На следующий день Северус получил приглашение от Слагхорна. Судя по всему, вечеринка устраивалась в честь наступающего Хэллоуина, и кого из высокопоставленных гостей декан пригласил на этот раз, Северус мог только догадываться. Хотя по лукавому виду Слагхорна можно было заключить, что будет нечто заманчивое, Северус вежливо отказался.

— Простите, сэр, мне в последнее время нездоровится. Я только вчера был в больничном крыле.

— Жаль, жаль, — покачал головой Слагхорн. — Лили вот придет. Ах, какая все‑таки жалость, что она учится не на Слизерине!

Северус даже вздрогнул от такой перспективы.

— Ей бы здесь житья не дали, — вырвалось у него.

— Это Лили бы вам всем житья не дала! — ухмыльнулся в усы Слагхорн, все еще сжимая в руке свиток. — Что, испугался? Шучу я, шучу…

Северус подумал, что в этот раз к Слагхорну вообще мало кто попадет. Дело в том, что Стеббинс и Прюэтт наконец‑то договорились о предстоящем шахматном поединке, и он должен был состояться как раз сегодня в трофейном зале. Сам Северус шахматами не особенно увлекался, никаких мотивов болеть за Стеббинса, кроме того, что тот слизеринец, у него не было, поэтому он и не видел никакого смысла туда идти. Долиш вот наверняка пойдет, да и Миранда, если к вечеру у нее пройдет голова…

В общем, Северус вернулся в спальню и до обеда думал над тем, о чем же можно спросить Лэнса. Он, Северус, ведь обещал прийти и в субботу, если ему понадобится консультация, вот только вопросы ему в голову приходили какие‑то глупые: где именно Лэнс научился окклюменции, как звали тех парней из его воспоминания и пользовался ли он легилименцией на экзаменах…

***

— А, это ты, Северус! Проходи…

— Извините, что я вас беспокою даже по выходным… — Северус застыл на пороге, не спеша его переступить.

— Ничего страшного, я сейчас не занят, — ответил Лэнс. — Наверное, у тебя какой‑то вопрос?

— Ну, в общем, да, — сказал Северус, наконец входя внутрь. — Меня интересует роль зрительного контакта при легилименции… и еще роль палочки.

— Присаживайся, — сказал Лэнс и сам сел в свое кресло. — Зрительный контакт при легилименции практически необходим…

— Я просто подумал, — не удержался Северус, — отчего бы тогда тому человеку, у которого читают мысли, не отвернуться или не зажмуриться?

Лэнс улыбнулся.

— Отчего же ты ни разу не попробовал так сделать?

— Ну… — выдавил Северус. — Не знаю…

— Дело в том, — пояснил профессор, — что если правильно пробить защиту, то человеку и в голову не придет отвернуться или зажмуриться. Это с одной стороны. С другой стороны, иногда — правда, очень редко — возможно использовать легилименцию и без зрительного контакта. Но для этого все равно эти люди должны быть рядом, потому что с расстоянием сила ментальной связи быстро ослабевает…

— Наверное, она обратно пропорциональна квадрату расстояния, — пробормотал Северус.

— C’est possible, — не стал спорить Лэнс.

— А волшебные палочки? — напомнил Северус.

— Палочки? — переспросил Лэнс. — Хм… Ну, если ты стремишься защитить свое сознание, то на палочку тебе лучше не полагаться. Я ведь тебе уже говорил, что главное — это контролировать эмоции. А при вторжении в чужое сознание палочка может помочь, с ее помощью это делать гораздо легче, хотя и результат получается гораздо более грубый. Жаль, у меня совсем нет литературы на эту тему, было бы что‑нибудь тебе вместо учебника…

— А кстати, почему у нас нет учебника по защите от темных искусств? — спросил Северус. — Это на всех курсах так? В прошлом году мы тоже… хм, изучали, если это можно так назвать, этот предмет без учебника…

Лэнс откинулся на спинку кресла.

— С этими учебниками вообще странная история, — сказал он. — Сейчас уже днем с огнем не сыщешь те книги, по которым занимались мы. Насколько мне известно, любой учебник по защите, что выпускался за последние лет тридцать, то ли не удовлетворял требованиям Министерства, то ли еще что, во всяком случае, по нему учились от силы года два. Например, у нас на шестом курсе в учебнике постоянно перевирались факты, и его вскоре отменили.

— А как же программа? — удивился Северус.

— Открыть тебе страшный министерский секрет? — хмыкнул Лэнс. — Никакой программы преподавания защиты от темных искусств попросту не существует!

Он оперся локтем о стол, окунул перо в чернильницу и принялся рисовать аккуратные круги на обороте чьей‑то работы.

— Как же так? — не понял Северус. — Это ведь один из самых важных предметов! Вот, нам в этом году даже нагрузку увеличили!

Лэнс оторвался от очередного круга и посмотрел на Северуса.

— В Министерстве мне немного смогли сказать по этому поводу. Говорят, очень высокая текучесть кадров и прочее… Я спросил, как же связана текучесть кадров с разработкой школьной программы, но так и не добился ничего вразумительного в ответ. Скорее всего, новые программы, если они вообще разрабатываются, не выдерживают нашей бюрократии. Раньше, когда в Хогвартсе преподавала Галатея Вилкост, с этим вроде бы все было в порядке. Но она ушла в отставку очень давно, еще до падения Гриндельвальда, я тогда только родился. Говорят, ее методы давно устарели, да и темы нужно изучать более современные… Так вот и вышло, что ту программу отменили, а взамен так ничего и не придумали.

«Маразм какой‑то в этом Министерстве», — подумал Северус и недоверчиво спросил:

— И что, вот так ее и преподают тридцать лет?

— Ну, в общем, да. Директор Дамблдор сказал мне, что планирование занятий отводится всецело на усмотрение преподавателя, — ответил Лэнс и начал заштриховывать круги.

— Так значит, именно вы подбираете все темы?

Лэнс кивнул.

Северус давно отметил некоторую нелогичность в изложении материала, но особенно не заострял на этом внимание, потому что, в отличие от прошлых курсов, он даже иногда узнавал для себя что‑то новое. Значит, профессор Лэнс имеет еще более богатый опыт в защите, чем он думал!

— Здорово, что вы согласились у нас преподавать! — воскликнул Северус. — Профессор Лавгуд вообще ни в чем не разбирался! Он, наверное, даже с каким‑нибудь завалящим оборотнем ни разу не встречался, не говоря уже о более опасных существах, о которых рассказывали вы…

— Ну, я бы не стал так категорично утверждать насчет оборотней, — улыбнулся Лэнс, откладывая пергамент в сторону. — А по поводу остального… Ты что, думаешь, что я видел всех тех существ, о которых вам говорил?

— Что?

Лэнс вздохнул.

— Северус! Я больше десяти лет работал в Министерстве на должности, которая, в общем‑то, не предполагает тесного контакта с опасными созданиями. И отпуск я всегда проводил в довольно спокойных местах… Конечно, я никогда не боролся с келпи и уж тем более с мантикорами! Хотя после встречи с мантикорой вряд ли вообще можно остаться в живых… — губы профессора тронула улыбка, словно эта мысль его позабавила. Он повертел в руках перо, заложил его за ухо и добавил: — А к занятиям я готовлюсь по книгам! Даже иностранную литературу выписал…

Северус промолчал. Он и сам не мог понять, был ли он разочарован тем, что Лэнс не имеет практического навыка защиты, или же впечатлен тем, что на его уроках это не бросалось в глаза.

— А можно посмотреть на ваши книги? — спросил Северус.

— Конечно! — откликнулся Лэнс. Он встал, подошел к низенькой двери и распахнул ее перед Северусом. — Заходи.

Комната была большая и светлая. Над кроватью был зеленый полог, а перед ней — маленький пушистый ковер. Вдоль стен протянулись полки с книгами в кожаных и шелковых переплетах, самых разных размеров. Рука Северуса сама потянулась к ним, точнее, к ближайшей, темно–синей с серебряным тиснением.

— Осторожнее! — воскликнул Лэнс. — К ней нельзя прикасаться, не прочитав специального заклинания!

Северус отдернул руку. В библиотеке даже в Запретной секции ему такого не попадалось. Хотя после одного экземплярчика по особо вредоносным зельям он две недели сводил с лица зеленую сыпь. Хорошо, что это случилось на каникулах, и Поттер не смог воспользоваться таким шансом…

Лэнс между тем стал перечислять названия и тематику книг.

— Вот наиболее полное собрание о троллях — три тома, автор Франк Шварцвальд. А вот — «Все о вампирах» Энрико Тортиоллы… Так, здесь у нас кое‑что про оборотней… А, вот редкая книга — монгольское издание о каппах.

— Вы знаете и монгольский? — удивился Северус.

— Нет… — смутился Лэнс. — Но мне так советовали эту книгу в одной лавчонке, что я не смог устоять… Зато тут очень хорошие иллюстрации. А вот есть книги на латыни. Может, хочешь взять почитать что‑нибудь?

— Откуда вы знаете, что я знаю… ну, немного знаю латынь? — недоверчиво спросил Северус.

— Просто ты первым делом обратил внимание на книги, корешки которых надписаны по–латыни. И твой взгляд задержался на томике «Наиболее опасные из темных заклинаний», пятнадцатый век… В общем, каждый волшебник обязан ее знать, но на самом деле ситуация удручающая. Кстати, где ты ее изучал?

— Дома, — нахмурился Северус.

— Дома? А, твоя мама… — начал Лэнс, понимающе кивнув.

— Нет, — перебил Северус, резко задвинув на полку маленькую подрагивающую книжицу. — Я… Мне попалась одна из книг отца.

— А разве в маггловских школах изучают латынь? — удивился Лэнс.

— Да. Ну, не во всех, конечно… — Северусу эта тема не нравилась, и Лэнс, очевидно, заметив это, быстро перевел разговор на другое:

— Ну, так как насчет книги?

— Э… можно мне вот эту? — Северус показал на толстенный том в коричневом переплете, на котором было написано: «Magi Asiani». — И… вон ту, про шотландскую фауну. И, конечно, вон ту, об ирландских целительных напевах.

— Конечно! — улыбнулся Лэнс, и, призвав книги, оставил их висеть в воздухе.

— Ну, я пойду? — Северус вытащил палочку, чтобы отправить книги к себе.

— А чай? — спросил Лэнс.

— Нет, — отрезал Северус. Потом, спохватившись, добавил: — У меня большое домашнее задание.

— Ну, как знаешь, — кивнул Лэнс.

***

Наступал Хэллоуин. О том, что он приближается, можно было понять по блестящим глазам и взволнованным лицам учеников, а также по особой деловитости, с которой по коридорам сновали привидения — по старой доброй хогвартской традиции, они готовили что‑то новенькое к вечернему пиру. Северуса эта суета утомляла и даже немного раздражала. В отличие от всех остальных.

— Ура! Ура! Праздник!

Миранда и Аннабелла носились по гостиной, отплясывая танец ирландских банши. Кошмар — и это взрослые люди! Что уж говорить о младшекурсниках… Барти Крауч и Ричард Дартмур уже взорвали несколько хлопушек. И где они их достают? Ведь этой мелюзге еще нельзя выходить в Хогсмид… Локхарт вот уже четверть часа надоедал Кайре Мор просьбами помочь ему с прической. Даже серьезный Регулус Блэк что‑то слишком быстро перелистывал страницы маленькой книжки в потертом переплете (из Запретной секции, не иначе).

— Эй, малышня, нельзя потише, а? — раздраженно заметил Стеббинс с угла дивана.

— Да, прекратите, — прибавил Долиш из другого угла.

— Мы мешаем вам сосредоточиться? — почтительно спросила Маргарет Эджкомб.

— Нет, просто Стеббинс не в себе из‑за проигрыша, — пояснил Долиш — и тут же оказался на полу. А Стеббинс уже сидел на нем сверху и бил его книжкой по уху.

— А ну‑ка прекратить! — гаркнул Розье, высовываясь из своей спальни. — Это еще что за балаган? Кто из вас не хочет в Хогсмид?

— Я… — пробурчал Северус.

— Да ты и так никогда не ходишь, — заржал Розье. — Что с тебя возьмешь? А вот с вас…

— А с нас что? — спросил Долиш. Они со Стеббинсом, отряхиваясь, поднимались с пола. Вид у обоих был явно удрученный.

— По десять сиклей с каждого.

— А почему по десять? — запротестовал Стеббинс. — В прошлый раз было пять!

— Так то было в прошлый раз, — отрезал Розье.

Долиш и Стеббинс молча подошли к нему, вывернули карманы и отдали по горсти серебряных монет — никому не хотелось остаться в Хогвартсе за строчками. Розье ушел восвояси.

— Аннабелла, и ты встречаешься с таким гнусным типом? — негромко поинтересовался Стеббинс.

— Уже нет, — с кислой миной ответила Аннабелла. — Он теперь с Медеей Полкисс.

Тут ее глаза сверкнули, и она добавила:

— Не завидую я ему…

Миранда прерывисто вздохнула. Никто ни о чем не спросил.

Через миг веселье возобновилось, но на сниженных тонах. Долиш и Стеббинс предусмотрительно отсели подальше друг от друга.

Северус вышел из гостиной. Мимо проплыл Кровавый Барон, о чем‑то беседующий с Почти Безголовым Ником и привидением Бледной Дамы, которая сейчас казалась даже бледнее обычного. Из‑за угла вынырнула стайка девочек, оживленно щебетавших — опять же о завтрашнем празднике.

— Не плачь, — уговаривала Глэдис Найт свою маленькую золотоволосую сестренку. — Я куплю тебе новую дудочку.

— А мне нравилась эта! — воскликнула девочка и дернула Глэдис за волосы.

— Ай!.. Новая будет еще лучше! — пообещала Глэдис. — Из слоновой кости!

Северус хмыкнул, покачал головой и прошел мимо.

До ужина оставалось еще сорок пять минут, когда в его голову вдруг пришла великолепная, как ему показалось, идея.

Он быстрым шагом направился вверх по лестнице к гриффиндорской башне. В темноте и сутолоке коридоров на него не обращали внимания. Дойдя до башни, Северус не стал огибать ее, а прислонился к стене. Затем достал из кармана маленький пузырек с зельем, на которое вчера потратил пять с половиной часов, и выпил его одним глотком.

Шум шагов, шелест, шепот, шорохи внезапно вспыхнули и смешались, но потом каждый обрел свое отдельное звучание, причем довольно громкое. Голова Северуса загудела от десятков голосов. Он вздрогнул: казалось, совсем рядом разбилось что‑то стеклянное, но, оглядевшись, ничего подобного он не обнаружил. Потом до него донеслось:

— Берри! Опять?!

— Пусть Старший Холми простит глупую Берри… — пропищал голосок в ответ.

— Зачем Берри здесь держат? Убрать и быстро! Куда понесла?.. Холми имел в виду — починить! Неумеха, беда с тобой…

А, домашние эльфы… «Наверное, этажом ниже», — подумалось Северусу, но тут же он услышал до боли знакомый голос:

— Лунатик, ты чего там копаешься?

— Да вот, значок потерял…

— Это Хвост стырил, — ага, это уже Блэк.

— Я?! — пискнул Петтигрю. — Почему я?!

В это же время девичий голос откуда‑то с другой стороны воскликнул: «С ума сойти!»

— А кто же еще? — спросил Блэк.

На столь железный аргумент Петтигрю не нашел что ответить. Кто‑то отчаянно хрустел сухариками.

Тут же раздался новый всплеск звуков, и Северус зажал уши. Что‑то явно пошло не так.

«И чего они так орут!» — мелькнула мысль. Так ведь и оглохнуть можно!

— Бруствер!!! Съешь наконец свою лягушку! Она мне все сочинение шоколадом измазала! И еще примеривается!

— И тебе не жалко… — голоса со всех сторон, усиливаясь, начали наслаиваться друг на друга. — Так вот, я и говорю… Похоже, у него серьезные… Фрэнк, передай мне, пожалуйста… вы не видели значка… ХА–ХА!.. смотрите, опять наш староста что‑то… В ЧЕМ ДЕЛО?!.. с такими вот розовыми ленточками… ладья на H5… Лили, это не про тебя… через две недели опять полнолуние… О, эндшпиль Найтли!.. Кто‑нибудь, добавьте огня… МАРИОН!!!

Сила звука все увеличивалась, и вот уже барабанные перепонки едва не лопались от этого. Не в силах больше это вытерпеть, Северус бросился вниз, не отнимая ладоней от ушей, чтобы не оглохнуть от грохота собственных шагов. Он от души надеялся, что действие зелья не продлится дольше, чем положенные пятнадцать минут — иначе он даже представить не мог, что будет делать на ужине, когда все отчаянно примутся стучать ложками по тарелкам.

Переступая порог Большого зала, Северус с облегчением заметил, что окружающий мир вернулся в привычное русло. Правда, сперва ему показалось, что он глохнет…

Северус со вздохом опустился за стол и принялся есть дымящуюся жареную картошку. В голове его почему‑то царил полный сумбур, и в то же время было до странности пусто. Побочные эффекты? Нет, зелье определенно надо было дорабатывать. И проверять на подопытных кроликах. Вон их сколько сидит.

Он глянул в сторону учительского стола — почему‑то украдкой, словно это было запрещено. Лэнс, конечно, был уже там — сидел между Вектор и Кеттлберном и о чем‑то оживленно беседовал с Декстрой через весь стол.

Северус снова уставился в тарелку. А рядом кипели разговоры.

— Праздники, праздники!.. А завтра в Хогсмид, в Хогсмид!

О нет! Ну что за наказание! Может, этой Миранде рот магическим скотчем залепить?

— Дождь будет, — мстительно пообещал Северус.

— И ничего не дождь! — возразила Миранда и ткнула пальцем в потолок. — Посмотри, какое небо! Звезды такие яркие!

— И на прорицаниях сказали, что не будет, — вставила Аннабелла.

— А тебе‑то что, Аннабелла? — спросил Стеббинс, подливая себе тыквенный сок. — Ты ведь уже не встречаешься с Розье!

— С Розье — не встречаюсь, — ухмыльнулась Аннабелла.

— Вы, девчонки, вечно морочите головы мальчишкам! — заметил Дерн.

— А вы, мальчишки, вечно пялитесь на девчонок! — откликнулась Глэдис, которая и в самом деле страдала от не в меру навязчивых ухаживаний Грэма — самого грубого и глупого из всех семикурсников Слизерина.

— Не только на девчонок! — заметил Стеббинс. — Еще и на профессоров!

Северус поперхнулся соком и закашлялся.

— Что с тобой? — удивился Долиш. — Ты не знал, что наш бедный Бертрам уже два года сохнет по профессору Септиме Вектор?

Обри вспыхнул до ушей.

— Заткнись, Долиш! Что ты несешь?!

— Что и требовалось доказать, — подытожил Стеббинс, намазывая тост мармеладом.

***

Ужин заканчивался, но Северус почему‑то не спешил уходить. Наконец столы опустели, и он поплелся из зала, разглядывая вечернее небо. Звезды и в самом деле горели ярко. Северус вспоминал их названия. Альтаир, Полярная, Вега… Сегодня она необычайно яркая, почти как…

— Сириус! — за его спиной раздался голос Регулуса Блэка.

— Чего тебе? — верзила в конце коридора остановился и обернулся.

— Сириус, подожди… Мне надо с тобой поговорить… — Регулус задыхался, словно слова давались ему с большим трудом, он страшно побледнел.

— И что ты хочешь мне сказать, маленький змееныш? — оскалился Блэк, стиснув кулаки.

— Я… я не хочу, чтобы ты думал… Я им ничего не…

Блэк посмотрел поверх головы брата и прищурился.

— Нюниус! Ты чего тут застрял? А ну проваливай!

— И давно тебя назначили директором, или хотя бы старостой… или, например, капитаном команды? — приподнял бровь Северус. Выясняют отношения в коридоре, да еще и предъявляют претензии!

Блэк побагровел.

— Мистер Снейп, задержитесь, пожалуйста, — услышал Северус за спиной голос Лэнса и сразу же обернулся. Профессор остановился посреди коридора.

— Молодые люди, — обратился он к братьям. — Что‑то не так? Между прочим, ужин уже закончился и вам пора расходиться по вашим гостиным.

Блэк посмотрел на профессора свысока — в буквальном смысле, так как Лэнс был на полголовы его ниже, — хмыкнул, резко развернулся и быстрым шагом направился прочь. Регулус пошел следом, едва успевая за братом. «Сириус!» — донеслось из глубины коридоров.

— Северус… — Профессор на секунду сдвинул брови и почесал переносицу. — Как успехи в окклюменции?

— Ну, вам лучше знать… — ответил Северус.

Лэнс рассмеялся.

— Я хотел узнать: не слишком ли много сил у тебя все это отнимает? Может, тебе стоит иногда отдыхать? Ты, кстати, идешь завтра в Хогсмид?

Северус покачал головой. Лэнс заметно удивился.

— Почему?

— Я вообще туда редко хожу. И последний визит убедил меня в правильности такого подхода.

— Ах, вот как… — Лэнс улыбнулся и посмотрел на Северуса мягко заискрившимися глазами. — А что ты скажешь… если мы пойдем туда вместе?

— Это вы… серьезно? — осторожно спросил Северус.

— Ну, раз ты ничего не имеешь против, я жду тебя у выхода после завтрака.

Лэнс развернулся, его светлая мантия взметнулась, и он скрылся за поворотом прежде, чем Северус успел вообще что‑либо понять.