Sutta pitaka. Khuddaka nikāya. Jātaka. Tika-Nipata. 289 Nanacchanda-Jataka.

Переводчик неизвестен.

"Живём хоть в доме мы одном..."

Эту историю Учитель, находясь в Джетаване, рассказал о почтенном Ананде, получившем ценный дар.

Однажды, когда в Варанаси царствовал Брахмадатта, бодхисаттва возродился в образе сына его главной супруги. Когда он вырос, он изучил все науки в Такшашиле и после смерти отца сам стал царём.

А в это время в старом домишке жил один брахман, бывший семейный жрец отца бодхисаттвы, отстранённый от должности. Он был очень беден.

Однажды ночью бодхисаттва, переодевшись в чужое платье, бродил по городу, чтобы узнать, как живёт народ. А в это время какие-то воры, совершив кражу, сильно напились в одном питейном доме и, взяв ещё вина в кувшины, шли к себе домой.

"Эй, кто ты такой?" – закричали воры, встретив на улице бодхисаттву, и, подойдя к нему, сшибли его с ног и сняли с него верхнюю одежду. Потом они взяли свои кувшины и пошли, всячески запугивая царя.

А в этот момент бывший царский жрец вышел из дома и, стоя посреди улицы, наблюдал за созвездиями. Определив по звёздам, что царь попал в руки разбойников, брахман позвал свою жену и сказал ей:

– Послушай, жена, наш царь попал к разбойникам.

– А какое тебе дело до царя, господин? – отвечала жена. – Пусть об этом позаботятся его брахманы.

А царь случайно услышал их разговор. Пройдя некоторое время вместе с разбойниками, царь взмолился: "Я бедный человек, почтенные, берите мою верхнюю одежду и отпустите меня".

И когда он так всё просил и просил, разбойники из жалости отпустили его.

Запомнив их дом, царь пошёл к своему дворцу. Проходя мимо дома жреца, он услышал, как тот говорил своей жене: "Милая, наш царь освободился из рук разбойников".

И царь вернулся в свой дворец. На рассвете он созвал своих брахманов и спросил их:

– Вы наблюдали ночью за созвёздиями?

– Да, божественный, – отвечали брахманы.

– Благоприятны ли они?

– Благоприятны, божественный.

– И никакого затмения не было?

– Нет, не было, божественный.

– Позовите-ка мне брахмана из такого-то дома, – сказал тогда царь.

И когда привели старого жреца, царь спросил его:

– Наблюдал ли ты, почтенный, сегодня ночью за созвездиями?

– Да, божественный, – отвечал жрец.

– Не было никакого затмения?

– Было, великий царь; сегодняшней ночью ты попал в руки разбойников, но быстро освободился.

"Этот человек, наверное, хорошо разбирается в звёздах", – подумал царь и, прогнав всех брахманов, сказал жрецу: "Я доволен тобой, брахман; выбери себе в дар всё, что ты пожелаешь".

– Великий царь, – отвечал брахман, – я сначала посоветуюсь с женой и детьми и тогда выберу что-нибудь.

Царь отпустил его, и брахман, придя домой, позвал жену, сына, невестку и служанку-рабыню и сказал им:

– Царь жалует мне дар, какой я пожелаю. Посоветуй-те, что мне лучше выбрать.

– Приведи мне сотню коров, – попросила его жена.

– А мне, – сказал сын Чхатта, – выбери колесницу, запряжённую чистокровными синдхскими конями цвета белого лотоса.

– А мне, – сказала невестка, – возьми серьги из драгоценных камней и разные другие украшения.

Рабыня по имени Пунна попросила брахмана выбрать для неё ступку, пестик и корзину для просеивания.

А сам брахман желал получить себе в дар деревню.

– Ну, ты посоветовался со своей женой? – спросил царь, когда брахман пришёл к нему.

– Да, посоветовался, великий царь, но все, кого я спрашивал, имеют разные желания.

И он произнёс первую гатху:

Живём хоть в доме мы одном,

Желанья разные у нас.

Хочу себе деревню в дар;

Сотню коров – жена моя;

Упряжку лошадей – мой сын;

Невестка – серьги из камней,

Служанка крошка Пунника

Желает ступку с пестиком.

Выслушав его, царь сказал: "Всем дайте то, что они желают".

И, послав людей за подарками, он произнёс следующую гатху:

Деревню дайте брахману,

Сотню коров – жене его;

Упряжку лошадей – сынку;

Невестке – серьги из камней,

А бедной крошке Пуннике

Вы дайте ступку с пестиком.

Выдав брахману всё, что он хотел, и воздав большие почести, царь сказал ему: "Ну, теперь приступай к обязанностям, которые тебе следует исполнять".

И сделал его своим приближённым.

Учитель, приведя эту историю для разъяснения дхармы, отождествил перерождения: "Тогда брахманом был Ананда, а царём был я сам".