Покинув номер для молодоженов, Брианна обернулась и уставилась на дверь, снедаемая сомнениями. Может быть, она погорячилась, уйдя от Купера под надуманным предлогом? Ведь ей с ним так хорошо! Такого безумного секса у нее никогда в жизни еще не было. Так чего же она испугалась? Ведь с ним она словно заново родилась, ощутила себя нормальной, полноценной женщиной. И даже почувствовала, что стала лучше, чем была прежде, до встречи с этим мужчиной. С ним она не терзалась сомнениями, вела себя вполне естественно. А главное, похоже было, что она тоже понравилась ему. Нет, от всего этого определенно можно сойти с ума!

Возле лестницы, как всегда неожиданно, встретился Данте. Едва не столкнувшись с ним, Брианна воскликнула:

— Как вам это удается?

— Если я открою свою тайну, то буду вынужден вас убить, — с жутковатой улыбкой ответил он.

Данте, по обыкновению, мрачно шутил.

— Не бойтесь, — сказал молодой человек, заметив на ее лице испуг. — Это шутка.

— Так не шутят! — воскликнула Брианна, прижимая руку к сердцу. — По дому бродит убийца! Или вам мало одного трупа? Вы напугали меня до смерти!

Из полумрака появилась Шелли.

— Привет! — жизнерадостно воскликнула она. — Как дела?

Брианна приветствовала ее коротким кивком, не в силах произнести ни слова. Найденные в комнате Данте садовые перчатки и полотенце со следами крови, обнаруженное в потайном шкафчике на кухне, заронили в сердце Брианны сомнения относительно благонадежности этой сладкой парочки. Прокашлявшись, она все-таки сказала:

— Я подумала, мне пора заморить червячка. У вас найдется что-нибудь съедобное?

— Разумеется, найдется! — сказала повариха. — Куда вам лучше подать ужин? В гостиную или в библиотеку?

Идти куда-либо одной Брианне не хотелось, она боялась, что снова случайно найдет нечто жуткое. Пока она медлила с ответом, с лестницы сбежал Купер и, обняв ее за талию, встал рядом. Брианне сразу полегчало. Одно лишь его прикосновение согревало ей и тело, и душу.

— Как продвигается расчистка снежных завалов? — поинтересовался он деловитым тоном.

— Мы сделали добрую половину работы, — ответил Данте. — Не пройдет и нескольких часов, как можно будет ехать в город.

— В потемках, — добавил Купер. — Очень заманчиво!

Данте пожал плечами — дескать, вольному воля.

— Вы найдете дорогу в город в темноте? — спросил Купер.

— Это чрезвычайно рискованно! В округе бродят голодные волки и медведи, — сказав старший лакей.

— Но если двигаться на приличной скорости, то риск столкнуться с ними значительно уменьшится, — возразил Купер.

— Лично я предпочел бы прогуляться по опасным городским окраинам, — мрачно произнес Данте, — чем совершать самоубийственную поездку па снегоходе по лесу этой ночью.

— В таком случае мы никуда сегодня не едем, — подытожил Купер.

— Да, лучше переночевать здесь, — сказал Данте, обнимая за плечи малышку Шелли. — Уверен, что ничего не случится.

— Я тоже на это надеюсь, — сказал Купер. Брианна в этом почему-то сомневалась.

Все пошли в большую гостиную, куда Шелли принесла ужин, состряпанный на скорую руку. Постепенно границы между гостями и обслуживающим персоналом размывались, что было вполне объяснимо в сложившихся обстоятельствах. Их сплотили тревога и ненастье, не говоря уже об общей склонности снимать стресс одинаковым способом. А причина для стресса у них у всех была нешуточная — труп, лежащий в винном погребе.

Брианне нравилось, что все находились в одном месте, где никого из присутствующих не могли убить. Она расслабилась и с аппетитом ела стряпню Шелли, не замечая, что и повариха, и Данте, и горничная все-таки соблюдают дистанцию. Шелли пыталась всем угодить, Данте поддерживал огонь в камине, Лариана наводила чистоту в помещении, хотя порядок и так был безупречным. Короче говоря, прислуга работала, пока гости ели. Даже Патрик изображал деловую активность, расхаживая по гостиной и бряцая инструментами. На его сосредоточенном лице читалась озабоченность.

— Нам позарез нужен новый генератор! — наконец изрек он, словно бы подводя итог своим раздумьям.

— Может быть, электроснабжение прервано по недосмотру сетевого оператора? — предположил Данте. — Будем надеяться, что скоро оно возобновится.

— Черта с два! — возразил шотландец.

— Да будет тебе злиться, дружище! Твой главный враг мертв, тебе больше некого бояться. Расслабься! Я бы на твоем месте вообще бросил эту дурацкую работу монтером и занялся любимым делом.

— Каким, например?

— Ну, будто ты сам не знаешь! Живописью, конечно!

— Вот и я говорила ему то же самое, — с улыбкой сказала Лариана. — Займись тем, что у тебя неплохо получается! Осуществи свою мечту, покажи свои работы миру!

— Так это вы так искусно расписали пилу, которую я видел в холле? Она появилась там в тот день, когда был найден труп Эдварда, — сказал Купер.

— Это я повесила ее, — сказала Лариана, приосанившись. — Патрик просил меня не делать этого, однако я настояла на своем, полагая, что нашим гостям его творение понравится. В этом пансионате специальной картинной галереи не предусмотрено, поскольку туристов здесь мало, но к югу отсюда, ближе к озеру Тахо, есть множество салонов и магазинчиков, в которых будут рады выставить его работы на продажу.

— Вполне возможно, — сказал Патрик.

— Ты прекрасный художник! — заверила шотландца Шелли. — А твоя идея рисовать на старинных инструментах гениальна! Теперь надо воплотить ее в жизнь.

Патрик подошел, бряцая своими железяками, к камину, наклонился и, вооружившись кочергой, стал ворошить раскаленные докрасна угли, при этом вокруг разлетались снопы искр.

— Твой цербер мертв, — сказала ему Лариана. — Не переживай.

— Из-за чего ему волноваться? — спросил Купер. Но ему никто не ответил.

— Вы что-то от меня скрываете, — покачав головой, укоризненно сказал он и пристально посмотрел на Шелли.

Повариха и горничная молча переглянулись. Патрик ударил кочергой по углям так, что искры разлетелись по всей гостиной.

Данте осуждающе взглянул на монтера, по промолчал. Купер недовольно хмыкнул и насупился.

— Вот что я вам всем скажу! — воскликнула Шелли. — Уже поздно. Я дьявольски устала. И хочу спать. Спокойной ночи!

Ни на кого не глядя, она пошла к дверям. Озабоченно взглянув на Данте, Лариана пошла было следом, но он остановил ее, сказав, что проводит Шелли сам.

Лариана кивнула и, когда он ушел, пробормотала:

— Пожалуй, я тоже пойду. Ты идешь, Патрик?

Сделав вид, что его покоробила такая бесцеремонность на людях, он распрямился и, сунув кочергу в подставку, поплелся за своей госпожой, словно покорный щенок.

— Позвоните, если вам что-нибудь понадобится, — сказала на прощание горничная Брианне и Куперу.

Гости остались в комнате одни. Купер встал и протянул руку Брианне:

— Пошли! Нас ожидают увлекательные приключения.

У Брианны замерло сердце.

— Какие еще приключения? Все нормальные люди спят но ночам!

— Да, но мы этой ночью будет бодрствовать, — с таинственным видом сказал Купер.

У Брианны задрожали поджилки. Что он задумал? Зачем он ищет приключения? Почему ему постоянно неймется, не сидится спокойно в кресле, не лежится в кровати? И зачем он втягивает ее в свои авантюры? Полицейскую академию она не заканчивала и его напарником становиться не собиралась. Неужели это своеобразная расплата за то наслаждение, которое он подарил ей? Ловко же, однако, он превратил ее из сексуальной партнерши в коллегу! Но самое странное заключалось в том, что она не находила в себе ни сил, ни желания противиться этому! За трое суток Брианна стала другим человеком.

А ведь еще неделю назад ей все представлялось простым и ясным. И если не принимать в расчет ее неудавшуюся свадьбу, которую она, честно говоря, не воспринимала всерьез, то ничто не предвещало жизненных потрясений. Маленькие неудобства, которые ей пришлось претерпеть, не шли ни в какое сравнение с колоссальным потрясением, испытанным ею в винном погребе пансионата, где рядом с вином хранили труп управляющего. И если бы дело закончилось только этим! Нет, определенно такого страху терпеть ей еще никогда не доводилось. Вот так «медовый месяц»!

Но следовало признать, что за эти жуткие трое суток она немного свыклась с мыслью, что по дому бродит маньяк-убийца, рыщут пауки и слоняются домовые. И теперь лелеяла в душе надежду, что в эту ночь не начнется светопреставление. А коль скоро утром снова взойдет солнце, пусть и скрытое непроницаемой снежной пеленой, то жизнь войдет в обычную колею. И нужно дождаться этого светлого мига вместе с любимым человеком.

Настал самый подходящий момент доказать Куперу, что он ей действительно дорог.

— Мы будем искать пневматический пистолет, стреляющий дробинками, — сказал он, понизив голос до шепота.

— Что мы будем делать? — переспросила Брианна.

— Ты разочарована? А чем, по-твоему, нам следовало заняться? — спросил Купер, скользнув по ней ироническим взглядом.

— Я вообще не думала, — вздохнув, сказала Брианна.

Купер приложил свою ладонь к ее лбу.

— Ты снова лукавишь! Ты мечтала о том, чтобы лечь в постель абсолютно голой и предаться безумству.

— Откуда это тебе известно? — с неподдельным изумлением спросила Брианна.

Он ласково и нежно погладил ее по голове.

— Не дуйся, Брианна! Это просто шутка.

— Пожалуйста, Купер! — воскликнула она с мольбой во взгляде. — Не говори мне о неприятных вещах, мне и без того страшно. Только и думаю, что о трупе и подозрительных звуках…

Брианна порывисто обняла его и прильнула щекой к его груди.

— Ничего не бойся, глупышка! Ведь я рядом. Пошли! — бодро произнес Купер и увлек ее в темноту.

К счастью, он вскоре включил карманный фонарик, и Брианна вздохнула с облегчением. Они прошли через дверь из коридора в гараж, где было очень холодно и сыро. Купер выпустил локоть Брианны и озабоченно сказал:

— Я заметил, что Патрик чересчур усердствовал, расчищая снег возле входной двери. Любопытно узнать почему.

Он подошел к двери и без особых усилий отодвинул ее в сторону на несколько шагов. Брианна ахнула.

— Иди сюда! — позвал он ее и вышел наружу, в ночь и пургу.

— Мои сапоги только-только просохли! — в отчаянии воскликнула Брианна ему вслед.

Но Купер уже растворился в темноте. Чертыхнувшись в сердцах, Брианна тоже выскользнула за дверь и оцепенела, охваченная ледяным ветром. В любой момент из непроглядного мрака на нее мог наброситься голодный свирепый медведь и разорвать в клочья своими страшными клыками. А потом съесть.

Между тем неуемный Купер времени даром не терял. Он осветил лучом фонарика автомобили, припаркованные возле гаража, и по каким-то одному ему известным признакам безошибочно определил тот, который ему нужен, — старенький грузовичок, кузов которого был завален снегом. Посветив фонариком в окно, он обрадовано воскликнул:

— Ура! Нашел!

Брианна с тоской посмотрела на снег, падавший с черного неба, затянутого непроницаемыми тучами, вышла из-под навеса, где снег был расчищен, и, рискуя утонуть в сугробах, пошла к нему.

— Поздравляю, — с улыбкой сказала она.

Но лицо Купера осталось суровым и сосредоточенным.

— Подержи фонарик! — сказал он ей. — А я попытаюсь открыть дверь. Потом ты посветишь на сиденье.

Подняв руку с зажатым в ней фонариком, Брианна сделала пару шагов вперед — и поскользнулась на снежной корке. Фонарь выпал у нее из руки и разбился. Сама же она больно шлепнулась и завязла в снегу, задрав ноги, обутые в фасонистые сапоги.

— Ты не ушиблась? — раздался откуда-то сверху озабоченный голос Купера. — Ничего не сломала?

— Если только каблук, — пропищала из сугроба Брианна.

Купер подхватил ее и поставил на ноги.

— Жалко фонарик, починить его нам вряд ли удастся, — сказал он. — Впрочем, как и найти в такой кромешной темноте.

Из леса раздался тоскливый волчий вой.

— Они нас учуяли! — воскликнула Брианна, охваченная паникой, и плотнее прижалась к Куперу. — Ты взял с собой оружие? Нам удастся отстреляться? А патронов у тебя много?

— Успокойся, волки далеко. Оружие всегда при мне. Патронов нам хватит. Ты лучше скажи, ты увидела там пневматический пистолет, прежде чем упасть?

— Да! Я видела его! На сиденье! — стуча зубами, сказала Брианна. — Я скоро сойду с ума от этого кошмара! Окровавленные полотенце и перчатки, мертвый Эдвард, а теперь еще и это… Скажи, Купер, что все это означает?

— Пока не знаю, — ответил он с тяжелым вздохом. Брианна зябко передернула плечами.

— Пошли в дом, — обняв ее, сказал он. — Там хотя бы нет снега и ветра.

— Но там тоже холодно, — проскулила Брианна, прижимаясь к нему в темноте. — Ты меня согреешь?

— А как же! — воскликнул он и рассмеялся.

— Значит, мы не пропадем, — обрадовалась Брианна.

— А разве кто-то в этом сомневался?

Она проснулась на рассвете, открыла глаза и поняла, что лежит ничком на кровати, уткнувшись носом в подушку. Ее зад согревала большая теплая мужская рука. Брианна повернула голову и увидела лежащего на боку Купера. Он не спал.

— Доброе утро! — сказала она с легкой хрипотцой.

— Привет! — воскликнул он и, наклонившись, чмокнул ее в щечку. — Пора вставать, принцесса. Нас ждут великие свершения. Нам предстоят большие гонки по снежным просторам.

Но Брианне почему-то хотелось утонуть в его бездонных и мудрых голубых глазах, а не возвращаться домой, где ее ожидали только хлопоты. Надо было подыскать себе новую работу, сменить квартиру, навестить знакомых и родственников. Купер утверждал, что его интересует ее жизнь. Но в это ей все еще не верилось.

— Не могу дождаться отъезда, — сказал он. — Хочешь, поедем вместе?

— Нет, спасибо, — ответила она, не подобрав слов, чтобы выразить все обуревавшие ее страхи и сомнения.

Если Купер огорчился, то виду все равно не подал. Он снова поцеловал ее в щеку, встал с кровати и пошел в ванную. Проводив голодным взглядом его фантастическую фигуру, Брианна легла на спину, сладко потянулась и взяла с тумбочки дневник, намереваясь сделать новые записи.

К своему изумлению, она обнаружила, что кто-то ее опередил и написал на сегодняшней странице: «Держись за Купера!»

— Как это понимать? — пробормотала она, прочитав чей-то странный совет вслух.

— А разве это так сложно? — раздался из ванной голос Купера, и он сам тотчас же вернулся в комнату, совершенно голый. — Держись за меня — и не прогадаешь, — сказал он.

— Это далеко не просто, — задумчиво сказала Брианна.

— Почему?

— Потому, что мне пока не удалось удержать ни одного мужчину, — выпалила Брианна в отчаянии. — Я неудачница, мне просто не суждено стать счастливой.

— Не надо падать духом, — серьезно сказал Купер. — Если у тебя опустятся руки, ты, естественно, никого не сможешь удержать.

— Но я же пыталась! И не один раз!

— Значит, плохо пыталась! Нужно отдаваться достижению поставленной цели без остатка, вывернуться наизнанку, но добиться своего. Ты ведь способна на это, ты отдавалась мне самозабвенно, доверившись мне без оглядки по велению своего сердца.

— Купер! Твоя проницательность меня пугает! — прошептала Брианна. — У меня уже поползли мурашки по коже.

— Ответь прямо: хочешь встретиться, когда мы выберемся отсюда, или нет? Ты назначаешь мне свидание?

— Но ведь ты знаешь, что это не может считаться обыкновенным свиданием, Купер! — заламывая руки, простонала Брианна. — Мы уже убедились, что идеально подходим друг другу в сексуальном плане. Значит, ты спрашиваешь, готова ли я сделать следующий шаг?

— А что тебя смущает? Ты мне нравишься, я тебе тоже. Зачем же нам терять друг друга?

— Но как же мы узнаем наверняка, что не совершили ошибку, продолжив интимные отношения? Одному Богу известно, во что они выльются!

— Доверься мне! — сказал Купер.

Взбешенная его самоуверенностью, Брианна откинула одеяло, вскочила и, подойдя к нему, воскликнула, тыча пальцем ему в грудь:

— А если для меня это совсем не так просто, как тебе кажется?

— А что в этом сложного? — спросил Купер, глядя на нее своими кристально чистыми голубыми глазами.

У Брианны перехватило дух. Она чувствовала, что вот-вот сомлеет, и глупо улыбалась под этим взглядом, в котором так много можно было прочесть. Словно угадав ее сомнения, Купер лениво и непринужденно улыбнулся, обнажив жемчужно-белые зубы.

— Не смотри на меня так, пожалуйста, я теряюсь, — пролепетала Брианна, готовая повиснуть у него на шее.

— Я же сказал — держись за меня крепче, тогда не пропадешь! Объясни же наконец, чего ты боишься, глупышка.

— Во-первых, мы совершенно разные…

— Стоп! Это можешь пропустить. Что еще?

— Во-вторых, мы оба временно остались без работы…

— По-моему, это чудесно — побездельничать для разнообразия.

— Пожалуйста, не перебивай!

— Хорошо, не буду. Но только скажи, что я прав! Брианна растерянно замолчала, окончательно сбитая с толку его доводами.

— Вот что, милая, с меня довольно! Я пошел разгребать снег, — посерьезнев, заявил Купер.

— А что делать мне? — воскликнула Брианна.

— Это уж тебе самой решать! Можешь просто сидеть здесь, упуская драгоценное время.

— Так вот, значит, какого ты мнения обо мне! Считаешь, что я впустую трачу свою жизнь? — взорвалась Брианна, очнувшись. — Да, в чем-то ты, возможно, и прав! Но я же fie сижу сложа руки, я постоянно что-то предпринимаю! Вся моя беда в том, что я сначала делаю, а потом сожалею об этом.

Этот аргумент переполнил чашу терпения Купера. Он натянул джинсы и майку, в спешке не заметив, что надел ее наизнанку, и схватил со стула пуховый свитер.

— Вот что я тебе скажу, Брианна! — в сердцах воскликнул он, натягивая поверх майки свитер. — В своих ошибках ты можешь копаться бесконечно, до конца своих дней. И постоянно совершать новые, не замечая происходящих вокруг перемен. Ты с завидным упорством продолжаешь игнорировать то, что произошло между нами. Ну как еще, скажи па милость, мне тебе доказать, что ты просто боишься принять ответственное решение, единственно правильное — должен я сказать? Как мне избавить тебя от страха вновь ошибиться? По-моему, вчера я сделал все, что в моих силах, чтобы ты воспрянула духом и поверила в меня. А сегодня ты снова распустила нюни. Хотя понимаешь, что я предлагаю тебе верное дело, ради которого стоит рискнуть.

Купер попытался пригладить волосы и стан надевать ботинки. Брианна так и не проронила ни слова, хотя внутри у нее все кипело от возмущения.

— Если тебе так угодно, — сказал Купер, выпрямляясь, — то продолжай прикидываться святой наивностью. Умножай свои опасения, делая новые глупости, и рви потом на себе волосы, пока не облысеешь. Я вывезу тебя отсюда — и ступай на все четыре стороны. Возвращайся к своему прежнему образу жизни и притворяйся, что мы с тобой не знакомы! Внушай себе ежедневно, что я ровным счетом ничего для тебя не значу и что между нами не было никакой любви с первого взгляда! И что ты не умирала в моих объятиях…

Живо вспомнив, что именно она почувствовала, обнаружив его в душевой своего номера, Брианна встрепенулась и воскликнула:

— Ах, Купер! Ты…

— Не надо! — Он вскинул руки. — Не смей даже пытаться сказать, что я не прав.

Прорычав это, он ушел, громко хлопнув дверью.

Потрясенная и обессиленная, Брианна закрыла лицо ладонями и прыгнула на кровать. Но лежать на ней спокойно было невозможно. Скомканные простыни и запах, которым они пропитались за три ночи безумной страсти, пробуждали в ней яркие воспоминания о том, что происходило на этом матраце. Равно как и в читальном зале, чулане в кинозале и в душевой кабинке. Не говоря уже о гараже… Таких приключений у нее не случалось еще ни с одним мужчиной.

А вот с Купером вдруг произошло то, о чем она даже и не мечтала. Что бы это могло означать? Озадаченная, Брианна стала одеваться. Но едва лишь она зашнуровала сапоги, как услышала топот в коридоре. Уж не случился ли пожар? Она подбежала к двери и распахнула ее настежь.

И увидела спину поварихи, бежавшей к лестнице.

— Шелли! — окликнула ее она. — Что стряслось? Девушка остановилась и обернулась. И только тогда Брианна заметила, что она одета несколько странно — в длинную пышную цветастую юбку и голубой шерстяной жакет с капюшоном.

— Что это ты так вырядилась? Взяла за образец стиль Данте? — спросила Брианна.

Нервно улыбнувшись, Шелли сняла капюшон, и ее волосы, всегда стянутые в аккуратный хвостик, рассыпались по плечам, наглядно свидетельствуя, что она решила подражать своему кумиру и возлюбленному во всем.

— Так что же горит? — спросила Брианна, вскинув брови.

— Горит? — переспросила повариха, выпучив глаза. — О Боже! Неужели в доме пожар? Мы горим, мы горим! — пронзительно закричала она, придя в крайнее возбуждение, схватилась руками за голову и убежала.

— Да нет же, Шелли! Постой! Ты неправильно меня поняла, никакого пожара нет! — закричала ей вслед Брианна, но было поздно. Эхо уже разнесло вопли Шелли по всему пансионату.

Не долго думая Брианна сорвалась с места и побежала догонять обезумевшую от страха повариху. Но на лестнице она замерла как вкопанная, потрясенная ярким светом, струящимся из окон. Впервые увидев интерьер при полном освещении, она приятно удивилась. Все вдруг обрело теплые тона и казалось симпатичным и уютным, а не угнетающим и холодным. Охнув от восторга, Брианна устремила свой восхищенный взор к небу и совершенно обомлела.

Там, где еще вчера темнели хмурые тучи, беременные снегом, сияла девственная бескрайняя лазурь, не тронутая даже крохотным облачком. Свет был настолько ярким, что слепил глаза. И по щекам Брианны вдруг заструились крупные слезы радости. Смахнув их, Брианна взглянула в огромные окна вестибюля и увидела, что все обитатели дома собрались у главного входа.

Патрик и Купер склонились над откинутым капотом снегохода.

Данте деловито копался в моторе другой машины. Рядом стояли Лариана и Шелли. Но что это? Брианна потерла глаза, отказываясь им верить! Повариха была одета в темные джинсы и белый пушистый свитер, натянутый до колен, а ее волосы, как всегда, были собраны на затылке в аккуратный хвостик!

Когда же она успела переодеться? Куда подевались ее цветастая юбка, жакет и беспорядок на голове? Резко обернувшись, Брианна посмотрела в сторону кухни, откуда все еще доносился топот ног.

— Шелли! — пронзительно закричала Брианна, рискуя охрипнуть. — Постой!

Словно во сне, она снова посмотрела наружу, обернулась и пошла по коридору, выкрикивая:

— Эй, кто здесь? Отзовитесь!

— Здесь никого нет! — отозвался голос Шелли.

Брианна могла бы присягнуть на Библии, что слышит именно ее голос. Но повариху она только что видела возле входа. И в другой одежде. Брианна с опаской вошла в кухню. Там было пусто.

— Есть здесь кто-нибудь? — срывающимся голосом повторила она, боясь услышать ответ.

— Я ведь уже сказала, что здесь никого нет!

На этот раз ответ донесся не из кухни. Брианна вошла в столовую — она тоже была пуста.

— Где вы? — сказала она, обращаясь к невидимке.

— Уходите!

Голос прозвучал у Брианны за спиной, со стороны коридора между служебными номерами. Не раздумывая, Брианна прошла туда и замерла в замешательстве напротив двери погреба, в котором лежало тело Эдварда. Поколебавшись немного, она повернулась и прислушалась.

В одной из спален явно кто-то затаился.

— Кто вы? — шепотом спросила Брианна.

— Не скажу, — прошептал кто-то ей в ответ. — Мне нельзя этого говорить.

Брианну прошиб холодный пот.