Кашляя от едкого дыма, капитан подбежал к углу коридора и, держа наготове автомат, выглянул из-за него. В другой стороне коридора, за лестницей, пятеро полицейских — вероятно, последние оставшиеся в живых — отстреливались от наседающих снизу врагов численностью около десяти человек, одетых в какую-то черную военную форму.

“Кто эти зловещие солдаты?” — пронеслось у него в мозгу. Насколько Хэнк мог вспомнить, именно с ними он дрался в лесу.

Он понял, что уйти из гостиницы по лестнице не удастся. Неужели нет выхода из этого разгорающегося костра? Смерти он не боялся, но не хотел уйти из жизни, оставшись в неведении о Бесс, о Майке, не найдя главного виновника его беды.

Как бы в подтверждение его мрачных мыслей грохнул еще один взрыв, и часть пола в коридоре провалилась на третий этаж. В образовавшееся отверстие снизу полыхнули языки пламени. Нет, сгореть заживо он не согласен…

Фрост выскочил из-за угла и стал поливать очередями ползущих наверх врагов. Те не ожидали такого нападения с тыла и на некоторое время растерялись. Капитану его хватило, чтобы превратить нескольких врагов в решето и те с воплями покатились вниз по ступенькам.

Когда патроны закончились, он рванулся через открытое пространство к полицейским, залегшим по другую сторону лестницы. Они не ожидали такого подкрепления и приветствовали его дружными и довольно бодрыми криками, как будто им всем не угрожала смертельная опасность.

Все это привело врагов в неописуемую ярость. Они вскочили и, подняв шквал огня, ринулись по лестнице вверх на штурм четвертого этажа. Защитники встретили врагов свинцовым ливнем. Они уступали в численности, но занимали более выгодное положение, расстреливая в упор бегущих по ступенькам противников.

Спустя несколько минут яростный и скоротечный бой закончился. Залитая кровью лестница была завалена трупами и стонущими ранеными, но и среди полицейских не обошлось без потерь. Рядом с Фростом осталось только двое ребят, и еще один стонал, держась за простреленную грудь.

Капитан отбросил в сторону разряженный автомат и схватил валяющийся на полу кольт.

— Надо уходить отсюда! — крикнул он своим, кашляя от дыма. — Иначе сгорим или задохнемся!

Он шагнул к раненому полицейскому, приподнял его, взвалил на плечо и они втроем тяжело побежали в тот конец коридора, куда еще не успел добраться огонь.

— Балкон! — вдруг воскликнул один из полицейских, когда они достигли расширителя, они свернули и заторопились к разбитой стеклянной двери. Удар ноги — остатки двери со звоном отлетели в сторону, и Фрост с полицейским вывалился на балкон.

Придерживая раненого, он подошел к ограждению. Где-то внизу выли сирены, но ждать немедленной помощи не приходилось.

— Смотрите! — крикнул стоящий рядом полицейский, совсем молоденький паренек, показывая рукой на ветки растущих рядом высоких и развесистых деревьев. — До них недалеко. Надо попробовать перепрыгнуть туда.

Он без лишних слов перелез через перила, оттолкнулся от балкона и сиганул в гущу толстых веток.

В этот момент за спиной капитана ухнуло пламя и огонь стал подбираться к выходу на балкон. Отход был полностью отрезан, вся гостиница пылала, как факел.

— Капитан, передавайте мне его! — услышал он голос паренька, перепрыгнувшего на дерево. — Гарри, помоги ему!

С помощью второго полицейского Хэнк перебрался через балконное ограждение. Первый тем временем перебрался на самую ближнюю толстую ветку, расположенную футах в четырех от балкона и протягивал оттуда руку. Держась за перила, они уцепились за ремень раненого и вдвоем медленно отвели его от балкона.

— Все, держу! — крикнул первый, — теперь кто-нибудь прыгайте сюда и помогите мне!

Фрост прыгнул на нижнюю ветку и едва не сорвался, неправильно рассчитав расстояние. Но он судорожно вцепился в нее обеими руками, перехватился ногами и подполз к полицейскому, держащему своего раненого товарища.

— Держитесь, прыгаю! — донесся с балкона голос третьего и внизу раздался треск веток. — Я здесь, внизу, потихоньку спускайте его, я приму!

Они стали спускаться, передвигаясь с ветки на ветку, местами падая, и, когда увидели под собою того, кто готовился поймать раненого, осторожно отпустили его. Когда они убедились, что тот благополучно приземлился в руки своего товарища, сбив, правда, его с ног, то устало улыбнулись друг другу.

— Вообще-то я люблю лазить по деревьям… Капитан, может, вы пока отдохнете здесь и полюбуетесь видом горящей старинной гостиницы, а я быстренько спущусь и притащу вам какую-нибудь лестницу, а?

Хэнк рассмеялся, кивнул в ответ и закрыл глаз. Из него текли слезы, но не от едкого дыма, а из-за воспоминаний, которые он хотел бы забыть навсегда.