*** Глава 10. "Держи своих друзей близко, врагов еще ближе" © Никколо Макиавелли.

Над городской площадью шустро носились маленькие летательные аппараты с тремя несущими пропеллерами сзади и по бокам. Их корпуса из бамбуковых жердей, перетянутых сыромятной кожей, вызывали восхищение к героям, согласившимся подняться в воздух на таком хрупком устройстве. Как мне ни хотелось, сделать конструкцию покрепче не вышло. Способность летать порождает кучу ограничений на вес, а потому и навесная броня, и усиленный каркас, и даже тяжелое вооружение сюда не влезло. Если у этих аппаратиков и есть что-то стреляющее, то только в виде пищали их пилота. Слабое подобие тонколистовой брони было лишь у кабины, где в чём-то вроде гамака полулежал-полувисел гремлин, а на роль оружия годилась разве что свисающая подобно хищно изогнувшемуся вниз хвосту скорпиона с кормы механическая конечность, увенчанная стальным клинком-жалом. Зато для гремлинов не составило труда сделать жало сгибаемым так, чтобы пилот при необходимости мог смазать его чем-нибудь полезным и малоприятным из своих запасов. И парочку ускорителей на алхимической смеси инженеры сообразили и пустили в серию.

Пожалуй, главным достоинством все же были несколько бомб, установленных на корме и сбрасываемых на головы неприятелю. Бомбы — невосполнимый ресурс, это вам не связка дротиков, зато и эффект намного превосходил обычные оружие, вплотную приближаясь к эффективности онагров. Дорогое удовольствие било по кошельку, но и косило всё, чему не повезло оказаться в зоне поражения. Однако сегодня бомбы сняты, зато добавлены дополнительные ускорители, дающие возможность разведчику уйти в случае опасности.

Наступил день снятия завесы.

Шустрые летательные аппараты разлетелись в разные стороны. Быстрый полёт насквозь, рассекая новый сектор светлой разведанной полосой, и дальше по периметру по кругу. Второй летун — до центра и по расширяющейся спирали. Вообще-то он не нужен, но когда имеешь дело с гремлинами, ни в чем нельзя быть уверенным, так что это страховка для надёжности. Отправь их дважды проверить, и, может быть тебе повезет, и они ничего не пропустят.

Кроме гремлинов на этих хексах работают маги, у них спецзадание: зачарование растений вдоль дорог, на перевалах, в ключевых точках. Заклинание второго круга «Безмолвные наблюдатели» позволяет наколдовать у растений крохотные глазки: в пазухах листа, в почках, вместо ягодок, в трещинах коры и так далее, а затем несколько дней наблюдать за местом глазами таких растений. Время, которое заклинание будет активно, измеряется в днях, в количестве одной четвертой от Силы Мага. При базовой силе магов в 70 это две с половиной недели, а у моих орлов, с учетом выбранных особенностей расового развития в магическую силу в ущерб запасам и уклонению, все 77, сразу со старта. Дальше, принимая во внимание повышение эффективности за счет увеличения отката (ещё +10 %), и бонус Покровителя от книги Архимага (не раскачан, поэтому только +5 %), то и все три недели, даже чуть больше.

Но мы пошли другим путём, сократив время и втрое увеличив зону охвата. Ведь глазки сами по себе далеко не орлиные, видят недалеко. Относительно конечно, поскольку зоркость измененной флоры тоже зависит от Силы Мага, а потому, видели цветочки моих подчиненных весьма прилично. Да, есть и такое заклинание, вырастает из земли такой себе один единственный обычный глаз, только величиной с быка, и видит на несколько километров вокруг. Но в лесу поставить одно растение не всегда удобно, деревья и подлесок вид заслоняют, а вот кучу мелких, обеспечивающих обзор буквально на пару шагов, но зато на большой площади и со всех ракурсов — гораздо удобнее.

Идет разведка новых земель, как она есть. Из шести соседних секторов два восточных были заняты водой. О чем-то подобном я догадывался, ведь у меня было длинное болотистое побережье и выдающаяся в море широкая песчаная коса, однако уже в паре километров от берега висела стена тумана, за которую ни переплыть, ни перелететь, ни даже посмотреть — так выглядела завеса на море.

Сектор на юге изобиловал горами и снегом, что обещало мало живности и богатые шахты. Стоит провести там геологоразведку. Впрочем, мало — это не значит слабые. Скальные великаны, йети, ледяные гиганты, кланы гномов и людей-нордов, это вам не гоблинов гонять. Северный сектор постепенно переходил в степь, а в западных преобладал зеленый цвет полей и лесов.

И именно в юго-западном хексе наблюдатели заметили надвигающуюся угрозу: в сторону границы майората пёрло, по другому не скажешь, нашествие насекомых. Плотная река гигантских жуков разных видов шла напрямик, не сбавляя скорости и уничтожая все на своем пути, выбрасывая протуберанцы быстрых отрядов, если поблизости попадалось скопление мяса. На моих глазах деревушка рыболюдей-морлоков была съедена подчистую. Обнаружившему клаконов разведчику просто повезло, что жуки шли по касательной к его маршруту, и на него отвлекся только один летун, да и тот не стал далеко отлетать от основного роя.

А у меня замок толком не отстроен, из войск выставить особо нечего, и устроить дезинсекцию с воздуха не получится: одних только летающих тварей я насчитал около двух сотен. Причем кроме уже известных мне ос, там были гораздо более крупные летучие тварюги, не ставшие от этого медлительными. Майские жуки, только увеличенные в тысячу раз. Бронированная смерть с небес, да еще со способностью метко плеваться хитиновыми шипами на небольшие дистанции.

Первой подлетела птица Рух, и, заложив вираж, с предельной дистанции ударила молнией в толстое медленно летящее насекомое. Несмотря на его толстенные, почти непробиваемые надкрылья, брюшко у него относительно мягкое. Относительно потому, что обычные стрелы в нём по большей части застревают, но для магии оно уязвимое. Такой вот недостаток направленной эволюции. Сверкнуло, тушка упала вниз, где тут же была утилизирована как ценный белок. Рой не заметил потери бойца. Одна за другой очередью пролетают птицы, каждая издает свой крик, и еще пять больших Жуков-бомбовозов падают на землю.

Подождав час, попробуем повторить заход. Шесть майских жуков сгорают в небесном огне, однако на этот раз рой набрасывается на обидчика. Их матка или другой роевой умник просчитали угрозу, выбить всех партизанскими наскоками не получится. Птицы Рух изо всех сил летят к нам, но насекомые гораздо быстрее. А еще им явно не чуждо ни ускорение, ни заклинание попутного ветра, судя по верхушкам деревьев, над которыми пролетает рой. Даю команду уйти в облака, если не поможет, то дела наши плохи.

Сработало. Птицы широкими взмахами крыльев как будто взбираются по лестнице, а вот насекомые, ужалив по одному разу, стали отставать. По два с лишним десятка укусов свалили бы и лошадь, но Рух слишком крупные, чтобы сразу умереть от каких-то пчел, им нужно гораздо больше. Потеряв половину здоровья, огромным пернатым удается стряхнуть с себя насекомых, и уйти в облака. Удар с небес применять не будем — всем возвращаться на базу.

База у нас — это три дирижабля, держащихся в паре километров впереди по пути следования саранчи. В одном отряд стрелков — ветеранов, в другом — я с боевыми магами и десятком обученных в гильдии гремлинов. В третьем — солянка сборная гремлинская, зато кое-как установлены аж четыре пушки. Конструкция такого не предполагает, но по углам гондолы было много свободного места, почему-то ничем не занятого, а дула теперь забавно торчат из крайних иллюминаторов, безжалостно расширенных для облегчения прицеливания.

Одна птица Рух на тактической иллюзии замигала тревожно красным, следом за ней и еще две. Команда: Удар с небес рядом с нами! Птицы резко ускоряются, пикируют, у самой земли расправляя крылья. Вешаем на всех регенерацию. Технический пузырь — на посадку. Срочно медицинскую помощь и противоядие.

***

На этот раз хватит одной птицы грома с ускорением и попутным ветром. Пролетая по касательной издает свой крик, и мстя за поджаренное жирное тельце майского жука-переростка, вся летающая туча слитно срывается с места в сторону обидчика. Подгоняемая ветром птица Рух уходит в облака, а жуков беглым огнем встречают мои летуны. Разворачиваются и драпают, отстреливаясь. Осы стремительно сокращают дистанцию, не знаю, что у них там за магия и какой адреналин они себе впрыскивают, но скорость потрясающая. С такой авиацией можно захватывать форты и замки до того как солдаты успеют одеться и выбежать из казарм. Шучу. Но в каждой шутке есть доля шутки.

Командую форсаж. Установленные по словам гремлинов шипелки-дымелки, а по виду и действию самые настоящие реактивные ускорители дают струю огня и дыма, и летающие машины начинают отрываться. Коротышки неумело отстреливаются, большая часть пуль идет в молоко. Один гремлин включает форсаж в другую сторону, и с бешеной скоростью пролетает сквозь ряды преследователей. То ли герой, то ли просто дур… ага, долетался, машина вспахивает землю и остается дымить. Её накрывает бегущая следом волна насекомых, хана камикадзе.

Составляем двойной круг, в основном я и полная звезда магов, в опорном две звезды и десяток гремлинов в мантиях. Всё рассчитано заранее: суммарная сила магии 175, двойной откат, полуторная стоимость… Над дирижаблями проносятся летуны гремлинов.

— В резонанс, начали! — Ффурр… Ффурр… Ффурр… Ффурр… Ффурр… пять магов отработали по кругу как из револьвера, затем секунда передышки и еще раз, и еще, и еще. Всего по четыре выстрела огненным шаром, и после каждого на пол падает один гремлин-маг. Последние десять заклинаний заставляют морщиться суровых выпускников академии. Извините, ребята, так надо. С вашей устойчивостью к откату после резонансного круга валяться вам без сил по паре минут, зато все маги на ногах, а десяток поймавших откат профессионалов придут в себя уже секунд через тридцать-тридцать пять. Зато двадцать огненных шаров такой мощности устроили преследователям локальный филиал ада. Даже первый фаербол был рассчитан на то, чтобы зоной поражения сжигать огромных ос на месте, а уж те, что пошли потом в резонансе, это любо-дорого. Подожженных и раненых не осталось, все кто попал под раздачу — осыпаются невесомым пеплом. Черт побери, мне нравится быть архимагом! Жалкую горстку летучих насекомых, которым повезло оказаться в стороне от взрывов, встречают плотным огнем два дирижабля прикрытия.

— Летунам — разворот! На таран!

Форсаж давно кончился, но мои пилоты в бою стоят двух — трех ос, и тотального перевеса у последних больше нету. Несколько шершней вполне успешно пытаются грызть обшивку, рвут многочисленными зазубренными лапками пузырь, но это уже агония. С такого расстояния не промахиваются даже мои техники, а пуля из аркебузы прошивает бронированные тела насквозь, с брызгами унося с собой куски мяса и обломки хитина. Минута и небо очистилось, и только по земле ползет в сторону медленно дрейфующих дирижаблей река из клешней и жвал.

— Летунам — в двойную шеренгу стройся! Ковровое бомбометание!

— Тур-га-а! — слитный рёв еще раз напоминает, что зеленых коротышек хлебом не корми, дай что-нибудь взорвать.

Кислотные бомбы показали себя на редкость неэффективно. Впоследствии, почитав на форумах про клаконов, я узнал, что у них иммунитет к кислоте сидит в каждом втором, так что я чуть не потерял свою лёгкую авиацию, за краткий миг нахватавшую кислоты и шипов в корпус.

Ладно, чего тянуть, гремлины-чародеи уже готовы. Меняем магов, ставим в опорный наполовину опустошенных, а в основной тех, что с полной маной, дожидаемся, когда голова колонны подойдет на предельные двести метров…

— По одному, прицельно, Огонь!

Наш дирижабль ловит несколько плевков, втыкается в гондолу пара метко брошенных костяных шипов, но это капля в море, ведь достреливают только передовые ряды. Гремлины восстанавливают повреждения гораздо быстрее. Через полчаса армия вторжения перестает существовать. Мне уже давно не капает опыт, превышен суточный предел, зато то и дело повышаются окружающие. Мне же по итогам применения мощных заклинаний конклава начислена еще одна ступенька квалификации в школе огня.

Беспокоит только одно — эта стая хоть и была скоплением за полтора месяца, против моих трёх недостроенных недель, но с ней не было героя-человека. А значит — приходила всего лишь непись. Проверка новичка на прочность.

Возвращаюсь в город, хлопочу по хозяйственным делам:

Ракшасы пошли в расход почти столь же весело как и наги, а вовремя подошедшая Рисса перевела разговор с гильдией наймников на совсем другой уровень, сбросив цену найма почти на четверть. В итоге за двойной прирост ракшасов мне дали ровно две сотни крестьян, а за нагов уже 144. Торговлю подтянуть надо бы, да никак руки не доходят. Если ничего не случится, то завтрашние налоги и доходы от заведений составят 8824 золотых за всё.

И кстати квест обновился. Отправленных с глаз долой нагов система снова засчитала, и мой долг на эту неделю выполнен.

Выставляю очередь постройки: библиотека, мастерская артефактора, университет, отсек тяжелых конструктов и вершина гремлинского големостроения — площадка для сборки Паровых машин. Да-да, они так и произносят, с придыханием и благоговением, с большой буквы: Паровой голем. Дальше по ситуации, например давно пора бы замок до третьего уровня развить.

***

Северный сектор преподнес сюрприз: черно-белый флаг над двумя шахтами. Не желая терять разведчиков, лечу дальше на птице Рух сам. Новая территория освоена и обихожена, но заметно меньше чем у меня, тотальную зачистку тут не устраивали. То там, то сям виднеются крупные скопления сильных монстров, всё ещё живых. А вот и замок, выглядящий как грубо сложенное, приземистое, но прочное здание из плохо обработанных камней. Прочность и простота. И дешевизна. И прочность. И стены. Грубые и прочные. И ров вокруг. С крокодилами. Впрочем, за крокодилов я не поручусь, однако что-то зеленое и страшное в нем определенно плавало.

Приземлившись недалеко от замка, но все же за пределами дальности его башен, я достал белый флаг и принялся дожидаться встречающих. Флаг красиво развевался на легком ветерке. В теории, никто не мешал напасть на переговорщика, но поскольку запись об этом случае оставалась в свободно доступной части профиля, вместе с броской меткой в виде длинного раздвоенного на змеиный манер языка, а НПЦ реагировали на неё крайне негативно, то на практике можно было рассчитывать на относительную неприкосновенность. Меня под охраной проводили к замку.

Оказалось, что сектор принадлежит варвару, начавшему играть лишь на несколько дней раньше меня. Проверку на прочность он благополучно пережил, а нападению других игроков пока не подвергался. Мы довольно быстро нашли общий язык, и поскольку оба считали, что ссориться с соседом, которого не можешь гарантированно захватить — плохая затея, заговорили о союзе.

На мое предложение открыть военную статистику для демонстрации мощи Шестилапый Рей — как звали моего соседа, только отмахнулся, назвав довольно точный состав моих вооруженных сил. Разведка у орков представлена верховным шаманом и сотней его любимых мухоморов, но видимо им хватает.

Через час мы уже вовсю обсуждали детали:

— …и заключить союз на равных условиях. Но чтоб не порождать путаницу, разброд и шатание, командир должен быть один. Поэтому я предлагаю двустороннюю вассальную присягу в максимально вольной конфигурации. По сути, второй среди равных. Вольный барон при короле.

— А почему не наоборот? Я лучший воин, лучший командир, я могу прокормить бесчисленную армию, когда твои доходяги голодают при малейшем неурожае. Я больше достоин править союзом — с издевкой ответил Рей.

Я начал расстегивать пуговицы на груди.

— Давай решим спор как мужчины. — Скидываю халат, под ним у меня вполне все вполне пристойно. И хоть это игра и набор пикселей, психологический эффект все равно имеет место быть. — Поединок. Только я и ты. Без войск, без петов, без оружия.

— Маг, ты там у себя совсем с катушек съехал? — для наглядности варвар постучал могучим кулаком по лбу — Я тебя на одну руку посажу второй прихлопну. А магией я почти не владею, так что на ваши колдунские пострелушки не надейся.

— Не всё так плохо, мой юный друг, поединок не всегда проходит на спортивном ринге. Мы с тобой сразимся в диких, первозданных условиях, на нейтральной территории, подберем место, где есть река, лес, поле, и может даже горы. Чтоб ты меня сразу не прихлопнул, ты дашь мне, скажем, полдня форы на подготовку. А чтоб я не прихлопнул магией тебя, перед началом боя я солью всю ману. Всю до последней капли. Что набежит за время форы — моё.

— Да у тебя там на одно слабенькое заклинание еле-еле наскребется! И хотя кто вас, колдунов знает, может и что-то серьезное выкинешь, но знай, меня одним заклинанием не убить. И двумя тоже. Даже очень сильными. Дело твоё, маг. Или ты надеешься обмануть меня и подзарядиться от своих артефактов? — сдвинув брови к переносице грозно насупился варвар.

— О нет, напротив, я как раз хотел предложить не пользоваться зельями и артефактами. Даже несмотря на то, что это моя специальность и большая часть того, что на мне надето, сделана моими руками. Снять привязанные предметы я не смогу, но мы можем составить договор, по которому они временно блокируются. Конечно, я смогу воспользоваться ими в любой момент, но ты сразу об этом узнаешь, и это автоматически будет означать…

— …Что ты проиграл, маг! — раскатисто рассмеялся Рей. — Нет, я знал, что все маги чокнутые, но такого напрочь безбашенного как ты, Аль-Сармат, я вижу впервые! Ой, не могу…

— Итак: без армии, без петов, без зелий, без оружия, без артефактов, без маны. И полдня форы опустошенному магу на восстановление сил. Проигравший приносит вассальную присягу в максимально вольной конфигурации. Сделка?

— Сделка, маг! Готовься к присяге!

Утро следующего дня. Вхожу в ритуальный бойцовский круг, которым отмечен центр отведенного для дуэли района. Все непривязанные артефакты и посох отдаю сопровождающим. Затем сливаю все запасы маны в накопитель, после чего украдкой блокирую способности восстановление и вихрь маны. Техномагия, и никакого мошенничества. Мои статы на всеобщем обозрении. Поднимаю широко разведенные руки, показываю всем открытые ладони. Вместе с соперником слово в слово произносим клятву Договора, по которому обязуемся не использовать в поединке надетые артефакты, и они сереют, на них появляется печать, которая просуществует до победы одного из нас. Под рокот барабанов ухожу в сторону невысоких скал. Через три с половиной минуты в копилку резерва капает первая единичка маны. Всё это время неотрывно слежу глазами птицы Рух за лицом варвара — вот, довольно осклабился, отлично.

Прохожу еще полторы сотни шагов. Ну, а теперь, когда я вышел за пределы действия способностей героя можно не скрываться. Снимаю блокировку с вихря маны — и потоки эфира вновь закручиваются вокруг меня в подобие воронки, и естественный приток подскакивает почти втрое.

Снимаю блок с восстановления маны — и скорость накопления внутренних резервов растет еще в два с лишним раза. Становится легче идти, отступает муть. Теперь найти местечко поудобнее — вон за той скалой на берегу ручья подойдет. Сажусь, начинаю медитировать. Свободная энергия, разлитая по миру устремляется ко мне, с каждой минутой наращивая темп. А вот это уже серьёзно: через 10 минут выхожу на свой максимум в десять процентов от объема в час.

Теперь можно спокойно обдумать, что мне делать. Полдня это не полсуток, как хотелось бы, это половина светового дня. У меня есть шесть часов. Уже на двадцать минут меньше, но этого достаточно. Кривой билд, слабая для моего уровня сила магии, жуткий перекос в ментальную выносливость, три книги и добрая треть полученных уровней, вбуханных в восстановление маны всех мастей, в ущерб всему остальному. На форумах такую раскачку назвали номинантом на премию Дарвина, присуждаемую за самый идиотский выбор способностей, хотя конечно до знаменитого варвара Сержа мне далеко. Зато теперь уже через четыре с половиной часа я буду полон доверху.

Спустя четыре часа я потратил пару минут на поиски подходящих камешков и пушинки. Крылышки стрекозы или птичьи перья были бы лучше, но не с моей ловкостью ловить мух в полете, не говоря уже о птицах, поэтому ищу готовые распуститься цветы чертополоха или чего-нибудь подходящего в зарослях на берегу — тот же рогоз подошел бы, хотя тут не болото и вряд ли он здесь растет. Отщипнув пушинку, я занялся изготовлением простейшего одноразового артефакта. Даже не арта, а так, одноразовой поделки, которая не доживет до утра. Впрочем, ей и не надо. Вся ставка на мое мастерство и сродство со стихией. В пушинку помещаю воздушное заклинание ускорения, а в камешек — шрапнель. Самое простое заклинание земли в самый обычный камень — удар при разрыве, осколки во все стороны, плюс мелкие камешки, что поднимет магия. Со шрапнелью всё проходит без сучка, без задоринки, а вот пушинка чуть не срывается, несмотря на почти девяностопроцентную возможность сделать из неё артефакт. Собственно она как артефакт и не получилась, потихоньку начинает разрушаться, но пару часиков протянет, а большего и не требуется. Теперь еще час на восстановление потраченной маны и можно забираться вон на тот большой валун, с него обзор лучше.

Время. Радостно вскинув кулак в победном жесте варвар начинает бег. Всё быстрее и быстрее, накручивая себя, используй какие-то только ему ведомые классовые фишки.

Двести метров — первая молния бьет Рея в грудь и бессильно рассыпается безобидными искрами. Сработал резист. Плохо, но ожидаемо.

Сотня с небольшим — вторая молния попадает, но варвар только досадно морщится. За его спиной раздается восторженный рёв, а у меня по спине пробегает холодок — эффект не прошел.

Метров двадцать до меня — грохот, попадание, варвар падает, контуженный. Есть! Вот только полоска жизни у амбала ой как далека от завершения. Да еще и дернулась раз, другой, и медленно пошла вверх. Регенерирует, зараза.

Сжимаю в руке пушинку, вешая на себя ускорение, и рву что есть силы куда подальше. Краем глаза мониторю карту — вот красная точка опять пришла в движение, еще быстрее прежнего. Разворот, молния — опять безобидные искры. Да что у него там с сопротивлениями?! Драконьей крови обожрался, что ли… убегаю что есть силы. Заклинание ускорения отличная штука, но варвар постепенно догоняет меня и без него. Местность почти ровная, редкий подлесок, местами валуны, спрятаться негде. Разворот, молния, есть! Опять кувыркается по траве. Бросаю в него камень, все равно целиться особо не надо, шрапнелью накрывает приличный кусок поля, измочаливая кусты и царапая дубленую орочью шкуру. На этот раз оглушение длится дольше, и я успеваю забраться на небольшую каменную осыпь возле скалы. Оборачиваюсь — варвар уже почти догнал, лицо серьезное, половина жизни снята. Разгоняется, чтоб запрыгнуть прямо на скалу. Он такой, он может. Получай! Простенькое заклинание первого круга превращает участок земли перед скалой в грязь. Варвар на всем ходу влетел по колено в вязкую глину, но удержался, теперь сосредоточенно бредет ко мне. Шрапнель, Молния! Снято две трети, стоит пошатываясь, опять оглушенный. Вот сейчас оклемается и хана мне. Я не строю иллюзий, мне не то чтобы один удар выдержать, он пятерых таких как я одним росчерком секиры на перерождение отправит. И то, что по условиям дуэли оружия при нем нету, меня не спасет. Оклемался. Бредет, чавкая сапожищами. Есть откат. Н-На! Моя козырная карта — Испепеление, квинтэссенция силы огня четвертого ранга, колоссальный урон по единичной цели, почти в упор. Ну же, после такого не живут! Не отразил. Пылающий факел на двух ногах. Крик досады и разочарования, переходящий в мат… Удар гонга, возвещающий о моей победе, и тишина. Рано расслабляться, залезаю на скалу, чтоб все меня видели и из последних остатков даю молнию в землю перед собой. Дескать, я даже не устал, давайте следующего! Вот теперь всё. Можно сползти по стеночке, пока никто не видит и унять дрожь в руках.

***

Иду по лагерю зеленокожих. Теперь всё иначе, теперь я не просто Чужак (-3), хоть и Воин, имеющий представления о чести (когда-то, в самом начале игры получено достижение) (+1).

Теперь я — Воин, победивший в честном поединке сильного противника. (+1)

Победивший их вожака. (+1)

Вожака, который признал моё превосходство. (+1)

В итоге моя личная репутация (не моих войск, те по-прежнему смотрят косо, речь идет только о моей персоне) — симпатия. Друг орков и гоблинов, куда катится мир! И я вместе с ним…

— Только один вопрос: как?

— Да просто всё. Ты в этом мире играешь по вечерам, а я тут живу. И к такой ситуации, когда я могу остаться без источника, готовился сразу. Как результат, если меня сразу не убить, то могу попортить много крови супостатам, вот мои навыки, почти все на восстановление маны и её количество — обезоруживающе улыбаюсь я.

— Вся магия — зло! — бросает любимую фразу рукопашников варвар. В ответ я согласно киваю и поднимаю тост:

— За это стоит выпить!

Встаю на колченогий табурет, беру в руку рог с крепким пойлом. Пускаю молнию в потолок, привлекая внимание.

— Все вы знаете, как тщательно прячут свои трусливые телеса в железо поганые ковырятели земли — гномы. — ловлю заинтересованные взгляды пирующих.

— Так же вы хорошо знаете этих недомерков хоббитов, только и умеющих, что бросать камни и прятаться в норах — энергичные кивки, шумные плевки на землю.

— Всем вам известна подлость и коварство эльфов, этих любителей стрелять в спину из кустов. — Обличающий рёв, треск столешницы под чьим-то кулаком.

— И только орки честно встречают врага грудью. Лицом к лицу! Глаза в глаза!! Ножи в ножи!!! — Слитный рёв множества глоток «Да-а-а!!!»

— У меня в войске нет ни первых, ни вторых, ни третьих. Да будет крепок наш союз! Вааргх!

Меня сбивают с табурета, сжимают в объятьях. Удовлетворенно закрываю сообщение: Ваша речь возымела эффект. Отношение войск Шестилапого Рея к вашей армии повышено на 1 градацию.

Завязывается дружеская потасовка, кто-то одобрительно лупит меня по спине… а я тихонько молюсь про себя, чтоб только бы выдержал защитный барьер трофейного амулета.

***

Новый день огорчил меня вестями из прошлой жизни по аварийному каналу: телу стало еще хуже, метастазы подбираются к мозгу, а его аппаратом не заменишь, так что времени у меня в обрез. Но медики гарантируют последних пару часов ясного сознания на стимуляторах, если вдруг решу что-то сказать или подписать перед смертью. Обойдутся, буду держаться до последнего. Проверяю на срыв — пока нет результата. Сознание всё ещё держится за старую жизнь. Придётся ещё больше сосредоточиться на этой, может новые впечатления от новых земель помогут…

Следующий за северо-западным хекс оказался чрезвычайно беден шахтами. Полностью разведав карту, пилоты нашли только каменную шахту, лесопилку и пруд с драгоценными камнями, принадлежащие игроку с кроваво-черными цветами флага. Промышленные объекты пребывали в ужасном состоянии, работая меньше чем вполсилы, что говорило о том, что их используют уже давно.

Сектор был красив и безлюден. Живописные места, фруктовые сады, пара деревушек с фортами возле них, и всё под красно-черным флагом. Внизу проплывали поля, леса, погосты… Погосты? Не может быть, а где тогда толпы мертвяков?

— Боевая готовность! Магам — приготовить защиту от магии смерти и тьмы! Мы на территории некроманта. Кто-нибудь видит его замок?

Перехожу на истинное зрение и первое, что я вижу, это наглую клыкастую морду, уютно устроившуюся на приборной панели. Заметив, что его разоблачили, высший вампир, а никем другим при свете дня мой безбилетный пассажир быть не мог, сбросил с себя остатки невидимости и обезоруживающе улыбнулся:

— Я рад приветствовать уважаемого мага в землях моей госпожи и уполномочен предложить посетить её замок в качестве гостя, а так же гарантирую дипломатическую неприкосновенность на все время визита.

— И давно ты тут… лежишь?

— Давновато. Я нахожусь на борту вашего летучего корабля практически с момента пересечения границы сектора. И раз уж Вы оказались столь наблюдательны, что раскрыли наш маленький секрет, то вопрос обнаружения замка это вопрос времени.

— Ну что ж, мы принимаем приглашение.

Вывешиваю белый флаг над всей группой, включая дирижабль. Вампир радостно скалится, и щелкает пальцами. Тут же по всей палубе сбрасывают невидимость еще восемь летучих мышек, с ходу оборачиваясь в статных молодых парней, чем-то неотличимо похожих, помимо их чёрных с алым подбоем плащи, знака принадлежности к высшим вампирам.

До меня начинает доходить, как я был беспечен. Девять высших в тесном помещении… да от меня со всеми моими магами за мгновение только мокрое место бы и осталось, пожелай они напасть внезапно. А учитывая ценность крови и аккуратность детей ночи, может даже и не мокрое.