мои ожидания. Такого я ещё не видела. Он ещё раз доказал, что лучший, и на время заткнул рот прессе.

Но потом всё полетело вниз на бешеной скорости.

Мы всё меньше разговаривали с ним, врач практически поселился у нас. В ожидании развода Алекс давал разгон всем, кто попадался на его пути. Я почти каждую ночь проводила в своей комнате, надеясь, что он позовёт меня, но этого не происходило. Я уже отчаялась.

В день развода Алекс приехал домой и зашёл ко мне.

– Раздевайся! – бросил он мне.

Меня поразила ярость, прозвучавшая в его голосе, и я выбежала из комнаты.

Остановила первую попавшуюся машину и назвала адрес Кэти.

У них с Ником был большой дом, и я надеялась, что для меня найдётся местечко.

Все те дни, что проживала у них, я пыталась найти выход из создавшейся ситуации. И не находила. От моей гордости уже ничего не осталось, если я позволяла ему так вести себя со мной.

Я вспоминала начало наших отношений, и моё сердце рвалось на части. Я знала, что он будет разыскивать меня, перевернёт весь Мемфис, и поэтому к нашей встрече я должна была принять решение.

С Кэти я не обсуждала создавшуюся ситуацию, просто сказала, что мы поссорились. Если бы всё было так просто! Я вспоминала нашу первую ночь и не верила, что мужчина, с которым я провела её и человек, посмевший так меня обидеть одно и то же лицо.

«Мы должны расстаться».

Но смогу ли я быть счастливой без него? Нет, не смогу. Простить? Но что будет дальше?

Я оказалась права. Он нашёл меня. Возле дома стояла огромная чёрная машина.

И из неё вылез… Алекс. На улице был день. Парни обступили его плотной стеной, но он отодвинул их и пошёл мне навстречу.

– Здравствуй, Энн.

Я молчала.

– Я понимаю, что ты зла на меня, и я прекрасно тебя понимаю. Поэтому прощение вымаливать не буду.

– Так зачем ты тогда приехал?

– Ты выйдешь за меня?

– Что?

– Выходи за меня замуж.

– Ты понимаешь, что сейчас говоришь?

– Прекрасно понимаю.

– После того, как ты меня обидел, ты делаешь мне предложение?

Я не успела опомниться, как сильные руки парней запихнули меня в машину.

– Не трогай меня! Это похищение. Я не хочу никуда с тобой ехать.

В салоне машины никого не было, куда делись его друзья, я могла только догадываться.

В ярости я била его по лицу, по груди, сначала он терпел, но потом ему это надоело, и он одной рукой прижал мои руки к телу, а второй обхватил моё лицо и впился губами в мои губы. В его поцелуе была жёсткость и сила мужчины, я пыталась оттолкнуть его, но он только усилил натиск. Его рука оказалась в моих трусиках, пальцем он нажал на самое чувствительное место, острое наслаждение пронзило меня, Алекс оторвался от моих губ и переключился на мою грудь. Я старалась сдерживать стоны, рвущиеся наружу, но моё тело предало меня.

– Вот теперь всё в порядке. – удовлетворённо произнёс он и откинулся на сиденье.

Пока я приходила в себя, за руль сел Сонни, и машина сорвалась с места.

– Ты-моя! – прошептал мне Алекс на ухо. – И всегда будешь моей. Я запру тебя дома, чтобы ты никуда от меня не сбежала.

– Я тебя ненавижу!

– Я знаю.

Он вынес меня из машины и понёс наверх.

Кровать вся была усыпана лепестками роз.

Алекс бросил меня на них и навалился сверху. Это сумасшествие продолжалось до глубокой ночи.

– Ты всё так же ненавидишь меня? – спрашивал он, нависая надо мной.

– Да? Тогда продолжим.

Не знаю, что доносилось из его спальни, и слышал ли это кто-нибудь. Я надеялась, что нет. Крики и стоны… Я уже не сдерживала их.

– Ненавидишь?

– Не-е-е-т!

Алекс откинулся на спину и притянул меня к себе.

– Прости меня.

– Не знаю, смогу ли я забыть это. Ты сделал мне очень больно. Дал понять, что я для тебя что-то вроде подстилки.

– Дурочка моя, я никогда так не думал. Ты очень много значишь для меня.

– Тогда почему?

– Я был очень зол, на себя, на Памэлу, на судью. Я ещё никогда не был в такой ярости.

– Ты очень изменился за последнее время.

– Я знаю, и в ужасе от самого себя.

– А что будет дальше? Если ты в очередной раз разозлишься на кого-нибудь?

– Подерусь с Рэдом.

– Я серьёзно.

– Я тоже.

 

Глава 14

После той ночи Алекс действительно изменился. Это был тот же нежный и внимательный мужчина, которого я полюбила. Молниеносно пролетел ещё один год нашей совместной жизни.

Рождество мы встретили в тесном семейном кругу: мой отец с Розой, Уильям и я.

Алекс подарил мне альбом с репродукциями картин художников эпохи Возрождения, как он только узнал, что я давно хотела такой.

– Просто угадал, – смущённо улыбаясь, объяснил он.

В гостиной стояла красавица ёлка до самого потолка, мы вместе её наряжали, хохотали и веселились, как дети.

Вопросов о браке Алекс больше не поднимал, а я не давила на него, зная, что это был искренний порыв, он действительно хотел, чтобы мы поженились, но потом, видимо, испугался последствий. Зная, как болезненно он пережил развод, я с пониманием относилась к этому страху. Мне было хорошо и так. Алекс окружил меня такой заботой и вниманием, что я и думать забыла о той размолвке.

Мы засиделись почти до самого утра, звучали шутки, смех и, конечно, песни, в исполнении Алекса. У меня снова появилась надежда.

Потом, когда все разошлись, Алекс снова сел за пианино:

– Что тебе спеть?

Я назвала мой любимый госпел.

Алекс пристально посмотрел на меня и запел. Я закрыла глаза, наслаждаясь его талантом.

– Ты так и не ответил на мой вопрос.

– Какой?

– Почему ты не исполняешь на концертах свои песни?

– Не уверен, что их примет публика.

– Ты шутишь? Они прекрасны. Как они могут не понравиться?

– Они сильно отличаются от моего основного репертуара. Я их буду петь только для тебя, моей главной поклонницы, если хочешь, конечно. Между нами было много разногласий в этом году, но мы справились с ними, да?

Я уложила его упрямую чёлку и ответила:

– Да. Пока мы справились.

– Детка, всё будет хорошо. Я постараюсь.

– Чтобы всё было хорошо, ты должен обратить внимание на своё здоровье.

Алекс поморщился.

– Энн, не порть прекрасный вечер. Я знаю основную причину своих заболеваний. Это моя работа, но именно она– смысл моей жизни. И как, скажи, разорвать этот замкнутый круг?

– Сократить гастрольный график, побольше отдыхать.

– Я не могу отменять концерты, они дают мне то, без чего, я не могу обходиться: общение с поклонниками. Я думал, ты понимаешь меня.

– Я стараюсь, честно.

– Мне опротивела запись в студии, как когда-то съёмки. Я люблю работать на сцене и не могу передать тебе то наслаждение, которое получаю, стоя под светом софитов. Это даже лучше секса. Если остановлюсь, то умру.

– Если не остановишься, тоже умрёшь и гораздо раньше.

– То, что я получаю от концертов, ничем заменить нельзя.

– Зачем тогда тебе я?

– Ты сейчас говоришь, как Памэла. Я люблю тебя, нуждаюсь в тебе, ты хороший друг. Этого мало? И я ещё раз прошу у тебя прощения за всю ту боль, что причинил тебе.

– И ты прости.

– За что?

– Я тоже много беспокойства тебе доставила.

– Ты ни в чём передо мной не виновата. Вина только моя.

– Я…

Он положил палец на мои губы.

– Не надо, ничего не говори. Мне очень повезло с тобой. Что-то я устал. Пойдём спать?

На следующий день приехал Полковник с цветами и подарками.

– Сэр! – удивился Алекс – вы как здесь?

– Решил познакомиться с твоей подругой. А то все журналисты уже знают о ней, а я ещё даже не видел.

– Насколько мне помнится, Вы никогда не интересовались моей личной жизнью. Что случилось сейчас?

– Поумнел с возрастом.

– Вы хотите и здесь меня контролировать?

– Ну зачем ты так? Я приехал с миром.

Я слушала весь этот разговор на лестнице, но почувствовав, что назревает конфликт, решила спуститься вниз.

– О! – протянул менеджер Алекса. – Мисс, вы очаровательны.

Он поцеловал мою руку, и я незаметно вытерла её об юбку. Этот человек внушал мне ужас и отвращение. Сила, исходившая от него, подавляла. Я ненавидела его, зная, как он непомерной жаждой наживы, убил Алекса. Могла ли я хоть как-то повлиять на их отношения? Я не знала, но решила попробовать. Мы уселись за стол, Алекс не привык так рано завтракать, поэтому просто пил кофе. Наша светская беседа зашла в тупик. Говорить было не о чем. Я знала обо всех разногласиях, существующих между Алексом и его менеджером, и сейчас они тщательно взвешивали каждое слово, чтобы опять не случилось конфликта. Я наблюдала за ними и наконец поняла, почему Алекс до сих пор не уволил его. Том Дженсон как никто знал своего «золотого мальчика» и знал как на него воздействовать. У Алекса время от времени вспыхивали глаза от сдерживаемого гнева, но тем не менее, он терпеливо выслушивал Полковника. Иногда мне казалось, что это отец и сын, так они понимали друг друга и даже, наверное, любили по-своему.

– Мой мальчик, мне нужно серьёзно поговорить с тобой.

– Я слушаю Вас.

Полковник указал глазами на меня, думая, что я этого не вижу.

– От Анны у меня нет секретов.

– Ты стал посвящать в свои дела женщин?

– Она знает обо мне всё.

– Ну хорошо. Впереди предстоят ответственные гастроли, да и запись нового альбома. Ты готов?

– Более менее. Программа шоу готова, но прогона песен ещё не было, а запись альбома отложить нельзя? Я не хочу возвращаться в студию.

– Придётся, мой мальчик, у тебя контракт.

– Хорошо, как скажете.

– А вообще, как твоё самочувствие? Гастроли выдержишь?

– Постараюсь.

– Сначала очередной ангажемент в Вегасе, а потом тур по Югу. Надеюсь, никаких экспериментов не будет?

– Обещать ничего не могу.

– Чёрт возьми, Алекс, возьмись, наконец, за ум. Сколько можно? Ты газеты читаешь? Что о тебе пишут, знаешь?

– Я всё знаю. Но я сыт по горло этими ангажементами.

– Ты должен.

И тут Алекс взвился.

– Я никому ничего не должен, запомните это раз и навсегда!

И выбежал из столовой.

– Что я такого сказал? И вот так всегда. Как Вы с ним справляетесь?

– Он очень болен. Вы загоните его, как скаковую лошадь.

– А Вы знаете, милая леди, что Алекс сам попросил меня уплотнить график гастролей.

– Знаю. Но эти бесконечные ангажементы, неужели без них нельзя обойтись?

– Он связан обязательствами.

– Но ведь это Вы его обязали, разве не так?

– Вы действительно много знаете.

– Дайте ему немного свободы, и Вы увидите, на что способен этот человек.

– Если я ему дам свободу, Вы представляете, во что превратятся его концерты?

– А Вы знаете, что он пишет песни?

– Слышал парочку.

– И что вы думаете?

– Они никуда не годятся. Публика никогда не примет их.

– О рок`н`ролле тоже так говорили.

– Тогда было другое время.

Я поняла, что этот разговор бесполезен, пробиться к этому человеку было невозможно, он меня не слышал. Бедный Алекс!

Почувствовав моё настроение, Полковник поспешил откланяться. Я облегчённо вздохнула и поднялась наверх.

Алекс лежал на кровати и смотрел в потолок, я прилегла рядом.

– Что-то ты долго, о чём ты могла разговаривать с этим упырём?

– Да так, ни о чём. Просто он приехал в гости, не могла же я его оставить одного.

– Извини, что я оставил тебя наедине с ним. Я просто не выдержал.

– Я понимаю.

– Ты всё понимаешь, моя марсианка.

– Ты всё-таки подумай, чтобы исполнять свои песни. Вспомни пятидесятые. Несмотря на протесты общества, ты дал своей музыке право на жизнь, так почему бы не попробовать ещё раз?

– Я уже не тот юнец, и ещё одного противостояния я не выдержу.

С самого утра я чувствовала себя неважно, болело горло, голова. Я почувствовала, что заболеваю. Я всегда тяжело болела, все мои простуды переходили в более тяжёлую форму. Я уплывала, слыша слова Алекса, как сквозь вату.

Когда я очнулась, в теле была страшная слабость, голова кружилась, и ужасно хотелось пить. Я находилась в больничной палате, заставленной цветами. На моём животе лежала голова Алекса.

«Сколько же он сидит так?»

Я коснулась его волос. Он тут же вскинулся.

– Ты очнулась! Как же ты нас всех напугала!

– Сколько я здесь?

– Двое суток. Почему ты не сказала мне, что тебе плохо?

– Думала, обойдётся. Ты хоть отдыхал?

– Поспал пару часов. Как ты себя чувствуешь?

– Уже намного лучше. Только слабость.

– Неудивительно. У тебя был жар и лихорадка. Ты металась в бреду.

Алекс взял мои руки и стал целовать их.

– Никогда больше так не пугай меня. Что бы я делал без тебя.

На его глазах показались слёзы.

– Я очень люблю тебя, детка. И не могу без тебя.

Я смотрела в любимые глаза, и мне так хотелось сказать что-то ободряющее, но в голове стоял туман.

– Я позову врача.

– Позже. Теперь я пойду на поправку. Просто посиди со мной.

Он так и не отпустил мои руки, согревая их в своих ладонях.

Когда мы приехали домой, Алекс уложил меня в постель и приказал не вставать до особых указаний врача.

Потом выводил на прогулку, и мы медленно ходили по аллеям, он поддерживал меня под руку, следя за тем, чтобы мне не стало плохо.

– Милый, всё уже в порядке, правда. Я уже здорова.

– Лучше перестраховаться.

Такой заботы я не чувствовала даже от отца. Алекс приносил мне книги, любые, какие я заказывала, уж не знаю, где он их находил.

А потом уехал в Вегас, но каждый день звонил, чтобы спросить о моём самочувствии. Я очень жалела, что не могла сопровождать его, тем более, благодаря прессе, узнала, что его концерты стала посещать Памэла. Также я прочла и о неприятном инциденте на его шоу, когда Алекс расхвалил нового спутника экс-жены, как настоящего жеребца. Не знаю, как на это отреагировал Полковник.

 

Глава 15

В тот день ничего не предвещало беды, разве что Алекс был немного бледен. Он читал газеты в кабинете, и я принесла ему кофе. Он взял чашку, я обратила внимание на то, как дрожит его рука, отхлебнул, поставил на стол и вдруг схватился за сердце.

Спустя секунду он уже лежал на полу без сознания.

Бригада экстренной помощи тут же увезла его в госпиталь. Туда сразу же приехал доктор Симпсон. Я сидела под реанимацией, ожидая пока выйдет хоть кто-то из врачей.

– Инфаркт. – был вердикт эскулапов. – Только приятные эмоции и никаких нагрузок.

Всё время, пока Алекс находился в больнице, я была вместе с ним. Парни постоянно приносили цветы и открытки от поклонников с пожеланиями скорейшего выздоровления.

И Алекс быстро поправлялся. Я удивлялась его воле. Желание жить поставило его на ноги в кратчайшие сроки.

Я прочитала газеты, которые он читал перед тем, как потерять сознание, и у меня в глазах потемнело от ярости на журналистов.

«А не наркоман ли наш Король?» это была главная тема всех статей.

Я позвонила Полковнику и попросила о встрече.

– Я рад видеть Вас в своём офисе. Так о чём Вы хотели поговорить?

– Скажите правду прессе о здоровье Алекса.

– Это невозможно.

– Но почему?

– Потому что он принимает сильнодействующие препараты, содержащие наркотические вещества. Да дело даже не в этом. Люди привыкли видеть Короля цветущим и здоровым, грипп, ну, может быть, ещё глаукома, это всё чем он может болеть. Всё остальное под запретом.

– Я не понимаю.

– Если люди узнают, что Алекс чем-то серьёзно болен, это не в лучшую сторону скажется на его карьере. Упадут продажи пластинок, публика просто перестанет посещать его концерты.

– А лучше, когда он еле дорабатывает программу, и его практически уводят со сцены? Неужели поклонники этого не замечают?

– Пока нет. И лучше будет, если они, как можно дольше, будут оставаться в неведении. Билеты раскупаются за несколько часов, а если станет известна правда, люди сто раз подумают, тратить ли деньги на концерт, который может закончиться потерей сознания певца.

– Что ж, всё ясно. Главное, что интересует вас всех, это прибыль, которую приносит Алекс.

– Да, милая леди, именно так. Таковы законы шоу-бизнеса.

– Прощайте, мистер Дженсон.

– До свидания, Анна.

Я долго гуляла по улицам, чтобы унять боль и гнев. Полковник требовал от Алекса безупречных концертов, требовал, чтобы тот бросил пить всякую дрянь, хотя Алекс давно отказался от стимуляторов, но сильные обезболивающие по действию на организм были гораздо сильнее амфетаминов. Иногда после приёма таких препаратов он не понимал, что происходит вокруг него. И в такие моменты действительно можно было подумать, что он находится под дозой.

Симпсон только пожимал плечами в ответ на мои вопросы.

– Я не знаю, Энн. Ему нужно пройти полное обследование, сдать много анализов. Очень возможно, что у него онкология.

Я похолодела.

– Рак?

– Но такие боли вызывает только рак. Лекарства, которые он принимает, дают больным онкологией в последней стадии. Есть ещё одно объяснение, возможно у него низкий болевой порог, и он просто не может терпеть боль. Но это маловероятно. Мистер Престон сильный человек, и если он не может обходиться без этих препаратов, значит, у него очень сильные боли.

Я пришла домой. Алекс встретил меня прямо на пороге.

– Ты где была?

– Просто гуляла.

– А почему никому не сказала? Ушла без сопровождения. Чтобы это было в последний раз. Я уже чего только не думал.

– Тебе нельзя волноваться.

– К чёрту! Я уже выздоровел.

– Инфаркт никогда не проходит бесследно.

Он прижал меня к себе.

– Ты, наверное, голодная?

– Чего-нибудь бы съела.

На этот раз я выкрутилась.

– Я разговаривала с доктором.

Алекс выжидающе посмотрел на меня.

– Он рекомендовал бы тебе пройти полное обследование.

– Мне некогда, я и так потерял много времени, лёжа на больничной койке.

– Это несерьёзно.

– Если у меня какая-то смертельная болезнь, что мне даст, если я о ней узнаю? Поэтому пусть всё остаётся, как есть.

– Но…

– Довольно, Энн. Я терпеть не могу эти разговоры.

Я снова и снова возвращалась к мучающему вопросу: зачем я вернулась в прошлое?

Да, с моей помощью Алекс избавился от кошмаров, он стал намного спокойнее спать, прекратил принимать какие-либо стимуляторы, но многочисленные болезни не отпускали его. Когда ему становилось особенно плохо, он просил меня оставить его одного, а потом вызывал врача. Его вес был в норме, так как я тщательно следила за его питанием. Вот только с течением времени его депрессия только усиливалась. Бывало Алекс неделями не выходил из спальни, практически не вставая с постели, в такие дни ему никто не мог помочь, в том числе и я.

Всё чаще он попадал в больницу, то с тяжелейшей пневмонией, то из-за проблем с сердцем. Иногда я просто не понимала, как его изношенное сердце выдерживает такую бешеную гонку.

Мы неоднократно ездили в Парк Самореализации. Там действительно было очень красиво и, главное, спокойно. Люди просто тепло улыбались Алексу и проходили мимо, никто его не дёргал, не просил дать автограф, и там он действительно отдыхал.

После таких поездок Алекс приезжал домой умиротворённый и тихий. Мы садились в кресла и часами беседовали обо всём.

– Я люблю Бога, – говорил он – я действительно люблю его и стараюсь безропотно принимать испытания, которые он мне посылает. Вот только я не понимаю, почему он забрал у меня брата и оставил меня жить.

– Так ему было угодно. У каждого свой путь, и у кого-то он заканчивается, не успев начаться. Ты никогда не задумывался над тем, что как будто проживаешь двойную жизнь?

Алекс задумчиво кивнул.

– На сцене ты один, но, возвращаясь с шоу и снимая концертный костюм, становишься совсем другим: домашним, что ли. Вот кто-то из вас и стал бы Алексом Престоном, а второй был бы менеджером среднего звена или фермером. Но получилось так, как получилось. Вот отсюда и мистическое существо, которое не даёт тебе остановиться.

– Мне очень плохо без Джесси.

– Я знаю, милый, но в этом нет твоей вины. Так распорядился Господь.

Я не стала ему говорить, что в смерти его брата было виновато низкое медицинское обслуживание или то, что врач был вызван слишком поздно. Это судьба.

– Ничего, мы скоро увидимся и будем наконец-то вместе.

Я ужаснулась правде его слов и не стала разубеждать его, он бы почувствовал ложь. Алекс был прав. Жить ему оставалось каких-то пару лет.

Полковник пошёл мне навстречу, и гастрольные туры были не такими плотными, как раньше. Алекс больше отдыхал и всегда был в форме перед предстоящим концертом. В прессе ещё появлялись злопыхательские статьи, но это было, скорее, от бессилия. Ведь Король вёл тихую семейную жизнь, и придраться было не к чему.

И опять нервный срыв. В тот день Алекс приехал домой со встречи с Полковником в ярости.

– Проклятье! Сколько же это будет продолжаться? – кричал он.

– Что случилось?

– Мне предложили сняться в хорошем фильме, но Полковник поставил продюсеру неприемлемые условия, даже не спросив меня. А теперь оправдывается, что это не мой уровень. Видите ли, предложили меньший гонорар, чем раньше, и роль второго плана.

– Так позвони продюсеру сам, поговори с ним.

– Слишком поздно.

Он обхватил голову руками.

– Господи, где я ошибся? Где дал слабину? Почему он позволяет так вести себя со мной? Что мне делать, Господи?

Я попыталась обнять его, но он оттолкнул меня.

– Прости, но я хочу побыть один.

Я вышла.

В гостиной сидело несколько парней, развлекая себя игрой в карты.

– Можно к вам присоединиться?

– Опять бушует?

– Да нет, захотел остаться один.

– Ты ещё не привыкла?

– Это всегда неожиданно.

Когда я позже заглянула в спальню к Алексу, он уже спал, раскинув руки в стороны. Ему снилось что-то приятное, он улыбался во сне. Я тихо прикрыла дверь и ушла к себе. Ту ночь мы провели врозь.

В институте у меня был последний год учёбы. И мне приходилось много работать, чтобы достойно закончить образование. Я приезжала домой из библиотеки поздно вечером. Алекс всегда встречал меня, то с улыбкой, то с упрёками, что надолго оставляю его одного.

 

Глава 16

Его встреча с Дженнифер была, как гром среди ясного неба. Я совсем выпустила это из виду. Алекс стал отдаляться от меня, его всё раздражало, и я всё поняла. Я молча собрала вещи и переехала к отцу.

«Вот и всё. Как и предполагала, он тоже сменил меня на эту знойную красотку» Уж не знаю, чем она его привлекла, а может наши отношения изжили себя.

Я пустилась во все тяжкие, начала встречаться с Мэлом, но он так часто расспрашивал меня об Алексе, что в конечном итоге, я была вынуждена разорвать наши отношения. Он искренне не понимал, почему мы расстались, но я не стала ему ничего объяснять.

В моей жизни опять появился Брэд, окруживший меня заботой и вниманием. Цветы, рестораны, подарки… И вот однажды он предложил мне снять номер в отеле. И я, подумав, согласилась.

Мы приехали туда поздно вечером, заказали вина, фруктов и расположились в номере. Брэд не торопил меня, хотя очень нервничал и еле сдерживал себя.

И вот наконец осмелился поцеловать меня, настойчиво и требовательно. В конечном итоге, произошло то, чего он так хотел все годы нашего знакомства.

Потом он попытался обнять меня.

– Не надо.

– Что-то не так?

– Всё хорошо.

– Ты думаешь о нём?

– Нет, с чего ты взял?

– Вижу по твоим глазам. Ты вообще стала какая-то другая.

– Какая?

– Взрослая. Красивая, что просто дух захватывает. Это он сделал тебя такой?

– Не знаю.

«Любовь сделала меня такой, только, что мне теперь делать с этой любовью?»

Брэд потянулся к моей груди.

…Парни мне всё докладывали. После того, как Дженнифер поселилась в Роузленде, там стало совсем невыносимо, жаловались они. Она настроила против себя всех. Между Алексом и его отцом опять разрушились отношения. Дженнифер установила свои порядки, и почему Алекс всё это терпит, недоумевали его друзья.

Я не могла им ответить. Что двигало Алексом, я не знала: плотское желание или внезапно возникшая любовь?

Прошло несколько месяцев. Я со страхом смотрела на календарь, до смерти Алекса оставалось всего ничего.

Джо часто приезжал к моему институту, и мы сидели в салоне машины, решая, что нам всем делать дальше?

– Она совсем не следит за его здоровьем. Изводит придирками, скандалы каждый день. Все уже порядком устали от этого.

– Но что же я могу сделать?

– Ты всё ещё любишь его?

– А ты как думаешь? Такого человека, как твой друг, нельзя забыть.

– Тогда придумай что-нибудь. Она добьёт его.

– Хорошо. Попытаюсь.

– Кстати, на днях она уезжает, якобы к родителям. Ты можешь прийти в гости. Алекс собирает нас всех.

– А это будет удобно?

– Думаю, да. Он в курсе твоей жизни, часто интересовался.

– Хорошо, договорились.

В Роузленде всё было, как всегда. В сопровождении Джо я вошла в гостиную, но Алекса там не обнаружила.

– Он сейчас спустится. Выпьешь?

– С удовольствием.

Я сделала всё, чтобы выглядеть на миллион долларов, и мне это удалось. Сонни даже присвистнул, когда увидел меня.

– Энн, ты сногсшибательно выглядишь.

– Я старалась.

– Разрыв с Алексом, я смотрю, подействовал на тебя благотворно.

Краем глаза я заметила, что Алекс стоит на лестнице и наблюдает за нами, но сделала вид, что не вижу его, продолжая беседовать с Сонни.

– Здравствуй, Энн.

Когда я услышала его бархатный голос, порадовалась, что сижу, иначе у меня бы подкосились ноги, и кому-то пришлось бы меня ловить.

Только сейчас я поняла, как соскучилась по этой сексуальной хрипотце. Я посмотрела на него, он обволакивал меня взглядом, как тёплой шалью.

– Здравствуй, Алекс.

– Ну, как ты живёшь без меня? Слышал, у тебя уже сменилось несколько парней.

– Ты хорошо осведомлён.

Как же плохо он выглядел, похудел, осунулся, под глазами залегли тёмные круги.

– А ты думала, что я не буду интересоваться твоей жизнью, после всего, что между нами было?

– У тебя было, чем занять себя.

Парни отсели от нас, вполголоса продолжая разговор, но прислушиваясь к нашему.

– Ты счастлив?

– Не знаю, наверное, да.

– Рада за тебя.

Я уже еле сдерживала слёзы. Зачем пришла? На что надеялась? Что он сразу же кинется в мои объятия? Глупо!

– Тебе вина подлить?

– Пожалуй.

Я уже была порядком пьяна, то ли от вина, то ли от присутствия любимого человека.

Мне так хотелось коснуться его! И вдруг, он сам положил руку на мою ладонь.

– Прости.

– За что?

– За всё!

И тут он увидел кольцо на моём пальце, подаренное Брэдом.

– А это что?

– Подарок.

– Ты же говорила, что не любишь драгоценности? Или ты не любила именно мои подарки?

Его глаза гневно вспыхнули.

Парней в гостиной уже не было, и я этому обрадовалась. Не хотелось, чтобы кто-нибудь слышал нашу ссору.

– Кто ты такой, чтобы что-то от меня требовать?

– Мы всё-таки были вместе четыре года. Как же ты быстро забыла это!

«Да откуда ты знаешь, как мне было плохо без тебя?»

– Тебе тоже не давали скучать!

Мы уже кричали.

– Ты тоже быстро перечеркнул наши отношения, как только очередная красотка стрельнула тебе глазками.

Он схватил меня за плечи и стал трясти.

– Замолчи!

– Я неправа? Ты оказался бабником, таким же, как и все! Я…

Больше мне ничего не удалось сказать, он припечатал мне рот поцелуем. Всё ещё злая, я пыталась оттолкнуть его, но куда мне!

Несмотря на моё сопротивление, он подхватил меня на руки и понёс наверх.

В мгновение ока на мне не оказалось одежды, когда Алекс успел раздеться, я тоже проморгала. Без всяких предварительных ласк он вошёл в меня. Я вскрикнула от боли и вцепилась в его плечи, расцарапав его кожу, но он, казалось, не чувствовал боли.

Я закрыла глаза, по моим щекам катились слёзы.

– Ты успокоилась? – спросил он, когда всё было кончено.

– Я ненавижу тебя! Если бы ты знал, как я тебя ненавижу!

– Я где-то уже слышал это.

– Я была дурой, что пришла сюда.

– Нет.

– Что нет?

– Ты большая умница, что пришла.

– Чтобы ты меня унизил в очередной раз.

– Мне нужно было успокоить тебя, а то неизвестно, чтобы мы ещё наговорили друг другу.

– Доволен?

– Нет.

И он стал меня ласкать. Всё мое тело горело от его горячих прикосновений. Когда его голова оказалась у меня между ногами, я вскрикнула и попыталась отодвинуться, но потом острые ощущения настолько захватили меня, что я забыла обо всём на свете.

– Вот теперь доволен. – удовлетворённо сказал Алекс и откинулся на спину.

– Что это было?

– Тебе понравилось?

– О да! Я даже предположить не могла, что могу чувствовать нечто подобное. Мне пора!

– Что?

– Я не хочу разборок с твоей нынешней пассией.

– Останься! А с Дженнифер я сам поговорю.

– Вот когда поговоришь…

Я медленно натянула платье.

– Я никуда тебя не отпущу!

– Когда она приезжает?

– Завтра утром.

– И как я буду выглядеть?

– Я давно хотел порвать с ней, твой приход добавил мне уверенности. Только теперь я понял, насколько она глупая и пустая.

– Она, наверное, тоже тебя любит. Ты разобьёшь ей сердце.

– Да о какой любви ты говоришь? Она вконец вымотала меня. Каждый день скандалы, рассорила меня с отцом. Деньги, деньги, деньги…Так что, не о чем говорить, ты остаёшься.

Не знаю, как Алекс разрешил эту щекотливую ситуацию, но всё прошло тихо.

И я опять вернулась домой. Я ходила по комнатам и привыкала к мысли, что я опять здесь. Я полюбила этот дом так, как любил его Алекс. Здесь всё дышало им, везде присутствовал его дух, даже когда он был далеко от Мемфиса.

Ещё вчера я думала, что всё безвозвратно потеряно. А вот теперь опять хозяйка Роузленда.

– Как же мне было плохо без тебя все эти месяцы!

– Так почему же ты не позвал меня?

– Я наблюдал за твоей жизнью, знал, что ты с кем-то встречаешься, и решил просто отпустить тебя. Но теперь понимаю, что никуда мы друг от друга не денемся. Нас свёл Бог, и мы всегда будем вместе.

Я была удивлена, когда Полковник захотел встретиться со мной.

– Я очень рад, что Алекс снова с тобой. Ты не против такой фамильярности с моей стороны?

– Нет.

– Она плохо влияла на него. Алекс всегда был твёрд с женщинами, а тут совсем распустился, и во всём потакал ей. Вовремя ты появилась.

– Я хотела попросить Вас об одной услуге.

– Слушаю.

– Я знаю, что мистер Престон ищет покупателей на один из самолётов. Проследите, пожайлуста, чтобы он тщательно читал договор купли-продажи, или подключите своих юристов.

– Ты что-то знаешь?

– Просто знаю, что один из потенциальных покупателей связан с мафией.

– Откуда?

– Пусть это будет моей маленькой тайной?

– Хорошо, я сделаю, как скажешь. Позволь выразить своё восхищение тобой. Ты потрясающая женщина.

– Благодарю. До свидания.

И вот наступило лето 1977 года.

Накануне турне Алекс сделал предложение. Став на одно колено, он протянул мне кольцо и попросил стать его женой. Не сдерживая слёзы счастья, я ответила ему согласием.

В ту ночь он был неутомим. Под конец я прижала его к себе.

– Не надо, я хочу от тебя ребёнка.

Алекс откинулся назад, протяжно застонав, а потом упал на меня.

– Я очень люблю тебя.

– Я очень удивился, мы ведь ещё не женаты.

– У нас всё впереди.

Хотя я сомневалась в этом. У нас был от силы пару месяцев, а потом я не знала, что уготовило нам будущее.

В один из особо жарких вечеров я проснулась от крика. В доме был скандал. Кричали сразу несколько мужчин. Я узнала голоса Алекса и Рэда. Я остановилась на лестнице, чтобы понять, что происходит.

– И что дальше, Рэд? Вы будете применять оружие на поражение? – бушевал Алекс.

– Не говори глупости. Остынь, Эл, давай поговорим спокойно.

– Да сколько можно говорить! Я устал от судебных исков по вашей вине!

– Это для твоей защиты.

– Бить моих поклонников? Если это нужно для моей безопасности, тогда я готов рисковать своей жизнью!

– Ты несёшь бред!

– Бред? Тогда объясни мне, что это было?

– Я подумал, что он хочет нанести тебе вред, некогда было раздумывать.

Алекс в отчаянии взмахнул руками и сел в кресло.

– Вот, что мне сейчас делать? Скажи мне!

– Забыть об этом инциденте.

– Что? Ты шутишь? Судебное разбирательство на следующей неделе.

Алекс заметил меня.

– Ты давно там стоишь?

– Достаточно, чтобы понять, в чём дело.

– Тогда посоветуй, как мне поступить? Мои друзья перестали меня понимать.

Рэд и Сонни опустили головы в ожидании приговора, но я заметила, как недобро сверкнули глаза у Рыжего.

– Я не вправе давать советы.

– Ты почти моя жена. Говори!

Я повернулась к виновникам конфликтам.

– Вы согласны какое– то время не ездить с Алексом на гастроли?

– Это исключено.

– Ваши предложения!

– Я даю слово, что больше этого не повторится. Сонни?

– Я поддерживаю.

– Договорились. Ещё один такой случай, и я вас уволю, без обид?

– Да какие обиды!

– Свободны!

Когда они ушли, Алекс притянул меня к себе, усадил рядом:

– Я так устал от их агрессии!

– Но ты же знал, кого берёшь на работу?

– Сначала я просто приблизил к себе друзей детства, тогда о работе речь не шла, а потом как-то само собой получилось, что они стали моей охраной.

– Они действительно заботятся о тебе.

– Я знаю. Но не за счёт же здоровья моих фэнов!

– Рэд умеет держать слово?

– Да.

– Тогда успокойся.

– Я удивлён, что он пошёл на попятный. Этот разговор не первый.

Да ты ему нравишься! Точно! Другого объяснения я не нахожу.

– Сомневаюсь.

– Я хорошо знаю своего друга.

– Пусть будет так. Главное, чтобы всё утряслось.

Он погладил меня по животу.

– Я так хочу, чтобы в нашем доме вновь звучал детский смех!

– Я думаю, у нас всё получилось.

– Может, повторим?

И мы, обнявшись, поднялись в спальню.

Я не могла насладиться близостью с ним, как будто предчувствовала скорую разлуку. Плохое предчувствие тяготило душу.

Гастроли прошли удачно. Алекс давно не выступал так блистательно. У него как будто открылось второе дыхание. Его голос ещё никогда не звучал так мощно.

В Роузленд он возвращался счастливый и полный надежд.

Оставшиеся до следующего турне полтора месяца Алекс приводил себя в форму, утренние пробежки опять вошли в режим дня. Я составляла ему компанию. Мы снова подолгу беседовали вечерами, между нами больше не возникало никаких разногласий.

Вторую половину августа Алекс усиленно разучивал новые песни, каждый день устраивал прогоны, вконец измотав музыкантов, но те не жаловались, радуясь, что Король снова в силе. Даже здоровье не подводило его. Всё было прекрасно.

16 августа Алекс, заметив, что у дома снова собралась толпа поклонников, решил выйти к ним. Охваченная внезапным волнением, я пыталась удержать его.

– Всё будет хорошо, милая. Не волнуйся. Это же мои фэны.

Я осталась на улице, наблюдая, как он лёгкой походкой идёт к тем, для которых он жил, отдавал всего себя.

Охрана оставалась недалеко, наблюдая за всеми.

И вдруг… Выстрел получился оглушительно громким.

Я истерически закричала и побежала к воротам.

Алекс лежал на земле, его грудь была красной от крови, а лицо мертвенно бледным.

Поднялась суматоха. Стрелявшего уже скрутили и отвели подальше, чтобы его не разорвала толпа. Была вызвана бригада экстренной помощи и полиция. Всё происходило как в замедленной съёмке, я вообще перестала что-либо соображать, просто лежала на его груди и рыдала, пока чьи-то сильные руки не подхватили меня. Я царапалась и вырывалась, но Рэд прижал меня к себе, успокаивая.

– Ему помогут, врачи уже им занимаются.

– Я хочу поехать с ними.

– Конечно. Мы все поедем.

Три часа доктора боролись за жизнь Алекса, но всё было напрасно. Он умер, не приходя в сознание.

Стрелком оказался мужчина больной шизофренией. На суде он говорил, что убить Короля ему приказали голоса свыше. Через три года такой же псих убьёт Джона Леннона.

От судьбы не уйдёшь. Алекс верил в это и оказался прав.

… Я открыла глаза. Оглянулась… Так это был сон?

– Нет, это был не сон. Попробовала? Получилось?

– Я готова признать твою правоту.

– Мне было очень хорошо с тобой.

– Так что это всё-таки было?

– Одна из реальностей, который нас окружают в самых разных вариациях.

– Но неужели нет такой реальности, где ты остался бы в живых?

Алекс отрицательно покачал головой.

– Но так даже лучше. Представь себе, что я прожил длинную жизнь и что? Десять, ну может, пятнадцать лет на сцене, а потом… Забвение… Я бы превратился в дряхлого старца, время от времени дающего советы начинающим музыкантам.

Он вздрогнул.

– Но почему ты на всё смотришь в таких мрачных красках?

– Ты же жила со мной и так ничего не поняла? Чтобы остаться лучшим, мне нужно было уйти, пока я был ещё в силе. А Памэла с Полковником сделали всё, чтобы меня не забыли.

Я была в ужасе.

– Ты благодарен им? Да тебя помнят и любят благодаря тебе самому.

Я вскочила с постели и нервно стала бегать по комнате.

– Успокойся, милая.

– Я твоя фанатка, я слушала твои песни, потому что ты великий певец и музыкант, а не потому что тебе сделали рекламу и раскрутили. Да, нынешним, т. н. звёздам не нужен ни талант, ни умение создавать музыку, а только грамотный менеджер и пару скандалов. Но в твоё время стать лучшим мог только действительно гений. Проклятье, я не могу правильно сказать, чтобы ты меня понял.

– Не ругайся, тебе это не идёт.

– Верни меня туда, я не хочу здесь жить без тебя.

– Ты готова переживать это снова и снова? Ты сойдёшь с ума. Ты должна жить дальше. Выйти замуж, родить ребёнка. Обещаю, ты будешь счастлива.

– Как ты можешь давать такие обещания?

– Я знаю, что так будет. А я всегда буду рядом, чтобы защитить тебя.

– Защитить? От кого?

Он пожал плечами.

– Можно, я не буду отвечать на этот вопрос? Ты много сделала для меня, сделала невозможное, и сейчас я ближе к тем, кого любил. Я очень благодарен тебе.

– О чём ты говоришь? Я просто любила тебя.

– Я ухожу, чтобы ты могла прийти в себя.

Прошло несколько месяцев. Моя жизнь вошла в обычную колею, вот только Роузленд я больше не посещала.

Вечеринка в честь дня рождения Кэти, я надеялась, поможет мне развеяться. Спустя пятнадцать лет я снова видела почти всех своих однокурсников. Мэл превратился в эффектного мужчину.

– Как поживаешь, Энн? Рад тебя видеть.

– Обычно. А как ты?

– Ты ослепительна. Мои чувства вновь оживают.

Я рассмеялась.

– А как же твоя жена? Дети?

– Нет ни того, ни другого.

– Сожалею.

– Не надо, у меня всё впереди.

После того вечера мы стали часто встречаться. Сначала это были невинные свидания, но потом мы стали любовниками. Я почувствовала, как отступает тоска, и поняла, что если не счастье, то покой этот человек способен мне обеспечить и дала согласие на брак с ним.

Накануне свадьбы, ночью, я почувствовала рядом с собой Алекса, он подошёл ко мне и прошептал мне на ухо:

– Будь счастлива, милая. Я отпускаю тебя. И спасибо тебе за всё.

Он слегка коснулся моих губ и исчез, теперь уже навсегда.

Мэл беспокойно заёрзал.

– Что-то случилось, Энн?

– Ничего, дорогой, всё хорошо, теперь всё будет хорошо.

КОНЕЦ