Из глаз Шарлотты неудержимо струились молчаливые слезы. Они перемешивались с капельками пота, скатывающегося с кончиков грязных волос на виски, текли по щекам и исчезали под толстым шерстяным зеленым свитером, которого она, казалось, совершенно не замечала, несмотря на влажную и удушающую атмосферу джунглей.

Тяжело спускаясь по пыльным деревянным ступенькам лестницы, она уронила лопату. Стальное полотно ударилось о приклад брошенной партизанами за ненадобностью сломанной винтовки. Резкий металлический звук эхом отозвался в африканских джунглях. Казалось, ничего этого Шарлотта не замечала. В отчаянии, исходящем из самого сердца, она подняла руки и уставилась на стертые до крови ладони. Она ободрала кожу о деревянную ручку лопаты и теперь ладони покрывали сплошные волдыри и розовые ссадины.

Шарлотта медленно перевела взгляд на кучу свежевырытой земли и ее отключившееся на время сознание начало проясняться. На нее нахлынули воспоминания о происшедших за последние сутки событиях.

Тяжело вздохнув, она закрыла грязными руками разгоряченное лицо. Ей казалось невероятным, что всего лишь день назад все они были вместе, весело смеялись и шутили. В медицинском центре Красного Креста, расположенном в небольшой деревянной хижине в Тамбе, все шло обычным порядком. Крошечная деревушка Тамба, состоявшая из нескольких раскинувшихся кругом грязных жилищ, затерялась в джунглях. В небольшой палатке с пятью койками работали две сестры милосердия и один врач из общества Красного Креста.

Но когда солнце стало медленно уплывать за темнеющий небосвод, неожиданно раздался оглушающий раскат снарядного взрыва, заставивший замолчать пробуждающихся ночных жителей джунглей.

— Это ошибка! — полушепотом-полукриком выдавила из себя охваченная ужасом Шарлотта. — Это, должно быть, ошибка. Кому взбредет в голову стрелять по такой маленькой деревушке, как Тамба?

Вторая ошибка угодила прямо в грязную хижину, на крыше которой был укреплен большой деревянный крест. Обе санитарки, Доминик и Гнес, погибли на месте. К счастью, было уже поздно и в миссионерской школе не оказалось ни одного ребенка.

С этого момента началась паника, а жизнь Шарлотты превратилась в сплошную неопределенность. В считанные секунды все деревенские жители убежали в темные заросли джунглей, предпочли неизвестности соседство диких зверей.

После этого обстрел прекратился. Доктор Дональд Браунинг, Шарлотта и Кейт, родная сестра доктора, через деревянный люк в медицинской палате спустились вниз и спрятались в земляном подполе. В ожидании рассвета они просидели в кромешной темноте несколько часов, прислушиваясь к лающей, хрюкающей и сопящей жизни ночных джунглей. Боясь, что источниками всех этих звуков могут оказаться двуногие звери, они сидели молча, не двигаясь.

Дон начал действовать, как только первые лучики утреннего света пробились сквозь узкие щели деревянного пола. Оставив Шарлотту и Кейт в укрытии, он вылез на дневной свет, чтобы вызвать подмогу по радио. Но прежде чем он сумел это сделать, в деревне появилась группа партизан численностью не менее двадцати человек. Некоторые из них оказались ранеными. Чтобы сохранить в секрете присутствие в хижине женщин, Дон лично позаботился о раненых партизанах, снабдил их пищей и лекарствами. В знак благодарности они его пристрелили.

Уронив руки меж коленей, Шарлотта в отчаянии качала головой. Могила Дона оказалась слишком мелкой. Но что она могла сделать? Почва оказалась каменистой и даже на рытье такой ямы Шарлотта потратила целое утро. У нее ныли все кости, рук она почти не чувствовала и боялась, что уже никогда не сможет ими пользоваться. Если бы Кейт могла помочь ей… Но та все еще пребывала в состоянии шока после того, как увидела на руках Шарлотты умирающего брата. Да и у Шарлотты не хватило бы мужества просить Кейт о помощи. Испытывая невыносимую боль в душе и теле, Шарлотта опустила Дона в его последнее пристанище в сырой земле джунглей.

Слезы потекли сильнее, и Шарлотта очнулась. Она торопливо стала вытирать лицо, размазывая по щекам грязные полосы, и попыталась подавить разрывающие все тело рыдания. Есть вещи более важные, на которых необходимо сейчас сосредоточиться. Как выбраться отсюда? — вот что самое главное для них в настоящее время. Перед своим уходом партизаны уничтожили генератор и радио, следовательно, они не смогут вызвать помощь.

Позже у них будет достаточно времени для раздумий и сожалений. А сейчас… Сейчас!

Именно в этот момент остановились и мысли Шарлотты, и дыхание. Ей показалось, что даже сердце перестало биться. Пугающее ощущение чьего-то присутствия заставило ее поднять голову. Она напряженно прислушалась… ничего! Ни пронзительных криков, ни сопения, ни хлопающих крыльев! Джунгли были неестественно молчаливы. Вокруг Шарлотты сгущалась атмосфера недоброго предчувствия. Она не могла оторвать испуганных глаз от густых зарослей, пытаясь разглядеть, что заставило диких зверей затаиться в молчании, которое так леденит ее душу.

Из непроницаемой зелени джунглей медленно вышел вооруженный человек, похожий на огромную гориллу.

— Гляньте-ка, кого это мы здесь обнаружили, — сказал он, обращаясь к невидимому спутнику… или спутникам.

Шарлотта не шелохнулась. Она беспомощно уставилась на незнакомца. Следом за ним появился еще один грязный и небритый солдат. Увидев Шарлотту, он злобно ощерился. У нее перехватило дыхание, но когда она увидела, что из кустов больше никто не появляется, воздух с шумом вырвался из груди. Их было только двое, хотя осознание этого факта не принесло Шарлотте облегчения. Первый мужчина был достаточно высок и силен, чтобы без особых усилий одной рукой оторвать ее от земли, второй лишь немногим уступал ему.

Оба были в запылившейся пропитанной грязью униформе, окрашенной в камуфляжные коричневый и оливковый цвета, что позволяло им растворяться в джунглях с легкостью хамелеонов.

Талии обоих были перетянуты широкими ремнями, с которых свисали подсумки, набитые патронами.

“Наемники”, — подумала Шарлотта, не отрывая испуганного взгляда от нацеленного на нее оружия. Оба незнакомца подобно львам, изготовившимся для последнего прыжка, медленно приближались к ней. Во рту у Шарлотты все пересохло. Что они намереваются делать? Должна ли она спросить их об этом?

Из тысяч ужасных мыслей, заполонивших ее сознание, отчетливее других стучала в мозгу одна догадка.

Ей придется о них позаботиться, а затем она, как и Дон, будет убита. Ее взгляд упал на лопату, и далее на валявшуюся сбоку винтовку. Спустя мгновение оружие было уже у нее в руках. Тут же она вскочила на ноги, сделала шаг вперед, чтобы встретить первого мужчину наставленным на него ружьем. Заряжено оно или нет, эта мысль не приходила Шарлотте в голову.

Ее вены готовы были разорваться от адреналина. Мускулы, о которых она и не подозревала, напряглись, готовясь к первому удару. “Я не думаю, что вам удалось найти то, на что вы надеялись”, — сказала она мысленно и, преодолевая боль в ободранном пальце, сжимала спусковой крючок.

Неожиданная мысль поразила ее, как удар молнии. Его акцент! Мужчина был англичанином!

Тело Шарлотты обмякло от облегчения, винтовка свободно повисла в ее руке. Это английские солдаты!

— Слава Бо!.. — Готовая возблагодарить небеса, Шарлотта вдруг осеклась на полуслове. Здесь нет британских солдат!

Прежний леденящий страх, усиленный бурной реакцией, вновь охватил ее. Если они не из английской армии, но англичане… Значит, это могут быть только наемные убийцы. Первая реакция была правильной.

Мужчины, которым заплатили, чтобы убивать! Они работают на того, кто предложит наивысшую цену. Интересно, на чьей же стороне эти два превосходных экземпляра? Да разве это так уж важно? Она вздохнула, ощущая волнение от пристального взгляда приближающегося солдата.

Еще один шаг и вот он уже стоит перед Шарлоттой, возвышаясь над ней. Шарлотте пришлось откинуть голову назад, чтобы увидеть его лицо. В его наружности было что-то агрессивное. Сейчас он стоял так близко, что Шарлотта ощущала его дыхание на своем лице, а исходивший от его тела запах пота ударил ей в ноздри. Однако в пронзительной черноте глаз незнакомца она не заметила подтверждения агрессивности намерений.

Он не выглядел циничным. Он ничего не говорил и, как ни странно, именно в этом молчании, а не в огромной, нависшей над ней туше, она усматривала для себя угрозу.

Руки вновь стали твердыми, палец снова схватил спусковой крючок. Сможет ли она это сделать? Подними винтовку и потяни крючок. Это противоречило всему тому, во что Шарлотта верила, но она не может позволить себе умереть без борьбы. Ее палец продолжал сжиматься. Только сейчас, если она и дальше потянет за спуск, она ничего не докажет, поскольку выстрелит в землю.

Повисшее молчание продолжалось, кажется, целую вечность, прежде чем он пошевелился и протянул руку, чтобы обезоружить Шарлотту.

Ее сознание, как и тело, не могли допустить чьего-то прикосновения. Шарлотта откинулась назад и подняла винтовку, целясь ему прямо в грудь.

Имей Шарлотта мужество и нажми на крючок, пуля пробила бы изрядную дыру. Но мир закрутился словно в бешеном танце, она почувствовала, как ружье выскальзывает из ее рук и услышала глухой стук, когда оно упало на землю.

Очнувшись, Шарлотта обнаружила себя в плену таких сильных рук, какие ей еще не встречались. Согнутым локтем незнакомец подпирал подбородок Шарлотты на случай, если она вздумает кусаться, а другой рукой заламывал ей запястье.

Второй солдат стоял перед Шарлоттой с нацеленной на нее винтовкой. Его ярко-рыжие, словно пламя, волосы выбивались из-под красного берета.

Где остальные? — оглушительно раздался в ее ушах голос гиганта. Он словно ножом вспорол ее сознание.

— Здесь никого нет, кроме меня, — прошептала Шарлотта, надеясь, что Кейт не найдут. — Никого, — повторила она.

Кровь стучала в ушах, и она боялась потерять сознание.

— Не ври! — цинично выкрикнул солдат. — Шакалы всегда бродят группами.

— Я одна, — упрямо выдавила она, а про себя молила, чтобы у Кейт хватило ума спрятаться, если та стала невольной свидетельницей происходящего. Шарлотта знала, что ее ждет, но она не видела никакого смысла в том, чтобы Кейт разделила ее участь.

К сожалению, надежды Шарлотты развеялись как пыль. Она услышала голос Кейт.

— Оставьте ее в покое, — закричала она, срываясь с веранды на помощь Шарлотте.

Оба солдата обернулись, услышав неожиданный злой выкрик. Тот, что держал Шарлотту, притянул ее к себе и закружился с ней вместе, словно в бесконечной карусели.

— Нет! — с болью выкрикнула Шарлотта, увидев, как Кейт в грязной белой блузке с эмблемами Красного Креста на рукавах забилась в руках противника. — Почему ты не спряталась? — спросила она, всхлипывая.

Руки, сжимавшие Шарлотту, несколько ослабли, хотя по-прежнему крепко ее удерживали. Рыжеволосый удивленно взглянул на гиганта, все изумленно смотрели друг на друга и, казалось, были не в состоянии ни говорить, ни двигаться.

Солдат медленно разжал руки, освобождая Шарлотту. Она была слишком оглушена происходящим, чтобы сопротивляться, и сейчас стояла рядом с человеком, который захватил ее в плен.

— Кто ты? — спросил гигант с неожиданной мягкостью в голосе. Его глаза пристально следили за Шарлоттой в ожидании ответа. — Ты медицинская сестра?..

Шарлотта взглянула ему в лицо. Оно было грязным, давно небритым. Те же темные глаза. Тот же строгий рот. Но сейчас проглядывалось что-то еще. Симпатия? Смущение? Она не была уверена. “Красный Крест” — все, что она могла выдавить из себя.

Молча мужчины повернулись друг к другу. Но Шарлотта ничего не видела. Голова пошла кругом, она боялась, что может потерять сознание. Она почувствовала, как чья-то рука обнимает ее. Это была не солдатская рука… это не мог быть солдат, все было так умиротворяюще. Голос, мягкий и глубокий, проникал в ее сознание нежными словами. Ей хотелось припасть к телу, которое было рядом с ней, раствориться в его защитной среде. Они подошли к двери госпиталя, и Кейт заставила Шарлотту оторваться от солдата и оставить его так же, как она была вынуждена оставить Дона. Выбора не было. Обстоятельства вынудили ее выкопать для Дона могилу и оставить его в ней.

Шарлотта открыла глаза и прищурилась в лучах солнца, падающих через окно на кровать.

— Что произошло? — спросила она сидевшую у ее изголовья Кейт.

— Как ты себя чувствуешь? — улыбнулась та.

— Как в тумане, — ответила она недовольно. Шарлота знала, что что-то произошло… но что?

Прошло мгновение, второе… и она вспомнила!

— Где они? — спросила она, усаживаясь на кровати и с тревогой оглядывая комнату в полунадежде обнаружить в ней обоих мужчин.

— Они снаружи, — ответила Кейт, и Шарлотта расслабилась. — С тобой сейчас все в порядке? Поспи еще немного, если хочешь. Нет нужды вставать, если чувствуешь себя неважно.

— Кто они? Чем занимаются? — спросила Шарлотта, игнорируя заботу Кейт по мере того, как неопределенность начинала уступать место страху при воспоминании о том ужасе, когда эти двое появились из кустов.

— Они англичане, — ответила Кейт с видимым удовольствием. — Они намерены вывести нас отсюда, — сказала она, ободряюще улыбаясь и беря Шарлотту за руку. — Они хотят нам помочь.

Оптимизм Кейт и то, как она выразила свои чувства, привели Шарлотту в содрогание.

— Кейт, — мягко отреагировала она, не желая разрушать ее горячую веру в то, что та нашла двух ангелов-хранителей. — Кейт, здесь нет английских солдат.

Кейт выглядела ошарашенной.

— Должно быть, они наемники, — объяснила Шарлотта. — Мне очень жаль, Кейт. Но разве ты не видишь. Они не могут быть кем либо еще.

— Ну и что! — удивилась Кейт. — Они собираются нам помочь.

— Разве? — грубо переспросила Шарлотта. Ее нелегко было убедить. — Как узнать, что им можно доверять? Мы ничего о них не знаем. Они просто свалились на нас из джунглей и хотят, чтобы мы встретили их с распростертыми объятиями.

В ее голосе послышалась злость. Как Кейт может быть такой глупой? — досадовала она. Особенно после смерти Дона. Эти двое вооружены и чрезвычайно опасны. Шарлотта не доверилась бы им даже если бы у них не было оружия. Но с этими автоматами на груди, к которым они относятся с таким почтением, словно они сделаны из чистого золота, пришельцы могут сделать с двумя беззащитными женщинами все, что им захочется.

— Пойдем и поговорим с ними, — предложила Кейт. — Они очень сожалеют о том, что произошло.

— Сожалеют! — воскликнула Шарлотта, не веря своим ушам. Ей и впрямь не верилось в то, о чем говорила Кейт. Кейт, ее подруга, пытается внушить, что двое мужчин, эти животные, которые до смерти напугали ее, сейчас сожалеют.

— Им следует пожалеть о многом, — произнесла она сквозь сжатые зубы. — Ну что ж, они могут убираться отсюда со своими сожалениями. У меня нет желания видеть кого-либо из них. Мы справимся и без их помощи.

— Шарлотта! — взорвалась Кейт. — Они англичане. Наемники или нет, но они солдаты и знают, что делают… Если кто-то и может вызволить нас отсюда, так это они.

Кейт немного поколебалась, затем поднялась и направилась к двери.

— И кроме того, у нас нет выбора, — добавила она, не оглядываясь в сторону Шарлотты.

— У нас есть выбор пойти с ними и быть убитыми в каком-нибудь безлюдном месте, где никто не найдет никаких доказательств, — ответила Шарлотта, останавливая Кейт. — Или же мы можем остаться здесь и заботиться о себе до тех пор, пока кто-нибудь нас не найдет, — подчеркнула она. Она не пойдет… она не может пойти с этими мужчинами.

— Не будь глупой, — отреагировала Кейт, оглядываясь на Шарлотту. — Если мы останемся здесь, то умрем прежде, чем кто-то обнаружит нас… если нас вообще обнаружат. Возможно, все думают, что мы уже мертвы. Но если эти двое хотели бы нас убить… — добавила она, показывая пальцем на дверь, — не забудь банду, которая убила Дона. Кто смог бы доказать, что не бандиты уничтожили нас всех?

Какое-то время обе женщины упрямо смотрели друг на друга, ни одна из них не хотела сдаваться. Вскоре первой смягчилась Кейт.

— Ты пережила ужасное потрясение, но посмотри на вещи трезво. Если мы хотим выбраться отсюда, должны довериться им, потому что иного выбора нет.

Никогда! — думала Шарлотта, молча глядя в лицо Кейт, хотя по ее решительному виду поняла, что та приняла решение отправиться вместе с мужчинами.

Понадобилось несколько мгновений. Затем она неохотно вынуждена была признать правоту Кейт. В знак согласия Шарлотта медленно кивнула.

— Хорошо, мы идем. Но я никогда не смогу им довериться.

Радостно улыбнувшись, Кейт повернулась к кровати и взяла Шарлотту за руку.

— Идем, — требовательно позвала она, принуждая Шарлотту подняться с кровати и подталкивая ее к двери. — Ты почувствуешь себя иначе, когда поговоришь с ними… Мы ведь здесь все равны, — одобрительно пожала она руку Шарлотты.

Шарлотта остановилась на полпути.

— Равны! Эта огромная горилла одной рукой справится с шестью такими, как мы с тобой!

Ирония в ее голосе была вызвана воспоминанием о том, как эти сильные руки легко пленили ее.

Когда они вышли на веранду, Шарлотта увидела обоих мужчин, сидящих в тени сучковатого огненного дерева и разговаривающих друг с другом. Холодные мурашки пробежали по ее спине. Мужчины взглянули на нее, и у Шарлотты задрожали ноги.

— Ну же, успокойся, — подбодрила Кейт, когда Шарлотта отступила назад. — Подойди… Пожалуйста, познакомься с ними.

— Мы уже знакомы, — холодно ответила Шарлотта. — Мое согласие пойти с ними вовсе не значит, что я должна стать членом их дружеского союза.

Ее голос прозвучал холодно и решительно, при этом Шарлотта подчеркнуто взглянула на державшую ее руку Кейт. Кейт разжала пальцы и молча осталась на месте, в то время как Шарлотта пошла в другую сторону.

Прогуливаясь за деревянным госпитальным зданием, Шарлотта думала о том, что пройдет немало времени… если вообще такое случится… когда она сможет подойти к этому мужчине и заговорить с ним. Найдя местечко в тени, она уселась на твердую глинистую почву, испытывая страстное желание побыть в одиночестве.

Что будет с ними? Смогут ли они выбраться отсюда? Нервы Шарлотты были издерганы и натянуты до предела, и она с тревожным беспокойством признавала, что даже с этими двумя вооруженными мужчинами они не в состоянии противостоять большой группе бандитов, такой, как та, что совершила налет на госпиталь.

Подтянув ноги, она положила подбородок на колени. “Бедный Дон”, — прошептала она, вспомнив его улыбку и игривые приставания. На мгновение ее обуяла такая злость, что она была готова взорваться.

Запустив пальцы в волосы, она тревожно вздохнула. Нельзя, чтобы эмоции брали верх, подумала она. В создавшейся ситуации — причем неважно, вооружены мужчины или нет — ей потребуется вся изворотливость ума, поскольку она все еще не была окончательно убеждена в том, что сама не нуждается в спасении от этих вооруженных людей.

— Могу ли я присоединиться к вам?

Застигнутая врасплох бесшумным появлением человека, она быстро повернула голову. Не ожидая ответа, он сел рядом и так же, как она, подтянул свои длинные ноги.

От его близости на затылке Шарлотты поднялись волосы. Она хотела сказать, чтобы он убирался прочь. Но вместо этого молча прикусила губу, прислушиваясь к бурному биению сердца. Почему он пришел, подумала она. Ей не хотелось, чтобы он находился там. Не хотелось также, чтобы его присутствие здесь пленило ее с той же легкостью, как недавно это сделали его руки. Но ей не хватало сил подняться и уйти. Трепетная слабость охватила все тело.

— В такой ситуации, как эта, вы должны продемонстрировать свои цвета, — нежно сказал он.

Не зная что отвечать, Шарлотта уставилась в непроницаемую листву джунглей.

— Почему вы так одеты? — спросил он. Шарлотта, наконец, поняла, что он имеет в виду ее шерстяной свитер. — Вам не будет холодно, — мягко настаивал он. — Разве у вас нет блузки?

— Под свитером, — коротко ответила она. Ей не хотелось говорить ему о том, что она так тепло оделась холодной ночью, а после того ужаса с Доном, ей так и не представился случай снять свитер.

— Тогда снимите этот свитер, и позвольте всем увидеть, какая вы есть на самом деле.

— Зачем? — взорвалась она. — Чтобы эмблема могла спасти меня так же, как она спасла Дона? Эти монстры знали, что Дон был доктором, они видели опознавательный знак Красного Креста и все же убили его… Это не спасло его, — добавила она угасающим в печали голосом.

— Это может спасти от ошибок, вроде той, что произошла сегодня утром, — сухо произнес он. — Неужели вы не понимаете, что могло произойти, если бы не появилась Кейт? Вы были похожи на партизанку. Мы знали, что здесь была стрельба и не ожидали найти кого-либо в живых. Что вынуждает вас занимать такую нелепую и опасную позицию?

— О, да, — язвительно усмехнулась Шарлотта. — Я догадалась о ваших намерениях. Вы их подтвердили.

В его глазах вспыхнула злость. Он схватил Шарлотту за руку, принуждая ее взглянуть на него.

— Нечего валить с больной головы на здоровую. Вы напоминаете солдата в самовольной отлучке и не хотите считаться с последствиями. Но перед уходом отсюда вы наденете униформу.

— Да?.. А кто сказал, что мы собираемся куда-то с вами? — горячо отреагировала Шарлотта, чувствуя, как его злость словно нечто материальное обжигает ее, когда она мятежно встречает его свирепый взгляд, не желая удовлетворить его своей покорностью.

— Потому что я не собираюсь оставлять вас здесь. Нравится вам это или нет, но вы в нас нуждаетесь, и если я вас заберу, вы будете… на вас будет униформа Красного Креста, — добавил он более спокойным тоном.

Шарлотта не стала спрашивать, кто оденет ее в униформу, если она сама откажется это сделать. Ей не нужно было спрашивать. Ответ был достаточно ясен… У нее не было никаких иллюзий относительно того, что для него такая работа оказалась бы не слишком деликатной.

— В следующий раз дайте знать, на чьей вы стороне, — сказал он более мягким и не таким командирским тоном. Позволяя Шарлотте уйти, он со вздохом откинулся назад и прислонился к стене.

— А на чьей стороне вы, мистер?..

Она вопросительно смотрела на него в ожидании ответа.

— На вашей, — буркнул он. — А зовут меня Морт.

— Мистер Морт! — отреагировала Шарлотта с сарказмом.

— Просто Морт! — ответил он, удивленно улыбнувшись.

Эта улыбка на мгновение разрушила его защитную оболочку, лицо стало теплым, без тени враждебности, глаза загорелись другим светом, лучи которого проникли в душу Шарлотты. Она быстро отвернулась, стараясь сбросить с себя это неожиданное волнительное ощущение.

— А на чьей я стороне, по вашему мнению?

— Откуда мне знать, — раздраженно ответила Шарлотта, уверенная в том, что его взгляд по-прежнему прикован к ее лицу. Замешательство вновь начало охватывать ее теплой волной. — Вы… вы, — она спотыкалась в своих словах, руки неопределенно двигались в воздухе, словно пытались поймать в нем те слова, которые ей были нужны. Ее самообладание рушилось под напором поднимающегося изнутри нового осознания действительности, причиной которого стал человек на ее стороне, — вы просто появились из джунглей подобно Кинг Конгу и его тени…

Он рассмеялся.

— Думаю, мне следует попытаться влезть в шкуру этой большой гориллы.

Осознав, что их ссора с Кейт могла быть услышанной, Шарлотта повернулась к нему, изобразив на лице кривую улыбку замешательства. Она пыталась вспомнить, не называла ли его в пылу ссоры еще какими-то словами… словами не для его ушей.

Его лицо светилось, глаза сияли удовольствием. Шарлотта быстро отвернулась, не желая смотреть и видеть то, что хотели бы и были готовы видеть ее глаза. На его голове сейчас не было красного берета. Густые каштановые волосы стелились по стене деревянного здания, словно искали незатененный укромный уголок, и отсвечивали подобно сверкающей на солнце меди. Отсутствовал широкий кожаный ремень с развешанными на нем бесценными железками, не было смертоносного ружья. Не было солдата, вместо него был человек. Человек, чье присутствие, хотя она и не хотела в этом признаваться, возбуждало в Шарлотте что-то глубокое.

— Зачем все это? — быстро спросила она, пытаясь отделаться от беспокойных мыслей, которые навязчиво лезли ей в голову. Следует объясниться с ним более ясно, пока у него не создалось впечатление, что она полнейшая идиотка. — Морт… Что это символизирует?

— Просто Морт.

Отбросив назад голову и прислонив ее к стене, он замолчал.

Шарлотта ответила тем же, хотя и не могла расслабиться. Он не сказал ей своего полного имени, а она уже разрешила ему сидеть рядом, и он всего лишь через несколько минут начал испытывать на ней свои чары. Он наемник, напомнила она себе. Он продал себя, чтобы убивать.

Между Шарлоттой и непрошеным визитером повисло молчание. Она тяжело дышала. Морт был как камень. Его присутствие завораживало, лишало присутствия духа, это было все равно, что сидеть рядом с коброй. Она не могла понять этого. Был ли это страх, вызванный тем, каким образом он предстал перед ней, задавалась она вопросом. Но странно то, что она уже его не боялась. Хотя его присутствие ставило ее в такое щекотливое положение, при котором она не была уверена в своих поступках.

После бесконечного покусывания губ, разгибания и сгибания ног, ломания пальцев Шарлотта, не выдержав, повернулась к нему, проклиная себя за капитуляцию.

Голова Морта покоилась на деревянной стене здания и, хотя его глаза были закрыты, Шарлотта ясно представила себе их темно-коричневую радужную оболочку с черными, как уголь, кружочками в центре. Она внимательно изучала его черты, увидела темные тени под глазами, проступающие сквозь загорелую кожу серые тона, свидетельствующие о скрытой усталости. Чем он занимался? — размышляла она. — Где жил, чтобы стать таким грязным? Она забыла о своем собственном положении неопределенности, позволив своим глазам путешествовать по его лицу в поисках любого признака, раскрывающего его личность.

— Значит, мы теперь друзья? — спросил он, не двигая головой и не открывая глаз.

Пораженная неожиданностью его слов и обескураженная тем, что он догадался о ее тайных мыслях, Шарлотта подскочила.

— Нет, — коротко ответила она и быстро отвернулась.

— Эй, Гай! — разнесся голос Кейт в жаркой и душной атмосфере, от звука которого в испуге вспорхнула стая птиц.

Гай — это тот, второй, подумала Шарлотта и осудила Кейт за то, что та, видимо, совсем лишилась рассудка, если так громко кричит, не отдавая отчета в том, что в кустах кто-то может прятаться.

— К столу подано… Где Морт?

В мягком и веселом галльском акценте едва слышалось неодобрение, и Морт вскочил на ноги с такой быстротой, какой Шарлотта не ожидала от такого большого мужчины.

— Пора идти, — сказал Морт, протягивая руку Шарлотте, чтобы помочь ей встать.

Рука осталась незамеченной. Она больше никогда не притронется к нему, — горячо поклялась себе Шарлотта. Но Морт перехватил инициативу, наклонился, подхватил ее и поставил так быстро на ноги, что она оступилась и упала на него.

От неловкости на ее щеках вспыхнул малиновый румянец, а руки оказались зажатыми между двумя телами. Она не могла поднять глаза и взглянуть на него.

— Иногда человеку нужен друг, — сказал Морт, не отпуская ее из объятий.

— Да… но я выбираю себе друзей осторожно, — сердито ответила она. Ее разбирала злость на то, что, по его мнению, она позволит ему стать ее другом, что только он даст ей силы, и она сможет выдержать его взгляд.

— Я тоже, — ответил Морт веселым голосом. — Я тоже, малышка Шарлотта.

Звук ее имени, слетевший с его губ вызвал дрожь во всем теле Шарлотты. Слово “малышка” скатилось с его языка подобно нежному признанию и помутило ее разум.

— Я не разрешала вам называть меня Шарлоттой, — взорвалась она, браня себя за глупость, бесхитростность которой лишь усложняла ее положение.

— М-м-м, — промычал Морт задумчиво.

Шарлотта знала, что он дразнит, но не осуждала его за это.

— В таком случае, — заключил он, — я буду называть тебя Шатти… Думается, что Шарлотта звучит несколько официально между друзьями.

Последнее слово он сопроводил легким толчком. Ноги сами понесли Шарлотту вокруг здания под защиту компании.