Процедура принятия вассальной присяги прошла как по нотам. Верхушка руководства племени была зомбирована при личной встрече в местном святилище, а затем начались полеты на шаре и лобызание ног «Матери всех таргов». Рядовым членам племени появление «божественного миссии» и очередная смена власти были по барабану, но коллективную пьянку за счет казны Таргитара народ воспринял на ура.

Праздничные гуляния продолжались до утра и закончились фейерверком, устроенным.

Катей по просьбе трудящихся. Племянница расстреляла файерболами скалу мешающую расширить городской причал, правда при этом сгорели два дома и склад парусины, но это такие мелочи по сравнению с общественным благом. Только к вечеру следующего дня Таргитар перестал походить на захваченный штурмом город, а население стало приходить в себя и похмеляться. Мне снова пришлось отложить намеченные дела до протрезвления подданных и посветить этот день отдыху, однако следующее утро началось с созыва совета племени.

Совет проходил в святилище племени, где я нагло занял кресло верховного вождя, который устроился на коврике у моих ног и благоразумно помалкивал. Чтобы подвигнуть народ на подвиги, я произнес пламенную речь о «светлом будущем», ожидающем таргов под моим правлением. Подданные бурно радовались лапше, которую я развешивал на их лохматых ушах, но как-то без особого энтузиазма. Я понял, что пора сворачивать рекламную компанию и переходить к делам насущным.

План действий у меня уже был составлен, поэтому я, не устраивая лишних прений, стал отдавать приказы, сразу назначая ответственных за их исполнение. Один из клановых вождей, не прошедший процедуры зомбирования, попытался что-то вякнуть поперек темы и тут же остался без головы. Баррак снес ему башку за неуважение к.

«Великому князю таргов Ингару» и излишне длинный язык. Это мгновенно прочистило мозги другим сомневающимся в моей легитимности, и теперь приказы князя Ингара исполнялись без возражений.

Первым делом, я приказал направить два дракара на Танол к Колину с известием, что мы с Катей не утонули во время шторма и находимся в добром здравии. Оба капитана получили письма с подробным описанием произошедших событий и, не мешкая, отправились в порт. Главное было известить Колина, что тарги теперь находятся под моим покровительством и грозные пираты стали нашими союзниками.

Теперь необходимо было решить проблему проникновения в «Эльфийскую долину», и в этом вопросе нам должен был помочь Легард. На совете присутствовал толстый тарг, с бегающими как у жулика глазками, этот пройдоха заведовал казной Таргитара, а так же связями с островом Тортуга, который приносил племени основной доход. Я приказал казначею оповестить эльфов, о смене руководства племени, а также о том, что князь Ингар готов отпустить главу «Дома хранителей портала» Легарда, в знак доброй воли без выкупа.

Чтобы не создавать излишнего напряжения внутри племени, я заявил, что все присутствующие остаются на своих постах, а Великий князь будет заниматься только вопросами высокой политики и выполнять представительские функции. Под сводами святилища раздался вздох облегчения, но я несколько подпортил настроение власть имущим, заявив, что моя первоочередная задача это обеспечение «светлого будущего» для всех таргов.

Тем, кто занимается по жизни не только разгрузкой вагонов с углем и не проводит дни в алкогольном угаре, отлично знают, что походы в «светлое будущее» обычно заканчиваются голодухой и морем крови, после чего путешественники начинают, на чем свет стоит проклинать это «светлое будущее» и того кто их туда повел. Однако князь Ингар не ищет легких путей, и я нагло пообещал всех присутствующих самолично туда доставить! После моего заявления народ, собранный на совет как-то сразу потух, и я решил ободрить подданных старинным, но весьма эффективным способом. Перед завершением мероприятия, я объявил «социалистическое соревнование» за звание «лучшего исполнителя моих приказов», где будут всего два призовых места — первое и последние. Победитель получит мешок пряников, праздничный головной убор из куриных перьев, «Орден горбатого» и звание героя.

Таргитара, а проигравший просто сядет на кол с помощью моего личного адъютанта, которым был назначен Баррак. Такая щедрость вдохновила руководство, собравшееся на совет, и святилище мгновенно опустело, потому что народ бросился наперегонки выполнять озвученные приказы «Великого кормчего», то есть меня.

Решив первоочередные вопросы, мы с Барраком вышли из святилища, и отправился на пристань, однако по дороге увидели огромную толпу народа, собравшуюся на торговой площади. Поначалу я решил, что кто-то из торговцев выкинул на прилавок какой-то дефицит, но оказалось что это «Мать всех таргов» излечивает немощных возложением рук. Пока я запугивал вождей и шаманов, Катя отрывалась на боготворящих ее подданных по полной программе. Племянница, кажется, вошла в раж и с помощью магии, а также самовнушения пациентов, творила настоящие чудеса.

Слепые начинали ходить, хромые говорить, а золотушные пачками излечивались от геморроя! Конечно, я шучу, но лично видел пятерых паралитиков вставших на ноги после благословения полученного от Кати.

Сеанс коллективного излечения и массового психоза закончился только к вечеру, когда «Мать всех таргов», свалилась без сил и ее унесли в святилище для восстановления здоровья. Я отправился следом за Катей и занялся лечением зарвавшейся магини, которая не рассчитала своих возможностей и находилась на последнем издыхании. После подпитки ауры племянницы, я напоил ее куриным бульоном и вломил по первое число за идиотское поведение, правда, только морально, хотя она заслуживала хорошего ремня! Катя надулась и пошла в бой, но я применил магию и усыпил девушку до утра.

Последующие четыре дня походили один на другой как две капли воды. До обеда мы с.

Барраком готовили к выходу в море два самых быстроходных дракара, а затем шли выручать от полоумных фанатиков «Мать всех таргов».

К концу четвертого дня в бухту буквально влетел небольшой парусник и мне доложили, что эльфы назначили встречу, на которой я должен был передать им.

Легарда и полукровок из его команды. Встреча была назначена через трое суток недалеко от Элора, где обычно происходила передача эльфийских заложников и мы после ужина отправились ночевать на дракар Баррака, чтобы с рассветом утром оба корабля вышли в море.

Катю кто-то известил о моем отплытии, и она рано утром явилась в порт в сопровождении страхолюдной ведьмы и двух воительниц, физические кондиции которых внушали уважение. Это троица зыркала по сторонам как голодные волчицы и была готова загрызть любого, кто посягнет на «Мать всех таргов». Я хотел отругать племянницу за своеволие, так как приказал ей оставаться в Таргитаре, но ведьма сопровождавшая Катю зашипела на меня как рассерженная кошка и тут, же получила в лоб от Баррака. Глазки у шаманки собрались в кучку и она, высунув язык, повалилась на палубу. Уже через мгновение обе амазонки мутузили моего адъютанта, и мне пришлось применить физическую силу, чтобы не лишиться капитана дракара. Я вышвырнул обеих воительниц за борт, чтобы охладить их пыл и звонко шлепнул по попе «Мать всех таргов». Катя громко взвизгнула и удрала от меня в капитанскую каюту. На этом конфликт был исчерпан и экипаж вытащил из воды мокрых амазонок, а я откачал шаманку, которой хорошо прилетело в лоб от Баррака. Когда тетка очухалась, я отправил ее в каюту к Кате, и она ускакала туда на полусогнутых, опасливо оглядываясь на меня.

Затем мне пришлось заняться травмами своего адъютанта, которому сильно досталось в потасовке. Я вмешался в драку довольно быстро, но амазонки успели прилично насовать Барраку. Правый глаз капитана совсем заплыл, а губы превратились в сплошную кровавую кашу, и он постоянно сплевывал за борт сгустки крови.

— Ингар, эти шучки мне правый клык выбили и шуть не лишили мушшкого доштоинштва, но я им шестоко отомщу! — зло прошепелявил Баррак, глядя, как из воды достают его обидчиц.

— Только попробуй опять устроить драку! Я сам тебе наваляю, что мало не покажется! — попытался я утихомирить адъютанта.

— Мой князь, я дратьша не шобираюсь — этим дурам много чешти! Я отомщу им по-другому, я на них на обеих шенюш! Вот тогда отольются мышкам кошкины шлезы! — заявил.

Баррак.

Конечно, на таргском языке поговорка звучала иначе, но смысл был примерно такой.

Я рассмеялся, услышав заявление Баррака, и с сомнением спросил:

— А ты с обоими управишься? Если бы я не вмешался, то они тебе так накостыляли, что пришлось бы до самой смерти, есть жидкую кашу с ложечки.

— Жубы ерунда, новые выраштут, а девки хороши! Меня отец ш матерью уже доштали — женишь да женишь, но вше каких-то клуш предлагали шошватать. Я пошледний год иш моря не вылешал, чтобы не шлышать их пришитаний — «Внуков хотим, вот убьют тебя, а кто ш нами оштанется». Мой княш поговори ш «Матерью вшех таргов», чтобы она рашрешила шошватать швоих охранительниш, — шепеляво заныл Баррак.

— Я, конечно, поговорю с племянницей, но девушки за тебя пойдут?

— А куда они денутша? Я не пошледний тарг в Таргитаре, да и дом у меня полная чаша. Нужно быть коншеной дурой, штобы мне откашать, — удивленно ответил Баррак.

На этом инцидент был исчерпан, после чего корабли отчалили от пристани и вскоре мы вышли в море. Что бы не оставлять без последствий выкрутасы Кати в Таргитаре, я вошел в капитанскую каюту и закрыв за собой дверь сразу приступил к воспитательной работе, начав ее словами:

— Слушай «Мать твою … всех таргов», что ты о себе возомнила? Тебе лавры Юлии.

Тимошенко жить мешают? Так я тебя сейчас ремнем вылечу! Это что за бабская гвардия появилась, для которой я не указ? Если ты не угомонишь своих клевретов, то я из них лапши нашинкую и не посмотрю что они с сиськами! Сегодня фанатики тебя на руках носят, а завтра на кол посадят! Кончай свою колхозную самодеятельность и слушай, что тебе старшие говорят. Я уже проходил через медные трубы, и каждый раз чудом спасался от почитателей. Катя тебе рано играть в такие игры, ты здесь даже не деньгами рискуешь, а своей и моей жизнью! Ты меня поняла?

— Да, — испугано ответила племянница и заплакала.

На этот раз я не повелся на древний женский трюк и не стал утешать девушку. Я отодвинул Катю в сторону и направился в угол каюты, где от страха лязгали зубами защитницы «Матери всех таргов». Таргини видели, как я отчитывал их повелительницу и очень боялись, что князь пришел по их душу. Прочистка мозгов трем заблудившимся девицам много времени не заняла, и я вышел на палубу, чтобы перевести дух и успокоится. Однако на глаза попалась разбитая рожа адъютанта, и мне пришлось заняться его лечением.

Трехдневное путешествие на встречу с эльфами прошло практически без происшествий и описывать его нет смысла. В основном мы обсуждали с Легардом план восстановления его власти в Доме и нюансы поиска скального балкона, через который я намеревался проникнуть в комплекс портала. Да, было еще одно примечательное событие, о котором я чуть не забыл рассказать. Катя дала добро на сватовство Баррака и обе таргини сразу дали свое согласие выйти замуж за капитана, после чего эта троица не столько охраняла наши с Катей царственные тушки, а большей частью тискались в закутках, которых на дракаре было не так много. Поэтому любовный роман на троих развивался на глазах всего экипажа, но все происходило в рамках приличий принятых в племени.

К своему удивлению, в окружении таргов я чувствовал себя весьма комфортно. К эльфам у меня было сложное отношение, потому что приходилось постоянно быть настороже, подсознательно ожидая от них какой-нибудь пакости. Хуманы были мне фактически родней, но клановые традиции изобиловали строгими ограничениями на проявление чувств и каждый хуман постоянно боялся потерять лицо, а это слегка напрягало. Как не странно, но тарги по менталитету были ближе всего к русскому народу. Такая же широта души, природная хитринка и щедрость. Тарги не дураки выпить, особенно на халяву и всегда поделятся последней рубахой, правда, предварительно снятой со своего соседа. Тарги стойки в бою как скала, но выдающегося военного искусства от них ожидать не приходится. В душе каждый тарг анархист и мнит себя как минимум вождем клана, хотя зачастую не может сосчитать даже пальцев на одной руке. Про самомнение таргов я вообще молчу потому, что это отдельная песня! К тому же, в каждом тарге присутствует какая-то особенная духовность, которую посторонние не в состоянии увидеть и понять, хотя пьяные разговоры в узком кругу зачастую ведутся на эту тему. Это вам ничего не напоминает? Я сам не лишен похожих недостатков, поэтому, не смотря на страхолюдный вид подданных, чувствовал себя как дома.

На третьи сутки плавания наши корабли вышли в точку рандеву с кораблем эльфов.

Процедура передачи пленников была давно отработана, и дракар прикрытия без приказа спрятался за скалистым мысом, чтобы в случае форс-мажора прийти к нам на выручку. Прибытия корабля эльфов пришлось ждать всего пару часов и все договоренности пока соблюдались. Эльфы приплыли на двухпалубной галере, превосходившей по размерам дракар таргов вдвое, что несколько настораживало, но.

Баррак убедил меня, что это обычная практика. Как бы то ни было, но я решил подстраховаться и выставил вокруг нас защиту от стрел. Эльфы прагматики и если решат напасть то в первую очередь начнут обстрел из луков, и постараются выбить противника стрелами, а в искусстве стрельбы из лука им нет равных. Надежно защитить весь корабль я не мог, а поэтому приказал экипажу укрыться за щитами.

Магическое сканирование не указывало повышенную магическую активность на галере, только три эльфа имели защитные амулеты среднего уровня, а боевых артефактов мне обнаружить не удалось.

Когда между кораблями сблизились до пятидесяти метров, Легард узнал троих эльфов стоящих у самого борта.

— Ингар, я узнаю встречающих. Это мой двоюродный брат Лорэн и его сыновья, опасности нет! — улыбаясь, заявил эльф.

Вскоре корабли сошлись бортами практически вплотную, но палуба галеры оказалась на метр выше, чем у дракара и с эльфийского корабля перекинули сходни. Трое эльфов подошли к борту вплотную и брат Легарда крикнул:

— Брат ты меня узнал?

— Да Лорэн.

— Перебирайся к нам на корабль, а твои люди пусть идут следом.

— Стоп! — сказал я, удерживая за плечо Легарда. — Сначала пусть кто-то из вас спустится к нам для переговоров, у нас есть вопросы, которые необходимо обсудить.

— Ну что же человечек, ты сам этого хотел, — зло произнес эльф и прыгнул на палубу дракара.

— Стой брат крикнул Легард, — пытаясь остановить Лорэна, но тот сходу воткнул ему в живот кинжал и, перепрыгнув через упавшее тело, бросился на меня.

Следом за Лорэном на дракар перепрыгнули два его сына, а на палубу галеры как черти из табакерки выскочили из трюма два десятка лучников и засвистели стрелы, в общем, начался абордаж. Именно начался, потому что сразу и закончился.

Подсознательно я был готов к любому развитию событий, а поэтому сразу нанес оглушающий ментальный удар. Лучники с воем рухнули на палубу, сбавившись руками за головы, а Лорэн с сыновьями вспыхнули как свечки. Защитные амулеты ослабили магический удар, но загорелись на груди своих владельцев словно фальшфейеры.

Эльфам ничего не оставалось как, спасая свои жизни сигануть за борт.

Однако неожиданное нападение сыграло со мной злую шутку. Потому что досталось не только эльфам, но и экипажу нашего дракара, который тоже выл, катаясь по палубе.

— Катя, откачивай своих девок и Баррака. а я займусь Легардом. Минут через двадцать эльфы очухаются, поэтому усыпляй всех подряд и вяжи лучников, — приказал я и подошел к скрючившемуся на палубе Легарду.

Сканирование показало, что рана не смертельная, но кинжал оказался отравленным и это значительно снижали шансы раненого на выживание. Я работал в сумасшедшем темпе, поэтому успел погрузить эльфа в кому и затормозить распространение яда по организму. Первым делом я вытащил кинжал из раны, а затем разрезал одежду и вскрыл брюшную полость лучом «Силы». Отравленное лезвие не задела важных органов, но мне пришлось вырезать пораженные ядом ткани вокруг раны. Я старался работать быстро и справился с задачей буквально за пять минут. Жизни Легарда уже ничего не угрожало, но я прорезал в животе раненого здоровенную дыру, которая выглядела ужасающе. Необходимо было чем-то срочно прикрыть рану от попадания инфекции, и тут ко мне на помощь пришла шаманка, оправившаяся от оплеухи Баррака. Ведьма притащила из каюты какой-то баул и, отстранив меня в сторону, ловко заштопала рану, а затем намазала кусок ткани вонючей мазью и наклеила его поверх шва.

— Повелитель, раненый пока вне опасности. Я им займусь, а вы покарайте наших врагов, которые нарушили древний договор!

Помощь шаманки пришла вовремя, потому что на палубу вылезли подгоревшие эльфы и уже собрались резать таргов еще не пришедших в себя после ментального удара, а.

Катя со своими амазонками уже перебралась на галеру.

Появление врага меня даже обрадовало, потому что теперь было на ком отвести душу.

В песне у Высоцкого есть такая фраза — «кроме мордобития никаких чудес», вот и я накостылял «перворожденным» в рабоче-крестьянском стиле, не заморачиваясь с магией.

Вскоре очухался Баррак, а через несколько минут стали приходить в себя и другие члены экипажа дракара. Капитан сразу отправился на галеру вязать экипаж противника получив жесточайший приказ не резать эльфов. Пока суд да дело, я надежно упаковал Лорэна с сыновьями и погрузил их в гипнотический сон. От этого занятия меня отвлек оглушительный вопль Кати:

— Игорь беда! Еще три эльфийских корабля идут на штурм!

Я мгновенно перескочил на палубу галеры и посмотрел в сторону, куда указывала рука племянницы. Из-за песчаной косы выплывали три дракара и направлялись в нашу сторону. До эльфийских кораблей было больше километра, и они пока прямой угрозы не представляли.

— И чего ты разоралась как оглашенная? Эльфы сюда плыть будут еще минут двадцать, могла бы и сама с ними разобраться! — отругал я племянницу.

— Как? — спросила Катя, вылупив на меня удивленные глаза.

— Я тебя магии учил, чтобы фейерверки устраивать или с врагами сражаться? Наш экипаж сейчас не боеспособен, и с тремя дракарами нам не справится, а поэтому топи эльфов к чертовой матери! Дистанция убойная, есть время спокойно прицелиться, вот и расстреливай их файерболами.

Катя поняла, что от нее требуется, и сразу приступила к выполнению приказа, но первые два огненных шара улетели в море. Я успокоил девушку и указал ей на ошибки, после чего она промахнулась всего один раз. Чтобы пустить на дно эльфийский корабль хватало всего одного файербола, поэтому вскоре на воде плавали только обгоревшие обломки, за которые держались несколько выживших в этой бойне «перворожденных». Убедившись, что Катя в состоянии обеспечить оборону корабля от нежданных гостей, я вернулся на свой дракар.

Шаманка занималась ранеными, которых раскладывали рядом с ней на палубе, но не забывала приглядывать и за Легардом. Нападение эльфов стоило нам двух убитых и шестерых раненых бойцов. Хотя я почти сразу вступил в бой, но эльфийские стрелы успели натворить бед. К счастью тяжелораненых не было, и экстренная помощь никому не требовалась. Я огляделся чтобы оценить обстановку и увидел как из-за скалы выплывает дракар который должен был обеспечивать наши тылы. Меня душила злоба на капитана второго дракара за нерасторопность, и я собирался жестко наказать раздолбая, но когда корабль подошел поближе, то увидел на его палубе следы недавнего боя. Как потом оказалось, эльфы устроили засаду в заливе, в котором спрятался дракар. Стоило кораблю скрыться за скалами, как он был сразу атакован полусотней полукровок на лодках. Экипажу с трудом удалось отбиться и то только потому, что среди нападающих не было истинных эльфов. Все равно тарги потеряли больше трети экипажа убитыми и ранеными.

Вскоре второй дракар подошел вплотную к захваченной галере, и я приказал его капитану выловить из воды эльфов с потопленных кораблей. Через полтора часа экипажам кораблей удалось справиться с последствиями боя, и моя маленькая эскадра поплыла в направлении Таргитара.

Настроение у меня было хуже некуда. План проникновения в «Эльфийскую долину» провалился с треском, и нужно было искать другие способы пробраться в комплекс портала. Легард выжил и быстро шел на поправку, поэтому я привлек его к допросу.

Лорэна и его сыновей. Результаты допроса оказались неутешительным, потому что у.

Легарда полностью отсутствовали шансы вернуться живым в «Дом Хранителей портала».

На эльфа была объявлена негласная охота и главы других Домов решили поддержать в этом вопросе Рианона, а не спасать попавшего в плен к таргам Легарда. Главной ошибкой Рианона оказалось желание уничтожить соперника подальше от посторонних глаз, чтобы свалить гибель Легарда на пиратов и в принципе его план сработал.

Откуда узурпатору было знать, что в его расклады вмешаюсь я?

Надежд на то, что эльфы не узнают о побоище устроенном нами во время передачи.

Легарда, не было никаких, так как на берегу наверняка находились эльфийские наблюдатели. Затевать новые переговоры также было бессмысленно, потому что эльфы скорее устроят набег на Тортугу, нежели вступят в переговоры с убийцами «перворожденных».

После допроса я отдал пленников на расправу Легарду, который зарезал двоюродного брата и его сыновей как собак и делал это очень долго, причем с каким-то садистским наслаждением. Причиной такой жестокости стала информация, добытая с помощью ментального сканирования. Оказалось, что узурпатор уничтожил всю семью.

Легарда: отца, мать, жену и десятилетнюю дочь, а братик с сыновьями лично учувствовали в этом преступлении. Про изнасилование девочки я умолчал, но и остального с лихвой хватило для жестокой мести длившейся почти сутки. Я только один раз наведался в капитанскую каюту, где эльф устроил пыточную камеру и вылетел оттуда словно пробка, потому что вид живого эльфийского тела с полностью содранной с него кожей меня как-то не вдохновил.

Экипажи наших кораблей после боя с эльфами оказались неполными, поэтому скорость плавания значительно упала. Как бы то ни было, но на пятые сутки наша флотилия подошла к Тортуге. В пиратском порту меня ждала радостная весть, что с Танола несколько часов назад приплыл корабль хуманов. Как оказалось, это приплыл Арчер, которого Колин сразу направил на Тортугу, как только узнал от таргов о нашем с.

Катей спасении. Мы выпили с другом за встречу, и я рассказал ему о своих злоключениях. На следующее утро Арчер отправился назад на Танол с приказом доставить на Тортугу три сотни воинов, с которыми я собирался прорваться через «Эльфийскую долину», к порталу. Вместе с дракаром хуманов отплыла и эльфийская галера, она должна была стать транспортным кораблем для штурмового отряда. План был безумный, но злость переполняла меня, и я решил устроить ушастым «Варфоломеевскую ночь».

— Не хотят по-хорошему, то будет по-плохому! Дипломат из меня хреновый, но глотки резать, мне не привыкать! — подумал я, морально оправдывая подготовку к очередному побоищу.

До прибытия штурмового отряда с Танола оставалось более полутора месяцев, а бездельничать все это время я не собирался. Нападение на Элор требовало тщательной подготовки и разведки, чем я и решил заняться. Через три дня после отплытия Арчера в море вышел и мой дракар, который я направил в эльфийские воды.

К полудню четвертого дня мы увидели на горизонте две сторожевые башни закрывавшие вход в гавань Элора, а уже через пару часов Катя разнесла их на куски своими файерболами. Вскоре из гавани вышли три галеры со странными надстройками на носу, и нам пришлось срочно удирать. Надстройки оказались метателями, стреляющими на полкилометра сгустками какой-то зеленой гадости отравляющей все живое в радиусе сотни метров от места взрыва. Дальность поражения эльфийских метателей была ниже дальности файерболов Кати, но попасть в корабли эльфов с большого расстояния племяннице никак не удавалось. Мы удирали от галер подняв парус, но зеленое облако отравы тоже двигалось по ветру и нам приходилось постоянно лавировать, чтобы не попасть в зону поражения. Эльфы гнали нас на северо-запад почти до темноты, пока Катя не попала в одну из галер, после чего эльфы оставили нас в покое, переключившись на спасение экипажа тонущего корабля.

К утру, мы довольно далеко ушли от места гибели эльфийской галеры, и я заметил на берегу странное сооружение похожее на гигантские песочные часы.

— Легард что это такое? — спросил я эльфа, стоявшего рядом со мной на палубе.

— Это скала, которую мы называем «Обелиском». Со стороны она кажется рукотворным объектом, но на самом деле является причудливым произведением природы. Мы давно облазили «Обелиск» от подножья до вершины и не нашли ничего указывающего на его искусственное происхождение. Кстати недалеко, отсюда, находится решетка водосброса. Видишь на скале белую стрелку, указывающую в воду? Вот прямо под этой стрелкой на глубине тридцати метров она и находится. (Расстояния указываю в метрах для удобства читателей), — указал рукой направление Легард.

— Баррак направь дракар к скале с белой стрелкой и пришвартуйся рядом. Я хочу посмотреть на этот водосброс, может быть, удастся пролезть внутрь.

— Ингар донырнуть до решетки ты сможешь, но мифрил ничем не перерезать. Конечно, можно нырнуть для развлечения. Только учти, вода здесь холодная и я за тобой не полезу, — заявил Легард.

— Если сильно замерзну, то сразу вылезу. Барак принеси веревку и какую-нибудь железку для груза, я искупаюсь, — приказал я и стал раздеваться.

Вода действительно оказалась ледяной, но магия позволяла согревать тело, и я не боялся простудиться. Решетку мне удалось найти сразу, но ее действительно было сложно перерезать с помощью магии, так как мифриловые прутья оказались толщиной с руку. Сама труба водосброса была в диаметре около двух метров и уходила в глубину скалы за пределы моего магического обзора. Я попытался перерезать прут решетки, но мне не хватило воздуха, чтобы закончить операцию и пришлось всплывать. Выбравшись на палубу дракара, я спросил Легарда:

— Как вам удалось обследовать решетку? Глубина здесь большая, а вода холодная просто ужас.

— Мы использовали два водолазных колокола, опуская поочередно двух ныряльщиков прямо к решетке. Однако все попытки проникнуть внутрь не удались, а когда один ныряльщик погиб, мы бросили эту затею. С тех пор прошло уже около сотни лет, но я как сейчас помню лицо мертвого Лурия, а он был мне как брат. Это я виноват в его смерти, потому что возомнил себя умнее наших предков, — тихо произнес эльф.

Идея с водолазным колоколом запала мне в душу и если воспользоваться этим методом погружения, то мне будет вполне по силам перерезать прутья решетки.

Затем, можно использовать колокол как промежуточную базу, тогда у меня появится возможность заплыть в трубу, почти на полкилометра и вернуться назад, не подвергая себя большой опасности. Прикинув все за и против, я не стал откладывать плодотворную идею в долгий ящик и развил бурную деятельность.

Мне в голову пришла мысль, использовать в качестве колокола пустую бочку из-под пресной воды, из которой выбито дно и запаса воздуха в ней должно было хватить на получасовое погружение. Под моим техническим руководством десять членов экипажа вытащили бочку из трюма на палубу, и выбили у нее дно. Со стороны выбитого днища матросы прикрепили к бочке сетку с булыжниками в качестве грузила и подвесили эту конструкцию на якорном канате. Однако стало темнеть, и испытание колокола пришлось отложить на следующий день. Дракар снялся со швартовых канатов, привязанных к скале, и уплыл на ночь в небольшую бухту укрытую скалами от ветра и посторонних глаз.