Тишина дома окутывала приятным покрывалом. В родных стенах всегда становилось легче дышать. Да и дома было проще, не надо было притворяться, не надо было держать маску. Можно было быть собой. Скинуть надоевшие босоножки и это неудобное платье, облачиться в смешную пижаму, сварить крепкий кофе и заняться делами.

Поэтому, когда рабочий день закончился… а точнее, когда девушка поняла, что она больше не в силах находиться в четырех стенах офиса, она отправилась домой, прихватив все дела и всю информацию, которые собрали к этому моменту в русском патруле.

Сейчас всё, что было известно, все документы устилали плотным ковром комнату «Дум» в доме Эммануэль. Большая светлая гостиная выходила окнами на обрыв и на реку. Стены были поклеены белыми обоями с едва заметным серебристым набивным узором. Пол с подогревом устилал теплый паркет медово-золотистого цвета. Такого же цвета были легкий тюль и плотный ламбрекен на окнах. Под ними были противосолнечные щиты, которые девушка опускала, когда ей надо было что-то просмотреть.

В открытые окна всегда лилось много света, чистый сосновый запах. Ветер, проходя через распахнутые створки, причудливо перелистывал разложенные по полу бумаги. На стене, противоположной окнам, было электронное покрытие. Еще при строительстве дома Эми лично превратила стену в один огромный блок для записи.

Сейчас стена еще пока была пуста. Но девушка была уверена — ненадолго.

Дом дремал на солнце, словно большой пес, как Джек, занявший место под окнами кабинета Эми. Овчар иногда встряхивался, проверял свою хозяйку и снова дремал.

Закусив зубами кончик простого карандаша, Эми сидела на подоконнике, разглядывая чистую доску. На коленях лежал планшет, подключенный по беспроводному доступу к доске.

«С чего начать? Со смертей? Их слишком много… И я не хочу запутаться в этих именах и датах. Иерархия? Художники? Их картины? Деньги? Троица?»

Взяв электронный карандаш, на планшете Эми нарисовала три пустых квадрата. Затем провела линии. Каждый квадрат соединялся с двумя другими.

Троица.

Разделив доску на три части, девушка озаглавила каждый столбец: «Прохожие», «Гюрза», «Картины».

Прикрыв глаза, Эми погрузилась в мысли, в то, что было в офисе несколько часов назад. Антик, стоящая около окна, задумчиво смотрела на улицу. И тихонько рассказывала:

— Подсолнухов одиннадцать картин. Несколько из них считались утерянными с XX по XXII век. Местонахождение семи картин не уточнялось, хотя достоверно было известно, что они существуют. Еще две картины находились в государственных музеях, еще две считались утерянными. До аукциона 2336 года. Когда некий частный коллекционер представил картину подсолнухов из парижской серии Ван Гога. Тогда ее выкупил некий мужчина, пожелавший остаться неизвестным. Впоследствии удалось обнаружить, что этим неизвестным был Фэйшон Холд. Непонятно, откуда у него были такие деньги, но факт остается фактом. Спустя два года, на аукционе Сотбиса в 2338 он же выкупил еще одну картину подсолнухов. А затем был убит.

— Его картины?

— Пропали в неизвестном направлении.

— Картины из государственных музеев?

— Были украдены. Следов найдено не было. Матрица векторов указывает на то, что поработали двое воров, с идентичными антропометрическими показателями.

«Практически никудышный след, — Эми указала в столбце картины серию подсолнухов с краткими пометками. — Затем, «Ночная терраса кафе» Ван Гога. Украденная во время второго убийства Гюрзы. В эту же колонку неизвестная пока картина кисти того же художника. И, наконец, сюда же работа Поля Сезанна. «Гора Сен-Виктуар и Черный замок». Пятое дело».

Внимательно посмотрев на дела на полу, Эммануэль наклонилась к толстому делу, из которого выглядывали листы. Шестое дело Гюрзы. Террористы сработали настолько грязно, что были свидетели. Работ художников — не пропадало. Зато исчез человек.

На доске появилась новая строчка.

По мере того, как Эми разбирала дела, на доске появлялись всё новые и новые записи. И только к девяти часам, когда за окном солнце уже начало клониться к закату, и первые алые лучи коснулись макушек сосен, девушка разрешила себе передохнуть.

Картина не складывалась.

Не было несколько очень крупных фрагментов, без которых собрать всё воедино не получалось.

«Мне нужен перерыв», — мрачно подумал Эми, опуская на окнах щиты и включая сигнализацию. Против воров. И против джампа.

Сигнализация не была данью паранойи. Скорее просто способом себя обезопасить. Эми перед тем, как отправляться домой всегда проверяла, чтобы на ее теле или одежде не было жучков. Как, например, сегодня, когда пришлось покупать платье у случайного и нелюбимого модельера. Впрочем, это был «хвостик», ведущий в неверную сторону.

Если те, кто следили за Эммануэль и Змеем, а потом потеряли их после перемещений, начнут изучать информацию, то эта, намерено оставленная зацепка, никуда их не приведет.

Звонок видеофона раздался, когда Эми уже стояла у входных дверей, застегивая ремешки роликовых коньков.

— Вы дозвонились! Как ни странно, Эммануэль не отключила телефон, и даже готова выслушать ваше сообщение. Не забудьте надиктовать его на счет «три». Один. Два. Три.

Продолжительный гудок, который знаменовал начало записи сообщения, после которого была тишина…

С автоответчиком звонящий общаться не пожелал.

Выйдя на улицу, Эммануэль закрыла дверь. Потрепала Джека по голове и пристегнула его к будке. Включила сначала защитную силовую сетку вокруг дома. Потом вторую — проведенную по декоративному легкому забору.

В свое время девушке обошлась эта игрушка в очень круглую сумму. Но помог прадед, родители, и Эми потянула это.

«Мой дом — моя крепость», это был единственный принцип, который Эми отстаивала до последнего.

Выйдя за калитку, девушка тряхнула головой и исчезла в вихре джампа. Следы вектора ее перемещения повисели в воздухе пару мгновений и стерлись. Когда была возможность, свои следы Эми убирала. Благо как правнучка разработчика джампа и как девочка, детство которой прошло в окружении формул, она знала о джампе немного больше, чем остальные…

В том числе среди этого «немного» были такие знания, о которых обычным людям лучше было бы не знать. Для их собственной безопасности.

* * *

Бар был дорогим, стильным.

Стены были отделаны деревянными панелями. Сочетание панелей из темного бука и белой вишни, выведенной в конце XXIII века, на первый взгляд было необычным, но привлекательным. Мебель с покрытием из кожи и велюра. Стекло и дерево сочетались в других предметах обстановки.

Изогнутая буквой S стойка — была любимым местом многих посетителей. Один край стойки был у края лестницы, откуда был виден танцпол и вход в бильярдный зал. Там предпочитали сидеть те, кто хотел познакомиться или кто прибыл не один.

Другой конец S-стойки был спрятан в полутемном закутке.

Тяжелые хрустальные пепельницы отражали деликатный свет декоративных светильников, вмонтированных в стены и в потолок.

Бармен был у противоположного конца стойки, поэтому двум мужчинам, сидящим в том самом закутке, никто не мешал.

У одного — высокого темноволосого, черноглазого азиата, в руках был бокал виски со льдом. Его собеседник был ниже, плотнее по массе. Длинные каштановые волосы, чуть ниже плеч, были стянуты резинкой. Светлые глаза, прячущиеся за стеклами очков, были серьезными. Мужчина был задумчив, покручивая в руках свою визитку.

В неярком свете не было видно слов. Но маленький штамп в правом верхнем углу определенной категории населения был хорошо знаком. Шляпа и очки. Эмблема частного детектива. Нефритова Виктора Александровича.

— Значит, опять она?

— Нет другого выбора.

— Куда вы на этот раз вляпались, Змей?

— Лучше не спрашивай, Вик. Эта… Эта… — мужчина устало махнул рукой, залпом выпил бокал и показал бармену указательный палец. Через мгновение перед ним стояла еще одна порция. — Гюрза. Знаешь?

— Сейчас о них не знает только глухой. Слепой. Или мертвый.

— Лучше бы мы относились в любую из первых двух категорий. Но, к сожалению, у нас все шансы перейти в третью.

— Только не говори мне, — Виктор подался вперед. — Русский патруль получил заказ на Гюрзу?

— Да.

— Расследование или… — мужчина понизил голос. — Устранение?

— Пока найти. Но на Котика давят. Думаю, в ближайшее время, пройдет заказ на устранение.

Виктор покачал головой. Сгорбился, затем вытряхнул из пачки сигарету и закурил. Еще одна, оборотная сторона работы патруля джампа. Если преступный элемент невозможно привлечь к ответственности, в патруль поступает заказ на его устранение.

Об этой работе посторонние не знали. В русском патруле в курсе дел были четверо. Котик, через которого шли заказы. Змей и Мерцающий — двое сотрудников, выполняющих эти заказы. И Антик, рядом с которой невозможно было чихнуть незаметно. Аналитик сразу же выдавала полную раскладку о типе пойманного вируса, чем лечиться и в какой срок. О делах она знала, но молчала.

На взгляд Змея было бы гораздо лучше, если бы Антик не знала о происходящем.

— Мерцающего нет, чтобы тебя подменить? — уточнил Виктор, затягиваясь.

— Нет. Он на другом деле. В Австралии. Туда умчался в поисках защиты наш клиент. Мерцающий почти собрал все улики, свидетельские показания. Думаю, в течение недели вернется. Но Эми уже увязла в этом деле.

— Оно мертвое, — еще одна нервная затяжка высветила устало прикрытые глаза Виктора. — Черт побери, Змей, это дело невозможно сдвинуть с места.

— Можно. Она его сдвинула с места. И в деле уже три новых, свеженьких трупа. Пару часовой давности.

— Твою мать, — бессильно ругнулся детектив. — Твою ж… Как?! Объясни мне, как она это делает? Она смотрит не так? Те же два глаза. Те же два уха. Те же две руки. То же серое вещество и количество извилин. Но как, как она это делает?!

— Никто не знает. В отделе грешат на ее интуицию.

— А. Это после того дела о кострах, когда ее назвали Ведьмой. Прижилось?

— Нет.

— Эми остается Эми. — Виктор затушил сигарету, выщелкнул из пачки вторую, но поджигать ее пока не стал. Задумчиво провел пальцем по краю своего пузатого бокала с пивом. — Змей. Ты понимаешь, что раз дело такое серьезное, охранять эту девчонку со стороны не получится?

— Планируешь познакомиться с ней?

— Я думаю, познакомиться с ней теперь будет много желающих. Не случайных. Опасных. Поэтому гораздо лучше, если ты откроешь ей правду и представишь меня сразу с правильной расстановкой акцентов. Скажешь, что я частный детектив, и что ты нанял меня для того, чтобы защищать ее жизнь.

— Вик… Я не смогу ей объяснить, почему не хочу, чтобы она пострадала. Я просто не смогу ей сказать, ради чего я готов тратить свои деньги. И почему считаю, что моих сил будет недостаточно для ее защиты.

— Тебе придется найти слова, объяснения. Плюс еще, пожалуй, скажи Котику. Пусть запишет меня как консультанта по гражданско-правовым вопросам.

— С ума сошел? Ты же не хочешь влезть в расследование с головой?

— Именно, что хочу. Ты же знаешь. Четыре года назад. То происшествие, во время которого погибли моя жена и дочь. Преступники до сих пор не найдены. Всё что известно от того преступления — матрица векторов. И то, что у одного из преступников была интересная манера джампа. Прыжки по зигзагу.

— Зигзаг из Гюрзы.

— Верно. Поэтому я готов на всё, чтобы отомстить им. Но для этого мне надо быть как можно ближе к центру расследования.

— Вик. Ты понимаешь, что это смертельно опасно? Что это может быть билет в один конец?

— Мне уже всё равно.

— Придется присматривать еще и за тобой, — Змей тяжело вздохнул. Выпил бренди и отставил пустой стакан, прижав им оплату за выпивку. — Пошли.

— Куда?

— В офис. Я покажу тебе, что мы нарыли. Заодно сам поговоришь с Котиком.

— Змей, ты на часы смотрел?

— Полуночи еще нет, — ответил мужчина. — А Гюрза это очень серьезно. Так что он будет на рабочем месте. Посоветуемся с ним. Он мужик умный, хотя и выглядит иногда полной рохлей, с потрясающим обаянием. Сам знаешь.

— Да. В этом я уже успел убедиться. А Эми? Я уже столько раз был ее теневым хранителем, что буду бесконечно рад познакомиться с ней лично.

— Обговорим с Котиком. Может быть, он скажет что-то еще. Более подходящее. Если нет, то я тебя с ней познакомлю. Только, Вик. Постарайся…

Мужчина с интересом взглянул на старого друга. Если бы он его не знал, то сказал бы, что Змей сейчас мнется в смущении.

— Змей?

— Не обижай ее. Да она сотрудница русского патруля, оперативник. На ее счету потрясающее количество раскрытых дел. Она умна, она наблюдательна.

— Красива, — поддакнул Вик.

— Очень, — согласился спокойно с ним Змей, отчего глаза детектива округлились. — Но в некоторых вопросах она еще ребенок. Поэтому, несмотря на то, что ты знаешь про теневую работу патруля, не делись с ней этим знанием.

— Даже и не думал.

— Об этом может подумать она. Если она поймет, что ты что-то скрываешь, она не отцепится.

— У тебя научилась?

— Возможно, — согласился Змей неохотно.

Мужчины покинули бар, переместившись от входа. Миловидная девушка, танцующая на танцполе, спрятала за бретельку платья усик от жучка. Теперь оставалось только проследить за этими двоими. Босс сказал, что они могут быть опасны. И если получится, было бы просто замечательно — их устранить.

Забрав от своего столика длинные перчатки и сумочку, девушка вышла на улицу. Нелегальные сканеры векторных матриц стоили бешеных денег. Но впрочем, всегда оправдывали потраченную сумму. Считав матрицу переноса исчезнувших двоих, девушка внесла их в свою электронную записную книжку и исчезла, чтобы появиться у офиса русского патруля. Матрица векторов вела именно туда.

Девушка провела под дверью офиса почти два часа, а потом с ноткой огорчения и в то же время интереса, констатировала, что ее провели. В офисе так и не зажегся свет. А ее заказ так и не появился…

* * *

Старое метро…

Оно было необходимо в годы транспортного бума.

Переполненные вагоны, мчащиеся по рельсам. Лучшее место для воровства, знакомств, самоубийств и убийств.

Века прошли, и метро исчезло. Потеряло свое значение. Кое-где станции метрополитена превратились в грандиозные музеи, торговые ряды. Кое-где стали бомжатниками. Люди без определенного места жительства занимали старые, заброшенные станции.

Некоторые станции были выкуплены под офисы. Лаборатории. Некоторые оригиналы покупали станцию целиком, чтобы построить свой дом, свое укрытие.

Спускаясь вниз по поручню, отчего кое-где колеса роликов высекали искры, Эми пыталась выкинуть из головы тяжелые пессимистичные мысли, ей не свойственные.

Метро обычно действовало на нее успокаивающе. Наклонный тоннель, яркое освещение, отсутствие людей. Запах жженой резины или пластика. Всё навевало на успокаивающий ритм. Иногда, чтобы спуститься вниз, Эми даже снимала ролики.

Там, внизу было особенное место. Где собирались такие же как она — любители азарта, адреналина, погони. Роллеры высшего класса, мастера скорости и трюков использовали метро для своих игр и для соревнований. Это было неизменным местом встречи. И раньше, скользя на своих роликах-агрессив, Эми наслаждалась каждым скольжением.

Но не сейчас.

Что-то было не так.

Это что-то сидело в душе, заставляя ее корчиться от непонимания. Это что-то мешалось в голове, заставляя безуспешно пытаться вспомнить. Но не получалось.

Спрыгнув с перил, девушка коснулась притолоки, оставив отпечаток своей ладони на сканирующем устройстве. Зацепившись руками за железный поручень, Эми повисела в воздухе и спрыгнула вниз. Приземлилась она ровно в тот момент, когда открылись огромные врата, закрывающие вход на станцию московского метро, Парка Победы.

В зале было не очень много людей, зато со стороны рельс доносились радостные вопли.

— Гонка? — спросила Эми, подъехав ближе к краю платформы и ни к кому конкретно не обращаясь.

Высокий парень с фиолетовыми дредами, на вид младше Эми лет так на пять, улыбнулся и кивнул.

— Новички. Разносят наших под орех.

— Ооо, — присвистнула восхищенно Эми. — Прямо под орех?

— Еще только Мастер держится. Да Маус.

Девушка хмыкнула. Не спеша перетянула ремешки роликов и выпрямилась, поправляя капюшон. На нее никто не обращал внимания, а ей только того и надо было.

— Ставки, ставки! Делайте ваши ставки, — из толпы вынырнула девчонка, изящно прокатилась на роликах мимо толпы и скрылась обратно. С пустыми руками.

А спустя минуту к платформе подъехали шестеро. Впереди двое, затем почти «ноздря в ноздрю» еще двое. И еще двое значительно отстали.

— Мусор, — сплюнул ведущий гонки. — Говорили, самые крутые гонщики здесь ходят, а тут как ни посмотри, — обвел он зал мутным взглядом, — один мусор.

«Под кайфом», — поставила диагноз Эми. Подъехала ближе и присела на корточки, посветив фонариком с запястья в оба глаза роллера. Зрачки были практически не видны и на свет вообще не реагировали.

— Эй, ты кто, шала… — замедленно возмутился мужчина и заткнулся одновременно с тем, как в его голень пришел удар острой части рамы его же напарника.

— Цыц, хвост, — на платформу, легко подтянувшись на руках, выбрался высокий мужчина. — Это явно леди.

Эммануэль откатилась на пару шагов, не давая себя коснуться и разглядывая явного заводилу всего происходящего.

Невысокий, но и не хрупкий блондин с прищуренными серыми глазами. Отличное, развитое тело, мускулистое, выдающее своего хозяина с головой. Дорогой спортивный костюм. Черные наколенники и налокотники, черный шлем.

«Из спортзалов не выходит, — подытожила быстрый обзор Эми. — Знает себе цену, но при этом пижон и немного франт».

— Ты кто? — поинтересовалась она суховато.

— Победитель.

— О, в гоноре тебе не откажешь, — отвернувшись от говорящего, девушка двинулась к Мастеру, но не доехала.

Мужчина остановил ее на полпути, схватив за локоть и повернув к себе.

— Эй! Ты не представилась.

— Ты же не назвал своего имени, — натянуто улыбнулась Эми, не терпевшая когда посторонние хватали ее за руки. — Почему должна представляться я?

— Прости. По-дурацки получилось. Хотел произвести впечатление.

— Произвел, — согласилась девушка. А когда мужчина улыбнулся, нанесла удар: — Отрицательное.

— Придется как-то заглаживать свою вину. Я Грек. Денис Грек.

— Имя и фамилия? Как много информации для случайной знакомой.

— А я тебя здесь жду. Ты же ангел, верно? Ангел на роликах. Про тебя говорят, что ты никогда не проигрываешь. Я вообще живу в Питере. У нас там свое метро и свои роллеры, — Денис улыбнулся. — Но поскольку меня последние месяца четыре не то что обыграть, меня догнать никто не смог, я решил познакомиться с московским метро. Как выяснилось, здесь есть хорошие бойцы. Достаточно взглянуть на этих выдохшихся двоих. Но я играл даже не вполсилы. Как насчет матча? Дружеского. Ты и я. Против друг друга.

— Не интересно.

Денис заметно растерялся. Эми высвободила локоть и подъехала к Мастеру.

— Мастер.

— Эми?

— Есть дело.

— Нужна помощь?

— Не думаю, что это можно сформулировать именно так, — девушка рассеянно покачала головой. — Скорее, есть вопросы, на которые нужны ответы.

— Ты же знаешь, тебе я всегда рад помочь.

— Знаю. И ценю, — Эммануэль улыбнулась. — Кстати говоря, эти, — показала она через плечо на перешептывающуюся четверку гостей. — Сильно достали?

— Проучить бы их, — согласился Мастер. — Поможешь?

Протянув листок с подготовленными вопросами, Эммануэль кивнула. Стянула капюшон, а следом и куртку.

На черной водолазке серебрились яркие крылья. Эмблема Ангела на роликах. Спрыгнув с платформы, девушка набрала на небольшом табло ставку игры.

— Эй, эй, сумасшедшая! — Денис присел около платформы. — Три штуки кровных за один пробег с тобой?! Не дорогое ли удовольствие?

— Можешь не ехать, — отозвалась Эми. — Без тебя желающие найдутся.

Грек хмыкнул.

— Да ладно, за такие деньги!

Мужчина ошибся. Нашлись. И еще как нашлись. В течение полминуты заезд был практически закрыт. Из десяти мест оставалось свободным только одно. И Денису не осталось ничего другого, как спрыгнуть вниз прежде, чем место исчезло.

Что больше всего удивило гостя Парка победы, на трассу спрыгнули те, кого он посчитал с первого взгляда — слабаками. Которые даже не поехали по трассе после его вызова.

— Имей в виду, — повернула голову Эми к Греку. — Деньги здесь не возвращают. И новичкам форы не дают. Поэтому постарайся особо не глотать пыль из-под наших колес.

— Не наглей, ангел! Ты, допускаю, хороша. Но остальные…

— Вполне могут составить мне конкуренцию, — хмыкнула весело Эммануэль. — Кстати, Грек. Имей в виду. Проигравший еще и оплачивает для всех выпивку. Постарайся не быть последним!

На широкой полосе над рельсами появился обратный отсчет.

От десяти к единице. И на нуле роллеры сорвались с места.

Отдавшись гонке с головой, Эми забыла обо всём. Ныряя под железные трубы, когда их перепрыгивая, а когда даже заезжая на стены, девушка не обращала ни на что внимания. Просто стремилась вперед.

От скорости крылья на ее спине смазались, и в полутемном тоннеле краски, добавленные при создании материала, светились, образовывая мистический ореол. Две размытые яркие полосы, как никогда похожие на крылья.

Вверх, вниз. Проехать по узкому тонкому желобу над канавой с вонючей жижей.

«Опять Маус постарался», — фиксирует усталый мозг.

На руках проскочить через опасное место между двух вращающихся топоров, чтобы уже через мгновение практически лечь на одинокий рельс, скользя на роликах под горку.

Всё быстрее и быстрее, смазывая мир вокруг. До того момента, пока впереди не появился человек с полосатым флагом. Финиш.

Эми выбиралась на платформу под радостные вопли, улюлюканье и торжественные залпы шампанского.

— Ангел на роликах опять всех сделал? — усмехнулся Маус, протягивая девушке белое полотенце и бокал с крем-содой. — Куда теперь, Эми?

— Домой. Завтра на работу, — вытерев лицо, девушка улыбнулась.

— А что на работе? — протянул на этот раз парень пухлую черную папку на завязочках.

— Проблемы! Передай Мастеру мое спасибо.

— Эми, а выигрыш?!

— Закинь половину на мою карточку. Половину на взнос Парка! — отдав шутливо честь, Эми исчезла. Ей предстояла работа.

Если Мастер добыл максимально полную информацию. Если он нашел ответ хотя бы на один вопрос, который интересовал Эммануэль, то значит, ночью спать ей не придется.

… А к финишу последним всё же прикатил Грек. И ему пришлось оплачивать выпивку для всех присутствующих. Впрочем, мужчина в накладе не остался. По большому секрету он получил почтовый ящик Ангела на роликах.

Написать быстрой красавице Денис планировал в ближайшее же время…