Роуди

Вот почему я и не думал отираться рядом с дочерью тренера. Проснуться рядом с Кассандрой было большущей грёбаной ошибкой. Прошлая ночь вообще стала большой грёбаной ошибкой. Она была идеальна в каждой мелкой детали, но я не мог позволить ей думать, что это перерастёт в нечто большее, чем просто секс на одну ночь.

Чёрт. Я был придурком. Если бы кто-то относился к моей сестре вот так, я бы выбил из него всё дерьмо.

Я и выбил, и его имя — Малахай.

Блядь.

Она открыла глаза, и я уставился на неё.

Кассандра улыбнулась, потянулась, а затем поморщилась.

Прошлой ночью я забрал её девственность, и, блядь, я чувствовал над ней власть.

Я не только забрал её девственность, но и дважды её трахнул.

Этому не было оправданий. Я не был настолько пьян, и если даже я и хотел принести извинения, я не мог их произнести.

— Что не так? — спросила она, нахмурив брови.

— Что заставляет тебя думать, что что-то не так?

Она выглядела такой красивой.

— Ты ищешь причину, чтобы сбежать, не так ли? — спросила она, усаживаясь и выглядя чертовски встревоженной.

Я заметил, как она прижала к себе одеяло, прикрывая аппетитные сиськи.

Я вспомнил, как они ощущались в моих руках, и как красиво они выглядели, подпрыгивая, когда я вколачивался в неё.

— Прошлая ночь…

— Боже, ты собираешься, это сделать, да? Ты собираешься по-крупному меня отшить? Собираешься во всём винить выпивку?

Она, выпрямившись, уселась, и просто сорвала слова с моего языка. Я чувствовал себя козлом.

— Кассандра, это было ошибкой.

Блядь. Я, правда, это сказал?

Эти слова будут меня преследовать. Я знал это. Слёзы заполнили её глаза, и она потрясла головой. Но потом, я увидел, как в ней поднимается гордость.

— Из всего, что ты мог мне сказать, это было наихудшее.

Не ожидая, что я еще что-нибудь скажу, она выбралась из постели, схватила свою одежду, и оделась быстрее, чем кто когда-либо одевался.

Я не остановил её, когда она поспешила уйти из комнаты, потому что если честно, я не знал, как загладить вину. Я не это имел в виду, говоря об ошибке, но сказанного не вернешь. Слова слетели с языка, и это было самой большой жопой во всех смыслах.

Поднявшись, я оделся и покину дом, чувствуя себя самым большим кретином в мире.

Когда я вернулся в свою пустую квартиру, я принял быстрый душ и направился прямиком в зал. Мне нужно было выпустить пар. В тот момент, когда я вошёл, я ожидал увидеть Кассандру.

Ничего.

Впервые за месяцы она не пришла в зал. Я заметил, как Эрик, хмурясь, поглядывал на дверь.

Блядь, что же я наделал?

Кассандра

Три недели спустя

Когда парень говорит вам, что вы были ошибкой, это больнее всего. Я не могла поверить, когда он произнес эти слова, а потом попытался извиниться. Он не озвучил свои извинения, но уверена, что хотел.

Вместо того чтобы быть одной из девиц закатывающих сцены, я оделась и полностью его проигнорировала. Я не вернулась в зал, и не собиралась этого делать.

В воскресенье я сидела за обеденным столом, с мысленным хаосом в голове, хотя с тех пор, как я потеряла свою девственность, прошло уже три недели. Я, как чумы избегала зала и Роуди.

— Касс, с тобой всё в порядке? — спросил папа.

— Ага, а что?

— Ты не приходишь увидеться со мной. Странно не видеть тебя в зале, — сказал он.

— Я занята своими делами, колледжем, и другими делами.

Я не уехала в колледж другого штата. Я застряла дома. В отличие от молодых людей, я наслаждалась временем со своими родителями. Папа был занозой в заднице, защищая меня, но он был честным и добрым.

Кроме этого, я не смела жаловаться, потому что всё могло быть гораздо хуже, даже если ситуация с Роуди поутихла.

— Некоторые ребята спрашивали о тебе, — произнёс он.

Даже если я и ненавидела это, моё сердце ускорило темп. Роуди спрашивал обо мне?

— Кто, например? — я не хотела думать о том, что Роуди мог спрашивать обо мне. — Роуди?

— Нет. А что? — спросил он.

Я просто помотала головой. Я не собиралась возвращаться. Я переспала с Роуди, но больше не собиралась страдать.

— Мне нравится Роуди. У парня настоящий талант и потенциал хорошего бойца. Вот почему я взялся вырастить из него того, кем он является сейчас.

Я знала, что мой отец восхищался Роуди. Все восхищались. Самая большая проблема была в том, что я слишком его любила.

Это моя вина, что я не уберегла своё сердце, думая, что я достаточно сильная, чтобы просто уйти от него после случившегося. Я надеялась, что у нас была связь, что-то особенное.

Чётко ясно, что я единственная так думала.

Правда была в том, что у нас ничего не было.

После ужина, я оставила родителей и с новыми друзьями пошла в кино. Я не говорила много — ужастик был настолько низкопробным, что я ушла, не досидев до конца. Я уже выходила из кинотеатра, когда заметила, как Роуди с ребятами входит в зал. Также я заметила с ними едва одетых женщин. На мне были джинсы и свободная блузка.

По сравнению с ними, я выглядела, как жвачка, прилипшая к подошве ботинка.

Я надеялась пройти прямо, но Роуди меня заметил. Он оставил группу ребят и подошёл ко мне.

— Эй, — осторожно начал он.

— Привет, — ответила я сдавленным голосом. После того, что случилось, я чувствовала себя униженной.

— Ты не появлялась в зале.

— Я и не появлюсь. Тебе не о чем беспокоиться. Я оставлю тебя в покое.

И этого парня я любила. Я сохранила себя для него, а он назвал меня ошибкой. Что мне с этим делать? Я чувствовала себя разбитой.

Прежде, чем я смогла вымолвить хоть еще что-то, я прошла мимо него. Я была выше этого. По крайне мере, так я себе говорила. Я пыталась игнорировать своё разбитое сердце.

Роуди схватил меня прежде, чем я смогла отойти ещё дальше, и затащил в затемнённую аллею.

— Какого хера ты делаешь? — спросила я.

— С тех пор, как ты ушла, прошло несколько недель, и я облажался. Я не собирался говорить, что ты была ошибкой, но поскольку тебя не было в зале, я подумал, что тебе нужно личное пространство, и не беспокоил тебя.

Я немного шокированная уставилась на него.

— Прошло три недели, как я наблюдаю за дверью зала в надежде, увидеть тебя мельком. Было чудовищно тяжело оставаться в стороне, Кассандра.

Я видела, что мои друзья начинали беспокоиться, но отмахнулась от них. Я повернулась и просто уставилась на него, но прежде, чем я смогла что-то сказать, он обрушил на меня свои губы.

Это был глубокий поцелуй. Запустив пальцы мне в мои волосы, он притянул меня ближе. Я должна была оттолкнуть его, но я была влюбленной дурой. Моё тело признало его, и я хотела быть ближе, чувствовать себя прижатой к нему.

— Мне не стоило этого делать, — произнесла я.

— Почему?

Я не смогла ему ответить.

— Это мне не стоило этого делать. Твой отец. Он бы убил такого парня, как я.

Я отпустила его, и попыталась оттолкнуть.

— Отпусти меня.

— Я не хочу.

— Роуди, я отдала тебе свою девственность, и не могу вернуть её назад. Ты назвал меня ошибкой. Я не могу жить в стиле «иди-ко-мне — пошла-на-хер». И не буду. Ты или хочешь меня, или нет. — Мгновение он не отвечал, возможно, удивлённый моей гневной вспышкой. И, чёрт, я была в ярости. — Я не одна из тех, кто зависает в зале, в ожидании, чтобы за мной побегал боец.

— Я знаю, и поэтому хочу тебя еще больше, — он подступил на шаг ближе.

Боже, я могла потеряться в своих чувствах, и следовать этим путем было опасно.