Запах вони и разложения был совершенно непереносим. Эта вонь, распространяемая порывами ветра, раздражала горло и, казалось, могла вот-вот парализовать дыхание. Обоим путникам пришлось прикрыть лица кусками дубленой кожи.

— Очень неприятное место, — буркнул Джаг. — Похоже, их профессия не приносит больших доходов.

Они проходили рядом со свалкой, представлявшей собой настоящую гору гниющих отбросов, вывезенных из города. Свалка была расположена на небольшом островке западной окраины Эдема.

— Старайся не обращать внимания, — ответил Кавендиш. — Лучшие Проводники живут отнюдь не во дворцах. Да и к тому же, здесь спокойное место, и на нас никто не будет глазеть.

Огромные, как кошки, крысы и муравьи кормились в этой клоаке, постоянно снуя вверх-вниз по горам отбросов.

Внезапно на свалку налетело черное облако больших мух, комаров и долгоножек. Жужжание их крыльев было оглушающим. Громадные, как кулак, слепни тяжело и неуклюже перелетали с места на место, а ящерицы с головами, делавшими их похожими на огромных жаб, постоянно ловили их. Ящерицы внезапно выстреливали свои длинные липкие розовые языки, достигавшие около трех метров в длину, и мгновенно заглатывали этих двукрылых насекомых.

Казалось, что даже из-под куч мусора раздается странный шум, производимый челюстями миллионов скакунов, жуков-оленей и других насекомых, которыми кишело это липкое и грязное месиво.

Экология в Эдеме была воистину странной и удивительной. Город располагался между огромной помойкой, служившей колонией для всевозможных паразитов, гигантским костром с его приторно-сладковатой чадящей вонью и чавкающим прибежищем Белых Гигантов.

По мере того, как путники продвигались по задворкам таинственного города, Джаг все еще задавал себе один и тот же вопрос: почему Кавендиш с таким упорством и холодной решимостью стремится попасть в Эдем?

Наконец, они нашли того, кого искали: этот человек сидел в кресле-качалке под тентом латаного-перелатаного каравана. Мужчина был одет в огромное черное пончо, спускавшееся с плеч прямо на землю, что делало его похожим на перевернутый цветок вьюна.

Судя по голове, торчащей из накидки, это был очень хитрый человек. У него был покатый лоб, острые уши и быстрые живые глаза, которые постоянно перебегали с предмета на предмет. Казалось, этот человек постоянно настороже. В целом же, весь его облик делал его похожим на гигантского грызуна, какие во множестве обитали в этих местах.

Кавендиш не стал тратить время на ненужные приветствия и прямо сказал:

— Нам нужно перебраться на ту сторону.

Человек, к которому он обратился, внимательно рассмотрел их с головы до ног, задержал свой взгляд на мощной фигуре Джага, но, увидев Энджела, откинулся назад и быстрее закачался в кресле. Только после этого он ответил:

— Еще слишком рано. Нужно подождать Серого Часа.

— Мы подождем ровно столько, сколько нужно, но не больше, — буркнул Кавендиш. — Так ты согласен или нам поискать кого-нибудь другого?

Рассмеявшись резким, неприятным смехом, человек произнес:

— Раз уж вы здесь, то у вас на это есть причина, потому что просто так сюда не приходят.

— Но ведь ты не единственный Проводник.

— Нет, конечно. Но зато я не болтлив, как многие другие.

— Это еще надо доказать, — нетерпеливо перебил его Кавендиш. — Так ты согласен или нет?

— Это зависит…

Ничего не говоря, разведчик сунул руку в седельную сумку и, достав из нее что-то, бросил этот предмет на колени Проводника. На коленях у мужчины сверкнул большой смеситель одной из ванн «кочующей империи».

Проводник сначала удивился, а потом, взяв кран, принялся внимательно рассматривать его, вертя в своих кривых, деформированных от полиартрита, пальцах.

Сначала он не поверил своим глазам и начал царапать металл длинными грязными ногтями, потом даже лизнул кран, словно его язык мог помочь ему в определении подлинности различных металлов.

— А это и вправду золото, — наконец, произнес он. — Только в форме крана, чего я еще до сих пор не видел.

— Ну и что ты решил? — поторопил его Кавендиш.

Проводник поднял руку, показав два пальца в виде латинской буквы V.

— Мне нужен еще один такой же, — потребовал он. При этом его глаза алчно сверкнули.

Кавендиш отрицательно покачал головой.

— Хватит и одного, — жестко ответил он. — Это и так больше, чем тебе положено за услуги.

Проводник неуверенно улыбнулся.

— Слушай, а ты что, уже был в Эдеме? — обеспокоенно спросил он и завозился в кресле, пытаясь лучше рассмотреть черты лица Кавендиша, которые затенялись широкополой шляпой.

— Может быть, да, а может быть, и нет, — уклончиво ответил Кавендиш. — Просто я никогда не плачу за товар вдвое больше того, чего он стоит. Так что придется тебе довольствоваться тем, что тебе дали.

Наступила тяжелая тишина, которую прервал проводник, часто зашмыгавший носом, а потом высморкавшийся на землю.

Джаг удивленно смотрел на эту сцену, не понимая, почему его спутник так легко расстается с золотом сейчас, когда несколько часов тому назад он не хотел избавиться от него даже ради спасения собственной жизни.

— О чем еще ты хочешь узнать? — спросил вдруг разведчик, плавно подняв ствол карабина и как бы случайно задержав его на уровне рта Проводника.

Проводник сразу же отрицательно замотал головой.

— Значит, ты проводишь нас, — твердо произнес Кавендиш.

— Ну это вряд ли, — раздалось в ответ.

Однако, увидев, что палец разведчика, лежащий на курке карабина, побелел от напряжения, Проводник тут же добавил:

— Я уже давно никого и никуда не вожу.

С этими словами он приподнял пончо: вместо ног у него были две ужасные культи. Одна нога была отрезана чуть выше колена, а другая — на половине бедра. Раны гноились, и через грязное белье, покрывавшее культяшки, сочилась розовая жидкость.

— Это работа Белого Гиганта, — тихо сказал Проводник. — Как-то ночью я выпил слишком много лавового вина…

Он икнул и продолжил:

— Я провел больше пяти тысяч человек через эти чертовы болота! Я мог бы пройти по ним с закрытыми глазами, кстати, так и было, когда я переводил людей во время сильного тумана. В ту ночь меня подвела хмельная голова… если бы я вновь мог попытаться…

Его голос задрожал. Подавив рыдания, он сунул руку за пазуху и вытащил из прорези пончо кусок белой ткани, которую тут же протянул Кавендишу.

— Это поможет вам перейти на другую сторону, — заверил он.

Кавендиш взял в руки кусок тряпки, похожий на платок: на грубом плане были изображены купол города, болото и платформы. Путь, по которому следовало идти, был отмечен красной линией.

— Мне это совсем не нравится, — сказал разведчик, протягивая план Джагу. — Почему я должен доверять этим каракулям? — Он повернулся к Проводнику. — Да и как ты сумел нарисовать этот план, не вставая с кресла?

— Само дерево не имеет от меня секретов, — уверенно произнес Проводник. — Вся чувствительность моих ног перешла к моим ушам: утром меня выносят на край болота, и я слушаю его, а дерево само говорит со мной. Я знаю, куда нужно ступать.

— И ты думаешь, что мы этому поверим?

— Поверите или нет, но это правда. Кстати, ко мне сегодня приходили уже три клиента. К тому же, у вас нет выбора: до меня дошли странные слухи о том, будто все Проводники получили жесткие инструкции… Говорят, сегодня двое неизвестных хотели украсть порошок на плато. Они будто бы даже убили много Сумасшедших. Приказ очень простой: всех необходимо сталкивать в болото. Однако я думаю, что люди, которые вступили в схватку с обезьянами с плато и даже победили их, найдут способ пробраться под купол.

Кавендиш переглянулся с Джагом и спросил:

— А описание их внешности тоже есть?

Проводник закивал головой и ответил:

— Да, и такое подробное, что у меня возникает подозрение, будто вы одели их одежду. Думаю, вам необходимо ее сменить. У меня есть то, что вам нужно. Правда, у меня одежда только отличного качества, а за качество нужно платить.

— И сколько же? — тихо спросил Кавендиш.

Проводник поднял руку с оттопыренным большим пальцем.

— Еще одну такую деталь, — спокойно сказал он. — Мне нужно поменять у себя всю водопроводную систему. План, сведения, одежда — всего за две детали. Это же почти даром! Мои коллеги взяли бы с вас столько же, но вы были бы уже мертвы.

— Почему же ты это делаешь? — спросил Джаг впервые за время всего разговора.

Проводник внимательно взглянул на свод купола над городом и с ненавистью произнес:

— Я ненавижу этот город, из-за него я потерял ноги и теперь вынужден жить на этой свалке, а каждый день, который я провожу здесь, еще больше усиливает мою злость к нему!

— Ну и что же? — недовольно буркнул Кавендиш.

— У меня сложилось впечатление, что вы тоже не очень-то любите этот город. Значит, нас с вами кое-что сближает. Во всяком случае, этого достаточно, чтобы я помог вам. По моему плану вы доберетесь до западного входа, а как только вы туда попадете, спросите Корта и скажете, что вас прислал Крыса. Он поможет вам, правда, не бесплатно, но зато с ним вы будете спокойны.

Кавендиш вопросительно взглянул на Джага.

— Заплатите ему, — сказал Джаг. — Я с Энджелом пойду первым, ну а вы останетесь здесь и, если со мной что-нибудь случится…

Он не договорил фразу, ибо и так все было ясно. Кавендиш нерешительно надул щеки. Потом согласно кивнул и тихо сказал:

— Ладно, сделай так, как он говорит, и не жди меня у ворот: мы вдвоем можем привлечь к себе ненужное внимание. Как только войдешь в город, пойдешь в квартал Орла и подождешь меня у бассейна.

Произнеся это, разведчик лукаво улыбнулся и добавил:

— Ожидание будет не очень утомительным, ты сам все скоро увидишь… Ну а сейчас, давай-ка переоденемся.

Переглянувшись, они взяли кресло за ручки и понесли Проводника в его караван.