— Не знаете, доверенность надо у нотариуса заверять? — спросила Варвара Вадима, когда некоторое время спустя они сидели в ее квартире и пили чай с травами, которые, как выяснилось, собирала она сама. — У Бориса — покойного мужа — была доверенность, но он все оформлял сам. Я только, помнится, где-то расписалась.

— Нет. Сейчас достаточно доверенности, написанной от руки, — ответил он. — Произвольной формы.

Варя достала из секретера листок бумаги и быстро написала доверенность, которую Вадим не глядя сунул в карман. Не глядя, потому что у этой Варвары дурацкая привычка смотреть в глаза не мигая. Уставится этак внимательно, будто прикидывает — не продешевила ли?

У него из-за этого создавалось впечатление, что женщина держит его за какого-то дебила. Тупаря и зануду. Скажет и ждет ответной реакции: понял он или не понял?

От ее взгляда Вадима почему-то тут же покидала уверенность. Он начинал следить за своими словами, движениями, а от этого становилось еще хуже.

— Вы свои травы у старушек на рынке покупаете? — поинтересовался он, чувствуя, как в разговоре возникла пауза. Чай, которым Варвара его угощала, оказался необычного вкуса, ароматным и удивительно бодрил.

— Нет. Травы я собираю сама.

Он удивился про себя. О ней можно было подумать что угодно, но что она увлекается травами?.. С обликом Варвары это как-то не вязалось. А облик самого Вадима подходит к определению — поэт? А ведь в институте он писал неплохие стихи. Только кто теперь об этом помнит?

Варвара когда-то и не знала, какое это увлекательное занятие — собирать травы, но с некоторых пор, с Борисом и компанией выезжая на природу, она всегда старалась оторваться от всех, побродить в тишине и какую-нибудь полезную травку найти.

Она обожала говорить на рынке с травниками. Особенно когда те называли травы, уже ей известные, и тогда непременно сообщали что-то новое, а она все наматывала на ус. И тоже им что-то сообщала, и это получался разговор на равных.

Или когда приезжала в село к родителям, ходила с соседкой, бабой Галей, в луга, где бойкая старушка объясняла ей, какая травка от ломоты в костях, какая от ангины… Баба Галя говорила: от горла. Да мало ли… Варя не всегда на старушку полагалась. Почитывала и книжки. А недавно приобрела толстенную энциклопедию трав с цветными иллюстрациями.

Так что для чая собирала травы не абы какие, а по-научному: эфиросодержащие.

— Никогда такого чая не пробовал, — опять сказал Вадим.

Его похвала сразу примирила Варвару с ним. Вернее, с его таким несвоевременным появлением в ее жизни. Впрочем, так она думала недолго. До тех пор, пока они не начали обсуждать последующие совместные действия.

Оказывается, людей сближают даже планы, которые они строят. У Варвары появился такой план: поискать деньги, чтобы ими и расплатиться с Вадимом. Первоначальная агрессия, вызванная его появлением, куда-то испарилась. Варя подумала, что на его месте тоже стала бы злиться, так что называть его противным и занудным с ее стороны нечестно.

А насчет машины он заметил:

— Вы ведь даете мне ее на время?

— Естественно, пока не закончатся наши разыскные мероприятия. А впрочем, если она вам понравится, мы можем учесть ее в часть долга или процентов, которые набегут за счет несвоевременного возвращения долга.

Надо же, как она говорит, «разыскные мероприятия». Вадим невольно улыбнулся:

— Надеюсь, вы сможете несколько подробней рассказать мне, в чем они будут заключаться?

Лицо молодого мужчины выглядело безмятежным, и Варя опять мельком подумала: не глуповат ли он? Если это так, значит, надо объяснить ему предстоящие действия подробно. Может, даже набросать их на бумаге. Впрочем, в последнем она сильно усомнилась. Эдак еще увидит кто-нибудь посторонний. Лучше не рисковать.

Она попробует объяснять медленно, втолковывая каждый пункт, — ее подруга работает учителем в классе коррекции, то есть с отстающими в развитии детьми. Она рассказывала Варе, как ведет занятия.

— Значит, так. Первое, что вам надо будет сделать, — это узнать, какой недвижимостью располагает в городе некто Борис Будилин, проживающий там-то. Вряд ли они знают, что он умер.

— А если знают?

— Ну и что же? Неужели это — государственная тайна? В крайнем случае заплатите. Честно говоря, я не знаю, дают такие справки всем или только близким родственникам.

— Вы хотите сказать, что деньги на такие вот расходы я должен брать из собственного кармана? — возмутился он.

— А вы думали, будто давать их вам буду я?.. Господи, как не приспособлены к жизни современные мужчины! Если у вас просто нет денег, так подработайте… Ну, я не знаю… Потаксуйте, что ли! Я же вам машину даю. Подвезете одного, другого, вот и деньги на справку есть. Я не говорю, что обязательно придется деньги давать. Купите конфеты. Улыбайтесь женщинам, они это любят… Говорите комплименты, целуйте ручки. Вспомните классика: ничто не стоит так дешево и не ценится так дорого, как вежливость. Тем более что наши российские женщины мужской вежливостью вовсе не избалованы.

Интересная особа эта Варвара. Говорит о других женщинах, будто об инопланетянках. Будто сама не такая же женщина, а только его соратница, которой эта вежливость вовсе не нужна.

— Вот уж не думал, что между дамскими угодниками и частными сыщиками стоит знак равенства, — все же огрызнулся Вадим.

— При чем тут дамский угодник? — рассердилась она. — Это всего лишь прием. Подход к объекту. Не будете же вы пугать женщин — там, где выдают справки, сидят обычно женщины, — показывая им, как и мне, свой пистолет. Кстати, он ваш личный или служебный?

— Личный. Я купил его в магазине. Большинство граждан у нас почему-то считают, будто пистолет можно купить лишь из-под полы. На черном рынке.

— Это хорошо, — сказала Варвара. — Никто не придерется, ежели возникнет вопрос, откуда он у вас.

— Что вы имеете в виду под этим «возникнет вопрос»? — поинтересовался он; если Варвара думает, что Вадим ради нее… ради денег полезет в криминал, она жестоко ошибается.

— То и имею в виду, что от людей, которые строят дачи за семьдесят штук баксов, всего можно ожидать. И вы должны об этом помнить. Не расслабляться… В конце концов, кому больше нужны деньги: вам или мне? Да если бы вы ко мне не пришли, я бы и не стала их искать, потому что не узнала бы, что они вроде как есть… Хотя я и сейчас не знаю — есть ли? И вы, кстати, должны быть готовы к тому, что никакой дачи на самом деле просто нет.

— Ну, раз вам деньги не очень нужны, значит, в случае, если они найдутся, я могу взять их себе? — ехидно поинтересовался он.

Варвара слегка прикусила губу: смотри-ка, а с ним надо держать ухо востро.

— Хорошо, не будем ссориться, — примиряюще заговорила она. — Я всего лишь имела в виду, что для меня эти деньги — если, конечно, мы их найдем — просто свалятся с неба, в то время как для вас они имеют ценность, как скопленные непосильным трудом…

— Смеетесь? — набычился он.

— Ничего подобного, это всего лишь невинная шутка. Очень уж вы обидчивый!.. Давайте лучше о деле: итак, вам должны дать справку с адресом, если такая недвижимость есть. Любыми путями постарайтесь эту необходимую нам информацию раздобыть. В крайнем случае почитайте детективы. В них подробно описывают, как частные сыщики добывают сведения.

— Ну вы и советы даете, госпожа Будилина! Претворять в жизнь выдумки легкомысленных литераторов.

— Почему сразу — выдумки? И далеко не всегда — легкомысленных. История знает немало случаев, когда выдумки оказывались гениальным предвидением.

— Имеете в виду фантастику? А мне предстоит встретиться с вполне реальными людьми.

— Хорошо, поступайте как знаете.

— Вообще-то такую мелочь, как справка, вы могли бы взять и на себя.

— Могла бы, — согласилась она, — но я работаю пять дней в неделю с утра до вечера, а выходные у меня в субботу и воскресенье, когда все подобные конторы закрыты. Или я не права?

Он нехотя кивнул: тут и вправду ничего не поделаешь. Варвара про себя усмехнулась, в который раз удивляясь тому, как на самом деле легковерны мужчины, внешне недоверчивые или желающие таковыми казаться. Конечно, она бы могла достать такую справку. И с работы ее бы отпустили, но она хотела, чтобы Вадим сразу включился в осуществление ее плана, а не ждал, пока она сама все раскрутит.

— Но у частных сыщиков обычно имеется какой-нибудь документ.

Ему была не по нутру такая работа. Ходить, кланяться, кого-то соблазнять, заигрывать… Словом, делать то, чего он прежде не делал и к чему его никогда не тянуло.

— Вот и изготовьте себе этот документ! — нетерпеливо проговорила Варвара. — Неужели в наше время это так уж трудно?! Вон у мужа моей подруги есть красное с золотом удостоверение полковника Центрального разведывательного управления США. Он сам себе его смастерил. Для прикола. Правда, данные для него на английский язык перевела его жена. Она переводчик турфирмы. Но выглядит очень внушительно. Народ пугается. Понятное дело, тот, кто хоть немного знает английский.

— Ладно, я попробую, — нерешительно пробормотал он.

Варя поняла, что прежде ему не доводилось заниматься ничем, что походило бы на аферу или криминал. И предстоящая работа его не то чтобы пугает, скорее, настораживает. Вернее, если бы у него была возможность выбирать, он бы отказался. Ушел в сторону. Увы, жизнь в лице Варвары ему такой возможности не оставляла.

А вот сама плановик в какой-то момент усомнилась, на того ли человека сделала ставку. Сможет ли он осуществить ее задумку — вернуть им обоим то, что причитается. На мгновение мелькнула мысль: а может, не забивать себе голову, плюнуть на его расписку, тем более что ее теперь и нет, и жить как жила? Обходилась же она три года назад небольшим окладом. Вот и вспомнит, как это делается.

А Вадиму отдаст машину. Продаст гараж. Если нужной суммы все равно не наберется, что ж, пусть пишет письма мелким почерком. Не на большую же дорогу ей идти! Ради постороннего человека.

И в то же время что-то подсказывало Варе, что рискнуть стоит. Есть в этом какой-то смысл. И тот намек Бориса, что он, возможно, скоро разбогатеет. И забытые им в портфеле пятьсот долларов. И упоминание о даче…

Не будет она до срока гнать волну. Подождет, а там будет делать выводы… Хотя еще месяц назад в подобной ситуации Варя предпочла бы плыть по течению. «Не буди лихо, будет тихо», — прошелестело у нее в голове, но она легкомысленно отмахнулась.

Незаметно, но дотошно Варя оглядела Вадима. Фактура неплохая. Рост, плечи, стать, но сквозь это спортивное нечто проглядывает, если так можно выразиться, мешковатость мальчика из средней благополучной семьи. Не отличника, но и не двоечника. Особенно ничем в школе не выделявшегося. Такого привычно расслабленного и не торопящегося что-то делать. А все потому, что, как говорят в народе, жареный петух его не клевал…

Смотрите, как Варвара все развела! На себя бы посмотрела. Пара компаньонов из них получается еще та!

Интересно, что у Вадима по части образования? Максимум колледж, поскольку профучилище для него мелковато, а вуз… стал бы он с высшим образованием идти в сторожа! Пусть их и называют так громко: телохранители.

Вот такой он весь средний. И на квартиру не заработал, как некоторые шустряки: быстро, сразу, хапнули — и порядок. Он именно копил.

Понятно, почему он так разозлился, узнав о смерти Бориса. Копил, копил, и на тебе!.. Только и оставалось: наехать на бедную вдову.

Но бедная вдова, однако, не дала себя в обиду. Она «сразу почувствовала, что он пошел за ней. Спиной. А когда проходила мимо хозяйственного магазина, вспомнила, что папа уже месяц просит ее купить гвоздодер и плоскогубцы — не так давно кто-то как следует «пошарил» в его кладовке с инструментами.

Варя зашла в магазин, а заодно и убедилась, что этот чего-то там хранитель увязался за ней…

А как легко он попался в ее ловушку в гараже! Варя с понтом проверяла гвоздодер — попыталась вытащить гвоздь из валявшейся в гараже доски. Интересно, что он напридумывал, услышав такие звуки? Не иначе, что она тайник с деньгами нашла и открывает.

Теперь придется ей брать все в свои руки. Как говорится, стать мозговым центром операции. Ничего противоправного. Чужого не надо. Всего лишь вернуть то, что по-хорошему ей принадлежит. Ведь в противном случае ЭТИМ станет пользоваться кто-то другой. Не прячьте ваши денежки по каким-то там углам, как поют в известном детском фильме…

Уходя, Вадим поцеловал Варваре руку, и она вдруг подумала, что он вовсе не так уж и быковат, как показалось ей в кафе. И даже немного симпатичен. В общем-то самую малость. Хотя и недостаточную для того, чтобы ее мнение о телохранителях вообще изменилось в корне.

Он же покинул квартиру Варвары в состоянии некоторого обалдения. Второй раз за небольшой срок эта женщина его поразила. Такого с ним еще не случалось. Мало того, что Вадим был не самого высокого мнения о женщинах, он откровенно сторонился женщин энергичных, авторитарных или легковозбудимых. Они его прямо-таки пугали, потому что он не знал, как себя с ними вести.

Мужчине во время истерики — некоторые зря думают, будто с мужчинами они не случаются — можно отвесить затрещину, и все, как бабка пошептала. А как быть с женщиной? Он никогда бы не поднял руку даже на самую распоясавшуюся, самую скандальную, самую агрессивную. Это у него на генном уровне. Мужчин, которые бьют женщин, он считал последними подонками… Но в таком случае у него ничего не было в арсенале. А безоружный мужчина перед агрессией женщины, наверное, жалок.

Теперь он уже заводится при одной мысли о ней. Жалеет, что не может отвесить ей затрещину?

Какое странное действие оказала на него Варвара. Она вроде не выказала ни истерики, ни агрессии — если не считать, конечно, удара по голове. Он потрогал приличную шишку на затылке, которая тотчас отозвалась пульсирующей болью. Надо было бы приложить холод, а он уселся чай пить.

Вначале Вадим решил, что Варвара и думать забыла о его травме, сразу стала инструктировать, что да как. Она прямо-таки толкала Вадима вперед, чего никогда не делала даже его мать.

Он от обиды слушал ее вполуха, украдкой трогая ушибленную голову: надо же, как больно. Он из-за этой боли на мгновение полностью отвлекся, услышал только, как она хлопнула дверцей холодильника, и потом близко-близко ее участливые глаза. Как будто она заглянула ему прямо в душу.

— Приложите к голове, — сказала она, подавая ему полотенце, в которое были завернуты кусочки льда, — и вам сразу станет легче.

Значит, все-таки заметила, что последствия ее удара до сих пор сказываются. Возможно, она вовсе не такая уж сухая, бесчувственная мымра.

Вадима воспитывали демократично: если он чего-то не хотел, старались объяснить, что это нужно сделать, или пытались понять его точку зрения, почему того-то, по его мнению, сделать нельзя.

А Варвара… да она его просто загипнотизировала. Иначе почему он ей не возражал? Никак не сопротивлялся. И даже не раздумывал о насилии над его личностью.

И что странно, чем больше он вспоминал недавнюю беседу с ней, тем меньше протеста вызывали в нем предстоящие расследования. Вадим даже с некоторым удовольствием вдруг стал выслушивать ее инструкции, хотя и не показывал, что и у него по этому поводу есть кое-какие свои мысли. Пусть потешится. Он все равно будет действовать по обстановке.

На самом деле Варвара словно вдруг открыла некий клапан и выпустила на свободу энергию действия, которая до сего момента в нем благополучно дремала. Может, из-за этого Вадим по жизни никаких активных действий не предпринимал, а покорно плыл по течению?

Даже когда его вместе с остальными провинившимися парнями выперли из телохранителей, он ушел без возражений, хотя был виноват меньше всех. Разве что не попытался удержать своих коллег от глупости.

Потом он, за неимением лучшего, так же покорно пошел в охранники банка. Лишь подумал мимоходом: «Надо же, не повезло!»

Другие, собственно, поступили так же, кроме одного. Тот настырный, прорвался на прием к бывшему шефу. Доказал, что нарочно не взял в ресторан оружия. А если бы взял, то уж, будьте покойны, не стал бы его вынимать зазря.

И его, как ни странно, приняли обратно! Вадим такого бы сделать не смог. Он не привык себя отстаивать в тех случаях, когда его не оскорбляли действием. Вот если его пытались побить или просто ударить, тогда он шел напролом, как разъяренный медведь. Но много ли таких случаев было в его жизни?

В основном другие мужчины старались его не задевать, чувствуя скрытую мощь. Тут, пожалуй, следует уточнить: не скрытую, а спящую. Неразбуженную. Только совсем недавно он стал задумываться, что мог бы постоять за себя, если к нему просто были несправедливы. Без физического воздействия…

Вадим вышел из квартиры Варвары, но не стал ждать лифта, а быстро сбежал по лестнице, весь во власти только что окончившегося «военного» совета. Кто из них фельдмаршал? Понятное дело, не он!

Вадим распалил сам себя и рванул в сторону от дома Варвары на рысях — для бешеной собаки семь верст не крюк! И уже отошел на приличное расстояние, почти до троллейбусной остановки, когда наконец почувствовал, что до сих пор машинально сжимает в руке выданную Варей связку ключей.

Что же это получается — задумался и забыл, что у него теперь есть машина. Ну да, она так и стоит у подъезда хозяйки. Ему всего лишь надо было выйти, открыть ее, завести и поехать.

Он носил права с собой, потому что в банке охранникам частенько приходилось садиться за руль и самим везти по делам то бухгалтеров, то кого-то из руководства. Умение водить машину было непременным условием приема молодых людей на работу.

Вадим повернул обратно. Смешно, если она сейчас смотрит из окна во двор и недоумевает, чего это он не стал брать машину. А когда он опять появится у подъезда, подумает, что, ко всему прочему, он еще и «рассеянный с улицы Бассейной».

Вроде невзначай он поднял голову к ее окнам, но не увидел там Варвару и облегченно вздохнул. Ему отчего-то стало небезразлично, что она о нем думает.

Открыв салон, он сел на сиденье с каким-то новым чувством. У него теперь есть машина. То есть Вадим и так раз в три дня садился за руль, но это были служебные машины, а тут — своя.

Тщетно внутренний голос напоминал ему, что машина эта вовсе не Вадима, он медленно вырулил со двора с чувством приобретения крайне нужной вещи.

По-хозяйски оглядел «Жигули», взглянул на лобовое стекло — машину срочно нужно вымыть. Обязательно поменять масло, а сейчас — сейчас он поедет на заправку и зальет в нее бензин. Он был уверен, что бензина в баке совсем мало.

Что скажут родители? Наверняка спросят, откуда у него машина. Потому надо приготовиться заранее, придумать правдоподобную версию насчет того, что некоторым охранникам в банке выделили служебные машины, чтобы… К примеру, чтобы в любое время они могли подъехать туда, куда надо, чтобы отвезти босса…

Как же, станет босс ездить на «девятке»! На самом деле у него «вольво».

Как многого Вадим все-таки не умеет! Например, придумать, откуда у него эта машина взялась. Красиво соврать. Или просто пофантазировать. Врут с какой-нибудь корыстью, ему-то зачем?

А вот Варвара, тут он отчего-то не сомневался, могла бы с ходу выдать вполне правдивую историю…