Соленый воздух, адская жара и смрад разлагающейся рыбы ударил внос, стоило появиться на плацу. Добрая сотня человек стояла разбитой на четыре ровные группы, к одной из которых меня отравил один из встречающих.

— Вы все дерьмо! — Огромный тролль ходил вдоль шеренги и осматривал формирующуюся группу. — Никто из вас не имеет должной физической подготовки, но вы сунулись в наш военных лагерь! На этом курсе будут оценивать не столько технику исполнения, сколько ваше стремление овладеть рукопашным боем. Сейчас вы находитесь в сортировочном лагере Палет, который расположен в центре архипелага Граудан. В десяти километрах к востоку от нас находится остров Крит с одноименным тренировочным лагерем. Туда есть два пути. Первый, вы платите двести золотых и садитесь в лодку к младшим инструкторам. Идете не веслах до самого острова. Второй, сдаете вещи на транспортировку и гребете своими руками в сторону острова. Платить ничего не дано, но только те, кто доплывут до берега, смогут продолжить обучение. В случае вашей гибели, вещи конфискуются в пользу учебного центра Крит.

Государство всегда в прибыли. Вот и выяснилось двойное дно условно — бесплатных факультативов. Из ста двадцати человек только двадцать решились на десяти километровый заплыв. И я был в их числе. Я думаю это своеобразная проверка на физ подготовку, аналогичная забегу на пять километров. Если пройду ее, смогу доказать троллю, что я не дерьмо, коим обозвал всех учеников.

Работая лодочником в Хризалиде, мне много раз приходилось плавать, показывая туристам эффектное представление по поимке рыбок, поиску жемчуга и швартовки лодки. На длинных дистанциях кроль подходит больше всего, потому его выбрали все пловцы.

Через час с начала заплыва, пара игроков решила заплатить лодочнику сопровождения и остаток пути проделать уже на лодке. На второй час их стало уже шестеро. Когда мы преодолели половину пути, появились первые реальный проблемы. Хищные водоросли утащили под воду сразу десяток игроков, в том числе и меня. Вот тут и пригодились сильные руки, которые Эфрем заставлял тренировать так, что шла кровь из под ногтей. Я и еще пара парней похожих, как две капли воды, начали рвать все водоросли достающие до поверхности. Запаса воздуха хватило всего на пару минут, но мы смогли спасти всех, кого противник затащил под воду. В итоге четверо игроков прорвавшихся через водоросли уплыли дальше во главе с инструктором, а наш десяток, считавшийся условно погибшим, лежал на поверхности воды и отдыха.

— Отдых десять минут, восстановитесь и разбейтесь на тройки. Тонет один, помогают двое других. Я буду плыть один.

Я так привык задавать темп команды, что сейчас привычно взял все в свои руки.

— А тебя кто главным назначил? — Вот и первый отказ от пережитого ужаса утопления.

— Кроме меня, только двое из вас имеют должную подготовку. Их тройку будут плыть первыми, за ними все остальные. Я замыкаю группу. А если я тебя еще раз услышу, то нас останется девять и твои напарники поплывут со мной. Медузы травят и парализуют, водоросли и беззубые хищники утаскивают на дно. Все остальные простое поедают и шанс на спасение у нас есть только в группе, а не поодиночке.

Как и предполагалось, за следующие три часа из сил выбились все, и до острова добрались только девять игроков. Когда одного из наших схватила акула, мы разом накинулись на нее. Выбили глаза, порвали жабры и добрались до внутренних органов. И все‑таки она успела загрызть одного из парней. Потом до самого берега мы плыли на максимальной скорости, так как у всех были кровоточащие раны. А в воде, кровь, хищные рыбы чуют очень хорошо.

В лагере нас никто не ждал, так как инструктор сказал, что мы погибли во время заплыва. Из первой четверки до берега добрался только один игрок. Отдав уже распотрошённые вещи обратно, десяток выживших поселили одном бараке. Строило нам добраться до постели, как все вырубились.

Я проснулся посреди ночи, он чавканья где‑то поблизости. Пара близнецов заняла двух ярусную кровать и сейчас с аппетитом уминала завтрак, обед и ужин в одном лице. То есть они уже почти съели все содержимое одного из своих рюкзаков.

— Адам. — Мы так и не представились друг другу за весь день.

Близнецы переглянулись и поняли, что я хочу познакомиться.

— Ромул.

— Рэм.

— Это у вас так родители пошутили? — Ники обоих высветились показывая двухсотый уровень. Им нечего скрывать, а вот я сохраняю инкогнито.

Через десять минут весь барак проснулся, и повсюду разносилось смачное чавканье. Современные детдомовцы непосредственны, быстро адаптируются к ситуации и не стесняют, нарушая этикет. Пловец, в одиночку доплывший до берега, к утру получил прозвище Первый, хотя звали его Крутео. Он прошел первый уровень факультативной физ подготовки, и судя по рельефу мускулатуры, тамошние учителя на одном уровне с Эфремом. Рамина, девочка — гоблин прошедшая с нами весь маршрут заплыва, уже умела варить зелья, так что к утру мы были сытыми, выспавшимися и довольными. Гоблинша стала почетным членом нашей группы. Во время битвы с акулой именно она кричала, что надо повредить внутренние органы, иначе нам не выиграть. Рамина сказала, что смогла найти шамана — наставника с племени гоблинов рыбаков, и уже полгода учится под его началом. После этих слов ее еще больше за уважали. Она ведь почти маг!

Для нашей казармы утро настало раньше, чем для всех остальных. Тролль под предлогом жалоб на ночной шум, заставил нас пробежать сорок кругов, а потом еще двадцать штрафных. Когда он потребовал показать виновных в беспорядке, вся группа лишь улыбалась, давя все признаки смеха. Еще бы! Под утро от скуки мы начали соревновать в силе, количестве отжиманий, самых остроумных анекдотах и смогли сварить зелье — энергетик, используя запасы продуктов, котелок и навыки Рамины. Потому пятнадцать километров утренней пробежки, из группы в двадцать человек, одолел только десяток выживших в заплыве. Но даже после этого, никто не стал докладывать о зачинщиках ночных беспорядков. За это мастер заставил самых стойких, пробежать еще сорок кругов по двести пятьдесят метров. А вот это стало настоящим испытанием на прочность. Даже Первый сошел с дистанции на восемьдесят пяток круге. Пара штатных медиков перенесла его с поля в лазарет. Я, Ромул, Рэм и Рамина смогли добраться до финиша, но до самого обеда нас нельзя было поднять даже пинками. Удовольствие на лице мастера, могла видеть вся сотня учеников второго курса. Нашу пятерку, во главе с Первым, которого приволокли из лазарета, выставили на плац перед толпой. Тролль нашел козлов отпущения, на примере которых сможет показать свою власть с это лагере.

— Меня зовут мастер Хорни, и следующие сорок дней я буду учить вас искусству рукопашного боя. Большинству из вас, молокососов, нет и двадцати лет, но гонору столько, что в штаны не вмещается. Эти пятеро учеников провинились тем, что решили ночью покуролесить в своем бараке, перебудив все окрестности. Сегодня они отделаются двадцатью ударами плети, но в следующий раз наказание окажется куда жестче.

Даже при болевом фильтре в 25 %, это были не самые приятные ощущения! Семихвостая плеть сдирала кожу, рвала связки, дробила кости, но страшнее всего было слушать крики тех, кого бил мастер. Мне повезло, я был вторым, и потому смог увидеть, как молились и роптали те, кого приглашали на дыбу следующим. Ученики, ожидавшие начало занятий, молчали и со страхом смотрели на тролля и место наказаний. Не так страшен черт, как его малюют. Через час мы придем в норму, но снова отправиться под руку мастера, мне очень не хочется.

На плац перед толпой вывели быка, который в холке был больше двух метром. Один их инструкторов подвел его толпе, ровно так, чтобы животное оказалось между ним и мастером. Тролль дождавшись, пока бык встанет ровно, и ученики смогут оценить его силу, начал сегодняшний урок.

— На первом курсе вы учите базовые приемы. На втором учитесь правильно использовать силу мышц. На третьем укрепляете тело. На четвертом учите стили боя исходя из типа противника. На пятом изучаете смертельные удары. На шестом учитесь использовать все конечности, как оружие. На седьмом изучаете бой с противником в доспехах. На восьмом компрессионные удары и боевые техники, повреждающие внутренние органы противника. На девятом, вас научат управлять боем. На десятом… пусть это будет сюрпризом.

Толпа зароптала обсуждая курс обучения. Бык флегматично обвел взглядом всех присутствующих и фыркнул. Мастер поднял правую руку, демонстрируя, что в ней нет оружия, лезвие или какого скрытого механизма.

— Считается, что сила удара зависит от того, какой вес в него вложен. Традиционное карате, говорит, сожмите кулак сгруппируйтесь и наносите удар. Но есть ряд боевых искусств, где удар расслабленной рукой может пробить деревянную доску. Дело в том, что запястье при сжатом кулаке тормозит работу предплечья. В боксе, есть такой удар, как джеб, когда боец сжимает кулак уже на подлете к противнику. В кемпо большая часть техник использует расслабленные мышцы и скоростные удары. Сейчас мое тело натренировано, укреплено и расслаблено. А теперь внимательно смотрите.

Мастер совершил резкий взмах рукой, сведя пальцы в форму раскрытой ладони. На шее быка появилась огромная рана, из которой хлещет кровь. У животного перебит позвоночник, сонна артерия и большая часть мышц на левом боку. Тролль лишь тряхнул рукой, смахивая с пальцев капли крови.

— Это был пример того, как правильно использовать мышцы. Сила, скорость и количество нанесенных ударов нанесенных за бой, зависят от того, насколько хорошо вы умеете управлять своим телом. А теперь начнем урок.

После этой демонстрации все ученики прониклись уважением к троллю. Убить противника пятисотого уровня одним ударом, пусть и под действием седативных препаратов, это уже не шутки.

Инструктора показывали набор движений, которые надо было запомнить и отточить. В целом все повторяло предыдущий курс за тем исключением, что нас заставили тренироваться до позднего вечера, отпуская на обед только тех, кто смог повторить все так, как показывал инструктор. Первыми есть ушли девушки. Для них плавные движения и гибкость суставов во время ударов, оказалось само собой разумеющимся. А вот парням с большой мышечной массой, этот курс обучения казался адскими пытками.

Нашелся игрок, который заложил нас мастеру после кросса. Ник Сорока, раса человек, девятисотый уровень, и статус короля сволочей. Из‑за распределение по баракам, мы никак не могли избавиться от этого гада. Впервые в жизни мне встретился человек, который был прирожденной сволочью и получал удовольствие от того что другие страдают из‑за него. Его не интересовала боль, скорее то, что он стал ее причиной. Он гадил всем и каждому во время тренировок, кричал, сбивая темп и привлекая внимание. Случайно китал песок в лицо соседа, падал, ломая кости другим ученикам, а во время учебных спаррингов стремился покалечить противника, прикрывая правилами поединка. Я прямо спросил его, зачем вести себя подобным образом. Сорока ответил с нескрываемым удовольствием, и чувством собственного превосходства.

— Потому что вы слабые ничтожества, которые не добились в своей жизни ничего! Я презираю вас! Бездомные безродные отбросы общества, сидящие на шее у государства, которые только и умеют, что тратить деньги честных налогоплательщиков. Само твое существование, сам факт нахождения рядом с таким куском грязи, как ты, мне уже противен! И я сделаю все возможное, чтобы ты и твои дружки отправились обратно в свое болото! Знаешь, в реале я каждый день подтираю свой зад распечатанным прошениями о работе от таких кусков дерьма, как ты. Я даже специально заказываю бумагу для этого утреннего ритуала. Днем провожу собеседования и с огромным нескрываемым удовольствием давлю все ваши потуги на нормальную жизнь! Ты шестиуровневая крыса, иждивенец государства, паразит на теле сообщества. И я не дам тебе закончить этот курс!

Сорока ненавидел всех, кто ниже его по социальному статусу. А всем кто был выше, завидовал и гадил исподтишка. Он злорадно улыбался всем ученикам, всем своим видом показывая, что неприятности только начинаются. Его не интересовали деньги, социальный статус и отношение к нему других людей. Он чувствовал себя в комфорте, только если все окружающие его ненавидят.

Под конец первого дня на ногах стоять не мог уже никто. Напряжение, вызванное непривычными движениями, сильно изматывало. А после забега на 25 километров, порки и морения голодом, выпали даже самые стойкие. Наша пятерка продержалась до конца только за счет остатков энергетика Рамины. Сама гоблинша потеряла сознание, едва сдав инструктору тренируемые движения. А нам пришлось мучатся до самого конца, получив отметку удовлетворительно в числе последних. Ни для кого не секрет, что это было наказанием за ночной кутеж в бараке. Мастер вдалбливал армейскую дисциплину в умы детей. Взрослых игроков почти не осталось. Они покинули лагерь сразу после утреннего марафона и порки, сославшись на неадекватность мастера Хорни.

За следующие пять дней мои запасы еды были сначала основательно подъедены, а потом отравлены Сорокой. В лазарет отправились бы все, если бы Рамина не заметила отраву. Самое удивительное, что учителя закрывали глаза на крысятничество, но пресекали драки и убийства. И Сорока знал эти правила, еще до первого инцидента. На десяток пловцов добравшихся до берега, он объявил настоящую травлю. На общих занятиях, он падал, мешал, на долгое время отвлекал инструкторов. Во время самостоятельных тренировок не давал нам заниматься, провоцируя драки, в которых обвинял нас в нападении группой на одного. Его бесило, что даже среди детдомовцев есть игроки способные показывать на факультативных занятиях результат выше его собственного.

На шестой день созрел план, как проучить Сороку. Остров Крит был большой тренировочной базой, но лагерь занимал лишь его малую часть. Во время самостоятельных тренировок мы выбрались в тропический лес и начали отрабатывать расслабленные движения в спаррингах. Всего через десять минут по наши души пришел Сорока и начал откровенно нападать, не боясь гнева инструкторов. Ведь он как обычно скажет, что это мы на него напали. А разница в статах такая, что мы и всей толпой его не завалим.

Ромул и Рэм встали в боевые стойки принимая вызов Сороки. Противник был достаточно умным, так как не спускал глаз с оставшейся троицы. Ну да, молодец, понял, что это ловушка, вот только встал именно так, как мы и планировали. И даже не двигается с места, показывая свое превосходство. Самострел сработал идеально, пробив голову Сороки насквозь. Второй раз, бесплатно телепортировать он уже не сможет.

В лесу не было никого, кроме нас шестерых. Оставшаяся часть группы сейчас тренировалась с манекенами на глазах у инструкторов, так что к ним никаких претензий не будет.

Мы сами принесли тело Сороки мастеру Хорни. Весь разговор лежал на мне.

— Сорока решил пойти с нами в лес и потренироваться в условиях приближенным к боевым. Во время учебного спарринга, он наступил на ловушку с самострелом. Результат перед вами. С его тела мы ничего не взяли. Доклад окончен.

Мастер Хорни никак не показывал своего гнева, но я много времени провел в лесу среди животных. Если зверь молчит, это не значит, что он не задумал дурного. Тролль сейчас напоминал змею перед броском.

— То есть к его убийству вы не имеете никакого отношения? И о ловушки не знали?

— Нет. Если бы Сорока на нее не наступил, то один из нас оказался бы на его месте.

— Будет проведено служебное расследование. Если хоть один из вас причастен к его смерти, последует наказание, исключение и штраф к бонусным баллам. Сейчас вы понесете наказание за то, что не проверили площадку для тренировок, перед началом спарринга. Пока не пробежите тысячу кругов, вам будет отказано в общих занятиях. Адам, останься. Остальные можете идти.

Как только другие дети вышли из комнаты, обстановка в комнате резко изменилась. Тролль не сдвинулся с места, но начал испускать жажду крови, от которой в комнате разом завяли все растения.

— Следователи что‑нибудь найдут?

— Только наши следы. Оружие убийства никто не искал, но мы сразу поняли, что это был самострел.

— Я спрашиваю, следователи смогут найти доказательства вашей причастности к смерти игрока Сорока?

— Мы его не убивали. Максимум, что нам можно предъявить, это наши следы на месте преступления.

Из кабинета мастера выходил со смешанными чувствами. Он друг или враг? Была ли это попытка избавиться от нас? Или он пытался прикрыть наши спины от следователей?

На улице друзья окружили меня и начали заваливать вопросами о том, как прошел диалог. Разумеется, все самые важные вопросы шли через командный чат. Никто кроме меня не знал всех деталей плана, потому они смогли вести себя естественно.

«Самострел нашел в лесу в одной из охотничьих ловушек. Он очень старый, полусгнивший, но свою работу делает идеально. Я закопал его в нужном месте, оборудовал ловушку так, чтобы она сработала, когда человек наступит на нужное место. Вообще‑то выстрел должен был попасть в грудь и лишь тяжело ранить Сороку, а не убить. Но во время атаки он слегка наклонился, и стрела пробила череп. Моих следов там нет. Во всяком случае тех, которые я сам смог бы заметить. Короче не мучайтесь, вам ничего не грозит.»

Рамина шумно выдохнула.

— Я думала, ты хотел испортить его личные вещи, пока его не было в лагере. Ну там, мочу во фляжку налить, или вшей в подушку подсыпать. Жаль травить нельзя. Медики заметят.

— Женская мстя страшная штука. Не хотел бы я оказаться на месте Сороки.

Гоблинша обиженно засопела, но все равно была жутко горда собой. И я понял в очередной раз, как сильно нам повезло, что с нами есть игрок способный варить зелья. До вечера мы собирали нужные ингредиенты для варки энергетика. Взяли разрешение у мастера на то, чтобы пробежать ночью тысячу кругов, чтобы не пропускать завтрашние занятия.

Двести пятьдесят километров удалось преодолеть только к полудню следующего дня. Сильнейшее истощение, жажда, голод и трепет игроков — жаворонков проснувшихся раньше других. К утру мы были выжатые, как лимон, с осунувшимися щеками, выпирающими ребрами и дикими глазами.

Стоя на плацу в группе, мы уже были готовы приступить к уроку, но мастер обратил внимание конкретно нашу пятерку.

— А вы что тут делаете. Вам же сказано, что пока не пробежите тысячу кругов, вы не будете допущены к общим занятиям.

— Но мы пробежали тысячу кругов!

Тролль с нескрываемым превосходством ехидно поинтересовался.

— И кто может это подтвердить?

— Вы. Мы же у вас брали разрешение на то, чтобы бегать ночью на тренировочном поле.

— И что, я держал свечку, смотря, как круги наворачиваете? Нет?! Так пошли вон! Чтобы я вас не видел, пока не отбудете наказание.

В этот момент я понял две вещи. Первое, что взрослые игроки, назвавшие тролля неадекватным, были правы. Второе, он все‑таки враг, и мы на его поле.

Зельями Рамины продержали нас на ногах еще час, а потом наступил откат. Весь марафон был рассчитан на то, что мы сможем позаниматься час с мастером, а потом уйдем отдыхать в казармы. Но все вышло иначе, усталость начала брать свое уже через пятнадцать минут с того момента, как нас выгнали с плаца.

Гоблинша страдала сильнее всего. Он была выносливой из‑за маленького тела, а не хорошей подготовки. Первый, Ромун и Рэм, как и я, едва доползли до койки. Вот только спать сейчас нельзя. Мы собрали припасы и сели кругом, начав уминать остатки еды близнецов. Продирая слипающиеся глаза, каждый думал о своем. Сможем ли мы снова повторить этот подвиг в забереге на 250 километров? Зачтет ли это мастер? Как решить проблему?

Как ни странно все проснулись всего через десять часов. Если учитывать, что для полноценного сна, нам хватает и пяти, вчерашнюю усталость можно смело назвать смертельной. Был уже вечер, но в столовой толпу голодающих накормили остатками ужина. Мы съели вообще все, что нам дали. Потом была оккупация туалетных кабинок, и повторное уничтожение личных запасов еды. Вот тебе и откат от зелья — энергетика.

На мне лежала ответственность за сложившуюся ситуацию, потому я первым начал разговор по делу.

— Хорни хочет нашим примером приструнить всех остальных учеников. Мол, мы смутьяны, которых он будет давить, как клопов, всеми доступными ему способами. Все учащиеся курса знают, что мы отбегали свое наказание. И что мастер клал на наши извинения и попытки оправдаться. В лучшем случае, он будет мучать нас еще неделю. В худшем, все оставшееся до экзамена время.

Гоблинша сжала кулаки и выдала емкую манерную конструкцию на неизвестном языке. Первый, осмотрел нашу группу и сразу понял, ради чего я это сказал. На его лице расцвела довольная улыбка. Все верно, я нагнетаю обстановку и даю ребятам возможность повариться в собственном соку. Когда я сделаю предложение, они не должны сомневаться, иначе проиграют.

Первым с духом собрался Рэм. В дуэте близнецов именно он принимает все решения.

— И зачем мы в это ввязались?

— Хорни плевать на наши потуги. Только мы смогли добраться до берега, не заплатив за место в лодке! Он намеренно позволял Сороке портить нам жизнь, а теперь разыгрывает ситуацию в свою пользу. Если кто не понял, он тот же Король Сволочей, но в более легкой форме. Вообще надо было раньше форсировать ситуацию и расставлять все на свои места, не прибегая к полумерам.

Первый удивленно поднял бровь.

— Ну а сейчас ты что предлагаешь?

— Заставить мастера признать, что мы пробежали тысячу кругов. Будем пробегать по двести пятьдесят километров, каждый второй день. А каждый первый, самостоятельно изучать набор движения, который нам задают на день. Уверен, найдутся ребята готовые показать нам «домашнее задание». Пусть мы и не можем заниматься на плацу, но есть еще полоса препятствия, лес, территория военного лагеря Крит и еще много мест. Кстати можно договориться с одни из военных быть нашим наставником, в обмен на еду или услугу.

Рамина поморщилась от услышанного.

— И зачем все так усложнять? Можно просто покинуть группу и присоединится к вновь сформированной. Почему просто не попросить прощения или подкупить мастера? Зачем стрелять из пушки по воробьям?

— Не знаю, как у вас со временем, но терять десять дней из козла — мастера, я не хочу. Почему нельзя просто сменить группу? Насколько я понял, мы все попали в этот лагерь, использовав условно — бесплатные курсы государства. Почему условно, думая все стало понятно, после дороги до острова. В остальном вам покажется глупым, даже мальчишеским, но я не хочу играть по чужим правилам. Да, я намеренно усложняю себе жизнь, но думаю, это большему меня научит. Я привык учиться самостоятельно, а не прогибаться под козлов — наставников и довольствоваться тем, что дают. Плевать я хотел на правила, где типы вроде Сороки поощряются, и закон на их стороне. Я слабый, и признаю это, тем самым принимая тот факт, что я могу стать лучше. Будет очень — очень сложно, но гарантирую, у вас останутся приятные воспоминания.

Ромул улыбнулся, а Рэм ему ответил, давая согласие за обоих. Близнецы решили потренироваться, и я их прекрасно понимаю. Рамина кивнула, показывая, что не откажется от ярких воспоминаний. Первый сомневался совсем недолго, решив пойти за компанию. Сама затея нормальному человеку покажется странной, но у детдомовцев не так возможностей создать себе множество ярких воспоминаний. И когда она появляться, он ей обязательно воспользуется, даже если за этим последует наказание. Мы дети и это наше детство!

Пока другие ученики тренировались с инструкторами, мы проходили полосу препятствия, используя те знания, что мастер успел нам дать за первые десять дней учебы. Разумеется, все это вылилось в соревнование, в котором первенство безоговорочно держала Рамина. Пока другие оттачивали мастерство, я двигался на пределе доступной скорости, прокачивая ловкость. Именно гоблинша заметила, что на поворотах мне лучше использовать приемы передвижения показанные Хорни. Манипуляция с центром тяжести и расслабленностью мышц медленно повышала скорость прохождения полосы препятствий. Раз‑за — разом время уменьшалось, лишних движений становилось меньше, а ошибки находились сами собой. Почему стопу надо ставить именно так, а не эдак, ведь иначе на поворотах можно упасть. А при беге это критически важно. Во время обсуждения этих открытий, выявились слабые стороны в самостоятельном обучении. Мы не знаем, как тренировать движения верхней части тела, но теперь уверенно можно сказать под прокачку чего именно предназначалась эта полоса препятствий.

Вечером мы сунулись в лагерь военных, чем немало удивили бойцов гарнизона. Как оказалось, Хорни, штатный мастер — наставник рукопашного боя, сейчас преподавал в лагере для детишек. Вторым человеком в лагере по мастерству рукопашного боя, был Курт, выполнявший роль интендант и единственного складского работника в этом лагере. Местный, раса человек, выходец с континента Декстра и одноименной империи, занимающей половину его площади. Архипелаг, на котором мы сейчас находимся, располагается в экваториальном поясе планеты и всего в трех тысячах километров от континента, в центральной части которого сейчас царит голод из‑за красной чумы. Большинство мобов появляются уже зараженными, потому запасы провизии закончились еще летом.

Все это Курт рассказал за ужином, который мы сами ему устроили. Гоблинша вовремя подметила, как он с грустью размешивает постную армейскую похлебку, потому после ужина состоящего преимущественного из мяса, интендант сразу подобрел и теперь был готов выслушать нашу просьбу. Мы сидели в комнате при складе, за который отвечал интендант.

— Значит Хорни запретил вам показываться на занятиях до тех пор, пока отработаете свой штраф. И сам же это саботирует. Лживый зеленый ублюдок! А вы теперь раз в два дня пробегаете по 250 километров, и еще решили изучить курс рукопашного боя самостоятельно. А сейчас уперлись в стену, так как не знаете, как тренировать движения верхней части тела. Да и сами движения вам никто показать нормально не может.

— Именно так.

Курс почесал короткую бороду, рассматривая нашу компанию.

— И у кого из вас такие стальные яйца, что он додумался саботировать обучение и искать наставника на стороне?

Рамина с улыбкой до ушей показала на меня. Близнюки с Первым, демонстрируя идеальную белизну зубов последовали ее примеру. И никто не стрелял глазками, не показывал тайно пальчиком, в мою сторону давясь смехом. Мы вели себя как дети, коими и являемся.

— Таких как ты, я часто видел в отрядах наемников. Отголоски войны, которые прибиваются к солдатам. Только из уважения к тому, какой выбор ты принял, я помогу вам достичь цели. Но мои услуги требуют оплаты.

— Чего ты хочешь?

— Денег. Но знаю, что у вас их нет. Так что будете приносить мне мясную дичь из леса на острове. Один килограмм, равен одной минуте моего времени. И поскольку я здесь старший, мне и делать первый шаг в нашем сотрудничестве.

Слова Курта можно перефразировать. Он готов давать нам уроки с пост — оплатой. То есть для прохождения следующего урока надо выплатить долг за прошлое. Оказывается, мастер Хорни может запретить нам появляться на его занятиях только под предлогом наказания, и четкой формулировкой его отмены. Но главное, он обязан принять у нас экзамен по рукопашному бою, даже в том случае, если мы вообще не будем ходить на его занятия. И никакое наказание не может это запретить. Мы можем весь месяц вообще не появляться в учебном центре, но спокойно прийти на экзамен.

В отличие от Хорни, Курт был больше теоретиком и использовал совершено иной способ обучения. Все наборы движений, которые показывали инструктора, делились на базовые движения, которые в совокупности и составляли наборы. И мы сначала учили их по отдельности, и только после собирали в наборы аналогичные тем, что показывали инструктора в учебном центре.

Все это время мы находились в комнате при складе, в которой интендант встречал солдат. Здесь было шесть больших деревянных столов, скамейки и стена — решетка отделяющая нашу комнату от помещения склада. Интендант персоналу выдавал вещи под запись, покрикивая на нас за неумелые движения. В нашем сотрудничестве все стороны получали выгоду. Наставник каждые пять минут довольно потирал руки, посчитывая будущую прибыль. Ни для кого не секрет, что он договорится с армейской кухней и завскадом, продавая им принесенные нами продукты за полцены. То есть, чем дольше он нас учит, тем лучше больше сможет заработать.

За первый день обучения мы задолжали интенданту полтонны продуктов. Вечером, будучи усталыми и довольными, наша компания отправилась на охоту. Весь день мы разбирали движения, которые нам показывали инструктора в первые десять дней обучения. Курт сразу подметил плохо проработанные детали, и морщась от недовольства, начал показывать их. Вечером солдаты выпроводили нас из лагеря под предлогом комендантского часа, мы отравились отрабатывать долг и заодно попрактиковать удары в боевых условиях.

Ромул и Рэм вырабатывали парный стиль боя. Первый, в одиночку, тренировал травмирующие удары, ломая кости противнику. А у Рамины на практике дела обстояли совсем плохо. Маленький вес девочки подростка, вкупе с низкорослостью расы, даже при большом мастерстве, не давали ей наносить противнику сильных повреждений. А чем выше уровень моба, тем лучше его защита. Идеальные режущие атаки, удары по слабым точкам, тайминг, но крохотная поражающая сила. Увеличив вес тела за счет навешанных камней, столкнулись с новой проблемой. Рамина могла наносить сильные удары, но кости рук и ног ломались от перегрузки. К полуночи она была в отчаянии, и успокаивание девушки переросло в заигрывание и предварительные ласки. Это был очень интересные опыт! Маленькая, зеленая, невероятно гибкая и чувствительная Рамина, ко всему прочему оказалось до ужаса ненасытной! На ее стоны сначала прибежал Первый, подумав, что нас задрали хищники. Во — второй раз, когда девушка на пике страсти протяжно вскрикнула, из кустов вылезли близнецы, и вовсю хихикая, начали кидаться кокосами. Да чтобы, я сквозь землю провалился, если Первый не рассказал им все в подробностях!

Мы вернулись в тренировочный лагерь уже под утром, и добравшись до бараков сразу рухнули в койки. Поздний плотный завтрак и начало очень длинного марафона. Учтя предыдущий опыт с зельями и откатом, я предложи тренироваться вообще без использования алхимии. Больше всего возмущался Первый, который в прошлый раз вырубился от перегрева.

— Ты конечно крут, но как же мы? Без зелья — энергетика Рамины, мне такое не под силу.

Ромул и Рэм согласно закивали, а девушка ждала, что моего ответа.

— У нас не смертельный бой, на который зелья и рассчитаны. Суть бега в том, чтобы натренировать организм, а не выжимать из него все соки. Да, согласен, тысяча кругов за раз никому из нас не под силу, и это бросает вызов нашим текущим возможностям. Но в этом и была основная идея! Превзойти себя вчерашнего! Будем пробегать столько, сколько можем, а потом брать короткий отдых. Пока все не пробегут дистанцию, никакого сна и еды!

— Но это 250 километров!

— Пока с нами Рамина смерть от истощения никому не грозит, но можно подстраховаться и сменить точку возрождения на лагерь военных.

— Мы столько не пробежим!

— Когда нам сказали проплыть десять километров, никто не предполагал, что такое под силу ребенку. Ты знал, что инструктор, которых вел лодку за Первым, проиграл двести золотых из‑за того, что он добрался до берега? Нас хотели сломать, заставив пробежать сто кругов в первый день, но мы выстояли! Про тридцати часовой марафон и обман Хорни объяснять или сам поймешь? Суть в том, что для нас нет ничего не возможного! Вопрос в том, согласен ли ты отдаться тренировкам полностью и получить то, что другим недоступно на текущем уровне развития. Мы дети и наша психика очень гибкая. Если твоя воля и желания сильны, ты сможем изменить ее, как пожелаешь. Отказаться от лени, от страха, от усталости и верить в то, что сможешь преодолеть все трудности.

— Ты псих!

— А ты со мной в одной палате. Так что снимай смирительную рубашку и побежали вокруг дурдома.

Эфрем, мой самый первый наставник, подал уникальные идеи о «ведущем», а я решил развить их в нечто новое. К примеру, у велосипедистов есть лидер группы, который едет первым, задавая общим темп гонки. Он должен учитывать способности всех участником и делать все, чтобы привести команду к победе. Наверное, такую схему еще никто не применял при командном марафоне разношерстной группы. Лидером группы стал Первый, который уже прошел второй курс физической подготовки. Самым медленной, оказалось Рамина, из‑за чего все подстраивались под ее темп. Я оказался самым слабым в плане выносливости. А вот Первый, смог продержаться дольше всех и выдохся только после ста семидесяти кругов. Как выяснилось, его слабость в неумении поддерживать нужный темп, из‑за чего он быстро выдыхается, но при беге в группе это проблема легко решается.

Марафон показал козыри ребят, которые они не раскрывали до последнего. Первый использовал дыхательную технику, за счет которой кислород лучше усваивался у физически и умственно подготовленного игрока. Рамина могла постоянно использовать тотем — дух водяной змеи. В прошлом марафоне, она продержалась не за счет маленького тела и низкого расхода сил. Тотемных дух вселяясь в ее тело может использовать сто процентов запаса сил и управляет всеми жидкостями ее тела. Таким образом, она меньше потеет, расходует стамину и питательные вещества, и за счет этого она может пробежать марафон наравне с натренированными бойцами. В общем, это идеальный дух для тренировки выносливости, но и само его использование поглощает силы девушки.

Близнецы использовали способность — ауру, которая за счет кровной связи частично объединяла их запас жизненных сил. Если один сильно устал, а второй полон сил, то аура более сильного, стимулирует восстановление силы у слабого. Аналог беспроводной передачи заряда между батарейками.

Всех сильно удивило, что у меня нет ни одной пробудившейся способности. А что вы хотели! Где я возьму мага в лагере лесорубов, в темном баронстве, на самом отсталом материке Папилио, где разыгралась красная чума! Поблизости нет ни одного квалицированного мага, не говоря уже о маге — менталисте, который нужен для такой работы.