Дзаур и Атанас спешили изо всех сил, но догнать охотника и травницу никак не могли. Они постоянно находили следы их отдыха, и иной раз казалось, что зола костра ещё теплая. Определённо, охотник и травница куда-то целенаправленно шли, вопрос куда? Следы они не путали — просто иногда Атанас терял их. Но, рыская по сторонам, наклонив голову, словно вынюхивая, лесной легионер всегда быстро обнаруживал след. Когда они миновали бурелом, отпечатки ног стали и вовсе четкими. Их мог бы прочесть любой, даже не очень опытный человек — для этого достаточно было быть просто внимательным.

А для Атанаса и Дзаура этот след был вообще открытой книгой, к которой не требовалось даже наклоняться, чтобы разобрать подробности. Местность пошла более ровная, сосновый лес стал чуть светлее, и черный жрец ускорил шаг. Чем раньше он настигнет охотника, тем быстрее уберется из этих мест. Потому что по мере продвижения на север Дзаур всё сильнее чувствовал близость Зверя Земли. Какие струны в его душе, оставшиеся ещё с тех пор, когда он был друидом, дрожали, чувствуя безумную энергию магического существа. Его логово где-то недалеко, и это сильно тревожило черного колдуна. День начал клониться к закату, и читать следы стало невозможно. Дзаур и Атанас остановились на ночлег. Телохранитель задумчиво говорил хозяину:

— Такое впечатление, что мы идем по дорожке. Слишком уж ровный и четкий след. Магистр, а вы не проверяли отпечатки на истинность? Вдруг это морок, наведенный друидами?

— Нет, след не магический, я уже проверил. Он очень даже настоящий, — однако, слова Атанаса заронили крупицу сомнения в душу Дзаура. — В самом деле, для чего они повернули резко на запад? Если охотник является приспешником Круга друидов, то он должен идти на север. А там, куда мы сейчас идем, нет ничего примечательного. Насколько я помню, лишь леса и болота. Может, у него там тайник? Хотя, не исключено, что друиды переменили место общего сбора, потому охотник и свернул.

Так ничего и не решив, Дзаур улегся спать, а Атанас остался караулить его, сидя у костра. Телохранитель застыл, словно статуя, лишь изредка поворачиваясь к костру, чтобы подбросить дров. Он просидел в таком положении довольно долго. Уже перевалило за полночь, когда Атанас увидел, как из темноты на него смотрят большие красные глаза. В ночном лесу стояла практически полная тишина, лишь изредка нарушаемая далёким криком совы, да негромко потрескивал костёр.

Атанас не слышал ни звука с той стороны, откуда на него сейчас глядели неведомые глаза. Лесной воин повидал на своем веку много разных животных, а то и даже демонов, созданных жрецами Аррита, но кому принадлежат эти красные глаза, он определить не сумел. Однако спустя пару мгновений обладатель странных глаз показался. Им оказался здоровенный волк, который медленно вышел из темноты леса в пространство, освещаемое костром. Огня он явно не боялся.

Волк, и в самом деле, был большой — голова его приходилась выше пояса Атанасу. Лесной воин мгновенно выхватил меч и кинжал, приготовившись отразить нападение. Атака не заставила себя долго ждать. Зверь, вздыбил шерсть на загривке, оскалился так страшно, как это умеют делать только волки, и, совершив гигантский прыжок, перемахнул пламя костра. Он ударил в грудь человека, метясь ему зубами в горло. Атанас пригнулся, отставив назад правую ногу для упора, и кинжалом, зажатым в левой руке, пронзил глотку зверя, который сам напоролся на остриё. Тут же лесной легионер ударом меча нанес волку резаную рану, протянувшуюся по всему левому плечу животного.

Но сила толчка большого тела волка была такова, что Атанас всё-таки не удержался на ногах, и его отбросило назад. Он упал на спину и набил себе шишку на голове, ударившись о ствол сосны. Волк, после неудачного нападения, рухнул рядом с Атанасом и теперь лежал в шаге от него, дергая лапами. Покрутив головой, лесной легионер поднялся и посмотрел на издыхающего зверя. Кровь из ран лилась, но не так уж и сильно, как должно было бы быть при таких увечьях.

И тут лесному воину показалось, что глаза изменили ему. Освещаемая неверным, пляшущим светом костра, длинная резаная рана на плече волка начала срастаться. Сначала, прямо на глазах изумлённого воина, сомкнулись края разрезанной плоти, а потом исчез и сам след, куда ударил меч. Жесткая шерсть снова стала ровной, как и прежде, только пятно крови ещё виднелось, но и оно исчезало, будто впитывалось внутрь. Горло зверя зажило столь же быстро. Атанас попятился, недоверчиво глядя на свой меч. Не прошло и нескольких минут после короткой схватки, а огромный волк снова встал на ноги, ещё шатаясь, но уже набирающийся сил и готовящийся к новому нападению.

Чтоб тебя, да это же оборотень!

Атанас громко крикнул, чтобы разбудить Дзаура, и теперь уже сам напал на волка. Меч просвистел около шеи оборотня, но зверь увернулся — смертоносный металл пронёсся мимо. Зато вторым взмахом лесной воин почти отрубил волку переднюю лапу. Оборотень взвыл и бросился на врага. Атанас только и успел, что выставить перед собой кинжал, и зверь снова напоролся грудью на острие. Но теперь ранение оказалось не таким тяжелым, как в прошлый раз, и зубы оборотня сомкнулись на руке человека.

Хрустнула кость, и у Атанаса потемнело в глазах от боли. Кисть его разжалась, оставив кинжал в груди зверя. В это время от крика телохранителя и шума драки проснулся Дзаур, и спросонок никак не мог сообразить, что происходит рядом с ним. В неверном свете костра он разглядел клубок из двух тел, катающихся по земле в смертельных объятиях. Атанас выбросил меч, потому что в такой тесноте им пользоваться было нельзя, и теперь наносил удары свободной правой рукой, которой он выдернул кинжал из груди оборотня. Левую руку волк ему перекусил уже почти пополам. Дзаур, не тратя времени на поиски заклинаний, схватил посох, обшитый тонкими железными листами, и с размаху нанес волку удар по голове. Череп зверя треснул, как спелая тыква. Атанас, весь залитый кровью, своей и волчьей, лежал на земле, тяжело дыша. Он чуть приподнял голову и хрипло сказал:

— Магистр, он не волк. Это — оборотень. Я его уже убил один раз, а он ожил.

Дзаур удивленно поднял брови. Надо же, в самом деле, оборотень? Какая удача! Теперь охотнику не скрыться!

Черный жрец поглядел на посох, увитый железными полосками. Да, если бы он ударил оборотня этим посохом в бытность свою друидом, тот уже сдох бы. Теперь же, когда магия природы покинула Дзаура, для оборотня посох не страшнее обычной дубины. Но, ведь это и хорошо — для чего черному жрецу мертвый волк? Живой — гораздо полезнее! Дело теперь было за малым: заставить его служить себе. Но Дзаур знал, как действовать в таких случаях. Хотя сам он не имел на службе оборотней, но видел, как это делали некоторые из темных магистров. Колдун залез в суму и нашел там осиновую палочку, которую часто используют для вызывания охлаждающего ветерка в летнюю жару. Это как раз то, что надо!

Он вынул нож и обстругал кончик палочки. Колдун сделал ошейник из кожаного ремешка, прикрепил к нему осиновый колышек и надел кожаную полоску на могучую шею волка. После этого он произнес заклинание. Ошейник затянулся, и деревяшка скрылась в густой шерсти. Дзаур уселся у костра, ожидая, когда оборотень вновь восстановится и оживёт. Тот долго ждать себя не заставил.

Оборотень снова поднялся на ноги, готовясь напасть. Но колдовство, призванное Дзауром, сразу продемонстрировало, кто теперь хозяин. Только волк изготовился к прыжку, как осиновый колышек, пронзив шерсть и кожу, вонзился ему в шею. Зверь замер — губительная осина, проникни она чуть глубже, убьет его. Убьет совсем! А пока жуткая боль сковала его лапы и тело. Оборотень застыл, как изваяние. Осиновый колышек самостоятельно вернулся на место, но маленькая ранка, которая во всех других случаях должна была зажить практически мгновенно, осталась и понемногу кровоточила, напоминая о наказании. Дзаур усмехнулся и поднялся на ноги.

— Теперь ты знаешь, что даже думать напасть на меня — это твоя смерть. И убегать тоже не надо. А заодно не пытайся превратиться в человека — колышек сразу тебя прикончит. Ты мне нужен в виде волка, будут нужны твой нюх и слух. Поэтому посиди тут и пока не мешай. Я должен помочь Атанасу, которого ты так жестоко грыз.

Лесной воин героически терпел страшную боль, не издав ни звука. Его левая рука была изуродована: сквозь кровь и разорванные мышцы белела кость. Дзаур покачал головой. Очень плохо, теперь Атанас сможет орудовать только одной рукой. Колдун опять полез в суму и принялся рыться в разнообразных мешочках, пакетах и даже в горшочках, в поисках нужных средств. Достав их и разложив перед собой, Дзаур понял, что у них мало воды для совершения заклинания. Это было очень сложное заклинание, требующее многих ингредиентов, но его плюс состоял в том, что колдуну не придется тратить собственные силы, как, например, для создания огненного шара. И, кроме того, большое количество воды, участвующее в заклинании, должно восстановить потерю крови Атанасом.

Недолго думая, колдун отдал флягу волку и приказал принести воды как можно быстрее. Оборотень злобно сверкнул на человека глазами, но большими прыжками ускакал исполнять приказание. Дзаур принялся врачевать Атанаса. Для начала он остановил кровь, бьющую из разорванных вен, потом сделал временную шину. Он лечил телохранителя не из любви или заботы, а по той простой причине, что сейчас Атанас — его единственный защитник и воин. Хотя, ещё был волк-оборотень, но человек в роли помощника тоже необходим. В других условиях, Дзаур не стал бы тратить на него дорогостоящее заклинание. Вскоре вернулся волк и принес в зубах наполненную фляжку. С его морды капала вода. Бунтовать он больше не пытался и сидел в стороне, тихо ненавидя Дзаура. Черный колдун поморщился — он понял, что не хватает багульника.

— Беги, принеси мне ветку болотного багульника. Да не сухую, чтобы на ней листья были. Быстро!

Волк взвизгнул и помотал головой. Черный жрец нахмурился.

— Ты хочешь сказать, что здесь не растёт багульник? Не может быть!

Волк снова помотал головой. Дзаур задумался, что же хочет донести до него оборотень? Потом ему показалось, что он догадался.

— Может быть, ты не знаешь, как выглядит багульник?

Волк закивал лохматой головой.

— Н-да. Незадача. Тогда слушай! Это кустарник с локоть высотой, кора тёмно-серая, листья кожистые, сверху тёмно-зелёные, блестящие, снизу покрыты ржаво-бурым налётом. Цветки белые, собраны на концах ветвей в щитки. Разберешься в темноте? Да, запомни, болван, растение ядовито! Хотя, тебе-то всё нипочём. Не сдохнешь! Запомнил? Беги!

Волк злобно щелкнул челюстями, но отправился на поиски. Когда он скрылся в лесу, Дзаур принялся тщательно отмерять порции необходимых ингредиентов, потом смешал их. Вскоре всё было готово, оставалось лишь добавить листьев багульника. Атанас сидел, белый как мел. Куда же запропастился этот четвероногий идиот? Сейчас принесёт что-нибудь другое, придётся ждать утра и самому рыскать по лесу. Атанас к тому времени может потерять руку, а то и вовсе помереть.

Словно в ответ на мысль Дзаура, из темноты выскочил волк, держа в зубах ветку. Против ожиданий черного жреца, оказалось, что оборотень нашёл багульник. Не такой уж и бестолковый, этот волчара. Когда заклинание было завершено, Атанас уснул. Его рука, заживлённая магией, приобрела почти нормальный вид. Устало зевнув, Дзаур приказал оборотню охранять их покой, а сам улегся спать. Теперь у них есть сторож.

Наутро он проснулся и увидел около себя мертвого барсука. Волк демонстративно смотрел куда-то в сторону мимо него.

— Ого, да ты, оказывается, охотник! Ну, спасибо! Атанас, раздели добычу на три части. Одну мы съедим, другую возьмем с собой, а третью отдай волку. Не надо поджаривать твою порцию? — спросил он у оборотня. Тот отрицательно мотнул головой. — Я так и думал. Сейчас мы поедим, и сразу же ты поведешь нас по следам двух людей.

Волк запрыгал вокруг Дзаура и оскалил зубы, сквозь рычание, издавая не то вой, не то лай. Колдун удивленно смотрел на него, не понимая в чем дело. Тогда оборотень схватил зубами его за балахон и потянул в ту сторону, откуда вчера пришли колдун и его телохранитель. Люди удивленно переглянулись между собой. Чего хочет от них волк-вер?

— Кажется, я понимаю, в чем дело, — задумчиво сказал Дзаур, — ты намекаешь, что мы идем не по тому следу? Нам нужно идти туда, откуда мы пришли?

Волк закивал головой, приплясывая на месте. Дзаур помолчал, поджав губы, раздумывая над сложившейся ситуацией. Итак, его провели. Ни он сам, бывший друид, ни его телохранитель, выведенный специально для жизни в лесу, не смогли обнаружить подделки. Вражеская магия? Но он не почувствовал никакой волшбы! Чтобы так правдоподобно изобразить следы, нужно невероятное умение! Без посторонней помощи, охотник вряд ли смог бы сотворить то, что ввело в заблуждение даже лесного легионера.

Нет, объяснение может быть только одно: лесные колдуны, любители букашек приложили руку к обману, которому подвергся Дзаур. Нет, не друиды! Скорее всего, один друид, который предпочёл пуститься на обман и не вступать в бой. Значит, не так уж он и силён. Стоп! Но ведь у него хватило знаний на то, чтобы создать новый след! И не магией! Так, что же получается? Неизвестный друид прокладывает для преследователей ложный путь, а люди, укравшие Талисман, остались где-то позади? И поэтому волк тянет обратно?

— Кто помог охотнику? Это друиды?

Оборотень отрицательно замотал головой и зарычал, оскалив большие белые клыки. Дзаур совсем озадачился. Если это не друиды, тогда кто же? Волк тем временем пытался кого-то изобразить, но как он ни старался, выходило у него это плохо. По крайней мере, Дзаур не понял. Он хотел, было предложить оборотню стать человеком и объяснить более доступным языком, но раздумал. В конце концов, теперь стало известно, что охотник и травница ушли в другую сторону, а им помогает кто-то, кого зверь, как минимум, ненавидит. Тем лучше, значит, он будет служить не за страх, а за совесть.

— Ну, ладно, оставим это. Волк, веди нас и не вздумай обманывать, иначе осина тебе немного попортит шкуру.

*****

Солнце стояло ещё довольно высоко, когда Ник и Лианна достигли избушки друида. Самого Кедра нигде не было видно. Девушка подошла к избушке и, радостно ойкая, узнавала обстановку, которую помнила с детства.

— Как ты думаешь, мы можем войти? Твой Кедр на нас не рассердится?

— Ну, что ты! Конечно, нет! То есть, я имею в виду войти можно, и он не рассердится. Ой, смотри, даже кадушка та же самая!

Ник улыбнулся. Откуда он мог знать, тот же самый бочонок или нет? Лианна была так поглощена своими ожившими воспоминаниями, что забыла обо всём на свете. Охотник отворил замшелую дверь, зашёл в избушку и осмотрелся.

Внутри царила прохлада и полутьма. Небольшое окно, со слюдой вместо стекла, пропускало мало света. По стенам были развешаны пучки сухой травы и вязанки сухих грибов, поэтому внутри пахло как-то очень пряно. К одной из стен был приколочен шкаф без дверец, весь кривой, но крепкий. В нем виднелись толстые корешки книг, наверное, тех самых, что читала когда-то Лианна.

Ник осмотрелся, раздумывая, куда бы положить кисёнка. Стол был занят — на нём в живописном беспорядке стояли несколько мисок, большая глиняная чашка, раскрытый фолиант с рисунками растений и опять же пучки трав. Ага, вот топчан!

Охотник хотел было положить Василька, но только сейчас разглядел, что место, оказывается, уже занято. На топчане лежал изможденный человек в одежде настолько старой, что, казалось, дырок на ней больше, чем ткани. Сквозь остатки одежды проглядывало тощее, измождённое тело — выпирающие ребра и кости придавали ему вид скелета. Худое лицо человека было спокойным и безмятежным. Он умер что ли? Охотник столбом стоял на пороге, не зная на что решиться. Лианна пыталась заглянуть через его плечо.

— Ой, Ник, дай же войти! Я столько лет не видела этот дом, страшно соскучилась!

— Погоди! Посмотри, там кто-то лежит.

Охотник посторонился, и Лианна тоже увидела истощенного человека. Ник спросил у неё:

— Это Кедр?

— Нет! Я не знаю его, — девушка покачала головой. — Может, это какой-нибудь его родственник? А он что, умер?

С этими словами она потихоньку прижалась к охотнику.

— Сейчас посмотрю.

Он осторожно отдал кисёнка девушке, а сам подошёл поближе к лежащему. Наклонившись над ним, Ник услышал его слабое дыхание. Значит, жив! Ну, и замечательно! Охотник осторожно тронул за плечо человека — никакой реакции не последовало. Тогда он потряс уже сильнее — результат тот же самый. Неизвестный не шевелился, словно настоящий мертвец, разве только дышал. Ник пожал плечами, подошёл к столу и освободил на нём место, чтобы можно было положить раненого кисёнка. Когда Василька пристроили на столе, Лианна принялась делать зверьку перевязку, а охотник сел на корточки в угол, опершись спиной на стену, поскольку единственный табурет заняла девушка. Кстати, табурет заслуживал отдельного внимания, так как вместо ножек ему служили огромные лосиные рога, а сидение было сделано из большого гриба трутовика.

Ну и ну, усмехнулся Ник, друид ещё сделал бы стол из цельного ствола дуба. Но стол, как и топчан, был сколочен из обычных неструганных досок. Охотник поднялся, подошёл к топчану и пристально посмотрел на лежащего человека. Да, ему не показалось! Действительно, именно этого оборванца Ник видел, когда Талисман показывал ему будущее. Но тогда незнакомец был живой и разговаривал, как любой нормальный человек, а сейчас он походил скорее, на труп, по-прежнему не реагируя на присутствие в доме посторонних. Наверное, любое бревно было бы гораздо более эмоциональным, чем этот человек. Лианна закончила перевязывать Василька и присоединилась к Нику.

Охотник, озадаченно выпятив нижнюю челюсть, рассказал, что лежащий на топчане человек и оборванец, которого он видел в сеансе ясновидения, одно и то же лицо. После короткого обсуждения все они решили, что неизвестный либо в магическом трансе, либо болен, но в любом случае им не следует торчать в одной комнате с ним, а выйти наружу. Особенно настаивал на этом кисёнок. Зверёк явно выглядел встревоженным.

— Что будем делать дальше? — спросил Ник.

— Надо дождаться Кедра. Без него мы не сможем найти Круг.

— А если он ушёл далеко? — возразил охотник. — Друид, вероятно, может отсутствовать по целым неделям дома — мало ли какие у него могут быть в лесу дела! Хотя, судя по чашкам на столе, то он ушёл не далее, как вчера. А, может, этот незнакомец ел из неё? Но остатки пищи свежие.

— Нужно дождаться Кедра! Тем более, ты же сам рассказывал, что в твоём видении мы с ним разговаривали! Значит, мы его встретим!

— Так-то оно так, только ведь мне не было показано, что будет потом! Может, сразу после нашей встречи нас настигнет черный колдун?

— Василёк, а могут твои сородичи сказать, где сейчас друид?

Но кисёнок не успел ответить — в этот момент из леса появился Кедр. Он выглядел точно так же, как и описывают друидов: в длинном коричневом балахоне почти до земли, с посохом в руке, в капюшоне, из-под которого на свет выглядывала только борода. Однако с первого же взгляда Лианна узнала его. Сунув Василька Нику и радостно взвизгнув "Кедр!", она бросилась на шею подошедшему. Друид раскрыл руки для объятий и густым басом воскликнул:

— Лианна! Ты ли это, моя девочка?! Хвала духам леса, перед смертью довелось ещё раз тебя увидеть!

Она отстранилась от друида и посмотрела ему в лицо, полускрытое капюшоном.

— Перед какой ещё смертью? Чего это ты умирать собрался? Друиды никогда не умирают, ты же сам говорил.

— Да нет, не собираюсь, конечно, это так, к слову. Я очень рад тебя видеть! А что же ты мне не представишь своего спутника?

Лианна, исправляя упущение, познакомила присутствующих:

— Ник, Василёк — перед вами самый замечательный друид в мире по имени Кедр. Он воспитывал меня в детстве.

Ник пожал мужчине руку, а зверёк вежливо кивнул. Увидев это, друид приподнял брови, но промолчал.

— Кедр, познакомься: Ник — потомственный охотник, лучший стрелок княжества, во всяком случае, так он говорит, — Лианна хитро улыбнулась. — В настоящее время он — истинный Владетель Талисмана Волхвов. А у него на руках Василёк. Кисёнок.

Услышав про Талисман Волхвов, друид откинул капюшон и внимательно оглядел охотника с ног до головы. Но когда Лианна представила Василька, Кедр прямо-таки подпрыгнул. Оказалось, что он за долгую лесную жизнь и в самом деле никогда не встречал кисят. Особенно его поразило, что Василёк умеет разговаривать. Кедр явно выглядел не в своей тарелке — после многих лет затворничества в один день увидеть перед собой ставшую женщиной девочку, которую он когда-то воспитывал, в сопровождении человека с Талисманом Волхвов, да ещё и с кисёнком! Для него это оказалось слишком. Но друид, вспомнив о вежливости, предложил войти в его избушку, при этом, буквально не сводя глаз с диковинного зверька.

— Места, конечно тут немного, но мы все разместимся, если уважаемый кисёнок не будет против того, чтобы переночевать вместе с людьми.

— Будет! — Василёк решительно отказался. — Чем дышать вместе с вами спертым воздухом, я лучше переночую на крыше. Да и вы бы тоже шли на свежий воздух. Самое главное, мне не нравится тот человек.

— Кстати, о нехватке места! Кедр, кто у тебя там лежит? — Лианна мотнула головой в сторону. — С нами он не хочет разговаривать, может быть, ты знаешь, как его разбудить? Или это колдун и лежит в трансе? Хотя по виду, он, скорее, похож на бродягу.

Кедр посмотрел на лежащего человека и сказал:

— Надо бы его покормить, а то ведь помрет. Я же и сам не знаю, кто он такой. Нашел его лежащим без памяти — лежал на берегу речки, что неподалеку отсюда. Должно быть, принесло откуда-то сверху. Ран на нем не было, только худой очень. Бросить нельзя, вот и решил забрать к себе домой, чтобы ухаживать за ним. Принести-то сюда я его принес, но вот в сознание он уже вторую неделю не приходит. Чистое растение: кормлю — ест, пить даю — пьет, кормить не буду — помрет. Вещей при нём не было ничего, башмаков тоже. Одежда, сами видите — отрепья. Может его ограбили — иногда у нас объявляются разбойнички, да только не здесь, конечно, а гораздо южнее. Тут, в глуши, им делать нечего.

— Две недели? — задумчиво протянул Ник. — Я же видел, как этот человек говорил с нами. Интересно, когда он в себя придёт?

Лианна недоумённо пожала плечами. Она знала ещё меньше Нику.

— Кто разговаривал? Кого ты видел? Ничего не пойму, объясните мне! — удивлённо спросил друид.

— Прошлой ночью я видел, как мы вчетвером стояли и разговаривали. Прямо вот тут, около входа в твой дом. Все четверо: Лианна, я, ты и твой бродяга. Смотрел я хотя и как будто сверху, но его лицо видел отчетливо. Я его узнал — это был точно он!

Друид недоверчиво глядел на Ника. Василёк тоже выгнул шею и поочередно посмотрел на каждого из людей. Его огненно-рыжая мордочка также выражала еле сдерживаемое любопытство. Нику пришлось пояснить ситуацию.

— Дело в том, что с помощью Талисмана Волхвов я могу иногда проникать в будущее и видеть какие-то картины. Со мной такое случилось один раз — я увидел, как дерусь с бродягами и лесным воином, а он меня уже готов был убить. И через день это действительно произошло. Меня чуть не прирезали, хвала лесным духам, Лианна оказалась рядом, спасла! Она обездвижила лесного воина, — при этих словах друид и кисёнок удивлённо глянули на девушку, которая сделала вид, что это рассказывают не про неё. — А недавно я видел, как мы вчетвером стоим прямо тут и мирно разговариваем. Но я не знаю, можно ли управлять этими видениями, по крайней мере, я не пробовал. Вот. Это всё, что я могу сказать.

— А у меня появилась идея! — воскликнула Лианна, — Помните историю, про полоумного лесоруба, который повстречал кисёнка?

— А ведь, правда! Василёк, скажи, а ты не мог бы вылечить этого человека? Говорят, что вы можете всё! Или это досужие враки?

Глаза зверька потемнели и стали темно-синими. Он посмотрел в сторону лежащего на топчане оборванца и что-то замурлыкал. Люди молча ждали, и Василёк, наконец, ответил:

— Я не… как бы объяснить? Я ничего не чувствую в этом человеке! Могу попробовать восстановить разум этого человека. Для этого я должен проверить его внутреннюю сущность. Только…

Зверёк замолк. Люди почтительно ждали продолжения.

— Не уверен, что у меня получится. Он… смердит.

Всё тут же принюхались, кисёнок раздраженно отвел уши назад.

— Духовно смердит! Вам этого не понять! Но я попробую помочь ему.

— А у тебя хватит на это сил? Ты же раненый! Или может быть, тебе нужно позвать кого-нибудь из твоих соплеменников?

— Никого больше не нужно звать, я и сам справлюсь. Просто не мешайте! Оставьте нас! Лианна под руку с Ником вышли из избушки, а следом за ними шагнул и Кедр. Друид ласково посмотрел на девушку и сказал:

— Я вижу, что ты стала совсем взрослая, — видя, что она выдернула свою руку из-под руки охотника и уже собирается сказать что-то резкое, Кедр добавил: — Не потому, что ты ходишь рядом с мужчиной, ничего в этом зазорного нет. А потому, что я чувствую твою душу, как говорит это удивительное создание — кисёнок. Я же тебя знал ещё чуть ли не с младенческих лет.

Лианна вздохнула и потихоньку снова взяла Ника под руку.

— Кедр, а как ты относишься к привидениям? — охотник решил заранее предупредить друида. Не хватало ещё, чтобы лесной отшельник с перепугу натворил чего-нибудь, когда Феликс объявится здесь. А что привидение появится ночью, охотник даже не сомневался. Другое дело, задержаться ли они здесь до утра.

— К привидениям? Отрицательно! Исключительно вредные создания! Оборотни и те ближе к природе, чем эта нежить, хотя тоже гадость порядочная. Превращенцев я вижу каждую неделю, но прикончил лишь одного, к сожалению. По счастью, мне не приходилось сталкиваться с ними, я имею в виду, с привидениями.

— В таком случае, я рад предоставить тебе такую возможность. Как только стемнеет, ты сможешь познакомиться с исключительно невредным привидением. Его зовут Феликс. Он был при жизни книгочеем и говорит, что знал самого Хлода.

Кедр поморщился и вопросительно глянул на Лианну. Девушка кивнула, дескать, охотник не врет. Друид озадаченно подумал, что более странной компании он ещё никогда не встречал в жизни, вздохнул и спросил:

— Разве мне это так уж необходимо? Я бы не хотел иметь никаких дел с представителями темных сил.

Ник пожал плечами (охотнику почему-то стало обидно за привидение) и заглянул внутрь избушки друида. Кисёнок молча сидел рядом с лежащим человеком. По его виду не скажешь, что он колдует.

— Как хочешь! Ни я, ни Феликс тебя принуждать к этому не станем. Я только хотел бы уточнить, что, по всей видимости, где-то в чем-то произошла ошибка, и в настоящее время Феликс принадлежит к темным силам лишь номинально. На самом деле он — вполне порядочное существо. Он не высосал ещё ни одной жизни и никогда не убьёт человека. Я уверен в этом! Во всяком случае, он это даже продемонстрировал и не раз. Помнишь, Ли, тогда в кабаке, Феликс мог бы вволю насытиться, но ведь не стал!

Девушка согласно кивнула и горячо затупилась за привидение. Друид, колебался, не зная, верить охотнику или нет. Нет никаких оснований доверять голым утверждениям незнакомого человека, но ведь Лианна подтверждает правдивость его слов. Правда, она, судя по всему, неровно дышит в отношении охотника, а значит, не вполне объективна, но Кедр знал её, как девочку справедливую, хоть и горячую в суждениях и делах. Кроме того, он чувствовал, что она не перекинулась на сторону черных жрецов. А если подумать, то для чего бы приспешнику Клана Аррита заявляться к обычному друиду? Да ещё и с Талисманом Волхвов на шее? Кстати, об этом надо было спросить в первую очередь, но события развернулись так быстро, что Кедр при всём желании не мог ими управлять.

— Откуда у тебя Талисман?

— Это неважно, — сухо ответил Ник. — Мне нужно от тебя лишь одно: чтобы нам не мешали. Дорогу к Кругу Друидов мы и сами найдем — кисёнок обещал помочь, вернее, его собратья. А сюда мы пришли потому, что Лианна хотела увидеться с человеком, который воспитал её и показал правильную дорогу в жизнь. Теперь, Ли, я думаю, можно идти дальше. У нас слишком мало времени! Василька мы оставим у тебя, Кедр, для поправки, если, конечно, ты не возражаешь. Уж кисята-то не принадлежат к темным силам! — с сарказмом закончил Ник. — Да, забыл сказать! За нами идёт черный жрец, и он может по нашим следам дойти до твоего дома. Так что…

Охотник не успел закончить фразу, а друид ответить, как в избушке раздался вопль кисёнка. Люди бросились внутрь, полные дурных предчувствий. Василёк, несмотря на кровоточащую рану на боку, соскочил с топчана и стоял на полу, вздыбив шерсть на спинке, превратившись в пушистый шар. Из синих глаза его стали изумрудно-зелеными и, казалось, готовы были извергнуть молнию. Во всяком случае, у Ника сложилось именно такое впечатление. Кисёнок утробно рычал, когда охотник взял его на руки.

— Василёк, в чем дело?

— Не знаю. Я только начал, как почувствовал очень злое колдовство и прервал исследования. Этот человек наполнен злой магией. И разума у него нет!

— Ты уверен? Он относится к черным жрецам Аррита? — взволнованно спросил друид.

— Нет. Другое колдовство. Очень знакомое, но непонятное. Одно знаю: всё плохо!

— А вылечить ты его ещё не пробовал?

Василёк искоса посмотрел на охотника и мрачно ответил:

— Даже будь у него разум, я не стал бы его лечить. Слишком много злого в нем.

— То есть как это: если бы был разум? Ты хочешь сказать, что он неразумный?

— Что сказал, то сказал. У него нет разума и нет души. Лечить-то нечего! Это все равно, что оживить мертвое бревно.

— Ну, в некоторых случаях можно оживить и мертвое дерево, — сказал Кедр.

— Да, я забыл, с кем говорю! — проворчал Василёк. — Но применительно к разумному созданию…

— А почему ты считаешь, что деревья неразумны? Они умеют чувствовать и даже думать…

— Тьфу! — кисёнок рассердился. — Я говорю о существе, имеющем мозг. И о том, что заставить его ходить, разговаривать и прочее, можно лишь пересадив ему другую душу. Только так и никак иначе! Моё волшебство тут бессильно, ибо я не могу вернуть ему то, чего у него нет!

Ник замер, пораженный мыслью, посетившей его после слов, произнесенных кисёнком. А что, может, стоит попробовать? Вот будет здорово, если всё получится! Тем временем Василёк решительно сказал:

— Я не желаю оставаться под одной крышей с этим существом. Недаром он мне сразу показался неприятным! Уж лучше мои сородичи позаботятся обо мне, когда вернуться.

Лианна, Ник и Кедр хором принялись уговаривать Василька остаться и подлечиться, но кисёнок наотрез отказался. Он сказал, что кто-нибудь из кисячьего племени найдёт охотника и травницу, чтобы указать дорогу к Кругу друидов, и через пять минут его хвостик в последний раз мелькнул и скрылся за деревьями. Люди грустно смотрели вслед волшебному зверьку. Казалось, что частичка детства на короткое время вернулась к ним, а теперь ушла.

— Какое же злое колдовство учуял Василёк? — с тревогой спросил друид, конкретно ни к кому не обращаясь.

— У меня появилась идея! — объявил Ник. — Как вы отнесетесь к тому, что я попробую дать этому телу разум и душу? Я имею в виду Феликса, если он ещё согласится. Ведь истинный хозяин тела всё равно отсутствует.

Друид и Лианна замерли, уставившись на Ника, как сумасшедшего. Наконец девушка пришла в себя:

— Каким образом ты собираешься это сделать? Ты уже пробовал проделать такое раньше?

— Нет, но собираюсь. Ведь кисёнок сказал, что можно оживить незнакомца, вложив в него душу. Вот я и перемещу привидение в настоящее тело. А что касается Феликса, то я думаю, он согласится — терять-то ему нечего.

— Феликс-то согласится, а вот ты подумал о том, что это может быть опасно, как для него, так и для тебя? Ведь никто никогда не делал что-либо подобное.

— Потому что таких привидений, как Феликс никогда ещё не было! — защищался Ник. — Иначе, я уверен, кто-нибудь из Владетелей Талисмана обязательно попробовал бы пересадку. Тем более что людей, подобных тому, что лежит в избушке, можно найти чуть ли не в каждой деревне. Ну, во всяком случае, уж в большом городе один точно найдется.

— Ну, хорошо. Если ничего не известно о последствиях волшебства для Феликса, то для тебя-то эти их мы можем предугадать заранее! — Лианна была всерьёз взволнована желанием Ника учинить невиданное колдовство. — Во-первых, это — наверняка опасно! Во-вторых, ты не знаешь, как это делается! И, в-третьих, ты, похоже, уже забыл, что после сеанса ясновидения валяешься, словно чурбан. А по нашим следам идут черные жрецы. Пока ты будешь тут лежать, и восстанавливать силы, они придут и возьмут нас тепленькими. Нельзя тебе творить такое колдовство!

Ник почесал затылок, но промолчал, видимо признавая справедливость слов Лианны. Главным образом его пыл был охлажден мыслью о том, что он не знает, как совершить пересадку. Девушка немного успокоилась, зато теперь нахмурился друид.

— То есть, как это по вашим следам идут черные жрецы? Вы уверены в этом?

— Сами мы их не видели, нам кисята сказали. Василёк попросил своих соплеменников, и они что-то сделали с нашими следами, чтобы сбить преследователей. По его словам черный жрец от нас был в полудне пути, но теперь он отстал, а вот насколько — не знаю. Этот колдун охотится за Талисманом, которым сейчас владеет Ник.

— Человек, передавший мне Талисман, говорил, что его преследуют. Потом они напали и на мой след, уж каким образом, не знаю. Ведь я ушёл через болота, а тропу знают немногие, — Ник примолк и воодушевлённо выдал: — Слушайте, у меня сегодня урожай на идеи! Тот, бывший владелец, говорил, что я должен передать его друидам. Вот оно и случилось! Я сейчас отдам Кедру Талисман, и он станет истинным Владетелем. На том моя миссия и закончится и мы с тобой, Лианна, сможем отправляться на все четыре стороны. А попозже, если друиды окажутся настолько мне благодарны за спасение этой драгоценности, я могу зайти и за деньгами. Ну, как вам моя мысль?

— В корне неправильная, — заявил друид. — Ещё неизвестно отстанет ли от вас погоня, даже если вы отдадите мне медальон, ведь чёрные будут думать, что он у тебя. Кроме того, я не могу взять Талисман… э-э, по магическим причинам.

— Но Ник — то вообще ничего про магию не знает. И даже, как видишь, пытается колдовать, — возразила Кедру Лианна, одновременно показав маленький кулачок охотнику. — А друид, даже если он не Хранитель, тем более сможет продержать у себя Талисман до тех пор, пока не отдаст его Кругу.

— Лианна, девочка моя, ты не понимаешь. Я не могу стать Владетелем, потому что давал клятву. Из друидов лишь признанный Хранитель может владеть Талисманом Волхвов. А на простых смертных это не распространяется. Пример тому — твой охотник.

— Да? А как же тот мужик, который отдал мне Талисман! — Ник ткнул пальцем себе под куртку, где у него висел медальон. — Он наверняка был друидом!

— С чего ты так решил?

Ник поморщился.

— И, тем не менее, он был истинным Владетелем, потому что я тоже стал им!

Кедр пожал плечами и сказал:

— Разумеется, ты прав! И это ничего не доказывает. Но, если я попробую стать на твоё место, то больше друидом мне не бывать!

— Да что тут страшного? Ну, побудешь ты какое-то время Владетелем, а потом отдашь его кому-нибудь из своих старших братьев!

— Извини меня, охотник, но я тебе скажу кое-что! Неразумен ты! И не в силу возраста, а по незнанию. Чтобы стать истинным Владетелем Талисмана, необходимы годы подготовки! Иначе можно принести непоправимый вред не только себе самому, но и другим живым существам. Я как подумаю, что могу собственноручно уничтожить этот лес, его обитателей — мороз по коже идёт! Нет, даже не просите!

Ник вскипел.

— Слушай, друид! Я не то, что годы, даже минуты не тратил на подготовку к владению Талисманом! И до сих пор ещё не угробил твой лес!

— Правильно! Ты не знаешь истинной мощи артефакта, которым обладаешь, не ведаешь его специфических свойств! И в силу своего незнания ты неопасен для окружающих! Я не хочу сказать, что буду при помощи Талисмана крушить всё подряд, но даже простенькое моё заклинание может обернуться катастрофой. Вот, ты говорил, будто прозреваешь будущее?

— Ну, до некоторой степени. Прозревать — это слишком громко сказано. Пожалуй, я вижу то, что мне показывает Талисман, так будет более правильным.

— А как ты это делаешь? Применяешь специальные формулы или заклинания?

— Какие ещё формулы? Нет. Я просто… ну, будто бы задаю вопрос Талисману, и он мне отвечает на него.

— Вот! — торжествующе воскликнул друид. — Ты сам это сказал! Даже обычный человек, не обладающий никакими магическими силами, способен до определённой степени оказывать на Талисман влияние, и он тебе отвечает. А теперь представь себе, что может сделать тренированный человек! Смести с лица земли город, повернуть течение реки, расколоть гору — всё, что хочешь! Проблема в том, как управлять этим процессом! Неуправляемая мощь — это катастрофа! И неподготовленные маги гибли один за другим, пытаясь подчинить себе артефакт! Кстати, почему известно так мало имен Владетелей Талисмана, как ты думаешь? Именно потому, что они кончали свою жизнь подобным образом. Сгорали, исчезали, тонули.

— А кто же тогда становился новым истинным владетелем, если старый собственноручно не передал Талисман? — спросила Лианна, заинтригованная рассказом. — Его же должны передать добровольно, бескорыстно и так далее… Я точно это помню из твоих же переписей.

— Да. В идеале. Если Владетель жив на тот момент. А если он мертв, то первый попавшийся человек может стать новым обладателем совершенно спокойно. Не сразу, правда, а спустя некоторое время. Во всяком случае, так было написано в книгах.

— Фу! — голова Ника шла кругом от навалившихся на него сведений. — Короче говоря, ты окончательно отказываешься взять Талисман?

— Да! Из тебя получился хороший временный Владетель, зачем же испытывать судьбу? Донеси артефакт до места назначения и там передашь его. Кроме того, если возникнет крайняя ситуация, ты всегда сможешь отдать Талисман кому-нибудь из нас, чтобы мы завершили миссию.

Ник поперхнулся.

— Что значит "крайняя ситуация"?

— Ну, если ты вдруг не сможешь продолжить путь, то нести Талисман придётся кому-нибудь другому, — ответил невозмутимый друид. — Но добраться до Круга кто-то из нас должен обязательно. Я помогу вам дойти туда.

— Спасибо, — сухо сказал Ник, — но Феликс нам уже сообщил, как отыскать Круг Друидов, так что мы и сами доберемся.

— Привидение? Но откуда он знает такие сведения?

— Мы же тебе говорили, что Феликс при жизни был книгочеем, — Лианна всплеснула руками. — Он даже был знаком с легендарным Хлодом. Видимо, он узнал про местонахождение Круга ещё тогда, когда друиды только перешли сюда на север.

— Ну и дела! — покрутил головой Кедр. — Пожалуй, я бы хотел познакомиться с вашим Феликсом.

— Ты обязательно должен идти с нами! — сказала Лианна. — И проследишь, чтобы Талисман добрался до места назначения и, заодно, избежишь встречи с черным колдуном. Ведь он неминуемо обнаружит твой дом. А ты не можешь постоянно находиться в боевой готовности и ждать нападения.

— Кроме того, Василёк говорил, что нас преследует черный жрец бывший некогда друидом! — вставил Ник.

Кедр резко повернулся к охотнику.

— Как ты сказал? Бывший друид? Уж не Дзаур ли это?

— Возможно. На меня в Выселках напали лесные воины, а Лианна спасла от них. Но самого колдуна мы не видели.

— Мне известен только один отступник — Дзаур-предатель. Когда-то он был нашим братом, одним из лучших, его избрали даже Хранителем Талисмана. Сила друидов в созидании, в единении с окружающей нас природой. Но магия жизни не давала такой власти, какой хотелось Дзауру. Тогда он обратился к другому могущественному колдовству, которое присуще жрецам Аррита. Но оно губит тело и душу, высасывает жизнь, а на землю привлекает темные силы, давая им выход из тех миров, где они обитают. Потому-то жрецы Аррита не могут находиться на севере в полной безопасности, как в южных землях. Здесь живёт Земной Зверь, который не любит нашего колдовства, хотя и терпит до времени, но мертвую магию Аррита он не переносит. Особенно Зверь свирепеет, когда в его чертогах появляются пришельце извне, я имею в виду демонов.

— А что сделал этот Дзаур?

— Он счел, что единственной наградой за годы службы Кругу Друидов может быть только Талисман Волхвов — самый могущественный артефакт. Выкрасть медальон собственными силами Дзаур не мог, поэтому сделал так, что жрецы Аррита получили доступ к нему во время очередного сбора верховных магов. По пути черные маги атаковали Хранителей, сопровождавших артефакт, а Дзаур напал на Владетеля. Помощь, конечно, пришла, но уже было поздно — Талисман исчез. Что самое странное, и у черных жрецов его не оказалось. На целое десятилетие артефакт пропал из виду. Ходили слухи, что Аррит приказал Дзауру отыскать медальон любой ценой, и предатель постоянно находится в поисках.

— Значит, он опасен вдвойне? — спросила Лианна.

— Да. Дзаур, как друид, хотя и бывший, знает и понимает природу, а как приобщенный к магии смерти, владеет мощными видами заклинаний. Помесь этих двух магий крайне опасна. Аррит, безусловно, поднатаскал Дзаура, и теперь я, например, не смогу долго сдерживать его в одиночку. Да, какой там "долго"! Я его вообще не смогу удержать! И, возможно, Хранители тоже. Разве только они соберутся вместе, чтобы сложить свои усилия. Опять же, здесь, на севере, магия друидов действует мощнее, чем на юге. И не нужно забывать про Зверя Земли. Его вмешательство внесет какие-то коррективы в схватку, если таковая произойдёт. Но лучше бы не будить хозяина подземных бездн. Иначе мало не покажется никому — ни друидам, ни жрецам Аррита.

— Тем более, ты должен идти с нами! — горячо воскликнула Лианна. Ник поддержал её мнение кивком головы.

— Ладно, но что в таком случае делать с моим приёмышем? — Кедр движением руки показал на лежащего человека. Тот, безучастный ко всему происходящему вокруг него, пластом лежал на топчане.

— Мы решим это чуть позже, — Ник вмешался в разговор и направил его в нужную ему сторону, — а пока не мог бы ты дать нам что-нибудь покушать? А то у меня желудок настойчиво напоминает о своём существовании.

Кедр и Лианна изумленно посмотрели на охотника: вместо того, чтобы думать над тем, как спастись от рук зловещего колдуна, он просит покушать. Или он храбрец, или глупец! Пожав плечами, Кедр пошел в избушку и пригласил с собой Лианну и Ника.

Пока они ужинали плодово-ягодным ассорти с добавлением остатков окорока и запивали еду брусничным квасом, на улице сгустились сумерки. Кедр долго размышлял, что ему делать с неизвестным человеком и решил оставить его в избушке, предварительно хорошенько накормив. Друид планировал дня за три-четыре обернуться туда и обратно, так что ничего страшного с найдёнышем не случится.

Ник всячески оттягивал момент ухода из дома друида, решив провести в жизнь свой план насчет одушевления ничейного тела Феликсом. Недаром же они вчетвером стояли и разговаривали. Кроме того, Ник и Лианна добрались до избушки друида только к вечеру, а в видении время было утреннее. Охотник запомнил, откуда падали тени, а теперь не поленился, вышел наружу и прикинул, где солнце будет светить утром. Ну, так и есть! Значит, они пробудут здесь как минимум до утра, а не уйдут прямо сейчас. И что бы Лианна не говорила о колдовстве, но предсказаниям Талисмана Ник уже начал верить.

А раз так, то… он должен применить все свои способности и попробовать переселить Феликса в это тощее и ничейное тело. Правда, Ник понятия не имел, каким образом можно сделать это, но, если верить видению, значит, он сумеет найти какой-то способ. Конечно, может быть, что во время этой пробы, разум того человека вернется в тело, и Феликс не получит новое тело, но раз Ник видел, как незнакомец разговаривает, значит так и будет. И сейчас он дожидался появления привидения, вяло поддерживая беседу. Когда же друид встал и решительно начал собираться в путь, охотник со стоном схватился за бок.

— Что случилось? — спросила Лианна, с тревогой заглядывая Нику в лицо.

— Ничего, сейчас пройдет! — ему не хотелось обманывать девушку и Кедра, но пришлось. — Мне кажется, что окорок испортился, пока мы его несли. А с тобой ничего?

— Я в полном порядке, а ты? Идти сможешь?

— Ой, не знаю. Мне нужно полежать немного, может, пройдет. Вы пока собирайтесь, а чуть-чуть отлежусь и пойдем.

— Нет уж, лежи, не вставай. Как у тебя болит? Расскажи мне.

Он ругнулся на себя — как можно было забыть, что Лианна живо поднимет его на ноги своими травами. И, если уж на то пошло, то и у друида тоже найдутся лекарства.

"Ты дурак! Мог бы придумать что-нибудь поубедительнее боли в животе. К примеру, плоскостопие ладони или облысение ногтей. Ну, да ладно…"

— Ничего особенного, сейчас пройдет.

Лианна попросила у Кедра какие-то травы, и пока они искали их по избушке друида, охотник лежал на топчане, смотрел в потолок. Уже стемнело, и привидение должно было появиться с минуты на минуту. Ну, всё, можно выздоравливать. Ник бодро поднялся и объявил, что он уже совсем здоров. Лианна подозрительно уставилась на охотника, однако промолчала.

Ник вышел наружу, чтобы свет не помещал Феликсу являться. И точно, не успел он сделать несколько шагов, как шагах в пяти возникло белёсое пятно феликсовой фигуры. Охотник облегченно вздохнул и сразу без обиняков спросил привидение:

— Феликс, у меня нет времени на подробные объяснения. Мы собрались сейчас уходить, однако, тут есть свободное тело. Разум у него отсутствует, это проверено. Хочешь попробовать в него влезть?

Привидение замерло, только зеленые глазки загорелись ярче, а потом затараторило:

— Ой, Ник, как здорово! Между прочим, привет! В самом деле, настоящее тело? А как ты собираешься это проделать? Откуда оно взялось?

— Феликс, ты, как обычно, смешиваешь все в кучу. Объясняю по порядку: тело принадлежит неизвестно кому, знаю только, что разум и душа отсутствуют начисто. По крайней мере, так сказал кисёнок, а уж ему в этом вопросе можно верить. Потом: я хочу попро…

— КИСЁНОК? Ты шутишь? Настоящий кисёнок? А где он? А мне можно на него взглянуть?

— Ушел по своим делам, не в этом дело! — отмахнулся Ник. — Сейчас важно другое: ты знаешь, как можно провести такую операцию? Если да, то говори поскорее, пока Лианна и Кедр не воспрепятствовали мне. Они боятся, что я не справлюсь с пересадкой тебя в это тело и строго-настрого запретили мне это делать.

Обалдевший Феликс закружился вокруг избушки друида. Сначала Ник обыденным тоном заявляет, что готов предоставить ему тело, потом ещё более обыденно говорит, что встретил кисёнка, как будто кисята встречаются на каждом шагу. Сколько же всего произошло за день, раз Ник уже не обращает внимания на такие знаменательные события в жизни человека? Да и привидения тоже, если уж на то пошло!

— Я ничего не смогу рассказать тебе. Даже не слышал о подобных операциях. Но, коли требуется моя помощь, я готов. И мое согласие ты уже имеешь. А это тело хоть здоровое?

— Пойдем в дом — увидишь! — предложил Ник. — Скорее всего, оно тебе не понравится. Не тело, а просто скелет! Но сначала я скажу Лианне и Кедру, чтобы убрали свет.

— А кто такой Кедр? — спросил Феликс у спины охотника.

— Друид, — ответил, входя в комнату, Ник.

Кедр повернулся к вошедшему охотнику и вопросительно посмотрел на него. Ник усмехнулся:

— Я это сказал Феликсу. Кто он, ты должен помнить, мы уже рассказывали тебе. Погасите-ка свет, сейчас он вплывет.

Кедр нервно вздохнул и задул масляную лампу. Три человека остались в полной темноте, но ненадолго. Феликс вплыл в комнату прямо через стену спустя минуту, после того, как в неё вошел Ник. При его появлении Кедр громко сглотнул и крепче стиснул посох в мозолистых руках. Лианна хихикнула и поздоровалась с привидением. Феликс вежливо поздоровался сначала с девушкой, а потом и с друидом. Кедр нервно кивнул в ответ. Ник ему посочувствовал, в его памяти были свежи впечатления от своих первых встреч с подобной нечистью. Феликс, не теряя времени, сразу кинулся к лежащему телу, рассмотрел его со всех сторон и удовлетворенно сказал:

— По моему неплохо, хотя действительно, очень худое. Ник, я согласен.

— С чем ты согласен? — спросила привидение Лианна.

— Переселиться в это тело! — невозмутимо ответил Феликс. — Не знаю только, как Ник собирается справиться с такой сильной магией. Сомневаюсь, что ему удастся это сделать.

— А ты разве не знаешь, каким он становится беспомощным после сеансов магии? — тихо спросила девушка. — И что нас преследуют? А пока Ник будет восстанавливать силы, черный колдун придёт сюда, и тогда тебе не понадобится новое тело. Даже все вместе мы не сможем противостоять одному Дзауру, не говоря уже о его воинах. Единственное, что нас может спасти, только если ты, как привидение, нападешь на него и убьёшь.

— Нет! — с испугом воскликнул Феликс. — Я не могу отнимать жизнь у разумного существа.

— Тогда почему ты согласился, чтобы Ник попробовал переселить тебя в это тело? Ведь мы не знаем наверняка, что разум этого человека отсутствует. Может, он просто болеет, а Ник, если ему удастся задуманное, убьет его.

— Но ведь кисёнок вам сказал, что у этого тела нет ни разума, ни души, — защищался Феликс, — а Ник уже пробовал использовать Талисман.

— Между прочим, — вмешался в разговор Кедр, при этом, скармливая лежащему человеку очередную порцию орехов, — кисёнок также сказал, что в этом теле сосредоточена сильная и злая магия. И он не захотел даже оставаться тут, настолько ему было неприятно соседствовать с этим человеком. Разве Ник тебя об этом не уведомил?

— Нет, — обескуражено ответил Феликс, — но эта магия до сих пор никак не проявила себя, верно?

— Верно. Но она может прорваться в любой момент! — Лианна устало потерла переносицу. — Возможно, Кедру лучше вообще отнести этого человека подальше в лес и оставить там. Я не хочу показаться эгоистичной, но ты должен подумать сначала обо всех…

Феликс громко зашипел, тяжко вздохнув. Кедр отпрянул назад, но Лианна успокоила его, разъяснив, что привидения так вздыхают. Обе заинтересованные стороны пытались найти компромисс. А Ник, пока шел этот разговор, втихомолку достал медальон и уставился на него. Пятиугольный камень заблистал всеми гранями, словно узнавая и приветствуя истинного Владетеля. Охотник глубоко вздохнул и попытался успокоиться. Для того дела, на которое он решился, ему нужно быть предельно сосредоточенным. Он закрыл глаза и снова открыл.

Что делать дальше, он просто не знал. В прошлые разы, когда ему были явлены магические видения, Ник спрашивал у Талисмана, что с ним случится. Может, и сейчас нужно спросить? Но что? Как перенести привидение в тело человека? Н-да, это вряд ли поможет. Постепенно мысли охотника перекинулись на личность Феликса. Интересно, каким он был при жизни? Худым, толстым, богатырём или калекой? Сейчас этого уже не узнать — привидение выглядит, как человек, облачённый в длинный до пят плащ с накинутым капюшоном — ни рук, ни ног не разобрать.

Ник повертел в руках медальон, опять закрыл глаза и попытался представить себе Феликса. В его голове возник бледный силуэт человеческой фигуры. Но не такой расплывчатой, какой привидение выглядело сейчас, а вполне человекообразной, с руками, ногами, головой. Охотник не понял, видит он это на самом деле, или фигура — плод его воображения.

Ник открыл глаза и проморгался, но фигура не исчезала. Он поднялся и попробовал приблизиться вплотную к белому силуэту. И, к своему великому удивлению, даже смог различить черты его лица. Физиономия вполне заурядная: слегка раскосые глаза, правда, цвет не разберешь, прямой нос, усы, закрученные кверху и небольшая козлиная бородка. Эта внешность, конечно, могла принадлежать и Феликсу, но Ник не знал этого наверняка, так как у привидения на голове ничего, кроме зеленых глаз, не разобрать. А сейчас можно было увидеть даже шрам, идущий наискось от виска к подбородку через всю щеку. Эдакая белая статуя!

Ник вдруг понял, что всё окружающее плавает, как в густом тумане, густеющем с каждым мгновением. Стен избушки друида не было видно, только колышущееся марево молочно-серого цвета. Да и вместо самого хозяина дома охотник видел лишь такой же туманный силуэт, стоящий посередине комнаты. Рядом с ним находилась Лианна, это Ник понял по неповторимым волнам, исходившим от её светлой фигурки. И где-то под полом избушки виднелось что-то маленькое и по виду лохматое, но что это такое Ник не разобрал. Но, если стоящие неподвижно фигуры походили на людей, даже Феликс (если, конечно, это был он), то, лежащий на топчане у противоположной стены, человек выглядел непонятно кем. Ник нерешительно сделал шаг по направлению к нему. Охотник шёл будто по поверхности болота — деревянный пол избушки под ним качался и, того и гляди, можно провалиться. Охотник шумно сглотнул набежавшую слюну и решил не думать о том, КУДА он может провалиться, потому что избушка друида стояла прямо на земле.

Ник осторожно подошёл к топчану. Силуэт, прорисовавшийся перед ним, был темно-серым, а не светлым, как у остальных. Даже тот, под полом, был светлым и тоже имел форму. Правда, не такую, как у людей, но тоже вполне узнаваемую — похожую на маленького лохматого человечка. А силуэт незнакомца, лежащего на топчане, был не то овальным, не то прямоугольным. Что-то громоздкое и колышущееся, всё время меняющее форму, словно дым.

Видимо, решил Ник, так происходит потому, что у того человека нет ни разума, ни души, а они-то и определяют форму силуэта. Охотника так и тянуло потрогать НЕЧТО, но он не решился, не зная, какой будет результат. А, впрочем, ему все равно придется это сделать, ведь он должен как-то переместить Феликса в это шевелящееся и бесформенное облако. Он подошел к той фигуре, которую он счет Феликсом и обошел её кругом.

Ник протянул руку к "статуе" и Талисман на его груди потеплел. Охотник замер — хорошо это или плохо? Правильно ли он поступает?

"Какое свинство, даже подсказать некому! Но раз уж взялся за дело, так делай".

Словно в ответ на его мысли Талисман похолодел. Ник решил, что поступает правильно, положил ладонь на плечо белой фигуры Феликса и почувствовал твердую поверхность, словно перед ним находилась настоящая статуя. Но при попытке поднять её, выяснилось, что фигура практически ничего не весит.

Охотник аккуратно поднял Феликса и осторожно понес его к топчану.

"Только бы не споткнуться и не уронить", — подумал он.

Кедр и Лианна по-прежнему стояли неподвижно, никак не реагируя на происходящее. Создавалось такое впечатление, что Ник попал в какое то место, где время замёрзло и не двигается. Он донес "статую" Феликса до стены и поставил на пол. Теперь необходимо было попробовать на прочность темно-серое марево. Ник осторожно коснулся клубящейся массы и ничего не почувствовал: ни жара, ни холода. Тогда охотник протянул руку дальше, и пальцы исчезли в темном тумане.

Он брезгливо выдернул руку обратно: ничего, не случилось, всё на месте. Неужели надо сунуть туда Феликса? Что же это такое получится?

— На всякий случай, прости меня, Феликс! — негромко сказал Ник, поднял белую невесомую статую, и, придав ей горизонтальное положение, на вытянутых руках опустил внутрь темной шевелящейся массы. Когда руки охотника коснулись топчана, а Феликс полностью скрылся, поглощенный темным клубком, он почувствовал, как через его руки от Талисмана хлынула горячая волна.

Словно под влиянием этого тепла, колышущаяся масса начала приобретать форму человеческого тела. Ник пристально смотрел, как прорисовались голова и плечи, затем появились руки и торс, будто неведомый скульптор быстро-быстро вылепил их. А потом, практически мгновенно, стали видны остальные части тела.

Ник осторожно потрогал получившуюся фигуру — она оказалась твердой. Вот только одна незадача — цвет её остался таким же темно-серым. Ну, разве что чуть светлее, словно молочная белизна прежнего Феликса разбавила серость клубящегося облака. Да и лицом не напоминало ни бывшего книгочея, ни того человека, который лежал на топчане и жил растительной жизнью. В настоящий момент Ник затруднился бы сказать, на кого больше похоже это лицо. Скорее всего, и на того, и на другого понемногу.

Ник глубоко вздохнул и подумал, что теперь, хочется в это верить, всё будет в полном порядке. Охотник оглянулся и посмотрел на все ещё неподвижные фигуры девушки и друида — они не пошевелились ни на йоту, так и застыв в середине движения. И тут Ника постиг настоящий шок — он увидел в углу ещё одну человеческую фигуру, сидящую на корточках около стены, а, подойдя поближе, с содроганием понял — это не кто иной, как он сам. Охотник, конечно, нечасто смотрелся в зеркала, всё больше в воду в лесных лужах, но прекрасно знал свою внешность.

Нику стало так жутко, словно он умер, превратился в привидение, и сейчас видел собственное тело со стороны. Он протянул руку и дотронулся до "того Ника" пальцем так аккуратно, будто тот мог лопнуть подобно пузырю из мыльного корня. Нет, не лопнул, а оказался таким же твердым, каким был и Феликс. Ник закрыл глаза и, сжав до крови на деснах челюсти, пожелал вернуться к нормальной жизни, где стены не плещутся, как вода, а тела людей не тверды, как мрамор.

Но ничего не произошло. Ник посмотрел на свои руки — они были обычного цвета. Он стоял в той же потрепанной одежде и выглядел, как всегда! В этом плавающем мире только он был сам собой! Как же вернуться обратно? Может, нужно попробовать сделать что-то подобное тому, что он проделал с Феликсом? Попытаться слиться с самим собой? Ник уселся на "того" самого себя, но ничего путного не получилось. Сесть-то — сел, но, конечно, не слился.

Он оказался заперт в неведомой тюрьме! Как он сюда попал — непонятно, как отсюда выбираться — неизвестно! Паника затопила охотника, безумная, дикая! Он заметался по колышущейся, призрачной избушке. А Лианна? Что она подумает? Ник достал Талисман из-под рубахи и сжал его так, что побелели костяшки пальцев.

— Ну, что же ты, гад, наделал? Веди меня к Лианне, веди обратно в мой мир! Давай!

Талисман внезапно похолодел до такой степени, что Нику показалось, будто в руку вонзились тысячи ледяных игл. Он попытался выпустить медальон, но смерзшиеся пальцы отказались слушаться. Неведомый холод быстро пробрался по рукам вверх и распространился на грудь. Ник открыл рот, чтобы вдохнуть воздух, но замороженные легкие отказались работать. Когда холод дошёл до сердца, сознание охотника померкло, и он со стоном свалился на пол.