Подходил третий месяц колонизации планеты, а до сих пор эти самые его… ну, как их… лингвисты, эти недотыки недотепистые, не написали программу для вербального транслятора заковыристой речи туземцев. Капитан включил громкую связь:

— Старший офицер, к какому сроку я приказал главному лингвисту представить мне рапорт о выполнении задания?

— К четвергу.

— Так вот пойди и напомни ему, какой сегодня день.

* * *

Лингвист, блондин с лошадиным лицом, будто бы не отчитывался о проделанной за три месяца работе, а как бы максимально доходчиво втолковывал капитану корабля прописные истины тоном учителя в школе для детей с задержкой психического развития:

— В принципе, особых трудностей в освоении туземного языка нет. Вот только мелодический строй их речи…

— Поют они, что ли, вместо того чтобы говорить, как люди?

— Можно и так сказать, хотя акустические и артикуляционные свойства звуков у них особо не отличаются от других известных нам наречий. Разве что полу– и четверть–тоновая мелодика, но наш речевой синтезатор вполне можно перенастроить на их лад.

— Так что же ты тянешь до сих пор? Мы должны войти в непосредственный вербальный контакт с этими дикарями и втолковать им их обязанности перед колониальной администрацией. Мы принесли им цивилизацию, чтобы вырвать из тьмы невежества и отучить их от дикости.

— Трудно увязать представления дикарей с нашими, господин капитан. Здесь на планете почти повсюду благодатный климат. Их зерновые и бобовые дают колоссальный урожай четыре раза в год. Они не знают угрозы голодной смерти и борьбы за выживание. Для них просто невообразимы воровство и насилие. Мы попросту не в состоянии понять друг друга. Я начинаю подозревать, что местная Ева снесла башку змею–искусителю, чтобы сохранить для Адама рай на этой земле и избежать первородного греха, а для Каина с Авелем — братоубийства. Мы совершенно не понимаем их представлений о мире. Тут нам, возможно, пригодится семиотика.

— Это что еще за хрень?

— Наука, исследующая способы передачи информации посредством знаковых систем в гуманоидном обществе через языки и явления культуры, мифы, ритуалы, нравственность и систему ценностей.

— На кой мне знать их систему ценностей, когда они сами ценны как дармовая рабочая сила для добычи всех минеральных богатств их планеты? Ты должен вдолбить им, как они обязаны вести себя.

— Поэтому еще нужна и семантика, господин капитан.

— Господин командор, военный комендант завоеванной планеты, которая будет названа в галактическом регистре моим именем!

— Простите, господин командор, я не знал…

Капитан зло прищурился и сжал кулаки:

— Что ты там болтал про свою семафантику?

— Ну, в широком смысле слова, семантика — это анализ отношения между языковыми выражениями и миром, а также само это отношение.

— Ну и что?

— Семантика показывает, каким образом человек, зная слова и грамматические правила любого языка, оказывается способным передать с их помощью самую разнообразную информацию о мире (в том числе и мире собственных переживаний), даже если он впервые сталкивается с такой задачей.

— Наплевать на их переживания! — взорвался–таки капитан. — Для меня главное — загнать каждую скотинку в ярмо и заставить их всех вместе тащить воз с богатством планеты в нашу сторону. Они должны понимать приказы!

— Я говорю о том же! Семантика позволяет понимать, какую информацию о мире заключает в себе любое обращенное к нему высказывание, даже если он впервые слышит его.

— Вот и передавай им мои указы.

— Да не могу пока! Семантические поля их языка не определяются. Дикари совсем по–другому мыслят и чувствуют. Они не умеют абстрагировать частное от общего. В их мировоззрении все сливается в неразложимую картину, как и звуки их речи сливаются в общую мелодию.

— Вот уж специалист у меня на борту выискался! Ты и мне не можешь доступно втолковать человеческим языком свою мысль, а еще разобраться с туземцами берешься. За три месяца исследований и на шаг вперед не продвинулся!

— Протестую, я их уже научился понимать, но вот они меня ни в какую! Как бы сказать попроще, ну, например, невозможно объяснить, что такое снежинка, тому существу, которое никогда не видело снега.

— Как это невозможно? Очень даже просто. Снежинка — ажурный кристаллик правильной формы плоской конфигурации в виде звездочки из Н 2О в твердом фазовом состоянии. В случае необходимости можно добавить алгебраическую формулу восьмиконечной звезды, чтобы понятней было.

Лошадиное лицо лингвиста вытянулось еще больше.

— Ну ладно я попробую…

— Что за ответ для военного космолетчика, цивильная шляпа!

— Рад стараться, господин командор!

— То–то же… Кругом! Шагом марш!.. Все–таки шляпа, хоть и ученый, — пробормотал капитан. — Вокруг меня одни идиоты.

* * *

Исходный текст декрета военного коменданта планеты был совсем коротенький:

«Новые подданные Солнечной Системы!

Особым распоряжением колониальной администрации туземному населению планеты под угрозой смертной казни запрещается:

1. Курить.

2. Распивать алкогольные напитки.

3. Принимать наркотики.

4. Насиловать.

5. Избивать и драться.

6. Отбирать чужое имущество и т. д.».

Как ни удивительно, через неделю машине удалось составить связный текст на алфавите дикарей и распечатать его. А вот сам лингвист, написавший программу для речевого транслятора, не смог даже выделить буквы из напечатанного текста, не то что слова. Текст выглядел как радужная картинка с переливами цветовых полутонов. Но приглашенный на борт староста дикарской деревни, однако, бойко прочитал ее и кивком дал разуметь, что понял все написанное.

На следующий день листками с декретом были оклеены все многолюдные места — деревенская площадь, рынок, храм, или капище, туземцев, а громкоговорители вещали этот текст, наговоренный речевым синтезатором. Синтезированную речь туземцев военные космолетчики воспринимали как сложный вокализ без музыкального аккомпанемента. Было похоже на монгольское горловое пение, только на высоких тонах.

Местное население с пониманием восприняло обращение военного коменданта. Туземцы слушали его, читали и, в знак согласия кивали головами. Капитан, наверняка, удивился бы, что обратный перевод обращения к туземцам был гораздо короче:

«Всем обитателям нашей планеты недостойно заниматься тем, что у нас вытворяют инопланетные захватчики».

Конец