Путешествуя по замкам Беларуси, обязательно нужно заглянуть в два небольших, но поистине легендарных места Гродненской области — это деревни Гольшаны и Крево. Провинциальные ныне, в былые времена эти населённые пункты славились на всю Европу не только великолепием своих замковых комплексов, но и целым рядом произошедших тут важных исторических событий. А богатству живших в здешних окрестностях магнатов завидовали даже короли!

Деревня Гольшаны считается одним из наиболее мистических мест Беларуси. Датой её основания принято считать 1280 год, когда князь Гольша, основатель рода Гольшанских, пересёк местную реку и на самом высоком холме в округе решил основать замок. Однако от этого первичного замкового сооружения ничего не осталось. Объяснение этому факту даёт местное предание, согласно которому прекрасная девушка из знатной семьи полюбила обычного крестьянина. Родители, разумеется, были категорически против такого мезальянса. Тогда влюблённые решили обвенчаться тайно. Однако всё тайное, как правило, становится явным, и когда об этом стало известно матери девушки, разгневанная княгиня воскликнула: «Да провались оно всё пропадом вместе с этим замком!» То ли от действия этого спонтанного проклятия либо просто из-за каких-то проектных недоработок, замок действительно обрушился. На его месте выросло городище, а вместо домов — курганы, которые по сей день возвышаются в округе.

Кстати, старожилы Гольшан вспоминают, что еще полвека назад на замковом холме была видна трещина в земле большой глубины. Что, впрочем, неудивительно, ведь в этом месте проходит локальный тектонический разлом.

Отважные гольшанские князья принимали участие в Грюнвальдской битве 14 июля 1410 года и за это получили герб в виде щита с короной наверху, поделённого на части с изображениями Центавра, Погони, Труб и Леливы (шестиугольная звезда над месяцем). А в конце XVI века, когда последняя наследница рода Гольшанских вышла замуж за подканцлера Великого Княжества Литовского, Русского и Жамойтского Павла Стефана Сапегу (1565–1635), началось глобальное переустройство местечка — там был сооружён костёл с монастырём францисканцев и шикарный замок, спроектированный под влиянием голландско-фламандской архитектуры. К сожалению, Павел Сапега не имел прямых наследников, что впоследствии привело к веренице смены владельцев замка.

Величественное трёхэтажное здание окружали валы и рвы, заполненные водой речки Гольшанки, протекающей рядом. Такая фортификационная система была широко распространена в ВКЛ в XVI–XVII вв. Внутреннее убранство Гольшанского замка было изысканным: роскошная настенная живопись, витражи из стекла, полы, выложенные плиткой, по-особому украшенные печи. Зодчие того времени называли этот замок каменным цветком, быть может, потому, что он был необычно декорирован, а под землёй находились громадные сводчатые подвалы.

Слухи о сокровищах, зарытых в окрестностях Гольшан, имеют под собой реальную основу. В 1976 году неподалёку от замка был найден клад из 836 золотых монет чеканки XIV–XV веков. Однако, согласно поверью, на территории замка, как и в близлежащем городище, искать клады опасно, так как эти места считаются проклятыми.

Здешние краеведы всегда готовы поделиться с приезжими будоражащими кровь легендами. Одна из них гласит, что давным-давно бедный парень Гремислав Валюжинич полюбил знатную красавицу Анну-Гордиславу Гольшанскую, которая ответила ему взаимностью. Об их тайных встречах узнал отец девушки, который, придя в ярость, приказал замуровать юношу в замковой стене. С тех пор по округе бродит тень Чёрного Монаха (так прозвали привидение местные жители).

Компанию этому одинокому привидению периодически составляет другой призрак — Белой Дамы, также возникший благодаря жестокому замуровыванию. Он обитает по соседству — в старинном монастыре францисканцев. Предание утверждает, что четыре столетия назад, когда подканцлер Сапега выделил деньги на строительство кляштора (католического монастыря), он потребовал закончить работу к определённому сроку. Поначалу работа у строителей спорилась, но по непонятным причинам одна из стен монастыря трижды обрушивалась. Тогда рабочие решились на безумный поступок и постановили, что тот, кто первым заглянет утром на стройку, будет в качестве жертвы замурован в злосчастную стену. Напрасно всю ночь молился недавно женившийся молодой каменщик — именно на его супругу пал этот скорбный жребий. Всё же монастырь был успешно достроен, хотя несчастья на этом не кончились…

Уже в XX веке, при проведении каких-то работ, в кладке монастыря действительно обнаружили останки женского скелета. Зловещую находку рабочие наспех закопали где-то на краю деревни и вскоре … скоропостижно скончались один за другим. Вдоль пресловутой стены вновь образовалась глубокая трещина, а обиженный призрак в белых одеяниях продолжает будоражить покой наших с вами современников и тех любопытных энтузиастов, которые, шутки ради, остаются переночевать в здании монастыря. Говорят, что кое-кто из таких смельчаков выходил на утро из монастыря в состоянии шока и с поседевшими волосами.

Так, например, прораб, ответственный за реставрацию монастыря, однажды ночью наблюдал сам себя со стороны, при этом кто-то всё время щипал его за шею. Кроме того, незадолго до рассвета мужчина увидел, что его тело стоит на коленях перед кроватью, а голова лежит отдельно на подушке. Вот страху-то натерпелся от пережитого видения!

А известный белорусский фотограф Владимир Богданов рискнул снять в комнатке монастыря таинственное пятно, в очертаниях которого можно было увидеть силуэт Белой Дамы. Когда проявил плёнку, он онемел: кадр был перекошен градусов на тридцать.

Примерно так выглядел замок в Гольшанах при Сапегах 

Несладко пришлось и саркастично настроенной группе белорусского телевидения, снимавшей под новый год фильм о привидениях. Последний сюжет делался в подземелье монастыря на импровизированных подмостках. Девушку, игравшую Белую Даму, кто-то незримый толкнул в грудь, и она упала на пол; пришлось среди ночи вызывать хирурга, чтобы накладывать швы на рассечённую голову пострадавшей.

После пребывания в монастыре художника и реставратора Алеся Пушкина на втором этаже осталась памятная надпись следующего содержания: «Здесь, в этой келье, с 5 до 13 августа 2000 года трудился раб божий А. Пушкин, и ему, грешному и недостойному, в ночь на 6.08.2000 явилась Белая Дама». Художник хорошо известен в богемной среде своим чувством юмора, но в этом случае ему, похоже, было не до шуток.

Иначе говоря, немало загадочных событий произошло и по сей день продолжает происходить в местечке Гольшаны. Все это вдохновило выдающегося белорусского писателя Владимира Короткевича (1930–1984) на сочинение мистического детектива «Чёрный замок Ольшанский», а режиссёра Михаила Пташука (1943–2002) — на создание одноименного фильма, хорошо знакомого каждому любителю отечественного кинематографа.

Владимир Короткевич так описывал вид Гольшанского замка:

«Мрачное сооружение. Местный валунный гранит, багрово-коричневый с копотью, почти черный. Ну, и вокруг вода. А немного поодаль костёл со звонницей. Он более поздний. Начало семнадцатого века. И все это вместе порождает в тебе что-то гнетущее, тяжелое, мрачное. Как будто проклятие на нём какое-то, как будто привидения там до сего времени блуждают».

Развалины замка и сейчас вызывают гнетущее чувство. Но не от трепета перед обитающими тут призраками, а от удручающего вида старинных руин, крайне нуждающихся в охране и консервации. К сожалению, от былого великолепия ничего не осталось.

Замок сильно пострадал во время Северной войны, а потом … кто только не растаскивал кирпичи из его стен! Начало этому недостойному занятию положил российский помещик Александр Горбанев, начавший распоряжаться экспроприированным замком после подавления восстания 1830 года, в котором приняли участие Сапеги. Вместо сохранения уникального комплекса Горбанев бесцеремонно распродавал кирпичи из его стен.

Руины Гольшанского замка

Руины дворца в Гольшанах 

С приходом советской власти, считавшей замки пережитком буржуазного прошлого, процесс уничтожения памятника истории приобрёл гигантский масштаб. Молодёжь и рабочие в доброволъно-принудительном порядке разбирали замок, чтобы снабдить материалами возводящиеся рядом коровники и дом культуры. Комсомольцы-добровольцы даже устроили из этого недостойного занятия своеобразную эстафету, бросив звонкий клич: «Собираем кирпичи на коровник! Кто больше — пойдёт на каникулы раньше остальных!». Этот деструктивный разгул на стенах замка продолжался до тех пор, пока случайно упавший кирпич не повлек смерть одного из «передовиков» социалистического соревнования.

И наконец, уже в наши дни, несмотря на наличие традиционной таблички «Охраняется государством», на элементы замковых стен неоднократно зарились местные аборигены, чтобы удовлетворить свои хозяйственные нужды.

К счастью, находятся и более цивилизованные граждане, в полной мере осознающие уникальность Гольшан, стремящиеся сохранить хотя бы то немногое, что осталось от былых времён. Не дремлют и мистические охранники замка — за посягательства на легендарное наследие князей и магнатов они время от времени подвергают хулиганов совсем не призрачному, а вполне реальному наказанию!..

Князь Кейстут 

Чуть восточнее Гольшан располагается старинное поселение Крево с руинами еще одного средневекового замка, основанного в XIV веке князем Гедимином, который отправил сюда своего сына Ольгерда с руководящей миссией. Мощные замковые стены, расположенные в неправильном прямоугольнике, обрамлялись по диагонали двумя башнями.

В темницу одной из них (Княжеской) был брошен брат Ольгерда, князь Кейстут. Его посадил туда собственный племянник Ягайло, соперничавший с ним в борьбе за трон Великого Княжества. По приказу Ягайло Кейстута задушили здесь 15 августа 1382 года, за четыре года до подписания в замке одного из самых известных документов в истории Беларуси — Кревской унии — династического союза между Великим Княжеством Литовском и королевством Польским.

Схожая участь была уготована и сыну Кейстута — Витовту, попавшему в руки Ягайло вместе с отцом. Его содержали в одном из помещений третьего яруса Княжеской башни. Вырваться из плена князю помогла его жена Анна, которой были разрешены свидания с мужем. Во время одного из таких свиданий Анна посоветовала мужу переодеться в платье сопровождавшей ее служанки. Так он и спасся. Ну, а служанку, разумеется, убили. Можно подумать, что ее кто-то спрашивал о согласии на спектакль с переодеванием.

Так выглядел Кревский замок в былые времена 

Властолюбивый Ягайло в итоге все же стал не только великим князем литовским, но и королем Речи Посполитой, а Кревская уния стала самым первым шагом на долгом пути объединения двух государств в конфедерацию. Это произошло только через 183 года после Кревы.

В 1433 году замком завладел мятежный магнат Свидригайло, также претендовавший на великокняжеский престол. «И приде ко Креву, — сообщает летопись, — стояша два дни, взяша Крево мурованы и сожже, а людей много посекоша и в полон поведоша».

В 1564 году именно в Кревском замке скрылся от опалы Ивана I розного «первый русский диссидент» — князь Андрей Курбский (1528–1583), здесь происходили многочисленные события, судьбоносные не только для белорусских земель, но и для всей Европы.

В период Первой мировой войны этот средневековый объект держал длительную оборону в буквальном смысле на передовой. Через деревню Крево проходила линия фронта между русской и немецкой армиями. Стены замка, оказавшегося на немецкой стороне, были встроены в первую линию германской обороны. При этом расположенные по соседству каменные храмы также оказались на передовой, но по разные стороны фронта: костёл — на немецкой, церковь — на российской. Сегодня, глядя на эти объекты, легко представить, насколько близко располагались позиции, разделённые речкой Кревлянкой и рядами колючей проволоки.

На замковой и прилегающей территории развернули позиции немецкие 379-й и 3-й пехотные полки. Личный состав, дежуривший в замке, укрывался в оборудованных помещениях под прикрытием старых стен, наблюдатели поднимались наверх по оборудованным лестницам.

Согласно плану действий на 1917 год, командование русской армии начало подготовку очередного решительного наступления, которое предполагалось вести именно в районе замка. Операцию готовили серьезно — к месту прорыва было стянуто около 800 орудий различного калибра. На позиции под Крево даже доставили через Мурманск и Владивосток с заводов в Англии и Америке пушки с дальностью стрельбы более 20 км. Всем батареям выделили дополнительное количество боеприпасов для проведения артподготовки, способной разрушить мощные укрепления. К началу лета подготовка вышла на завершающий этап. Операцией, длившейся четыре дня, лично руководил командующий Западным фронтом генерал-лейтенант Антон Деникин. Несмотря на усиленную атаку, из-за которой была почти полностью разрушена восточная стена замка, желаемого эффекта операция не принесла. Дальнейшее наступление оказалось невозможным, спустя пару дней немцы вернули себе утраченные позиции.

Вскоре в России произошла революция, а в декабре 1917 года в поселке Солы, что неподалеку, было подписано соглашение о перемирии. Замок, с достоинством выполнивший миссию неприступного форпоста, был в очередной раз брошен на произвол судьбы.

После заключения Рижского мирного договора в 1921 году Крево оказалось в составе молодого польского государства. Понимая историческую ценность даже тех печальных руин, которые остались после обстрела русской артиллерии, польские власти провели в 1929 году консервацию остатков Княжеской башни. Но до полноценной реставрации дело тогда так и не дошло. С установлением советской власти на территории Западной Беларуси древнее сооружение едва не уничтожили окончательно, ведь на государственном уровне состояние замка никого не волновало.

Кревский замок в конце XIX века

Сейчас под девизом «Крево forever!» здесь периодически проводятся мелкие реставрационные работы и тематические слёты.

Славится это место и своими легендами, в том числе о храме, ушедшем под землю под тяжестью людских грехов; о подземном ходе, ведущем прямо в Вильню (нынешний Вильнюс); о том, что с заходом солнца руины оживают, а в их окрестностях начинают бродить таинственные тени, слышатся цоканье копыт, конское ржанье, звон мечей, а случайных прохожих пугает внезапно появляющаяся из ниоткуда собака-призрак… Не удивительно, что это место притягивает многочисленных туристов, которые гуляют вдоль древних развалин, любуются превосходным видом с Юровой горы, с интересом рассматривают языческое капище и камень-оберег — один из четырех, лежавших на въезде в Крево, чтобы защитить его жителей от бед и болезней.

К сожалению, для полноценного сохранения историко-культурного наследия страны одних оберегов и надежд недостаточно. Поэтому консервация руин Кревского и Гольшанского замков, соответствующее обустройство туристско-рекреационной зоны на прилегающих к ним территориях должны стать приоритетными задачами культурной политики современного белорусского государства.