Ночь прошла средне температура 37,8 °C анальгин потела до утра запах кала и малая опять вменяемость бред с надвигающимися кругами

Утром после смены белья спокойнее температура 36,5 °C измерял осторожно как бы не доискиваясь до конца до точного значения настроение неплохое состояние физиологическое все же притихшее минорное ест не очень скорее мало может и очень мало нога беспокоит меньше как-то приноровились и мама и я сменять белье поправлять

Продолжается информационная блокада говорят в очередной раз украли телефонный кабель ко всему микрорайону — тоже чей-то заработок продают медь но металл не благородный да и заработок никто не заходит из родственников я средне устал средне выспался и не очень тревожен хотя периферия граница с миром не защищена от тревоги открыта ей

Узнаю еще одну сторону человека — это тоже человеческое состояние в котором сейчас мама да и я роли беспомощной больной и ухаживающего думаю о возможностях этого событийного ряда для кино тут нужна и особая авторская модальность иконичности-рисунка кадровой динамики темпоритма визуальных высказываний и добрый мудрый сверхсмысл данный конечно в предвоплощенной форме в предвысказывании-предфокусе а в смысловую ясность это соберется в сознании зрителя и фокусируется в интроарте не обязательно в вербальной форме искусство уходит жить-звучать в глубинные невербальные горизонты сознания и приходит оттуда?

У меня еще легкая роль почти курортная по труду (но полностью серьезная по опасности потери) могу представить себе в моей роли мать двоих-троих детей которых кроме лежачего больного надо накормить обстирать воспитать — и как разно устроены в этом отношении жизни людей с рождения много больше похожих друг на друга чем траекториями во взрослости какой узкий зажатый путь одному и царский по возможностям вольный — другому

День проходит серьезно без страданий но естественно и без радостных взлетов были Наташа с мужем мама какала малыми порциями часа три и раз семь-восемь мыли ей руки — серая и коричневая проза серьезная важная стоящая в стороне от радости и совсем недалеко от боли

Как разнятся концепции любви в разных культурах которых (концепций) текстуально может и не быть в них но воспитанием нравственной и ценностной практикой общества они как бы воплощаются в конкретике не будучи сформулированными теоретически как планеты исполняют законы Кеплера и Ньютона даже без их текстуальной формулировки — культура воспитанием примером а вернее предполагаемыми предписываемыми несмышленышу — родителями и кем-то еще — свойствами его сценариями его переживаний ценностями подготавливают его к той или иной (глубинной экзистенциально-аксиоматически невербально данной) концепции любви родители исполняют вне сознания младенца (но где здесь точно провести границу целостного жизнеспособного образования которое и можно назвать сознанием отходя от стереотипа один мозг — одно сознание) не только его целостное Я но и его свойства-ценности подструктуры его желанное им родителям (чаще целостно не осознанное и поэтому слишком идиллически-красивое) духовное устройство не детально но в важных топологических чертах и вначале их «месторасположение» — вне мозга-сознания младенца у него еще нет своей пирамиды ценностей (нет и чувства Я) а ее (вместе с чувством Я) уже исполняет пристраивает извне культура мать

Никто не учил Вертера так любить но когда запустился сценарий его любви выяснилось что именно он никогда не сформулированный как разумный идеал исподволь сформировался и оказался сильней неизбежней других разумных и часто сформулированных в учебниках сценариев выстраивания жизни

Любовь как высшая ценность целостное наслаждение в (куртуазной? но там как раз это вроде слишком игра) любовеценристской культуре системе ценностей и любовь как часть сансары привязанность к бренному миру которой вообще надо избегать брахману вставшему на путь освобождения подходя к этому философски — упрощенно применяя операцию абстрагирования — можно говорить что у личности-человека должна быть ценностная доминанта (любовь или стремление к мокше-освобождению от круга перерождений или деньги-власть или…) достаточно расцвеченная эксплицированная детализированная и превознесенная культурой (в которой есть и более практичное или наоборот не превозносимое)

Нужно ли еще делать шаг добавляя ступень абстрагирования в модель где имение ценности-доминанты есть одна из альтернатив надо видеть что абстрагирование это может быть и путем к (нахождению новой) философии но чревато потерей-обеднением того философией чего выступает эта абстрактная система любая философия стремится быть философией мира но реально выступает философией некоей его модели-репрезентации которая может оказаться бедной лишенной красок мира тощей в сравнении с ним созданным до всяких философий и к тому же развиваемым далеко не только философски но и иными кистями многообразием человеческих и природных событий законов катаклизмов да и идей не монопольно-философких

Снова накаляется тревожка почти сутки не мочилась позывы есть опять и опять не получается нервничает и я заражаюсь а может и сам виноват сорвался выговорил ей вчера около полуночи когда она сонная уронила звонкую стеклянную утку на пол пописав почти не просыпаясь — я поднялся с постели на стук и возможно напугал дурак раздраженный зажал мочеиспускание но вот вышло с четверть стакана значит дело должно пойти понемногу

Подробно пишу быт ухаживания уже темно полвосьмого вечера редкий одиночный снежок проносится мимо окна кухни утомленная подробная серьезность бытовая тяжеловатая кран течет-журчит газовая плита горит греет квартиру за стеной слышно как сосед неумолчно ругается с женой матом не орет не тратит сил но громко без зла но со смаком и невероятно сосредоточенно на этом процессе как единственно доступном ему нефизиологическом (не — есть спать освобождаться хотеть есть)

— Я отрежу твоего хлеба? Магистр появился в полдвенадцатого ночи

— Да-да конечно

Голос у него негромкий и немного осыпавшийся напомнивший мне полуразрушенный дворец он взял со стола свой нож с любовной парочкой отрезал горбушку я хотел предложить чаю с сахаром но по взгляду догадался — не надо лицо худое очень подвижное черты невнятны при слабом свете свечи говорить с ним почти не нужно смысл передается как-то иначе Магистр медленно съел горбушку казалось он не жует хлеб а обдумывает его

— Ты знаешь про гуны?

— Да тамас раджас саттва

— Сейчас твоя тригунья — боль вина и усталость

— Магистр этому нельзя помочь?

— Помочь не быть человеком? трудно без веры

Он снова взял свой нож показав что уносит его с собой

— Это свадебный нож бронза мне пора

— А ты веруешь?

— Я мыслепоклонник появляюсь у живого пламени помогающего думать

— В храмах?

— Нет скорее в кельях огонек должен быть одиноким и размышляющий — тоже

Исчез

Зачем я придумал эту игру?

Усталость есть пепел сгоревшего дня его тяжесть сегодня не чрезмерна обыденна но не обеднена деталями и неторопливой неброской важностью-весомостью хотя это не избранные эстетические страницы жизни — вот теперь пописала хорошо с добрый стакан и можно вздохнуть спокойнее быть может система налаживается входит в устойчивое регулярное русло

Сон бежит

раскинув руки

кисти

теряются в сумраке

смешанном

с тишиной