— Рита, только без личных вопросов, договорились? — голос Тима в переговорном устройстве звучал немного напряженно.

— Как, опять? — попыталась «расшутить» старого знакомого журналист. — Какой вы у нас «не личный»…

— Не хотелось бы выносить на всеобщее обозрение некоторые вещи, — проговорил Тимур. — Вы же это понимаете, верно?

Рита кивнула невидимому собеседнику, а вслух спросила:

— А что бы вы хотели вынести на обозрение наших читателей?

— Домового…

Рита замолчала — подобной темы она ожидала меньше всего. Вот если бы Тим начал говорить про какие-то изобретения в будущем, работу цирка, устройство общества — это было бы понятно. А тут какая-то почти запредельная тема…

— Звучит интересно, — сориентировалась журналист. — Скажите, а почему вы решили поговорить об этом?

— Наверное, потому, что это что-то новое и необычное для меня самого, — слегка засмеялся Тим. — Видишь ли, я тут пока только осваиваюсь, и в помощь мне Оль… — Тим резко замолчал. — Скажем так, домовой оказывает мне помощь.

— Хорошо… — несколько замешкалась с ответом Рита. — домовой — это мохнатый «барабашка» или…

Тим не дал Рите дофантазировать:

— Домовой — это сложный невидимый интеллектуальный исполнительный механизм, который обслуживает мое новое жилье.

— Кстати, как выглядит типичный дом будущего? — тут же спросила Рита — она всегда помнила страсть редакторов к мелким деталям.

— Очень не притязательно, — откликнулся Тим. — Просторная комната, стол и два кресла. Но излишка вещей и не требуется — домовой может быстро доставить практически все, что пожелаешь.

— Н-да? — хитро протянула Рита.

— В разумных пределах, разумеется! — быстро уточнил Тим. — И убрать предметы интерьера, которые стали не нужны…

— А куда? — уточнила Рита.

— Неведомо куда, — опять пошутил Тим. — Кстати, это почти правда — тут существует сложная система манипулирования предметами. Вещь может быть сотворена прямо на глазах, или храниться, например, на Луне, а после использования, ее отсылают на Марс. Или тут же распылят… Между прочим, это весьма рационально придумано, т. к. большинство людей будущего долго не засиживались на одном месте.

Тим увлекся разговором — ему явно хотелось с кем-то поделиться впечатлениями. Он рассказал, что стены нового жилья, например, тоже не были чем-то незыблемым. Размеры комнаты могли меняться в широких пределах и, к тому же, она могла дробиться на более мелкие помещения. Эти метаморфозы напоминали Тиму самовосстанавливающуюся дверь кирпичиками, которую он видел во время визита на полигон Сержа.

— То есть дома как бы живые? — уточнила информацию Рита.

— Не «как бы», а самые что ни на есть! — воодушевленно продолжал Тим. — У них у всех есть корни, которые спускаются куда-то в недра земли, и там образовывают переплетение подземных галереи. Люди используют их для пеших прогулок на короткие расстояния в ненастную погоду.

— А что еще делает домовой? — напомнила Рита циркачу тему интервью.

— Например, он может показать последние мировые новости, — произнес Тим. — Без телевизора — звук и изображение появятся перед мысленным взором.

Циркач вспомнил, как буквально вчера домовой просветил его по поводу экологических проблем будущего. Диктор объявила, что в Париже «зеленые» пикетировали офисы нескольких компаний: выступали против их деятельности, которая привела к снижению радиоактивности почвы. В некоторых местах она упала на два порядка ниже естественного фона.

— Домовой, в чем проблема? — спросил тогда Тим, прервав речь диктора.

— Проблема в том, — ответил домовой, — что сейчас не хватает радиоактивных материалов для автономных источников энергии. Естественные минеральные источники радиоактивных материалов и могильники радиоактивных отходов уже в значительной степени исчерпаны. Поэтому некоторые компании стали синтезировать трансурановые элементы, а другие начали извлекать радиоактивные элементы, рассеянные по всей поверхности земли. В результате радиоактивный фон почвы и атмосферы резко упал.

— Разве это плохо? — удивился циркач.

— Одни доказывают, что это хорошо, другие говорят, что это плохо. А «зеленые» выступают за сохранения естественного уровня радиоактивного фона.

— М-да, какая ирония! Если бы лет тридцать назад кто-нибудь сказал, что «зеленые» будут протестовать против снижения радиоактивного фона, его бы сочли сумасшедшим!

— Но скоро проблема будет решена, — продолжил домовой. — Сейчас проходят испытание системы селективного вытягивания нужных химических элементов из недр Солнца, не покидая Земли.

— Кстати, передача информации происходит с ощущением пребывания в ней, — продолжал делиться своими впечатлениями с журналистом Тимур. — Например, когда диктор сообщила, что с «Планетой Эльфов» заключен договор об обмене душами, перед моим внутренним взором проплыло море зеленых зарослей. А потом я опустился на поверхность «Планеты Эльфов», и увидел гигантских насекомых среди сочных стеблей травы высотой в наши деревья.

— Что, в будущем торгуют душами?! — отвлеклась Рита от темы интервью.

— Об этом я и спросил домового, — ответил Тим. — Оказалось, что три года назад человечество этого времени решило взять под свой контроль воплощение душ людей и высших животных. Но это не совсем торговля, несмотря на то, что при обмене учитывается ценность души.

— И как же таковая определяется? Количеством грехов и благих дел? — искренне заинтересовалась Рита. Интервью явно вытекало за пределы дома и домового.

— Нет, как пояснил мне домовой, ценность души определяется ее совершенством. Сейчас обмен ведется с планетами «Мамонтов», «Динозавров» и «Гномов», как именуют их люди. Также есть договоренности с различными организациями галактического уровня.

Инопланетяне? Вам их показывали? — заинтересовалась Рита.

— Да, — ответил Тим. — Внутренним взором я видел яркий протуберанец, который сиял на фоне необъятной черноты космоса. Он был с иссиня-черными провалами, пронизанный желтыми жилками, а внутри протуберанца пробегали волны, подобные световым бликам на поверхности воды. Домовой сказал, что это «плазменный призрак» — житель недр звезд. В межзвездном пространстве они весьма нестабильны и поэтому путешествуют преимущественно прыжками от звезды к звезде. А еще я видел «двумерики» — темные объекты, которые очертанием напоминают скатов. Они стремительно двигались в вышине вечернего неба. Если говорить научно, то «двумерики» — тонкие, сверхплотные пленки. Они жители нейтронных звезд и окрестностей черных дыр. Издревле их наблюдали в окрестности Земли как пленки разных очертаний, скользящие на большой высоте, или как медленно дрейфующие пузыри. Но обычно они путешествуют прыжками от одной нейтронной звезды к другой… Местные ведуны считают, что восприятие окружающего мира «плазменными призраками» и «двумериками» очень сильно отличается от восприятия человека, поэтому и попытки контакта с ними ни к чему не привели.

— Двумерики действительно двумерные существа? — спросила Рита. Она никогда не слышала этого слова прежде.

— Да. В окрестностях нейтронных звезд и гравитационных черных дыр, под влиянием большого градиента гравитационного поля материя переходит в двухмерное состояние.

— И как же двумерики реагируют на наш трехмерный мир? Что бы мы чувствовали в их «шкуре»? — спросила Рита.

— Непривычно, — улыбнулся Тим. — Я бы сравнил это с тем, как обычный человек воспринимает четырехмерный мир. Чаще всего четвертое измерение осознается, как глубина, — пояснил Тим. — Предполагается, что двумерики воспринимают третье измерение как гравитационную глубину, как своего рода атмосферное давление воздуха или давление воды морских глубин (в представлении человека). Кстати, людей ведь тоже считаются отчасти двумерными существами. Они живут на поверхности планеты, имеют два глаза, два уха и в их восприятии высота нечто иное, нежели длина и ширина.

— А есть инопланетяне, более похожие на людей? — Рита решила перевести разговор в менее научное и более понятное широкому кругу читателей русло.

— Да, мне показывали сутулого инопланетянина с одним большим фасеточным глазом. Он расположен в том месте, где у землян переносица. Рядом с ним человек чувствует себя весьма дискомфортно, — продолжал Тим. — Поэтому люди избегают встречаться с представителями этой цивилизации…

— Хм, т. е. страшилы-циклопы — не выдумка, — как бы сама себе проговорила Рита.

— Показали мне и представителей другого мира — перед моим внутренним взором возник высокий темный человек с козлиными рогами, спирально скрученными вокруг своей оси. Как пояснил домовой, это был житель высокоразвитого магического мира. Они имеют постоянную сильную связь с субинтегральными «Я» планеты, эту связь обеспечивают наросты в виде рогов. Эти «козлороги» радушны, но не выносят внутренних человеческих пороков. Поэтому не многих людей они допускают на свою планету…

Рита с замиранием духа слушала рассказ Тима. Он говорил так ярко, что и перед внутренним взором Риты появлялись картины. Она, правда, не была уверена, присутствовала ли тут передача информации необычным образом или ее всегда развитое воображение опять веселилось.

— Похожи на мифических существ, — вслух проговорила она. — Так что они — не сказки, оказывается?

— Повидал я и совсем сказочных творений, — откликнулся Тим. — Например, существо с тремя ногами и тремя руками-щупальцами разной толщины, симметрично прикрепленными к цилиндрическому телу в два яруса. Этакая помесь осьминога и дерева, а венчала творение круглая голова с тремя глазами, расположенные на равном расстоянии по ее периметру. Кстати, необычные «звери» питаются материей надвремени. Они имеют одну душу на 10–15 тел или, точнее, единый разум на группу биологических особей.

— Как это может быть? — удивилась Рита, пытаясь представить себя одновременно в нескольких местах и разных телах, но у нее это плохо получалось.

— Домовой зачитал мне информацию, что их единый разум воспринимает свои биологические тела подобно тому, как люди ощущают собственные руки и ноги. Тела функционируют сами по себе, а сознание концентрирует свое внимание и направляет только тех, кто совершает ответственные действия, — продолжал Тим.

Ну и ну, — только и могла сказать Рита. — И за какие же грехи ссылают души в такие тела или как их правильнее назвать?

— Души перемещают в среду, более соответствующую их сути, их стремлению и очередному этапу их развития. Но на это спрашивается их согласие, если они, разумеется, откровенно не асоциальны современному обществу.

— А последних куда? В ад? — предположила журналист.

— Для кого-то это может выглядеть адом, но для тех, кого туда переселят, эта среда будет родной стихией, — пояснил Тим.

— Интересно, откуда берутся души? Вы таким вопросом не задавались? — Рита вдруг подумала, что требует слишком много от Тима — он и сам в будущем «без году неделя», а она тут навязалась с интервью, да еще и с философским уклоном…

— Душа — это единение в интегральном «Я» нескольких личностей из резонансных миров, из разных микрострат времени, — Тим явно подбирал слова, пытаясь говорить понятнее. — Слышали такую фразу: «Человек — перекресток миров»? — Один современный писатель сказал, что творческая личность — это резонансный узелок сети миров! — пояснял Тим.

— А кто же тогда домовые? — вернулась на первоначальную тему Рита.

— Мой приятель называет себя симбионтом, — быстро отреагировал Тимур. — Кстати, я забыл сказать, что кроме просвещения меня, темного, домовой мне еще и кино показывал. Правда, перед просмотром «фильмов» будущего мне пришлось пройти подготовку, прожить адаптирующие эпизоды — восстановил в памяти недавнее событие циркач. — Иначе возможны психические расстройства…

Тимур вспомнил, как он смело потребовал показать адаптирующий эпизод. И тут же почувствовал себя совсем маленьким. Он видел окружающее словно сквозь объектив под названием «рыбий глаз»: широта зрения была почти на все 360 градусов. Когда Тим немного освоился, то заметил рядом с собой большую желтогрудую птицу с острым клювом, которая вертела головой непрерывно попискивала. Она исследовала трещинки большой ветки, на которой сидела. В этот момент Тим осознал, что он тоже стоит на ветке огромного дерева, охватив ее пальцами своих ног и тоже исследует все трещинки в поисках больших, вкусных букашек. Это открытие его поразило.

В следующее мгновение соседка, а за ней и он, подпрыгнув с ветки, взлетели и помчались среди густого леса. Они быстро взмахивали крыльями и лихо огибали препятствия. Потом свечой взмыли вверх и уселись на ветку другого дерева…

…Тим сидел в кресле в своей комнате, его губы были плотно сжаты, глаза широко открыты — он не мог понять, где находится. Хотелось вскочить и ухватиться пальцами ног за жердочку. Руки мешались и ощущались «не на своем месте». Ноги были чересчур длинными и не удобными, а его тело было грузным, неуклюжим и как бы двухзвенным, что ли. Нахохлившись, Тим минут пять сидел, приходя в себя. Наконец возникла первая мысль-вопрос:

— Что это было?

— Двадцать секунд жизни синицы, — ответил домовой.

Тим встал и попытался пройтись по комнате. Движения были какие-то неловкие. Хотелось прыгать по комнате, отталкиваясь обеими ногами. Но больше смущала узость человеческого взгляда. К тому же, четко виделось только маленькое пятно из всего поля зрения, остальное было расплывчатым. Поэтому взгляд непрерывно прыгал, составляя четкий зрительный образ рассматриваемого предмета. Впрочем, поле зрения синицы тоже не было однородно четким, потому-то она непрерывно и вертела головой.

— Домовой, почему ты поселил меня в синицу? — спросил тогда Тим.

— Восприятие синицы сильно отличается от восприятия человека, поэтому сознанию легче обнаружить привнесенное.

— И долго мое сознание будет обнаруживать привнесенное? — забеспокоился Тим.

— Обычно достаточно суток, — ответил домовой.

— Алё, Тим, вы еще на связи? — Рита решила, наконец, прервать молчание.

— Знаете, Рита, давайте фразу про просмотры «фильмов» не будем использовать в интервью. Очень долго объяснять придется, что же такое проживание адаптирующих эпизодов…

Пальца на ногах Тима вдруг подвернулись под подошву. «Сутки еще не прошли», — констатировал факт циркач.

— Кажется я догадываюсь о каких «фильмах» идет речь, — сообщила Рита вспоминая диадему-эмоцийтрон Ольги, которую она неосторожно надела на голову на фестивали в Медео. Очень живо было воспоминание ощущений ребенка на руках, кормление грудью… До сих пор, словно новая вторая ее натура включалась нежностью и радостью при виде младенцев.

— Рита, вы меня слышите? — забеспокоился Тимур за уже теперь надолго замолчавшую собеседницу.

— Да, ничего. Просто вспомнилось, — спохватилась корреспондент.

— Давайте на этом закончим — не в последний раз разговариваем, я и так наверное навалил все «в кучу» — вам теперь со всем разбираться…

Рита была рада такой информативной «куче» — когда много интересных фактов, то работать легко. Хуже когда их мало. Журналист попрощалась с Тимом и пожелала ему успехов.

— Кстати, Тим, не для интервью — что вы делаете в будущем? В Институте туманно говорят про командировку…

— Рита, я будущем просто счастлив! — расплылся циркач в улыбке. — А ответить на ваш вопрос не могу — сам не знаю! — звонко рассмеялся Тимур.

Рите невольно передалось его беззаботно счастливое настроение. Она тоже широко улыбнулась и отключилась от связи. «Всех бы в такие командировки отправляли», — мелькнуло у нее в голове.