Анти-Карнеги

Шостром Эверетт

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

АКТУАЛИЗАТОРАМИ СТАНОВЯТСЯ

 

 

Глава 1

КОНТАКТ? ЕСТЬ КОНТАКТ!

В своей повседневной жизни человек вступает в сотни взаимодействий с другими людьми. Разговоры, взгляды, улыбки — все это разные проявления одного и того же — КОНТАКТА, который люди налаживают друг с другом. У кого-то это получается лучше — их мы называем контактными людьми; у кого-то хуже — их называем неконтактными. Манипуляторы, привыкшие считать окружающих марионетками, не испытывают особых сложностей в установлении контакта. «Следует только дернуть за ту или иную веревочку, — думают они, — и контакт с этим человеком установлен».

Я не берусь оспаривать их самонадеянность — многие из них действительно легко и быстро вступают во взаимодействие с окружающими. Хочу заметить только, что контакт контакту рознь.

Попробуйте изобразить человека графически в виде двух окружностей — одна внутри другой. Внутренняя окружность — это ядро человеческой души, его сущность. Внешняя окружность — это периферия его личности, где от него, от его натуры осталось уже немного и где куда больше наносного, приобретенного, скопированного.

Многочисленные контакты, которые легко даются манипуляторам, достигаются благодаря соприкосновению внешних окружностей. Эти контакты поверхностны, они не затрагивают души.

Но давайте рассмотрим более личные и интенсивные формы коммуникаций, когда соприкасаются или пересекаются внутренние окружности человеческих душ, их ядра. Представьте себе двух влюбленных, которые могут взаимодействовать друг с другом посредством улыбки или вздоха. Это как раз пример контакта — «ядра с ядром». Такой глубокий личный контакт, хотя и ценится очень высоко, встречается не часто. Люди предпочитают дистантные отношения, предпочитают соприкасаться «перифериями». Кроме того, большинство людей вообще не умеют устанавливать глубокий контакт, даже тогда, когда им очень этого хочется.

Контакт — это отнюдь не постоянное состояние. Это хрупкая преходящая субстанция, которая может развиться при встрече, а может и не развиться. Когда контакт установлен — вы наверняка это замечали, — слова приходят легко, беседа течет плавно. Когда контакта нет или он поверхностен, язык как бы костенеет, разговор неизбежно приобретает неестественный оттенок.

Кажется, что манипулятор своими бесконечными играми старается достичь лучшего контакта; на деле же все манипулятивные упражнения ведут к ослаблению или потере контакта вообще, поскольку они не что иное, как уход от сущности происходящего.

Одна из причин неспособности манипулятора установить контакт — это страх уязвимости, разоблачения и осуждения. Он боится, что стоит ему поддержать контакт, как тут же будет вскрыта его сущность, его внутреннее ядро.

Истинный личностный контакт невозможен без риска. Манипулятор, который предпочитает не рисковать, вполне обходится полуконтактами. Куда удобнее, думается ему, контролировать окружающих, чем взаимодействовать с ними.

Поэтому он не вступает в беседу, а контролирует ее Он должен выбрать тему разговора, потом оценить расклад сил, то есть в процессе беседы он скорее оценивает происходящее, чем слушает. Он не пытается понять, зато всеми силами стремится убедить. Если аудитория по каким-либо причинам ему не подходит, он уйдет от контакта веками протоптанной дорожкой, то есть ограничит разговор общепринятыми фразами на «безопасные темы», например замечаниями о погоде.

У актуализатора эти же общепринятые фразы могут служить прелюдией к контакту; у манипулятора они всего лишь средство избавиться от контакта.

Джей Хейли указывает на четыре самых распространенных способа ухода от контакта, которые манипуляторы используют чрезвычайно часто.

1. Прикинуться «случайным» человеком в разговоре: «Не мое дело говорить это вам», или «Я в этом, конечно, ничего не смыслю, но…», или «Я не имею права лезть в ваши личные дела, но мне кажется…».

2 Поставить под сомнение то, что он только что сказал:"0, забудьте это", или «Вы не уловили главного», или «Не придавайте этим словам значения…».

3. Сделать вид, что его слова относятся к другой личности: «Ах, это я не о вас, а так, вообще…» или «Я просто подумал вслух, извините…».

4. Сделать вид, что он не разобрался в ситуации или в контексте сказанного: «Вы всегда надомной смеетесь…» или «Вы меня переоцениваете…».

Противовесом такого рода «штучкам» служат отношения доверенные и открытые. В сущности — что такое любовь и забота? Это слагаемое трех чисел: симпатия плюс открытость плюс контакт.

Разумеется, на таком уровне можно поддерживать отношения с немногими, поскольку контактные взаимодействия требуют больших затрат времени и энергии. Ничего нет страшного в том, что большинство наших отношений — причинные и поверхностные. Но без хотя бы одного-двух глубоких контактов человек не сможет состояться как личность, не сможет «завершить» себя, дописать свой образ; не сможет стать актуализатором. Более того, не имея одного-двух глубоких контактов, человек сильно рискует своим психическим здоровьем. Именно поэтому в лечении больных многие психиатры используют контакт как главное лекарство от неврозов, депрессий, одиночества.

С одной стороны, современный человек не умеет налаживать глубоких контактов, с другой — не умеет уходить от поверхностных, ненужных контактов. Всем нам знакомо чувство вины, когда мы отказываемся, например, идти на вечер, который нам неинтересен, или когда уклоняемся от разговора с человеком, который нам неприятен. Нам неловко, что мы не соблюдаем всех этих светских условностей, и в то же время у каждого нормального человека время от времени возникает сильнейшее нежелание видеть людей, общаться с кем бы то ни было, вообще выходить из дома.

В этом нет ничего странного, поскольку каждый время от времени «переедает» общества, контактов, общения. Посчитайте, сколько времени вы проводите «на людях». Восемь часов на работе, восемь часов отношений с родными и друзьями после работы… Половина вашею существования — это контакты, контакты, контакты. Было бы неестественно и даже нездорово хотеть большего. И, напротив, более чем естественно, что время от времени вам хочется уйти от общений.

Манипуляции мешают не только установлению глубоких контактов, но и прекращению бесполезных, питательная ценность которых ниже нулевой отметки. Манипулятор во взаимодействии с окружающими очень часто производит впечатление «вцепившегося мертвой хваткой». То есть он будет продолжать говорить с вами, хотя для всех очевидно, что беседа окончена. Не думайте, что его принуждает так вести себя неловкость («Не знаю, как закончить разговор!»). Нет. Это не неловкость, а невротический страх («Не сказал всего того, что хотел!»).

Этот страх стоит людям работы, когда они не могут окончить деловую беседу; этот страх каленым железом проходит по тонкой материи отношений между мужчиной и женщиной. «Вцепившийся мертвой хваткой» неизбежно восстанавливает людей против себя когда повисает на разговоре, как бульдог на палке. Вместо того чтобы откусить, он свирепо треплет палку разговора, а вместе с ней — нервы своего собеседника. Вы не хотите раздражать окружающих? Тогда умейте вовремя закончить разговор. Помните: лучше недоговорить, чем переговорить.

Вы уже поняли, что уход от контакта может быть как манипулятивным, так и актуализационным. Здоровый уход — это способность временно приостановить контакт с другой личностью, когда этот контакт либо уже не продуктивен, либо вызывает болезненные ощущения. Здоровый актуализационный уход — это уход к чему-то. И в сущности он направлен на то, чтобы прислушаться к себе.

Манипулятивный уход — это бегство; и он направлен не на то, чтобы разбираться в своих собственных чувствах и переживаниях, а на то, чтобы просто отбросить их прочь вместе с ситуацией, которой они вызваны.

 

Глава 2

ПЛАЧЬТЕ, ЭТО ПОЛЕЗНО

Представители многих психологических школ не первый десяток лет спорят, что такое эмоции. Позволю и я себе внести лепту в список общеизвестных определении.

Эмоции — это средства, с помощью которых мы осуществляем контакт друг с другом. Мы можем говорить с другим человеком мягко или сердито, жалобно или высокомерно — и все это для того, чтобы установить тот или иной вид контакта. То есть контакт между людьми устанавливается лишь в том случае, если они проявляют эмоции.

Однако не будем переоценивать положительную роль эмоций, подразумевая, что эмоция эмоции рознь. Манипулятор, как правило, с трудом и некачественно выражает основные эмоции контакта — гнев, страх, обиду, доверие и любовь. Поэтому он прибегает к блокированным или неполным эмоциям — тревоге, горечи, негодованию, стеснительности.

Тревога подобна сосущему чувству голода. Человек, пребывающий в тревоге, не идет на полное действие и занят тем, что подавляет растущую агрессию, в результате чего впадает в апатию.

Горечь может длиться неопределенно долго, если ей не дать выплеснуться в глубокой обиде и рыданиях.

Негодование — наиболее типичная неполная эмоция. И — лживая. На самом деле негодование ненатурально и сдавленно выражает страх.

Стеснительность — очень странная эмоция, потому что она обозначает одновременно тенденцию к созданию контакта и избеганию его. Перлз называл эмоции стыда и стеснительности «предающими эмоциями», поскольку они мешают человеку и ограничивают его свободу).

Все эти эмоции чрезвычайно опасны, потому что невыраженные, не нашедшие себе выход наружу эмоции загоняются в глубь души, что впоследствии перегружает человеческую психику, разрушает ее изнутри и приводит к подавленности и депрессии.

Обязательное требование к тем, кто хочет изжить в себе манипулятора, — осознать, где и как он проявляет частичные эмоции, определить — какие именно, и попытаться разглядеть те реальные чувства, которые за ними спрятаны. А далее — не бояться выразить эти основные чувства, будь то страх или обида, гнев или любовь. Цель актуализатора — развить в себе способность честно выражать свои истинные чувства.

«Не расстраивайтесь… Контролируйте себя… Примите это легко», — постоянно советует вам манипулятор. Что ж, вполне понятно. Он же воспользовался |этими рекомендациями, и ему плохо. Чтоб хоть как-то утешиться, он хочет и вам испортить жизнь.

Кроме того, он не хочет позволить вам сердиться на него. Только вы захотели возмутиться, как он прикладывает палец к губам и говорит: «Тсс, спокойно, тихо, не расстраивайтесь, это вредно». Не верьте ему, и тогда манипулятор вам не страшен. И помните, главная защита от его манипуляторного разрушительного влияния — в умении выражать ваши собственные чувства.

Сложность в том, что большинство из нас не понимает, что значит переживать и тем более выражать свои чувства. Мы настолько привыкли притворяться. что уже не можем отличить «своих» от «чужих», то есть «фальшивых». Поэтому мы и рады научиться выражать их, но кого «их» — мы не знаем. И в результате обречены жить вечно в Вавилонской башне. Так давайте приглядимся к пяти основным эмоциям контакта, чтобы впоследствии уметь их распознать и проявить.

1. ГНЕВ. Как выглядят физиологические приметы гнева? Что говорит вам ваше тело? Как вы узнаете, что рассердились? Вы хотите подраться — вот что это такое. А как вы узнаете о том, что вам хочется подраться? Ваше тело просто-таки кричит об этом. Дыхание и пульс учащаются, мускулы сжимаются, и вы чувствуете неожиданный и резкий прилив тепла, горячее чувство внезапного прилива крови.

Будь то вербальная или физическая борьба, а может быть короткая вспышка раздражения, но наши тела обязательно должны что-то делать, когда мы гневаемся. Они просто требуют от нас действий. И самое худшее, что мы можем сделать для себя, — это подавлять свои физиологические потребности, загонять эмоцию внутрь, искусственно успокаивать себя.

2. СТРАХ. Как вы узнаете, что боитесь? Что говорит вам ваше тело на этот раз? Оно дает вам прямо противоположный сигнал. Рот пересыхает, ладони становятся влажными, вы ощущаете холод, и ваша кожа покрывается мурашками. Преодолевая страх, вы тоже оказываете себе плохую услугу.

3. ОБИДА. Большинство из нас, осознанно или подсознательно, боятся быть обиженными. Я думаю, это вина множества манипуляторов, которых мы встречаем на каждом шагу. И на каждом же шагу они запрещаю! нам оскорблять их чувства. Поэтому нашим девизом стало такое противоестественное заявление: «Я не хотел бы обидеть…» — далее может следовать длинный перечень лиц, который коротко выглядел бы так: «Всех!»

А почему бы не обидеть, — спрошу я вас, если человек этого заслужил? Обижая, вы часто очень помогаете тому, кого обижаете; стремясь же не обидеть, зачастую жестоко наказываете человека.

Видите, подросток тихонько берет машину родителей, а вы молчите, ничего не говорите ему, боясь обидеть. Как вы расцените ваши «деликатные» действия после того, как он разобьется? Ведь вы знали, что он почти не умеет водить машину…

Неразумное сужение нашего внутреннего мира ради того, чтобы кого-то не обидеть и чему-то не навредить, — это, конечно, симптом невроза. Поэтому Давайте признаемся себе честно — зачем мы это делаем? Ведь главная причина не в том, что мы боимся обидеть других, а в том, что мы очень боимся, что в ответ они обидят нас. В случае с вороватым подростком таких возможностей масса. Он может нахамить вам, может отомстить, может сказать, что и ваш сын тайком берет у вас машину… У него все возможности уязвить вашу гордость и унизить ваше достоинство. «Так зачем же рисковать? — думаете вы. — Пусть себе бьется, раз ему хочется». То есть нет, вы так не думаете. Но манипулятор — думает непременно. Такой вот подлец. Обида — самое трудное в выражении чувство. Оно побуждает нас вернуться в детство и вспомнить то состояние, когда мы везде и во всем искали зашиты у матери. Чем она могла нам помочь? Как правило, тем, что выслушивала наши причитания. Это лучший способ выражения обиды. Надо выговорить ее и выплакать. Женщины с этим справляются лучше; мужчины же к этому совсем не расположены. Ну, так они и живут меньше, и инфаркты у них чаще. Они надеются, что бег трусцой по утрам продлит их жизнь. А им бы всплакнуть иногда…

Когда-то в детстве какой-то манипулятор говорил им: «Ну-ну, Джонни, большие мальчики не плачут». И в результате у них просто не хватает мужества на то, чтобы расплакаться.

Невыраженная обида становится петлей на шее человека.

4. ДОВЕРИЕ. Оно переживается в чувстве открытости. То есть вы раскрываете потайные уголки своей души и как бы говорите: вот я весь, как. на ладони, смотри, я тебя не боюсь. При этом вы избавляетесь от привычной несвободы и как бы обретаете второе дыхание. Доверяя, вы волей-неволей становитесь самим собой.

5. ЛЮБОВЬ. Это золотой ключ к творческому использованию всех остальных чувств. Шелли называл ее «пищей поэтов». Голдсмит — «общением между тиранами и рабами». Но ближе всех к психологически правильному определению «диагноз» Рильке: «Любовь состоит в том, что два одиночества приветствуют друг друга, соприкасаются и защищают друг друга». Конечно, лучшая книга о любви — это книга Эриха Фромма. «Любовь, — считает Фромм, — активное участие в жизни другого человека и принятие его таким, каков он есть».

Наше тело и здесь не обманет и даст нам почувствовать влюбленность. С чем ее сравнить? Если гнев — горячая эмоция, то любовь — теплая и светящаяся.

Интересно то, что гнев и любовь — очень близки. Они как бы растут из одного корня. И для многих необходимо сначала ощутить прилив горячего гнева, прежде чем почувствовать любовное тепло.

Человек никогда не сможет иметь истинных ц длительных отношений с другими и никогда не сможет полюбить, если он не способен сразиться с ними, если он не может выразить всех четырех чувств. Только тогда, когда мы способны показать, что гневаемся, боимся, обижаемся или верим, — только тогда мы сможем полюбить. Только тогда, когда мы можем открыто показать друг другу свои чувства и сказать открыто о них, — только тогда мы сможем почувствовать душевную близость — что, кстати, ничуть не менее приятно, чем близость физическая.

Все это следует иметь в виду, особенно в семейной жизни.

Психотерапевты, к которым обращаются женатые (или замужние) люди, предпочитают иметь дело с мужем и женой одновременно, поскольку в семейной жизни больше, чем где бы то ни было, нужна гармония и единство целей. Если же кто-либо из супругов учится честно выражать свои чувства, а другой — беззастенчиво манипулирует, семья обречена. Два актуализатора смогут быть счастливы; два манипулятора смогут привыкнуть друг к другу и ппмгпособиться к играм партнера. Но союз манипулятора и актуализатора немыслим.

Самое интересное то, что манипулятор может испытывать многие чувства вполне искренне, но он непременно попытается использовать их «на что-то полезное», как он думает. То есть в нагрузку к искренним слезам дается некая манипулятивная цель.

Гнев, например, может использоваться им для того, чтобы напугать. Вы, конечно, часто встречали манипуляторов, которые своим криком и визгом, красным лицом и топаньем ногами не позволяли окружающим установить с ними контакт.

Автор книги «Как быть еврейской матерью» дает блистательные примеры того, как манипулятивная мать использует обиду для того, чтобы контролировать своих детей. Он называет это «техникой основного страдания». Вы хотите овладеть этой техникой? Это несложно. Сначала постарайтесь изобразить, будто у вас косоглазие. Затем сморщите брови, опустите уголки губ и попытайтесь вспомнить пронизывавшую вас когда-либо боль, такую, например, какая бывает при остром гастрите.

Запомните также некоторые ключевые фразы, которые следует произносить в подобных ситуациях, ибо одного только страдающего выражения лица мало:

«Иди и радуйся, и не думай о том, что у меня болит голова».

«Не беспокойся обо мне. Зачем тебе думать о таких пустяках».

«Я рада, что это случилось со мной, а не с тобой». И так далее, в том же духе. Уверяю вас овладев «техникой основного страдания», вы сможете затерроризировать любого, даже очень стойкого человека.

Но самые интересные находки манипуляторов — в области любовных отношений. Ключевая фраза здесь: «Если бы ты любил меня, то ты бы…»

Дан Гринберг перечисляет основные жертвы, с помощью которых можно манипулировать тем, кого «любишь». Он шутит, но как это похоже на реальное положение дел!

1. Бодрствуй всю ночь, чтобы приготовить ему настоящий завтрак. («Ах, милый, я так плохо спала, всю ночь думала, что бы тебе приготовить».)

2. Останься без обеда; тогда ты сможешь положить лишнее яблоко ему в портфель. («Родной, тебе витамины нужны больше, к тому же я почти не хочу есть».)

3. Не говори ему о том, что ты дважды падала в обморок в торговом центре от слабости, когда покупала ему рубашку (но удостоверься, что он знает о твоих обмороках).

4. Открой окно в его спальне как можно шире, чтобы у него было больше воздуха, и закрой свое окно, чтобы не использовать его запас.

 

Глава 3

ПОДДЕЛКИ

Для манипулятора нет ничего любимей, чем заменить одну — истинную — эмоцию на другую — фальшивую. Многие из нас выражают гнев, когда на самом деле чувствуют обиду или боль. Мы ведем себя так потому, что гнев — более предсказуемая эмоция. То есть нетрудно предположить, что может случиться после нашего гневного выступления — другая сторона тоже рассердится. Когда же мы признаемся другому человеку, что мы обижены на него, случиться может все, что угодно, и реакция его непредсказуема. Он сможет рассердиться, может расплакаться, может холодно удивиться. Поэтому вместо обиды мы демонстрируем гнев.

Еще один излюбленный трюк манипулятора — «взобраться на карусель», то есть обрушить на окружающих мешанину чувств, доведя их до полной растерянности. Так ведут себя истеричные женщины, от которых, как искры, отлетают чувства, но ни одно из (их не задерживается настолько, чтобы полностью сформироваться и выразиться. Едва возникнув, они лопаются, как мыльные пузыри. Таким образом они контролируют окружающих и, как правило, получают желаемое.

Например, мать не хочет ехать в выходные дни за город, как предварительно было договорено. Поэтому она делает вид, что плохо себя чувствует. Семья не скрывает своего расстройства как по поводу ее болезни, так и по поводу того, что срывается поездка за город. И вот тут мать вскарабкивается на «эмоциональную карусель». Она прыгает от одной эмоции к другой, начиная с того, что отец сводит ее с ума своим равнодушием, и кончая тревогой за здоровье детей, которые «что-то ужас какие бледные в последнее время». Постскриптумом может идти недовольство ветеринаром, который в прошлый раз «был как-то очень формален» во время профилактического осмотра их собаки. Таким образом приведя всех в замешательство, мать впадает в мрачность и устало просит оставить ее дома одну и «дать ей, наконец, покой».

Манипуляторы любят приберегать эмоции про запас, чтобы воспользоваться ими в удобный момент. «Я обиделся на тебя на прошлой неделе», — может сказать манипулятор. Что, у него ушла неделя на то, чтобы понять это? Нет, конечно. Просто тогда невыгодно было заявлять о своей обиде, а сейчас он за эту прошлую обиду может, наверное, что-то выторговать. Появился товар — вспомнились прошлые обиды.

Еще один манипулятивный прием — приукрашивание нормальных чувств и отношений и попытка сделать из них добродетель. Среди ваших знакомых наверняка есть человек, который любит заявлять: «У нас с женой прекрасные отношения, мы никогда не ссоримся». Когда я слышу такое, мне большого труда стоит не взорваться и не сказать: «Какая чушь!» Нормальные люди похожи на наждачную бумагу и должны время от времени царапать друг друга довольно болезненно. Нормальные, не патологические отношения не обходятся без ссор. Кстати говоря, ссора зачастую бывает лучшим способом решения проблемы.

Манипуляторы часто не делают различий между чувствами и фактами. «Ты глуп», — заявляет, например, один человек другому. Это не факт, поскольку он не измерял интеллект своего собеседника. ему так показалось. Но здесь мы имеем дело с так называемым «чувствованием с рукой на дверной ручке». Заявление «ты глуп» запросто может спровоцировать собеседника на удар в нос. И есть целая когорта манипуляторов, которые не боятся самых резких выражений и оценок, самых бурных проявлений чувств, но только в том случае, если есть возможность в любой момент убежать. Для подстраховки они убегают, даже не дождавшись реакции и, по сути, не зная, как прореагировали на ту или иную их выходку. Незавидная участь — как актер в пустом зрительном зале: он смешит, а смеяться некому.

Почему манипулятор так не любит соглашаться?

«Ты сердишься?» — спрашивает жена у своего мужа-манипулятора и тем самым протягивает ему руку помощи. Согласись он — и контакт будет установлен, а главное, ему удастся выплеснуть свои негативные эмоции и не допустить стресса. Однако упрямый муж-манипулятор, который до этого сжимал кулаки, теперь со всего размаха лупит ими по столу и кричит: «Нет! Я НЕ сержусь!»

Не дурак ли он?

 

Глава 4

МЕЖДУ МНОЮ И ТОБОЮ НИТОЧКА ЗАВЯЖЕТСЯ

Коммуникация включает в себя как минимум два элемента: посылка сообщения и прием сообщения. Подобно передатчику мы все время посылаем информацию. Проблема в том, что окружающие нас люди очень часто либо получают ее в искаженном виде, либо не получают вовсе.

Если мы говорим что-то, то, наверное, надеемся, что именно это и услышат окружающие. Это возможно, но тогда следует избегать некоторых ошибок общения.

Первая и наиболее распространенная — неправильное ожидание. Предположим, у мамы день рождения, и она тайно надеется, что кто-нибудь принесет ей завтрак в постель. Но она ничем не выдает своего ожидания, и больше всего она скрывает его от отца.

И — ничего подобного не происходит.

Мама ужасно расстроена. У нее плохое настроение, которое постепенно передается всем остальным. А все потому, что имело место ожидание, которое не подтвердилось. В человеческих отношениях, особенно в семье, витает целый сонм таких ожиданий, и стоит одному из них не сбыться — жизнь превращается в ад. А все из-за того, что мы просто боимся действительности; боимся попросить то, чего нам хочется.

Актуализатор знает это, так как он знает достаточно много о коммуникации. Он не хочет идти через жизнь непонятым. И он знает, что многих непониманий можно избежать. Достаточно только попросить то, чего он хочет. А не морочить голову окружающим. Ведь если мы хотим чего-то, то мы просто обязаны попросить об этом.

Вторая ошибка коммуникации — в приеме сообщения. Часто мы игнорируем выпад в наш адрес, хотя в действительности он нас очень задевает. В результате — чувство подавленности.

Третья ошибка — в «нейтрализации передачи», посылаемой нам. Наша способность принимать любовь невелика. Некто говорит: «Как вы сегодня привлекательны!» — и вместо того чтобы поблагодарить за комплимент, мы обычно говорим: «О, вы тоже прекрасно выглядите». Похоже, мы боимся почувствовать себя хорошо, когда кто-то дарит нам хорошее настроение. Мы стараемся отфутболить его назад дарителю, чтобы не почувствовать посланного нам чувства. Обычно я говорю своим пациентам: «Вы просто воруете у себя».

Когда кто-то говорит вам, как вы хорошо выглядите, это похоже на теплый вечер, солнечные лучи, улыбку встречного человека. Улыбнитесь в ответ. И примите улыбку, обращенную к вам, с охотой.

Четвертая ошибка коммуникации — отвечать то, чего от вас ждут, и что, увы, не всегда соответствует действительности. Какие бы глупости ни говорил наш собеседник, мы почему-то считаем своим долгом реагировать так, как хочется ему. «Тебе нравится мой новый костюм?» — спрашивает ваш приятель. И вы дежурно отвечаете: «Да, он выглядит великолепно». И думаете при этом: «Боже, как он мог купить такую пакость?»

А как же быть? — спросите вы. Нельзя же грубить, портить людям настроение. Да. Лучше не портить, но зачем же все время врать? Скажите, например: «Мне нравится вырез жилетки» или «Очень неожиданная, оригинальная расцветка». И даже если вы скажете: «Нет, не очень нравится», — не будет ничего дурного. И мы бы не боялись так несовпадения во вкусах, если бы нам не навязали комплекс Дейла Карнеги, который усердно убеждает нас в том, что мы непременно должны завоевывать друзей и влиять на людей.

Впрочем, манипуляторы на вопросы отвечают порой очень грубо или обидно. Но это делается намеренно. Я много раз сталкивался с тем, что манипулятор с чисто садистским удовольствием старается ответить прямо противоположное тому, чего от него ждут.

«Как тебе понравился ростбиф?» — спрашивает жена за обедом.

«Откровенно говоря, — отвечает муж, — он далеко не так хорош, как обычно получалось у моей матери». Одно из правил в его игре — никогда не позволить жене получить удовольствие от своего умения готовить.

Актуализаторы, в отличие от таких мужей, способны посылать и принимать сообщения честно. Это прежде всего означает, что человек обязательно должен рисковать собой, когда вступает на нелегкую стезю общения с другими людьми.

Необходимо помнить о различии между интровертами и экстравертами. Экстраверты-актуализаторы могут обращаться к другим прямо, открыто и искренне и столь же легко и открыто воспринимать сообщение. Интровертам же необходимо некоторое время для того, чтобы ответить. Нам всем следует уважать тот факт, что у людей разные скорости или темп чувств и некоторым требуется значительно больше времени un честную и искреннюю реакцию.

Представьте себе: стандартная ситуация, и вы намерены дать тот ответ, которого от вас ждут, а не тот, который соответствует истине. Я вам советую в этом случае совершить трехшаговую комбинацию: задержитесь, осознайте, какой ответ вам кажется лучшим, и лишь затем реагируйте. У каждого человека внутри есть регулирующий механизм. Прислушайтесь, что он скажет, — только после этого отвечайте.

Важнейшим принципом актуализации мы считаем то, что здоровые отношения не всегда, далеко не всегда должны быть соглашательскими. У людей разные взгляды, разные вкусы, разные отношения. Это нормально. Так почему мы должны непременно соглашаться с той или иной точкой зрения? И почему должны требовать от окружающих, чтобы они согласились с нами?

Однако в жизни очень часто возникают проблемы, относительно которых мы хотим во что бы то ни стало прийти к согласию.

Актуализатор особенно остро осознает опасность индифферентной манипуляции. Он никогда не притворяется уступающим, безразличным, пренебрегающим теми, о ком он заботится. Он никогда не произносит таких избитых фраз, как «Я сдаюсь…».

В основе своей актуализированное отношение — это активная забота.

 

Глава 5

ЗДЕСЬ И ТЕПЕРЬ

Вопрос времени — отнюдь не второстепенный для манипулятора. И в своем понимании времени, в своем ощущении времени он очень отличается от актуализатора. Для одних манипуляторов время — это либо прошлое, которое поставляет им обширный материал для извинения собственных ошибок, либо будущее, на котором они выстраивают витиеватое здание своих обещаний. Бывают манипуляторы, ориентированные на настоящее, и они ничуть не лучше. Они характеризуются тем, что беспрерывно суют нос в чужие дела, много говорят, но мало делают.

Но давайте повнимательнее присмотримся к трем разновидностям манипулятора — ориентированным на прошлое, будущее, настоящее.

Манипулятор, ориентированный на прошлое, характеризуется чувством вины, сожаления, раскаяния, угрызений совести. Он обидчив сверх всякой меры. Его беспрерывно гложут непереваренные воспоминания прошлого. Он может до слез расстроиться, вспомнив, например, оскорбление двадцатилетней давности.

«Из-за смерти отца пять лет назад я чувствую себя настолько плохо, — любят заявлять такие манипуляторы, — что жизнь потеряла для меня всякий смысл».

Или: «Я чувствую себя таким виноватым после этой истории, что совершенно перестал заботиться о жене и детях».

Манипулятор, ориентированный на будущее, живет в мире идеализированных целей, планов, ожиданий, предсказаний и страхов. Он полностью поглощен заботами и терзаниями о своем будущем.

«Когда-нибудь я соберусь и вернусь в школу. Но сейчас у меня очень много неотложных дел».

«Следующим летом я превращу наш сад в рай».

«Я так беспокоюсь о том, что может случиться, и сейчас просто не могу ничего делать».

«Вот увидишь, в следующий раз я сделаю это лучше».

Манипулятора, ориентированного на настоящее, считаю абсолютно патологической личностью. Его прошлое не настолько насыщенно, чтобы жить им и упиваться воспоминаниями, оно не является достаточным вкладом в настоящее. Его будущее неясно и туманно, а главное — оно слабо связано с его деятельностью в настоящем. Поэтому он являет собой личность, вовлеченную в бессмысленную деятельность и рефлективную концентрацию. Иными словами — суетное существо, всегда активно избегающее трезвого взгляда на себя самого. Обычно он заявляет:

«Сейчас у меня так много дел, что просто нет смени на…»

«У меня трое детей и муж на плечах, когда же я могла…»

«Ну ты же видишь, какая круговерть и насколько мне сейчас тяжело, так как же ты можешь предъявлять ко мне претензии?»

Актуализирующаяся личность, в отличие от всех вышеперечисленных, — это личность, имеющая дело с реальным процессом жизни в настоящем. Это не значит, что актуализатор живет только сегодняшним днем. Конечно, ему необходимо и прошлое, и будущее, но не для того, чтобы завязнуть в них руками и ногами, а для того, чтобы придать настоящему больше смысла.

Актуализатор понимает, что память и предвидение — это акты в настоящем. То есть фокус всегда находится в настоящем, а прошлое и будущее по праву занимают задний план.

Хорошо известен рисунок — феномен фон-фигуры. Что на нем? Ваза или два человеческих профиля? Ответ зависит от того, что вы посчитаете фоном, а что — основным изображением. Если белый цвет — фоновый, то вы увидите профили; если фон — черный, то перед вами — ваза. Можно развлекаться тем, что смотреть на картину то так, то эдак. Но невозможно смотреть обоими способами одновременно.

На примера этого рисунка можно понять, как актуализирующаяся личность соотносит три размерности времени: ваза — это настоящее, а неизменные ее составляющие — прошлое и будущее — фон.

 

Глава 6

САМ СЕБЕ НАЧАЛЬНИК

Давайте разберемся в таких понятиях, как внутреннее руководс1во и руководство со стороны других.

Внутренне направляемая личность — это личность со встроенным в детстве гироскопом — психическим компасом (его устанавливают и запускают родители или близкие ребенку люди). Гироскоп постоянно претерпевает изменения под влиянием различных авторитетов. Но как бы он ни изменялся, внутренне управляемый человек проходит через жизнь независимо и подчиняется только своему внутреннему направлению.

Источником внутреннего руководства человеком управляет небольшое число принципов. То, что внедрено в нас в ранний период жизни, позже принимает видимость внутреннего ядра и черт характера. Мы всячески приветствуем такого рода независимость, но с одной оговоркой. Избыток внутреннего руководства опасен тем, что человек может стать нечувствительным к правам и чувствам других людей, и тогда ему одна дорога — в манипуляторы. Он будет манипулировать окружающими по причине своего всепоглощающего чувства «правоты».

Не все родители, однако, внедряют в своих детей такой гироскоп. Если родители подвержены бесконечным сомнениям — как лучше вырастить ребенка? — то вместо гироскопа у этого ребенка разовьется мощная радарная система. Он только и будет, что прислушиваться к мнениям других и подстраиваться, подлаживаться… Родители не смогли дать ему четкий и понятный сигнал — как быть и каким быть. Радарная система соответственно нужна ему, чтобы получать сигналы от значительно более широких кругов. Разрушаются границы между семейным авторитетом и всякими прочими авторитетами, и первичная потребность такого ребенка «прислушаться» сменяется страхом перед сменяющими друг друга голосами авторитетов или перед любым пристальным взглядом. Манипуляция в форме постоянного угождения другим становится его первичным методом общения. Здесь мы явственно видим, как первоначальное чувство страха трансформировалось в прилипчивую любовь ко всем.

«Что подумают люди?»

«Скажи мне, как здесь следовало бы поступить?»

«Какую позицию мне занять, а?»

Актуализатор менее зависим в ориентации, но он не впадает в крайности внутреннего руководства. Он как бы имеет более автономную и самоподдерживающуюся бытийную ориентацию. Актуализатор позволяет руководить собою там, где он должен быть чувствительным к человеческому одобрению, расположению и доброй воле, но источник его действий — всегда внутреннее руководство. Ценно то, что свобода актуализатора — изначальная, и он не завоевывал ее нажимом на других или бунтом. Очень важно также, что быть свободным, внутренне руководимым может только человек, живущий в настоящем. Тогда он больше верит собственной опоре на себя и своей собственной самовыразительности. Другими словами, он не зависит от фантомов прошлого или будущего, они не застят ему свет, но он свободно живет, переживает, приобретает жизненный опыт, ориентируясь на «здесь» и «теперь».

Личность, живущая в будущем, опирается на ожидаемые события. Она удовлетворяет свое тщеславие путем мечтаний и предполагаемых целей. Как правило, она тешит себя этими планами на будущее просто потому, что несостоятельна в настоящем. Она изобретает смысл жизни, чтобы оправдать свое существование. И, как правило, достигает как раз противоположной цели, поскольку, ориентируясь только лишь на будущее, останавливает свое развитие в настоящем и развивает в себе низшие чувства.

Точно так же, человек, живущий в прошлом, не |имеет достаточно твердой опоры в себе, зато сильно преуспел в обвинении других. Он не понимает, что наши проблемы существуют здесь и теперь, независимо от того, где, когда и кем они были рождены. И решение их надо искать здесь и теперь.

Единственное время, где у нас есть возможность жить — это настоящее. Мы можем и должны помнить прошлое; мы можем и должны предчувствовать будущее. Но живем мы только в настоящем. Даже тогда, когда мы повторно переживаем прошлое, оплакиваем или осмеиваем его, мы делаем это в настоящем. Мы, в сущности, перемещаем прошлое в настоящее, это нам под силу. Но никто не может, и слава Богу, что не может, переместиться вперед или назад во времени.

Манипулятор, отдающий все свое время реминисценциям прошлого или праздным мечтам о будущем, не выходит освеженным из этих ментальных прогулок. Наоборот, он истощается и опустошается. Его поведение сверхпассивно, а не активно. Как говорил Перлз. наша стоимость не возрастет, если мы обвешаемся ссылками на тяжелое прошлое и ооещстиямм светлого будущего. «Я не виноват, жизнь так сложилась», — ноет манипулятор. И обращаясь к будущему: «У меня не так уж все хорошо сейчас, но я еще себя покажу!»

Актуализатор, напротив, обладает редким и прекрасным даром извлекать чувство своей ценности здесь и сейчас. Объяснения или обещания вместо конкретного дела он называет ложью, и то, что он делает, укрепляет его веру в себя и помогает его самоутверждению. Для того чтобы жить полной жизнью в настоящем, не требуется никакой внешней поддержки. Сказать «Я адекватен сейчас» вместо «Я был адекватен» или «Я буду адекватен» — значит утвердить себя в этом мире и оценить себя достаточно высоко. И — по праву.

Бытие в моменте является целью и результатом само по себе. У актуального бытия своя собственная награда — чувство опоры на себя и вера в себя.

Хотите нащупать зыбкую почву настоящего под ногами? Берите пример с маленького ребенка. Он чувствует настоящее лучше всех.

Детям свойственно тотальное, без вопросов, принятие всего, что бы ни случилось, поскольку у них, с одной стороны, очень мало воспоминаний и очень малая опора на прошлое, и, с другой стороны, они не умеют еще прогнозировать будущее. Ребенок вследствие этого как бы существо без прошлого и будущего.

Если ни о чем не жалеешь и ничего не ожидаешь, если нет ни предвкушения, ни оценки, то не может быть ни удивления, ни разочарования и поневоле будешь двигаться здесь и теперь. Прогноз отсутствует, и нет тревожных предзнаменований, дурных предчувствий или роковых предсказаний.

На любовании детьми во многом основывается моя концепция творческой личности, той, что живет без будущего и прошлого. Можно сказать и так: «Творческая личность невинна», то есть растущая, способная воспринимать, реагировать, думать, подобно ребенку. Невинность творческого человека — отнюдь не инфантилизм. Она сродни невинности старого мудрого человека, который сумел вернуть себе способность быть ребенком.

Поэт Каллил Гибран выразил это так: «Я знаю, что вчера — это лишь сегодняшняя память, а завтра — сегодняшняя мечта».

Сущность манипулятора в том, чтобы все время защищать и оправдывать себя. Для этого, собственно, ему и нужны прошлое и будущее: прошлое — для извинения ошибок, а будущее — для бесплодных обещаний. Если же он ориентирован на настоящее, он будет много говорить о том, что он делает, никогда не доводя дело до конца.

Пассивный манипулятор — это обвиняющий других плакса, просящий любви вопреки своей несчастной судьбе. Активный же манипулятор будет уверять вас в своих достижениях, которых у него в действительности нет. Обман другого, таким образом, дает манипулятору чувство силы, но, честно говоря, его предприимчивость на ниве надувательства пуста и оставляет чувство незавершенности.

Актуализатор — как всегда в противовес манипулятору — это деятель, «делатель», это тот, кто есть. Он выражает не мнимые возможности, а реальные, и старается с помощью своих трудов и талантов справиться с трудностями жизни. Он чувствует себя благополучным потому, что его существование наполнено непрерывной деятельностью.

Он свободно обращается за помощью к прошлому, ищет силы в памяти и часто апеллирует к будущему в поисках целей, но он понимает прекрасно, что и то, и другое — акты настоящего…

 

Глава 7

СВОБОДА? СВОБОДА!

И наконец, мы можем перейти к двум последним характеристикам актуализации — свободе и осознанию.

Одним из наиболее распространенных предрассудков является мнение, что каждый человек имеет свои собственные, особые, определенные качества. Мы думаем, что одни люди -добрые, другие — злые; одни — эгоисты, другие — альтруисты; одни — мудрые, другие — глупые и т.д.

Ничего подобного. Люди подобны рекам, и во всех этих реках течет одна и та же вода. Просто одни реки шире в одном месте, а другие — в другом; одни реки извилисты и полны водопадов, другие — прямы и спокойны… Так же и люди. Любой из нас несет в себе семена каждого человеческого качества, и иногда про являет себя одно, иногда — другое, и часто один и тот же человек настолько различен в разных ситуациях что трудно в это поверить.

Ради удобства изложения мы разделили людей на две большие категории — актуализатор и манипулятор. Хотя на самом деле в каждом намешано и то, и другое. И каждый свободен выбирать, кем из перечисленных типов ему быть.

Эрих Фромм говорит, что человек имеет свободу творить, конструировать, путешествовать, рисковать. Фромм определял свободу как способность совершить выбор.

Актуализатор, например, свободен в том смысле, что, играя в игру жизни, он осознает, что играет. Он понимает, что иногда манипулирует, а иногда манипулируют им. Короче, он осознает манипуляцию.

Актуализатор понимает, что жизни вовсе не обязательно быть серьезной игрой, скорее она родственна танцу. Никто ведь не выигрывает и не проигрывает в танце; это процесс, и процесс приятный. Актуализатор «танцует» среди своих разных потенциалов. Важно, радоваться процессу жизни, а не достижению целей жизни.

Актуализирующимся людям поэтому важен и нужен не только результат, но и само движение к нему. Они могут радоваться процессу «деланья» так же и даже больше, как и тому, что они делают.

Многие психологи уверены, что актуализатор способен превратить в праздник, в увлекательнейшую игру самую рутинную деятельность. Потому что он поднимается и опускается вместе с приливами и отливами жизни и не принимает ее с мрачной серьезностью. Манипулятор, напротив видит жизнь как крысиные бега, и воспринимает ее настолько серьезно, что не может не быть неврастеником.

 

Глава 8

А НЕ СМИРИТЬСЯ ЛИ НАМ?

С детства в нас яоспитывают уважение к бурной деятельности, усилиям и тяжелой работе. Однако не будем забывать о ценности смирения и снятия усилия, что, безусловно, можно считать глубоко укоренившимся человеческим качеством, которое помогает человеку испытать немалое удовлетворение.

«Снятие усилия», или смирение, Джеймс Бугенталь определял как «добровольное согласие без усилия и старания, без нарочитой концентрации и без принятия решений». Он считает, что «снятие усилия» — важнейшее условие для актуализирования.

В книге «Сила сексуальной уступки» Робинсон также подчеркивает важность покорности в любых человеческих отношениях, и особенно в сексуальных. Она считает, что уступка и пассивность — это естественные женские функции, которые на свою беду утратили сегодня многие маскулинизированные женщины. Современные женщины, пишет она, пытаются соревноваться с мужчинами и отвоевывают себе право отвечать за все.

«В сексуальных и иных отношениях, — пишет Робинсон, — мужчина активен, а женщина пассивна». То есть и мужчины, и женщины обладают пассивным потенциалом, но женщины, даже в большей степени, чем мужчины, утратили свой потенциал.

Верить другому — значит быть способным уступить ему. Активное взаимодействие предполагает в обязательном порядке «давание» и «получение», господство и подчинение в одно и то же время.

Алан Уотс «рекламирует» ценность «снятия усилия» по-своему, но тоже очень верно: «Меня всегда приводил R восхищение закон обратного усилия. Я называю его „обратным законом“. Когда вы стараетесь удержания на поверхности воды, вам это плохо удается, и вы идете на дно. Когда вы стараетесь утонуть (или хотя бы нырнуть поглубже) — вы всплываете, вода выталкивает вас с какой-то страшной силой. То есть правы даже древние философы, когда предупреждали нас еще много веков назад: „Кто захочет спасти свою душу, тот ее потеряет“. Чем больше вы стараетесь обезопасить себя, тем большей опасности себя подвергаете. И наоборот, спасение и святость — в понимании, что мы не властны над судьбой и обезопасить себя не в состоянии».

Уотс во многих своих работах говорит о том, что чем больше мы стараемся, тем больше вероятность неудачи. Нет, не во всех ситуациях, разумеется, но есть некоторые цели, которые никогда не могут быть достигнуты путем активного стремления. Лесли Г. Фарбер писал о невозможности, сколько ни старайся, развить в себе такие качества, как мудрость, достоинство, мужество, смирение. То, что характеризует каждую из этих добродетелей, лежит вне сознательного усилия воли или разума.

Большинство свершений и некоторые добродетели не имеют этой парадоксальной природы. Например, мастерство, такт, способность быть честным можно нарабатывать с усилием, со старанием. Но только глупец заявляет о своей мудрости, гордец — о своем смирении, а трус — о своем мужестве. Любой, кто заявляет об обладании этими добродетелями, — лжец. Более того, эти добродетели ускользают от любого усилия достичь их. Я могу искать и добывать знания, но я не могу добыть мудрости. Важно различать сущностную свободу и беспокойство за себя. Мудрости, достоинству, любви, уважению, мужеству, смирению нельзя выучиться, их нужно заслужить.

В психотерапии, например, мы часто слышим об усилии пациента быть естественным. Но чем больше он старается, тем фальшивее становится. Спустя несколько часов безумных усилий он, как правило, не выдерживает и заявляет: «С ума сойти! Я сдаюсь. Поверьте, мне просто не под силу быть естественным». Надо ли добавлять, что в этот момент он предельно, как никогда, естественен.

Иначе выглядит религиозный пациент. Чем больше он стремится быть смиренным, тем более гордым становится.

А любви более исполнен тот, кто оставил всякие попытки быть любвеобильным.

Вот почему терапия, приводящая к актуализации, требует большего, чем простая обусловленность и мотивационное стремление.

Манипулятор никогда не пытался понять, в чем секрет равновесия между аутентичным отказом и честным стремлением. Он мнит себя Младшим Богом, которому позволено управлять жизнями других людей с помощью манипуляций. Им правит глубокое недоверие к себе и другим. Даже если он пассивен, его пассивные беспомощные манипуляции — не что иное, как форма стремления к всесильности. Беспомощный всегда (запомните, всегда!) контролирует активных и помыкает ими. Его требования — это и есть форма всесильности.

Актуализатор предлагает гуманную веру в себя и при этом трезвую самооценку. И любовь к ceбe — вопреки тем недостаткам, которые он в себе обнаружил. В очень глубоком смысле актуализатор — это религиозная натура, которая убеждена, что работа природы над его сознанием заслуживает доверия и благодарности.

Уверяю вас, человеку, для того чтобы нормально и счастливо существовать в этом мире, не обязательно быть манипулятором. И столь же не обязательно быть безнадежной жертвой чужих манипуляций. Надо только осознать свои и чужие манипуляции, и тогда бороться с ними станет легко и просто.

Осознание, как часто говорят, — это цель психотерапии. Дело в том, что вместе с осознанием в человеке происходят серьезные изменения. Нельзя, просто нельзя осознать что-то, не изменившись; тем более, если это «что-то» — твоя сущностная характеристика. Осознание — это форма «снятия усилия». Осознание пустячности, суетности и мелочности манипулятивных стремлений неизбежно поведет вас к актуализации. Путь к эмоциональному здоровью лежит через анализ собственных манипуляций.

…Попросите пациента сначала испытать свою манипуляцию, а потом сыграть противоположную роль, которую ему придется искать в себе самом, где же еще? Вы ненавязчиво подтолкнете его к открытию своего собственного положительного потенциала, который нетронутым лежит глубоко внутри него.

 

Глава 9

«КТО ЕСТЬ Я?»

Прежде чем от теории, которую я излагал вам ранее, перейти к конкретным жизненным ситуациям, я хотел бы коснуться этики поведения — естественного управления нашим поведением, без которого жизнь невозможна.

Мы помним, что человек — это редкий образец биполярностей. Он активен и пассивен, силен и слаб, независим и зависим, ласков и агрессивен в одно и то же время. Введем еще два термина: консервативный и либеральный. Эти термины хороши, во-первых, своей универсальностью, во-вторых, тем, что у них нет моралистического оттенка значения.

Двухпартийная система демократии — хороший пример того, как важно учитывать противоположные точки зрения. В Великобритании к оппозиционной .партии обращаются «Ваше Величество лояльная оппозиция». И правильно делают: это единственно возможная форма отношения к другой точке зрения. Ибо оппозиция — это и наша точка зрения. В каждом из нас заложена такая двухпартийная система, при которой одна часть души — у власти, другая — в лояльной оппозиции.

Назвать разные стороны нашей натуры можно по-разному: сильное и слабое Я, реальное и нереальное Я, правильное и неправильное Я. Все они время от времени проявляются, и невозможно сказать, где мы были сами собой, а где изменили себе. Я думаю, что везде МЫ — это МЫ, какие бы черты своего характера мы ни проявили.

Однако в большинстве своем люди пытаются разрушить в себе двухпартийность и вытравить, уничтожить всяких там «слабых, зависсимых и нереальных Я». Те, кому удается уничтожить одну из сторон своей полярности, могут навсегда проститься с психическим здоровьем.

Две стороны нашей психической природы — такая же неотъемлемая черта человека, как две параллельные стороны нашей физической природы. Правый и левый глаз, правое и левое ухо, правая и левая рука… Можно, конечно, обойтись одним глазом, одной рукой и одним ухом, но тогда и жизненные горизонты существенно сузятся.

Так же, как одноглазый или одноногий человек не может быть физически здоровым, односторонний человек с ампутированной частью души не может быть здоров психически.

Недавно ко мне обратилась молодая дама с жалобой на то, что муж ей не верен. Она боялась, что он в каждый момент может ее оставить, и просила, чтобы я спас ее семью.

Я слушал ее рассказ, смотрел на нее — и удивлялся. Казалось, левая сторона ее тела почти парализована. Жестикулировала она правой рукой, а левая вяло лежала у нее на коленях. Улыбалась она правым уголком рта и даже моргала в основном правым глазом.

Оказалось, что она десять лет проработала воспитательницей детского сада и вылепила из себя образец для подражания. Она НИКОГДА не делала ничего такого, что могло кому-нибудь не понравиться, и выросла в крепкую образцовую консервативную личность. Столь же скучную, сколь и правильную.

Для начала я попросил ее жестикулировать левой рукой. Ей показалось это чрезвычайно трудным. Немудрено при такой «правой» ориентации. Она всегда говорила «правильные» слова, совершала «правильные» поступки и никогда не выражала и даже не обдумывала другую точку зрения. В итоге она стала тупой и безжизненной, и «левая» половина ее души умерла. Неудивительно, что мужу она смертельно наскучила.

Известно, что студенты художественных колледжей добиваются от своей правой руки большей выразительности, рисуя предварительно левой. Использование левой руки раскрепощает правую, дарит ей большую свободу.

Как можно было помочь этой женщине с правым уклоном?

Постепенно раскрыть ей другую сторону жизни, вдохнуть новое понимание жизни в ее мышлении, а значит — и в тело, которое стало столь фригидным, негибким и бесчувственным, что даже показалось мне парализованным.

Я не хочу сказать, что консерватизм — это полный контроль, а либерализм — распущенность. Я хочу сказать, что если в человеке есть либо то, либо другое — то это убогость. Пользуясь двумя глазами и ушами, мы видим и слышим стереоскопически и стереофонически. Актуализирующаяся личность танцует между своими правой и левой взаимодополняющими полярностями, и этот процесс скорее характеризует естественная сдержанность, чем искусственное принуждение.

Наши противоположные стороны не должны драться; либеральная сторона должна принимать консервативную, и наоборот.

Моральные требования, которые люди предъявляют друг другу, могут рассматриваться как покрывала искусственного контроля, который необходим, чтобы удержать незрелых людей от ошибок и оплошностей. Как родители и супруги мы чувствуем, что нам необходимо расставить некоторые моральные ограничители на той дороге, по которой движется наша семья. И хотя мы упорно делаем вид, что это делается для них, для наших супругов и детей, на самом деле стараемся мы для себя, поскольку не очень-то в себе уверены.

Моральные ограничения нужны, но в умеренном количестве. «А вот еще один случай нервного срыва, — пишет Перлз по этому поводу. — Он вызван не добровольным сверхконтролем, а спровоцирован ворчанием друзей: держи себя в руках!»

У автомобиля, как известно, несколько систем управления. Тормоза — лишь одна из них, самая грубая и самая вредная для машины. Чем лучше водитель умеет пользоваться всеми системами управления, тем реже он будет тормозить и тем дольше прослужит ему автомобиль. Если же он предпочитает постоянно пользоваться тормозами, печальный конец машины предрешен.

Сверхконтролируемая личность ведет себя так же, как неопытный водитель, поскольку не знает никаких других средств управления, кроме тормозов, то есть подавления.

Актуализатор осознает как свою силу, так и свою слабость и поэтому не впадает в чрезмерность, проецируя свои особенности на других. Манипулятор же, будучи личностью очень предвзятой в отношении своих сильных и слабых сторон, отрицает или не владеет этими сторонами своей натуры.

Здесь следует сказать несколько слов о соотношении религии и манипуляций. Не скажу ничего нового: религия, как и жизнь, может быть манипулятивной и актуализационной.

Манипулятивная религия — это та, которая заставляет человека поверить в собственное несовершенство. Она вселяет в него недоверие к собственной природе, после чего человек начинает испытывать потребность во внешней религиозной системе.

Актуализированная же религия позволяет нам поверить, что Царство Божие внутри нас и что доверие своему естеству (тому, что есть) не что иное, как высшая форма религии. Мы доверяем творению рук Божественных.

Манипулятивная религия стремится удержать человека в положении беспомощного ребенка, который постоянно нуждается во внешней помощи священников и жрецов.

Актуализированная религия нацелена на то, чтобы способствовать росту индивидуальности и направлять ее на гуманные цели.

Тогда внешняя религия все более становится внутренней. И актуализирующийся священник перестает быть судьей или пророком, зато становится несравненно ближе к своим прихожанам. Он не поучает, а соучаствует в жизни прихожан, развивается и растет вместе с ними. Он — консультант, а не Младший Бог.

Закончить эту часть книги мне бы хотелось стихотворением древнего поэта интроспективного склада ума.

В моем земном дворце толпа: Смиренный есть и гордый есть, И тот, кто о грехах скорбя, Сердечной боли терпит весть. И нераскаявшийся плут С ухмылкой злобною сидит. И любящий соседей люд Свое земное время длит. Заботы тяжкого ярма Я б сбросил, став свободным вмиг, Когда бы в тайну «кто есть я?» Открытым взором я проник.