Темнота, вокруг сплошная темнота. В теле чувство усталости. Хочется только покоя и умиротворения. В голове одна лишь мысль:

"Где я?"

"Ты в месте, где нет чувств?" — снова отозвался его голос в моей голове.

"Где?!" — не поняла я.

"Короче говоря, в отключке!" — утешил он меня.

"Если я в отключке, тогда почему я разговариваю с тобой?" — недоумевала я.

"Я, часть тебя, и всегда буду с тобой, где бы ты ни была!" — обрадовал меня внутренний голос. Эти слова я хотела услышать от другого человека, нет, демона. Господи, я что влюбилась? А главное в кого! В эту язву!

— Ты мне так и не ответил, что ты нашел в этой девчонке? — услышала я посторонний голос, который прервал мой мысленный монолог.

"Это ты сказал?" — обратилась я к своему постоянному спутнику.

"Нет," — последовал краткий ответ.

Интересно, а кто тогда? Неужели у меня раздвоение личности? Ужас! Картина называется "крыша едет — дом стоит".

— Я тебе ответил, не твое дело! — прорычал смутно знакомый голос. Адам? А кто тогда первый? Наверное, Лейнор. Стоп! Почему я слышу их голоса? И о какой девчонке говорит Лейнор?

— Почему же не мое дело, должен же я знать, кто нравится моему брату! — ехидным голосом сказал Лейнор. Брату?! Адам и Лейнор братья!? Да, в семье не без урода. Интересно, а почему Адам мне ничего не сказал?

"С какой стати он должен тебе что-то говорить?!" — снова заговорил мой внутренний голос.

"И то верно," — мысленно вздохнув, ответила я.

Ладно, тогда последний вопрос, кто нравится Адаму? Так много вопросов, и все без ответов! Всё, хорош отдыхать! Пора приходить в себя, мне еще нужно допросить одного демона. И неважно расколется он под пытками или без них.

Я с трудом пошевелила рукой и почувствовала в ней резкую боль, но терпимую. Странно рана должна уже зажить.

"Интересно, как она заживет, если из нее нож торчит!" — объяснили мне.

Логично. Только вот у меня сил нет, что б этот нож вытащить.

Перед глазами появилось белое клыкастое лицо, в глазах отражались намерения этого экспоната. Намерение было очень просто, сделать из меня дуршлаг. Ну, все, сейчас во мне на одну дырочку станет больше. С громкими воплями, и виртуозными матами субъект отлетел в сторону.

Вау, они еще и говорить умеют!

Картинки поменялась, теперь пред глазами появились огромные клыки.

Неужели так много нелюдей хотят меня убить? Но нет, меня лишь нагло обнюхали, видимо проверяя, не начала ли я разлагаться. Нет уж, не дождетесь.

Титаническим усилием воли я подняла руку. От несвежего дыхания меня неожиданно начало тошнить.

Слава богу, морда исчезла, а на ее месте появилось красивое лицо. О, блондин, кто его выпустил, неужели…

Жгучая боль оборвала мою мысль, а из глаз брызнули слезы. Такое чувство, что в сердце появилась лишняя дыра. Эта была моя последняя мысль, после чего я снова провалилась в спасительную темноту.

Очнулась я в теплой кровати. В комнате царил полу мрак, а из окна пробирался луч лунного света. Я попыталась сесть, но тело не слушалось меня. В нем чувствовалась усталость и все мышцы заныли, только при одном упоминании о том, что им нужно сделать хоть какое-нибудь движение.

Так что мне пришлось лежать. Оглядевшись, я вздрогнула от неожиданности. Из кресла, стоявшего недалеко от кровати, сверкнуло два рубина, и еле слышный голос произнес:

— Как ты себя чувствуешь?

— Устала, — было, легкое ощущение дежавю, — где мы? — задала я интересующий меня вопрос.

— В доме Кристины, — коротко ответил мой собеседник.

— Ты ни чего не хочешь мне сказать? — я перевела взгляд в сторону кресла.

— А должен? — вопросом на вопрос ответил мужчина. Все это время лицо Адама не выражало никаких эмоций.

— Да. Почему ты не сказал, что вы с Лейнором братья? — спросила я, закрывая свои глаза от усталости, накатившей очередной волной на мое тело.

— С чего ты взяла, что мы братья? — его голос стал чуть громче.

— Я слышала ваш разговор, — легкая волна беспокойства заставила меня открыть глаза.

— Весь? — настороженно спросил Адам. Моего беспокойства стало больше.

— Нет. Лишь первую часть, — почему он так беспокоится? — Ты не ответил на мой вопрос, — настаивала я.

— В этом не было нужды, — просто ответил он.

— Не было нужды, — повторила я, хмыкнув. Его слова никак не хотели укладываться в моей голове.

Хотелось задать вопрос о девушке, но боялась, — Где Кристина?

— Если учитывать что сейчас ночь, скорее всего, спит, — не без сарказма ответил он.

— Как она? — безразлично спросила я.

— Нормально, — поднялся он — ладно, отдыхай, — бросил он в конце.

У двери сверкнули два рубина, и растворились во мраке. В голове крутилось множество вопросов, на которые, конечно же, не было ответов. Что произошло? Что случилось вовремя драки? Почему он так изменился? Холод и безразличие — всё, что ощущалось вовремя разговора. Беспокойные мысли не давали мне уснуть. Опять много вопросов. Как и где найти ответы?

Уснуть удалось под утро. Снился кошмар. Адам в цепях. Лейнор, со зверской ухмылочкой. Рука со старинным кинжалом поднялась вверх, миг, и багровая густая кровь полилась из раны. И я, словно статуя, не могу двинуться с места. Последний взгляд Адама, говорящий немое "Прости", и конец. Сердце, как будто разбилось на множество острых осколков, которые режут все внутренности изнутри. Хотелось кричать, биться в истерике. Отомстить. Но одеревеневшие руки не слушались, ноги не хотели идти. Лейнор перевел взгляд на меня, по телу пробежала дрожь, и волна страха захватила мой разум. Шаг, еще один. Вот он, с окровавленным кинжалом, и еще одной жертвой. Его рука медленно приближалась к сердцу…

— Рина, Рина очнись! — кто-то тряс меня за плечо.

Сон ушел, на кровати сидел Адам. Не думая о последствиях, обняла его. Жив, жив, единственная мысль, крутившаяся в моей голове. Сердце колотится, как бешеное. Щеки мокрые от слез. Неужели я плачу?

— Не бойся, это всего лишь сон, — успокаивающе прошептал Адам и, проведя своей теплой ладонью по щеке, вытер мои слезы.

— Ужасный сон, — моя голова опустилась на его плечо.

Как хорошо видеть и слышать его, понимать, что он жив, а случившееся всего лишь сон. Но, почему слезы не прекращаются.

— Не бойся, — его руки гладили спину, движения были такими спокойными, успокаивающими.

— Побудь со мной, — в надежде прошептала я. Не хочу оставаться одна, не сейчас.