Северус довольно быстро втянулся в ритм нового учебного года. По всем предметам стали задавать гораздо больше домашних заданий, но он был даже рад этому. Когда он сидел в библиотеке, низко склонившись над сочинением или отгородившись от мира стопками учебников, у него почему‑то становилось легче на душе. Здесь, занимаясь делом, Северус практически не чувствовал той нехватки общения, которая изводила его в свободное время, и неосознанно он стремился к тому, чтобы свободного времени становилось все меньше.

Однако лучше уж ни с кем не общаться, думал Северус, чем каждый день встречаться в коридорах или на уроках с мародерами, особенно с этим Поттером. Впрочем, под грузом домашней работы на некоторое время притихли даже они — видимо, своих проблем хватало. Северус от всего сердца желал, чтобы подобное положение вещей сохранялось как можно дольше.

Хотя Северус стал уделять учебе еще больше внимания, на его школьных успехах это особенно не отразилось. Во–первых, у него и до этого были довольно высокие оценки, во–вторых, он особенно не афишировал свои знания, выходящие далеко за рамки программы, ну и, наконец, ему было практически безразлично, что о нем думают преподаватели и каким числом баллов они оценивают его способности. Он исправно посещал занятия, делал то, что требовалось, и загонял мысли о своем одиночестве как можно глубже. Впрочем, на многих занятиях, когда преподаватели объясняли новый материал, он отвлекался, смотрел в окно на серо–голубое осеннее небо и размышлял о вещах, куда более интересных, чем школьная программа… Можно сказать, одному профессору Лэнсу более–менее удавалось удерживать его внимание, и это оказалось неожиданным для самого Северуса. Поразмыслив над этим, он решил, что все логично: Лэнс — новый учитель, поэтому нужно изучить его манеру преподавания и требования к ученикам.

В целом, дни протекали как обычно, без особенно примечательных событий. Утром во вторник за завтраком Долиш развернул «Ежедневный Пророк» и присвистнул. Северус из любопытства придвинулся поближе. Заголовок гласил: «Бэгмена посадят в Азкабан!».

— Долиш, судя по твоей реакции, там что‑то интересное, — заметил Стеббинс. — Дай почитать!

— Я лучше вслух прочту, — ответил Долиш. И начал: — «Уимбурнские Осы, похоже, потеряют загонщика. Людо Бэгмен был недавно замечен в компании с юной особой (фото справа внизу). Возраст особы настолько мал, что это дает право обвинить его…»

— А ну дай! — воскликнула Аннабелла и, не дожидаясь разрешения, выхватила у Долиша газету. И тут же воскликнула: — Что за… это же Памела Скитер с третьего курса! Миранда, да это та самая фотография с вечеринки этого вашего клуба, она ей потом три дня хвасталась, всем показывала. Тьфу ты, да эту статью ведь ее сестрица Рита накатала. Все, неприятности Бэгмену обеспечены!

Аннабелла довольно рассмеялась. Долиш отобрал у нее свою газету и вновь погрузился в чтение.

— А, — махнул рукой Стеббинс. — Не будет у него никаких неприятностей. Это же Людо…

Все согласно кивнули. Несколько секунд длилось молчание, а потом Обри произнес:

— Да… Не хотел бы я оказаться в Азкабане.

— Никто бы не хотел, — неожиданно резко оборвал его Дерн. За слизеринским столом все поежились, некоторые опустили глаза. Никто друг на друга не смотрел. Северус усмехнулся: возможно, кое‑кто из них уже для себя решил, что им по роду деятельности не миновать тюрьмы (это в лучшем случае), но они отчаянно отказывались себе в этом признаться. Ну и как, спрашивается, можно уважать такой народ?

***

В тот же день после занятий Северус снова пошел в библиотеку. Разумеется, он мог выполнить довольно обширное домашнее задание и в гостиной, как это делало большинство учеников, но в тот день он совершенно не был расположен ни с кем общаться. К тому же многие так и норовили заглянуть ему в работу через плечо, что ужасно его раздражало.

Библиотека была практически пустой. За одним из передних столов сидели те самые две девчонки с Рэйвенкло, оживленным шепотом обсуждая какую‑то книгу. Рыжая размашисто жестикулировала руками, темноволосая тыкала в раскрытые страницы пальцем, причем вид у нее был недовольный. Северус не сразу заметил, что в углу зала над книгой склонился Регулус Блэк. На мгновение тот поднял голову и, встретившись с ним взглядом, опять торопливо уткнулся в книгу. Усмехнувшись, Северус сел за свободный стол и принялся за работу.

Через сорок минут, когда он покончил с заданием профессора Декстры, рэйвенкловки поднялись и ушли. Он рассеянно проводил их взглядом до двери и увидел, что в библиотеку вошла Нарцисса Блэк.

— Я так и думала, что найду тебя здесь, Северус.

Он пробурчал что‑то неразборчивое.

— Как ты провел лето? — неуверенно спросила Нарцисса, все еще стоя рядом с его столом.

Северус приподнял бровь.

— А что, теперь в обязанности старост школы входит и знание того, как студенты проводят каникулы?

— Ах, Северус, колкий как всегда! — воскликнула Нарцисса, отводя со лба прядь светлых волос. — Иногда ты бываешь просто невыносим. Я присяду здесь?

Не дожидаясь разрешения, она села на соседний стул и уставилась на собственные колени. Северус, несколько изумленный — он сам никогда не сел бы с человеком, которого только что назвал невыносимым — открыл сборник заклинаний и попытался вновь сосредоточиться на работе.

— Послушай… — осторожно начала Нарцисса. — Можно отвлечь тебя на минутку?

Северус со вздохом отложил книгу, повернулся к ней.

— Удивительно — неужели на седьмом курсе задают меньше, чем на пятом? — поинтересовался он. — Нам преподаватели все уши прожужжали о важности С. О. В., а тебя, похоже, ничуть не волнует, как ты сдашь Ж. А. Б. А?

— Нет, учеба меня в данный момент волнует меньше всего, — пожала плечами Нарцисса, — так как я… выхожу замуж.

Северус не смог сдержать презрительной полуусмешки. Эти девчонки думают, что весь Хогвартс интересуется их любовными делами! Интересно, какой реакции от него она ждет? Не думает же она, что он с горящими глазами будет выпытывать у нее сенсационные подробности?

— Поздравляю, — сказал Северус, решив, что эта фраза достаточно нейтральна, чтобы что‑нибудь выразить. Он вновь вернулся к сборнику заклинаний, надеясь, что Нарцисса поймет намек.

Ничего подобного. С полминуты она просидела молча, а потом тусклым голосом сказала:

— Вообще‑то это родители за меня решили. Знаешь, мне кажется, что семнадцать — это все‑таки слишком рано, но они говорят, что нельзя упускать такую блестящую партию…

— Ну, раз уж она такая блестящая, то конечно, — протянул Северус, переворачивая страницу, но Нарцисса, похоже, не заметила издевки. Судя по всему, ей хотелось сказать еще что‑то, но она никак не могла найти нужных слов. Наконец она прошептала:

— Я, наверное, не стала бы так торопиться… Но родители… ты же знаешь… Мой жених — Люциус Малфой, очень благородный, чистокровный волшебник, и они…

Северуса мгновенно захлестнула волна ярости, как и всякий раз, когда подчеркивали, что он‑то на самом деле полукровка. Он не позволит ей отпускать сомнительные намеки, пусть она хоть староста школы! Вскочив на ноги — Нарцисса инстинктивно отшатнулась, приподняв руку, — Северус рявкнул:

— Замолчи! Хватит приставать ко мне со всякими глупостями! — Перепуганная Нарцисса открыла рот, явно собираясь что‑то сказать, но он не дал ей этого сделать. — Общайся со своим чистокровным Малфоем!

— Что это вы себе позволяете?! — возмущенно закричала мадам Пинс, неведомо как оказавшаяся рядом. — Не ожидала от вас такого, Снейп! Немедленно покиньте территорию библиотеки!

Все еще кипя от злости, Северус собрал вещи, в последний раз неприязненно глянул на Нарциссу и быстрым шагом направился к выходу. Регулус Блэк проводил его настороженным взглядом со своего места. А Нарцисса оторопело смотрела на него с очень странным выражением лица. По пути в слизеринское подземелье Северус пытался понять, что же его так удивило. Нарцисса совершенно не выглядела обиженной, в ее лице причудливым образом перемешались отчаяние и… радость. Не показалось ли ему? Нет, он отчетливо различил радостный блеск в ее глазах, тем более странный, что от всей ее фигуры веяло безысходностью.

Он вошел в гостиную, в этот час почти пустую, зажег в камине огонь и принялся выкладывать на стол у кресла учебники, тетради и чернильницу.

«И чего это она так на меня уставилась? — думал он, уже несколько успокоившись. — Теперь из‑за нее придется доделывать домашнее задание здесь. Невозможно понять этих девчонок».

***

В среду на трансфигурации, когда МакГонагалл говорила, что скоро они будут изучать очень сложную тему — исчезновение материи, и отстающим придется несладко, Северусу в голову пришла интересная идея. «Очень сложную тему» он изучил самостоятельно еще на третьем курсе, а что, если попробовать немного изменить эффект?.. Мысль оказалась настолько интересной, что только строгое замечание МакГонагалл вернуло его с небес на землю.

На перемене он все еще обдумывал эту идею и так увлекся, что, проходя мимо Поттера и остальных, лишь краем сознания зафиксировал их присутствие, смех и какие‑то издевательские выкрики, но до него даже не дошло, к чему на этот раз они хотели прицепиться. Да он и забыл о них, как только выпустил из поля зрения.

Направляясь к кабинету, где должен был проходить следующий урок, Северус вдруг заметил, что что‑то неладно. Его то и дело обгоняли ученики с разных курсов, многие смотрели на него со странным выражением лица, а некоторые открыто хихикали. Северус забеспокоился. Вдруг он почувствовал чье‑то прикосновение к своему плечу. Инстинктивно дернувшись, он обернулся, рука его сама схватила волшебную палочку… но это оказался профессор Лэнс.

— Извините, что напугал вас, мистер Снейп, — негромко произнес профессор, глядя на него тоже как‑то странно, впрочем, насмешки в его взгляде Северус не уловил. — Повернитесь спиной, пожалуйста.

— Зачем? — подозрительно спросил Северус, но требование все же выполнил.

Северус уловил движение воздуха и почувствовал теплый поток магической силы. Он резко обернулся, наставив палочку на Лэнса.

— Что вы делаете?!

Лэнс не шелохнулся, только переводил взгляд с кончика палочки Северуса на его глаза. Северусу показалось, что в глазах профессора, помимо удивления, мелькает… нет, не страх, хуже — ирония. Прошли долгие три секунды. Наконец Лэнс ответил:

— У вас была сумка немного испачкана, мистер Снейп. Теперь уже все в порядке.

Палочка Северуса опустилась и едва не выпала из ослабевших пальцев.

«Это они! — обожгла Северуса мысль. — Они там что‑то наколдовали… что‑то унизительное! А я и не заметил!»

— Что там было, профессор? Скажите! — запальчиво потребовал Северус, желая знать, почему все эти придурки хохотали за его спиной.

— Ничего особенного, уверяю вас, — сказал Лэнс, немного нахмурившись. — Ладно, я пойду…

Он слегка кивнул и пошел быстрым шагом дальше по коридору, оставив Северуса в смешанных чувствах.

Вечером того же дня, уже после трех часов сидения в библиотеке, Северус наконец‑то довел до конца сегодняшнюю работу. Сидя на полу в спальне в окружении потрепанных учебников, когда‑то принадлежавших его матери, он испытывал только что придуманное заклинание. Действовало. Правда, он исписал мелким почерком чуть ли не две страницы учебника, который он использовал как черновик — интересно, что сказала бы на это мадам Пинс? Все равно там ничего интересного не было… Ладно, черт с ним, с учебником, лучше стоит подумать, как отомстить Поттеру. Воображение тут же заработало во всю мощь, и Северус не собирался его сдерживать. Хорошо бы еще несколько заклинаний придумать, но он сегодня и так ужасно вымотался. Северус подошел к зеркалу, которое полностью скрывали полотнища черной ткани (бывшая мантия, из которой он уже вырос, отлично сгодилась для этой цели). Осторожно сдвинув ткань чуть–чуть в сторону, Северус заглянул туда. На него уставился мрачным взглядом болезненно худой и бледный подросток с черными спутанными волосами — в принципе, все, как он ожидал, вот только глаза покраснели от напряжения, а под ними залегли круги. С отвращением задернув импровизированную занавеску, Северус в который раз пожалел, что на хогвартское имущество наложены заклятия Неразбиваемости. Совсем упав духом, он переоделся в пижаму и лег спать, и даже мысли о предстоящей расправе над Поттером его уже не радовали.

***

— Проходите, проходите, молодежь! Рассаживайтесь по своим местам! — гремел голос Слагхорна, пытаясь перекрыть стоящий в подземелье гвалт. — Сегодня мы будем готовить очень интересное зелье, и вам лучше не отвлекаться!

Северус прошмыгнул мимо компании гриффиндорцев, стараясь двигаться как можно незаметнее, и занял свое место. Постепенно шум затих, и Слагхорн приступил к объяснениям. Северус практически его не слушал. «Очень интересное зелье», как же. Вот в книгах из Запретной секции зелья иногда попадались что надо. Кроме того, в учебниках, написанных тридцать лет назад, было много устаревшей информации и неточностей. Северус удивлялся, как Слагхорн не может понять, что многие рекомендации там нуждаются в переработке. Скажем, толченые крылья древесных бабочек: Северус читал, что раньше эти бабочки в основном были серыми, но теперь гораздо чаще встречались черные, так что эффект от их использования уже становился немного другой. Зелье Магнорус, предназначенное для отключения рефлексии, ударяло в голову настолько, что последствия могли быть плачевны. Экспериментальным путем он определил, что при добавлении в зелье нескольких крупинок пепла побочные эффекты практически исчезают. Слагхорн, с которым он поделился своей идеей, только покачал головой и наградил его двадцатью баллами, но, видимо, и не собирался как‑то модернизировать обучение. Северус решил, что дело в его излишне консервативном характере, и больше не делал таких попыток. В конце концов, какая разница, как готовят зелья все остальные?

Не дожидаясь сигнала профессора, Северус приступил к работе. Они изготовляли зелье, улучшающее память. Быстро обработав необходимые ингредиенты, он развел под котлом небольшой огонь и откинулся на спинку стула. Теперь надо было ждать десять минут.

От нечего делать он обвел глазами класс. Стеббинс уже уронил что‑то под стол и теперь, скорчившись в три погибели, пытался достать, Эванс дошинковывала корень медуницы с лихорадочным блеском в глазах, Поттер шептался с Блэком, время от времени бросая то одно, то другое в свой котел, Люпин что‑то пояснял Петтигрю, который пялился на доску с тупым выражением лица. На лице у Северуса появилась издевательская ухмылка. Вот и представился случай опробовать придуманное вчера заклинание! Он осторожно, чтобы никто его не заметил, направил палочку на Поттера, сконцентрировался и подумал: «Дивентаре инвизибилэ!»

Очки Поттера начали быстро бледнеть, истончаться и тут же исчезли совсем.

— Что за черт! — воскликнул Поттер. Северус поспешно уткнулся в свой котел.

— Тише, Джеймс, тише! — призвал его к порядку Слагхорн.

Бросая косые взгляды в сторону мародеров, Северус увидел, как Поттер ощупывает лицо, находит свои очки — они же никуда не делись, просто стали невидимыми и, как следствие, бесполезными — и в недоумении смотрит по сторонам, близоруко щурясь. Блэк о чем‑то его спросил, Поттер взял его за руку и, шепотом объясняя случившееся, приложил ее к исчезнувшим очкам. Северус злорадно подумал, что это выглядит очень глупо. Тут Поттер с подозрением посмотрел на него. Северус ничуть не испугался, сознавая, что сидит достаточно далеко, чтобы близорукий Поттер мог что‑нибудь прочесть в его лице. А в ответ на взгляд Сириуса Блэка он недоуменно приподнял брови и спокойно принялся за работу.

Дальше у Северуса настроение поднялось еще больше, так как переполох в стане мародеров не остался незамеченным Слагхорном, который оштрафовал Гриффиндор на десять баллов, да еще и прочитал нотацию о том, как важна сосредоточенность и дисциплинированность в нелегком деле изготовления зелий. Эванс с недовольным видом развернулась к Поттеру и покрутила пальцем у виска. «Так ему и надо, — подумал Северус. — Пусть попробует приготовить зелье, не видя того, что написано на доске! Хотя ему все равно Блэк или Люпин подскажут. Интересно, а сильно плохое у него зрение?»

— У меня готово, профессор! — раздался жизнерадостный возглас Лили Эванс. Северус подпрыгнул от неожиданности на стуле: он забыл про свое зелье и позволил ему вариться лишних три минуты. Погасив огонь, он нервно стал изучать результат. К его изумлению, все вышло не так уж и плохо. Чувствовался слабый запах горелого, но зелье все еще было прозрачным… даже более прозрачным, чем он ожидал. Разве что на дне потемнело от сажи.

«Следовательно, стоит варить это зелье дольше, — подумал Северус. — Три минуты — это, конечно, слишком, но одну–две… стоит попробовать!»

Он взял пузырек, перелил туда зелье и понес его к Слагхорну, все еще рассыпающемуся в похвалах Эванс. Молча отдав зелье профессору, он развернулся и быстро вышел из кабинета. Чего–чего, а желания встречаться после занятия с обозленными мародерами у него не было.

***

Это случилось сразу после обеда.

Северус нарочно задержался за столом, чтобы у Поттера и Блэка не было лишней возможности к нему прицепиться. Лишь через несколько минут после того, как шумная компания гриффиндорцев покинула зал, он встал и пошел на следующий урок.

«Что, так Поттера боишься?» — мелькнула ехидная мысль в его голове.

«Вовсе нет, — с досадой ответил он себе. — Просто разумная мера предосторожности. Мне лишние проблемы не нужны».

Лишние проблемы, тем не менее, поджидали Северуса за первым же углом, разумеется, в лице Джеймса Поттера и компании. Едва его увидев, четверо гриффиндорцев достали волшебные палочки и перегруппировались так, что отрезали ему все пути к отступлению.

— Как тебе не стыдно, Бродяга, думать, что Нюниус перетрусит настолько, что вообще не пойдет на урок! — жизнерадостно заметил Поттер.

— Ну, ошибся немного, с кем не бывает, — ухмыльнулся Блэк. — Долго мы тебя ждали, Нюниус!

— Что вам вообще от меня нужно? — звенящим голосом поинтересовался Северус, решив сразу взять быка за рога.

Поттер, Блэк и Петтигрю расхохотались. Люпин с напряженным лицом изучал кончик своей волшебной палочки. На мгновение они утихли: мимо них только что прошло несколько слизеринцев, однокурсников Северуса, торопящихся на урок. Они окинули их равнодушными взглядами и, разумеется, не вмешались. Северус вздохнул: он никогда и не рассчитывал на их помощь, ну разве что еще на первом курсе…

— Кончай валять дурака, я знаю, что это сделал ты, — угрожающе произнес Поттер.

— Ты про очки? — равнодушным тоном спросил Северус. — С чего ты взял? Разве ты слышал, как я их заколдовал?

— Перестань отмазываться! — рявкнул Блэк. — Кроме тебя, этого никто не мог сделать! Я видел, как ты пялился в нашу сторону!

— У остальных на это мозгов бы не хватило, — пискнул Петтигрю.

— Спасибо за комплимент, — с усмешкой сказал Северус. — Вам, похоже, совершенно незнакомо понятие презумпции невиновности?

Гриффиндорцы переглянулись было, но Джеймс Поттер быстро парировал:

— А тебе, похоже, совершенно незнакомо понятие парикмахера!

Петтигрю захихикал, но тут же подавился собственным смешком и уставился куда‑то в сторону. Остальные, проследив за его взглядом, моментально убрали волшебные палочки. К ним приближалась профессор МакГонагалл.

— Что здесь происходит? — строго спросила она.

— Профессор, Снейп заколдовал очки Джеймсу! — воскликнул Блэк. — Они исчезли на уроке зельеварения!

— Это правда, мистер Снейп? — повернулась к нему МакГонагалл.

— Нет, — спокойно ответил Северус, — на зельеварении я обычно занимаюсь зельями, а не всякой ерундой. Можете спросить профессора Слагхорна. Я думаю, что это сделал кто‑то из многочисленных фанатов Поттера, разумеется, из самых лучших побуждений. Ведь эти очки ему совершенно не…

— Довольно! — оборвала его МакГонагалл. — Я поговорю с профессором Слагхорном. А вы запомните: даже если думаете, что это сделал именно он, нельзя предъявлять обвинение без доказательств! Марш в класс! — Она неприязненно посмотрела на Северуса. — К вам, мистер Снейп, это тоже относится!

Северус подумал, что МакГонагалл, скорее всего, ему не поверила. Но декан Гриффиндора никогда не обвиняла студентов несправедливо, а доказательств ей не найти. Она даже не знала, что он умеет пользоваться невербальными заклинаниями. Пусть говорит со Слагхорном сколько угодно! Откинув с лица прядь волос, он поспешил на урок, надеясь, что еще не опоздал.

***

На следующий день, в пятницу, гриффиндорцы бросали на Северуса косые взгляды, но не заговаривали с ним. Очевидно, профессор МакГонагалл не добилась успеха в разговоре с его деканом. Конечно, мародеров мало волновало, доказано ли то, что это была именно его выходка, но, видимо, злить МакГонагалл они опасались. На время Северус вздохнул с облегчением.

После уроков он, как всегда, пошел в библиотеку. На домашнее задание у него уходило меньше времени, чем у остальных, но сочинения по различным предметам из года в год становились все сложнее. К тому же Северусу просто нравилось сидеть в библиотеке, где было тихо и спокойно и где все занимались своими делами. И Поттера редко можно было здесь увидеть…

— Снейп!

Моментально обернувшись, Северус с трудом подавил желание чертыхнуться. За столом сидел Люпин. Северус демонстративно отвернулся и скрылся за книжным стеллажом. Уставившись невидящим взглядом на ближайшую полку, он представил себе профессора МакГонагалл, дрожащим от возмущения голосом объявляющую об отчислении Джеймса Поттера. И Сириуса Блэка. И вообще всех гриффиндорцев… Да, мечтать не вредно…

— Снейп, мне надо с тобой поговорить, — услышал он негромкий голос Люпина, который покинул свое место и подошел к нему.

Северус развернулся к нему и постарался вложить в свой взгляд побольше презрения.

— Ты считаешь, что нам есть о чем говорить?

Люпин посмотрел ему прямо в глаза.

— Скажи контрзаклятие, чтобы очки Джеймса снова стали видимыми… пожалуйста, — попросил он.

— Ты не слышал, что говорила МакГонагалл? — прошипел Северус. — Сначала докажи, что это сделал я!

— Мы оба знаем, что это так, — твердо сказал Люпин. — Кроме того, я не предъявляю тебе обвинение и не угрожаю. Я прошу: скажи, пожалуйста, контрзаклятие. Джеймсу без очков не видно…

На какую‑то долю секунды Северус ощутил колебания — Люпин, похоже, не притворялся, — но последняя фраза решила дело. Так ему и надо, этому Поттеру!

— Ничего я тебе не скажу, — отбросив всякую дипломатию, заявил Северус. — А ты можешь передать своему Поттеру, что если он и дальше будет продолжать в том же духе, то вряд ли он доживет до старости! И будь так любезен, исчезни с глаз моих — мне еще руны надо сделать.

Люпин помрачнел.

— Не забывай, Снейп, что я все‑таки староста и могу снять с тебя баллы!

— Ты напугал меня до смерти, — ухмыльнулся Северус с нескрываемым ядом в голосе. — Даже не предполагал в тебе таких способностей…

Люпин нахмурился, открыл рот, будто хотел что‑то сказать, но передумал, резко развернулся и вышел из библиотеки.

«Может, и стоило ему сказать контрзаклятие… — вдруг подумал Северус, садясь за стол и открывая «Малую книгу эрилов», — вернее, то, что я его еще не придумал? Ха!» Он представил себе вытянувшееся лицо Люпина и пожалел о том, что через пару дней действие заклинания Невидимости должно прекратиться само по себе. Пусть бы Поттер подольше без очков походил, ничего бы с ним не случилось…

Через час он уже закончил перевод текста о болотном золоте, заданный на понедельник. Возвращаться в подземелье пока не хотелось, и Северус решил почитать что‑нибудь интересное, надеясь, что хоть в этот раз ему никто не помешает. Он в нерешительности замер перед полками, думая, что бы выбрать…

— Снейп!

«Дежавю», — подумал Северус и обреченно повернулся.

Это был профессор Лэнс.